Уильям Кинг

Коготь Рагнара

Пролог

После того как прошла взрывная волна, Рагнар бросился за небольшую груду щебня, стараясь, насколько возможно, сделать себя неудобной мишенью. Он оказался слишком близко. Уклониться удалось лишь благодаря молниеносной реакции и сверхчеловеческим чувствам. Промедли он хоть долю секунды, и его голова взорвалась бы. Рагнару слишком часто доводилось видеть, как это случается, чтобы питать какие-либо иллюзии в отношении собственной участи.

Впрочем, сейчас не было времени на раздумья. Нужно действовать, чтобы преподать урок вздумавшим провести его нечестивцам. Они жестоко заплатят за нападение на один из лучших отрядов Космического Десанта Императора. Рагнар чуть приподнял голову над своим укрытием и вновь пригнулся, прежде чем враг успел выстрелить. Это длилось лишь какое-то мгновение, которого, однако, оказалось достаточно для того, чтобы сверхчеловеческие чувства позволили ему полностью оценить ситуацию.

Мозг зафиксировал все необходимое в доли секунды, проанализировал не только то, что увидел, но также звуки, запахи и всю гамму едва различимых оттенков ощущений. Воскрес в памяти простирающийся, настолько мог видеть глаз, разрушенный город. Гигантские почерневшие руины небоскребов, выжженные обломки заполонивших улицы автомобилей и танков, адское пламя взорванной топливной станции, которая будет гореть теперь в течение многих дней, выбрасывая огромные языки пламени в черное небо. Он вспомнил багровые облака, загрязненные химикалиями мощных индустриальных гигантов, благодаря которым этот город был столь богат и важен для Империума.

Вспомнился рев дальней артиллерии, когда смертоносные танки обстреливали позиции мятежников, трели стрелкового оружия неподалеку. Он мог. слышать душераздирающие животные крики мятежных офицеров, призывающих своих обезумевших солдат занять новые оборонительные позиции. Скрип подошв о камни, неразличимый нормальным человеческим слухом, говорил о том, что свои войска уже поблизости. Рагнар даже смог различить поступь молодого брата Рейнхарда. Кстати, нужно не забыть поговорить с Кровавым Когтем после боя. Ему полагалось двигаться так, чтобы даже его командир не смог определить его местонахождение по звукам шагов.

Впрочем, Космический Волк мог отслеживать движение своих войск не только посредством слуха. Даже на расстоянии более пятидесяти шагов его чуткие ноздри улавливали малейшие оттенки запахов, позволяя определять, кому именно из членов отряда они принадлежат. Он мог отличить их чистый холодный аромат среди окружающего зловония, напоминающего запах тухлых яиц, – характерной особенности промышленного загрязнения, и едва различимого тошнотворного запаха, указывающего на присутствие отмеченных Хаосом еретиков.

Плоть Русса, как он ненавидел это омерзительное зловоние! И хотя на протяжении последнего столетия Рагнару множество раз приходилось обонять его, привыкнуть он так и не смог. Сложно сказать, почему именно этот запах вызывал в нем столь сильное отвращение. Возможно, уже потому лишь, что источником его были тела тех, кто отрекся от своей души во имя Хаоса. Возможно, еще что-то, едва ли передаваемое словами. Только это «что-то» наполняло сердце Рагнара желанием сокрушать и уничтожать источники этой вони. Впрочем, корни подобной ненависти крылись в самой генетической структуре любого Космодесантника, которую уже не изменить даже при сильном желании. Эта ненависть действует на уровне инстинктов, которые гонят волка на поиски добычи.

Подходящее сравнение, подумал Рагнар. Он ведь действительно был волком, хоть и в человеческом обличье, а поклоняющаяся Хаосу мразь – его законной жертвой, подходящим объектом императорской мести, орудием которой являлись он и его собратья, такие же сверхчеловеческие защитники людской расы. Он ненавидел тех, кто повернулся спиной к человечеству и принес себя в жертву богам тьмы. Взамен им была обещана власть, но Рагнар знал, что это обещание никогда не будет выполнено. Единственной наградой для большинства этих обманутых глупцов будет клеймо бесчестия, мутация и вырождение до тех пор, пока их души и разум не станут подобны их исковерканным телам. Намного милосерднее убить этих несчастных прежде, чем это случится, хотя большинство из них уже никогда не сможет оценить истинную гуманность такого конца.

Здесь, среди ужасных руин, зловоние казалось еще более сильным, поскольку усугублялось тошнотворным смрадом отвратительной эпидемии, поразившей еретиков так же, как и народ Геспериды. Это был гадкий, сжимающий горло кислый запах, вызывающий к тому же слишком много старых воспоминаний, прежде казавшихся уже давно погребенными в глубинах памяти. Однако, едва почувствовав появление этих воспоминаний, Рагнар усилием воли загнал их обратно.

Мозг Рагнара работал со скоростью, намного превышающей возможности обычного человека, поэтому все эти образы пронеслись перед ним в считаные мгновения. Сейчас он отвлекал на себя внимание противника, но лишь до тех пор, пока его отряд не займет позиции для заключительной атаки. Поэтому теперь он сконцентрировался на текущей задаче, перебирая в памяти то, что сейчас видел, используя свои сверхчеловеческие способности Космодесантника и накопленный долгими десятилетиями войны опыт.

Он сосредоточил внимание на том участке поля боя, который сейчас имел особенно важное значение, – позиции повстанцев прямо по центру. Наметанный взгляд отметил все детали, имеющие малейшее отношение к возникшему у него плану. Бреши в стенах здания были заделаны грудами наспех набросанных мешков с песком. Прямо перед зданием – отряд нечестивцев, спрятавшихся в исковерканных обломках тяжелого танка. В окне на развалинах третьего этажа краешек фуражки выдавал вражеского офицера. Все было примерно так же, как и тогда, когда он обследовал вражеский командный пункт ранее. Никаких существенных изменений в диспозиции противника не наблюдалось, стало быть, основной план оставался прежним.

Следовало просто нанести удар в наиболее слабом месте, проделать проход, взорвав мешки с песком, и зачистить здание. Ничего слишком сложного, даже учитывая превосходство противника в численности по крайней мере раз в пять. Рагнар знал, что это не имело особого значения. В подобных сражениях решающую роль играло качество войск, а не их количество. Военная элита Империума, Космодесантники Адептус Астратес прошли самые жесткие из когда-либо применяемых испытаний, затем были подвергнуты генетическому преобразованию, трансформировавшему их в сверхлюдей, во много раз более быстрых и сильных, чем простые смертные. Их оружие и техническое оснащение были лучшими из того, чем мог обеспечить Империум. Они жили по строгому распорядку, в котором практически все свободное от сражений время посвящалось обучению и тренировкам. Словом, они были лучшими из лучших.

А их противники? Подавляющее большинство солдат составляли призывники, набранные на службу своим губернатором, отъявленным негодяем, человеком, полностью дискредитировавшим себя и потерявшим всякое доверие. Он заставил их отречься от присяги на верность Императору и предать свои тела и души силам тьмы и Хаоса. Конечно, эти солдаты все же прошли некоторую военную подготовку, но, даже несмотря на мужество и безрассудную храбрость многих из них, шансы на успех в схватке с Космическими Волками были почти нулевыми.

Чутье безошибочно подсказывало Рагнару, что штурмовой отряд уже занял заданную позицию в одной из взрывных воронок неподалеку. Сейчас Длинные Клыки брата Гротгара откроют огонь, что и станет сигналом к началу атаки. Рагнар ощерил в улыбке огромные клыки, являющиеся одной из генетических особенностей его Ордена. Приближались минуты, которые он особенно любил, когда волк, живший в нем, мог наконец обнажить зубы и почувствовать вкус крови своей жертвы.

Наконец сбоку появился едва заметный, колеблющийся в воздухе след от выстрела. Это и был ожидаемый сигнал. Брат Гротгар открыл огонь. Вражеское орудие исчезло в ярком зареве взрыва. Отрывистые крики нечестивцев заполнили уши Рагнара, когда его воины появились на вражеских позициях. Созданная ими завеса огня обладала такой интенсивностью, на которую были способны только Космодесантники, стреляя с непостижимой для врага скоростью и точностью. Рагнар рискнул выглянуть еще раз и увидел обломки разрушенной огнем каменной кладки. Воздух наполнился криками раненых и умирающих врагов, запахом крови и кислой вонью вспоротых внутренностей. Враг был оглушен неожиданным градом огня и на время совершенно лишен способности к сопротивлению. Но Рагнар знал, что это не продлится долго. Скоро они восстановят силы и ответят огнем или, по крайней мере, постараются это сделать, если им будет дан шанс. Рагнар не собирался предоставлять его.

Вот он, момент для атаки.

Космическому Волку не составляет труда прыгнуть на достаточно большое расстояние, не привлекая в то же время особенного внимания, поскольку жужжание сервомоторов силового доспеха почти бесшумно. Рагнар бросился на вражескую позицию, не сомневаясь, что его отряд поймет маневр и поддержит огнем своего командира. Еще он знал, что двадцать воинов, составляющих отряд Кровавых Когтей, выстраиваются клином у него за спиной. Их стремительный удар направлен в наиболее слабое место вражеской обороны – пролом в стене здания, заваленный грудой мешков с песком. Неожиданно для противника Космические Волки полностью прекратили обстрел этого участка и даже наоборот – сконцентрировали усилия на его обороне, образуя, таким образом, чистый коридор, позволяющий безопасно достигнуть цели под градом огня.

Один из вражеских офицеров, фуражка и длинный плащ которого позволяли определить в нем лейтенанта, отважился приподнять голову над парапетом, очевидно желая узнать, чем вызвано столь резкое прекращение огня. Выражение изумления на его лице сменилось ужасом, когда он увидел стремительно приближающуюся волну Космического Десанта. Рагнар понимал, что полагаться на замешательство врага, вызванное эффектом неожиданности, долго нельзя. После секундного колебания он обернулся и начал отдавать команды своим людям.

Будь Рагнар обычным человеком, это мгновение стало бы скорее всего последним в его жизни. Но он был Космодесантником, скорость реакции которого во много раз превосходила человеческую. Вот почему прицелившийся в него вражеский солдат так и не успел нажать на курок, когда его голова взорвалась, словно дыня под ударом кувалды, и вязкая масса перемешанных с кровью мозгов потекла на землю из ненужной больше фуражки. Крики смятения доносились из пролома в стене, но все же несколько еретиков, более храбрых или более опытных, чем остальные, выглянули в надежде застигнуть врасплох нападавших, но волна испепеляющего огня отбросила их искореженные тела назад.

Одним мощным рывком Рагнар очистил проход в стене, отбросив несколько мешков с песком, и устремился внутрь. Было темно, но его усовершенствованные глаза быстро адаптировались и позволили мгновенно сориентироваться в новой обстановке. Вокруг валялись тела врагов в измятой и грязной форме, которую еще недавно они носили, гордясь своей службой Императору. Теперь знаки отличия были сорваны и заменены зловещим символом Хаоса – восемь стрел, исходящих из одного недремлющего ока. Вонь, вызванная поразившим их заболеванием, была намного сильнее, чем просто запах немытых тел и смерти. Все еретики выглядели истощенными и нечистыми, но некоторые несли на себе признаки чего-то гораздо худшего. Большинство из них на первый взгляд выглядели как люди, лишь незначительные выпуклости, вздутия и волдыри отмечали те места, где начинали происходить изменения. Были, однако, и такие, чьи тела значительно больше пострадали от контакта с силами, служителями которых они стали.

Кожу одного из мутантов покрывало нечто похожее на чешую, а удлиненные пальцы напоминали маленькие щупальца. Глаза выдвинулись на длинных, как у слизняка, стеблях. Другой еретик был огромен, его грудная клетка походила на бочку, а руки не уступали по толщине бедру нормального человека. Пальцы заканчивались ужасными длинными когтями, а лицо было изуродовано пятнами мерцающего, зеленоватого лишая, истекающего странным люминесцентным гноем.

Рагнар включил цепной меч, и мощное оружие пробудилось к жизни. В умелых руках оно способно было нанести немалый ущерб противнику; вращающиеся с большой скоростью лезвия приводились в движение находящимся в рукоятке мощным двигателем. Не раздумывая, Рагнар нанес пару ударов, отправляя когтистого гиганта прямиком в ад с дырой в животе, достаточной, чтобы просунуть кулак. Второй удар отбросил урода с глазами, как у слизняка, назад к стене. Кроме него здесь находились еще двое мятежников, способных к сопротивлению. Удовлетворенно рыча, Рагнар увернулся от выстрелов, и блестящие следы лазера осветили воздух над его головой. Одновременно сзади раздались крики пораженных врагов, не сумевших подкрасться достаточно бесшумно.

Подняв цепной меч, Рагнар бросился вперед и одним широким взмахом обезглавил одного мутанта, отрубил руку другому и раскроил третьего от макушки до паха. Затем, привычным легким пинком сбросив труп на землю и высвободив меч, помчался к выходу. Ликующий рев нападающих и отчаянные крики жертв не оставляли сомнений в том, что его братья, Кровавые Когти, приступили к своей жестокой работе, безжалостно уничтожая мятежников.

Рагнар бросился в коридор, где за одной из дверей показалась голова вражеского офицера.

– Что происходит? – прокричал он на готике с каким-то странным акцентом.

Человек был ужасно истощен и бледен. Весь его вид свидетельствовал о перенесенной долгой и мучительной болезни; глаза горели лихорадочным огнем. Очевидно, несчастный так и не успел понять, что произошло, когда его голова слетела с плеч, забрызгав стену кровью, а обезглавленное тело рухнуло обратно в комнату. Тотчас оттуда раздались истошные крики. Рагнар стремительно вложил болт-пистолет в кобуру и вытащил из раздатчика на поясе осколочную гранату. Небольшой овальный диск оказался в его пальцах. Установив счетчик детонатора на три секунды, он бросил гранату в комнату. Вряд ли находящиеся там перепуганные люди успели осознать, что произошло, когда прогремел взрыв.

Рагнар сунул голову в дверной проем и обвел взглядом помещение. Среди искореженных тел один человек все еще судорожно корчился, из последних сил пытаясь воспользоваться оружием. Его дыхание сопровождалось отвратительным бульканьем. Движения Рагнара были выверенны и точны. Лазерный пистолет, выхваченный им из кобуры, прекратил страдания несчастного прежде, чем тот успел воззвать о помощи к своим темным богам.

На секунду Космический Волк остановился, прислушиваясь. Все вокруг наполняли звуки сражения и смерти, распространяющейся по зданию, словно рябь в водоеме от брошенного в него тяжелого камня. Нападающие продвигались в глубь здания, подобно очистительному огню, рыская в поисках темной заразы. Ничто не могло противостоять их стремительному напору.

Воздух наполнила едкая смесь запахов горящей плоти, гноящихся ран, крови и мозговой ткани нечестивцев. Среди прочих были и другие, едва различимые запахи – оттенки феромона, специфического вещества, вырабатываемого организмом Космического Волка, испытывающего страх или гнев; скверная вонь пораженной тленом плоти и еще резкий, кислый запах какой-то странной болезни. Рагнар чувствовал, что конец сражения близок.

Еще он почувствовал приближающегося сзади брата Олафа. Это был один из самых молодых и еще недостаточно устойчивых воинов. Из них всех он был наиболее близок к превращению в вульфена во время трансформации, проявляя ужасающее буйство и неутолимую жажду сражений. Со временем юноша успокоится и научится управлять тем диким зверем, что живет внутри каждого Космического Волка.

Однако одного короткого взгляда Рагнару было достаточно, чтобы оценить положение, в котором находился сейчас Олаф. Неистовый зверь почти полностью вышел из-под контроля. Глаза горели диким огнем, зрачки расширились, с губ срывалась пена, вены на шее вздулись, словно канаты.

Рагнар немного посторонился, и Кровавый Коготь, привлеченный звуками сражения, промчался мимо, направляясь прямо в гущу обезумевших от ужаса еретиков. Рагнар двинулся следом, наблюдая и готовясь прийти на помощь, как только это потребуется.

Выстрелы Олафа поразили передние ряды еретиков, и уже через мгновение он перепрыгивал через тела погибших, чтобы раскромсать мечом оставшихся в живых. Безжалостно сея смерть направо и налево, он наступал, оттесняя противника в глубь коридора, пока не совершил первую ошибку. Минуя один из открытых дверных проемов, юноша оказался в ловушке, и прежде, чем он успел воспользоваться оружием, громадный кулак великана опустился на его голову.

Рагнар сразу узнал характерный запах гигантского огрина. Империум призывал на службу этих монстров, потому что чудовищная сила сочеталась в них с собачьей преданностью своему хозяину. Однако был у них один серьезный недостаток – глупость, поэтому они и последовали за своими офицерами на службу силам Хаоса, нисколько не задумываясь о последствиях. Великан, схвативший Олафа, был достаточно силен, чтобы раздавить даже череп Космодесантника, просто сжав пальцы.

Не будь рядом Рагнара, все случилось бы именно так, но после первого же его могучего удара отрубленная в запястье рука упала на пол, сжимая, подобно огромному пауку, пальцы в смертельной судороге. Неистовый рёв ярости и боли потряс воздух. Рагнар сделал шаг вперед и пригляделся. Широкое лицо с раздувшимся от шока и гнева ртом уставилось на него. Как и прочие, великан тоже был поражен болезнью. Огромные, наполненные гноем пузыри покрывали его щеки и шею, дыхание сопровождалось дребезжащим бульканьем из заполненных мокротой легких. Но, даже находясь в столь плачевном положении, этот огромный мутант не проявлял каких-либо признаков слабости, весь его вид свидетельствовал лишь о неумолимом стремлении калечить и убивать.

Рагнар поднял пистолет и выстрелил прямо в глаз огрина, но этого оказалось недостаточно. Вместо того чтобы замертво рухнуть на землю, великан попытался схватить нападавшего здоровой рукой. Столь неадекватное поведение несколько насторожило Рагнара. Либо существо было просто слишком глупым, чтобы умереть, либо здесь не обошлось без участия черной магии.

Сохраняя хладнокровие, он вытолкнул Олафа из-под удара монстра и неожиданно нырнул в другую сторону, заставляя орка вытянуть руку и разжать пальцы в движении, которым человек старается поймать муху. Как только представился благоприятный момент, Рагнар, не теряя равновесия, бросился вперед, отрубил монстру пару пальцев и глубоко разрезал его ладонь. Шипя, орк судорожно отдернул руку.

Держась за рукоять меча, Рагнар оказался оторванным от земли. Почувствовав, что сцепление зубцов меча с плотью врага ослабевает и он начинает падать, Рагнар сделал еще один меткий выстрел, рассчитывая, что по крайней мере полностью ослепит противника. Однако на этот раз болт, пройдя через другой глаз, пробил прочную кость черепа, и небольшое количество мозгов, имевшихся в распоряжении монстра, медленно стекло по стене. Гигант рухнул, подобно сваленному.дубу. Приземлившись на ноги, Рагнар осмотрелся и увидел, что брат Олаф уже двигался дальше по коридору, оставляя за собой разрушение и смерть. Принимая во внимание опыт с огрином, ему снова могла потребоваться помощь.

Олаф пробился к широкому залу. Потолок в нем был наполовину снесен, а пол усыпан разбитой керамической плиткой. Раскуроченные трубы торчали из пола, электрические кабели переплетались, словно змеи на остатках стен. Еретики беспорядочно метались, не в силах определиться: атаковать им или бежать прочь из здания. Эта нерешительность стоила жизни многим. Олаф бросился прямо в гущу врага. Его боевой клич отозвался эхом из всех углов зала, подобно крику какого-то жуткого демона. Рагнар находился в каких-нибудь двух шагах позади, держа ситуацию под контролем. Каждый его удар нес врагу смерть. Движения были легки и изящны. Он двигался словно бог войны, восставший к жизни из древних легенд. Прежде чем кто-либо сумел понять, что происходит, половина еретиков была мертва. Остальные обратились в бегство, но были обречены, как и их собратья, болтерный огонь Рагнара настигал их раньше, чем успевали добраться до выхода.

Олаф озирался вокруг, словно опьяневший от крови волк, в поисках новой жертвы. Темнота не была ему помехой. Запрокинув голову и шумно втягивая расширенными ноздрями воздух, насыщенный запахом еретиков, он, казалось, чувствовал что-то, мотая головой из стороны в сторону, и, прежде чем шагнуть к металлической двери в глубине зала, на мгновение прислушался.

Дверь распахнулась, на пороге возникла фигура человека. Он был высок и мертвенно бледен, кожа походила на пергамент, а глаза блестели во мраке жутким, болезненным зеленым светом. Его униформа позволяла заключить, что он был одним из офицеров. Но что-то чрезвычайно жуткое во всем облике подсказывало, что это уже нечто большее, чем просто человек, большее и худшее. Огромная туча мух гудела вокруг него. Они ползали по его телу и покрывали верхнюю часть головы, подобно шлему. Их непрерывное движение позволяло заметить клочья прокаженной белой плоти, которые были еще более отвратительны, чем ползающие насекомые. Губы раздвинулись, обнажая зубы и десны, пораженные множественными белыми нарывами.

С появлением незнакомца вонь резко усилилась. Нервная дрожь прошла по телу Рагнара, когда он догадался, чей дух находился внутри этого существа, теперь уже имеющего так мало общего с человеком, существа, которое, без сомнения, и являлось основным источником инфекции, поразившей еретиков. Это был достаточно сильный маг из числа присягнувших богу Хаоса, известному под именем Нургл, Властелин Чумы.

Но Олаф был слишком молод и горяч. Не зная, с кем имеет дело, он устремился навстречу пришельцу в расчете справиться с ним, как и с прочими солдатами. Гнилые зубы мага оскалились в странной усмешке. Затем его рука сделала широкий круговой жест, и ореол темной силы забурлил вокруг костлявых пальцев, превращаясь в шар мерцающего зеленого огня – концентрированной зараженной энергии. Издавая гудение, подобное гудению мух, облепивших плоть мага, шар приблизился к Олафу, замер на несколько мгновений и стал растекаться желтоватым заревом, постепенно охватывая все тело Космодесантника. Холодный огонь, казалось, поглощал юношу. Не было никакого жара и зловония, ничего, что сопутствует горению. Доспехи Кровавого Когтя вскипели, покрылись пузырями и начали стекать, подобно жидкости, увлекая за собой кожу. На какое-то время обнажились красноватые, увеличенные мускулы, но затем и они подверглись разложению, превращаясь в черный, стекающий на землю и тотчас испаряющийся гной. В следующее мгновение от Олафа остался лишь скелет, так похожий и в то же время не похожий на скелет обычного человека. Бросались в глаза массивные кости, укрепленные суставы, сверхъестественно толстый череп и мощные клыки... Затем и это подверглось распаду столь же стремительно, оставляя после себя лишь мерцающие в воздухе контуры. Олаф исчез, словно его никогда и не было прежде, а желтоватое зарево снова приняло форму шара.

Холодящие душу раскаты безумного, булькающего смеха заполнили зал. Смех перешел в кашель, и по телу мага прошла судорога, согнувшая его почти пополам. Откашлявшись, он сплюнул, и комок отвратительной зеленой слизи забурлил на земле, сразу же испаряясь. Затем, словно только что заметив присутствие Рагнара, он улыбнулся Волку как старому знакомому.

– Лорд Бочулаз приветствует тебя, – произнес он голосом, состоящим, казалось, из гудения тысяч насекомых.

При упоминании этого имени Рагнар застыл как вкопанный, напрягая все силы, чтобы отогнать внезапно вспыхнувшие, казавшиеся уже давно забытыми картины ужасов и страданий. Слова вызова застыли на губах, когда эти образы пронеслись в его голове.

Но вот маг снова взмахнул рукой. Если Рагнар не хотел, чтобы его постигла та же участь, что и Олафа, он должен был стремительно действовать. Шар гнойного пламени плыл по воздуху к Космическому Волку. Уже увидев в действии его способности, Рагнар не собирался позволять ему прикоснуться к себе. Он нырнул под шар, ощущая над головой его ужасную силу, прицелился и выстрелил. Его движения были стремительны, но маг поднял другую руку и отклонил летящий в него лазерный луч.

Рагнару не требовалось оборачиваться, чтобы посмотреть, как дальше будет вести себя шар. Ощутив спиной приближающуюся волну энергии, он отпрыгнул в сторону, в силовых доспехах включились сервомоторы, значительно ускоряя движения. Маг снова взмахнул рукой, и созданная петля энергии, мерцая, полетела к Рагнару. На сей раз для того, чтобы увернуться, ему пришлось прыгнуть вверх. Во время прыжка Волк, как и в первый раз, выстрелил, но еретик снова отклонил луч.

Ничего не остается, как воспользоваться старым, проверенным способом, подумал Рагнар и нырнул вперед, прямо под ноги врага, ощущая, как огненный шар, вращаясь, движется за ним по пятам. Маг снова сделал защитный жест, но на этот раз на какую-то долю секунды проиграл в скорости. Мгновенно скорректировав направление, Рагнар ударил врага мечом в области локтя. Черная кровь обильно потекла, подобно патоке, тотчас запекаясь вокруг раны.

Еще один подарок сил тьмы, догадался Рагнар.

Он хищно ощерился и нанес следующий удар. Цепной меч вспорол внутренности, взвизгнули лезвия, раздирая злодея на куски.

Затем Волк резко отпрыгнул в сторону, пропуская огненный шар, который, пролетев мимо, попал в мага и был поглощен его телом, не причинив тому какого-либо видимого вреда. «Побери меня Русс, но это стоило попробовать!» – подумал Рагнар.

Он вытянул руку еще раз и повернул меч из стороны в сторону, нанося таким образом поверженному противнику максимальный ущерб. С отвратительным хлюпающим звуком меч освободился, вытягивая за собой переплетенные внутренности.

Никаких признаков боли маг не показывал, лишь при попытке сделать жест для вызова очередного огненного шара мимолетное выражение дискомфорта пробежало по его лицу. Но жест остался незавершенным; голова слетела с плеч и была окончательно разбита двумя точными ударами. Обезглавленное тело рухнуло на землю.

Еще мгновение Рагнар смотрел на труп, убеждаясь, что он не подает больше признаков жизни. Бой был закончен. Волк удовлетворенно осмотрелся, но не обнаружил новых целей. Все вокруг словно замерло. Впрочем, это характерно для финала операции, проводимой Волками. Стараясь скорее забыть слова мага, Рагнар повернулся и помчался прочь той же дорогой, что и пришел. Помещение походило на скотобойню с залитыми кровью стенами. Рагнар втянул воздух, анализируя запахи, говорящие о том, что только Космические Волки остались живы в здании. Поэтому прозвучавший по коммлинку потрескивающий сигнал «Объект захвачен» для него не стал неожиданностью.

Наступала ночь. Старые желтые луны светили сквозь грязные облака. Рагнар неподвижно стоял на крыше одного из полуразрушенных заводов и вглядывался в темноту. Лишь его заплетенные волосы слегка шевелились от холодного ветерка. Там, внизу, все еще свирепствовала война. Другие войска Империума вели операцию по уничтожению еретиков. Огненная вспышка озарила небо – взорвался очередной снаряд. Несколько мгновений спустя раздался грохот. Рагнар ощутил дрожь отдаленного взрыва, сотрясшую через стены здание под его ногами.

Внизу веселились празднующие победу Кровавые Когти. Они собрались вокруг огня и распевали песни своего народа, повествующие о славных подвигах предков. Некоторые громко повествовали о своих сегодняшних подвигах, числе убитых еретиков и способе, каким это было сделано. Рагнар улыбнулся их невинному хвастовству. Они гордились собой и своими боевыми подвигами с искренностью людей, впервые побывавших в настоящем сражении.

Он знал, что это бахвальство необходимо им как для снятия напряжения, так и для того, чтобы произвести впечатление друг на друга. Ни для кого не было секретом, сколько сегодня погибло Космических Волков. Все принимали участие в возглавляемых Рагнаром похоронных ритуалах. Но задача была выполнена, и те, кто остался в живых, праздновали победу.

Рагнар до сих пор помнил собственный шок и нервную дрожь, словно лишь вчера сражался в своей первой кампании. Тогда все воспринималось иначе. До назначения командиром и последующей длинной череды приключений и войн, показавших, что он поднялся быстрее и дальше, чем любой другой Космический Волк когда-либо прежде, все казалось проще. Были случаи, когда он задавался вопросом: а действительно ли имеет смысл то, чему он посвятил жизнь? В такие минуты Рагнар завидовал простодушию своих молодых братьев, не знавших еще, как тяжела ответственность за смерть боевого брата. На протяжении этого долгого вечера, когда поступали новые и новые сообщения в этот защищенный фабричный комплекс, Рагнар заново проигрывал в голове минувшее сражение, размышляя, был ли возможен какой-либо иной способ действий, другая тактика, которая позволила бы уберечь Олафа и других молодых Волков от смерти. И в который раз его вопрос оставался без ответа. Шла война, а в войнах, как известно, умирают люди, даже Космодесантники. Возможно, другой командующий на его месте смог бы добиться большего. Возможно. Но что сделано – то сделано. И теперь следовало признать это как факт, принять и оставить в прошлом, поскольку изменить ничего уже нельзя. Завтра – новая битва, новая война.

Однако сейчас Рагнар испытывал потребность вернуться к тому времени, когда все казалось легким. Но он напомнил себе: только казалось. В годы его юности тоже были и потери, и ужасы, и интриги. Он позволил мыслям вернуться к минувшим событиям, многие из которых он тщетно пытался забыть.

Всматриваясь в черноту ночи немигающим взглядом, он вспоминал.

Глава первая

Вместе со своими братьями Рагнар стоял на входе в шлюзовой тамбур космического корабля. Оружие Волка было начищено до зеркального блеска, а недавно приобретенные знаки отличия Кровавого Когтя гордо сияли на наплечнике. Все ждали появления инквизитора Стернберга.

Космический Волк еще раз глубоко вздохнул, стараясь расслабиться, но напряжение не отпускало. На душе было как-то неспокойно. Несмотря на то что находящийся перед ним гигантский корабль был всего лишь шаттлом и даже не принадлежал к тем громадинам, что преодолевают немыслимые расстояния между звездами, его габариты все же были достаточно внушительны, чтобы перехватило дыхание. Во всяком случае, челнок ничуть не уступал размерами той деревне, в которой родился и вырос Рагнар. Как ни странно, но эту огромную, обглоданную метеоритами и обожженную воздействием различного оружия древнюю металлокерамическую конструкцию можно было даже назвать красивой. Странные, фантастические фигуры горгулий сжимали стабилизаторы, а рельефное изображение имперского орла на борту было исполнено с таким мастерством, которому самая замечательная драгоценность Фенриса уступала бы на порядок. Волк всматривался в прозрачные иллюминаторы на борту в надежде что-нибудь разглядеть, но никакого движения заметно не было.

Во рту чувствовалась странная сухость. Сейчас он станет свидетелем того, что еще несколько месяцев назад считал совершенно невозможным. Ожидая гостей из другого мира, Волк сказал себе, что не будет с глупым видом таращить на них глаза.

Во времена, когда он еще жил в деревне Грохочущих Кулаков, Вселенная представлялась неким огромным морем, усеянным бесчисленными островами миров и опоясанным гигантской змеей. С тех пор как его призвали на службу в Космический Десант, Рагнар узнал, что многое было не совсем так, как он думал прежде. Выяснилось, что его родина, Фенрис, представляет собой некий шар, вращающийся вокруг своей звезды, которая, в свою очередь, с немыслимой скоростью мчится куда-то в безбрежности Космоса. Когда-то Волк думал, что именно эта звезда и была легендарным Глазом Русса, но теперь он знал, что это не так и она всего лишь одна из миллионов звезд, составляющих галактику и Империю Человека, и что могучие корабли каким-то образом могут преодолевать громадные расстояния между мирами. Кроме того, Волк узнал, что разные миры отличаются друг от друга и что многие из них являются родиной различных наций и народов. Впрочем, здесь можно было провести некоторую аналогию с островами в море Фенриса, на которых жили народы со своими обычаями и верованиями, непохожими зачастую весьма существенно. Так же дело обстояло и с другими мирами, только различия между их жителями были еще более разительны, чем между островами Фенриса. Учителя рассказывали, что где-то обитают нечистые мутанты и что существует бесчисленное количество чуждых рас, в различной степени недружелюбных по отношению к человечеству. Некоторые миры чрезвычайно густо заселены и наглухо закрыты защитными куполами. Другие, в противоположность им, почти безжизненны, и единственными жителями их являются вечно скитающиеся по ледяным и снежным пустыням кочевники. Существуют миры, представляющие собой совершенно не пригодные для жизни безводные огненные пустыни, где чудом уцелевшие остатки цивилизации сохранились лишь в древних пещерных городах.

Одним словом, теперь Рагнар понимал, что даже самый совершенный человеческий разум в состоянии постичь лишь ничтожно малую часть Вселенной.

Но теперь он был опытным Космическим Волком, поэтому подобные мысли следовало отогнать и сконцентрироваться на том, что происходит здесь и сейчас. Вот только почему-то это было трудно. Волк постарался представить, как могут выглядеть пассажиры, прибывшие на этом корабле. А что, если у них зеленая кожа или две головы? Однако все это очень скоро выяснится. Хотелось осмотреться вокруг, узнать, какова реакция его братьев, других Кровавых Когтей, но Рагнар переборол себя. Перед ним поставлена задача обеспечить почетную охрану гостей, так что следовало вести себя дисциплинированно и сдержанно. Не пристало ему, матерому и закаленному в боях Волку, озираться вокруг, подобно юнцу.

Он мог лишь догадываться о происходящем по выражению лиц тех, кто находился в поле его зрения. Например, обезображенное сломанным носом лицо Свена выражало нетерпение, словно незнакомцы могли принести с собой что-то вкусное. Кроме того, Рагнару была знакома эта характерная усмешка, появляющаяся на лице его боевого брата, когда тот пытается не выдавать своих истинных чувств. Злобное презрение исказило и без того достаточно зверское лицо старого соперника Рагнара, Стрибьорна. Впрочем, напряжение читалось на лицах всех встречающих. Было заметно, что Кровавые Когти стараются бороться с возникающими у них импульсами, что дается им нелегко, поскольку все они лишь недавно приняли посвящение и их головы и сердца все еще полны дикими, животными порывами, являющимися побочным эффектом процесса преобразования человека в Космического Волка.

Подавляющее большинство членов Ордена, проживающих в настоящее время в Клыке, вышли встречать незнакомцев. Оставив свои логова и кельи внутри огромной горы, они пришли сюда, чтобы приветствовать инквизитора. Не было видно лишь самого Логана Гримнара, могущественного Великого Волка, легендарного Магистра Ордена. Впрочем, отсутствие Великого Волка на самом деле не было странным, поскольку скорее всего он ожидал гостя в своем логове, готовясь оказать достойный прием. Чутье подсказывало Рагнару, что этот инквизитор Стернберг, должно быть, действительно весьма могущественный человек, раз удостоен столь торжественного приема. Сейчас в Клыке находилось более ста Космических Волков и тысячи слуг. Редкие посетители вообще когда-либо приветствовались здесь, и тем более необычной выглядела эта сегодняшняя церемония. Рагнар вспомнил о сержанте Хаконе, своем первом инструкторе, несколько недель назад вернувшемся с гор, чтобы взять на себя заботу о Кровавых Когтях после смерти сержанта Хенгиста. Сосредоточившись, Рагнар почуял запах ветерана, и тотчас перед его мысленным взором возникло худое, жесткое лицо.

Рагнар подумал о дошедших до него слухах о Стернберге. Некоторые из рабов уверяли, что он сражался на стороне Космических Волков лишь в нескольких особых случаях. Говорили даже, что однажды он спас жизнь самого Великого Волка. Другие утверждали, что инквизитор прошел весь путь от древнего мира Терры, священного дома самого Бога-Императора, чтобы принести новости относительно чрезвычайно важной для Ордена миссии. Некоторые даже утверждали, что он направлен непосредственно самим Императором, чтобы шпионить здесь за Космическими Волками на предмет обнаружения ереси в Ордене.

По поводу последнего Рагнар, конечно, сомневался, поскольку еще со времен собственной инициации знал, сколь беззаветно верны Волки своему долгу. Все они, включая самого Рагнара, скорее умрут, чем предадут человечество. Да просто не существовало способа, с помощью которого можно было бы склонить их к измене.

И все же мышцы на лице Волка напряглись, когда из памяти выплыло темное воспоминание, вызванное этими мыслями. К сожалению, с недавних пор стало известно, что даже Фенрис уже не свободен от инфекции Хаоса. Всего лишь несколько месяцев назад Рагнар и его товарищи, Кровавые Когти, обнаружили очаг ереси в горах на севере Асахейма. Очаг оказался столь запущен, что для его ликвидации потребовалось задействовать всех Волков, находящихся в тот момент на планете. Рагнар отогнал мрачные мысли, зная, что велика вероятность, того, что в окружении инквизитора могут быть те, кто сумеет выхватить их из головы любого, даже самого опытного Космического Волка. Нет сомнений, что последнее столкновение с изменниками из Ордена Тысячи Сынов стало результатом невнимательности Волков к происходящему на планете.

И вот, словно в ответ на его опрометчивые мысли, большая дверь в борту шаттла зашипела и открылась. Выдвинувшийся из нее посадочный трап опустился на пол ангара. Затаив дыхание, Рагнар чуть повернул застывшее от напряжения лицо, стараясь получше разглядеть появившегося первого гостя. Чувства разочарования и одновременно облегчения боролись в нем. Несмотря на весьма внушительный облик, в целом незнакомец выглядел на удивление нормальным. Он был высокого роста, почти такого же, как и Космический Волк, и столь же широк в плечах. Его тело покрывала темная броня, оставлявшая видимой только седеющую голову. Большое количество разного рода оружия удивило бы даже опытного Волка. Особенно бросались в глаза большой пистолет необычной конструкции и меч. Длинный красный плащ колыхался в порывах ветра, вызванного качающими воздух вентиляторами. Капюшон плаща был откинут назад, хотя появляться с непокрытой головой на публике, как известно, не в обычае людей подобного рода. Переступив порог, гость на мгновение задержался, зорко осмотревшись вокруг. Затем широко улыбнулся, обнажая белые зубы на загорелом, темном лице, и двинулся вниз по трапу, который слегка прогибался под его весом. Как предположил Рагнар, доспех инквизитора на самом деле был тяжелее, чем казался на вид, и, подобно его собственному, снабжен сервомоторами.

Когда гость начал спускаться, вслед за ним появились и другие. Первой шла женщина, при виде которой невольный возглас удивления вырвался из груди Рагнара. Пожалуй, еще ни разу в жизни ему не доводилось видеть столь прекрасного создания. Она была высокой и гибкой, с темно-коричневой кожей и черными, коротко подстриженными волосами. На лбу можно было заметить какие-то странные символы. Ее доспех и плащ походили на те, что и у человека, идущего впереди, но были не столь богато украшены. Рагнар предположил, что это может указывать на различия в рангах между ней и первым гостем, который, по всей видимости, и был инквизитором Стернбергом. Среди Космических Волков демонстрация знаков отличия приветствовалась. Все они с гордостью носили как эмблему своих подразделений, так и заслуженные в сражениях награды. Невероятно обостренное зрение позволило Рагнару разобрать имя, выгравированное на нагруднике гостьи: Кара Исаи.

После появления первых двух любопытство хозяев заметно снизилось, поскольку остальная часть свиты на первый взгляд ничем особенным не выделялась. На многих была военная униформа. Наиболее вероятно, они являлись высшими офицерскими чинами при инквизиторе и одновременно исполняли обязанности его телохранителей. Известно, что по сложившейся практике инквизиторы Империума нередко путешествуют в сопровождении свиты, которая в случае необходимости способна выполнить функции небольшой личной армии, выявляя и уничтожая ересь. Предположение, что эти люди находились здесь для защиты своего главного от Волков, совершенно не выдерживало критики, поэтому, промелькнув в голове Рагнара лишь на мгновение, само собой отпало. Он сразу отверг эту идею как смехотворную, ведь даже если допустить тот немыслимый случай, что Волки напали бы на своего гостя, то простые смертные никак не смогли бы уберечь его.

Тем временем за воинами появились мужчины и женщины в темно-синих одеждах клерков. Каждый из них имел при себе приспособление для записей в кожаном переплете, прикрепленное к толстому кожаному поясу. Рагнар не был уверен, являлись ли они книгами знаний или просто служили для создания новых документов. Он решил при случае спросить об этом кого-нибудь из них.

Когда гости начали спускаться по трапу и Рагнар впервые почувствовал их запах, он показался ему не просто чужеродным, но даже несколько враждебным. Внезапно нахлынувшая волна какой-то странной тревоги вызвала ощущение приближающейся беды. Зверь внутри него всполошился, и Космический Волк почувствовал животное, желание наброситься на пришельцев и разорвать их в клочья, уничтожить, словно они были его заклятыми врагами. Но особенно насторожила Рагнара не столько острота его ощущений, сколько их странность. Пожалуй, никогда прежде он не чувствовал ничего подобного. Возможно, заметив что-то, женщина-инквизитор повернула голову в сторону Волка, и их взгляды встретились. Заглянув в ее карие глаза, Рагнар был удивлен тем, что он почувствовал. Странность заключалась в том, что этот мимолетный взгляд принес какое-то странное спокойствие. Нет, наполнявшее его тревожное чувство не исчезло полностью, но как-то притупилось, постепенно теряя свою остроту. Волк попытался объяснить свои ощущения логически, но для этого он слишком мало знал. Да, возможно, союзникам можно доверять, и все же следовало вести себя осторожно.

Когда инквизитор ступил на палубу ангара, Ярек Синезубый, дворецкий Великого Волка, вышел ему навстречу. В соответствии с традициями Фенриса они обменялись приветствиями, пожав друг другу руки в области локтя. Стернберг не проявил при этом никакого удивления и исполнил ритуал с такой непринужденностью, словно делал это ежедневно. Как только рукопожатие было закончено, гость снова улыбнулся и отвесил сложный и изысканный поклон. Шедшие за ним люди все как один повторили движения своего господина.

– От имени Логана Гримнара, Великого Волка и Магистра, приветствую тебя, – гордо произнес Ярек.

Он говорил на высоком готике, что заставляло его и без того достаточно грубый голос звучать еще более резко.

– Благодарю Великого Волка за гостеприимство и прошу его об аудиенции.

В отличие от голоса Ярека голос инквизитора был более ровным и благозвучным, но присутствующие в нем стальные нотки не предвещали ничего хорошего. Чувствовалось, что говорящий преследует свои собственные интересы. Впрочем, это ничуть не удивило Рагнара, поскольку незнакомец, по всей видимости, был уполномочен Императором собрать сведения о различных видах ереси. До сего момента Орден Космических Волков находился вне надзора Святой Инквизиции, поскольку его организация была обусловлена законами и традициями, сопутствующими зарождению самого Империума. Учителя Рагнара не раз обращали внимание на это. Воины Космического Десанта издавна гордились своим статусом независимой силы, призванной на защиту человечества. Кроме того, именно Адептус Астартес стояли у истоков Империума и в силу этого пользовались заслуженными и немалыми привилегиями.

В интонациях Стернберга Рагнар ощутил нечто, заставившее его насторожиться. Было бы неверным сказать, что он почувствовал фальшь. Конечно, этого не могло быть: едва ли столь древний и мудрый воин позволил бы себе подобную оплошность. Дело было в чем-то другом. И была еще одна странность – судя по всему, чувство тревоги возникло лишь у одного Рагнара. Если бы кто-то из его братьев тоже проявил признаки беспокойства, это вряд ли укрылось бы от Волка, обоняние которого на порядок превышало любые, самые уникальные человеческие способности. Но запахи бойцов не менялись. Значит, пришельцы принесли с собой, наряду с прочими, и такую опасность, почувствовать которую был способен лишь один Рагнар. Возможно, это являлось следствием какого-то изъяна в нем, оставшегося после трансформации. Ведь время от времени его посещали странные видения и галлюцинации, а также неожиданные приступы гнева и ненависти. Правда, старейшины говорили, что со временем его организм полностью адаптируется к происшедшим изменениям и все это пройдет.

– Великий Волк будет рад предоставить аудиенцию своему старому товарищу незамедлительно, – официальным тоном произнес Ярек, сделав шаг навстречу инквизитору.

Космические Волки расступились, и Стернберг со своей свитой продолжил движение. Когда они миновали последнюю шеренгу, Волки выстроились за ними в соответствии с рангом и торжественно сопровождали гостей к логову своего вожака.

Огромный, сделанный из прекрасного серого шелка шатер был установлен в приемной Великого Волка. Приоткрытая завеса с одной стороны образовывала проход, через который Стернберг в сопровождении своего эскорта вошел внутрь. Логово освещали шары, парящие в воздухе в верхней части шатра. Две неугасающие жаровни сверкали и потрескивали у входа. От каждой исходил запах ладана, используемого в священных ритуалах Империума. Рагнар узнал этот специфический аромат, принадлежащий серебряному корню. Считалось, что он обладал особенно мощной способностью к нейтрализации негативных влияний.

За все время пребывания в Клыке это был первый раз, когда Рагнару представился случай побывать в логове Великого Волка. Прежде не было особенной необходимости для посещения чего-либо, кроме тренировочных залов, стрельбищ и камер, где жили новообращенные Космические Десантники, и общей территории Великих Рот. Рагнар знал: близится время, когда и стая его Кровавых Когтей будет определена в свою Великую Роту и станет частью высшей структуры власти Ордена. Однако в настоящий момент они находились в состоянии некоторой неопределенности, поскольку было неизвестно, какой именно Роте потребуется пополнение. Кроме того, некоторые особо отличившиеся бойцы из числа Кровавых Когтей уже были выдвинуты кандидатами в Серые Охотники.

Логово Великого Волка поражало воображение своими размерами. Оно занимало целый уровень Клыка. Система подземных туннелей под древней крепостью представляла собой сложный лабиринт. Однако удивление, которое могли почувствовать вновь прибывшие, несравнимо с тем, что испытал сам Рагнар, когда впервые увидел внутреннюю часть горной крепости, куда доступ был строго ограничен. Должно быть, те, кому довелось побывать там, видели немало впечатляющих картин. Какая-то часть его существа стремилась к приключениям, путешествиям в далекие, неведомые миры, и он понимал, что рано или поздно так и будет. Однако другая его часть испытывала страх, и он сам не был уверен почему. Он подозревал: то, что осталось в нем от человека, инстинктивно боялось нового опыта.

Великий Волк ожидал гостей в роскошных апартаментах. Это был весьма массивный человек и, как показалось Рагнару, поистине могущественный воин. Грудь его была шире бочонка эля, а руки скорее напоминали стволы деревьев. Огромная серая борода водопадом ниспадала на грудь. Древние и непостижимые глаза светились пронзительным и в то же время холодным, ледяным огнем. Лицо было словно высечено из гранита, а шрамы на щеках больше напоминали кору столетнего дуба, чем следы ран. Огромная, наброшенная на плечи накидка из волчьей шкуры, по всей видимости, была изготовлена еще во времена Лемана Русса. Говорили, что она была непроницаема как для холода, так и для пламени. Волчья морда, подобно короне, покоилась на голове Гримнара. На шее висел Амулет Русса, изготовленный из неизвестного металла и представляющий собой достаточно грубо выполненное изображение волчьей головы. Этот талисман, как предполагалось, защищал от различного рода злых чар. Кроме того, говорили, что он наделял своего владельца великой силой.

Множество боевых наград украшало доспехи Великого Волка – за последние семьсот лет он участвовал в сотнях кампаний на службе Империума. Одной этой мысли было вполне достаточно, чтобы заставить любого Волка испытать священный трепет. Это время в десять раз превышало продолжительность жизни самого старого смертного человека на Фенрисе, но тем не менее Логан Гримнар не проявлял каких-либо признаков слабости. Вместо этого он источал ауру безграничного здоровья, силы и энергии. Поистине это самый величественный человек из всех, с кем Рагнару доводилось когда-либо встречаться. Казалось, он был рожден, чтобы властвовать. Трудно даже представить себе более достойного вождя, которому со столь безграничной преданностью служили бы Космические Волки. Впрочем, как же могло быть иначе, ведь не случайно этот человек так давно возглавляет один из лучших Орденов Адептус Астартес.

Логан Гримнар величественно восседал на троне, производившем впечатление некоего древнего камня, с высеченными на нем рунами, вид которых был столь же древним, как само время. Казалось, они были вырезаны в камне дождем и ветром. По всей видимости, трон был рассчитан, чтобы выдержать тяжесть человека даже большего, чем Гримнар. Трон был изготовлен еще во времена Русса, и возможно, сам великий примарх некогда сидел на нем. Навершие спинки представляло собой огромную оскаленную волчью голову, возвышающуюся над сидящим, а подлокотники представляли собой лапы зверя. Но поистине самой необычной особенностью трона являлось то, что он совершенно не касался пола, а словно парил над ним на высоте в ширину ладони. Кстати, доспехи Великого Волка аналогичным образом не касались трона, а мерно покачивались над его поверхностью. Рагнар слышал как-то о древней магии неизвестных миров и догадался, что скорее всего здесь не обошлось без этого. Трудно было представить, что сидение на твердом камне могло быть более или менее комфортным даже с помощью магии, но, возможно, трон имел и иное назначение. За ним находились два огромных знамени: на одном были изображены два неистовых волка – знаки отличия Гримнара, а на другом – оскаленные волчьи головы – символ Ордена. Несмотря на то что не чувствовалось ни малейшего дуновения ветерка, знамена чуть трепетали.

У трона стояли приближенные Великого Волка – Волчьи Жрецы, в великолепных мантиях из волчьих шкур. В одном из них Рагнар без труда узнал Ранека, самого старшего из всех. Он возглавлял посвящение в воины Ордена молодых Кровавых Когтей многие месяцы назад. Здесь же находились Железные Жрецы, со шлемами в форме волчьей головы. Было и несколько Рунных Жрецов, с огромными деревянными жезлами в руках, испещренными мистическими рунными символами. От всех этих людей исходила почти физически ощутимая аура древней мудрости и власти. Все они являлись ветеранами сотен кампаний.

Рагнар задавался вопросом: а отдавал ли себе отчет инквизитор, какой чести он удостоен?

Подав знак сопровождающим его людям остановиться, Стернберг направился к трону. Оказавшись перед Великим Волком, он тотчас опустился на одно колено и склонил голову, подобно человеку, присягающему на верность своему господину. Гримнар сошел с трона и, приблизившись к гостю, опустил свою могучую руку ему на плечо.

Рагнар находился весьма близко и, наблюдая встречу этих двух людей, поймал в глазах инквизитора какой-то странный отблеск. Переведя взгляд на брата Ранека, тоже внимательно наблюдающего за инквизитором, Рагнар понял, что он был не единственным, заметившим это. Чуть повернув голову в сторону Рагнара, Ранек поймал его пристальный взгляд. Их глаза встретились лишь на какое-то мгновение, но Волк не сомневался, что жрец успел прочесть его мысли.