Счастье за медяк

- Не лучше ли тебе выполнить мою просьбу? По-моему самое подходящее время для путешествия?

- Я тоже так думаю. Да и что-то вчера звезды подозрительно мне подмигивали... - вдруг Энолан замер, словно, что-то обдумывая, а затем, прищурив глаза, спросил: - А приказ где? Приказ покажи!

- На него в лаборатории случайно кислота попала, - нагло соврал чародей, понимая, что обман не удался.

- И не стыдно тебе, папа, играть на моих детских страхах? - молодой человек укоризненно покачал головой и опустился в кресло напротив собеседника. - Ведь знаешь же, что мне иногда в ночном кошмаре снится губастая рожа графа... Никуда я не поеду!

- Значит так, сынок! - жестко произнес маг, поднимаясь. - Мне не приятно говорить об этом, но видимо, придется тебе напомнить, что шестнадцать лет назад, я спас от издевательств и побоев, а возможно и смерти, пятилетнего малыша, как потом выяснилось, сироту, которого местные мальчишки терзали за необычную внешность и который, кроме своего странного имени ничего не помнил. Я стал заботиться об этом ребенке, стараясь заменить ему родителей, учить всему, что знаю сам.

- Не всему. Боевой магии не учил, - буркнул воспитанник, про себя ехидно подумав, что читать-то его маг научил, и никакие запреты и заклинания не смогли помешать любознательному, обладающему великолепной памятью, мальчишке добраться до тщательно скрываемых книг по боевой магии. Особенно после одного весьма омерзительного случая, при воспоминании о котором его до сих пор трясет и выворачивает наизнанку. Хоть бы учитель об этом не вспомнил.

- Слава Создателю, что не обучал. При твоей-то дури, силе и способностях достаточно того, что знаешь. И не перебивай меня! Восемь лет назад, мне пришлось с помощью магии и обмана, вырвать тебя из развратных лап графа Гредварна, известного любителя симпатичных...

- О нем не надо, - жалобно простонал Энолан, его слегка удлиненные и заостренные ушки сложились почти пополам.

- Хорошо. Так вот. Тебе не кажется, что ты мне кое-что должен?

- Так куда говоришь надо ехать? В Самиру? - с наигранным энтузиазмом поинтересовался ученик мага.

- Да, в замок Бренвенер. Отвезешь туда письмо, а оттуда привезешь мою дочь.

- Что?!!!!!! - уши паршивца мгновенно распрямились, а на красивой физиономии отразилось неподдельное удивление. - Ну, ты, папа, даешь! Когда это ты успел?

- А что? У меня что, не может быть ребенка? Я по молодости очень даже дамам нравился, - не удержался от хвастовства чародей.

- Я не о том. Ты, почему так долго это от меня скрывал? Почему только теперь вспомнил.

- Не надо о больном. Мне запрещено появляться в Самире. Видишь ли, мать девочки была из королевского рода, а с королями шутки плохи, даже если ты маг. Вчера я получил письмо из Бренвенера, в котором сообщалось, что этой зимой Илисса стала сиротой. Ее мать умерла. Кому теперь заботиться о ребенке, как не отцу?

- Сколько девочке лет?

- Семнадцать.

Парень повеселел, улыбнулся и, в надежде, что учитель передумает, спросил:

- Папа, ты ведь знаешь, какой я хороший... Не боишься мне свое невинное дитя доверять?

- Ты видел меня в гневе? Видел. Надеюсь, не захочешь это испытать на своей смуглой шкурке.

- Так! Сначала призывы к моей спящей совести, теперь настала очередь угроз. Ладно, привезу я тебе твою ненаглядную дочурку. Только как я ее узнаю? Мне же любую девицу втюхают.

Волшебник снял с себя амулет с полупрозрачным голубым камнем и, протянув его Энолану, сказал:

- Оденешь его девушке на шею. Камень помнит ауру хозяина и сможет распознать мою кровь в ребенке. Если он поменяет цвет и станет темно-синим, значит это моя дочь...

... Энолан хотел дотемна доехать, до этого растреклятого замка Бренвенер. Ну и названьеце! Небось, какой-то сумасшедший гоблин придумал! Нормальному человеку правильно произнести это словечко удастся лишь со второй попытки. Кошмар, да и только.

Как он добирался до Самиры рассказать стыдно, но вспомнить приятно. Да, папа был прав, уложиться можно было и в один месяц. Ну и подумаешь, что у Энолана весь путь сюда занял почти два? Не виноват он, что по дороге много красивых девушек попадалось, а в трактирах отлично готовят. Ну, не виноват и все! Хотелось старику покоя, что ж пусть отдыхает. И вообще спасибо скажет, что ученик согласился за этой девицей ехать. А вдруг она окажется страшнее разборки пьяных боевых магов, и ее противную физиономию надо будет терпеть весь обратный путь? Да и что люди скажут, увидев с таким красавцем уродину из ночного кошмара? Наказания хуже не придумаешь. Папа, ты мучитель!

Ночь застала молодого человека в лесу. Здесь темнело значительно раньше и быстрее, чем в его почти родной Коризе, и Энолан решил заночевать на небольшой полянке, посреди которой возвышался огромный валун. Возле него толи растеклась небольшая лужа, толи бил родник. Без разницы. Жутко хотелось спать. Парень расседлал и стреножил коня. Небрежно кинул на всю поляну охранное заклинание и устроился отдыхать подле камня.

Незадачливого путешественника разбудил звонкий, но ехидный голосок:

- Эй, ты, вставай! Слышь, гад, тебе говорю! Подъем!

И в лицо парню плеснули ледяной водой. Тот тут же вскочил на ноги, схватился за меч и осмотрелся в поисках нахала, посмевшего пробить его защиту и разбудить. Но поляна была пуста, лишь неподалеку верный скакун мерно пощипывал травку.

- Слышь, ты, паразит, - раздался тот же странный журчащий голосок: - Что стоишь? Деньги гони! Думаешь, выспался задарма у меня в гостях, и платить не надо? И рожа у тебя странная. Хочешь узнать свою родословную? Пятнадцать золотых монет!

- Ты кто? - поинтересовался Энолан, уловив, что звук исходит от воды.

- Так и знал. Ты не местный. Родник предсказаний, я. Понял?

- Понял. А за что это я тебе платить должен? Я же у тебя ничего не спрашивал, - возмутился ученик мага.

- А я что, за бесплатно должен был всю ночь твой храп терпеть? Твоя скотина хлебала из меня воду, жрала и продолжает жрать траву с моей поляны, мало того, она еще и всю ее зас..., кхм, загадила!

- У меня денег нет, - заявил путник, разглядывая свое отражение в водоеме.

- Ага, так я и поверил! Приперся сюда только демоны знают и я откуда, а денег нет.

- Может, и зачем я здесь знаешь?

- Знаю. Вся информация за отдельную плату, - булькнул родник. - А тебе, что совсем не интересно узнать, кем были твои предки?

- Наверно, жуткими извращенцами, - ответил парень.

- А у тебя есть чувство юмора, - развеселился чудесный источник. - Ты мне нравишься. Я сегодня решил быть добрым. Так и быть прощу тебе плату за ночлег и выпас скота.

- Ты, действительно, очень добр, - съязвил Энолан.

- Про то, что в твоем роду намешаны эльфы и гарджирцы, ты знаешь. Тебя и твоего учителя Френарда интересовало, были ли там примешаны люди. Да, были. Ты ведь знаешь, что эльфы и гарджирцы друг друга на дух не переносят. Первые считают, что те слишком уродливы по их меркам, вторые ненавидят первых за излишнюю утонченность и эгоизм. Поэтому о союзах между этими двумя расами и речи не идет. Твои родители были полукровками: мать - полуэльфийка, отец - полугарджирец. Так что можешь считать, что в тебе течет половина человеческой крови, хотя на внешности это особо не отразилось. Ну, как?

- А поконкретней нельзя? Имена, место жительства? - заинтересовался молодой человек.

- А вот за точные сведения и плати 15 золотых монет.

- Нет у меня таких денег. Я же сказал... Хотя... Родник, а ты в кости играешь?

- Слышал, я о такой игре, но не пробовал.

- Научить? - оживился парень, и его удлиненные кончики ушей возбужденно затряслись.

- Давай! - согласился источник.

Энолан кратко объяснил суть игры, показал, как надо кидать кости, и уже через некоторое время игра пошла на деньги.

Родник безнадежно проигрывал, в последний раз выплюнув из глубины вод кости, которые выбили лишь четыре очка, он взмолился:

- Ну, может, хватит? А?

- Как будешь рассчитываться? - поинтересовался ученик мага, складывая кости в мешочек.

- Часть деньгами, часть информацией, - обреченно пробулькал расстроенный источник.

- Ну и кто мои родители? Где их искать? И как я оказался один в чужом селении? - в надежде узнать хоть что-нибудь о своей семье, спросил молодой человек.

- Я уже говорил, кем по происхождению были твои родители. Отца звали Эленар. Юношей он ушел из Гарджира. Его человеческая половина жаждала славы и приключений, ее не устраивала спокойная жизнь в закрытом городе-государстве. Вот он и стал охотником. Однажды он забрел на приграничье с эльфийскими землями, где и увидел прекрасную полуэльфийку Аделинель. Они поженились по человеческим законам. Вскоре родился ты. Когда тебе исполнилось пять лет, на селение, в котором жила твоя семья, напала банда разбойников-работорговцев. Взрослых они обычно вырезали, а детей забирали с собой. На твоих глазах убили родителей. Тут в тебе и проснулась магическая сила. Ты испугался, захотел оказаться далеко от этого кошмара и закрыл глаза, а когда открыл, был уже далеко от родных мест. Все остальное знаешь. Эй, как ты?

- Спасибо... - Энолан не ожидал услышать такую историю, а еще он не думал, что сможет все это вспомнить и пролистать, как книгу со страшными картинками, перед своим мысленным взором.

- Про дочку твоего учителя рассказать? - полюбопытствовал родник предсказаний.

- Как она выглядит? - безразлично спросил парень и принялся складывать вещи.

- Обыкновенная серая мышка, - небрежно бросил источник. - Хотя, на любителя... Нет, не уродина, но... Короче, сам увидишь. Очень похожа на Френарда, особенно глазами. Обожает полевые цветы и кошек. Твоя татуировка ей понравится.

- Вот уж ее-то она и не увидит. Я папе обещал... - заверил ученик мага.

Родник издевательски забулькал, и по его поверхности прошлась волна-улыбка.

- Увидит. Что еще сказать... Илисса любит конные прогулки и учится стрелять из лука.

- О, Создатель! - воскликнул парень. - Ладно, хватит. Как мне добраться побыстрей до этого гоблинского сооружения, до замка Бренвенер?

- По тропинке до леса, а там увидишь дорогу и повернешь налево. Ну, счастливо!

- Ты мне зубы не заговаривай! Проиграл - плати! - потребовал Энолан свой выигрыш.

- А если не отдам долг? - поинтересовался родник.

- Заморожу, к гоблинам, а потом ...

- Не надо. Я все понял, - поспешил ответить источник, и из глубины его вод блистая на солнце, вылетели золотые монетки и со звоном упали к ногам путника.

Парень неспешно их подобрал, оседлал коня и, попрощавшись с болтливым водоемом, продолжил путь.

Три стрелы одна за другой, выпущенные с небольшим промежутком, вошли в старый, ободранный и выщербленный по краям щит, прикрепленный к стволу клена. Илисса довольно улыбнулась: за сегодняшнюю тренировку она еще ни разу не промазала. Не надо будет потом шарить по кустам в поисках улетевших не знамо куда стрел. Девушка поправила выбившиеся из косы волосы и прицелилась - сейчас она пошлет стрелу точно в цент разнесчастной мишени. Некстати вспомнился недавний разговор с Миляной. Подруга хвасталась, что Крайн Фреген научил ее целоваться, и обещал еще чему-то научить. Вот дура! Он ее научит, и все будет так, как напророчил чудо-родник: семейный скандал и скорая свадьба, пока соседи не заметили позора. Почему-то у Илиссы язык не повернулся рассказать подруге окончание предсказания, может, волшебный источник чего наколдовал или не хотелось мешать ее мнимому счастью... Скорее всего она бы ей просто не поверила... Ну, их всех! Пусть сама разбирается... Миляна хотела в мужья Крайна - его она и получит.

Покоя юной лучнице не давало собственное пророчество. Девушка опустила лук с наложенной на него стрелой. Демоны хвостатые! Вот загадку выдал чародейский источник. С тем, что жених будет магом, Илисса кое-как смирилась, но то, что он не будет человеком, ни как не укладывалось у нее в голове. О, Создатель! И за какие грехи ей уготовлено такое счастье?

Девушка живо представила вместо раздолбанного щита физиономию напророченного жениха, или что там у него будет, и опять прицелилась. Мгновение и стрела сорвется в полет. Неожиданно перед лицом Илиссы зависла пчела. Девушка, еще в детстве испытав все прелести пчелиных укусов, взвизгнула. Рука дрогнула, и стрела унеслась вглубь леса, откуда донесся разгневанный мужской голос. Из всего потока слов, самыми приличными были "оторвать руки и воткнуть в".

Первым порывом юной лучницы, было бежать подальше от этого места, но природное любопытство выиграло схватку у страха и Илисса поспешила на голос. Вскоре она вышла к лесной дороге и, увидев на ней всадника, юркнула за ближайшее дерево, в надежде, что тот ее не заметил. Под ногой хрустнула ветка, и незнакомец обернулся на звук:

- Эй! Кто там! Выходи!

Душа ушла в пятки, сердце беспокойно заколотилось, и девушка припустила со всех ног, прочь от дороги. Но ее побег длился не долго. Беглянке показалось, что на нее накинули невидимую сеть, которая, накрыв ее с головой, спутала ноги. Илисса споткнулась и упала. Затем какая-то неведомая сила оторвала ее от земли и понесла по направлению к дороге. Вскоре горе-лучница стояла, не в силах сдвинуться с места, перед всадником, который грозно взирал не нее сверху вниз. Она подняла голову и от увиденного слегка обомлела. Незнакомец оказался необыкновенно красив, но какой-то странной, нечеловеческой красотой, от которой по коже девушки побежали мурашки.

Илисса, как зачарованная, смотрела на молодого человека, которого и человеком-то можно было назвать с трудом: уж слишком много рас было намешано в его роду и все такие, о каких, как раньше она считала, можно прочитать только в книгах. Смуглая кожа и черные волосы, отливающие синевой на пробивающемся сквозь листву деревьев солнечном свете, выдавали в незнакомце гарджирца. Так же как и темно-синий цвет слегка косо посаженных, больших глаз. А уши - девушка упала б на месте, если бы могла - были слегка удлиненные, с заостренными кончиками, но не такие лопухастые, как у эльфов, зато подвижные, как у жителей Гарджира, и вращал парень ими, прислушиваясь к лесным звукам, почище своего коня.

И прическа у всадника была, под стать необычной внешности: прямые тяжелые волосы собраны на затылке в хвост, спускающийся ниже плеч. На висках - по нескольку тонких косичек. Одни из них заправлены под шнурок, стягивающий основную массу волос, другие свисали свободно и каждая украшена или бусиной, или пером, или еще какой побрякушкой. В левом ухе болталась серьга в виде небольшого кольца.

Странник казался по-эльфийски высоким и гибким, но ширина плеч и бугрящиеся под одеждой мышцы намекали, что в его родословной, возможно, затесался кто-то из людей. На незнакомце были кожаные штаны и куртка-безрукавка с нашитыми металлическими пластинами, из-под которой виднелась светлая рубаха с коротким рукавом. На шее висели бусы и несколько амулетов на шнурочках. Правую руку украшала цветная татуировка, как показалось девушке, изображающая пятнистую змею, хвост которой скрывался под кожаным наручем. Но самое неприятное украшение, по мнению Илиссы, оказалось на правом плече. В нем колыхалось оперение ее случайно выпущенной стрелы.

- Так-так! - чудо природы спешилось и демонстративно, прямо перед носом пленницы, обломало древко. Затем к месту ранения парень приложил правую руку, из-под ладони которой хлынул ярко-оранжевый свет, и медленно стал отводить ее в сторону, словно что-то вытягивая. Наконечник стрелы вышел из раны и упал к ногам мага.

Мага!

Илиссу передернуло. Вот оно, прямо перед ней, собственной персоной, демонское проклятие, тьфу ты, счастливое пророчество! Сбежать девушка не могла, но дара речи ее пока не лишили, и, набрав в легкие побольше воздуха, она заголосила:

- Люди, помогите! Убивают! Издеваются! Насилуют!

- Дура! Чего орешь! - рявкнул парень. - Я тебя даже пальцем не тронул!

- Но тронешь! Спасите меня кто-нибудь! А-а-а-а-а-а!!!!!

- И не дождешься! Насиловать я тебя не буду, даже не проси, - заявил нахал и занялся лечением раны.

Илисса на мгновение умолкла, видимо переваривая слова незнакомца, и решив, что ее не только оскорбили, но и побрезговали ею, завопила еще громче:

- Ах, ты, гад! Отпусти меня сейчас же! Я отцу пожалуюсь! Он у меня очень сильный маг! Да он оттяпает твои ослиные уши, и чучело из тебя сделает! Ты еще не знаешь кто мой отец!

- Заткнись! От твоих воплей оглохнуть можно! Дай мне сосредоточиться на заклинании.

- Сверни уши трубочкой и не слушай! - больше ничего умного посоветовать пленница не смогла. - А-а-а-а-а!!!!! Помогите!

К ее удивлению молодой человек так и поступил. Он медленно, словно издеваясь, продемонстрировал, как это делается. Девушка побледнела, и ее чуть не стошнило от зрелища, однако нашла в себе силы не опозориться перед мучителем. Она открыла было рот, чтобы продолжить призывать на помощь, но небрежно брошенное незнакомцем заклинание, лишило ее голоса. Все, что оставалось горе-лучнице - это следить за тем, как маг залечивает рану и ожидать своей участи.

Дочитав в блаженной тишине исцеляющее заклинание, Энолан обратил внимание на пойманную девицу. Девчонка, как девчонка, не красавица, но и совсем не уродка, а если приглядеться лучше, то очень даже миловидная. А коса какая шикарная! Молодому человеку так и захотелось ее распустить, но он обуздал свой порыв.

Ага, на спине колчан со стрелами и лук. И про отца мага она что-то там болтала... Хм, спасибо родник, облегчил поиски. Так, скорей всего, это дочь учителя. Что-то есть знакомое в разрезе ее глаз, форме носа... Что ж проверим.

Энолан достал из кошелька амулет Френарда, одел его на шею перепуганной девушки и стал ждать, когда камень поменяет цвет. Но этого не произошло. Вспомнив о том, что камень должен соприкоснуться с кожей предполагаемой дочери, молодой человек потянулся к шнуровке на груди пленницы. Чего он только не прочитал в ее глазах: и страх, и смущение, и отвращение...

- Не бойся, я не причиню тебе вреда. Мне надо только кое-что проверить...

Как только камень оказался на полуобнаженной груди девицы, он мгновенно изменил цвет. Все теперь ясно. Это и есть дитя наставника.

Снимать амулет с девчонки молодой человек не стал.

- Не бойся меня. Я не собираюсь причинять тебе вред. Не сердись, но я не могу снять с тебя заклинание, пока не расскажу, кто я и зачем сюда приехал, - сказал он, пристально глядя ей в глаза. - Меня прислал Френард, твой отец. Да-да, твой отец. Этот амулет должен был определить, являешься ли ты его дочерью. Френард хочет, чтобы я отвез тебя к нему. У меня от него есть письмо к твоей кормилице. Учитель сказал, что в нем все написано. Я, конечно, хотел его прочесть, но папа умеет накладывать очень мудреное заклинание приватности, и ни за что не развернешь пергамент, если послание не адресовано тебе. А теперь, я освобожу тебя, и ты без всяких глупостей проводишь меня в Бренвенер. Да, зови меня, Энолан, можно Нолан, а для друзей я просто Нол.

Как только обездвиживающее заклинание было снято, Илисса разразилась ругательствами: