Парад кошмаров

– Да отвали ты! Слышу я!

Сверху пленников осветил слепящий свет фонаря.

– Ну, что вам от меня надо? – смело, как ему казалось, крикнул в сторону охранников Лева. Того, что происходило наверху, снизу видно не было. Только яркий свет фонаря бил оттуда прямо в глаза.

– Литтл-виновитш! – звучало из мегафона. – Лифт ап![5]

На дно ямы опустился толстый канат с веревочной петлей на конце.

– Ну, все, ребята! Меня куда-то забирают! – упавшим голосом проронил Лева.

– А почему тебя? Что они с тобой сделают?

– Ну, надеюсь, что не расстреляют! – уже бодрее заявил Литвинович. – Держитесь здесь, ребята, без меня! Я им не поддамся!

Он просунул ноги в петлю и сел в нее, как акробат в цирке. Тюремщики убрали фонарь и потащили канат наверх. Лева стал перемещаться вертикально, переставляя ноги по «стенам камеры» – тесно вбитым вокруг ямы бамбуковым кольям. Когда он добрался до самого верха, бородачи помогли ему перевалиться через острые верхушки кольев на другую сторону. Затем, по-видимому, пленника увели куда-то далеко – наступила тишина. Небо над джунглями посветлело – наступало новое утро.

* * *

Казалось, что Левы Литвиновича с ними нет уже давно. Оставшимся в яме узникам в голову начали лезть различные дурные мысли.

– Вот, сейчас нас всех по одному отсюда повытаскивают – и все! – мрачно заявила Клавочка.

– Что – «все»! Наоборот, все хорошо! Возможно, им уже выкуп за нас передали, – сказал Михаил Шавловский. – Мы на свободу скоро выйдем!

– Ага, размечтался! – осадил его Николай. – Чего ж они тогда одного Левку куда-то потащили?

– Ну, Левкин отец самый богатый… – предположил Шавловский. – Вот своего сынка в первую очередь и вызволил. А нам еще… придется тут посидеть. Может быть, и до зимы.

– До какой зимы? Уже зима! Сколько мы уже здесь сидим! – Клавочка снова заныла. – Будем торчать тут… до старости! Если не помрем раньше!

– Ну, опять ты… Надоела уже… Блондинка… Только четыре дня прошло! Четыре дня! Понятно? Сегодня только пятый день, как мы здесь находимся! – сквозь зубы проворчал Коля Сивый, не сводя злобного взгляда с «королевы московских тусовок», потерявшей в грязной яме большую часть своего прежнего обаяния (достигнутого главным образом с помощью модельеров, гримеров и визажистов).

– Ты опять, гомик вонючий, на меня бочки катишь?

– Да ты возьми и себя понюхай, красотка! Это еще вопрос, кто из нас сейчас сильнее воняет!

Возможно, что после таких слов словесная перепалка перешла бы в настоящую драку, но тут сверху раздался шум. Лева Литвинович, сидя в веревочной петле, спускался обратно на дно ямы. Не успел он опуститься до самого низа, как трое остальных пленников кинулись к нему с вопросами:

– Ну что? Тебя не били? Что они говорили?

В ответ Лева промолчал. Он вылез из петли, которая тут же была втянута обратно, потом потянулся, размял кости и улегся на циновку из тростника. Товарищи по несчастью столпились вокруг него. Лева начал говорить лишь спустя несколько минут:

– Смотрите, обоих охранников сейчас нет на месте. И только что их тоже здесь не было. Они были там, где меня допрашивал этот таинственный сикх, их главарь.

– Что он хотел от тебя? Что сказал? Когда нас выпустят? – нетерпеливо загалдели приятели Левы.

– В общем, такое дело, ребята, – Лева снова замолчал, словно бы что-то обдумывая. – Я понял, что у наших похитителей появились какие-то проблемы. В ближайшее время они нас отсюда точно не выпустят. То ли спецслужбы перехватили их переписку с нашими родными, то ли уже кто-то вышел на их след… Нужно срочно убегать отсюда, понимаете?

– Ну и как ты собрался убегать? На крыльях? А может, попробуешь сделать подкоп? Или тебе кто-нибудь сверху сбросит веревочную лестницу? – скептически поинтересовался Коля Сивый.

– Вон, видите лиану? – Лева показал на толстую лиану, свисавшую с загородки из бамбуковых кольев. – Если Миша встанет к стенке, а ты, Коля, залезешь ему на плечи, я попробую залезть на вас и забраться как можно выше, ухватиться за эту лиану и подтянуться до самого верха. Обоих охранников наверху сейчас нет – нужно спешить. Другой такой шанс нам может и не выпасть.

– Ага, ты-то убежишь, а нас – того… – сказал Миша.

– Что «того»? Ничего они вам не сделают!

– Отомстят как-нибудь! – покачал головой Терминатор.

– Да наоборот! Вас только больше беречь станут! Деньги-то им хочется с наших родителей получить! Будут охранять… и, может быть, даже условия здесь улучшат… – Лева брезгливо покосился на стоящее в стороне пластмассовое ведерко.

– Ладно, давай убегай, – согласился Миша. – Но вот как это получится? Это что – вот этот… – Он презрительно указал на визажиста. – Этот тип мне на плечи залазить будет?

– Кончаем, ребята, не нужно сейчас личных антипатий! – деловито заговорил Лева. – Сейчас главное – осуществить побег! Забудем ссоры и обиды!

– Ладно, ты! «Голубой щенок!» – бросил Михаил Николаю. – Давай, становись мне на плечи, только… руками своими за лицо меня не хватай! – Культурист презрительно сплюнул и повернулся к бамбуковому ограждению.

– А мне что делать? Я бы тоже хотела убежать! – заявила молчавшая до сих пор Клавдия.

– Ты пока что помогай Николаю к Мише на плечи взобраться! А потом… меня будешь придерживать, когда я сам наверх по ним полезу.

Сооружение живой пирамиды для нашей компании оказалось делом непростым. Михаил Шавловский стоял на ногах крепко, особенно когда упирался при этом в частокол ладонями. Но вот хиленький визажист взобрался на него с большим трудом. Лева и Клава стояли с двух сторон около него, поддерживая за руки. Но все равно встать ногами на могучие плечи Шавловского Сивому удалось лишь с третьей попытки – два раза он оступался и не падал на землю только благодаря поддержке Литвиновича и Клавы Спивак.

Затем наверх полез Литвинович. Физически он был подготовлен лучше тщедушного визажиста. Но именно визажист всех и подвел: как только «московский светский лев» поставил ему на плечо свою ногу, как вся живая пирамида тут же развалилась. Клава успела схватиться за падающего Леву и громко заверещала, когда они вдвоем повалились на дно ямы. Коля Сивый тоже заорал, цепляясь руками за что попало на теле почти не пошатнувшегося при его падении культуриста. Не упал на землю он только потому, что Шавловский успел схватить его за загривок.

– Ну ты… твою мать! – не сдержался Терминатор. – Я же тебе сказал: НЕ ТРОГАЙ МОЕ ЛИЦО! Или ты тупой?

– Простите, ребята! – стал оправдываться Сивый. – Поскользнулся я…

– Ага, это Миша у нас скользкий, не ты! Бля… – выматерился и Лева. – Послал мне Бог сокамерников… Ладно! Сейчас будет вторая попытка! А ты, дура, больше так не ори! Охрана услышит!

Впервые в жизни Клавдию Спивак, «звезду телешоу» и «лицо телеканала», назвали «дурой». Причем сделал это человек, которого она до сих пор считала своим другом. Клава уже думала закатить очередной скандал, но вовремя сдержалась, подумав: «Ну, в Москве я этому красавчику еще устрою! Я ему припомню этот случай! Он еще пожалеет о сказанном! Богатый подонок!»

Вторая попытка Левы перебраться через частокол тоже окончилась неудачей. На этот раз Коля кряхтел, но терпел, когда Лева осторожно взбирался по нему. Он выдержал даже его правую ногу на своем плече – какие-то несколько секунд. Казалось бы, Леве уже удалось схватиться за лиану и оставалось только подтянуться по ней… но… лиана оказалась скользкой, Левины руки соскользнули, и «король московского гламура» снова полетел на дно ямы, ударившись о землю коленом.

На этот раз никто из участников «акробатической пирамиды» даже не пикнул. Только Лева слегка застонал, потирая ушибленное колено.

– Что, больно? – участливо спросил визажист.

– Ничего, пройдет! – Лева бодро вскочил на ноги и скомандовал: – Ну все, ребята! Третья попытка! Сейчас или никогда! Чувствую я, что эти бандюги должны уже скоро вернуться!

Бородатые охранники в пределах видимости пока что не появлялись. Нужно было спешить.

Коля Сивый мучился больше всех остальных. Тяжело дыша, он в третий раз взобрался на спину Миши Шавловского. Лева и Клава поддерживали его за руки, но сил у него уже почти не было. Еле-еле, с трудом заставляя себя, он встал на плечи культуриста Миши и теперь со страхом ожидал, когда Лева начнет карабкаться по нему: а вдруг он опять не выдержит? Но Коля выдержал. Затем ему стало немного легче – Леве, стоя на его плечах, удалось вцепиться в свисающую лиану, а потом, держась за нее, добраться до верха загородки. То, как Литвинович преодолевал острые концы бамбуковых кольев, видела снизу одна Клавдия. Неожиданно легко он перемахнул через загородку – до пленников донесся звук его приземления с обратной стороны.

– Только бы он не попался! – охнула Клава.

– Перелезть-то он перелез… А вот что дальше? – скептически заметил Николай.

Через какое-то время до узников донесся звук заводимого автомобильного мотора. Машина завелась, затем уехала. Почти сразу же в той стороне раздались крики и шум бегущих людей. Вскоре над загородкой появились головы разъяренных надсмотрщиков. Их ругань и истошные крики не прекращались, по крайней мере, еще минут двадцать.

Похоже было на то, что побег сына одного из директоров «Газнефти» из плена в индийских джунглях удался.

Глава 16

Отправляясь в Индию, офицеры российского спецназа, конечно же, знали, что Индия – красивая, экзотическая и загадочная страна, способная преподнести немало сюрпризов навестившим ее путешественникам. Но вот тот факт, что основную часть пути по ней им предстоит проделать верхом на верблюдах, явился для них настоящей неожиданностью.

Небольшой отряд, состоящий из шести индусов – бойцов из отдельной парашютной бригады, база которой находится в городе Агра, четырех российских десантников и одного проводника из местных жителей, уверенно продвигался через джунгли. Верблюды ритмично переставляли свои длинные ноги, наездники покачивались на их спинах в такт ходьбе, и скорость перемещения отряда была довольно высокой – гораздо быстрее, чем если бы они шли пешком. Расположенные близко друг к другу высокие деревья снизу доверху были оплетены цепкими лианами. Густая листва деревьев не давала добраться до земли ни единому прямому лучу света. Едущий первым в зеленой полутьме проводник каким-то непонятным способом умудрялся находить дорогу, не пользуясь при этом картами и компасом, а у остальных всадников была только одна возможность двигаться – следовать по тропинке непосредственно за ним. Любая попытка свернуть куда-то в сторону была бесполезна – путь мгновенно преграждала непроходимая для верблюдов чаща из тесно стоящих, переплетенных лианами кустов и деревьев.

Как это ни странно, но и в этой первобытной местности, где ничто не указывало на то, что на дворе стоит уже двадцать первый век, кое-где жили люди. Эти люди какими-то своими способами заранее умудрялись узнавать о движущейся по джунглям экспедиции. Все маленькие лесные деревушки, которые встречались на пути отряда за несколько дней пути, оказывались пустыми, когда спецназовцы туда входили. Некоторые приметы указывали на то, что в деревеньках кто-то все же проживает – брошенные прямо посереди поляны недоплетенные корзины, загончик с курами около бамбуковой хижины и оставленная кем-то вариться на очаге незамысловатая похлебка. Несколько раз возле таких поселений проводник слазил с верблюда и уходил куда-то в сторону пешком. Майору Лаврову однажды удалось прокрасться за ним и подсмотреть, как проводник разговаривает с невысоким худым старичком – по-видимому, старейшиной одной из этих деревушек. Вернувшись с тайной встречи в зарослях, проводник подошел к командиру отряда и покачал головой – старейшина сообщил ему, что посторонних людей в этих местах жители селения не встречали уже давно.

Экспедиция постепенно приближалась к своей первоначальной цели – заброшенному городу в джунглях, но никаких следов таинственных похитителей на ее пути не попадалось. Российские десантники были одеты в обмундирование российского производства и вооружены новейшими модификациями автоматов «АКМС» с оптическими прицелами и подствольными гранатометами. В отличие от них у индийских военных на вооружении находились технически устаревшие автоматы румынского и чешского производства. Но особенно важным для спецназовцев ВДВ России было то, что у каждого из них имелось достаточное количество российских же, запаянных в водонепроницаемые короба армейских «сухпаев», или, как они правильно называются, индивидуальных боевых рационов питания. Такие пайки еще на совместных учениях в Пскове вызывали у прилетевших туда индусов только положительные отзывы: и к снаряжению его можно прицепить, и продукты в них не повредишь и не растеряешь, и посуду для подогрева пищи таскать с собой не нужно. А вот индийские сухие пайки, которые бойцы из южной страны когда-то привозили с собой в псковские леса, у наших десантников уже тогда не вызвали особого восторга. Макароны в пластмассовых стаканчиках и запаянные в пакетики из фольги каши, которые можно разогреть только в какой-то посуде – не лучшая и не самая удобная еда в полевой обстановке. Не говоря уже о скудном рационе продуктов и о том, что запах специй, которыми обильно приправлены индийские пайки, при хорошем ветре разносится далеко вокруг. Как считают российские специалисты, это фактор, который может демаскировать спецгруппу в ответственной ситуации.

– Я вот что думаю, майор! – обратился к командиру капитан Шилов. – В общем, картина похищения более-менее понятна. Бандюги расстреляли пилота вертолета, а экскурсоводу удалось от них убежать. У него, кроме фотоаппарата, в рюкзаке была спутниковая навигационная система, так что через три дня он вышел прямиком на магистральное шоссе. Выносливый, надо сказать, индус. Скорее всего, это не он помог террористам выйти на наших туристов – мы же сами видели, как они его, связанного, поволокли. И пилот тоже не их человек. Он только попытался по телефону сообщить о вооруженных людях – и террористы его тут же ликвидировали.

– Не забывай, капитан, что такая картина вырисовывается только со слов одного человека – экскурсовода. Есть у меня на этот счет кое-какие сомнения. Не все тут логично выстраивается.

– Хочешь сказать, что наврал этот экскурсовод? Если так, то зачем же его тогда «свои же» похитили?

– А вот как раз это для меня непонятно. Если ему верить, то он – герой. Услышал шум около места, где наша молодежь «культурно отдыхала», спрятался за деревьями и умудрился эту банду тайно сфотографировать. – Майор достал из кармана пачку фотографий, на которых были запечатлены вооруженные люди в чалмах и маскировочных костюмах. – По виду они похожи на сикхов – ты ведь знаешь, остальные индусы чалмы не носят, а у сикхов это – обязательный элемент одежды. Но вот те методы, которыми они действовали при похищении… индийским властям, понятное дело, выгодно, чтобы в этом деле были замешаны именно сикхи. Именно поэтому они скрыли от общественности убийство пилота и экскурсоводу тоже приказали молчать об этом. Другое дело, что он успел передать свои фотографии журналистам – иначе о них никто бы не узнал. Но вот кажется мне… – Десантники говорили между собой по-русски, но Андрей Лавров на всякий случай приблизился вплотную к капитану и заговорил вполголоса: – Кажется мне, что и нам они до конца не доверяют. Для них ведь что главное, для местных вояк? Выйти на след похитителей, уничтожить «группировку сикхских террористов» и отрапортовать об этом своему руководству. Тогда все – подавай им тогда славу, награды, почет и уважение!

– Да, а нам нужно наших ребят найти… – Капитан поморщился, приподнимаясь в седле – с непривычки долгая езда на верблюде его сильно утомила.

– Найти и вызволить! – констатировал майор Лавров. – Обязательно спасти! Сикхские сепаратистские проблемы нас не волнуют – пусть они сами разбираются с этим в своей стране. Но вот граждан России они зря впутали в свои разборки! Не спустим мы им это дело! Ведь так, капитан? Не спустим!

* * *

В заброшенный город совместный российско-индийский отряд спецназа въехал на следующее утро. Тропический лес вокруг него был уже не таким густым и непролазным, как на пути сюда – город стоял на небольшой возвышенности и лучи солнца без проблем достигали его полуразрушенных стен. От окруженных таинственностью развалин древних зданий, старинных статуй, скульптурных групп и барельефов на траву падали причудливые тени.

– Так. Понятно, что больше всего могло здесь заинтересовать нашу «золотую молодежь»!

Майор указал рукой на барельефы со сценами, детали которых в наши дни можно увидеть только в кинофильмах, рассчитанных на совершеннолетнюю аудиторию, да и то лишь в самых бесстыдных из них. Российские десантники громко засмеялись. Индусы же с удивлением посмотрели на развеселившихся европейцев: для местных жителей в порнографических изображениях не было ничего необычного – обычное древнее искусство.

– Ага, вижу среди здешних древностей «кириллический текст»! – сказал капитан Шилов, слезая со своего верблюда около корявой красно-коричневой надписи, сделанной на старинной стене, похоже, совсем недавно. – «Здесь были Миша и…» кто?

– «Миша и K°…» – по-видимому, это Михаил Шавловский и Николай Сивый, – ответил майор Лавров. – Место исчезновения установлено, теперь нужно все здесь тщательно осмотреть.

Подробно изучив все, что только можно было здесь осмотреть и исследовать, спецназовцы убедились, что предыдущие сведения о похищении подтверждаются. Отпечатки подошв российских туристов сохранились здесь достаточно хорошо – по ним можно было составить исчерпывающую картину того, что произошло. Однако на почве виднелось немало и других, уже более поздних следов. Это позволило сделать вывод о том, что на месте похищения впоследствии побывали и другие люди.

– По-видимому, самыми первыми после похитителей здесь были представители индийской топливной компании! – стоя посреди поляны, сказал Батяня. – Как видим, вот здесь отпечаток от точно такого же вертолета, как и от того, на котором сюда прилетели наши туристы. Но и после него сюда прилетал еще один вертолет! – Майор указал на более глубокий и широкий след от военного вертолета. – Это значит, что похищением интересуемся не только мы! И это вполне может означать, что по следам похитителей идет и кто-то третий.

– Что-что вы сказали? – по-английски поинтересовался у него командир индийских «коммандос».

– Сказал, что следы похитителей здесь встречаются повсюду. – Батяня указал индийскому офицеру на хорошо сохранившийся большой след от ботинка примерно сорок седьмого размера.

– У жителей Индии редко бывают такие большие ноги! – удивился индус.

– А часто ли жители Индии мочатся стоя? – спросил его майор.

– Простите, я не понял вопроса? – смутился тот.

Майору Лаврову пришлось уточнить. В заброшенном древнем городе, в месте, рядом с которым отпечатались два глубоких следа от таких же военных ботинок, на старинной стенке остались явные следы чьего-то «отправления малой нужды». Майору не нужно было выяснять у индуса, что все индуисты, буддисты, кришнаиты и мусульмане справляют малую нужду исключительно сидя на корточках – это он сам хорошо знал. Но откуда среди похитителей мог взяться европеец? Или этот таинственный человек (скорее всего, христианин) посетил это место позже, на одном из прилетавших сюда вертолетов? Так или иначе, на разгадывание этой загадки времени уже не было. Следы похитителей вели в самую гущу джунглей. Несмотря на то что Батяня считал эти следы уж слишком явными, как бы оставленными кем-то нарочно, международная военно-поисковая экспедиция двинулась именно в этом направлении.

Глава 17

Многие путешественники из-за рубежа, хоть раз посетившие индийский штат Раджастхан, называют его «Индией в миниатюре». Ведь здесь можно встретить многие вещи, которые в массовом сознании прочно ассоциируются с этим государством: тюрбаны, факиры со змеями, слоны, опахала, паланкины, своеобразная музыка, легкоузнаваемое оружие – изогнутые сабли и кинжалы, массивные ружья и старинные пушки, пики и шлемы со смешными хохолками. Но этот штат уже давно считает себя отдельной от Индии страной – страной клана воинственных раджпутов,[6] которые уже больше тысячи лет являются правящей кастой на этой территории. Вся история этого штата складывалась так, что иначе как особым государством он себя ощущать и не может. Эпитет «воинственные» раджпутам был присвоен неспроста: этим качеством они и были знамениты, и им же очень любили пользоваться многочисленные хозяева Раджастхана – от завоевавших его в старину мусульманских династий до пришедших сюда позже британцев.

Дело в том, что раджпуты – военное сословие, приписывающее себе происхождение от касты кшатриев, что-то вроде местных рыцарей. В Средние века раджпуты подчиняли себе почти всю Северную Индию вплоть до самого Непала. Правда, позднее, во времена мусульманских завоеваний Индии, раджпуты лишились почти всех своих достижений, сохранив могущество только на нескольких территориях, в том числе и здесь, в Раджастхане. Милитаристские таланты раджпутов можно объяснить и их непростым соседством – если посмотреть на карту, то слева, на западе, находятся мусульмане, справа, в Дели и Агре, тоже долго хозяйничали мусульманские династии, а на юго-востоке расположены индуистские провинции. Возможно, чтобы как-то обособиться от мусульман и индусов, в Средние века некоторые кланы раджпутов приняли появившуюся в соседнем Пенджабе особую религию – сикхизм. Сикхи всегда оказывали серьезное сопротивление приходившим на Индостан завоевателям, в том числе и англичанам. Но некоторым раджам, из числа тех, кто не сопротивлялся новым властям, удалось успешно пережить и мусульманские династии, и британское владычество. Но как вассалам им приходилось участвовать в войнах своих новых правителей, ведь те очень ценили сикхов за их храбрость и военное мастерство. Сикхские отряды принимали участие и во Второй мировой войне. В крепости города Джайпур находится военная фотохроника первой половины двадцатого века: на черно-белых фотографиях махараджи в сикхских чалмах и военной форме, в которой они больше похожи не на экзотических правителей Востока, а на бравых европейских офицеров, инспектируют позиции своих солдат в Северной Африке.

* * *

Поздним осенним вечером в одну из приличных, но не самых роскошных гостиниц Джайпура прибыло трое людей, только что прилетевших сюда из России. Места для них были заказаны за день до их визита по телефону из Москвы. Когда эти трое вошли в холл и потребовали ключи от своих комнат, дежурный портье сразу сообразил, что в одном из номеров придется срочно заменить стоящую там кровать на другую, размером побольше. Эту большую кровать в гостинице держали специально для заглянувших сюда «крупногабаритных» постояльцев. Кровать поменяли, и громадный русский турист тут же растянулся на ней во всю свою длину и ширину, даже не дожидаясь, пока шестеро индусов, не без труда затащившие кровать в комнату, выйдут из нее. Двое других приезжих почему-то стояли тут же, не торопясь уходить к себе, безмолвно наблюдая за процедурой замены спального места.

– Значит, так! – хриплым басом проревел лежащий на кровати гигант. – Сейчас вы оба отправитесь в свой номер и сразу уляжетесь спать! И чтобы не было никаких заходов в бары и выходов в город! Завтра с самого утра начинаем действовать! Не забывайте: у нас с вами ответственная миссия! Так что веселиться и напиваться здесь будете только по моей команде!

Здоровяк заржал как лошадь, и тут же мгновенно захрапел. Двое остальных новых постояльцев гостиницы переглянулись и на цыпочках вышли из его номера.

На следующее утро эти люди поднялись вместе с рассветом. Спешащие на работу индусы с удивлением смотрели на троих уже не очень молодых мужчин, устроивших пробежку и атлетическую разминку прямо напротив своей гостиницы. На спортсменов эти трое, а особенно их главный, коротконогий верзила, похожи не были, но среди европейцев и американцев, посещающих эти места, иногда встречаются и не такие чудаки.

Первым местом, которое посетила эта троица после активной тренировки и обильного завтрака, оказалось крупное отделение одного из индийских банков. Здесь их предводитель имел приватную беседу с банковским служащим довольно высокого ранга. Обменявшись с ним какими-то бумагами, верзила заказал такси и вместе со своими спутниками доехал до пункта проката автомобилей. Здесь троица туристов наняла автомобиль повышенной проходимости, причем от услуг водителя они наотрез отказались, несмотря на то что аренда внедорожника с шофером обошлась бы им точно в такую же сумму, как и без него. Хозяину пункта проката приходилось встречаться с разными клиентами, но он все же покачал головой, представив себе, как европейцы будут чувствовать себя за рулем в той дикой анархии, которую представляет собой дорожное движение в Индии. Тем не менее в этот самый день этому джипу без труда удалось добраться до самых отдаленных и далеко не самых престижных уголков города. Его пассажиры встречались там с самыми разными людьми, некоторые из которых выглядели довольно подозрительно.

На следующий день поездки приехавших из северной страны гостей по Джайпуру продолжились. После многочисленных заездов на местные базары и в какие-то полулегальные склады-магазины в их автомобиле появились военные комбинезоны и увесистые берцы, походные рюкзаки и палатки, другое полевое снаряжение, а немного позже, после визита на тайный склад в одном из кварталов джайпурской бедноты, – немалое количество холодного и стрелкового оружия и боеприпасов.

Последним приобретением «трех туристов с севера» стала традиционная индийская одежда. Труднее всего, безусловно, было подобрать одежду для их здоровенного главаря. Но знакомства с воротилами джайпурской рыночной торговли (а возможно, и контрабанды) дали свой результат – троицу проконсультировал базарный «стилист». И подобрал для каждого из них абсолютно аутентичный комплект местной одежды. Теперь лихо гоняющие на взятом напрокат джипе заросшие щетиной путешественники, лица и кисти рук которых были вымазаны темным тонирующим кремом, своим внешним видом уже ничем не отличались от здешних жителей.

Глава 18

Начальник самого дальнего полицейского участка штата Раджастхан, территория которого простиралась до самого края труднопроходимых джунглей, был вне себя от радости. Только что к ним в поселок добрался человек, который заявил, что он – один из четверки русских туристов, похищенной сикхскими сепаратистами. Каким-то чудом ему удалось убежать от своих похитителей. После побега он больше суток скрывался в тропическом лесу, преследуемый похитителями и дикими зверями. Его лицо и руки были расцарапаны, одежда – изорвана, обувь разбита. Беглец выпил почти два литра кока-колы – весь запас, который имелся в поселке, но отказался от еды. Сейчас он сидел в полицейском участке со счастливейшим видом человека, приговоренного к смерти, которому только что сообщили об амнистии.

Начальник полицейского участка пытался дозвониться до своего начальства в ближайшем городе. Связи с городом не было, и он проклинал всех индийских связистов сразу. В участке собрались все полицейские поселка и его окрестностей – все четверо. После очередной безрезультатной попытки дозвониться начальник приказал одному из своих подчиненных немедленно ехать в город – тому, у которого имелся велосипед. Конечно, он сам мог бы без труда добраться до города на положенном ему по должности мотоцикле. Но тогда пришлось бы взять с собой и сбежавшего заложника, а этого ему делать не хотелось. Формально – потому, что беглец, преодолевший немалый путь через джунгли, был еще слишком слаб. Фактически – потому, что тогда убежавшего от бандитов туриста пришлось бы тут же передать в окружную полицию, и, таким образом, слава человека, «нашедшего похищенного русского», или, что еще лучше, «помогшего ему спастись», навсегда покинула бы маленького начальника. А вообще-то на его полицейском участке ничего никогда не случалось. Ни убийств, ни похищений, ни даже серьезных краж. Не называть же событием недавнюю пропажу двух коз у одной из местных хозяек. Мальчишки поселка тогда пытались раздуть сенсацию, утверждая, что этих коз утащил тигр, и, возможно, даже тигр-людоед. Но быстро выяснилось, что украли коз как раз двое из этих самых мальчишек, обменяв двух полезных в хозяйстве животных на один блок сигарет «Кэмэл Лайт». «Сдали властям» воришек их собственные родители, обнаружившие у своих пацанов дорогие сигареты и испугавшиеся возможного суда и его тяжких последствий. Дело удалось замять, несмотря на протесты хозяйки коз, которая поначалу отказывалась от слишком маленькой, на ее взгляд, компенсации, утверждая, что украденные козы давали неслыханное для этих краев количество молока. Но начальник полиции без труда уладил этот конфликт, пригрозив жадной хозяйке тюрьмой за укрывательство от властей стратегической информации о козах-рекордсменках.

После выпитой кока-колы у беглеца развязался язык. Английские слова рекой полились из него: он живописно, с активной жестикуляцией, рассказывал, как ему удалось перелезть через частокол вокруг ямы – места их заточения, как он залез в джип похитителей, как догадался его завести, скрутив вместе провода у замка зажигания, как долго ехал по джунглям, не зная правильного пути, как бросил машину, в которой кончилось топливо, и как, опасаясь диких зверей, залез на дерево.

Начальник полиции с большим интересом слушал рассказ беглеца, хотя понимал от силы каждое второе произнесенное им слово. Трое остальных полицейских слушали его еще внимательнее, хотя английский язык они знали еще хуже своего начальника.

– Ночью я услышал крики хищных зверей! Я не знаю, кто это был – тигры или леопарды… Я сидел на ветке, вцепившись руками в дерево. Но я так переволновался – ведь бандиты почти не давали нам спать, я так утомился во время бегства… Сидя на дереве, я начал засыпать, и чуть не свалился с него – прямо в лапы диких зверей!

Полицейские дружно закивали головами, хотя поняли из сказанного только слова «тигр» и «дикие звери». И еще они прекрасно знали, что в радиусе трехсот километров вокруг в последние двадцать пять лет никто не встречал ни леопардов, ни тигров. Они понимали, что этот человек очень много пережил, и ему можно было простить некоторый избыток фантазии.

– Затем я заснул по-настоящему – сидя прямо на ветке! Я, конечно же, свалился с дерева вниз – но, на мое счастье, уже наступило утро, и тигров там уже не было! Я снова пошел прямо через джунгли – и наконец увидел вдали рисовые поля! Как я обрадовался, что нашел следы людей! Представляете, я уже был уверен, что если меня не съедят тигры, то я умру с голоду! – молодой человек допил последние остатки кока-колы.

– Простите, уважаемый! – рискнул вставить слово начальник полиции. – А не смогли бы вы показать нам, как вы добирались сюда…

– Как это показать? Вы что! Вы думаете, я соглашусь вернуться в это страшное место? – закричал беглец.

– Нет-нет! Я сейчас дам вам карту! Вам нужно будет только отыскать это место на карте! Вот смотрите: здесь находимся мы. А вот здесь – древний заброшенный город! Значит, лагерь похитителей должен находиться где-то между нами и древним городом. Давайте попробуем его отыскать!

Но, к сожалению, этот русский совершенно не мог сориентироваться на топографической карте! В полицейском участке имелось несколько карт местности – карт разных размеров и масштабов, а также фотоснимки здешних окрестностей с самолетов и вертолетов. Но палец иностранца при каждой новой попытке указывал на новое место на карте. Ясное дело – беглец страшно переволновался, ведь, судя по его рассказам, сикхские террористы оказались настоящими извергами – они непрерывно мучили и пытали своих пленников. Но все равно – по-видимому, этот человек никогда не изучал географию в школе. Начальник полиции покачал головой. Любой пятнадцатилетний подросток в индийском поселке лучше разбирался в географических картах, чем этот русский. А между тем он выглядел совсем не глупым человеком и был неплохим рассказчиком.