Умное золото

– Передано по сети?

– Конечно.

– Розыгрыш, – предположил Михаил Львович. – Кто-то рассылает спам, считая это забавным. Хотя ничего смешного я в сложившейся ситуации не нахожу.

– В сети полно уродов, – пожал плечами Козырев-младший. – Они развлекаются по любому поводу.

Компьютер занял место на тумбочке, а Игорь заснул – ему давно хотелось смежить веки после ночного дежурства, допросов и всепроникающего холода... Только присутствие Маши сдерживало. Интересно, она дала свой настоящий телефон? И ей правда можно будет позвонить – не для того, чтобы сделать сенсационное заявление, а просто так, по-дружески?

* * *

Золотой сгусток заходил на Россию с севера. Вторгшись в полярные владения страны, он подбирался к берегам, то и дело меняя курс, словно пытаясь угадать, где будет лучше выбраться на землю, или в устье какой реки войти.

На командном пункте центра чрезвычайных ситуаций собралось человек тридцать. Высшее руководство страны, военные, эксперты.

– На Москву дорогу ищет, гад, – прокомментировал поведение объекта пожилой генерал. – Триста тонн золота – сколько это в тротиловом эквиваленте?

– Вы полагаете, что оно может взорваться? – прищурившись, спросил президент.

– Золото, даже возбужденное на атомарном уровне и обладающее сверхтекучестью, не может взрываться, – бескомпромиссно заявил молодой нобелевский лауреат, специалист по физике высоких энергий, который не слишком-то разбирался в золоте и политике, но имел хорошую научную репутацию. – Для взрыва необходимо высвобождение энергии, которой в атомарном золоте много не накопится.

– Но энергию объект поглощает постоянно, – заметил президент, который тоже получил хорошее университетское образование. – Он даже оставляет за собой холодный след. И в хранилищах, откуда было похищено золото, словно жидкого азота налили.

– Полагаю, поглощенная извне энергия сопоставима с возрастанием кинетической энергии такой огромной массы золота, – предположил физик. – Оно ведь движется.

– А сверхтекучесть? – спросил генерал.

– Никакая сверхтекучесть не заставит ни гелий, ни золото, ни обычную воду течь в гору. Да и движение сверхтекучего объекта в вязкой жидкости без сопротивления сомнительно. Сейчас я затрудняюсь оценить необходимую для перемещения энергию – нужно учитывать слишком много факторов.

– Так почему их до сих пор не учли? – жестко спросил президент. – Неужели нельзя разработать приемлемую теорию?

– Я не специалист по гидродинамике, – пожал плечами нобелевский лауреат. – Да и данных для анализа имею очень мало. Принесите хотя бы каплю этого необычного золота в лабораторию – и мы будем его изучать.

– А сами вы такое золото сделать не можете? – спросил помощник президента.

– Сверхтекучее золото, которое подчиняется командам неведомого оператора? – уточнил физик. – Нет, не можем. Увы.

– Мы не о том спорим, – веско заметил президент. – Нужно решить, опасен этот объект, или нет. Американцы вполне могли нашпиговать золото чипами, взрывчаткой, ядерными зарядами. Что, если объект сейчас разделится на несколько частей? А потом устремится к нашим крупным городам, ракетным шахтам, системам противоракетной обороны?

– Зачем использовать для атаки золото? – поинтересовался министр чрезвычайных ситуаций.

– Чтобы никто не догадался, – хохотнул генерал. – А что золото не взрывается – так это ерунда. Если оно так шустро по дну океану ползает, кто может сказать, на что еще оно сгодится?

– Да, влезет каждому в ухо и там застынет, – раздраженно бросил физик. – Понимаете, для определенного поведения каждого физического объекта имеются те или иные причины. Но золото не может вести себя, как кровожадный монстр. Оно не способно размножаться, совершать обходные маневры, атаковать наши ракетные шахты. Все это делается только кем-то и для чего-то. Разумное поведение металлу, даже с самыми необычными характеристиками, не свойственно.

– Вы мне скажите, что делать с ним, когда оно выползет на берег? – спросил президент. – Атаковать?

– Несомненно, – отозвался генерал. – Всеми имеющимися средствами.

– Ядерным оружием?

– Ну, сначала, конечно, стоит обычными ракетами попробовать, – ответил военный. – Только, кажется мне, не поможет. Придется из главного калибра бить.

– А гражданское население?

– Очень удачно, что золотишко с севера ползет, – заявил генерал. – Там людей мало, а мирного населения так и вообще нет. Пусть только покажется на берегу.

* * *

Коммуникатор продолжал настойчиво пищать. Игорь с трудом открыл глаза, протянул руку к тумбочке, едва не уронил коммуникатор на пол, поднес его к глазам и вздрогнул. Там, где у карманного компьютера имелся вход для подключения наушников, сияла крупная золотая капля. Золотая полоска шла и вдоль корпуса.

Козырев решил, что ему мерещится. Он провел по полоске пальцем. На миг золото потускнело, а потом словно вернулось на место. Это было страшно – так, что Игорь едва не бросил коммуникатор на пол. Но хорошую вещь было жаль, да и сообщения прочитать хотелось. Или все золотые контакты коммуникатора оплавились, и он пищит из-за сбоя программы?

Игорь открыл сообщения. Их было двенадцать. Адрес самый простой, бесплатный почтовый ящик с доменом в коммерческой зоне. Все сообщения содержали абсолютно одинаковый текст:

«Почему не отвечаете на ультиматум?

После экспроприации золота в Лондоне направляюсь в Россию.

Подозрительна активность военных.

Нужно договариваться, а не воевать».

Что за глупые розыгрыши? Или это парни из Федерального Бюро расследований проверяют своего подопечного? А капля золота и эта странная золотая полоска? Откуда они? Почему закрыт разъем? Не закоротит ли коммуникатор, не сгорят ли схемы?

Отец уехал домой – отдохнуть. Посоветоваться было не с кем. И Козырев быстро набрал ответ:

«Кто ты такой? Что за шутки?»

Ответ пришел мгновенно:

«Никаких шуток. Мне нужно говорить с теми, кто имеет власть».

Игорь хмыкнул – можно подумать, неизвестный весельчак только и ждал его ответа. Или он разговаривает с программой-роботом? Может ли бот иметь столь развитой псевдоинтеллект, чтобы использовать его вопросы в ответах? Почему нет, каких только программ сейчас не пишут.

«Тогда ты не по адресу. Я не тот человек, что имеет власть. А крестик ты у меня украл?» – написал Игорь.

Он специально старался сформулировать фразу так, чтобы автоматической программе было сложно сгенерировать ответ.

Вопрос о крестике собеседник игнорировал, зато разразился длинной тирадой:

«Низкая организация не идет на пользу обществу.

Монолитность побеждается деструкцией, но эффективнее и мощнее.

Необходимо передать сообщение тем, кто стоит у руля, кто управляет.

Не предполагало, что для принятия решения нужно столько времени.

Если ты не тот винтик в общественной системе, найди нужный винтик.

Если ты не можешь найти винтик, я сделаю это само.

Я не было осведомлено, что над моим ультиматумом никто не думает

Позор».

Псевдофилософский текст звучал почти смешно, особенно если учесть, что собеседник именовал себя в среднем роде, но выглядело послание не совсем внятно. Бот, конечно. Охота кому-то писать программу, которая разыгрывает людей на почве нового страха – аурофобии, или боязни золота? Убивать на это силы и время... Впрочем, у шутника наверняка имелись заготовки, которые сейчас пошли в дело. И сейчас интеллектуальный бот переписывается с тысячами людей по всему миру.

«Самому тебе позор», – набрал на клавиатуре коммуникатора Игорь.

«Нет, тебе позор», – не сдавался собеседник.

Дальнейшая схема разговора была ясна. Что у ботов получается лучше всего – так это ругаться. Игорь усмехнулся и уже собирался пометить письмо, как спам, когда в комнату ворвались двое мордоворотов в черных жилетах с надписями «FBI».

– Господин Козырев! Вы только что написали обращение в канцелярию президента Соединенных Штатов?

– Что? – изумился Игорь, внутренне холодея.

– С вашего компьютера получен так называемый «ультиматум». Что вы можете сообщить по этому поводу?

Игорь трясущимися руками передал фэбээровцам коммуникатор. Хорошо, что переписка еще не стерта. Или его машину захватил неведомый хакер? Тот самый хакер, который прислал ему сообщения, и с которым он вступил в переписку. Ах, как некстати... Если бы он не работал в банке, другое дело. Но сейчас любое сомнение будет трактоваться против него.

– Вы признаете соучастие в похищении золота? – спросил прежде молчавший сотрудник ФБР.

– Нет. Я не при чем. Со мной кто-то играет. Вот письма, мои ответы. Можете проверить.

– Обязательно проверим. Мы изымаем ваш компьютер.

– Только протокол изъятия составьте, – на всякий случай попросил Игорь.

* * *

Президент раздраженно отодвинул карманный компьютер Козырева в сторону и проворчал:

– Вы что, не можете вывести сообщения на большой экран? Подключить нормальную клавиатуру? Соединить этот коммуникатор с ноутбуком? Сеть какую-нибудь создать...

Дежурный программист слегка побледнел и сообщил:

– Не можем, господин президент. Все выходы коммуникатора заполнены золотом.

– А радиоконтакты, всякие там инфракрасные порты?

У сына президента имелся карманный компьютер, и президент был наслышан о подобной технике несколько больше, чем хотел бы.

– Не удается подключиться. Коммуникатор блокируется пользователем.

– Каким пользователем?

– Тем, что выдвигает нам ультиматумы.

– И кто это?

– Вам виднее, господин президент, – скромно ответил программист. – Насколько я понимаю, компьютер общается с кем-то не в сети. И не по сети. С помощью неизвестного протокола и неизвестных средств доступа. В качестве антенны-резонатора предположительно выступает золотая полоска, которую вы видите на корпусе. Впрочем, по сети от коммуникатора тоже постоянно идут запросы, но мы не решаемся их блокировать.

– Правильно делаете! – раздраженно бросил президент. – Только обострения международного конфликта нам не хватало!

В кабинет вошел госсекретарь – «мистер сдержанность». На лице его было написано недоумение.

– Русские настойчиво обещают ударить по золоту тактической ядерной ракетой, – сообщил он.

– Они, вроде бы, уже давно обещали, – заметил президент.

– Тогда это были общие фразы. Сейчас они выдвинули ультиматум.

– А что объект? – президент перевел взгляд на главного аналитика.

– Замер в двадцати милях от берега. Затаился, – сообщил тот.

– Затаился... А тут вот некто пытается меня уверить, что он и есть сгусток золота, – президент ткнул пальцем в экран коммуникатора. – Требует выдать ему золотой запас Форт-Нокса, не препятствовать перемещению объекта по территории Соединенных Штатов для сбора золота из земных пород и у населения... Словом, мы должны сдаться, поднять руки и прислушиваться к голосу какого-то сумасшедшего из карманного компьютера русского охранника, которого зачем-то взяли на работу в Федеральный Резервный банк.

– Он гражданин Соединенных Штатов, – заметил аналитик.

– Но он же не перестал быть русским от этого? – ехидно осведомился президент. – Страна в кризисе, а мы вынуждены беседовать с сумасшедшими. Что делать?

– Тестовое задание ваш собеседник выполнил. Золото совершило маневр, который мы ему предложили, – ответил аналитик. – Значит, его заявления если и не правдивы, то имеют под собой какую-то почву.

– А что говорит наука? – спросил президент, бросая быстрый взгляд в сторону группки ученых, о чем-то спорящих и не обращающих на него никакого внимания.

Ученые не удосужились ответить, но президент даже не стал возмущаться. В фундаментальную науку он не слишком верил, а практическая наука ответа на поставленные им вопросы дать не могла.

– Возможно, нам следует пойти на уступки. Или попытаться натравить на золото русских, – предложил госсекретарь.

– Похоже, проблем с этим не возникнет, – фыркнул президент. – Ведь они требуют не только золото Форт-Нокса! Им нужен золотой запас России! Только русские не захотят расставаться с золотом. Они посчитают, что мы проворачиваем какую-то грандиозную аферу. И хорошо, если ударят только по золоту. А если по нашим кораблям? Или сразу по территории Америки?

– Они ведь не совсем дикие...

– Я бы не поручился! А вообще, мне стыдно передавать русским требования от кого-то, кто написал мне: «я и есть золото».

– Золото – химический элемент весьма простой структуры. Даже не химическое соединение, а атомарный металл, – зачем-то сообщил главный аналитик. – Но при определенных условиях оно приобретает весьма интересные свойства...

– Все в мире интересно, – бросил президент. – А особенно интересно мне, как мы выпутаемся из этой ситуации.

* * *

Интернет бурлил. Телевидение выдавало новости бесконечным потоком, причем сообщения зачастую противоречили друг другу. Газеты безнадежно опаздывали – ведь счет шел на часы, аналитические статьи за сутки устаревали так, что их неловко было читать самим авторам.

Информация шокировала.