Газета День Литературы # 90 (2004 2)

О положении трудящегося народа России мы тут говорить не станем, о том, кто надрывается на приполярных нефтепромыслах или перетаскивает осветительную аппаратуру в Останкино,— об этом иногда передают даже по "ихнему" телеящику. Но самое изумительное, что журналюги, обслуживающие наших вороватых "олигархов", не перестают всечасно галдеть о разгуле — в нынешней голодной и обесточенной России — антисемитизма! Остановимся лишь на немногих примерах, последних по времени при подготовке данной статьи.

В минувшем октябре орган капиталистических тружеников "Независимая (от Березовского) газета" заплакала о печальной судьбе бывшего классика советской молодежной прозы Александра Евсеевича Рекемчука, уроженца Одессы. Он назвал в "Международной еврейской газете" одного скромного московского издателя "одним из идеологов фашизма". Обвинение серьезное, ибо к фашизму в России отрицательно относились всегда. Тот счел себя оскорбленным и подал на отставного советского классика в суд, прося защитить его честь и достоинство. Московский Хамовнический суд дело к рассмотрению принял. Казалось бы, ответчику Рекемчуку и независимым (от Березовского) репортерам следовало бы подождать законного решения. Но в своем раздражении они печатно попытались надавить на суд.

Читаем: "Александр Рекемчук сказал журналистам, что, на его взгляд, процесс затянулся только потому, что истец, а возможно, судья, стараются продлить удовольствие от прений по вопросу о роли евреев в российской и мировой истории. Истец, попросту говоря, эксплуатирует "храм правосудия" для антисемитских проповедей. А суд, как кажется ответчику, ничего против этого не имеет".

Ничего себе обвинения в адрес судебной власти! Столичные судьи, видите ли, испытывают" удовольствие" от якобы "антисемитских" сюжетов! О таком за последние годы в адрес наших судов слышать не приходилось. Характерно, что никаких доказательств зловредности судей не приводится в пространной статье, украшенной фотографией страдающего Рекемчука, только опять вытащен старый "булыжник" — обвинение в "антисемитизме". Его на газетной полосе поддерживают — в самых общих выражениях — директор Московского бюро по правам человека А.Брод и президент фонда "Экспертиза" М.Урнов (состоял некоторое время в числе ельцинских придворных).

Или другой пример. Летом минувшего года А.Солженицын выпустил второй том книги "Двести лет вместе", посвящённой истории русско-еврейских отношений. Автор подбирал выражения и оценки сугубо осторожно, даже ссылался в основном на еврейских авторов, хотя ныне на эти сюжеты публикуется множество авторов русских. Но осторожность не помогла даже опытному в таких предприятиях Солженицыну. На него тут же набросились многие, но особенно — Марк Дейч, поместивший аж две пространные статьи в "Московском комсомольце".

Кто же он такой, постоянный сочинитель бульварной газеты, всегда зазывающей читателей в столичные публичные дома? По образованию ветеринар. Начал в брежневские времена служить разъездным репортером в жалкой (тогда) газете "Литературная Россия", пописывал о свинарках и доярках, шахтерах и комбайнерах. Не добившись на этой ниве успехов и славы, укатил "за бугор" с израильской визой. До пустыни Негев, разумеется, не добрался, осел в богатом Мюнхене на радиостанции "Свобода" под крылышком ЦРУ со щедрой оплатой за услуги. При Горбачеве поспешил на "вторую родину", где и обосновался в "МК", не забывая при этом и родную "Свободу".

Пенсионер-комсомолец Марк не случайно осел в данном печатном органе — это одно из самых нечистых в стране русофобских изданий. Хозяином тут стал с 1990 года П.Гусев, журналист, не опубликовавший в жизни ни единого примечательного материала. Главные его интересы кроются в ином. Об этом с присущим ему красноречием сообщил В.Жириновский в своей новой книге "Иван, распахни душу!". По общему мнению, в закулисной столичной обстановке полковник Жириновский разбирается досконально. Вот подлинная цитата из его произведения: "Главный редактор "МК" Павел Николаевич Гусев, 1948 года рождения, еврей, хоть всячески это и скрывает... Не будь дураком, одним из первых приватизировал газетку, а вслед за газеткой — и часть зданьица на улице 1905 года вместе с редакцией, часть типографии и прочая, и прочая. Как говорят на Руси: лиха беда начало. Гусев начал неплохо. Со стартовым капитальцем умело поиграл в различные ГКО и прочие более мелкие пирамиды и пирамидки. Нажитое тут же умело, и что не менее важно, — прибыльно вложил в дело "развития демократии". Точнее — поставил газетку и всё остальное на службу московской мэрии..." Так утверждает Жириновский, а мы его только цитируем.

Участившиеся в последнее время спекуляции на несвежем от долгого употребления понятии "антисемитизм" вызывают чувство неприязни у многих — тут мы нарочито выразимся расхожими словами — "лиц еврейской национальности". Тех, кто эти самые "лица" не прикрывает какой-либо заемной вывеской, как это издавна повелось у Гайдара и Чубайса, "грека" Гаврюши Попова и прочих "мэров, сэров и хэров", имена и клички которых обрыдли всей России.

Тем, кому это обрыдло, безусловно является и Эдуард Ходос. В своих суждениях по пресловутому "еврейскому вопросу" он высказывается прямо и свободно, не оглядываясь на любые предубеждения, с какой бы стороны они не исходили. Его новая книжка "Еврейский удар" вышла в свет летом 2003 года в Харькове, когда-то великом промышленном центре великой державы, дотла разоренном теперь хищными хозяевами. Тираж издания маленький, а Харьковщину от России отделяет теперь ублюдочная "государственная граница". Оттого и следует представить автора и его произведение.

Харьковский публицист ничего, разумеется, не имеет против евреев, сам еврей с открытым еврейским самосознанием. Но вот "жидовствующих" не уважает. Тех, кто ограбили и продолжают грабить русских, украинцев, всех, кто попадется, включая и рядовых евреев. В итоге получилось, что "кошельком" московского Кремля стал Абрамович, а тем же "кошельком" киевского Крещатика сделался Рабинович. Есть разница? На "незалежной" Украине, когда-то богатой и обильной республике великой державы, положение народа куда хуже ныне, чем даже у нас в России. В том числе и у трудящихся евреев, которых к тому же оглушают националистической пропагандой. Прислушаемся к внимательному свидетелю Э.Ходосу:

"Большинство украинских евреев искренне верят речам и посулам навязавшихся им поводырей, совершенно не задумываясь о последствиях происходящего. Методы же нынешних еврейских фюреров не блещут новизной, но действуют безотказно: с одной стороны выпячивается "богоизбранность" евреев, с другой — вдалбливается в головы ощущение себя Жертвами, перед которыми весь мир в неоплатном долгу. Реализация первого метода осуществляется путем открытия многочисленных учреждений, организаций и заведений, предназначенных только для евреев: от детских садов и школ до бассейнов и тренажерных залов, двери которых открыты только для обладателей "богоизбранной" метрики.

Результативность второго метода достигается бесстыжей и циничной торговлей Холокостом. Причем для достижения целей новые еврейские идеологи не гнушаются ничем — даже самой откровенной ложью и неряшливо сделанными подтасовками".

Примеров того и иного Э.Ходос приводит воистину без числа и счета. Наши нынешние "олигархи" с двойным гражданством получили за пустяковые несколько лет немыслимые богатства. Они скопили их не трудом, не изобретениями и открытиями, не бережливым накоплением даже, а "хапком". Нагло и открыто отняли общенародные ценности. И не множеством охранников, прикрывающих их конторы, особняки и поместья, удерживается их власть в стране, а прежде всего — прибранными к их рукам средствами массовой информации.

Опираясь на многочисленные данные, собранные по всей полунищей ныне Украине, Э.Ходос делает четкий и недвусмысленный вывод: "Главным оружием массового поражения, обеспечивающим победу еврейской "культурной революции", являются средства массовой информации — тяжелая артиллерия иудонацистов, расставивших своих людей на главные командные посты. И под прикрытием жидовствующей ереси еврейские фашисты наносят удар за ударом, используя все возможности "четвертой власти" — очередного "подвида" Власти, прибранного к их рукам". К этой краткой и емкой характеристике нечего добавить.

Отвлечемся от печальных свидетельств с братской Украины ради дел московских. 20 ноября вся литературная Москва хоронила поэта Юрия Кузнецова. По общему мнению всех, кто следит за современной литературой, он давно и безусловно почитался первым стихотворцем России. Товарищи Кузнецова разослали соответствующие уведомления во все столичные телеканалы. Не откликнулся на печальное событие ни один! А совсем недавно там гремел ничтожный текстовик Илюша Резник, которого восхваляли "мэр в кепке" и монархист Глазунов. Писательская общественность возмутилась наглым неуважением к покойному поэту, письмо подписали Евгений Рейн и иные совсем уж не патриоты, но... Нашим телеевреям, включая Швыдкого, наплевать на это.

Не станем повторять уже всем известное про нашего cвоеобразного министра российской культуры Швыдкого, про уровень российского телеэкрана, где денно и нощно маячат убогие развлекатели жванецкие с хазановыми, — скучно о том да и бесполезно пока. Скажем об ином, куда менее известном общественности.

В начале декабря в "Литературной газете" появился обстоятельный и очень серьезный материал под интригующим заголовком "Приватизированная Госпремия". Обоснованно говорится, как уже не раз в нашей печати, что высшая награда страны по литературе и искусству присуждается... ну, мягко говоря, очень узкому и вполне определенному кругу лиц, среди которых не сыскать ни единого патриота, а вот космополиты преобладают. Приводится полузасекреченный список "высокой комиссии", эту премию присуждающей, и что же? Бесспорно русских там только двое: Сергей Михалков, разменявший недавно девятый десяток, и Виктор Ерофеев, поклонник садизма и гомосексуализма.

Ясно, кому именно присуждаются Государственные премии России. Имена известны, изумление читающей публики тоже. Но совсем уж по-местечковому выглядит то обстоятельство, что члены "высокого жюри" не стесняются присуждать денежные награды… самим себе! А потом президент Путин этот местечковый междусобойчик, это узкое распределение озвучивает на всю бедную страну.

Теперь, когда общественность начала разбираться, кто есть кто в деле присуждения Госпремий, и высказывать гласно свои суждения на этот счет, следует ожидать оттуда и окрест воплей об "антисемитизме". А что еще скажешь? Последнее прибежище... Ждем такого от "русского" Битова или от "многонациональной" Ахмадулиной. И уж конечно, от критика С.Чупринина, природного архангелогородца...

Да, за последние несколько лет многое изменилось в лучшую сторону в самосознании нашего народа. Он стал наконец понимать, КТО им управляет, в ЧЬИХ интересах, и КАКОВА идеологическая обслуга самопровозглашенных правителей с двойным гражданством. Последние выборы в Думу это четко показали, но мы о том не станем пока. А лучше о том, какую карту "они" вскоре начнут разыгрывать.

Точнее говоря, уже начали. Первой в раздраженном нетерпении высказалась "Новая газета". Этот орган печати настолько проеврейский, что даже "Международная еврейская газета" на ее фоне выглядит уравновешеннее и солиднее. Так вот, если верить "Ноге", не Ходорковский и К° ограбили народ, не Гайдар обесценил сбережения трудящихся, не Чубайс всучил нам фальшивые "ваучеры",— виноват во всех бедах... сам русский народ. С таким манифестом выступил на исходе ноября Артемий Троицкий. Кто он такой, нам неизвестно, но наименование у него несколько нарочито славянофильское. Невольно вспомнишь Юлиана Семенова или Савву Кулиша — называем лишь покойных, ибо о них уже всё давно известно и бесспорно.

Суть пространной статьи Троицкого выражена в его же цитате: "Недолго Россия веселилась в девках (давно установлено, кстати, и поэтами, и учеными, что Россия — страна женского рода), захотелось под гнет. Хозяин с правильными задатками нашелся сам собой (спасибо Березовскому) — неяркий, недобрый, из Большого дома… И с чувством глубокого мазохистского удовлетворения Баба Раша села на быстро твердеющую вертикаль власти со всеми её интимными прибамбасами — пресмыканием, доносами, сладкой неприкрытой ложью, отсосом мозгов со спрямлением извилин и безальтернативными выборами".

Плохо пишет "их" Артемий ("отсос мозгов" и т.п.), просим извинения за цитату, но разобраться с автором придется.

Ну, "неяркий и недобрый хозяин" — это, разумеется, наш нынешний президент. Вступаться за него мы не станем, у него защитники найдутся. А вот за Россию, нашу единственную родину, мы вступиться обязаны. "Баба Раша" — это неологизм в русофобском жаргоне, такого еще не произносилось. Стилистика тут, конечно, убогая, смешение "американского с нижегородским", но злоба, злоба-то какова! Как нужно ненавидеть "страну проживания", притом оставаясь у нас жить, и по-наглому ничего не опасаться! Срамную пошлость про мазохизм Бабы Раши и "вертикаль власти" мы даже не обсуждаем, только заметим неумелому журналюге, что не только имя отвратной ему России женского рода, но также прекрасной Франции, доброй старой Англии, сказочной Индии и многих, многих иных стран и государств, даже вполне "демократических", тоже такого же рода.

И тут самое время вспомнить в заключение наших заметок, что в России, как бы ни презирали ее Смердяковы любых наций, никогда не стяжать на русофобии широкого и устойчивого признания. Нет-нет, мы имеем в виду не пустяшного автора космополитической "Ноги", а крупного и талантливого русского писателя. Пример его впечатляет. Солидный либеральный журнал "Вопросы литературы" (издается теперь раз в два месяца) опубликовал в номере за сентябрь-октябрь 2003 года статью критика К.Азадовского "Переписка из двух углов Империи". Статья, обдуманно поставленная редакцией в открытие номера, посвящена итоговой оценке творчества Виктора Петровича Астафьева, скончавшегося не очень давно. Статья начинается сообщением: "В давние годы я зачитывался Астафьевым". Ну, то давно, а теперь К.Азадовский вычислил окончательную цену писателя с беспощадной бесцеремонностью современного банкира: "Мир Астафьева замкнут и однообразен... Кругозор Астафьева ограничен; его наблюдательный взгляд скользит по поверхности". Дальше можно бы и не продолжать, но критик расширяет и углубляет эту свою оценку. Главнейшее убожество русского писателя из сибирской глубинки — антисемитизм. Наиболее выпукло, по мнению критика, он выразился в переписке с Н.Эйдельманом. Приговор Астафьеву выносится окончательный и обжалованию не подлежит: "он не признал своих заблуждений и ушел, не покаявшись".

При этом К.Азадовский учитывает и заслуги В.Астафьева перед "ельцинской" эпохой, которую он именует "великим очистительным потрясением". Писатель, мол, "приветствовал — со свойственной ему страстностью — новое время, слом тоталитарной машины". Ну, цену этого самого "нового времени" недавно четко высказали российские избиратели, но мы о том распространяться не станем. А вот покойный Виктор Петрович в свои последние годы действительно поразил своих поклонников (меня в том числе) осатанелой, фонтаном хлынувшей из него русофобией. Азадовский хладнокровно итожит: "Именно устами Астафьева произнесен был страшный приговор над Россией". Согласимся, но размазывать подобное не станем. Из уважения к памяти замечательного русского художника.

Зря, зря стелился Виктор Петрович перед русофобскими кругами, даже известное "расстрельное" письмо 1993 года поспешил подписать (в компании, где он был, кажется, единственным русским). Не помогло. Помер он, а равнодушный прозектор по вскрытии вывел чёткое заключение — не наш.

Поучительная история случилась при жизни и после кончины Виктора Петровича. Она по-библейски назидательна и очень полезна другим. Тем, кто попытается стяжать славу на поношении своей страны и народа. Ничего не выйдет. Даже если тот обладает астафьевским талантом…

Михаэль Дорфман ЕСЛИ БЫ Я БЫЛ ГИТЛЕР

На просторах интернета часто склоняется словосочетание "еврейский фашизм". Для примера привлекаются откровения участников форумов определенных русско-еврейских сайтов, вроде Judea.ru, Megapolis, Evrei.ru, "Аналитический центр МАОФ", "Наш Иерусалим" или даже сайты израильских политических партий "За нашу еврейскую родину!" (Моледет), или "Наш дом Израиль". На подобных сайтах достаточно поклясться в своей приверженности к еврейским национально-патриотическим ценностям — и модераторы позволят рассуждать о чем угодно: о кровосмешении, о Мессии, о фашизме, коммунизме, об уничтожении детей.

Рассуждения участников форумов сводятся в конце концов к заветной еврейской мечте, хорошо описанной Шолом-Алейхемом: "Если бы я был Ротшильдом, то жил бы немножко лучше него". Лишь вместо барона Ротшильда в текстах явно или неявно фигурирует Адольф Гитлер. "Вот если бы я был Гитлером,— рассуждает такой вот форумский писатель,— то я был бы лучше, чем Гитлер, потому, что я бы еще немножко: нет не шил бы, а вот, не повторил бы его ошибки в еврейском вопросе, добил бы всех, кого я ненавижу: красных, белых, немцев, арабов, русских, украинцев, мусульман, антисемитов, левых и правых, большевиков и плутократов". Вместо Гитлера в мечтах может фигурировать Муссолини, а у выходцев с западных окраин СССР еще и Ион Антонеску, Степан Бандера или фашисты из Прибалтики.

Упиваясь собственной "кровавостью", такие вот писатели пускаются в рассуждения о том, что нацисты уничтожили всего 20 миллионов, а вот коммунисты и левые всех мастей то ли 200 миллионов, то ли 2 миллиарда. Всё прекрасно ложится на мелодию из известного бродвейского мюзикла и фильма "Скрипач на крыше", где песенку про Ротшильда поет израильский актер Хаим Тополь. Похоже, Тополь охотно мог бы спеть и на новые слова. В своем интервью израильской газете "Маарив" в октябре 2001 года он заявил: "Зеэви и Каханэ — либералы по сравнению со мной". Для справки: Рехаваам Зеэви — правоэкстремистский израильский политик, требовавший депортации арабов, а Меир Каханэ — еврейский религиозный правый экстремист, призывавший к высылке арабского населения, запрету смешанных браков и к уголовному преследованию для неевреев, вступающих в связи с еврейскими женщинами. Но можно ли называть таких деятелей фашистами?

Ничего страшного не случится, если произнести словосочетание "еврейский фашизм". Что поделаешь, если был такой исторический факт. Жил в Тель-Авиве в 20-30-е гг. публицист и писатель Аба Ахимеир (Аба-Шауль Гейсинович, 1897-1962), отец популярного ведущего израильского ТВ. Он вел в конце 20-х—начале 30-х в газете "Доар а-Йом" (Daily Post) колонку под названием "Дневник фашиста". По мере способностей хвалил Муссолини, симпатизировал Гитлеру. Аба Ахимеир основал организацию "Брит Бирьоним" — что-то вроде штурмовиков. "Бирьоним" — не хулиганы в современном ивритском значении этого слова. Так себя называла упоминаемая в Талмуде еврейская секта времен Иудейской войны 66-72 гг. в Иерусалиме. Чем-то они от зелотов отличались. Флавий сообщает, что древние бирьоним были изгнаны из Иерусалима за то, что устроили резню. Бирьоним Абы Ахимеира устраивали лишь шумные парады и крикливые митинги. Однажды в 1936 г. по решению Политотдела Сионистской организации навстречу им вышли "плугот апоэль" — "рабочие батальоны", руководимые закаленными в уличных боях штуцбундистами из Германии и Австрии. Доморощенные еврейские штурмовики разбежались. Тех, кто бегал недостаточно быстро, поймали и избили. Вот и вся политическая история еврейского фашизма.

В 20-е годы идеи и символы фашизма и нацизма будоражили умы в Европе и, естественно, оказали влияние на многих евреев. Движение ханаанейцев — последователей поэта и философа Йонатана Ратоша, считало всю иудейско-христианскую цивилизацию историческим искажением и находило источник эстетического вдохновения в язычестве, только не тевтонском, а прасемитском. В конце 20-х гг. в Германии существовало даже общество евреев-фронтовиков "Черный флажок", поддерживавшее идеи Гитлера. Фашизм повлиял на руководителя еврейской подпольной группы ЛЕХИ (Бойцы за свободу Израиля) Яира (Авраама) Штерна. Его программная книжка "Третье иудейское царство" полна прямыми ассоциациями с Тысячелетним третьим рейхом, с "Мифом ХХ века" Розенберга и многим другим. В 1942 г. Штерн предложил нацистам союз против британцев. Его эмиссары встречались с немецкими представителями в Бейруте и Стамбуле, но британская разведка сумела пресечь эти контакты. А через некоторое время в перестрелке с полицейскими погиб сам Штерн.

Впрочем, религиозный израильский издатель и журналист правого направления Пинхас Гиль опубликовал в 2002 г. в журнале "22. Москва-Иерусалим" рассказ Ахимеира "Вокруг виселицы". Гиль снабдил публикацию примечанием, где характеризует Ахимеира так: "писатель, журналист, ученый, он был одним из лидеров и идеологов ревизионистского движения". Ревизионистским движением, к слову сказать, до сих пор называет себя израильская правящая партия Ликуд, во главе которой стоит нынешний премьер-министр Ариэль Шарон. Думаю, Шарон не обрадуется такому духовному отцу,

Самого Шарона называли фашистом не только арабские пропагандисты и его политические противники слева. Обвинениями в фашизме постоянно пользуются еврейские авторы, как израильские русскоязычные, так и другие: Авигдор Эскин, Исраэль Эльдад, Борис Шустеф, Пауль Эйдельберг, Наталья Гельман или Дов Конторер, охотно сравнивавшие правительство Шарона с еврейской администрацией на оккупированной нацистами территории. Показателен пример бывшего сотрудника канцелярии главы израильского правильства Зеэва Гейзеля в респектабельной тель-авивской газете "Вести", навязчиво проводившего параллели между правительством Ицхака Рабина и юденратами. К слову сказать, обвинениями в антисемитизме и фашизме, в оскорблении памяти Катастрофы еврейские деятели бросаются по поводу и без повода. Но это тема особая.

Словосочетание "еврейский фашизм" — некорректно не из-за оскорбления памяти жертв Катастрофы, а из-за неконкретности самого выражения, далекого от терминологической четкости. Зато вполне конкретных фашиствующих евреев можно встретить сколько угодно не только на просторах интернета. Вот среди них различные вариации на мотив "Если бы я был Гитлер" пользуются огромной популярностью. Причем, не только среди тех, мнение которых неважно даже собственной их жене. Раввина Меира Каханэ нельзя назвать фашистом или нацистом. Он себя таковым не считал, его идеи взяты во многом из еврейских религиозных источников. На Каханэ сильно повлияли протестантский религиозный фундаментализм и американский белый расизм, с которым основанная им Лига защиты евреев якобы борется с момента ее основания.

Идеи и символы американского фашизма повлияли не только на Каханэ. В 2002 г. на экраны США вышел фильм "Верующий" (The Believer) режиссера Генри Бина (Henry Bean). В российском прокате его неудачно назвали "Фанатик". Мне раньше казалось, что история члена нью-йоркской банды скинхедов, покончившего с собой, после того, как корреспондент "Нью-Йорк Таймс" обнаружил, что он еврей,— часть городского фольклора, придуманная авторами телесериала "Лу Грант" в 1970 г. Оказалось, что речь идет о реальной истории, произошедшей в 1965 г. Член Американской нацистской партии Дэни Борроус покончил с собой после того, как интервьюировавший его журналист МакКэндлиш Филлипс выяснил и опубликовал факт его еврейского происхождения. Неслучайно, что именно Генри Бин является автором другого нашумевшего фильма "Враг государства" (Enemy of the State), где тоже исследуется тема самоненависти через образ фашиствующего самоненавистника, еврея-антисемита.

Герой фильма Дэни Болент (в исполнении Райана Гослинга) сегодня даже более актуален, чем 30 лет назад. В вводных кадрах 12-летний Дани беседует со своим учителем религии и иврита о безжалостном смысле Бога. Затем, уже в майке со свастикой, яростно атакует еврейского школьника, напоминающего его самого. Жестокая воинственная риторика фашиствующего героя фильма очень сильно напоминает тон и содержание рассуждений названных форумов. Ключевая фраза фильма: "Ненавидеть себя, и тогда можно ненавидеть всех" дает ключ к пониманию феномена фашиствующих евреев всех оттенков. Тем более, что сегодня вовсе не обязательно брить голову или скрывать свое еврейское происхождение. Наоборот, разнообразная растительность на лице очень даже приветствуется среди фашиствующих евреев.

Антисемитствующие евреи-самоненавистники встречаются не только в интернете, но и в респектабельных политических салонах. Упоминавшийся выше депутат израильского парламента Рехаваам Зеэви в 1996 г. назвал американского посла в Израиле Мартина Индика "жиденком". Индик в ответ заявил, что в последний раз его так назвали в 15-летнем возрасте и тогда он развернулся и дал в морду. Зеэви отказался извиниться. В Израиле его простили, зато в США перед ним закрылись все двери. В начале января 2002 подобный "подвиг" повторил религиозный депутат, житель поселений на удерживаемых территориях Цви Гендель. Гендель назвал "жидком" посла США религиозного еврея Дана Карцера. На этот раз всё вышло иначе. Карцер промолчал. Предпочел не связываться. На Генделя надавили свои же, и он извинился.

Нет ничего странного, что именно юдофобские персонажи, вроде Иудушки Головлева, могут вызвать у фашиствующего еврея положительные эмоции. Как в старинном анекдоте о еврее, читающем антисемитскую газету. Ведь антисемитская газета пишет, какие евреи могучие и непобедимые. Отсюда, наверное, и слова некоего израильского капитанишки, заявившего солдатам, что "для подавления сопротивления в лагерях палестинских беженцев необходимо использовать любой боевой опыт, в том числе и опыт немецких войск в Варшавского гетто" (Маарив, 1.02.2001). Лишь самоненавистью можно объяснить призыв использовать опыт генерала СС Юргена Штоффа, командовавшего уничтожением Варшавского гетто весной 1943 г. Примечательно, что завравшегося израильского офицера даже не отстранили от работы с людьми. Что поделать, военная истерия в сегодняшнем Израиле — страшное дело. Примечательно, что на большинстве сайтов, дающих место евреям-самоненавистникам, можно найти огромные подборки откровенно антисемитских и фашистских ссылок. Одним из признаков фашиствующих является хорошее знание своих симбиотических "противников". От фашизма не застраховано ни одно общество, еврейское в том числе.

Но бить тревогу всё же не стоит. Речь идет о хорошо известном и описанном еще в классических трудах Теодора Адорно феномене тоталитарной личности. Известно, что подавляющее большинство звонков на радиостанции поступает от озабоченных граждан правого, часто фашистского толка. Большинство писем в редакцию тоже пишут маргиналы подобного склада. Согласно Адорно, тоталитарная личность всегда маргинальна, а за названных выше израильских политиков голосует около 3-5% избирателей. В советское время наиболее многочисленными в редакциях являлись отделы писем, и там подобного рода авторов именовали "чайниками". Если эти люди и представляются явлением, то не общественным, а, скорее, клиническим и психологическим. Не они делают погоду и не от них исходит угроза фашизма.

Фашизм утверждают люди рациональные. Вызываемые самоненавистью эмоции густо замешаны на дурно понятой идее еврейской избранности, проецируются на русско-еврейский интернет и вызывают бурное излияние адреналина у его посетителей. Но, как известно, эмоции — еще не факты, и количество фашиствующих евреев никак не переходит в качество. Из их эмоций не построить модели, отражающей феномен некоего "еврейского фашизма", как шагаловский "скрипач на крыше" никак не отражал реальностей еврейской жизни. Хотя бы потому, что еврейская крыша, как правило, заросшая травой, использовалась не для выступлений клейзмеров, а для выпаса козы.

Иван Буркин КЛЯТВА НА ВЕЗУВИИ

В половине одиннадцатого остановился язык нашего гида Вабене. Вслед за этим, скользнув со скрежетом по мелкому гравию, остановились колеса нашего автобуса. Мы взглянули вокруг и на несколько секунд остановили наше дыхание. До вершины Везувия оставалось метров двести или чуть больше. Автобус дальше не шел. Все вышли. Те, кто хотел увидеть уснувший (на время?) кратер вулкана, надели легкую обувь и стали подниматься по зигзагообразным тропинкам на вершину. Остальные туристы, щурясь от яркого солнца, в туристическом восторге взирали на громадную серую массу Везувия и его веселые окресности внизу. Все чуть ли не хором вздыхали и коллективно вдыхали красоту открывшегося их взорам пейзажа. Не переставая, щелкали фотокамеры, как магний, вспыхивали улыбки, рассыпался многоязычный говор. Несмотря на значительную высоту, и здесь, на крутом склоне вулкана, где находилась остановка автобуса, было жарко.

На остановке, как птичье гнездо на дереве, ютилась маленькая лавка, где продавали прохладительные напитки, сувениры и давали на прокат легкие сандалии для подъема на вершину. У меня от продолжительной туристической ходьбы болели ноги, и я подниматься к кратеру не решился. К тому же давно уже мучила жажда.

Не успел я купить бутылку минеральной воды, как ко мне подкатился низкорослый итальянец, мужчина лет сорока, в белой до конца расстегнутой рубашке, обнажавшей крепкую волосатую грудь и золотой крестик. Он стал сигналить указательным пальцем, чтобы мы отошли в сторону от толпы туристов. Не зная в чем дело, я последовал за ним. Мы остановились на краю крутого ската к подножию Везувия, и в правой руке итальянца сверкнули красивые часики, которые он как-то особенно элегантно приблизил к моим изумленным глазам. Вместе с часами итальянец приблизил ко мне и свое очень уж беспокойное лицо, на котором, как на часах, почему-то беспокоилось время.

Догадываясь, что я — из Америки, незнакомец залепетал полушепотом на ломаном английском языке:

— Из Швейцарии... из Швейцарии... Контрабанда, понимаешь? "Омега"... Лучшая марка. Золото, понимаешь? Видишь пробу? Возьми в руки...