Изобретение Вальса

И все-таки я предпочитаю говорить с вами с глазу на глаз.

ПОЛКОВНИК:

Нагло-с!

ВАЛЬС:

Ну, каламбурами вы меня не удивите. У меня в Каламбурге две фабрики и доходный дом{5}.

ПОЛКОВНИК:

(К министру.) Прикажете удалиться?

МИНИСТР:

Что ж, если господин… если этот господин ставит такое условие… (К Вальсу.) Но я вам даю ровно десять минут.

Полковник выходит.

ВАЛЬС:

Отлично. Я вам их возвращу с лихвой — и, вероятно, сегодня же.

МИНИСТР:

Ох, вы выражаетесь весьма замысловато. Насколько я понимаю, то есть я хочу сказать, что мне так сообщили, — вы — изобретатель?

ВАЛЬС:

Определение столь же приблизительное, как и мое имя.

МИНИСТР:

Хорошо, пускай приблизительное. Итак — я вас слушаю.

ВАЛЬС:

Да, но, кажется, не вы одни… (Быстро идет к двери, отворяет ее.)

ПОЛКОВНИК:

(В дверях.) Как неприятно, я забыл свой портсигар, подарок любимой женщины. Впрочем, может быть, и не здесь{6}… (Уходит.)

МИНИСТР:

Да-да, он всегда забывает{7}… Изложите ваше дело, прошу вас, у меня действительно нет времени.

ВАЛЬС:

Изложу с удовольствием. Я — или, вернее, преданный мне человек— изобрел аппарат. Было бы уместно его окрестить так: телемор{8}.

МИНИСТР:

Телемор? Вот как.

ВАЛЬС:

При помощи этого аппарата, который с виду столь же невинен, как, скажем, радиошкаф, возможно на любом расстоянии произвести взрыв невероятной силы. Ясно?

МИНИСТР:

Взрыв? Так, так.

ВАЛЬС:

Подчеркиваю: на любом расстоянии, — за океаном, всюду.{9} Таких взрывов можно, разумеется, произвести сколько угодно, и для подготовки каждого необходимо лишь несколько минут.

МИНИСТР:

А! Так, так.

ВАЛЬС:

Мой аппарат находится далеко отсюда. Его местонахождение скрыто с верностью совершенной, магической. Но если и допустить пошлый случай, что наткнутся на него, то, во-первых, никто не угадает, как нужно им пользоваться, а во-вторых, будет немедленно построен новый, с роковыми последствиями для искателей моего клада.

МИНИСТР:

Ну, кто же этим станет заниматься…

ВАЛЬС:

Должен, однако, вас предупредить, что сам я ровно ничего не смыслю в технических материях, так что даже если бы я этого и желал, то не мог бы объяснить устройство данной машины. Она — работа моего старичка{10}, моего родственника, изобретателя, никому не известного, но гениального, сверхгениального! Вычислить место, наставить, а затем нажать кнопку, этому я, правда, научился, но объяснить… нет, нет, не просите. Все, что я знаю, сводится к следующему смутному факту: найдены два луча, или две волны, которые при скрещении вызывают взрыв радиусом в полтора километра, кажется — полтора, во всяком случае не меньше… Необходимо только заставить их скреститься в выбранной на земном шаре точке. Вот и все.

МИНИСТР:

Ну, что ж, вполне достаточно… Чертежей или там объяснительной записки у вас с собой, по-видимому, не имеется?

ВАЛЬС:

Конечно, нет! Что за нелепое предположение.

МИНИСТР:

Я и не предполагал. Напротив. Да… А вы сами по образованию кто? Не инженер, значит?

ВАЛЬС:

Я вообще крайне нетерпеливый человек, как правильно заметил ваш секретарь. Но сейчас я запасся терпением, и кое-какие запасы у меня еще остались. Повторяю еще раз: моя машина способна путем повторных взрывов изничтожить, обратить в блестящую ровную пыль целый город, целую страну, целый материк.

МИНИСТР:

Верю, верю… Мы с вами об этом еще как-нибудь…

ВАЛЬС:

Такое орудие дает его обладателю власть над всем миром. Это так просто! Как это вы не хотите понять?

МИНИСТР:

Да нет, почему же… я понимаю. Очень любопытно.

ВАЛЬС:

Все, что вы можете мне ответить?

МИНИСТР:

Вы не волнуйтесь… Видите ли… Простите… очень надоедливый кашель… схватил на последнем смотру…

Входит Полковник.

ВАЛЬС:

Вы отвечаете мне кашлем? Так?

МИНИСТР:

(К полковнику.) Вот, голубчик, наш изобретатель рассказал тут чудеса… Я думаю, мы его попросим представить доклад. (К Вальсу.) Но это, конечно, не к спеху, мы, знаете, завалены докладами.

ПОЛКОВНИК: