История малороссии - 4

XII. Манифест Государев к Малороссийским Старшинам и всему Запорожскому войску: об унятии внутреннего между ими возмущения; о несобирании никаких Рад для совещаний, без Его Государева указа и без согласия Великороссийских Воевод и Гетмана; о неследовании Дорошенковым злым умыслам; о даче ратным Великороссийским войскам хлебных по городам запасов п проч

Божиею милостию от Великого Государя, Царя и Великого Князя Алексея Михайловича, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержца и многих Государств и земель Восточных и Западных, и Северных Отчича и Дедича и Наместника и Государя и Обладателя, Нашего Царского Величества отчины Малороссийских городов: Киевскому, Черниговскому, Переяславскому, Нежинскому, Стародубскому, Полтавскому, Миргородскому, Лубенскому, Прилуцкому, Полковником, и Обозным, Судьям, и Ясаулам, и Сотникам и всему войску Запорожскому. Ведомо вам, всему посполитству, как служалого чину, так и черни, когда в оскорблениях ваших от наступающих бусурманских нахождений защищали и обороняли вас, за помощию всесильного Бога, Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, нашими великия России ратьми, присовокупясь к вашему Християнству и не щадя многие наши Государские казны, которое заступление всему свету известно есть, а ваше плачевное обещание с подписем рук ваших, в чем верились перед святым Евангелием Христовым с начала подданства Гетмана Богдана Хмельницкого и до сего времени Боярина нашего и Гетмана всего войска Запорожского Ивана Мартиновича Брюховецкого в разных городах в договорных статьях написано, что всему войску быти Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, в верном послушании, для того наши, Царского Величества, в городах Малороссийских Московские ратные люди с вами пребывают, не на остереганье вашего верного подданства, но на крепчайшую и непременную и всегда оборонную видеть вам неотступно Нашу Государскую милость, и тем бы противным вашим болши страх имелся, что наша Государская оборона всечасно при вас есть, а за что с допущения Божия внутренняя Християнская война в Малороссийских городах всчалась и была к чему бусурманским народам до кровопролития и до неисчетного плену двери были отворены и невинно Християнство изгублено. И в нынешнем в 1667 году милостивый Господь Бог, по своему человеколюбию, призрев на свои Святыя Апостольския Восточного благочестия Християнские церкви и преподобных отец духовного чину всечастные молитвы и всех истинных Християн неисчетных народов от тое продолжительные войны разлития крови прекращения о успокоении прошение и вопль не престающий, падал до сердец обоим Нам, Великим Государем, имети и в братственной любви и в дружбе постоянно и непременно быти и нашим Великим Государствам великой России с прилежащими многими Государствы и Коруне Польской и княжеству Литовскому к вечному и неразорванному общему миру ко всяким поселениям и пожиточным вещам ко умножению возрастати и пребывати непременно в роды на веки, а в Украйне Малороссийских городов непрестающее памятство и доброхотство соединенное нас обоих Великих Государей, чтоб вечно и немятежно от наступающих войск орды тамошние жители пребывали, а войска трудность бы свою многую отложив, милосердием покою святого удовольствованы в пожитках домовых были. И по совершении оного Богухвального дела мирных договоров, обои наши великие и полномочные Послы и Комисары тот Християнский надежный мир купно и дар Небесный донесли до нас, обоих Великих Государей, который на радость всенародную прияв, во святых Божиих церквах, также и в домовых молитвах, хвалу милостивому Богу воздали, и до ныне на всяк час верние народы Християнские воздают и домовые поселения от радости заводят и не сумневаются и с того и вечному миру совершенну и скончану неотмененно быти; а надеялись Мы, Великий Государь, наше Царское Величество, что утишение оное наипаче иных отлеглых мест на обе стороны Наших Государств у вас в радость и в великую славу принято будет, того ради, что преж вами всчалась война и проливалась християнская кровь к нашей обороне, и вместо всенародные християнские радости, ныне показано в ваших народах нечаемое противенство и страшная кровь разрываючи с Хановым величеством добрую згоду и прилигая такую Християнскую кровь, от чего милостивый Бог сохранит от побуждения большие крови и плену; и где то слыхано Посланников побить? меж которыми Государствы и война ведется, чтоб ведая Посланники побиты были, а у вас на свою кровь наступив безстрашные люди и забыв суд Божий, такое преступное и не християнское дело учинили и злую славу на весь свет пустили. Чего ожидали от вас ако от верных подданных наших розысканья и по достоинству над такими людьми здержания быти и отлуцных от правдивых християн учинити и ныне Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество от Бояр наших и от Гетмана и от воевод из Малороссийских городов со удивлением из отписок слышим, что у вас противно обещанной вере и уставленным статьям во всяком послушании смятение во всем Поспольстве всчинаетца и хотите Раду чинить, без Нашего Великого Государя указу, а с какою мыслию и Бояре наши и Гетман и Воеводы того вашего совету к Нам, Великому Государю, не пишут, и от вас самих ведомости нет, и Нам, Великому Государю Нашему Царскому Величеству, верное ваше подданство, по такому всчинанию явно чинитца развратно, чего никогда не надеялись, без всякого от Нас, Великаго Государя, оскорбления, в противность и в отступлении быти; а хотя бы то совокупление нынешнее ваше к доброму християнскому совету, яко уверных наших, собранием намерено было, а безвременно и паче Нам, Великому Государю, безвестно, и Бог разрушает советы хотящия бранем, совет же Господень за благословением пребывает во веки и вселяет единомышленныя в дом, и помышление человеческо суть суетно, и скороб престати от токового злого начинания, а держатись обещания правды и по Бозе Нашим Государским правом, которые спомогательны и обороною християнству не противитися, яко противляющийся истине древле погибоша, и ныне страх находящий на людей, всем в очех явен, и огнь огнем не обычей людем тушити, но заливать тот пламень сирною водою, которую милостивый и человеколюбивый Господь Бог изобильною благостию своею преумножил сердечные сосуды, и черпала подал во християнские руце наши и спасительных струй, емлюще тот крововидный пламень военного огня заливать и зноем оскорбления изсохшие людские сердца прохлаждати и мирно напояти. И вам бы Полковником и всем начальным и рядовым и черни всему поспольству имеюще веру, надежду, любовь, без чего християнину невозможно во истине прибыти, малодушных людей и суетных к пути истины от злого начинания ко обращению правды приводити, и разсуждали им законом Божиим, в чем християнин пред неумытным судом Христовым имать изтязан быти, и за воле самого себя впадшего в греси тяжко слишати, а кольми паче хто кого соблазнит, и горе человеку тому им же соблазн в мир выйдет, и лутче бы ему не рождену быти; а у вас некоторые легкомысленные люди, презрев страх Божий, за пустоту любве окамелелых сердец их в злой путь тамошнему Гетману Дорошенку хотят последовать, а должно было и оного Дорошенка напомнивати единою купелью християнство и заблуждшего взыскати и во ограду овец Христовых привести, чтоб чувственные волки над их отступкою кровию разъярясь невинных блудящих в горах противенства их или несмысльства не поели и овчарни Христовы пусты не оставили. Ей, попекитеся о сем богоугодном и спасительном християнском деле и отлучитесь верныи от противных и непослушных, и не возразите на ся праведного гневу Божия, за что-бы на оборону правдивым вам и верным християном и нас великих християнских Государей обоих славных Государств, многие рати в ваши краи не порушились и смешение великим кровям, заступая от Бусурманскаго плену, не учинилось, и тому у вас с Дорошенком единомыслию целый бы свет учал дивитца, что дождав християнского миру, к которому и Салтан Турский и Хан Крымский, яко соседи пограничные, показуючи дружбу, хотят склонны и в почтенном мирном величестве пребыти, и отступники тогда где явятся? А между нами, великими Государи, и обоими Государствы нашими всеми многочисленными народы, конечно, без всякого размышления неразорванный мир и при границах пребывающие народы; якож будучи в прошедшей войне на обе стороны противенство чинили и нынешним Посольским договором от Нас, Великих Государей, прощаны и свобождены и во всем без гневу и без мести имут во веки пребыти, и в християнском успокоении безмятежно жити, за что Господь Бог благословит и всякими душеспасительными и домовыми строениями на неисчетные лета умножит; а Мы, Великие Государи християнские, по своей братственной обновленной любви, в своих Государских милостях неотменно вас, верных подданных, под обороною крепкою с Божиею помощию непременно учнем держати, а вам бы ныне в городах Малороссийских наших Царского Величества ратных людей хлебными запасы с черни по достоинству без оскорбления кормить и с бояры нашими и с Гетманом и с Воеводы о Божиих и о Наших Государскнх делах советовать и Богухвальные мысли свои к послушанию верному приносит, чтоб Нам, Великому Государю, сумнения никакова на вас, верных подданных, не было, и с таким християнским добрым намерением во умножении всех благих, милостивый Господь Бог и Наше Государское счастье вас преумножит непременно. Писана в нашем царствующем граде Москве, лета от создания мира 7175 (1667) года, месяца Июля 7 дня.

XIII. Письмо Брюховецкого к Донским Козакам

Славного, грозного и непобедимого войска Донского Атаману и всему Рыцарству, на Дону прибывающему, доброго здравия, умножения славы безсмертной и над неприятельми победы от Господа Бога получити усердно желаю.

Тако всемилостивый Господь в сем нужном житии людем прелестно живущим их неправдам и злобам долго терпит, иже токмо сам всякого доброе и злое намерение и мысль ведати хощет, те прелестнейшие убо прибывают, которых бы правду испытав, пользоватися имел человек, обаче Бог и ведает лукавыми деяньми, к какому концу живота своего достигнути могут. Таковый обман людцкой и злоба развращенная правоверных Бояр, едва мене и всего верного и славного войска Запорожскаго, густо увязанные сети распростерши не уловили, на которых пред вами, братиею моею, и пред всем славным Рыцарским войском Донским жалуюся, подая вам, братии моей, к разсуждению сию вещь, аще праведно Москва сотворила, что с древними главными врагами православному Християнскому, Ляхами побратався уставили сице: чтоб православных Християн, на Украйне живущих, всякого возраста и малых отрочат мечем вырубить и искоренить, в слободах обретающихся людей таковых православных захватив, аки скот в Сибирь загнать, славное Запорожье и Дон разорити и в конец потребить, чтоб на тех местах, где славные войска православного Християнства на Запорожье и на Дону обретаются, от кровавого труда хлеба употребляют, там в дикие поля зверинные жилища обратити хотят? Сверх того еще со скуделых Ляхов, чтоб на потребление православных Християн в Украйне в слободах на славном Запорожье и на Дону, живущих иноземцами, могли осадить; Бояре бо Московские разоренных вспомогаючи Ляхов четырнадцать миллионов денег дали и дружбу, которую с ними вечною присягою утвердили, не для чего иного, мне мнитца, токмо хотя вибитца из под Царской руки, чтоб могли аки в Польше Ляцким побытом и городами владети; в Польше Бо Сенатори все Королями, а одного за господина быти, мало разумеют. Того ради всех неповинных людей и начальника Богом данного к нищете и к хлопотам приходят, а наконец и сами к пагубе приходят; яко и сего времени те Московские Царики, на нас бедных невинных, которые ему были добровольно, без всякого насилия поддалися, не для чего иного, токмо ведаючи его, православного Царя; но Бояр безбожная, луковая, мучительская злоба усоветовала присвоити себе в вечную кабалу и неволю. Обаче Всемогущая Божия десница от того тяжкого и нестерпимого ига, уповаю, свободити изволит. Тое убо к разсуждению вам, братьи моей, подаю, что Москва как с Ляхами, головными неприятельми нашими, перемирье взяли, Жидов и иных иноверцов, которые были завоеванные, покрестилися и поженилися на Москве, взяв на себя их присягу и на волю им дав, в какой хотят прибывати в вере, отпустили в Польшу, и те как вышли с Москвы того времени порудив крест святый своим древним поганым обычаем, стали держать веру. Аще ли то праведно? А нашу братью, православных крестиян, никакими мерами (хотя единой матери нашие Божии церкви дети), свободити никогда не хотят, так яко и поганцов Жидов и иных иноверцов, но еще в большую кабалу и беду ведут. Воистинно над все поганые народы жесточайшими пребывают, в чем самое и поганское дело свидетельетвует, что верховнейшего Пастыря своего, Святейшего Отца Патриарха, который их к доброму делу яко привождал, они же не яко овцы Пастыревы были, но его зверхти егда не хотя послушными заповеди его быти, который научал, чтобы имели милость и любовь к ближним и братии своей, се есть ко убогим и мирским людем, за таковое его глаголание в заточение отдали, чтоб больших к доброму Делу не наставлял, и ктому Святейший Отец наставливал их, чтоб чином Християнским, а не поганским, учреждалися, но и паче, дабы не присовокуплялися к Латинской ереси, которая много православию святому вредит. Ныне же не токмо, чтоб не присовокупились, но и сами приняли Унею и ересь Латинскую, егда и ксендзом в церквах служити произволили, и самая Москва уже не Руским, но Латинским письмом писати иачала; городы також, которые козаки храбростию своей не щадя здравия своего, саблею взяв, Москве под державу поддали было, те все места Ляхов в руки отдала, в которых городах, где Ляхи учинили всякия смятения церкви Божией и православию святому, а православным людем утеснение и гонение содеваетца, понеже православным церквам насилие, егда повелевают церкви обращать на Униятские костелы, а людей бедных православных Християн, которой бы не хотел в безбожной Унии, или ереси Латинекой пристати, у тех не токмо вотчины отнимают, но и самих бьют и немилостиво мучат и даже до смерти, от того приходят. А еже вы, братия моя милая, обыкли всегда при славе, победительстве и вольности всякой пребывати, советую, того ради, лучше порадейте вы господа, о златой вольности (при которой все богатства, все имения Бог подает) нежели бы вы господа обманчивым Московским жалованным казною прельщены были. Опасаю, сколь скоро братию мою усмирят, то тотчас в начале Украйну, потом о искоренении Дону и Запорожья промышляти будут, чего им Боже не до помози, понеже их злое намерение уже и объявилось в нынешных недавных временех под Киевом в ымянуемых городех: в Броварях, в Гоголеве и в иных, нещадив и малых деток, мужеский и женский пол всех жителей народы Украинские и Литовские высекли и выгубили мучительско. Произвольте того ради, вы, братия моя, разсудить, аще ли Християнски поступает Москва? Не Християнское, но и паче поганское обретается их дело, и что ни есть зде починили, описати трудно. Прошу вторицею и опасаю, дабы не предались ви тою их нещастливою прельщенным быти казною, но с господином Степкою будьте вы единомыслено брацкого желательного приятства, яко же, благодарим Бога, с Заднепрскою братиею нашею на дрогой стороне будучею в нерозорванном союзе братцкой любви. Чего ради от вас, братии моей, ащели обыклая к нам дружба и любовь ваша будет, ни мешкаючи ни часу за Нашим Посланцом своего присылайте, чтобы дружбу вашу совершенно знали и в ней непременно всегда пребывали, которой наставник, да будет нам всем Господь, которому с вами, братиею моею, отдаюся прилежно. Дан в Гадиче, Февраля в 14 день, лета в 1668.

Вам, братьи моей милой, всего добра желательный слуга

Иван Брюховецкий, Гетман верного воиска 3апорожского.

XIV. Грамота Государя, Царя Алексея Михайловича к Малороссийским Полковникам, Старшинам и всему Запорожскому войску в коей, обличая их Государь в нарушении присяги и единомыслии с изменником Брюховецким, склоняет к своему подданству, обещая простить их вины

Божиею милостию от Великого Государя, Царя и Великого Князя Алексея Михайловича, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержца, и многих Государств и земель Восточных и Западных и Северных Отчича и Дедича и Наследника и Государя и Обладателя, наших Царского Величества Малороссийских город: Киевскому, Черниговскому, Переяславскому, Стародубскому, Нежинскому, Полтавскому, Миргородскому, Лубенскому, Прилуцкому, Полковником и Обозным Судьям и Асаулам, и Сотникам и всему войску Запорожскому.

Царское и вседержащему Царю, содетелю нашему всех Богу приятное дело есть, еже на гнев приводящим подобающим чином долготерпети и злым и непокоривым мятежей и смущений виновным людем, яко же лепо воспрещая обращения их к доброму послушанию желати. Тем же и Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, воспоминая милосердие того превышнего Царя и страшного Судии, Господа нашего Иисуса Христа, словеса во святем его Евангелии, пред которым вы Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, с подписанием рук ваших, в верном послушании быть обещались, из писания и отдания вин согрешившим и, о злой дерзости…. человеколюбы от противных дел, к доброму послушанию обращающимся еще нашей Государской милости, человеколюбия ради Божия, от вас не отлагаем, и обращения…. стоящей вашей шатости к нашему благодарованному нам…. не отчаеваем, и сею Нашею, Царского Величества, Грамотою вас к добром…. велми то в подивлению великом имуще, что вы Християнское имя на себе носяще и трепетныя и святым Ангелом возжеленныя заповеди святыя нашего Христа чтуще, страх его святый и суд страшный и грозный на преступающии тия и обещания своя забывающих бывающий, забыли и нашу Государскую, как заступлением ратей, так и безчисленным во многая времена жалованьем, показанную к вам превысокую милость, досадами и противенством воздарили, послушав вора и изменника Ивашка Брюховецкого и подобных ему некоторых слабоумных и в шатостной прелести склонных, радующихся злу людей, немногих буих, которые противися Божею престолу и Нашу Великого Государя милость обличая и суетному своему, но вражей прелести, последуя мнению изменника, своим ложным и льстивым нравом вас простодушных людей прельстили, и во время благодарованнаго православным Християнам мира раздоры и ссоры на свою им погибель учинили. Что бо прелести сея горше, ею же змий он прелукавый, мерзкий пад диавол, чрез изменников прельстил вас и очи ваши заслепил безумием; обещание ваше, которое вы Нам, Великому Государю, за приписанием рук ваших пред страшным Судиею Христом Богом нашим и пред Святым его Евангелием, в верном к нашему Царскому Величеству послушании дали советовал вам забыти и презря нашу, Великого Государя, показанную к вам премногую милость и стыд свой, и обличение совести, пристали вы к изменнику и богопротивному вору Брюховецкому, который не для того вас противитися нашему Престолу научил, чтоб вам в покое и тишине жити, но слушая слабых своих и пустешных мыслей, в роздорех и человекоубийстве на свою погибель пребывати, разливая невинныя, праведныя Християнския многия крови, но и всего горши в конец прогневляючи престол Божий, творити не страшитеся, ходите войною соединясь с нечестивыми враги Христовыми Татары не разумеючи, что тем с мирскими Агарани Богоненавистном соединением, на самую главу Християн Содетеля нашего Христа Бога подносите скверныя своя руки, озлобляючи род православный Християнский; что не токмо милостивому Его, всемилостивого Бога нашего Иисуса Христа, страшному величеству, воздающему камуждо по делам гневно, но и небу и земли жалостно зрети, видячим вашего безумия…. разсецаемо уды Христовы, за что он, Судия нелицемерный, естьли от такового неистовства не престанете и не обратитесь, сам на месть востанет, присно зряй всевидец той…… вщатыя от вас, безвинно проливаемыя многия Християнския крови. Как вы буи, прельщенные врагом, то забыли, что все по Апостолу святому Павлу, тело суть Христово и уды от части, которой вы….. дадите главе Християнстей, Христу Спасителю нашему Богу, дерзостно смеюще озлобляти Его пресвятое тело и разсецати пресвятыя Его уды, на устивше на се богопротивных и богомерзких Агарян? Колико матерей обезчадися, колико множество жен прежде времени вдовствуют, колико чад осиротело есть, колико недорослых и не созревших юных безвинно мечем военным пожато бысть. Слово же за вся сия нелицемерный Он судия Христос Бог наш истяжет на изменнике Брюховецком и на последующих буестном его умышлении; не обратитися, где ныне мерзский он враг сам изменник Брюховецкий, неподобному и неистовному псу и со многими последовавшими ему гневом праведного суда Божия погибл есть; и хотевый многимо владети и славен быти, яко свинья, от свинских Агаранских рук заклан бысть, которой праведного суда Божия всем изменником прельстившим вас трепетами прилично. А Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, Государь Христианский, имея всегда преду очима страх и заповеди Божия, всем, православную веру Християнскую держащим присно, вся благая и помышляем и промышляем с добрым нашим Государским желанием, и свидетеля имамы всех Создателя Бога правде нашей Государской, что Наше Царское Величество вас всех тамо живущих разорять….не хотели, и никому не продавали, и на мысль нашу Государскую то не входило, а казну дали не токмо…. и хотели Мы, Великий Государь, всех вас видеть и слышать в милости Божии и в тишине и в не мятежном покое и в добром здоровью….. Государским жалованьем, и держать в милостивом презренье, и видеть во всяком благополучии и от неприятелей нашими Государскими рати оборонять; но враг, ненавидяй добра, мерзский дьявол, змий злокозненный и злолютый в слабых и буих изменничих сердцах непотребная мнения всеел и к таковому безвинному Християнских кровей пролитию, и вас, простодушных людей, взрушил, которого прелукавыя казни силою животворящего креста на разрушатся, и замыслы его мирские огнем праведного гнева Божия да сожгутся. А Мы, Великий Государь, памятуя безприкладное милосердие Божие, всех вас, если от такого смертного греха обратитись и вспамятовав страх и грозный суд Божий и нашу Государскую показанную к вам милость и данное пред святым Евангелием ваше к Нам, Великому Государю, в послушании обещание нашей Царской Державе и милости поколеннем принесете и в винах своих добьете челом, милостиво вас примем и для высокого и крайнего Божия показуемого к падшим милосердия и на блудном сыне показанного, все ваши вины велим простить и предать забвению; и на знак нашей Государской милости и крайнего, ради Божия милосердия к вам показаемой, указали Мы, Великий Государь, взятых на боях вашего народа Черкас двесте пятьдесят человек с Москвы с сими нашими Государскими милостивыми грамотами отпустили к вам милосердно. И вам бы памятуя Християнскую нашу веру и Богом и материю нашею церковию данное нам…..порождения и страх Божий и нашу Государскую милость, от Бога ненавистных и вечной погибели изменичих замыслов и злых шатостей…..Кто бо весть, когда кого предварит страшный суд Божий…..и обратится к нашей Государской милости по прежнему, так памятуя страх Божий и отводя от вечной погибли тех, которые ко обращению упрямы, наговаривать прилежно, чтоб они, вспомя суд Божий, Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, в винах своих добили челом. А Мы, Великий Государь, видя ваша обращения и о наших Государских делех радения, милостиво вас и для крайнего Божия человеколюбия примем и ваши вины сотворим забытны, и нашим Государским жалованьем учнем вас жаловать и держать…..Нашего Царского Величества призренья по прежнему. Писана Государствованья нашего во дворе, в царствующем великом граде Москве, от создания мира 7177 года, от воплощения слова Божия 1668, Сентября 20 дня.

XV. Присяга Гетмана Многогрешного

Яз Великого Государя, Его Царского Пресветлого Величества, войск Запорожских сей стороны Днепра Гетман Демьян Игнатов, Обозный, Судья, Писарь, Ясаулы, Полковники, Сотники и со всякими чиновными людьми и с войском Запорожским сей стороны Днепра обещаемся пред святым Евангелием, по непорочной заповеди Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, якож во святом Евангелии указася еже ей, ей, на том служити нам Великому Государю, Царю и Великому Князю Алексею Михайловичу, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержцу и Его Благоверной Государыне, Царице и Великой Княгине Марии Ильиничне и Их Государским благоверным чадом: Великому Государю, Царевичу и Великому Князю Алексею Алексеевичу всея Великия и Малыя и Белыя России, Великому Государю, Царевичу и Великому Князю, Семиону Алексеевичу, всея Великия и Малыя и Белыя России, Великому Государю, Царевичу и Великому Князю Иоанну Алексеевичу всея Великия и Малыя и Белыя России и Их Государским наследником правдою и в вечном подданстве пребывати постоянно во веки и всякую истинную и желательную услугу обещаемся Его Царскому Пресветлому Величеству совершити, и с посторонними Государи, без ведомости Его Царского Пресветлого Величества, никакой ни с кем ссылки не имети, и оного Государя себе войску Запорожскому сее стороны Днепра нежелати и не искати; под государствами, которые над ними Государи, не подискивати; а где услышим каких неприятелей Польских или Турских, или Крымских, или коих иных государств собрание, и мне Гетману и всем нам за достоинство Его Царского Пресветлого Величества и Его Государским наследником, по обещанию нашему, против всякого их Государского неприятеля стояти и промысл к помощи делати и битися, нещадя голов своих; а где повелит Его Царское Пресветлое Величество быти на своей, Великого Государя, службе войска Запорожского сей стороны Днепра с ратными людьми и с Его Царского Величества Бояры и Воеводы и с ратными людьми, потому же промысл имети и с неприатели битись и в належащих нуждах войсковых ни в которое государство изменою не отъехать и Воевод не выдать и не покинуть, и будучи на уряде Гетманском и нам начальным людем и войску слов ссорных и мятежных не слушать и никаким плевелосеятелем не верить. И Гетмана нам, как Старшинам, так и войску не покинуть и неприятелю Государскому не выдать, а что изображено в статьях, в Глухове писанных и руками утвержденных при освященном Архиепископе Лазаре Барановиче Черниговском и Новгородском и при Боярине и Наместнике Белогородском при Князе Григорье Григорьевиче Ромадановском, да при Стольнике и Полковнике и Наместнике Серпуховском при Артемоне Сергеевиче Матвееве, да при Дьяке при Григорье Богданове и на прежних Радах, постановленным статьям, и то обещаемся здержати до смерти; а буде в чем ни есть не здержим, Господь Бог нас да казнит в душах и в телесах, и в детех и в наследстве нашем ныне и впредь будущие веки.

XVI. Присяга Гетмана Самойловича

Великого Государя, Его Царского Пресветлого Величества, войских Запорожских аз Гетман Иван Самойлов, Обозный, Судьи, Писарь, Ясаулы, Полковники, Сотники и со всякими чиновными людьми и войском Запорожским обещаемся Господу Богу всемогущему пред святым Его Евангелием, по непорочной заповеди Его, якоже в сем святом Евангелии указася еже ей, ей, на том служити нам Великому Государю, Царю и Великому Князю Алексею Михайловичу, всеа Великия и Малыя и Белыя России Самодержцу и Его Благоверной Государине Царице и Великой Княгине Наталии Кириловне, и Его Государским благородным чадом: Великому Государю, Царевичю и Великому Князю Феодору Алексеевичу всеа Великия и Малыя и Белыя России, Великому Государю, Царевичю и Великому Князю Иоанну Алексеевичу всеа Великия и Малыя и Белыя России, Великому Государю, Царевичю и Великому Князю Петру Алексеевичу, всеа Великия и Малыя и Белыя России и Их Государским наследником правдою и вечно в подданстве пребывати постоянно и всякую истинную и желательную услугу Его Царскому Пресветлому Величеству совершити, и ни с которыми посторонними Государи, не только что в недружбе с Его Царским Величеством пребывающими, и с теми, с которыми Государи, Его Царское Величество, в явной дружбе и в любви и в силках, без указу п повеления Его Царского Пресветлого Величества никакой ни с кем ссыли не имети, и иного Государя себе войску Запорожскому сее стороны Днепра не желати и не искати, и под Государствами, которые под державою Великого Государя, Его Царского Пресветлого Величества, пребывают, не подъискивати никоторыми меры, а где услышим каких неприятелей либо, отъ чего сохрани Боже, Польских или Турских или Крымских, или коих иных Государств собрание, и мне Гетману и всем нам за достоинство Его Царского Пресветлого Величества и Его Государских наследников, по обещанию нашему, еже ныне пред сим святым Евангелием обещаемся, против всякого Их Государского неприятеля стояти и промысл в помочи чинити и битися, не щадя голов своих и до самые смерти; а где повелит нам Его Царское Пресветлое Величество быти на Своей, Великого Государя, службе, войска Запорожского сее стороны Днепра с войсковыми людьми и Своего Царского Величества с Бояры и Воеводы и с воинскимиж людьми, и нам над неприятелем по томуж промысл имети, и с теми неприятели битись, и в належащих нуждах войсковых ни в которое Государство изменою не отъехать, и воевод и ратных людей не выдавать и не покинуть, и будучи мне на Уряде Гетманском и нам начальным людем и войску всему слов ссорных и мятежных ни от кого не слушать и никаким плевосеятелем не верить, а нам Старшине, также и войску Гетмана не покинуть и неприятелю Государскому не выдать, а быть нам у Его Царского Пресветлого Величества и Его Царского Величества у благородных чад и у наследников Их в подданстве, по Его Царского Величества милостивым жалованным Грамотам и по старым статьям, каковы даны прежним Гетманом, и по правам нашим и вольностям, и каковы статьи постановлены в Глухове, так же и на нынешней Раде при Преосвященном Архиепископе Лазаре Барановиче Черниговском и Новгородцком и при Боярине и Наместнике Белогородском при Князе Григорье Григорьевиче Ромодановском, да при Думном Дворянине и Наместнике Медынском при Иване Ивановиче Ржевском, да при Дьяке Афанасье Ташликове и руками подписаны и обещанием нашим пред святым Евангелием закреплены, и те все статьи, которые именованы суть выше сего, я, новообранный Гетман, и Старшина и все войско Запорожское всякого чину и возвраста люди имеем здержати до смерти своей, так как мы пред сим святым Евангелием обещаемся; а буде в чем ни есть не здержим или в чем преступить помыслим, и Господь Бог да казнит нас на душах и на телесех наших и детей и наследников наших ныне и впредь будущие веки.

XVII. Грамота Государя Царя Алексея Михайловича Кошевому Атаману Ивану Серку и всему войску Запорожскому в коей, изъявляя Государь особенное благоволение за военные их успехи над Турецким городом Очаковым и над Крымом обещает, по их просьбе, прислать к ним на Кош ломовых пушек, гранат и прочих воинских снарядов

Божиею милостию от Великого Государя, Царя и Великого Князя Алексея Михайловича, всея Великия н Малыя и Белыя России Самодержца и многих Государств и земель Восточных и Западных и Северных Отчича и Дедича и Наследника и Государя и Обладателя, Нашего Царского Величества войска Запорожского Кошевого подданному Атаману Ивану Серку и всему войску Запорожскому, верховому и низовому, на лугах, на полях, на полянках и на всех Днепровых и полевых урочищах Наше Царское Величество милостивое слово.

В нынешнем в 7191 году, Августа в 21 день, к Нам, Великому Государю, к Нашему Царскому Величеству, писал ты, Нашего Царского Величества подданный Кошевой Атаман, о промысле своем и войска Запорожского кошевого над Турским городом Очаковым, также и о Калмыцком промисле над Крымом п прислал к Нам, Великому Государю, к Нашему Царскому Величеству, Посланцов своих, бывшего Кошевого Дениса Кривоноса с това- рищи, со взятыми языки, и Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, тебя, Нашего Царского Величества подданного Кошевого Атамана Ивана и все войско, при тебе будучее, за промысл жалуем, милостиво похваляем, а Посланцев твоих, пожаловав Нашим Царского Величества жалованьем, велели к тебе отпустить не задержав. А что Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, били челом о присылке вам на Кош пушек ломовых, гранат и ракет и мастера, чтоб который умел стрелять, и сипош и труб, и по Нашему, Великого Государя, Нашего Царского Величества, указу ломовые пушки и гранаты и иные воинские запасы присланы к вам на Кош будут впредь, и о том Посланцем вашим сказано. Писана в Государствия нашего Дворе, в царствующем граде Москве, лета от создания мира 7181 (1673), Августа 29 дня.

XVIII. Запись, по которой приведены к вере Заднепрской стороны Старшины

Великого Государя, Его Царского Величества, войска Запорожскаго Обозный аз Иван Гулак, Есаул Яков Лизогуб, Судья Яков Петров, Полковники, Сотники и со всякими чиновными людьми войском Запорожским обещалися Господу Богу всемогущему пред святым Его Евангелим, по непорочной заповеди его, якож в сем святом Евангелии указася еже ей, ей, на том служити Нам, Великому Государю, Царю и Великому Князю Алексею Михайловичу, всеа Великия и Малыя и Белыя России Самодержцу и Его Благоверной Государыне, Царице и Великой Княгине Наталии Кириловне, и Их Государским благородным чадом: Великому Государю, Царевичу и Великому Князю Феодору Алексеевичу всеа Великия и Малыя и Белыя России, Великому Государю, Царевичю и Великому Князю Иоанну Алексеевичу всея Великия и Малыя и Белыя России, Великому Государю, Царевичю и Великому Князю Петру Алексеевичу всея Великия и Малыя и Белыя России и Их Государских наследником правдою и в вечном подданстве пребывати постояно, и всякую истинную и желательную услугу обещаемся Его Царскому Величеству совершати, и ни с которыми посторонними Государи, не только что не в дружбе с Его Царским Величеством пребывающими, и с теми, с которыми Государи Его Царского Величество в явной дружбе и любви, без указу и без повеления Его Царского Величества, никакой ни с кем ссылки не имети, и иного Государя себе войску Запорожскому тое стороны Днепра не желати и не искать, и под Государствами, которые под державою Великого Государя, Его Царского Величества, пребывают, не подъискиваться никоторыми мерами, а где услышим каких неприятелей либо, от чего сохрани Боже, Турских или Крымских, или коих иных Государств собрание, и нам всем за достоинство Его Царского Величества и Его Государских Наследников, по обещанию нашему, еже ныне пред сим святым Евангелием обещался, против вся кого их Государского неприятеля стояти, и промысл к помочи чинити и битися, не щатя голов своих и до самые смерти, а где повелит нам Его Царское Величество быти на своей Великого Государя службе войска Запорожского обеих сторон Днепра с войсковыми людьми и своего Царского Величества с Бояры и Воеводы и с воинскими людьми, и нам над неприятели промысл чинить и битись и в належащих нуждах войсковых ни в которое Государство изменою не отъехать, и Воевод и ратных людей не выдавать и не покинуть, и будучи нам под высокодержавною рукою Великого Государя, Его Царского Величества, слов ссорных и мятежных ни от кого не слушать, плевелосеятелем не верить, а нам Старшине, так же и войску, Гетмана не покинуть и неприятелю Государскому невыдавать, и быти нам у Великого Государя и Его Царского Величества у Благоверных Чад и Наследников Их Государских в подданстве, по Его Царского Величества милостивым жалованным Грамотам и поставленным статьям, каковы постановлены в Переяславле на нынешней Раде, при Боярине и Воеводе и Наместнике Белогородском, при Князе Григорье Григорьевиче Ромодановском с товарищи, и руками подписаны и обещанием нашим пред святым Евангелием закреплены, и те все статьи, которые имянованы суть выше сего, ми, Старшина и все войско Запорожское всякого чину и возраста люди, имеем держати до смерти своей так, как мы пред сим святым Евангелием обещаемся, а буде в чем ни есть не здержем, или в чем, преступить помыслим, и Господь Бог да казнит нас на душах и на телесех наших и детей и наследников наших ныне и впредь будущие веки.

XIX. Письмо Юрия Хмельницкого к Кошевому Атаману Серку

Вельможный, милостивый господине Атамане Кошевый и все Запорожское войско Низовое, приятели наши!

Дошел к нам лист от милостей ваших, ис которого прочетши желательство и дружбу к нам объявленную, какову от давных времен крепко и неразорванную употребляя, милость ваша, вы писали есте, вельми утешился есмь. Благодарю Господа Бога моего, что такую благоволил любовь и намерение во сердца милостем вашим подати, которые бы не токмо сторонние Монархи прославляли, но и милая отчизна наша, овдовелая и весьма осиротелая, моглаб приити до первой отрады и исправления, буде бы есте, милость ваша Господине Кошевой Атамане, со всем товариством Низовым Запорожским, возжеланную нашу дружбу к совершенству привести хотели и на розорванную братцкую любовь, яко желательствовали есмы, по милостех ваших, до конца единодушно посоветовав, благоволили объявити и к нам часто отписывали с дружбою, которой и ныне не отреченни прошу: ибо от источника струи истекают, яко то от ваших милостей Низового войска Запорожского, с которого основание исходит. Вторицею желаю, чтоб есте, ваша милость, высланных своих до Бендеру с письмом о невольниках, которые в Царегородцкой бане прибывают, повелел сметити всех с росписью, присылали. Имею в Бозе надежду, что нашим хотадайством и его милости Ибраим Паши, наяснейшего Турского, все на воли будут и ваша милость при милости пребывати будете; и то немедленно учините, понеже мы на дороге безмедленно до Бендуру приедем, и там дасть Господь Бог, посоветовав с милостьми вашими, яко поступити имеем, благодатно отпустим. Мою за тем дружбу и повольность, вашим милостям, благодати предаю. Из-за Дуная, Маия в 19 день, 1677 году.

Вашим милостям, Господине Кошевый со всем товариством Низовым, желательный приятель.

Юрий Гедеон Венжик Хмельницкий, Князь Малороссийской Украйны.

XX. Универсал Юрия Хмельницкого к Каневским жителям

Милостию Божиею Георгий Гедеон Венжик Хмельницкий, Князь Малороссийской Украйны, Вождь войска Запорожского.

Возвещаем и до ведома подаем сим нашим Универсалом кому ни есть належит ведати, сиречь господину Полковнику Каневскому, господам Сотникам, Ясаулом, Атаманам, Войту, Бурмистру и всем начальникам и меньшим, к тому же полку надлежащим, в городах и в местечках и в селах козаком и черни доброго здравия и счастливого повождения от Господа Бога на долгие лета употребляти желаем, яко самим нам. Когда, по исходе нашем со многими нашими войски наяснейшего и непобедимого Салтанова Величества, еще прошлого году приняли есмы под оборону нашу и разделили есмы крепко, чтоб ваша милость к разорению не пришли и крепко уговаривались есмы, якоже и защищением того же наяснейшего Салтанова Величества и Ханова Величества, Крымского и нашим, прибыли есте в добром здравии и при маетностях своих мочию нашею и милостию отцовскою, яко отчичь приложил есмь радение, так и ныне поновляюще и сим нашим Уневерсалом уроженого нашего гоподина Ивана Яненченка Хмельницкого, для обращения под нашу власть полку вашего, отпустили есмы с частью Татаров, приемлюще вашу милость под оборону нашу, ни под такову, как под Московскою были есте, которую узнали есте, ваша милость, как любимую отчизну нашу к пагубе привела, напоследок же и нынешнего году, пришедши будто на помочь к Чигирину с своими силами Московскими Князь Ромодановский с Заднепровским Гетманом, не здержав сил наяснейшего Салтанова Величества и Хана Крымкого, огнем до основания дал выжечь город Чигирин, и много душ безчисленно Християнских погубили и сами с стыдом назад уходя к Днеп- ру, с табором множество людей и козаков и Москвы погубили, под мечем и в полон предали. Бог ради убо, наказуя отечески вашу милость, чтоб наша сторона до основания не разорена была, к нам преклоняйтесь, понеже имеете время, просите помощи у Вельможного Визиря, понеже сам особою своею пребывает, а нашей милости не обольститесь ко кровопролитию Християнскому и городов и церквей Божиих разорения, чрез защищение студеное Московское, которого не усматривая, ваша милость к нам с дружбою послушанием своим отзываетеся, и знатиых людей присылайте, а буде хотите и сами к нам приезжайте, а как ваша милость явитеся к нам, восприяв наказ в добром здравии возвратитесь; а буде нас не послушаете, когда придете к разорению и к пагубе, потом ваша милость не пожалуйтеся и ни на кого не пеняйте, что за время не возвещали. По сем милость нашу препосылая, Господу Богу в сохранение предаем.

Из Табору под Ирклеевым, Августа 23 дня, 1678 года.

Георгий Гедеон Венджик Хмельницкий, Князь.

XXI. Грамота Государя, Царя Феодора Алексеевича к Прилуцкому Полковнику Федору Молчану, коею похвалял оказанную им и всем его полком, при осаде города Чигирина храбрость и прогнание Турецких и Татарских войск, объявляет о вписании убитых в Синодик для ежегодного поминовения в Успенском Соборе в неделю первую поста

Божиею милостию от Великаго Государя, Царя и Великого Князя Феодора Алексеевича, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержца, и многих государств и земель Восточных и Западных и Северных отчича и дедича и наследника и Государя и Обладателя Нашего Царского Величества, подданному войска Запорожского Прилуцкому Полковнику Федору Молчану и всему при тебе будущему посполитству Наше, Царского Величества, милостивое слово.

В прошлом в 1678 году приходил под Чигирин Турский Визирь с Пашами и со всем Турским и иных земель войском, и с Волоским и с Мультянским владетели и с войски их, и Хан Крымский со всеми Ордами, которы по своему бусурманскому намерению не токмо город Чигирин и в нем Наших, Великого Государя, нашего Царского Величества, ратных людей и войска Запорожского козаков взять мыслили, но и все поселение Малороссийских жителей, на той стороне Днепра прибывающих, с церквами Божиими разорить и православное Християнство пленом похитить хотели, и Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, Государь Християнский, слыша о таковом их бусурманском намерении, имея непрестанное попечение о сохранении церквей Божиих и о целости Християнского народа, предваряя тому их бусурманскому зломыслию и не допуская их на разорение в Християнские жилища, посылали наших Царского Величества Бояр и Воевод с конными и пешими многими полки, и Нашего, Царского Величества подданного Гетмана Ивана Самойловича с старшиною и со всем войском Запорожским, которые, переправясь Днепр, шли на выручку к Чигирину, и те вышеупомянутые неприятели, уведав о тех нашего Царского Величества войсках и не хотя их пропустить на выручку к Чигирину, собрався со всеми своими бусурманскими войски, приходили из под Чигирина, и Нашего Царского Величества Бояре и Воеводы с Нашими Царского Величества ратными людьми и подданный наш Гетман с Старшиной и с войском Запорожским, уповая на всесильную Божию помощь и на заступление Пресвятыя Богородицы и на молитвы Московских и Киевопечерских чудотворцов, и показуя природное свое мужество и храбрость, с теми неприятели бились в розных местах крепко и мужественно, и на тех боях многих неприятельских людей побили и языки и знамена и пушки поимали, и видя Турский Визирь и Хан Крымский Нашего Царского Величества Бояр и Воевод и ратных людей и подданного Нашего Гетмана Ивана Самойловича и всего войска Запорожского крепкое и мужественное ополчение и храбрость, а в своих бусурманских войсках урон и убыток великий, Августа прогнав 20 числа, в полночь с поля отступили и пошли в свои земли, и к Нам Великому Государю, к Нашему Царскому Величеству, писал Нашего Царского Величества подданный войска Запорожского обеих сторон Днепра Гетман Иван Самойлович, что ты Нашего Царского Величества подданный, Прилуцкий Полковник и все полку твоего Старшина и товарство против всех неприятелей в тех воинских промыслах и на всех боях былиж, и Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, со всем своим полком служил ты Нашего Царского Величества подданный верно, и против тех креста святого неприятелей стоял крепко и мужественно, и многие полку твоего товарство и чернь в мужестве и храбрости своей в той войне за святую Божию церковь и за веру православную и за нас, Великого Государя, крови своя пролили, а иные живот свой скончали, и Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, тебя Полковника и Все при тебе будучее товарство и чернь за ту вашу к Нам, Великому Государю, к Нашему Царскому Величеству, верную службу…..вы по должности обещания своего, на чем вы обещались пред святым Евангелием за святыя Божия церкви и за веру православную и за Нас, Великого Государя, против тех неприятелей бусурман крепко и мужественно и храбро ополчались и крови своя проливали, жалуем, милостиво похваляем; а которые твоего полку товарство и чернь за веру православную и за святыя Божия церкви и за Нас, Великого Государя, за все Християнство против тех же неприятелей и врагов креста святого на тех боях живот свой скончали, и Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, милосердую о их и службу их и мужество и храбрость похваляя, указали их написать в вечное помяновение в Синодик, во святой велицей Соборной церкви Успения Пресвятыя Богородицы, в котором, для тогож вечного помяновения, написаны Нашего Царского Величества воины, пострадавшие за святую церковь и за веру Християнскую и за Нас Великаго Государя, в разные времена и, ныне против бусурман, которое деяние на вечную память прочитаетца на вся лета в первую неделю святого и великого поста. И тебе-б Полковнику и всему будучему при тебе товарству и черни и впредь Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, також служить и против неприятелей креста святого ополчатися крепко и мужественно, так на чем вы обещалися пред святым Евангелием; а Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, при помощи Божией, церкви Его святыя и вас подданных Наших, Нашими, Царского Величества, войски от неприятельского нахождения боронити не престанем сколько той же Всемогущий Господь Бог помощи подасть, в том бы вам на Нашу, Великого Государя, Нашего Царского Величества, милость быть надежным. Писан в Государствия Нашего дворе, в царствующем велицем граде Москве, лета от создания мира 7187(1678) Ноября 25 дня.

XXII. Письмо к Константинопольскому Патриарху от Гетмана Самойловича

Святейшему и Всеблаженнейшему Отцу Кир Иякову, милостию Божиею, Архиеапископу Констянтинонольскому, нового Рима Патриарху Вселенскому, Отцем Отцу верховнейшему, святыя Восточные церкви Архипастырю, милостивому нашему благодетелю и в вере святой Наставнику Иван Самойлович, Гетман, с войском Их Царского Пресветлого Величества Запорожским и чину духовного Митрополии Киевской со всем причетом и со всем народом Малороссийским раболепно и покорственно поклонение творим.

Не точию вашему Патриаршескому достоинству, но и всей вселенной имеет быть сие известно: что Митрополия Киевская от давних времен, отнележе Ляцким порабощенна есть игом, во вредительном обрещаетца раздвоении, ибо лукавою Западных исповедников прелестию многие бывшие благочествия Восточного Епископии, Архимандрии, Игументва, монастыри, церкви и их парохии на Волыне, на Подгории и в Княжестве Литовском, уклонишася в Унию Западного Костела, о чем болезненно стонут сердца наши, и аще бо богоспасаемый, град Киев, истинная прародительная Пресветлых Царей наших Российских отчина с того Ляцкого ига в Богохранимую Их Царского Пресветлого Величества не возвратился Державу, тогдаб тое Митрополии власти и под властью сущыя чины до днесь насильствами понуждены были к той же Унии, явствуетца бо, яко держащия до сего времени восточное благочестие Епископы Львовские и Премышльские, и с ними нецыи Архимандриты и Игумены, ныне тоею же Униею блазнствовахуся и теж своим заблуждением всех благочестия ревнителей нуждею влекут в тож развращение и именуютца одни пастырьми, другие блюстительми того Киевского Престола. А ваше Архипастерское Патриаршеское достойнство, хотя истинныя тоя Киевския Митрополии Архипастырь еси, обаче не возможеши сим в расколе церкве зыблевым ея членом подати заступления и в недвижимое состояние права, то им в благочестии ума предпоставити богопитаемые пищи; понеже частию дальнее разстояние пути, частию свирепые народы между тамошнею и здешнею палестиною расположшиеся, частию же непрестанныя между царствиями земными брани творят ему зельное неудобство. Понеже убо благоволил вседействующий Господь тому граду Киеву быти недвижимо под скипетроносною Пресветлых царей Российских рукою, сего ради мы Гетман с войском Запорожским и со всем Малыя России народом, обретающеся под превысоким и Богохраннным Их Царского Пресветлого Величества обладанием, яко уже душами нашими на верное вечное подданство с писмянем нашим от рода в род Их Царскому Пресветлому Величеству закрепилися, сице желающе, дабы и духовный чин в том же Царства Российского обретался состоянии, покорственным молением нашим просили есмы Их Царского Пресветлого Величества и Сестры Их Великой Государыни, Благоверной Царевны Великой Княжны Софии Алексеевны, общее сих времен содержащее повеление, дабы Малороссийская прежде реченная Митрополия Киевская еще с слишком двадесять лет без Пастыря обретается приличным Пастырем благоукрашена была; дабы тем благом, красотством разумное тоя паствы стадо, православной веры ревнители, имели свое исправление, и волцы бы прочее не возмогли творити похищение, по которому нашему прошению повелели нам Великие Пресветлые Монархи наши и Сестра Их Великая Государыня, Благоверная Царевна избрати на тот Киевский Престол Митрополита по давным нашим тое Митрополии правам. Тем же при том же Престоле в Киеве в церкви Святые Софии, яко духовного чина, причедю, так и мирского начала многие лица сотворше обирание когда благосоветова, сице Дух Святый единодушно и единогласно избрахом себе в Митрополита его милость Князя Четвертенского, Преосвященного Отца Гедеона Святополка, бывшего Епископа Луцкого и Острожского, его же благочестия ради от его престола многими неудобносимыми напастьми с Волыня в Малую Россию изгнаша Паписты. По сицевом убо избрании, произведе его на сие достоинство и в весь вложи на него Митрополий сан Святейший и Всеблаженнейший Кир Иоаким Патриарх Московский и всея России и Северных стран во царствующем и великом граде Москве, в соборной церкви Успения Пресвятые Богородицы, яко прилично ему бяше по тезеименитому нарицанию из Малые России и Всероссийского Архипастыря приняти благословение, имеюще к тому сие, яко авый Митрополии Киевской престол с прочими Российскими Митрополиями в одной яже едино есть под солнцем благочестивая Их Царского Пресветлого Величества обретается Державе, коея ради вины, и Пресветлые, Великие Государи Цари с Благоверною Своею Сестрою приложиша к сему свое Монаршеское благоволение, и мы убо верные Их Царского Величества подданные, так и духовные, как и мирские чины утвержденнейшего ради нашего под благочестно Державными Их Царского Величества скипетрами в род и род жительства, но и паче же удобнейшего ради тоя Митрополии исправления, дабы сицевым образом, яко же по сие бысть время Престол Киевский не приходил в долгое вдовство, но дабы всегда по Пастырю Пастыря в неотлагаемом имел себе времяни, и дабы Паписты не так дерзновенно к нему назирали и вредительные свои в паству сию вмешали плевелы, желаем от вашего Архипастырского Патриаршества вселенского достоинства отпустительное и простельное восприяти благословение: яко да будет сия наша Киевская Малороссийская Митрополия в повиновении Святейшего и Всеблаженнейшего Кир Иоакима, Патриарха Московского и всея России и Северных стран и по нем в наступающих Святейших Российских Патриархах, сим бо образом не удаляемся от восточного благочестия, но истовейше в нем утверждаем себе; понеже Святейший Московский и всея России Патриарх с вашим Вселенского Патриарха достоинством единого есть сочетания и едино и таяжде свыше от единочестного Тройческого всесоздательного начала вашему Архипастырству дана есть благодать, а к сему той Патриаршеский престол писать свойство и отселе, что не точию искони Московская и Киевская одна была Епархия, но и при Благоверном Российском Царе Феодоре Ивановиче, блаженнейший Иеремей Патриарх Вселенский и прочие Святейшие Патриархи Восточного исповедования и Преосвященные Митрополиты и Архиепископы и Епископы, имеюще по сем Собор в Царе граде, подали свое Соборное слогом письмен благословение Святейшему Иеву Московскому и всея России Патриарху, благословляющи нарицатися Патриархом всех Российских и Северных стран и народов; чесого ради явно всем нам о милостивом отпустительном благословении вашей Архипастырской Святыни покорственно просим, сице и о Преосвященном господине Отце Гедеоне Святополке Князя Четвертенском, Митрополите нашем Киевском, усердно вашему Архипарстырству молимся, яко да подаси ему милостивое разрешеиие на его обещание, им же он, в Польской державе обретающися, при своем на Луцкую и Острожскую Епископию возведение, связа свою совесть отдавати Святейшему Константинопольскому Патриаршескому Престолу послушание, и да подаси ему, Святейший Отче, Архипастырское благословение исправляти Митрополию Киевскую под Архипастырскими Святейшего Московского Патриарха началом и тым соблюдати от хищных волков тоя паствы словесных овец целость, а Митрополита преждс реченного мы Малороссийским нашим обранием избрахом в надежду премилосердыя Монаршеские Пресветлых Царей Российских милости, что сия Митрополия в своих уставах и обыкновениях, какия имела под вручением Святейшего Апостольского Константинопольского Престола, волею их Пресветлых Монархов и в послушании Святейшего Московского Патриарха имеет быть непременно всегда сохранена. А понеже оной Митрополии Киевской обретаются в Польской Державе Епископии, Архимандрии, монастыри, церкви и Ставропигион нарицающеся братства, и при них многочисленные Греческой веры народы, которые от восточного еще не отпали исповедания; тогдо убо покорственно просим, сотвори, Святейший Отче, о сем Богоподобную милость, подаждь свое грамотное с подкреплением Архипастырское благословение, дабы те все преждереченного Митрополита Киевского и по нем последующих Киевских Митрополитов, по исконному обыкновению, за истинного своего имели Пастыря и должное ему, яко на властех сущие, тако и под властию обретающиеся творили послушание; а к тому аще-бы из той Польской державы кто из Епископов или из иных властей чрез писание или чрез посылыциков отзывался к вашему Святительскому Архипастырскому Константинопольскому Престолу, прося себя Патриаршеской Грамоты на Митрополии сан Престолу Киевскому, не даждь Святейший Отче, таковому веры, лукавое бо сие будет моление, носящее развращение той Киевской Митрополии, ибо державствующий ныне в Королевстве Польском, паче прежних своих предков, наветует зело на святое благочестие и отнюдь в своей державе быти ему не хощет, чесого ради и власти духовные предреченных Епископий лестию привлек последовати воли его. О чесом яко-же Великие Государи наши, Их Царское Пресветлое Величество с Благоверною своею Сестрою, обще Державною Царевною, Софиею Алексеевною и Святейший Кир Иоаким Патриарх Московский и всея России к вашему верховнейшему по всей вселенной Архипастырству изволили свои чрез нарочного посланного послати Грамоты, сице и мы все Митрополии Киевской истинные сынове чрез особного нашего посланника Ивана Лисицу сей лист наш покорственные в вашей Святыни посылающе, многократне смиренно вашего Архипастырского милостивого благословения просим, и сию великую вашего Архипастырства благостыню сыновскими службами нашими всегда возблагодарствовати обещающася, тому-ж верховнейшему вашего Иераршества вручаем себя всегдашнему благословению. Писан в Батурине, Декабря в 30 день, 1685 году.

Вашего Архипастырского Патриаршеского достоинства, желательный в Дусе Святем, сынове и слуги:

Иван Самойлович, Гетман Их Царского Пресветлого Величества войска Запорожского со всем Малороссийским народом.

XXIII. Челобитная Генеральных Старшин и всего войска Малороссийского об измене и о многом неистовстве Гетмана Ивана Самойловича

Пресветлейшим и Державнейшим, Великим Государем, Царем и Великим Князем Иоанну Алексеевичу, Петру Алексеевичу и Великой Государыне, Благоверной Царице и Великой Княжне Софии Алексеевне, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержцам, Их Царскому Величеству, милостивым своим Обладателем, верные подданные покорно доносят.

Что войско Запорожское зело скорбно и жалостно есть, что Их Государское святое намерение о посылке сил Их Монаршеских на Крым, на которую весь свет Христианский обратили очи свои и с которого все их Монаршеские доброхоты с великим желанием надеялися счастливых, прехвальных и ко приращению безсмертныя во веки Российскому Царствию великия славы приличных збытей, не пришло ныне к своему совершенству, в котором деле хотя для милости, милостивых и милосердых скипетроносных Государей своих, ради было войско Запорожское при всякой бодрости и радении служити, однако не могло, за неисправлением Гетманским, который только для слепоты очей своих и для тягости своей не был и несть угоден ко творению должностей Гстману приличных, другое и не желал того, чтоб над Крымом Их Монаршеские силы сим походом имели одоление, которое нежелательство ево мочно донести отсюду.

Прежде учинения еще вечного миру Их Царского Пресветлого Величества с Королевством Польским, всегда он Гетман таковы предложения чрез посланных и чрез гонцов своих к Великим Государем доносил, чтоб Они, Великие Государи, с Турки и Татары перемирье держали, с Поляки не мирились, сказывая, что тот мир не надобен и для того он и села Посожские, не советовал ни с кем, велел было заехать, хотя Их Царское Пресветлое Величество ссорити глубоко с Королевским Величеством Польским, дабы тот мир не состоялся, которых сел Посожских не имел уступить, хотя бы и многие Их Монаршеские к нему были указы, как и не уступал их покамест сами Поляки по соизволению Государскому отобрали.

А как мир уже учинился вечный с Польскою стороною и был прислан от Них, Великих Государей, в Батурин Ближний Окольничей Леонтий Романович Неплюев с тем мирным извещением, тогда запечалился зело и был печален многие дни, и кроме того, что пред Окольничим словами нежелательными выявливался, говоря: увидите, что не всяк из ваших чинов Московских вам станет благодарить, что разорвали мир хитростию Польскою с Государством Турским и Крымским и хочете войну противо их всчати, при старшине войсковой, тогда же скоро по отъезде Окольничего из Батурина многотраты таковы же жсстокие слова говорил: купили ныне Москва себе лихо за свои деньги, Ляхом данные, и се что в том с Поляки учиненном миру сыщут, и что против Хана учинят увидите; жалели малой дачи Татаром давать, а будут большую казну давать, какову Татары похотят.

И после того бывал смутен и сердит и таковы же слова в случаях речей поновлял, а за тот мир, учиненной между Монархами, не велел и молебствовати по церквам.

А как пришла ведомость от Великих Государей в списках из розных курантов писанных, что Цесарские войска Будин город взяли и Турков, а Венецияне многие городы у турков же морем побрали, и тех писем не хотел и слушать, и ныне валяются не чтены, а то от него исходит что неохочь слушать вестей о победе Християнской над бусурманы, а как услышит, что 'Гатаровя поберут людей на Волыне, и тогда зело бывает весел; и колико у него бывало из Крыму Мурз и Посланников Крымских во время перемирья, всегда прашивал и приказывал к Хану, чтоб непрестанно под Белую Церковь и Немиров, на Волынь и Полесье загонами Татаровя подпадывая, в людех Християнских урон чинили Королевству Польскому, в чем явная его измена.

Семья ево Гетманская в некое время говаривала женам особ Генеральных: сердит ныне и великие похвалы чинит Иван мой на Москву, едва того не учинит, что учинил Иван Брюховецкий.

А как Королевское Величество в прошлом году из Волоские земли уступал, тогда Бунчужный, имев на одине речь с Гетманом, такие слова изнес: рад бы господин Гетман, чтоб Поляки от Татар в той земле Волоской, осадою утеснены будучи, помирились, а чай бы Москва и нас познала и легко не почитала, что мы приобещанную и надежную дружбу с Государством Крымским имеем.

Хотя, по указу Великих Государей, с того прошлого лета на сие с полками в нынешней поход готовился воевать Крым, и о том Великим Государем докучал он же Гетман, чтоб все силы Монаршеские, сколько их есть, в сей же поход были двигнуты: однако не имел такой истинности, дабы по истине оказал свою службу, как ныне исполнилось, потому что хотя предлагал, чтоб Великих Государей великие подняты были силы, а советовал с прилежанием, чтоб раннего вешнего времени были в поля выведены; а то не на иную какую прислугу, только на пагубу войска, понеже в Крым и преж сего кто не хаживал и в малых собраниях, и то делал в осень, а не по весне.

А вышед из Батурина, и приближившися к реке Ворсклу, хотя полки козацкие не все собрались было, предлагал на крепко Вельможному Боярину его милости Князю Василью Васильевичу Голицыну, дабы как скорее в поле выходил, и так по ево предложению и Боярин его милость войска, дальним из домов путем утверждение, от почиву требуючие, в поля за Самару вывел.

А в тех полях чтоб належало Гетману о языках радеть, и за несколько верст караулы посылать, и о положении поля проведывать, того он отнюдь не чинил и Боярину, его милости, хотя хотел посылать напред полки отсоветовал, и совета о том от Старшины не принимал, и видя около табаров пожарами пылающие поля, гасить, хотя многократно ему Старшина докучала, не посылал и не приказывал.

А когда пришли к воде Конской, и там за тою водою все поля пожарами выгорели, он ничего о том не радея, хотя Боярин, его милость, без совета общего рушитца совершенно, не проведав сколь далеко выгорело за ту реку не советовал, подвигся с полками козацкими, а после его и Боярин, его милость, подвиг Монаршеские силы, чая, что он известен есть о довольствах кормов конских, и там дале поступая, обрвлось поле все сгорелое.

Того ради, по тем всем вышеописанным причинам и нежелательствам и нерадениям, многие чают и совершенно твердят, и мы ведаем, что он Гетман не хотя совершенно тем пожаром предварить, есть причиною и повелителем к выжегу поль.

Понеже не доходя Конской воды, когда и ему в походе болезным очам солнечный зной докучал, говорил: се неразсудная война Малороссийская коль нам вредительна, лишила де меня здоровья крайнего; не лутчель было Москве дома в покое сидеть и своих рубежей беречь, нежели с Крымом войну сию ненадобную заводить?

А как немочно было войскам по погорелым полям дале идти, он не ища и не промышляя какова способуг как бы над неприятели, хотя уже меншими войски, учинить промысл, гоня на неславу вечную войск Московских и козацких, а защищая Государство Крымское совершенно на том стал и советовал, чтоб Бояры, их милости с войски возвратились назад.

А возвратив обозы назад, то говорил: не сказывал ли я, что Москва ничего Крыму не зделает; се ныне так и есть и надобно будет впредь гораздо им от Крымцов отдыматись; а творит то на ругательство с смехом; ныне ни очем не печалитца, только так говорит перед духовною честною особою: когда бы мне дал Бог сына моего с низу целого сыскать и в Батурин придти, буди де знать, что делать; есть у меня дела напряжены к деланию иные.

И то говорил чрез туж особу: не знаю что мне делать с теми чертями Москали, как они со всеми войски своими напрутца в дом идти, я бы де хотел просить Боярина, чтоб мне дал и оставил с пять тысяч войска, а то для пожданья и отыскания сына моего с низу.

И то Пресветлейшим Великим Государем буде известно, что он Гетман самовласно владеет и хочет владеть Малою Россиею, грамоты Монаршеские у кого хочет берет и дачи на себя или на детей своих оборачивает; к Царствующаму граду Москве не токмо мирским, но и духовным людем, ездить запрещает, и городы Государские Малороссийские не Государскими, но своими именует, и людем войсковым приказывает, чтоб ему, а не Монархом верно служили.

Сверх того говорил: когда возвратимся из Крымского походу, порадеем лутчи Малую Россию утвердить, и не так как стоит в прежних своих статьях.

А сын его Григорий, в Чернигове, бранил Войта и мещан, и, лаючи смертною казнью, грозил, что Войт и мещане хотели поставить на Ратуше орла пластного в то знамение, что город Чернигов есть власное Их Царского Пресветлого Величества отчина, и говорил Григорий Войту и мещаном так: не будете мужики жить на свете, что хочете выламыватись из подданства господина отца моего и поддатца Москве; и заказал, чтоб орла не ставили и ставить не дерзали.

Тот же сын говорил с иными хульные слова о Пресветлейшем и Превысочайшем дому Монаршеском Их Царского Пресветлого Величества, которое их досады хотя и слышал отец их, но им того не запрещал.

Да и то припоминает, что он же Гетман, высылая Михайла, бывшего Полковника Гадицкаго, на размену с Татары, давал перво словесный приказ, а потом писал своею рукою к нему Михаилу: всеми силами радеть о утверждении сил своих и дружбу с Государством Крымским, по которому указу и Михайло говаривал: когдаб нам самопалы козацкие соединить с саблями Крымскими, сильны бы мы были против всяких Монархов.

И такую речь многократно при Старшине и всем вслух вносил: не послушала де дурная Москва моего совету, помирились с Поляки, дождусь де я того в скором времени, что будут сызнова меня просить, чтоб я посредником к перемирью с Государством Крымским был, толькож знать буду, как Государство Крымское с Москвою мирить; будут меня памятовать и ведовать, как и нас почитать.

Да и то говорил: чертовская, дурная и гнусной войны Москва взяли на себя не по себе тягость и вславились всему свету повоевать Государство Крымское; а они сами никогда не смогут себя оборонить; лучше бы де радеть при промысле нашем своих рубежей беречь, нежели чужое лихо подыматца боронить; понеже, когда еще не перестав от своего иамерения, похотят войну поднять, то пропадут.

Сам от многих лет бил челом Великим Государем, чтоб Чехи под Царским значением и титлом или в Путивле или в Севску были деланы, а ныне, когда с денежного двора на сию дорогу вышли и войску выдана плата, не велит и не приказывает, чтоб меж народом Малороссийскими брана была и всякие купли и продажи действовались, наипаче посмеваетца говоря: из одной меди много безделья наделали, что убогому человеку ни на что не годитца, потому что будто шелуха ломятца.

Степана Гречаного, Судью Гадицкаго, без ведомости и изволения Государского, к Королевскому Величеству с тем посылал, чтоб Мигулу, имянующегося на той там стороне Гетманом с ево войском самовольным не держал, а себя на всякую службу быти готова с войском Запорожским обещая, просил, чтоб ему поволил по тех мест владеть городы осадив, покамест Хмельницкий владел.

Июля в 4 день сам мосты на реке Самаре, войском Окольничего Леонтья Романовича строенные, он Гетман с своими полками перешед, велел пожечь, а на той там стороне Боярина со всем войском оставил, только два моста, имеющего свои к переправе, и принужден был Боярин новые мосты делать, и тот его поступок изменнический учинился под войском Государским.

Июля в 6 день призвав к себе Дмитряшку говорил: имею де ведомость, что Хан с Салтанами и со всею Ордою около войска нашего на низ посланного, забаву воинскую имеет, только немного помедлит, сам Хан к Перекопи уступит, а Салтана с Ордами против Поляков пошлет, и дадут конечно Поляком добрую встречю, пусть же Бояре, такие непочтивой матери дети, скачут и Поляком дают помочь, а нездоров дадут.

Тогож дни пришед к нему Гетману Войт Переяславский, говорил: жалуетца де Москва приходя, что людей Государских много померло и зело много больных лежит, а он сказал: хотя бы и все пропали, тоб я о том не печалился.

Лошадей сколько к нему не приведут заблудших Московских и всяких, всех велит, своим пятном перепятнав, в Гадичь отсылать; то ево в сем явное воровство.

В некое время, зде в войске был Гетман с Полковниками Московскими и с нами всеми на обеде у Обозного; и после обеда Петр Борисов Полковник размолвил с Гамалеею и Гамалей знатно в надежду ево, против Полковника сказал: что ты на меня Полковник порекаешь? не саблею де нас взяли; и он Гетман то слышав, ни единого слова Гамалею не молвил, да и разсмеялся, а чаят что и похвалил.

А после учиненного миру, знатно хотя какую в том вреду учинить, посылал в пасеки Заднепровские в мирных доворех, при Польской стороне оставленные, десятины пчельной выбирать, и то учинил он противно, а не по воле Государской.

А о землях той стороны Днепра говорил жестоко: не так де то будет, как Москва с Поляки в мирных своих договорах постановила; учиним мы так, как нам надобно; по которому своему намерению тому Гречаному, к Королевскому величеству посыланному, о тех землях и о посожских селех, сверх договоров мирных упоминатца велел.

И при таковых своих к Великим Государем нерадениях и вольности войска Запорожского от Великих Государей подтверженные нарушил.

Все один делает, никово в думе не призывает.

Уряды по своему гневу отнимает и не по пристойным причинам их наказует и в безчестие вводит, и кого хочет без суда и без доводу напрасно.

За уряды Полковничьи берет великие посулы, и чрез то допускает людем утеснение, чево при иных Гетманех не бывало.

Людей старинных войсковых заслуженных всякими своими вымышленными способы теснит и слова доброва не говорит.

А иных мелких незаслуженных, с собою поставливая, тем оказывается, что хочет учинить, что сможет.

В мельницах козацких нет козаком воли, ни знатным, ни заслуженным, все на себя забирает.

Что у кого полюбитца возмет, а что он минет, то дети возмут, и тому только у него приступ, которой посул дает, а хто не дает, хотя бы и годен был, отриновен бывает.

Старшине Генеральной нет у него чести належащей и безопасения; больши от гнева и похвальных ево слов мертвы бывают, нежели покойны живут.

Судейскую уряду уже от четырех лет не отдает, для того что никово за доброго человека не имеет, и хочет, чтоб тот Судейский уряд за великие деньги был куплен; Государево жалованье соболиное и объяриное на двух присланное себе забрал; а в небытии Судей погасло право и обидным людем нет управы, и от того плачют много.

Больши упражняется около домовых вещах, нежели в самых Монаршеских делех.

Того для тех ради всех причин и для неспособности ево, нет надежды, чтоб и впредь войско Запорожское за ево поводом к прислуги Монаршеской что похвальное объявило, и желает все войско и с злезами Господа Бога молит, дабы Великие Государи, для лутчего управления Монаршеских своих дел и для утоления многих слез, изволили указать с него уряд Гетманский снять, а на тот уряд, по правам войсковым вольными голосами, повелели обрать какова бодрственного вернейшего и исправнейшего человека, который бы в нынешней войне не лениво, но радетельно и верно с войском во всяких случаях чинил Им Великим Государем службу; которой перемены Гетманы многие с великим укорением превеликой милости Монаршеской просят и предлагают, что таковым образом поступив, может быть Крым заперт и вскоре силами Государскими и войска Запорожского повоеван.

А есть-ли того не будет, то под сим Гетманом не может ничего к славе Монаршеской оказатца, разве бед, а будет то, что от ево тесноты все розно розбредутся, или, избави Бог, чтоб в добрых не учинилось какой порухи.

И о том все войско Запорожское бьет челом чтоб, по снятии ево с Гетманства, не был и не жил на Украйне; но с всем домом взять бы ево к Москве, и яко явный изменник Их Царского Величества и войска Запорожского был казнен.

О том челом бья Вам Великим Государем, припамятовали есмы евож Гетмана изменное дело: был Указ к нему от Вас, Великих Государей, по прошению Королевского Величества, пустить в сторону Польской державы хлебные запасы, которых тогда была там скудость, а он, преслушав тот Ваш Государский Указ, учинил заказы, чтоб в ту державу нихто хлебных запасов возить недерзал и здесь не продавал тамошним людем, а только поволил было вино да табак продавать приезжим оттуду чюмакам; а в Крым и в городки Турские, укрепляя там себе крепкую дружбу, велел нарочно всякий запас возить, воли, овцы, и кони гнать на продажу; с которыми продажами Малороссийские люди непрестано туды, ездили, и как покой вечный у Великих Государей с Королем Польским учинился и война оголошена на Бусурман, и тогда тех продаж не уняли; кто хотел ездил туды с хлебными запасы во все лето и зимы прошлой заняв; а хотя ково с такими продажами и поймали, не наказывали; которым образом знатно городки Турские, над Днепром будучие, из Турские земли хлебных присылок неимеющие, отсюду из Малой России учинились обогачены.

И иных многих неизочтенных его поступков немочно и выписать злых, только, у Превысочайшего Престола Вашего Царского Пресветлого Величества падше, просим конечной его Гетманской перемены, понеже, естьми за теми предложеньми посторонними, не имела быть на том воля Вашего Царского Пресветлого Величества, то войско Запорожское из менших чинов отнюдь ево, яко явного недоброхота, соблюдая к Вам, Великим Государям, свою верную службу, не может терпеть, по своим войсковым правам и обычаям с ним поступить в скором времени понуждено будет; за что, дабы Ваш Царский Престол на нас не досадывал, всепокорнее Вашему Царскому Пресветлому Величеству бьем челом со всем войском.

А чтоб те все ево злые Гетманские дела, от нас выписанные, были приняты и вера им была дана, имена наши руками нашими подписываем и в руки ясневельможного его милости Ближнего Боярина Князя Василья Васильевича Голицына покорне отдаем.

В таборе, над речкою Коломаком, в лето 1687, Июля в 7 день.

Вашего Царского Пресветлого Величества верные поданные и нижайшие подножия:

Василий Борковский, Обозный войска Их Царского Пресветлого Величества Запорожского Генеральный.

Михайло Воехевич Судья.

Сава Прокопов, Писарь войска Вашего Царского Пресветлого Величества Запорожского Генеральный.

Иван Мазепа, Ясаул войска Их Царского Пресветлого Величества Запорожского Генеральный.

Констянтин Солонина.

Яков Лизогуб. Григорий Гамалей.

Дмитряшко Райца.

Степан Петров Забела.

А в низу написано: Василий Кочюбей.

И то потребует высокого разсуждения, что он по высокому о себе разумению скрытым умыслом своим не токмо в народе сем Малороссийском, меж которым и сам мелко как и иные люди родился, не кладет урожением и разумом никого себе ровного, но и Великороссийского православия всякими чинами гнушаясь, не похотел ни за кого отдать нынешней дочери своей, но из — за рубежа нарочными способы для того принимал Князя Четвертенского, в чем разсуждает способной имети приступок когда ни есть к удельному в Малой России владению, и таковым то знатным намерением и печать Юраса Хмельницкого при себе задержал, не отсылая к Великим Государем, на которой погоня Княжество Малороссийское изображено, тому Юрасу от Турского данное.