Точноплюй

– Руку! – приказал Солодовников.

– Может быть, зайдем в дом?

– Нет! Здесь! Руку!

Девушка послушно протянула руку. Прямо на пороге Дмитрий осуществил забор крови в портативный анализатор. Спустя минуту на дисплее загорелись буквы и цифры: "Афро-14". КСТ-96, РН-11, РН-12, РН-14.

Дмитрий сорвал со рта марлевую повязку, снял запотевшие очки.

– Я заразился от тебя, – заявил он тусклым голосом.

– Почему ты так решил?

– Помнишь тот вечер, когда мы целовались? Накануне я проверился, как и положено на нашей службе. Нановирусов в крови не было. Сейчас у нас с тобой одинаковый набор. Кроме тех, что я подхватил сегодня от одного пьянчуги. Выходит, ты живешь с этими вирусами давно.

– Я не знаю, как такое могло получиться! – едва не заплакала Ольга. – Я проверялась! Я не знаю… Не надо было нам целоваться…

– Да уж… Удовольствия мало, а риск огромен, – кивнул Дмитрий. – Хорошо, что у нас хватило ума не зайти дальше…

– Куда дальше? – переспросила девушка.

– Куда? – хмыкнул Дмитрий. – А, ты не знаешь, хоть и сама надоумила меня заняться такими глупостями… Неважно…

– И все-таки?

– Ну, понимаешь, есть еще разные извращения… – покраснев, ответил Дмитрий. – Секс может быть не только виртуальным.

– Правда? – изумилась Ольга. – Но это ведь страшно опасно! Хуже, чем поцелуи.

– Поэтому им никто и не занимается. Существуют имитаторы для души и репродуктивные центры для размножения. Впрочем, это сейчас неважно. Как офицер комиссии, я требую у тебя ответа: я не первый, с кем ты целовалась?

– Ты ревнуешь?

– Я говорю с тобой как представитель закона!

– Нет, – тихо ответила девушка.

– С кем?

– Ты неправильно понял… Я не целовалась больше ни с кем. Но мой бывший друг, Макс… Он уговаривал меня… И пару раз готовил для меня кофе. После этого мне его особенно хотелось. Теперь я подозреваю – он подсыпал туда какую-то дрянь.

– "Афро-14", – кивнул Дмитрий. – Адрес этого Макса! Быстро!

– Ты его арестуешь?

– Я его убью, если понадобится!

* * *

К дому Макса Солодовников подъехал спустя двадцать минут.

– Открывай, именем закона! – закричал он еще из автомобиля, завидев в окне какое-то движение.

Макс, в одних трусах и повязке на лице, выбежал на улицу.

– Что случилось?

– Что ты подсовывал Ольге, мерзавец? – схватил его за плечи Дмитрий. – Отвечай, или я посажу тебя лет на пять!

– "Афро-14", – проскулил Макс. – Я купил у одной женщины… Она занимается такими вещами… Он почти безвредный… Я сдам продавщицу!

Солодовников ударил молодого человека в челюсть.

– Негодяй! То-то я смотрю, что мне стало трудно проходить мимо женщин! Так и хочется пригласить каждую в виртуальный зал, или обменяться электронными адресами… Хотя среди них попадаются на редкость страшные…

– Это еще что, – потирая челюсть, вздохнул Макс. – Меня и на мужиков ведет…

– Ты меня не зли, – прошипел Солодовников. – Что можно купить у твоей знакомой?

– Да все, что хочешь, – расплылся в глупой улыбке Макс. Похоже, он и сейчас был "под кайфом". – Я кое-что даже пробовал. Она поставляет комплексы с антидотами, так что товар безопасный… Есть, например, амфетаминовые таблеточки “Плющ” – отличная вещь. Есть барбитуратная система “Ленивец” – для любителей замедлиться и успокоиться… Психоделик “Баскервиль”. Я сам не пробовал, но, говорят, его так назвали по приходу первого потребителя, который через десять минут после того, как закинулся, принял новорожденного щенка мопса за собаку Баскервилей.

– Позвонишь ей? При мне? Дашь рекомендацию?

– Отчего бы и нет? – спросил Макс. – Записку напишу. Ты на меня зла не держи, парень… Я просто забыл дать Ольге антидот. Но ведь она и с тобой была ласковее!

– Была, – скрипнул зубами Дмитрий.

Спустя две минуты Макс нацарапал на маленьком листе бумаги несколько знаков.

– Все будет в ажуре, – сообщил он. – Маша всегда рада новым клиентам.

– Смотри у меня, – пригрозил Солодовников. И, не удержавшись, плюнул в Макса. Причем, к своему удивлению, опять попал точно в глаз.

* * *

Поставщица нанотехнического зелья жила на другом конце города. Солодовников гнал электромобиль, утирал пот со лба, клевал носом, едва не засыпал за рулем. Страшно хотелось есть, мучила жажда. Но и с пересохшим ртом Дмитрий мечтал в кого-нибудь плюнуть.

"Не иначе, один из РН-ов вырабатывает психоделик или амфетамин, – отстранено рассуждал Солодовников. – Иначе с чего так хочется плеваться? А подмешивают новые вирусы в обычные таблетки. Смушкин получил его как добавку к "Алкосу"… Я – от Смушкина… Хотя, может быть, и от Ольги. Но нет – тогда я плевался бы уже давно."

Вот и нужная многоэтажка. На слабых ногах Дмитрий вышел из машины, купил в киоске двухлитровую бутыль минеральной воды. И выпил все два литра, пока поднимался без лифта на третий этаж. В квартиру той самой Маши.

Дверь открылась сразу же, как только Дмитрий надавил на сенсор звонка. На пороге стояла милая женщина лет тридцати – без защитных очков и без маски. Солодовников едва не сделал ей замечание, но вовремя сдержался.

– Привет! – выдавил он. – Ты того, продашь кислотки?

Маша звонко расхохоталась.

– Да вас и так плющит, офицер! Давайте я лучше введу вам антидот от "Алкоса". Почему вы не сделали этого сразу?

– Не до того было, – выдохнул Дмитрий.

Потом сообразил, что женщина только что назвала его офицером, и вскинулся:

– Откуда вы знаете, что я из Комиссии?

– Не только у вас есть сканеры, господин Солодовников.

– Но фамилию мою вы никак не могли прочесть! Она закодирована! – запаниковал Дмитрий.

– Надо иметь хорошую технику, – заявила Маша. – Проблема – только в технике. У вас есть ко мне какие-то вопросы?

– Вопросы? Сложно сказать, – вздохнул Дмитрий. – Теперь, когда вы знаете, кто я такой…

– Все запрещенные препараты, хранившиеся в квартире, уже смываются в канализацию, – подтвердила Маша. – Но стоит ли беспокоиться по этому поводу? Вам просто не повезло… Возьмете антидот?

– Буду премного благодарен, – прохрипел Солодовников.

– Выпейте, – женщина протянула ему серую капсулу. – Он и от "Афро-14" поможет.

– Об этом-то вы откуда знаете? Макс позвонил?

– Ну, что вы… Мужчину, находящегося под воздействием такого снадобья, легко распознать. Взгляд, знаете ли… Пейте, не бойтесь.

Дмитрий проглотил капсулу. Стало немного легче, но опьянение не прошло.

– А что вы хотели? – ответила на незаданный вопрос Маша. – Колония нановирусов погибла, но выработанный ею спирт никуда не делся. Протрезвеете часов через восемь.

– РН-ы, которыми я заразился… Как они действуют на человека? – спросил Солодовников. – Скажите, снимите тяжесть с души. Я не буду вас преследовать, забуду дорогу в вашу квартиру.

– РН-ы? – переспросила женщина. – А, вы ввели новую классификацию… Один из них, скажем так, является катализатором… Другой обостряет зрение, улучшает реакцию и координацию… Относительно двух других мне ничего не известно. Я и сама опасаюсь их действия. Но разве можно от кого-то защититься в этом мире?

– Почему же нельзя? – спросил Солодовников.

– Ну, взять хотя бы вас… У вас в крови, помимо семи нелицензированных нановирусов, семнадцать тех, что в обязательном порядке внедряются человеку правительством. Препараты, которые отвечают за законопослушание и трудолюбие, отвращение к физическому контакту между людьми и прямо-таки обязательную потребность носить марлевую повязку… Да и прочей гадости хватает…

– Но… Так надо, – выдохнул Дмитрий.

– И за ощущение "так надо" отвечают целых два вируса, – ответила Маша. – Я, по крайней мере, честна с собой. Да, я занимаюсь противозаконной деятельностью и получаю за это деньги. А ваша Комиссия – жульничество чистой воды. Внедряя одни вирусы, вы запрещаете другие. Делаете невозможной свободную конкуренцию.

– У вас есть антидоты от неизвестных вирусов? – затаив дыхание, спросил Солодовников.

– Нет, – заявила Маша.

Дмитрий взревел, как раненый зверь, и плюнул женщине в глаз. Та ответила таким же точным и мощным плевком.

– Квиты, – объявила она.

– Извините, – потупился Дмитрий. – Нашло что-то… Не могу себя контролировать.

Маша усмехнулась, вытирая с лица слюну.

– Один из вирусов назван разработчиками "Точноплюй". Тот самый, улучшающий реакцию и координацию. Он еще побуждает одного человека плевать в другого, и позволяет делать это очень точно. Причем плеваться хочется, если только в крови имеется другой вирус – не знаю уж, как он обозначен в вашей классификации. Иначе "Точноплюй" никак себя не проявляет. Могу вас поздравить: эпидемия разрастается! Уж если ваш полковник заплевывает граждан, и об этом передают по телевидению – дело труба. А чем закончится эпидемия, как проявят себя два других вируса – я не имею ни малейшего понятия.

– И вам не страшно? – с тоской спросил Солодовников.

– Мне страшно уже очень давно, – ответила Маша. – С тех самых пор, как нанотехнологии взяло на вооружение правительство. И появилась ваша Комиссия.

– Но чем может закончиться эпидемия?

– Чем угодно… Вы и сами прекрасно это знаете.

– Только бы… Сохранить… Наш уклад жизни… – борясь с опьянением, выдохнул Дмитрий. – Только бы… Не скатиться… В дикость…

– Да, разрушение всех лицензированных нановирусов в крови действительно перевернуло бы общество, – усмехнулась Маша. – Не думаю, что какой-то из обнаруженных вами РН-ов способен на такое. Но когда-нибудь вирус против вирусов будет изобретен. Как же я жду этого момента!

– Безумная, – тихо прошептал Солодовников.

Потом умиротворенно опустился на коврик возле двери и моментально уснул. Ему снились улицы, полные людей, не на одном из которых не было марлевой повязки. Это было так страшно, что Дмитрий громко стонал во сне.