Человек? Да! (Продолжение «Галактеров»)

Но не все шло, как было запланировано — назавтра, ближе ко второй половине дня он услышал новость о возвращении группы Осипова, с которой должен был вернуться и этот загадочный руководитель подпольного движения. Но он снова остался там. И как понял Тимофеев, на этот раз только с напарником, что шло вразрез с его же собственным приказом. Все это ему передал все Куликов после быстрого обсуждения его, Тимофеева планов по скорейшему запуску в производство ШИПов:

— Юра, нам просто необходима не пеленгуемая связь! Сам видишь, что получается — Денис просто так бы не остался там значит, он нащупал что-то крайне важное, но мы не имеем представления, что именно. И каждый раз нам приходится подвергать людей порой ненужной опасности. Связь есть связь. И если он погибнет… понимаешь, он копия своего отца и за ним беспрекословно следуют и подчиняются все. И…, черт, я стал совсем сентиментальным — я помню его отца, своего друга. Ладно, это не твоя забота, — тряхнул головой старый человек, — я тут дал команду Ершову выделить нескольких программистов для просчета всей ситуации по карьеру — ты нужен им со своими выкладками. Дуй туда, аа, ты же не знаешь куда! Сейчас расскажу, как пройти на нижний…

— Игорь Станиславович, я уже был вчера после совещания у Ершова и знаю, как туда пройти.

— А, вот и отлично! Иди туда, заодно подскажешь по поводу ПЭФа. Правда, там уже твой Куржаков задействован…

Вечером он просто ввалился в комнату и без сил рухнул на стул:

— Свет, ты не представляешь, как можно устать от простого сидения перед монитором! Тем более, что я сидел впервые жизни перед компьютером! Тыкался как курица лапой в клавиатуру!

Светлана только обняла его, улыбнувшись:

— А ты думал, только твое лазание под землей является самой тяжелой работой? Давай иди, мойся и за стол.

Лежа в постели, чувствуя, как затекшая спина начинает расслабляться, он еще раз переваривал события рабочего дня, все нюансы жизни здесь — главное, что сразу понял и почувствовал, это безопасность и хоть какаято уверенность в завтрашнем дне. Если посмотреть с другой стороны: если не получиться свергнуть врага здесь можно жить. Можно жить и растить детей. Дети здесь были и не мало, значит, люди приспособились, значит, верят в будущее.

На следующий день, точнее к вечеру, к полуночи он увидел самого Дениса Горшенина…

Глава 3

Большой искусственный объект совершал 730й оборот с момента выхода на стационарную орбиту после последнего выброса энергетического импульса тяжелых орудий. Прошло шесть дергеров с начала патрулирования. Его скорость обращения была в три раза выше скорости оборота самой планеты. К тому же орбитальный курс был не постоянен — корабль находился в постоянном смещении в семь градусов вправо, из чего следовало, что от его чуткой оптической сенсорики, помимо других систем наблюдения и сканирования поверхности планеты не был укрыт ни один ее участок. Внесенные в базу данных наземные объекты постоянно отслеживались, проверялись на запланированную активность. Только один раз, на восемнадцатом ℅ с начала патрулирования орудия выплеснули энергетический импульс вниз, когда система наведения отследила несколько стартов с планеты. Больше подобных попыток не было.

Другие пространственные системы постоянно обшаривали околопланетное пространство в поисках отрицательно классифицируемых объектов, но космос был чист, а ранее определенные орбиты незначительных космических аппаратов местной цивилизации, уничтоженной галактерами в расчет не брались. Все они выработали свой энергоресурс и не представляли угрозы. Эта цивилизация на момент атаки толькотолько осваивала космос, используя примитивные средства передвижения в пространстве, но надо отдать им должное — они были целеустремленной расой, раз смогли вывести на орбиту такое количество станций. Некоторые из них, до сих пор кружащиеся на дальних геоцентрических орбитах представляли военные объекты. Это было определено посредством углубленного сканирования в первые ℅ патрулирования промышленной зоны ░יִ▒ окраинного рукава?œ?. В данное время эти боевые станции также не были активны. Все остальное пространство было пустынно, то есть вся обобщенная в базе данных информация обо всем в этой звездной системе также не представляла угрозы.

Проводимые постоянные проверки ближайшего спутника планеты, его поверхности и находящихся на ней фрагментов космических систем не переходили рамок определенного статуса — единственная база существ этой расы на спутнике давно не активна. Возле этого места система удаленного сканирования каждый раз задерживалась на несколько дополнительных ℅2, в очередной раз оценивая степень повреждения и положение сбитого катера поддержки флота галактеров, упавшего возле местной научноисследовательской базы, чуть было не накрывшей ее.

Все как обычно. Антенны дальней связи огромного корабля все время находились в штатном пассивном приемном режиме, каждую ℅12384 прослушивая пульсации космоса, ожидая согласованного сигнала подтверждения подлета флота или приема сигнала дальнейших действий и указаний. Но сквозь вихри далеких энергетических выбросов естественного происхождения главный дешифратор не выявлял узконаправленного сигналакоманды. Правда, плановый выход на связь пославших его создателей уже отсчитывал третий регламентированный срок, но…

Автоматический левиафан продолжал патрулирование и охранение промышленной зоны ░יִ▒. Ресурс корабля был поистине неограничен и он мог вечно находится в этом режиме.

Его чуткие системы быстрого реагирования нисколько не волновали в раз и навсегда определенные рамки патрулирования изменения ритма активности на планете. Эта грань посредственного обращения враз изменится, если чуткая электроника выявит несоответствия этих параметров. Не важно, откуда — с планеты или из глубин вселенной, если не придет подтверждающего сигнала с любого вектора направления…

Пятидесятичетырехлетний Боб Спенсер с усталым, но с удовлетворенным видом откинулся в кресле в своей оборудованной обсерватории от окуляра 200мм телескопа-рефлектора SkyWatcher 2001 HEQ5. Посидел неподвижно несколько секунд, затем приподнялся, намереваясь развернутся с креслом к компьютерному столу, где уже имелась запись очередного пролета корабля захватчиков по орбите, но враз стрельнувшая боль в спине заставила его охнуть и замереть, ожидая ее утухания.

— Чертова спина! — пробормотал он, но, все же, желание увидеть результаты наблюдения заставили развернуться к компьютеру.

Морщась от боли в пояснице, он пробежался пальцами по клавиатуре. После непродолжительного ожидания побежали кадры звездного неба и вот, вот оно — звезды враз заслонились чемто черным! Сразу прошла автоматическая коррекция расстояния до объекта, на необходимый угол отдалилось изображение и охватило его полностью.

— Черт его дери! — только и взвыл старый астроном: всего три секунды шла передача вида необычного корабля, летящего с постоянным смещением вправо. Затем корабль стал стремительно уходить из объектива, несмотря на попытки аппаратуры удержать фокус. И вот он исчез. — Ничего, в следующий раз я найду тебя!

Полчаса спустя Спенсер покинул оборудованную на плоскогорье импровизированную обсерваторию, расположенную на втором этаже кирпичного сельского дома и привычно оглядев окрестности, направился по потайной тропинке вниз. Недолгий путь ко входу меж невысоких наложений базальтовых пород и за спиной Боба исчезли глядящие ему вслед звезды.

Протиснувшись меж двух больших, более трех метров в высоту камней, нашарил спрятанную керосиновую лампу, зажег фитиль и подсвечивая себе под ноги, направился в оборудованную пещеру на глубине пятидесяти метров. Вскоре он вышел к расщелине меж двух каменных оснований, остановился, прислушавшись к журчанию подземного ручья, переступил его и вошел под расступившийся свод пещеры.

Жилище более пятидесяти человек не было полностью скрыто скалами — древний разлом оставил многочисленные отверстия, стыки в скале, сквозь которые просачивался свет снаружи, которого вполне хватало, чтобы днем заниматься повседневными делами. У входа его окликнул часовой:

— Ну и как?

— Заснял пролет корабля! — с гордостью ответил Боб, — только в фокусе держал всего три секунды — все же очень высокая скорость его перемещения по орбите! К тому же относительная высота и… в общем, не учел несколько параметров, но на завтра все исправлю.

— И что это такое? — не очень вдохновлено ответил Патрик, как и все вот уже с полгода видевший яркую, быстро пересекающую звезду ночной небосвод и считавший эти астрономические наблюдения старика ненужным занятием — что, к примеру, они им дадут, если все равно уничтожить монстров невозможно? Ну, прилетел очередной корабль монстров и что из того?

— Пока не знаю, форма этого корабля в чемто отличается от ранее виденных на орбите, а что-то и похожее — мало заснял, говорю, Патрик, — ответил Спенсер.

— Ладно, удачи тебе! Замерз, наверное?

— Есть немного, но я привыкший. Вот только спина заклинивает от долгого сидения, да и холод она тоже не приветствует. Пойду, найду Терри. Удачи, Патрик!

— Удачи, Боб!

Терри Росс являлся ответственным их подразделения, которое, в свою очередь входило в, громко сказано в сопротивление по борьбе с монстрами! Да и само подразделение являлось только видимостью воинского формирования. Раньше вначале вторжения оно както пыталось воевать, наносить урон пришельцам, но по большей части люди несли поражения в мелких стычках. Что толку от сбитого одного роботаохранника, если он перед падением успевал сжечь нескольких людей или вызвать подкрепление?

Сейчас же люди просто следили, чтобы не попадаться на глаза инопланетянам. Конечно, есть центр по сбору информации, который планировал акции, скрупулезно изучал и систематизировал маршруты следования машин врага с единственной целью в какойто момент нанести удар и скрыться из виду. Затем все начиналось заново — монстры в последние годы после подобных атак сразу меняли маршруты следования, усиливали периметр своей зоны, куда прилетали со стороны штата Южной Каролины гигантские транспортные челноки, разгружали добытый и отлитый гдето там металл. Сбить эти транспортники было нереально — слишком высоко они подходили, а переносных ракетных комплексов больше не было — вернее не было к ним ракет. А подругому их не достать. Да и когда были успешные попадания, они не причиняли особого вреда — яркая вспышка попадания и все, транспортник летел, как ни в чем не бывало. Только последствия выстрела…окрестность, откуда стартовала ракета, утюжилась разрывами снарядов, лазерных лучей и прочей разновидностью наступательного оружия противника.

Вот только последние шесть месяцев люди заметили резкое снижение пролетов этих самых транспортников, да и сами монстры стали реже появляться на окраинах Колумбии; города, которого фактически больше не существовало — в первые же месяцы после отступления тех ужасных холодов пришельцы простонапросто сожгли до основания город и все близлежащие окрестности. На его месте, представлявшем теперь единую огромную площадь стекловидной массы, появилась мерцающая пленка силового поля, скрывавшего гигантские заводыкорабли, единожды севшие и до сих пор производившие что-то из привозимого транспортниками металла. После этого выходы групп туда, к «посадочной зоне», в которую превратилась Колумбия прекратились — никто из выживших не хотел просто так погибать. Все равно на почти ровной открытой поверхности не скрыться.

К тому же была еще одна причина обходить стороной ранее оживленное место штата — когда город уже перестал представлять замерзший скелет погибшего существа, с одной подземной военной базы в этот защитный купол был произведен запуск ядерной ракеты. Мощность была невелика, иначе они бы не пережили еще и радиационное облучение. Пришельцы перехватили ее еще на подлете или может быть, силовой экран был рассчитан на подобное воздействие. Это осталось неизвестно. Так или иначе, но купол выдержал. Самим кораблям никакого вреда не было нанесено, по крайней мере, впоследствии видимых повреждений наблюдатели не обнаружили, но окрестности до сих пор излучают остаточную радиацию выше природного фона.

По прошествии нескольких лет он узнал от других о бесполезности применения ядерного оружия, которое для монстров явно не представляло ничего нового и соответственно никакой угрозы. Вся мощь Земли была для них ничто. Всем стало ясно — грубой силой не одолеть столь сильного врага.

Он, Боб Спенсер, помнивший начало вторжения с первого мига на крыше их дома, когда началось то августовское затмение 2017 года и прекратившееся не через две с лишним минуты, а длившееся чуть больше месяца до сих пор с содроганием вспоминал последующие события. Он помнил отца, мать, всеми правдаминеправдами получившими разрешениепропуск на место в подземном полувоенном бункере в окрестностях города. Помнил удар сверху, пришедшийся точно по бункеру. Их попытку, хвала Всевышнему! увенчавшуюся успехом выбраться из завала, благо их место обитания находилось на верхнем этаже и тот дикий холод, встретивший на выходе. Обреченный взгляд отца до сих пор стоит перед глазами, когда они вчетвером и еще с десятком людей выкарабкались наверх. Их спасло то, что кто-то из сотрудников обслуги бункера знал о закрытом аварийном туннеле в паре километрах отсюда. Было неизвестно — цел ли вход и все там, но выбирать не приходилось. Или идти туда прямо сейчас или замерзнуть на лютом морозе, где дышатьто было затруднительно. До входа добрались только шесть человек…

Здесь не было электричества, еды в обрез, но самое главное, здесь оказалось много предметов, давших им так необходимое тепло. Под этими предметами подразумевались изделия из дерева, столы, стулья, пластмассы, целые кипы книг. Все пошло в импровизированную печь. Затем была долгаядолгая зима. Когда потеплело, они ушли как можно дальше от Колумбии. Выйдя на поверхность, и не подозревая, что находятся хоть и в стороне радиоактивной зоны, но, все же, каждую секунду облучаются пусть не опасным для жизни, но повышенным радиоактивным фоном, они покинули тот район…

Пятнадцатилетний Боб рано повзрослел. Еще быстрее прошло его возмужание после смерти отца, когда они уже весной пошли на охоту, но их обнаружил какойто, теперь уже известный роботубийца. Он, Боб, был отброшен взрывной волной от вмиг обуглившегося тела отца.

С того времени на него легли обязанности по добыче пищи матери, Карен и сестры Памелы…

Прошло тридцать девять лет. Мамы нет уже десять лет. Памела живет здесь же. У нее сын Ронни, а он… у него тоже все в порядке — жена Кэтрин, сын Рик. Все хорошо, только вот жизнь у всех живущих… Дети его и сестры слабы и он знал отчего. В первые месяцы их рождения, даже не годы ни он, ни Памела не были уверены, что Ронни и Рик выживут, но ничего, обошлось. Больше у него детей не было — явно сказалось передвижение по зоне облучения, как и раннее выпадение волос, хотя у отца, как помнил Боб, не было предрасположения к облысению. Наверняка поэтому у него силы ушли очень рано. Чуть позже появился непрекращающийся хоть и редкий легкий кашель, редко переходивший в затяжные приступы, от которых выворачивало все внутренности и на ладони иногда появлялись капельки отхаркиваемой крови. С годами это усилилось. Сейчас он вообще дряхлый старик, какимто чудом цепляющийся за жизнь…

Он с детства интересовался астрономией, поэтому, когда однажды в пригородном поселке в одной квартире обнаружил исправный телескоп, то в этом нашел смысл своей дальнейшей жизни. К тому времени они все перебрались сюда, в эту обнаруженную естественную полость в скале, полностью экранирующую все виды излучений — в это им всем хотелось верить, да так оно и было на самом деле, так как они до сих пор живы и пришельцы так и не обнаружили их.

Попозже, когда все болееменее обустроились, Боб выбрал одиноко стоящий домик на равнине, в стороне от теперь уже полностью заросшей дороги и оборудовал на его крыше вот эту импровизированную обсерваторию. Это было несколько опасно, но здесь было идеальное место для кругового обозрения неба. Впоследствии, когда они связались с другими выжившими группами и после переговоров вошли в это сопротивление, его работа стала иметь, хотя бы для него лично, как он считал, какойто смысл.

Он передавал все обнаруженное по пришельцам на орбите в центр сопротивления, с его мнением считались, хотя как порой ему казалось его ночные бдения, кропотливое архивирование результатов исследований и не принесут какойто ощутимой пользы. Слава богу, ему выделили компьютер, чему он вообще удивился, и протянули! к обсерватории напряжение! Значит, у центра есть какието ресурсы и его работа комуто важна?! Хоть он и был астрономомсамоучкой, но благодаря сохранившейся обширной базе данных получил нужную информацию… Он сам выучился необходимому, только… Нет, он будет до конца своих дней заниматься небом, классифицировать и записывать любую информацию по врагу. На большее уже нет сил. А вдруг в будущем его работа комуто пригодится? Ведь наверняка и на других континентах остались выжившие! К примеру, в той же России! Только они все разобщены и не могут общаться, так как монстры имеют дьявольски чуткую аппаратуру слежения и пеленгации любых радиосигналов. Там тоже наверняка есть люди, смотрящие в звездное небо, и наверняка пытаются, как и они что-то предпринять. Ведь тогда в 2017 году и из России тоже была группа астрономов, прилетевших заснять то солнечное затмение. Кажется, фамилия одной молодой пары была Горшенин? Уже не помнится точно. Интересно, выжили ли они тогда? Если да, то у них тоже сейчас есть дети и внуки. Ладно, хватит воспоминаний!

Он направился к домику Терри Росса.

Его не оказалось на месте — ушел в центр. Ну что же, как вернется, ему дадут знать, а пока можно лечь отдохнуть.

— С добрым утром, Кэтрин! Я вернулся! — воскликнул он, входя в домскат.

— Доброе утро, Боб! Как спина? — улыбнулась Кэтрин.

— Как обычно.

— Значит ноет.

— Значит так, — ухмыльнулся он, садясь за стол…

Часа в три он проснулся от легкого касания руки:

— Боб, вернулся Терри, просил тебя придти, как проснешься.

— А? — спросонья откликнулся Боб, — а, идуиду!

— Сперва поешь, а потом пойдешь, — решительно сказала она, зная, что тот может вот так сорваться с места.

…У импровизированного склада с оружием было оборудовано несколько столов, на которых были разложены многочисленные карты, несколько компьютеров, правда, не подключенных локальной сетью с центром, находящимся в двадцати километрах отсюда. К иным группам, расположенным поближе была протянута локальная связь, но тратить столь драгоценный кабель на проводку сюда пока не решались, надеясь найти еще кабель.

«Ха! Кого они обманывают? Самих себя! Чем больше времени пройдет, тем меньше остается вероятности обнаружить еще какие-нибудь склады с компьютерными комплектующими. С другой стороны ситуация на самом деле дурацкая — нигде нет самого обычного полевого провода, чтобы протянуть и подключить самый элементарный телефон! Просто, дешево и сердито! Приходится выдумывать, сращивать провода, чтобы создать ненужную сейчас сеть, как для игр!» — думал Спенсер, направляясь сюда и вспоминая, как в молодости вся молодежь, да и взрослое население планеты увлеченно играла в компьютерные игры. Во всем мире были игровые фирмы, конкурирующие на мировых рынках.

«Да, всего этого не вернешь», — подумал Боб, приближаясь к их штабу. Здесь постоянно присутствовал кто-то из часовых. Сейчас тут находился сам Росс, рано облысевший мужчина сорока годов. Он встал из-за стола, когда увидел приближавшегося Боба, протянул руку:

— Здравствуйте, Боб. Рассказывайте и показывайте, что вы обнаружили — Патрик рассказал, что вы засняли тот быстролетящий по изменяющейся орбите корабль?

— Да, засек, но всего три секунды съемки, — кивнул головой Спенсер после рукопожатия, и после приглашающего жеста Терри присаживаясь и протягивая тому флэшку.

Просмотрев короткий фрагмент, Росс поднял глаза на Спенсера. Тот понял молчаливый вопрос командира:

— Я все же все больше и больше утверждаюсь в своем предположении, что на орбите находится только этот корабль. Где все остальные, неизвестно, но явно не в нашей солнечной системе. Более полугода назад…

— Дада, я знаю. Вы считаете, что там произошла грандиозная авария, приведшая к детонации остального флота или сборочного комплекса, кто знает, — он остановился на миг, — но ведь могут прилететь другие и…

— Да давно бы прилетели, — перебил его Боб, — монстры используют явно не обычное пространство для перемещения и эта скорость намного выше скорости света. Они бы уже давно прислали хоть челнок или там, ну не знаю, другой комплекс! что-то в их империи произошло. Они наверняка воюют с кемто, и этот кто-то явно напирает или уже победил наших захватчиков. И если исходить из этого предположения, то когда-нибудь этот кто-то прилетит сюда!

— Спенсер, ну вы сказали — наших захватчиков! — рассмеялся Терри, — ну пусть будет повашему — помощи пришельцам нет. Они разбиты. Или другой вариант: просто через сорок лет захвата они решили, что затраты на разработку ресурсов этой планеты слишком высоки, а количество произведенных материалов не окупают вложенных средств. Вывоз находящейся здесь техники сопряжен с дополнительными затратами. Это же нужны дополнительные грузовые корабли или что там у них выполняет эту функцию, погрузка и прочая дребедень. Так что проще бросить все как есть. Ну, это конечно, моя версия, но даже если все так, то все равно — что мы можем предпринять? Атаковать «промышленную зону»? Мы даже не можем подступиться незамеченными, а если предположить, что основная часть хозяев всего комплекса отсутствует, мм, та часть, которая ответственна за контроль охранения периметра и охранные функции переданы автоматике, то из этого следует… сами знаете, что из этого следует!

— Да, их кибернетические системы невозможно, ну почти невозможно обмануть. Хехехе! Я не знаю, что нужно делать. Я только высказал свое предположение. Мне нужно время для детальной проработки схожести хотя бы вот этого внешнего вида с известными формами кораблей пришельцев, но если бы мы имели достаточно сил, то…, закончил не высказанную мысль Боб.

— Хорошо, я передам в центр эту запись и ваши мысли. Кстати, в центре пришли к единому мнению о начале прокладки кабеля к нам!

— Вот это правильно, но, все же, стоит подумать об общей атаке на «промышленную зону»! — упрямо воскликнул Боб.

— Боб, мы не сидим сложа руки, — закончил разговор Терри.

Он хоть и считал астрономию сильной наукой, но в ситуации человечества, когда нужны силовые методы у него было мнение, что от науки в данный момент мало проку. Но он заблуждался, а Спенсер не настаивал на своих выводах, пока точно не просчитает все и не будет уверен до конца. А будет ли он уверен и когда, если это произойдет? И не поздно ли будет?

Направляясь обратно, полностью погрузившись в размышления Боб неожиданно повернул в сторону тропинки, ведущей наверх.

«Гляну на дневной свет. И так живу как крот — днем сплю, ночью таращусь на звезды»!

Тропа была крутовата для него и несколько взопревший под конец подъема, Боб вышел на пологий уступ скалы. Осторожно уже по привычке огляделся и подошел к одиноко растущему дереву, бог знает, как и откуда берущему необходимые источники для жизни здесь меж скал.

Он редко поднимался сюда. Глянул вперед на равнину, затем поднял глаза вверх и вправо. Здесь чуть в стороне и немного выше находился своеобразный наблюдательный пункт, где постоянно был кто-то из часовых.

Увидев фигуру, махнул рукой. В ответ человек также поднял руку в приветствии. Можно было крикнуть что-нибудь, но необходимости в этом не было, так что они оба удовлетворились сигналами рук.

Боб снова взглянул на равнину. Все как обычно. Как в прежней жизни — высоко в небе парит коршун или какаято другая хищная птица, высматривающая добычу.

«Наверняка нас видит», — подумал Спенсер.

У подножия гор и дальше у начинающейся низменности с первого взгляда не заметно никакой активности, но если приглядеться, то тут и там нетнет, да и всколыхнется высокая трава, скрывшая асфальтовое полотно дороги. Там ведут обычную настороженную жизнь животные. Вот вдалеке на открытой равнине промелькнула спина, наверное, лани, — предположил Боб, следя за преследующей ее пантерой.

Вообще животный мир очень быстро стал властвовать и жить в местах, куда раньше даже не думал показываться. Туда, где раньше жил человек. Сейчас его нет. Люди изгнаны из привычных мест. Им приходится прятаться и настороженно выглядывать перед выходом куда-либо за пределы своего убежища, чтобы его, в свою очередь не обнаружил другой страшный хищник; разумный зверь, которому не нужно его мясо для пропитания, а который убивает просто так, чтобы человека не было и который вообще не обращает внимания на остальной мир планеты, сосредоточив пристальное внимание на человеке. кто-то за кемто охотиться, кто-то становиться жертвой, совершая роковую ошибку, ведущую к смерти, кто-то празднует победу, тем самым продолжая свое и своего рода существование. Все закономерно. Это ведет к прогрессу развития определенной биологической группы. Выживает сильнейший, подобный естественный отбор сопоставим с местными факторами развития единого экологического образования. Применение же иных форм жизни, их ступени развития и сильных сторон совершенно иной цепочки развития могут нарушить хрупкое равновесие биологического соперничества и внести непоправимый ущерб всей экосистеме. Конечно, последствия подавления существования одного из двух соперничающих видов не скажется сразу, но через какоето время проявятся, — размышлял Боб над вариантом полного истребления человека и реакции других животных на его отсутствие. На полностью освободившуюся видовую нишу, которую незамедлительно кто-то попытается занять и укрепиться. Это отсутствие уже сказывается — флора и фауна наступают на былые владения людей.

Хотя можно продолжать вот такую жизнь. Рожать детей, вести неприметный образ жизни. Через пару поколений люди уже не будут знать: как это было до вторжения, и как жил человек вообще под открытым небом ничего не таясь, считая себя венцом природы, ее избранником? Он просто не будет знать этого и для живущих постоянное укрывательство будет нормой жизни.

Боб посмотрел в сторону, где находилась раньше Колумбия, но ничего не увидел — мало того, что было далеко, не менее ста восьмидесяти километров, так еще городато уже нет. Возвышающийся энергетический купол на его месте был не меньшей высоты, сравнимой с высотой самых высоких небоскребов Колумбии, но отсюда не видать и его. Как передавали посылаемые группы, «промышленная зона» в последние годы планомерно расширялась, как металлическая зараза, протягивая щупальца все дальше и дальше. Внешние новые границы не имели энергетической завесы. Пока не имели. Да и зачем? Вернее, от кого и кого бояться? Все возводимые новые сооружения, места посадок транспортников за периметром, небольшие округлые вышкистолбы, от которых тянулись линии тонковолоконных или какихто эфемерноэнергетических каналов были под активной защитой автоматических модулей, совершающих периодические облеты на большом расстоянии от всего комплекса. Затем без видимой причины кишащий многочисленными стартующими и уходящими в вышину или наоборот идущими на посадку космическими челноками воздух над Колумбией очистился. И только патрульные системы продолжали облет «промышленной зоны». Да изредка, намного реже, чем раньше прилетали с северной стороны транспортники, идущие не выше пары километров над землей.

«Может, на самом деле у монстров происходит как в книге Герберта Уэллса «Война миров»: там захватчиков поразили микробы, а в нашем случае, на их родине приключилась полномасштабная катастрофа, и тем оставшимся нет никакого дела до этой колонии?! Или здесь на орбите произошла авариявзрыв, в которой погиб весь оккупационный флот, на котором прилетел этот корпус и связи с родной планетой нет. Может на орбите находился какойто главный центр управления. Сейчас его нет и находящиеся на планете не знают, что предпринять? — невесело размышлял Спенсер, понимая, что подобными вариантами ответных действий пришельцев пытается просто успокоить себя.

«Сейчас самое время навалиться на находящиеся по эту сторону барьера строения! Наверняка встретим в них самих безголовых хозяев. Хорошо бы, конечно найти место, откуда прилетают транспортники и уничтожить и его, чтобы обеспечь себе тыл от все вероятнее находящихся и там монстров, но это только мечты! А, — вдруг с непонятно поднявшимся озлоблением на весь мир махнул рукой Боб, — делайте, что хотите — мне все равно недолго осталось жить!»

Он опять почувствовал очередной приступ кашля. Предыдущий навалился всего несколько часов назад ночью, во время ожидания пролета яркой и быстрой звездыкорабля. Хотя у него была некоторая система ожидания приступа, и следующий должен начаться дня через три, но вот по появившейся сухости во рту с одновременным першением в горле понял, что это произойдет скоро. Намного раньше. Значит, болезнь прогрессирует.

Боб не испугался приближения развязки самой жизни, когда понял, что однажды этот выворачивающий кашель его доконает. Он знал, что это произойдет намного раньше, хотя предугадать свою смерть не дано никому и ждал ее с какимто полувызовом потусторонним силам…

Утерев о камень сгустки крови на руке, еще немного посидел, приходя в себя. Почувствовал в себе силы подняться и кряхтя, направился вниз — он и не заметил, как день близился к концу, а значит скоро время его вахты у телескопа. Там он чувствовал себя занятым и кажется, нужным комуто еще, кроме родных…

Вечером, собираясь в обсерваторию, привычно проверил пистолет, передернул затвор, убедился в полном боекомплекте и засунул его в глубокий карман. От безголовых и их техники он не спасет, но вот от свободно разгуливающих и почти уже не боявшихся человека одичавших собак, порой выходящих из лесов волков, шанс отбиться есть. По крайней мере, отпугнет резким звуком выстрела, если не попадешь. Если попал, то есть время скрыться, так как визги раненого заставят на некоторое время бросить тебя и заняться неудачливым сотоварищем, заживо съедая того.

Спенсер накинул зимнюю шубу, так как простуженная в молодости спина чуть что сразу давала о себе знать и легонько поцеловал Кэтрин:

— Ну, я пошел — утром буду. Ложись спать.

Она ничего не ответила, только кивнула головой и сделала попытку улыбнуться. Не вышло.

«Устала. От всего устала. Как и я», — подумал Спенсер, выходя в темень вечера, плавно переходящего в ночь. Было девять часов.

«Самый раз успею к пролету», — прикинул он.

Он лукавил — корабльзвездочка пролетит к часу ночи, а он будет на месте к десяти часам вечера. Разрыв почти в три часа и… есть масса времени окунуться в мир детства — на жестком диске компьютера, он обнаружил установленные неизвестным хозяином игры. Судя по сложности и тематике, хозяин был молодой парнишка. В то время ему было не больше, чем Бобу, то есть около пятнадцати лет. Боб, как и вся молодежь той поры, понимал основные азы компьютерного языка. Знал, как настроить ту или другую несложную программу, прописать или изменить командные строки необходимых файлов, отвечающих за конфиденциальность и многое другое. Поэтому обнаружив такие наивные по прошествии стольких лет игры сразу вспомнил все уловки, к которым он и его друзья прибегали, когда хотели обойти, к примеру, систему защиты. В груди кольнуло ностальгией по безвозвратно ушедшей скомканной молодости, несбывшимся мечтам, загубленной жизни вообще, протекшей не так, как хотел.

Вот из-за игр старый Спенсер и спешил каждую ночь пораньше в обсерваторию. Наблюдение за звездами — это да, это нужно, но обозрение дальних просторов вселенной не принесут сейчас оставшимся землянам нужной информации, а осмотр околопланетного пространства в поисках необычных висящих объектов давно проведен. Тем более в свете новых вводных траектория, курс и скорость интересующих объектов определен — стоит только дождаться нужного времени и поглядеть в нужном направлении.

Несколько часов до начала слежения Боб раньше проводил дома. Теперь же, изредка коря себя, а по большей части нет за лишнюю растрату электроэнергии при использовании компьютера не по назначению, он просто играл. Он не видел своего счастливого выражения, когда отблески с монитора падали на морщинистое лицо. В эти мгновенья он был там, в своем счастливом детстве, где не было ужасных пришельцев — те присутствовали только в виде наборов электронных символов, и которых было легко победить, но он мог и не играть в подобную игру. Раз не играешь, то злобных захватчиков и нет.

Здесь не как в жизни — этот реальный кошмар не удалишь двойным кликом мышки. Он в эти минуты окунался в волны счастливого детства и если бы кто бы заметил, чем занимается астроном, навряд ли у того бы появилось желание разрушить, потревожить ощущение ирреального мира, в котором витал Спенсер в эти мгновенья. Ему простили бы подобную шалость.

Сегодня предстояло пройти одну довольнотаки сложную комнату в игре… Темнело, но еще можно было различить предметы на расстоянии до десяти метров и Боб шагал по тропе с сосредоточенным нахмуренным видом следя за тропинкой, а в мыслях уже предвкушая прохождение этапов игры. Перед этим он еще раз проиграл вариант действий при поиске орбитального корабля, пришел к выводу, что нужно все же проверить некоторые вычисления и…неожиданно улыбнулся, опять улетев в неведомые дали…

Старый дом молча встретил ночного гостя. Настороженно присмотрелся к человеку, смело проникшему в небольшой холл. Признал в нем своего давнего знакомого. Приветственно скрипнул ветхими досками перехода на второй этаж — «нужно поменять некоторые доски — не ровен час когда-нибудь сковырнусь с нее…», — подумал Боб, — обдал вечерней прохладой из давно отсутствовавших стекол оконных рам и затих, как бы передавая ночную вахту человеку.

Спенсер приблизился к двери в смежную комнату. Открыл ее и вошел внутрь, плотно закрыв за собой. Здесь ветра не было — он забил досками и листами железа пустующие оконные проемы, заделал все щели, чтобы ветер лишний раз не обдавал его ночной прохладой. Когда оборудовал обсерваторию, он неоднократно и подолгу осматривал ее со стороны, выискивая любые утечки света, сигнализирующие о незамеченных щелях в стенах, и устранял, устранял их. В конце концов, добился полной светомаскировки.

Сейчас в полной темноте смело, не боясь наткнуться на что-либо, подошел к дальнему углу и поднял руки вверх, нашаривая лампочку. Нащупал ее и повернул, вкручивая в патрон. Раз, и комната осветилась светом — в углу стоял стол с монитором на нем.