– О нет, только не это!

Пронзительный звонок персонального коммутатора Алекса Карлайла нарушил тишину и заставил стаю птиц резко взмыть в воздух.

– Черт, – простонал Алекс, – не хочу в это даже поверить!

Кейтлин Де Ври пошевелилась под ним и открыла глаза. Ее темные волосы разметались длинными прядями вокруг головы.

– М-м-м, – произнесла она, прислушиваясь к звонку коммутатора: два коротких и один длинный звонок, не умолкая, повторялись снова и снова. – Возьми трубку, это же позывные базы.

Он вздохнул.

– Да, придется ответить. – Наклонившись, он нежно и страстно поцеловал ее в губы. – Не шевелись, я сейчас.

Он перекатился к краю одеяла, которое они расстелили на траве склона холма, и начал рыться в разбросанной одежде в поисках коммутатора.

– Господи, что за жизнь, – произнес он, вытаскивая коммутатор из-под вороха вещей, – нельзя даже спокойно вдвоем позавтракать.

Алекс нажал кнопку связи и поднес переговорное устройство к уху.

– Карлайл, – отрывисто произнес он в трубку, – что случилось?

– Алекс? Это Сэнди Гуннарсон. Давай сюда бегом. Твой отец ищет тебя.

Алекс застонал:

– Я далеко от базы.

– Знаю. Мы искали тебя здесь, но когда твой личный индикатор не был обнаружен на локаторе, то я решил попробовать найти тебя через коммутатор. Где ты сейчас?

– Я на Гленкоу, – уклончиво ответил Алекс. Существовало строгое правило для всех легионеров – не покидать территорию базы в пределах пяти километров от Кастл-Хилз. Горный массив Гленкоу-Хайлендз поднимался уступами до отметки восемь тысяч метров, возвышаясь над Данкельдом, и Алекс умышленно привез сюда Кейтлин на пикник и любовное свидание. Отсюда до крепости было никак не меньше двадцати километров, а если учесть серпантин горной дороги, то, может, и больше.

– Несись сюда стремглав, Алекс. Полковник хочет видеть тебя, и его слова были: «немедленно, как можно быстрее».

– Я буду через час.

– Хочешь сам сказать ему об этом?

Алекс шепотом выругался. Повернувшись, он увидел, что Кейтлин натягивает комбинезон.

– Подожди, что ты делаешь?

– Я? Я что-то не пойму тебя, Алекс, – ответил голос Гуннарсона по коммутатору.

– Тебя кто-то вызывает, – сказала Кейтлин, – я права?

– Ну ладно, – ответил он Гуннарсону, – постараюсь быть через тридцать минут.

– Может, послать за тобой вертолет? Дай мне твои координаты.

– Нет, не надо. У меня есть моноцикл. Послушай, скажи полковнику, что я постараюсь приехать как можно быстрее.

– Ладно, передам. Но поторапливайся. А то он еще пошлет за тобой боевого робота. – В трубке наступила пауза. – И передай от меня привет Кейтлин. Все, связь окончена.

Алекс с отвращением отшвырнул коммутатор.

– Сэнди передал тебе привет, – сказал он. Почти одетая, Кейтлин сидела на одеяле и натягивала сапожки.

– О Боже! Это значит, что весь Легион знает, что я здесь с тобой.

– Ну и ничего страшного. Все давно знают, что у нас серьезные отношения.

Алекс обратил на Кейтлин внимание, как только она появилась в его группе по подготовке водителей боевых роботов больше года назад.

– Мне от этого не легче, ты прекрасно об этом знаешь. Не так-то просто быть девушкой сына полковника. Ну ладно. Кто тебя вызывает?

– Отец.

– Да, дела. Тогда быстро одевайся… если ты, конечно, не хочешь вернуться в город в таком виде.

– Что? А, да. – Алекс стал натягивать на себя униформу. – Извини, что так получилось.

– Ничего, бывает. Нам не следовало забираться так далеко.

– Эй, я, кажется, сын полковника, не так ли? И какая от этого польза, если я не могу иногда не подчиняться жесткой дисциплине?

Он сказал это в шутку, но она посмотрела на него жестким, недоуменным взглядом.

– Ты серьезно? Если весь Легион за что-то и уважает Грейсона Карлайла, так это за то, что он не имеет привычки выбирать себе любимчиков!

Она достала из кармана расческу и стала приводить в порядок спутавшиеся волосы.

– Знаешь, – после небольшой паузы продолжила она, – я иногда думаю, почему ты так не похож на своего отца.

Он почувствовал острую боль от ее слов.

– А я что, обязан быть похожим на него?

– Конечно, должен. Ну, может, не сейчас, потом, с возрастом, не знаю. Думаю, именно поэтому ты мне так нравишься. Хотя ты… другой. Холоднее, более замкнутый. Я знаю, тебе сейчас нелегко, после того…

– Может, тебе тогда лучше быть с моим отцом? – зло прервал ее Алекс. – Конечно, он женат, и это все усложняет для тебя. А я, значит, второй после него?

– Послушай, Алекс, я совсем не то хотела сказать, ты же знаешь. Пожайлуста, не будь таким обидчивым!

Минуту назад он хотел предложить ей провести вместе этот вечер, чтобы сгладить впечатление от испорченного пикника. Можно было вместе пообедать, а потом прогуляться в лунном свете по безлюдному берегу вдоль Морея. Но настроение было окончательно испорчено. Теперь он не очень-то скоро позовет ее! В наступившей холодной, враждебной тишине они справились с пряжками, застежками и ремнями на одежде, свернули одеяло, собрали рюкзак, в котором остался нетронутый завтрак, и засунули все в грузовой отсек моноцикла.

Это был низкий, сверкающий отполированным металлом мощный моноцикл «Голубая молния», стабилизируемый гироскопом и питающийся от водородных элементов. Алекс надел шлем, перекинул ногу через моноцикл и сел на сиденье водителя. Он проверил все приборы, пока Кейтлин устраивалась позади него. Наконец она удобно села и обняла руками его талию. Тогда он включил зажигание и привел в действие гиросистему. Звук маховика, достигшего своего пика, подтвердил, что машина готова к старту и что Алекс сможет легко управлять длинной тяжелой машиной на единственном широком, с мощной шиной колесе, просто поворачивая специальную ручку маховика.

– У тебя все в порядке? – спросил он через плечо Кейтлин.

– Да, – коротко ответила она.

Алекс нажал на дроссель, вдавил педаль ускорителя до упора, и «Голубая молния» рванула с места так, что из-под колеса тучей взметнулись мелкие камешки. Управление машиной на одном колесе заключалось в повороте тела то вправо, то влево. Дорога была извилистой и крутой. Каждый раз, когда Алекс поворачивал, казалось, еще немного, и они взлетят на воздух.

Несмотря на то, что они мчались со скоростью, в два раза превышавшей ту, с которой можно было ехать по такой дороге, прошло почти двадцать минут, прежде чем они выехали на бетонированную широкую дорогу, ведущую к Данкельду. Алекс пустил машину на полную скорость, моноцикл ревел и дрожал под двумя седоками, а ветер срывал с них одежду. Наконец они увидели впереди серые мрачные башни крепости Кастл-Хилза, стоящей на скале над городом.

Им пришлось остановиться у пропускного пункта Легиона на окраине города. Здесь вооруженный боец проверил их личные индикаторы с помощью портативного сканера, в то время как огромный «Виндикатор» стоял на страже за его спиной.

Подняв голову, Алекс узнал «Виндикатора», старого, залатанного свидетеля Гленгаррианской кампании, которого все называли «Ужас Тассон».

– Привет, капитан! – усиленный громкоговорителем женский голос обрушился на них с одиннадцатиметрового робота. – А, Кейтлин! Где это вы пропадали все утро?

Водитель боевого робота Вероника Тассон, очаровательная молодая женщина с копной рыжих волос, не упускала случая доставить себе удовольствие, посудачив и посплетничав о других. Кроме того, Алекс был в этом уверен, между ней и Кейтлин была явная вражда, о причинах которой он догадался совсем недавно. А теперь ему даже льстило, что такие женщины могут соперничать из-за него…

Однако сейчас ему было некогда отвечать на насмешки Вероники, он просто поприветствовал ее взмахом руки. Получив назад индикаторы, они помчались по кривым улицам Данкельда и через пять минут уже показывали свои пропуска дежурному у ворот Кастл-Хилза, перед тем, как попасть на нижний уровень крепости, предназначенный для парковки транспорта.

Как только он поставил моноцикл в бокс, отведенный лично для него, Кейтлин мигом спрыгнула на землю и сорвала с себя шлем.

– И что это все означает, черт побери? – выпалила она.

– Ты имеешь в виду Ронни Тассон? Да ей просто завидно, что…

– Нет, ты самовлюбленный болван. Я говорю о твоей сумасшедшей езде по горной дороге! Ты что себе позволяешь?

– В следующий раз можешь отказаться от поездки со мной! – вскипел Алекс.

– Да уж подумаю, мистер! – Она была взбешена до предела, темные глаза метали молнии, а обычно бледное лицо с еле заметными веснушками пылало. Кейтлин стояла перед ним, уперев руки в бока, подбородок с вызовом вздернут вверх. – Слишком много за последнее время я вам уступала, Алекс Карлайл. Я делала это из-за того, что случилось с Дэвисом Клеем, и вообще. Но это уж слишком! Вы обращаетесь со мной как со своей собственностью, как будто вы имеете право использовать меня, когда вам захочется, и при этом не считаетесь ни с моими желаниями, ни с моими чувствами. А если у вас не получается, как вам хочется, вы гоните по горной дороге как сумасшедший, так, что мы чуть не разбились на этой вашей дорогой игрушке! То вы хвалитесь, что вы сын полковника, а то уходите в себя так, что до вас не достучаться! Я больше не собираюсь подстраиваться под ваше настроение и под вас. В следующий раз, когда вам захочется сбежать в самоволку, пригласите свою подругу Ронни!

Она швырнула свой шлем в Алекса, повернулась на каблуках и пулей вылетела из помещения.

– Ну и прекрасно, – сказал Алекс, держа ее шлем в руке, – очень даже прекрасно…

Его тридцать минут уже истекли, поэтому он не успевал зайти к себе, чтобы переодеться в чистую форму. Вместо этого он сел в лифт и поднялся на десятый уровень, где его проверили еще раз, а потом провели в Административный центр Легиона, через приемную и в святая святых – кабинет полковника.

Первым, кого он увидел, был майор Дэвис Макколл, одетый в парадную форму вместо привычного промасленного комбинезона. Золотые, серебряные и полихромовые свидетельства его славы – медали переливались всеми цветами радуги на фоне темно-серого парадного костюма.

– Ну, наконец-то! – Старший Карлайл оторвал взгляд от экрана компьютера на столе. – Возвращение блудного сына!

– Извини, что так поздно, – ответил Алекс.

– И в каком же виде ты позволяешь себе являться к полковнику, паррень? – с явным неодобрением произнес Макколл. – Такое впечатление, что ты пррибыл пррямо с поля битвы, иначе чем еще можно объяснить состояние твоей одежды?

– Да ладно тебе. Мак, – мягко остановил его Грейсон, – Где ты был, сын?

– Я решил провести немного времени на воздухе и позавтракать, – угрюмо ответил Алекс, – Я был на холмах недалеко от Данкельда.

– Меня не интересует состояние твоей униформы, – сказал Грейсон, – тем более что я приказал тебе явиться немедленно. Но ты должен был быть недалеко от базы, чтобы тебя можно было легко разыскать. Я ясно говорю?

– Да, сэр.

– Очень хорошо. Больше не будем к этому возвращаться, сын. Да, кстати, что тебе известно о «Слове Джихада»?

Алекс на минуту задумался. Он совсем недавно что-то слышал…

– Это не та фанатичная религиозная организация, которая призывает бороться против роботов? Я совсем недавно видел в новостях информацию о восстании на Новой Земле.

– Да, это они, паррень, – кивнул Макколл. – Они не только прротив рроботов, они еще и прротив пррогрресса вообще. Если бы они смогли, то веррнули бы всю цивилизацию обрратно в каменный век. А потом, того и гляди, запрретили бы крремень для высекания огня и не позволили жечь костры, чтобы согрреться.

– Тогда на Гленгарри наступили бы трудные времена, – отозвался Алекс. Хотя климат на Гленгарри был достаточно мягкий почти все время года, но зимы были очень холодные и суровые, особенно в северных широтах.

– Все может быть, – задумчиво произнес Грейсон, – но уже сейчас они создали очень неприятную ситуацию на Каледонии.

Алекс взглянул на Макколла, но лицо ветерана было непроницаемо.

– Мы получили контракт на высадку в Каледонии? – осторожно спросил Алекс.

– Пока нет, – ответил Грейсон, – но такая возможность существует. – Он тоже посмотрел на Макколла. – Мак? Ты скажешь Алексу?

– Нет, сэрр. Давайте сами. Я все рравно думаю, что это сумасшедшая идея.

– Мне особенно приятно слышать от моих людей такое мнение о себе и своих решениях. Мак, – с улыбкой ответил Грейсон. – Полная и абсолютная уверенность в своем командире. Ну ладно, Алекс, дело вот в чем…

И он рассказал сыну все, что произошло на Каледонии, включая арест брата Макколла Ангуса.

– Я прекрасно понимаю нежелание майора Макколла попасть в ситуацию, когда ему придется воевать против своего народа, – сказал в заключение Грейсон. – Я также понимаю, что он не сможет стоять в стороне, когда гибнут его соплеменники… в результате нашего вторжения и вмешательства в их дела. То, что я предлагаю, может, и не лучший вариант, но это хоть какая-то возможность решить его проблему, а Серому Легиону Смерти получить шанс появиться на Каледонии действительно в качестве миротворческих сил. Я посылаю Дэвиса в служебную командировку на Каледонию и хочу, чтобы ты отправился с ним.

– Сэрр, вполне может случиться, что когда вы пррибудете на Каледонию, я буду возглавлять повстанческие силы в боррьбе с этим ублюдком наместником.

– Все может быть, Мак. Но я думаю об интересах Легиона. Политическая ситуация сейчас настолько запутанна, что Легиону просто необходима правдивая информация о месте, куда его могут направить в ближайшее время. Когда мы высадимся, я хотел бы знать, кто наши друзья, а кто – враги, их сильные и слабые стороны. И мы должны получить эту информацию немедленно по прибытии, а не собирать ее по крупицам самим. Ты же прекрасно знаешь, не хуже меня, как это все происходит на деле.

– Так-то оно так. И по прравде говорря, я бы не поверрил ни одному слову такого человека, как Вил-маррт, – ответил Макколл.

– Это не будет официальной командировкой, Мак. Хотя и тайну мы из этого делать не будем. Ты поедешь как частное лицо, поможешь своим близким, посмотришь, чем ты сможешь помочь своему брату, чтобы освободить его. Но при этом ты все время будешь глядеть в оба.

– Да. Постараюсь, полковник; И все-таки это безумная идея.

– Но зачем посылать меня? – вмешался в разговор Алекс.

Грейсон пристально посмотрел на сына:

– Есть причина, почему я не могу это сделать?

Тысяча причин, хотел крикнуть Алекс, но вместо этого сжал челюсти и ничего не ответил. Он был уверен, что Элен Джамисон уже сообщила отцу о его бессонных ночах и кошмарах. В конце концов, это ее прямая обязанность как полкового медтеха. Наверняка отец знает и о его «успехах» в последнем тренировочном бою. Это входит в обязанности Артмана – сообщать полковнику о результатах тренировок.

Карлайл-младший был в замешательстве и никак не мог привести в порядок свои мысли. Он настолько потерял уверенность в себе, что сомневался, сможет ли когда-нибудь опять стать водителем робота. И еще его мучил вопрос: что он будет делать, если к нему не вернется прежнее умение управлять боевой машиной?

Ему просто необходимо было уехать, уехать из полка, не видеть этих людей. Когда-то это были его друзья, но сейчас они отдалялись от него все больше и больше. Алекс понимал, что дело не в них, а в нем, в том, как он реагирует на их слова, взгляды. Недавний разговор с Кейтлин – живое подтверждение этому.