Хиты серии Боевая Фантастика

В себе я не сомневался. Основы армейского рукопашного боя мне вбили основательно, да и тренировки я не прекращал. Почему-то, в отличие от тира, здесь у меня не было ассоциаций с отцом. Может, из-за того, что стрелковой подготовкой он занимался со мной сам, а в зале – инструктор, пусть и его друг? Не знаю. Главное, что я был уверен, что прикрыть кого-нибудь из ребят до приезда полиции сумею. Не победить, раскидав нападавших, как слепых котят – веру во всемогущество руко-ногомашества из меня выбили первым делом и в прямом смысле этого слова – а именно защитить, задержать агрессоров, при этом оставшись живым и относительно целым.

Сергей, судя по его реакции сегодня, тоже вполне может постоять и за себя, и «за того парня». Более того, кажется мне, что есть у него какой-то секрет, да и Анастейша смотрела на него так, словно вспомнила что-то после долгих и мучительных попыток. Но как по мне, это чисто его дело. Не хочет говорить – не надо. Лезть в душу будет не по-товарищески и уж тем более – не по-дружески.

– О чём задумался, командир? – отвлёк меня от размышлений голос соседа. – Даже с Настей не попрощался.

Я осмотрелся. Действительно, девушка уже сидела с подругами за столиком на другом конце кафе. Что-то я слишком глубоко ушёл в себя, надо будет извиниться как-нибудь. А то кто этих аристократов знает, возьмёт ещё и обидится. Ну да ладно. Сейчас главное решить вопрос с безопасностью.

– Значит так. Вы двое, – я указал на Ивана с Таней, – сейчас настраиваете комлинки в режим тревожной кнопки, с тройной активацией: по голосу, жесту и «горячей клавиши». Возражения не принимаются! Напомню, вы сами отдали мне полноту власти, так что будьте добры подчиняться. Не нравится – командуйте сами.

Это в основном было сказано для уже собиравшейся возмутиться Клер, но и Айвейдер тоже порывался поиграть в героя. Однако под моим напором оба тут же сдулись и послушно зарылись в настройки.

– В качестве приёмников указываете меня и Серого одновременно. Сигнал делайте с позиционированием и стартом записи, с одновременным дублированием на облако, – тут мне пришла идея, чем занять остальных, пока я пойду на встречу с возможным будущим тренером. – Кстати, меня сегодня не будет некоторое время. Поэтому вместо тренировки сядьте и обсудите название команды и все технические вопросы, типа сетевого хранилища и так далее. Накидайте несколько вариантов. Приду – выберем лучший.

И пока моя команда приходила в себя от шока, я быстренько собрал вещи и отправился в общагу. Время поджимало, опаздывать на встречу с найденным мне отчимом наставником не хотелось. Военные, а особенно в чинах, терпеть не могли непунктуальность. Так что следовало поспешить, чтобы не быть с ходу посланным далеко и надолго. Тем более, как сказал Михаил, характер у этого отставного солдата был совсем не сахар.

Шикнув, чтобы не мешали, на бросившихся ко мне, стоило лишь открыть дверь комнаты, котов, заскучавших в одиночестве, я быстренько переоделся и устроился на удобном ложементе кресла. Шлем привычно скрыл от меня реальность, чтобы через несколько секунд высветить яркими красками мир цифровой. Привычно активировав вход в «Экспансию», я через пару мгновений оказался на одной из точек входа в Городе. Встреча с кандидатом в тренеры Серёги должна была проходить в кафе «Гарцующая капибара», принадлежащего довольно известной корпорации «Ширый Гендальф».

Сам я себя к любителям старины не относил, хотя последнюю постановку в голонете смотрел и мне даже понравилось. Хотя вряд ли автор реально задумывал гонки на космических яхтах, бои в пустоте на эргро-клинках и, как апофеоз, падение неуправляемого корабля в чёрную дыру. Особенно эпично в этот момент смотрелись последние слова капитана Горлумова: «Спасайтесь, глупцы! Я не могу оставить мою прелесть!»

Узнать ожидающего меня мужчину было не сложно. Во-первых, даже в виртуале чувствовалась военная выправка, а во-вторых, он единственный во всём заведении не стал придавать аватаре ни нарочито брутального, ни неестественно красивого вида. Каюсь, даже я не удержался, чтобы подправить лицо для придания большей мужественности, но моему визави этого явно не требовалось. Достаточно было натолкнуться на холодный взгляд прозрачных голубых глаз, словно бы прикидывающий, как тебя ловчей убить, и ты тут же забывал о старом, изрезанном морщинами лице его хозяина.

– Можно? – подойдя к столику, я указал глазами на свободный стул. – Я Дан…

– Можно Машку за ляжку, – голос старого вояки был под стать владельцу, скрипучий и противный. – М-мазута, ядри мой корень. Пустоты не нюхали, плац не топтали, а гляди ты, воевать собрались. Приз им подавай. Ты сначала в сапогах годик-другой помаршируй, чтобы человеком стать, жить научись по уставу, а не как эти, пацифисты, ядри мой корень. А я тебе так скажу, хоть бы ты и педераст, а отслужить должен.

– Ясно. Спасибо, что согласились встретиться, – выслушивать дальше этот бред я не был намерен, времени и так оставалось мало. – Как только демобилизуюсь, дам вам знать. До свидания.

– Сядь! Обиделся он, ядри мой корень, – старик, а если присмотреться, то, наоборот, мужчина, перешагнувший порог зрелости, просто косящий под пожилого, резанул меня взглядом. – Вед сказал, что у тебя проблема с егерем. Так вот лучше меня никого не найдёшь. Тридцать пять лет я в пауканах оттрубил.

– Не сомневаюсь, – я сел на предложенный стул. – Вот только с дерьмом мешать себя и свою команду не позволю. Пусть мы не воевали и действительно идём на турнир за призом – это не повод нас оскорблять.

– Гордый, значит, ядри мой корень.

– Нет. И что такое субординация, и что, если наставник сказал справить малую нужду, то не нужно начинать снимать штаны, я прекрасно понимаю, – я уставился в блестевшие холодными льдинками чёрные дыры, источавшие арктический холод, по недоразумению названные глазами. – Но это одно дело, а позволять об себя вытирать ноги я не намерен. Михаил просил отнестись к встрече серьёзно, я это сделал. Думаю, больше нас ничего не связывает. Счастливо оставаться.

– Погоди. Признаю, я немного перегнул, – мужчина поморщился. – Уж извини старика. Но должен же я был посмотреть, что ты за человек. Как-то у меня нет желания связываться с каким-нибудь сопляком, считающим, что раз за него походатайствовал Железный Ведмед, то круче него только горы на Альмеди-18. Но ты, как я погляжу, вполне адекватный и понимаешь, что к чему, так что я готов вступить в твой отряд.

– Благодарю за лестную оценку моих качеств. Но не думаю, что наша команда соответствует вашим запросам, – плясать от радости, услышав это, я не торопился, равно как и рубить с плеча – уж слишком негативным было общее впечатление, но наставник нам был нужен. – Если возьмётесь обучить нашего бойца премудростям управления боевыми латами егеря – буду благодарен. Но считаю, что нам стоит этим и ограничиться.

– А твои-то не будут возмущаться, узнав, что ты меня не взял? Я-то солдат опытный и мог бы значительно вас усилить, – старый солдат откинулся на стуле, наблюдая за моей реакцией.

– Они сами сделали меня командиром, и им придётся принимать мои решения. Ответственность за них, если что, я тоже понесу сам, и они это знают. Так что…

– Хорошо. Тогда передай своему человеку, занятия начнутся завтра, в это же время. Пусть подходит к заведению «Заводной паукан» в Восточном районе. А сейчас извини, я выхожу.

– Мы придём. До встречи.

Фигура моего собеседника растворилась в воздухе. Теперь нужно было обрадовать ребят. Ну и конечно, выбрать нам название. Что я буду за начальник, если отдам распоряжение и сам про него забуду.

* * *

Крышка капсулы виртуальной реальности, украшенная красным крестом, зашипев, скользнула в сторону. Ложемент поднялся, позволяя лежащему на нём мужчине уцепиться за ручки, приваренные на корпусе, и одним рывком перенести тело в инвалидное кресло, стоящее тут же. Моложавый мужчина с прозрачными голубыми глазами, бездумно смотрел перед собой, совершенно автоматически нащупав в боковом кармане пачку сигарет и зажигалку. Струя дыма унеслась к потолку, заставив среагировать домашний имитатор.

– Илья Михайлович, это седьмая сигарета за двенадцать часов. Ваши анал…

– Заткнись. Вызов абонента Железный.

Бывший майор егерей, ныне комиссованный по ранению, ведь даже современная медицина, казалось, могущая вернуть мёртвого с того света, не научилась ещё восстанавливать повреждённый спинной мозг. Нижняя половина солдата, раньше наводившего ужас на врагов, не успевавших уследить за его перемещениями, теперь была полностью парализована, оставив ему для полноценной жизни лишь виртуал.

Пискнул сигнал соединения.

– Вед? Это я, – к потолку унеслась очередная струя дыма. – Кажись, я облажался. Решил твоему пасынку стресс-тест устроить.

– Послал?

– Угу. Дескать, к сожалению, мы не соответствуем вашим высоким запросам.

– А с егерем их чего?

– Ну, тут удалось договориться. Натаскаю парнишку, научу чему смогу.

– Понятно. Короче, Даниилу я говорить ничего не буду. Сам заварил кашу – сам расхлёбывай. Единственное посоветую, покажи, что ты не такой мудак, каким хотел показаться. Помоги им, покажи пару-тройку тактических приёмов. Подскажи ошибки. Но не в приказном тоне, это тебе не армия. И глядишь, тебя признают за своего и возьмут в команду.

– Скажи мне пару лет назад, что я буду унижаться перед сопляками, чтобы в каком-то вшивом виртуальном турнире поучаствовать, ни за что бы не поверил.

– А ты не унижайся, – в голосе Михаила лязгнул металл. – Ты просто человеком будь. Пасынок у меня парень правильный, и что такое честь, знает. Думаю, что и в команду он себе таких же ребят набрал. Так что давай, действуй. До связи.

Комлинк пискнул, обрывая разговор. Майор высоко мобильной штурмовой пехоты Илья Михайлович Головин с позывным «Каракурт» ещё некоторое время молча курил, поглядывая в потолок. Потом затушил бычок сигареты и снова полез в капсулу. Следовало подготовить полигон. Свою работу, будь то убийство ближних и дальних своих или обучение этой премудрости молодого поколения, он привык делать идеально.

Глава 7

Затишье перед бурей

Сосулька ударила в то место, где ещё пару мгновений назад была моя голова. Не успей я укрыться, вполне мог пройти хедшот, но сегодня я не собирался позволять расстреливать себя безнаказанно. За ту декаду, что прошла с нашего последнего тренировочного боя, мы таки сумели создать подобие команды, да и я, наконец, полностью перестроил поведение с «домоседа»-крафтера на лихого штурмовика. Вот и теперь не планировал отсиживаться, ожидая, пока меня возьмут в клещи пара героев противника – танк со щитом и плазмомётом ближнего боя, фактически аналогом огнестрельного дробовика, и всё тот же псионик, орудующий льдом и телекинезом.

Тактический модуль исправно подсвечивал вражеские тушки, считывая данные с визора Малхорна, затаившегося поблизости. Поэтому мне даже не надо было высовываться, подставляясь под ответный огонь, достаточно было выставить свой верный «Клык» совместить маркеры прицела и дать короткую очередь шоковыми зарядами, замедляя и так неповоротливого тяжёлого бойца. Особого урона я ему не нанёс, но теперь был ход Серёги.

Сосватанный мне отчимом тренер, несмотря на довольно жёсткое знакомство, действительно оказался профессионалом. «Каракурт», как он представился, за полторы недели сумел сделать из моего соседа эффективную боевую единицу, способную наводить страх и ужас в стане противника. Точнее, Малхорн и до этого орудовал оружием ближнего боя как бог, но бывший егерь научил его, как это совместить с использованием гравитационных кошек и быстрыми перемещениями. Ну и свою роль сыграл выбор лат, позволив Серёге максимально воспроизвести свой стиль боя из предыдущей игры, где он был матёрым убийцей.

Дело в том, что кошки боевых доспехов «высоко мобильных штурмовых единиц», являющиеся по сути гравитационными якорями, никак к самой броне не крепились, действуя эдаким направленным туннелем, по которому егерь падал, подчиняясь изменённым законам физики. И каждый боец нес их с собой добрый десяток, выстреливая из специального метателя по мере необходимости. Самые опытные могли создавать в замкнутом пространстве целую объёмную паутину из разнонаправленных туннелей, по которым они носились с огромной скоростью, появляясь с самых неожиданных направлений и после атаки стремительно исчезая.

Серёге до подобного мастерства было как до Атланты ползком, кроме того, тогда терялся весь его боевой опыт как паука-эльфа, из IMW. Поэтому Каракурт, недолго думая, вручил ему доспехи горного спасателя. Оказывается, в «Экспансии» был их аналог, с бронированием первого класса. Кроме уровня защиты, от стандартных егерских они отличались тем, что кошки тут крепились на длинных, тонких, но невероятно прочных шнурах из мономолекулярного волокна. И это открывало огромные тактические возможности.

Вот и сейчас, затаившийся на вершине скалы начинающий егерь не просто транслировал мне передвижения противника, но и готовил им большую пакость. Точнее, одному из них, а именно псиону, чуть ли не вприпрыжку рванувшему вокруг укрытия, заходя мне в тыл, занятому перестрелкой с танком.

Роль приманки мне не то чтобы не нравилась, просто было неуютно каждую секунду ожидать удара в спину, если напарник не справится. Серёге я доверял, но тем не менее раньше подобную тактику мы не использовали, и оттого приходилось прилагать некоторые усилия, заставляя себя оставаться на месте, стреляя только в танка, а не крутить головой на триста шестьдесят градусов, изображая из себя спятившую сову. Но стоило позади раздаться какому-то шороху, как измотанные ожиданием нервы не выдержали, и я перекатом ушёл в сторону, тут же целясь в нового врага… который возносился ввысь, хаотично суча ногами и вцепившись руками в петлю из мономолекулярного троса, обвивавшего его шею. А довольный собой Малхорн продолжал тащить попавшего в ловушку псиона, пользуясь преимуществом экзоскелета в силе.

Блоком изобретательному убийце послужил скальный выступ, расположенный немного выше уступа, где затаился сосед. Так что вскоре он и жертва встретились буквально лицом к лицу, что последнего совсем не обрадовало. Как и виброрапира, вонзившаяся точно в сердце неудачливого псиона, с лёгкостью пробив его защитное поле и мгновенно обнулив хит-поинты. Правда, этого я уже не видел, поскольку танк, заметивший, что обстрел прекратился, логично решил, что если кондратий меня ещё и не обнял, то собирается сделать это буквально через секунду-другую. То бишь весело ломанулся вперёд, посмотреть на мою мертвую тушку, а может, и поучаствовать в её убиении.

Естественно, что живой и здоровый я, целящийся куда-то вверх, вызвал у него вполне обоснованное недоумение, кстати, надо не забыть поинтересоваться у Алины, может ли искусственный интеллект вообще его испытывать, ведь нашими противниками сегодня опять были персонажи под управлением центрального ИИ «Экспансии». Но, какие бы чувства ни одолевали конкретно этого бойца, он не забыл пальнуть из своей дуры, слегка зацепив плечо и снеся часть очков брони, заставив меня резво стартовать прямо из положения сидя.

Не могу сказать, что бег по пересечённой местности вокруг скалы, когда за спиной мерно топает враг, время от времени подгоняя выстрелами из плазмогана, относятся к моим любимым развлечениям. А уж когда к этому присоединяется сосед, которого я, видимо от помутнения разума, уже начал считать другом, становится совсем весело.

– И вот наш фаворит выходит на очередной круг, – эта сволочь, расправившись с беззащитным псионом, по-прежнему сидела на вершине и не просто комментировала мой забег, а судя по всему, снимала видео. – Вы только посмотрите, дорогие голозрители, как легко он увернулся от рассеянного заряда плазмы, ловко укрывшись за поворотом. Вот что значит настоящий класс. Такие гонки нам нужны!

– Серёга, падла, я же отомщу, – скорость у меня с танком была примерно равна, и кидаться куда-нибудь в сторону смысла не имело – поблизости не было ничего, где можно было бы укрыться. – Хорош ржать, убей уже этого урода.

– Но что мы видим, лидер забега сдаёт свои позиции и просит помощи у команды. Нет, господа, это не наш метод, – Малхорн продолжал развлекаться, понимая, что выбора-то у меня особого нет, – быстро завалить тяжело бронированного танка мне не светит, а на ближней дистанции его плазмомёт с пары попаданий отправит меня на перерождение. – Ну-ка, шире шаг, чётче работа руками. Раз-два, раз-два.

Множество эпитетов теснилось у меня на языке, но высказываться я не спешил, ибо, с одной стороны, прекрасно понимал решившего поразвлечься, пусть даже за мой счёт, соседа, ведь график учёбы и тренировок у нас был очень напряжённым и расслабиться времени совсем не оставалось. С другой – из всего объёма матерных и не очень слов я выбирал наиболее подходящие к ситуации, складывая их в многоэтажную конструкцию таким образом, чтобы и на личности не перейти, и выразить всё своё негодование.

Наши странные гонки были прерваны на самом интересном месте, когда в шлем упрямо волокущегося за мной танка один за другим прилетели парочка хедшотов из тяжёлой снайперки, разом обнулив его очки жизни. Причём я это заметил не сразу и, в очередной раз обогнув каменный клык, едва не споткнулся о дохлую тушку своего преследователя. И только тогда понял, что уже секунд пять не слышу Серегиных подколок.

Один взгляд на тактическую карту прояснил ситуацию, но даже этого уже не требовалось. Из-за каменного отрога, служащего разделителем линий на этой карте, явно рисуясь, вышла Клер с винтовкой на плече. Даже разделяющие нас полсотни метров и надетые на неё латы не смогли скрыть ту волну презрения, которой нас окатила надменная девица. Простояв ещё секунду, она с пренебрежительным «Нубы» закинула оружие себе на плечо и гордо удалилась.

С тихим шорохом за моей спиной приземлился Малхорн. Зажужжали катушки на предплечьях, сматывающие мономолекулярный трос.

– Это… извини. Я не ожидал, что так получится, – было слышно, что Серёга заметно смущён. – Ты не думай, я видео удалю, слово даю.

– Да забей. Нашей мадаме всё равно не угодишь, как ни старайся, – я старался казаться эдаким непробиваемым малым, но перед глазами до сих пор стояла покачивающаяся филейная часть нашего снайпера. – Но не надейся, что тебе это сойдёт с рук. Я человек добрый, но память у меня плохая – отомщу, забуду и ещё раз отомщу.

– Замётано, – он хлопнул мне по ладони, подтверждая сказанное. – Сколько там времени? Заканчиваем скоро?

– Еще пара минут есть, но думаю, что можно уже выходить. Смысла дожидаться последних секунд я лично не вижу. Сейчас только скину сообщение остальным.

За прошедшее время ежевечерние тренировки с последующим разбором полётов от Айвейдера и, к удивлению всех нас, присоединившегося к нему Каракурта, стали уже привычным делом. Насчёт последнего я поначалу сильно сомневался, памятуя нашу первую встречу, точнее его отношение, но отставной военный вёл себя адекватно и вежливо, словно и не было того пренебрежения к «гражданским штафиркам», решившим поиграть в войнушку. То ли действительно тогда была проверка, то ли ещё что, вникать в процессы, происходящие в голове егеря, я не собирался, но вот его советы оказались чрезвычайно полезны.

Например, выделить время для тренировки метания гранат различных систем и назначений, ведь за счёт их использования можно было значительно расширить функционал того же хила, дав ему возможность выступить эдаким козырем, способным изменить ход боя. Не то чтобы мы сами не знали об этом, но именно Каракурт не просто донёс до нас важность и функциональность их использования, но и каждому подобрал свой набор гранат, мин и прочих устройств для убийства разумного разумным, с учётом выбранного оружия и роли в бою.

Так Риве не досталось практически ничего, кроме пары обычных наступательных, поскольку он, как танк, всегда находился на передовой, в гуще событий, и отвлекаться на то, чтобы выбирать, что именно и куда бросить, времени у него не было. А вот для того чтобы проверить подозрительное место, имеющихся двух хватало за глаза. Зато Верулентности пришлось проходить усиленный инженерно-сапёрный тренинг, заучивая типы и виды гранат и мин и способы их установки.

Конечно, с одной стороны, значительно возрастала нагрузка на хила, к тому же столь необходимые для прокачки кредиты уходили на закупку и модернизацию нового вооружения, но с другой – в формате МОБА, когда команда ограничена всего пятью бойцами, чистый лекарь был излишней роскошью, вот приходилось выкручиваться, совмещая. Вера это тоже прекрасно понимала, поэтому хоть и бурчала, требуя после нашей несомненной, по её мнению, победы, поход в кафе с покупкой самых лучших вкусняшек, пахала как проклятая, зубря названия, внешний вид и принцип применения своих новых игрушек, подсунутых Каракуртом.

Так что, незаметно для всех, через неделю отставной егерь уже сидел с нами в кафе после тренировок, как практически полноценный участник команды. Тем более что произошло это на фоне появления пары недостающих нам, до полного комплекта, бойцов. Ещё одни Сергей, с прозвищем Тёма, от фамилии Артёмченко, и Артём, которого называли Карась. Этот казус с именами и прозвищами всегда поначалу вызывал небольшую неразбериху среди не знакомых с ними ранее людей. Но я своей волей, как капитан команды, постановил обращаться к ним только по прозвищам, тем более ребята сами это предпочитали, так что проблем с общением у нас не возникло.

Это были мои знакомые ещё со школы, мы вместе ходили на пострелушки в тир и на полигон. Ребята неплохие, в достаточной мере адекватные, да и как бойцы были вполне опытными. В «Экспансию» оба играли, но время от времени, предпочитая различные стрелялки. Хотя одно время состояли в довольно крупной корпорации, но авантюрный склад характера не позволил задержаться там надолго. Предложение выступить на турнире они восприняли с энтузиазмом, тем более сами искали такую возможность.

Не то чтобы я возлагал на них особые надежды. Точнее всех об этих товарищах высказался Каракурт, после первого же пробного боя, мол, раздолбаи, но могут быть полезны, если держать их на коротком поводке и душить излишнюю инициативу в зародыше. С этим я был полностью согласен.

Увлёкшись, они могли совершенно забыть о цели игры, поэтому за ними нужен был постоянный контроль. Со своей стороны я провёл им полноценную моральную накачку, одновременно поманив «сладким калачом» в виде личного искина и пообещав лично оторвать все выступающие части тела, если мы завалим турнир из-за их неорганизованности. Ребята прониклись, но вот насколько хватит их готовности слушать и подчиняться, я не знал.

Конечно, никто не собирался сразу бросать их в бой. Всё же в основном они нужны были нам как запасные, да и правила требовали восемь человек в составе команды, но мало ли что могло случиться, держать балласт нам тоже было не с руки. Так или иначе, но мы были настолько готовы к турниру, насколько это вообще было возможно в нашей ситуации. Именно это и высказал Иван, стоило нам расположиться в виртуальном кафе, фактически ставшим нашей штаб-квартирой. И судя по кучкующимся по восемь человек компаниям за другими столиками, не только нашей.

– Итак, – Айвейдер взял слово первым. – По итогам сегодняшней тренировки можно сказать, что мы сделали всё, что только было возможно. Отработано взаимодействие с хилом и танком. Подготовлены тактические схемы как атаки на вражеские бастионы, так и защиты своих. Распределены роли для захвата и удержания вымпелов. И прочее. Как ответственный за тактику, могу заявить, что мы готовы. Региональный турнир на какой-нибудь отдалённой планете мы бы выиграли с лёгкостью. Но нам предстоит схлестнуться с лучшими из лучших в «Экспансии». С командами корпоратов, для которых эта игра – заработок, и за свои деньги они будут рвать глотки. И если мы не отнесёмся к этому максимально серьёзно, не как лёгкому развлечению на пару вечеров, а каждый день, час и минуту работая над собой, нам победы не видать.

Видимо, мой забег уже стал достоянием гласности, но извиняться или оправдываться я не собирался, командир я или нет. Сами выбрали, вот и пусть терпят. Конечно, я не намеревался самодурствовать, злоупотребляя своим положением, но считал, что этот эпизод не заслуживает подобного внимания.

– Я сейчас говорю даже не о нашем спринтере, хотя уж ты, Даниил, как капитан, мог бы проявить большую сознательность, – всё же Иван уже давно варился в этой игровой, а скорее клановой кухне, и точно подметил моё настроение. – Мы все понимаем, что фактически заставили тебя стать нашим лидером. И ты делаешь всё, что можешь. Это обращение ко всем, на будущее. Всё! Игры в песочнице закончились. Каждая ошибка, совершённая по нашей же дурости, – это просто подарок команде противника. Давайте не создавать сами себе трудностей, чтобы потом не надо было их отважно преодолевать.

Все прониклись, ну или хотя бы сделали вид. Внимательно глядя на окружающих меня товарищей, я вдруг понял, что каждый из них глубоко внутри прячет неуверенность в себе и своих силах. В возможности достижения той цели, которую мы себе поставили. Странно. Раньше я не замечал за собой способности так ясно чувствовать эмоциональный настрой окружающих. Может быть, это произошло из-за того, что мы находились в виртуальной реальности, а современные системы считывали весь спектр эмоций, отображая его мимикой аватара.

Конечно, многие устанавливали уровень данной функции на минимум, ведь далеко не каждому хочется, чтобы его самые тайные чувства были открыты любому, но при этом игровая кукла – alter ego игрока, воплощённое в виртуальной реальности, становилась похожа на пластикового болванчика. Застывшее, безэмоциональное лицо, глядящее на всех не моргающим взглядом, нередко пугало окружающих, поэтому неписаным правилом хорошего тона было выставлять параметр эмоциональной мимики не меньше чем на тридцать процентов.

Хотя вполне возможно, что я просто переношу на остальных свои тревоги и внутреннюю неуверенность. Всё же чем ближе старт турнира, тем я всё больше понимал, в какую передрягу мы ввязались. Благо ещё, что учёба и тренировки не оставляли особого времени для рефлексии, иначе я бросил бы эту затею ещё неделю назад. Но сегодня, глядя на свою команду, мне вдруг стало ясно, что раз уж меня избрали командиром, пусть даже это был компромиссный, «лучший из худших» вариант, я просто не имею права раскисать и должен поддержать и направить своих товарищей. Дать им стимул вступить в схватку с сильнейшими корпорациями «Экспансии».

– Ваня всё правильно сказал, – я со стуком поставил свой бокал на стол, разом прекращая поднявшийся было, после слов тактика, шум. – Наши враги умелы и многочисленны, и никто из них не спустит нам ошибок или промахов. Но посмотрите на себя. Кого вы видите? Лично я – команду, способную дать бой любому сопернику. И у нас есть все возможности для этого.

Теперь во взглядах ребят не было нервозности. Они с интересом ждали, что же будет дальше. Честно говоря, я не готовился сегодня толкать речь, как, впрочем, не собирался этого делать и позднее. К своим обязанностям капитана я относился постольку поскольку, считая себя скорее «свадебным генералом», чем реальным командиром. Тем более у нас были гораздо более опытные товарищи, как тот же Айвейдер или Рива. Но сейчас, впервые в жизни, я ощутил реальный подъём от того, что люди готовы слушать меня, и главное, мне было, что им сказать.

– Как говорил один очень умный человек в древности, ещё в двадцатом веке – кадры решают всё. И вот с ними у нас полный порядок. Наш тактик – Айвейдер, – я указал на Ивана, и восемь пар глаз скрестились на парне, заставив того нервно заёрзать. – Прекрасный специалист, досконально знающий все тонкости игры. Способен найти выход из любой задницы и разработать выигрышный план, несмотря ни на что. Все вы видели, с какой страстью и ответственностью он подошёл к подготовке. И именно благодаря ему сегодня мы максимально готовы к бою. Трижды ура Ивану!!!

Команда разразилась восторженными криками, некоторые стали хлопать по плечам смущённого парня, а Верка окончательно превратила его в помидор, подскочив и чмокнув в губы. Пришлось немного подождать, пока накал страстей спадёт.

– Но кто будет претворять в жизнь гениальные тактические находки? – Когда все затихли, я продолжил: – Итак, наша несокрушимая скала, в тени которой мы будем прятаться от шквального вражеского огня – Рива! Толстая, непрошибаемая броня и такой же лоб. Будьте уверены, он выживет даже в эпицентре ядерного взрыва. И пусть злопыхатели говорят, что это от того, что мозг у него как у таракана, дескать, тоже живучие, но мы-то знаем, что это гнусные инсинуации и верим в нашего танка.

Смутить Сашку я даже не надеялся, собственно и не получилось. Под бурные аплодисменты он поднялся со стула, раскланиваясь во все стороны, словно артист больших и малых академических театров на своём бенефисе. Настроение у команды уже явно исправилось, но останавливаться я был не намерен. Мне нужен был, а теперь я понимал чётко – я буду бороться за приз турнира, сплочённый коллектив, и посиделки, подобные сегодняшним, когда есть что вспомнить, один из путей его создать.

– Но если вы думаете, что одной брони достаточно, вы явно ошибаетесь. Всегда найдётся кто-то, кто проковыряет в ней дырку побольше. Так кто же вытащит вас за шкирку с того света, взбодрит, ободрит и снова отправит в бой? Конечно, только она, наш ангел-хранитель, мать Тереза и Панацея в одном флаконе – Верулентность!!! Кстати, в свете последних событий реанимацию она теперь проводит шоковой гранатой.

Вера с визгом подскочила с места, тут же повиснув у меня на шее. Её детская непосредственность вызвала взрыв смеха у всех присутствующих, но саму девушку это ничуть не смущало. Дождавшись, пока получившая свою порцию внимания хилерша усядется назад, я продолжил:

– Мы разобрались, кто сохранит наши шкурки в целости и сохранности, теперь посмотрим, кто же наделает дырок во вражеских, – я обвёл взглядом собравшихся, выбирая с кого начать. – Думаю, мужчины пропустят даму вперёд. Итак, встречайте, первая среди равных. Тень в ночи, несущая смерть. Та, что способна переломить ход любого боя. Та, чья красота и ядовитый язычок едва ли не смертоноснее её же выстрелов. Единственная и неповторимая – Клер!

Общая атмосфера веселья подействовала даже на нашу стервочку. К тому же какая девушка не любит комплименты, пусть и довольно специфические. Вот и Татьяна, избавившись, наконец, от своей вечно недовольной мордашки, заливисто смеясь, раздавала воздушные поцелуи. И я понял, что без своего фирменного выражения лица – «королева перед смердами», она гораздо-гораздо симпатичнее. А её улыбка буквально ослепляет.

Я мотанул головой. Жаль, в «Экспансии» не было боли как таковой, иначе обязательно ткнул бы себя вилкой в ногу. Девица, конечно, была чудо как хороша, тут я прекрасно понимал того мудака из её прежней корпорации, пожелавшей заполучить её в постель. Но, во-первых, сейчас было не время и не место для амурных мечтаний. А во-вторых, я не был уверен, что мне нужны все эти головняки с её характером, которые, несомненно, возникнут, стоит начать ухаживать за Клер. Так что, как там пели в старой песне – «Первым делом космолёты, ну а девушки потом».

Пока я отгонял призрак Амура, маневрируя и сбивая тому прицел, народ немного успокоился и жаждал продолжения. Не знаю, насколько эффективен был подобный метод психологической накачки, но сейчас я не чувствовал в команде той обречённости, неуверенности в своих силах, что была раньше. Даже хмурый Каракурт поглядывал по сторонам с весельем во взгляде.

– Следующий боец пришёл в «Экспансию» недавно. И слава богу, ибо иначе он давно уже был бы в какой-нибудь крупной корпорации, завалившей бы его плюшками, лишь бы только заполучить в свои ряды. Его клинок подобен перу, которым он пишет истории побед, – я уже ощущал себя заправским конферансье, представляющим публике бойцов перед поединком. – Подобно мифическому герою древней Америки – Человеку-пауку, он проносится сквозь поле боя, плетя свою паутину, в которую заманивает противника. Итак, гроза псионов, страх и ужас снайперов и прочих рог – Малхорн!!!

Серёга, поднявшись с места, раскланялся со всеми, словно бы был аристократом. Причём чувствовалось, что подобное для него не впервой и особого трепета не вызывает. Вкупе с его действительно виртуозным обращением с эргро-клинками или виброрапирой выглядело это так, будто он действительно был потомком древнего рода, с детства приученный к мечу и этикету, но… если честно, мне было плевать. Упрекнуть соседа было не в чем. Он был отличным товарищем и всегда держал слово. А что там у него за душой, было только его делом. Играть ему это не помешает, иначе Серёга наверняка предупредил бы о возможных проблемах, всё же не такой у него характер, чтобы подставлять друзей.

– Ну а теперь перейдём, так сказать, к «рабочим войны». Тем, кто благородному искусству фехтования или таинству дальнего выстрела предпочитает старую, добрую, штурмовую рельсу, – я постарался придать голосу торжественности. – Кто под прикрытием танка и снайпера, с поддержкой хила и егеря будут вламываться на вражеские базы, шквальным огнём прокладывая себе путь в сонме врагов. Раньше, когда противники сходились друг с другом на поле боя, под барабанный бой, полк напротив полка, пехоту называли «царица полей». С тех пор человечество покорило космос, но по сути ничего не изменилось. Итог сражения всё равно определяет доблесть обычного солдата. Итак, наше штурмовое отделение – Тёма, Карась, ну и ваш покорный слуга.

Мне показалось, что с пафосом я немного переборщил, но ребятам понравилось. Двое братцев-акробатцев тут же устроили целый спектакль, красуясь и нахваливая себя. Остальные кричали, свистели, хлопали и топали, их подбадривая. Мне, как я ни старался отмазаться, тоже досталась своя «минута славы» от визжащей Верки, запрыгнувшей мне на спину. В итоге прошло минут двадцать, пока, наконец, все хоть немного успокоились. Дождавшись этого, я в очередной раз за сегодняшний вечер поднял бокал с соком.

– Особо хотелось бы отметить того, чья помощь в подготовке к турниру оказалась поистине неоценимой. Причём не только для Малхорна, кому досталась львиная доля тренировок, но и каждого из нас. Итак, человек, научивший нашу Верочку проводить реанимацию в полевых условиях подручными средствами в виде шоковых гранат. Открывший Сергею таинство падения вверх, вниз и в стороны одновременно. Да и в целом повысивший нашу боеспособность раза в три, – я указал на сидящего за столом мужчину, который хоть и веселился вместе с остальными, всё же выглядел гораздо более скованным. – Последний по списку, но не по значению. Тренер и наставник. Каракурт.

Надо отдать должное ребятам, мои слова встретили так же, как и представление играющих членов команды. Ну а сам я преследовал этим довольно шкурный интерес. Всё, что я сказал, было правдой. Советы отставного военного оказались чрезвычайно ценными, как в плане тактики боя, так и взаимодействия между членами команды. Более того, Айвейдер мне уже пару раз намекал, а вчера не выдержал и заявил открытым текстом, дескать, хорошо бы нам продлить договор до конца турнира.

Памятуя о нашей первой встрече, я постарался замять этот вопрос, всё же не хотелось обещать того, чего, возможно, будешь не в состоянии сделать, а гарантировать, что удастся убедить поработать с нами подольше вздорного мужика, с предубеждением относящегося ко всем гражданским. Хотя в свете его поведения во время тренировок, скорее всего, тогда передо мной был разыгран спектакль, в котором Каракурт для чего-то выставил себя эдаким меднолобым воякой.

Чего он хотел этим добиться, я не понимал. И это заставляло меня нервничать и относиться к егерю с настороженностью. Но польза для команды от его тренировок была несомненна, что и заставило меня наступить на горло своей гордости и не только начать приглашать его на «разбор полётов», но и рассыпаться сегодня в комплиментах. Если таки я прав в оценке адекватности Каракурта – он поймёт, ну а на нет и суда нет. Меня же впереди ждал самый сложный момент сегодняшнего вечера.

– Я рад, что вам всё понравилось, но должен с сожалением сказать, что в данный момент мы кто угодно, но не команда, – и, предвосхищая возмущённые возгласы, спросил: – Если это не так, тогда какое у нас название? Как выглядит наша эмблема?

За столиком воцарилась смущённая тишина. Ребята переглядывались друг с другом, но довольно быстро пришли в себя, найдя козла отпущения в моём лице. В их взглядах читалось, дескать, ты командир, тебе и думать. Ну что ж, сами напросились.

– И так как вы все молчите, своей волей называю нас – «Команда А»!