– Отлично, – ответил генерал искусственному интеллекту. – Подключайте меня. Пора начинать парад.

ЛКН 8737938 было его имя по официальным документам, но друзья и знакомые звали его просто Элкен. Он проснулся, захотел потянуться… и тут ощутил страх, окатывающий его волнами, как ледяной прибой на Пляже Богов. Последнее, что он мог вспомнить… нет… Что же было последним? Память подводила его, воспоминания ускользали, как обломки сна.

Он открыл глаза и удивился, ничего не увидев. Вытянув вперед дрожащую потную руку, он понял, что ничего не ощущает, что дрожь, пот, холод – продукты его воображения, попытки его разума зацепиться за что-то в безудержном полете сквозь пустую необъятную тьму.

Сосредоточившись, он обратился к памяти, глубже, глубже… Операция? Да, соматическая хирургия. Его бог пообещал ему новое тело, новую, бесконечную жизнь без боли, без болезней, без страха. Пообещал бессмертие и вечную юность.

Что-то не получилось?

Все получилось, услышал он в глубинах своего загнанного ужасом сознания тихий и глубокий голос. Все происходит как задумано. (Спокойная уверенность.)

– Я ничего не вижу, – выкрикнул он во тьму. Ты не ослеп. Твои оптические процессоры еще не подключены. (Спокойная уверенность.)

Голос его бога! В конце концов, он не одинок. Прекрати свои мысленные метания, продолжал голос внутри. (Растущая озабоченность.) Не повреди свое новое тело. Новое тело!

– Значит… операция удалась? Я бессмертен?

Бог не спешил отвечать. Элкен попытался вызвать его образ, обращаясь к памяти как к защите от страха. Он смог вспомнить лишь глаза бога, глубокие, золотистые и пронзительно прекрасные. В последний раз. он видел их… когда же это было?

Что не получилось?

Все получилось, снова уверенно и спокойно заверил его голос. Ты избран, ЛКН 8737938, избран для величия на службе Церну.

Элкен заставил себя успокоиться. Если бог говорит, что все хорошо, значит, все хорошо, никаких сомнений быть не может.

Но все же эта тьма вокруг!

И что тут вокруг, во имя Двенадцати Черных Адов Шриваша?

– Что означает «избран»? – спросил Элкен после мгновения жутковатого молчания.

Церн в опасности, ответил голос бога. (Озабоченность, скрытая под маской уверенности.) Падшие демоны Дальнего Зла угрожают нашему миру вторжением. Ты избран помочь планете отразить натиск орд демонов.

– Вы… вы обещали мне новое тело, которое…

У тебя теперь новое тело. Сейчас настраиваются переходы нервных путей и балансируется сила сигнала.

– Вы сказали, что я никогда не умру. Никаких болезней. Бессмертие.

Это скоро произойдет. (Спокойная уверенность.) Но прежде ты должен присоединиться к защитникам Церна и отразить нашествие демонов. И ты достигнешь того, к чему стремишься. Если ты одолеешь врага, новое бессмертное тело ожидает тебя.

– А… если мы не победим?

Тогда Церн и Собрание Богов перестанут существовать. (Печаль, скорбь по тому, что может произойти.) Бессмертия больше не будет, потому что не станет богов. Мировые заветы исчезнут. И ты, ЛКН 8737938, прекратишь свое существование.

Ужас снова вспыхнул в сознании Элкена.

–, Боги не могут умереть! Это невозможно!

Боги не умрут, потому что их защитят слуги, среди которых и ты. (Уверенность.) Вот твое новое тело, ЛКН 8737938.

Свет забрезжил перед Элкеном, и свет этот обрел очертания и формы. Он находился в бронированной пещере с дюралоевыми стенами, пересеченной мостками и стрелами кранов. Элкен заметил громадные приземистые формы, угловатые, на гусеницах, с выпирающими башнями, – военные машины, причудливо раскрашенные черно-серой рябью.

Он видел такие машины раньше, хотя и не проявлял к ним особого интереса. Они хранились на Церне со времен Конкордата, и боги взяли их под свою опеку, насколько он помнил по обрывкам полученной разными путями в разное время информации.

Но наибольший интерес он испытывал к самому себе. Он видел перед собою людей, казавшихся очень маленькими. Они суетились где-то на полу. Он даже ощущал присутствие нескольких богов. Где?

Переводя взгляд, он услышал высокий свист масс-конвертера. Этот свист мощного источника энергии исходил от него самого. Его ощущение пространства изменилось, и он понял, не желая верить…

Во имя живущих богов Церна! Что со мною случилось? Он был замурован в скале, нет, в горе металла, его сознание влито в сердце машины – слишком громадной, чтобы охватить ее взглядом, понять. (Ужасным было осознание правды. Он был какой-то гусеничной машиной, вроде тех, что сгрудились вокруг. Когда он попытался пошевелить головой, башня на верхней палубе резко повернулась вправо.

Машина, в которой ты находишься, названа создателями Боло Марк XXXII, объяснил его бог. (Терпение.) Большая часть твоей центральной нервной системы, включая головной мозг, вмонтирована в центр управления Боло. Фактически Боло – это твое тело.

– Я… я – это чудовище!

Ты – мощная, эффективная, мыслящая боевая единица, существенный элемент обороны нашего мира. Ты обладаешь значительным лидерским потенциалом. Ты привыкнешь к своему телу. Ты обязательно привыкнешь к своему телу. Твоя сильная сторона как человека – высокая приспособляемость.

– Но я больше не человек!

(Озадаченность.) Вне всяких сомнений, ты человек. Внешнее обличье имеет лишь второстепенное значение для твоей сути. (Терпение и бодрая уверенность.) Не надо отчаиваться. Это превращение необходимо для сохранения нашего мира и… всего того, что ты бы назвал мировоззрением и в какой-то степени образом жизни.

Ужас ослабил хватку, начальный шок прошел. Боги сами принимали разные обличья. Можно было восхищаться их способностью создавать тела, оболочки для своего рье, своей жизненной силы и сути. Обличья богов, отвечавших за смертных вроде Элкена, отличались от обличья тех, кто управлял городами, выращивал морские урожаи или путешествовал в межзвездном пространстве.

Бог следил за его мыслями. Да, верно. (Одобрение.) Ты понял суть, ЛКН 8737938. Эта трансформация – лишь первый шаг на пути к полной независимости от формы, к свободе, которую ты обретешь, когда станешь одним из бессмертных богов.

– Я… я недостоин такой чести, господин.

Если бог говорит, что ты достоин, значит, ты достоин. И скоро ты это докажешь, защищая Мир Богов от вторжения демонов.

– Д-да…

Так или иначе, это была плата. Он защищал их мир и получал божественность. Хотел бы он, чтобы кто-то предупредил его обо всем заранее.

Каким-то образом он смог подключиться к наружным сенсорам и осмотреть свой громадный серо-черный корпус, грозного вида дюралоевую массу со множеством смертоносного вооружения, застывшую на феррокретовом полу пещеры. На корпусе виднелись продолговатые шрамы, похожие на борозды, у выхлопных труб налипли отложения, кое-где он заметил следы ржавчины. У машины было боевое прошлое.

– Вот что меня беспокоит, – сменил тему Эл-кен. – Я ведь монах. Монах, изучавший Дийджикр, Путь Богов. Я не имею представления о войне. Никогда ни с кем и ни с чем не воевал. Никогда не дрался с демоном. Я… я даже не был уверен, что Небесные Демоны действительно существуют.

(Веселое недоумение.) Значит, ты полагаешь, что истории – плод воображения? Сплошь мифология?

– Такая мысль приходила мне в голову. Ведь мы в Братстве служим живым богам, а истории о громадных империях, простирающихся в ночном небе, о других мирах, вращающихся вокруг огоньков, которые мы называем звездами… они звучат фантастически. Многие из нас думают, что Истории – своего рода метафора, которую надо воспринимать аллегорически.

Истории точны, или настолько точны, насколько достоверны их записи, с учетом прошедших тысячелетий и изменения общественного устройства с течением времени.

– Я никогда не пользовался никаким оружием. – Он мысленно ощупывал свое новое тело. – Я не имею представления, как со всем… вот с этим управляться.

В течение следующих нескольких периодов ты усвоишь много новой информации, сказал его бог. Эта информация поможет тебе освоиться с новым телом и научиться эффективно управлять им, когда придет время сражаться. Тебе нужно только добросовестно выполнять все то, что я и другие боги тебе поручат.

– Я… Я постараюсь.

И ты преуспеешь в этом. (Полная уверенность.) Так предопределено, и боги провозгласили это.

Элкен очень хотел бы ощутить хоть часть той уверенности и целеустремленности, которые лучились от бога.

У него появилось ощущение, что заработать бессмертие – задача не из простых.

Тами Морриган стояла на скалистом пляже. В последний раз ее волосы ерошил холодный ветер. Боги, как ей этого будет недоставать!

Еще через шесть часов рассветет полностью. Над восточным горизонтом уже появились золотистые и серебристо-голубые пятна. С северной стороны в небе полыхали полярные сияния, бесшумно, двигались невесомые красные и изумрудные занавесы.

На востоке, конечно, висит Дис во славе своих колец. Гигант, занимающий в небе до двенадцати градусов, уже почти взошел. На бледно-зеленых и розовых поясах облаков резко выделяются тени его колец. В свете Диса городской купол Гендая вздымается над собственным отражением в притихшей воде бухты. На юге освещенные Дисом облака стремятся ввысь, закрывая те немногие звезды, которые достаточно ярки, чтобы пробиться сквозь светлую цернскую ночь.

«Шторм собирается», – подумала она и усмехнулась своей мысли.

– Мама! Пора!

Она обернулась на зов дочери. Марта, тоненькая и гибкая, с длинными волосами, игравшими на ветру, махала рукой с верхушки дюны.

– Иду! – откликнулась Тами. Уходить не хотелось.

Морриган прибыла на Церн с первыми свободными людьми пять лет назад. Ее муж Питир был помощником управляющего при главном торговом агенте Дэймонской Межзвездной Корпорации. Энергичный, способный, он стремился продвинуться. Теперь он сам стал полноправным торговым агентом, все еще целеустремленный, но не такой рьяный.

Именно так. Не такой рьяный в отношении комиссионных процентов и сумм. В жизни были вещи и поважнее. Церн – отличный мир, прекрасное место для жизни.

Ей хотелось оттянуть неизбежное, хотя она сама активно помогала ускорить ход событий.

Бросив последний тоскливый взгляд на темно-изумрудную гладь Моря Штормов, она отвернулась и поспешила по утоптанной тропе, по которой недавно спустилась сюда с дюн. На раскинувшейся за дюнами равнине, у самого ало-золотого леса, на фоне кровавых деревьев и лиственных грибов, стоял крохотный межзвездный аппарат компании, серебрясь в свете Диса и выдыхая облака пара из вентиляторов. Плоский, гладкий, отражающий свет неба, этот аппарат был их билетом в безопасность. Приближался шторм.

«Мужчины и их игрушки», – подумала она с горечью… и упрекнула себя. В ДМ-Корпорации работало столько же женщин, сколько мужчин. И это маленькое межзвездное судно – их единственное средство спасения от надвигающегося ужаса.

Черт, как хотелось бы, чтобы не надо было никуда убегать!

Большинство людей уже на борту. Муж и дочь ожидали ее у открытого люка вместе со старшим агентом Редмондом и его слугой. Прибывали последние сотрудники местного отделения, они вылезали из своих флаеров с детьми и пожитками и направлялись к кораблю.

– Прощу внутрь, госпожа Морриган, – пригласил Редмонд с покровительственным смешком, который она терпеть не могла. – Не дадим себя застать врасплох.

Редмонд не был ей вполне понятен. Действительно ли он так страстно желал освобождения местного населения, как это следовало из его речей на протяжении последних месяцев? Или же он взвешивал гипотетические прибыли, которые получит ДМК, когда освобожденное от Трикси население превратится в благодарных и благодатных клиентов-потребителей?

Непрозрачен был Сим Редмонд, трудно было о нем судить. Она взглянула на Виджея, флегматичного, невозмутимого слугу Редмонда. Он был из местных, Редмонд выкупил его на свободу у одного из богов в Гендае два года назад. Что он думал обо всех событиях последних дней?

Но по непроницаемому выражению лица слуги вообще ни о чем нельзя было догадаться.

Еще один флаер из города приземлился в сотне метров. Исход продолжался. Астролет корпорации прилетел сюда еще ночью. Сомнительно было, что Трикси дадут разрешение покинуть этот мир, и Редмонд решил не рисковать.

Но сюда направлялись Боло. Следовало убраться с планеты к моменту, когда обрушится удар.

Глаз Тами уловил движение, вспышку света на стекле или металле.

– Питир! – Она указала в направлении города. – Что это там?

– Эх-х, – поморщился Питир Морриган. – Ничего хорошего.

Это был год флаер, «боголет», – большой, крутокрылый, похожий на осу, сияющий желтым и черным. Он приближался на малой высоте, пролетел над спешащими к судну семьями сотрудников и завис над группой стоявших у трапа.

– Прошу всех покинуть корабль, – раздался голос из металлической глотки флаера.

– Сейчас я все улажу, – сказал Редмонд, поморщившись, и полез в карман. – Поднимайтесь на борт.

– Нет, сэр. – Голос Виджея был спокоен и неумолимо неспешен, как всегда.

– Питир! – крикнула Тами. – Он вооружен! Слуга Редмонда отступил и поднял перед собой небольшой металлически блеснувший предмет.

– Боги не хотят, чтобы вы улетели. Отойдите, пожалуйста, от люка.

– Виджей, в чем дело? – возмутился Редмонд. – Немедленно убери эту штуку!

– Нет, сэр. Пожалуйста, уберите руку из кармана. Хорошо. Всем держать руки так, чтобы я их мог видеть. Госпожа Морриган, – он обратился к Марте, и Тами почувствовала укол страха, – скажите, пожалуйста, чтобы все покинули судно.

– Папа!

– Сделай, как он сказал, солнышко.

– Черт возьми, Виджей! – вскипел Редмонд. – Мы же пытаемся вам помочь, тебе и твоему народу!

– Мы не просили о помощи, господин Редмонд. Боги на нашей стороне, все они с нами.

Из города прилетел еще один годфлаер, и еще один. Один из вновь прибывших присоединился к уже висевшему над местом действия, другой приземлился рядом. Из него появились поджарые вооруженные фигуры, покрытые чешуей, с торчащими иммобилизаторами. Их человекообразные головы на длинных гибких змеиных шеях вызвали у Тами приступ дурноты. Были среди них и человеческие роевые сомы: громоздкие, грубые мужские особи с толстой кожей, растущими изо лба кривыми рогами и большими глазами, которые видели в темноте.

– Это невозможно! – закричал Редмонд. – Мы нужны вам! Без нашей помощи вам не освободиться от этих монстров!

– Наоборот, – возразил Виджей. – Это вам нужна наша помощь, хотя бы для того, чтобы остаться в живых. Пожалуйста, выполняйте то, что вам велят бога, иначе мы не отвечаем за вашу невредимость.

– Да пошли вы все к черту! – завопил Редмонд, хватаясь за спрятанное за пазухой оружие.

В его сторону тут же направились иммобилиза-торы…

Глава 2

На борту направляющегося к Церну корабля «Наследие» полковник Страйкер и майор Рамирес устроились в откидных сиденьях конференцзала. Техники проверили настройку интерфейсов их шлемов. С ними в зале находилось лишь еще несколько офицеров корабля, но, когда техник ВР прикоснулся к панели управления, конференцзал исчез, и они оказались на стадионе, заполненном тысячами офицеров Конфедерации.

Тела их оставались в конференцзале на борту «Наследия», но мысленно, при помощи шлемов виртуальной реальности и взаимодействующих с ними мозговых имплантов, они оказались под громадным зеленым транспласовым куполом в тысячах световых лет от звездной системы Саллоса. В центре стадиона восседал обильно разукрашенный ленточками наград и весьма воинственный генерал-майор Веслен Рикард Моберли. Внушительность генерала подчеркивалась тем, что образ его подавался в сильно увеличенном виде.

– Наши враги, – гулко разнесся голос генерала по виртуальному театру, – боги. – Генерал выждал, пока в публике затихнет волна смешков и перешептываний, вызванная его заявлением, и продолжил: – По крайней мере, разведка сообщает, что Этрикша считают себя таковыми.

Ксенопсихологическая служба считает, что их эволюция базируется на мировоззрении, ставящем их над всеми мирами, возвышающем их как господ всего сущего. Это может быть религиозным внушением – вспомним, например, человеческие религии, рассматривающие своих последователей как избранников, господ творения. Более вероятно, корни этой позиции – биологические.

Возможно, их предки научились выводить животных с заданными признаками, и отсюда возникла философия, рассматривающая остальные существа как инструменты, используемые для обеспечения комфорта и безопасности хозяев. Точнее мы просто не знаем. Но мы знаем, что их биологическая наука позволяет производить тела, или сомы, как своего вида, так и других. Вот наиболее знакомая нам форма-Изображение Моберли погасло, вместо него в центре стадиона повисло в воздухе странное существо, одновременно шокирующее и притягивающее какой-то жутковатой красотой.

Центавроид, двурукий и четвероногий, обладал грациозным ладным телом, смахивая на леопарда или другую хищную кошку. Темная, цвета черного дерева, шерсть спрыснута серебром. Голова непривычной формы, угловатая, лицо почти человеческое, с большими выразительными глазами золотистого цвета с абсолютно черными несколько продолговатыми зрачками.