Какой размах! Какой вселенский дых!
И в каждом сердце —
радостный воскресник.
И не с того ль волнуется мой стих,
Что ты, звонарь, —
мой спутник и ровесник?
А ты — и в гул,
и в самый дробный звон,
А Русь — поет, и внемлет, и вскипает.
И в наших снах — не тризна похорон,
А сам Господь ликует и рыдает.
Давай звонарь, — все страхи истребя!
Да не пожнет нас рабская пучина!
Да воспарим душой, как ястреба,
Как вся твоя геройская дружина!
И вот стучу и в гвоздь, и в долото,
И каждый стих
рифмую с громким свистом.
И вот она — свеча моя за то,
Что ты —
артист, пожалуй, из артистов.
Да будет так (скажу и пропою):
Придет пора,
тот час благословенный,
Когда всю медь, всю звонницу твою
Восславит внук на празднике военном…
Не спят в руках веревки и ремень,
А ноги жмут на доски громовые.
Гудит в набат
твой бесподобный "День",
И я твержу: "Жива ещё Россия!"
РУСЬ
Значит — снова в путь-дорогу,
Значит — вновь не удалось.
Значит — снова, братцы, — с Богом!
На авось, так на авось.
Что нам отчее крылечко!
Что нам брат и что нам друг!
Ты катись моё колечко,
Хоть на север, хоть на юг.
Умираем, да шагаем
Через горы и стада.
А куда идём — не знаем,
Только знаем, что туда:
