Помоги проекту - поделись книгой:
Беркут задумался на несколько секунд.
– Ну и хрен с ними. Так отпускать его нельзя, он нас сдаст.
– Понял. – Я выделил часть блока памяти о последнем дне и приказал удалить.
После моего подтверждения глаза инспектора закрылись. Интерфейс пропал, и моя голова будто бы разорвалась. Боль была настолько сильной, что я осел на землю рядом с инспектором и обхватил черепушку руками.
– Вадик, что с тобой? – услышал я голоса сквозь пелену боли.
– Голова… Болит сильно, – прошептал я пересохшими губами.
– Ты стер?
– Да стер, стер… – От каждого слова боль была такой, будто в затылок мне вонзали раскаленный прут. Чьи-то руки подняли меня и помогли дойти до телеги. Когда я принял горизонтальное положение, боль немного отступила. Рядом со мной сидела испуганная Дина и держала за руку. Телега медленно тронулась и, трясясь на ухабах, выехала на тракт.
Адекватно воспринимать действительность я стал примерно через полчаса, после того как догадался снять защитный амулет и отсосать из головы энергию смерти. Это приходилось делать на ощупь, вернее, на вкус, я ж не мог видеть свою голову. Впрочем, желтая субстанция была настолько противной, что я быстро приноровился. Стало легче, но боль совсем не прошла. В голове, конечно, остались разорванные каналы, но соединять их на ощупь я не рискнул. Разве что, в зеркале что-то увижу?
– Ира, Ир? – позвал я Зуеву.
– Чего тебе? – Ирка подошла ближе.
– Зеркальце далеко? Дай, пожалуйста…
Ира протянула мне маленькую пудреницу. Бинго! Потоки были видны. Два больших канала и с десяток капилляров разорваны. Именно для таких случаев в памяти стеха имелась одна лечебная схемка. Я нащупал на своем поясе накопители и принялся за дело. На сборку схемы я потратил несколько минут, затем активировал ее у себя на макушке. Теплая волна пробежала через голову и затихла в позвоночнике, забрав с собой почти всю боль. Ну вот, можно жить дальше.
– …Таким образом, десятый и пятнадцатый Рогатые легионы будут вынуждены контролировать площадь в несколько десятков тысяч квадратных лиг. – Медведеподобный генерал Терельи сделал глоток из стакана, стоящего перед ним и продолжил: – Это не позволит им проводить эффективные контрпартизанские меры. Диверсионные группы, численностью до десяти человек, усиленные видящими и имеющие портальные артефакты, уже сейчас перебрасываются в заранее подготовленные точки как в Эртазании, так и на территории противника.
Властелин поднялся из-за стола и подошел ближе к карте, висящей на стене. Дингер знал, что из-за специальных артефактов, защищающих глаза Властелина от ментального воздействия, у него начало портиться зрение. Заложив руки за спину, император с минуту разглядывал карту, потом резко развернулся к Терельи.
– Граф, а что мешает шодам перебросить в Эртазанию войска от лирданской границы? Если мне не изменяет память, там у них базируется третий, четвертый и седьмой Хвостатые легионы, а также шестая объединенная ящерная армия.
– Позвольте мне ответить на этот вопрос, ваше величество… – Дингер встал со стула.
– Да, герцог, – Властелин на пятках развернулся к нему.
– Еще вчера я отдал приказ о начале операции «Сюрприз для дядюшки».
Властелин остановился напротив Дингера и уставился ему в глаза. Герцог держал взгляд ровно столько, сколько положено по этикету, потом опустил голову.
– Сюрприз? – переспросил Властелин. – Это серия провокаций на границе?
– Так точно, ваше величество. Семь контрольных пунктов уже уничтожено, стена разрушена как минимум в двадцати местах по периметру границы. Контрабандисты ликуют. Для осуществления контроля шоды будут вынуждены держать войска на границе. Кроме того, сейчас там полная неразбериха. Войска Лирдана приведены в повышенную готовность, многие думают, что шоды вот-вот нападут и на них. Мы тщательно поддерживаем и культивируем эти слухи. Незадолго до начала совещания мне сообщили, что некоторые подразделения Халиф даже выдвинул к границе.
– Вот как, – Властелин почесал бородку. – Весьма неплохо, герцог. Продолжайте, граф.
– Эриват может продержаться в осаде не менее шести месяцев. За это время мы должны доказать партнерам, что шоды грубо нарушили положения Хартии, и сколотить коалицию. К этому времени девятая, десятая и семнадцатая армии будут полностью переброшены на фланги. И мы сможем перейти в наступление.
– А если нам не удастся сформировать коалицию? – Властелин кинул взгляд на маркиза дель Роверти. Министр иностранных дел был самым элегантным из присутствующих. Дингера всегда раздражала та легкость и простота, с которой маркиз шел по жизни. Казалось, он почти не прикладывал усилий для того, чтобы быть самым элегантным, самым воспитанным и самым интересным в любой компании. Так же легко и непринужденно он двигался и по карьерной лестнице. Отвечая на взгляд Властелина, маркиз легко вскочил:
– Скорее всего, удастся, ваше величество. Высокомерие и снобизм шодов причиняет беспокойство даже стехам. Все понимают, если мы падем, ни одно герцогство не продержится и месяца.
– Что вам сказал посол Эдема?
– Пытался выведать, что мы знаем о пришлых. Я постарался убедить его, что никто не верит в древние сказки всерьез. Крылатый не поверил, однако вероятнее всего Эдем осудит вторжение. Но вмешиваться не будет.
– Что сообщает дель Вар?
– Вызван в эдемское МИД завтра… Хм, вернее, уже сегодня утром. По данным разведки, в увеличении квот на боевые артефакты будет мягко отказано.
– Жаль. И все же, – Властелин снова развернулся к докладчику. – Если герцогства не помогут?
– Даже в этом случае нам хватит сил, чтобы освободить Эртазанию, ваше величество. В результате, каждый останется при своем, но положения Хартии все будут считаться расторгнутыми. Мы не проиграем эту войну!
– Дай то Всевышний, – с некоторым сомнением проговорил Властелин и вернулся на место во главе стола. – Есть какие-то вопросы, дополнения? Нет? Тогда все свободны. О любых изменениях докладывать немедля! А вы, герцог, задержитесь.
Когда все остальные покинули кабинет, император и герцог помолчали еще несколько минут.
– Расскажи мне, Гай, – нарушил тишину Властелин, – как там дела с пришлыми?
– Дель Мио нашла их, Рик. Вернее, вошла в контакт с одним из них. Собственно, это он и кончил первый патруль. Всех троих. Можно сказать, один.
Властелин покачал головой.
– Надо же, какая прыть! Как же он так?
– Диана говорит, он реально хорош. Зовут… Андрей, – Дингер тщательно выговорил непривычное имя. – У него был спецарбалет, один из тех, что ребята Граста потеряли. Или он убрал допросников, или просто подобрал с трупов.
– А допросников как убили?
– У одного проломлен череп, у другого перерезано горло.
– Однако! И как он справился с шодами?
– Баронесса говорит, он сам начал, как только те подошли. Спокойно так, сначала одного, потом второго. Из арбалета. Третий был занят ребятами Стила и успел всех троих обезвредить, после чего Диана его ранила. А этот добил. Три выстрела, три трупа. Наконечники стрел, правда, были из специальной серии, снимающие десятикратную защиту. Но все равно, хорош…
– Надо же, – повторил Властелин. – Ты ей веришь? Все-таки с шодами столкнулась, и свидетелей нет…
– Есть свидетели. Я послал «Марж» туда, как только она добралась до границы и связалась со мной. Они там почистили за ней. Трактирщик все видел, и один из гвардейцев жив остался, все подтверждают. Теоретически возможно, конечно, что были еще шоды и поработали и с трактирщиком, и с Мазелом, но маловероятно. Никто не видел, да и зачем им это?
– Хотя бы для вербовки дель Мио! Кто знает, о чем «козлы» думают? – Покачал головой Властелин. – Особенно, если дело касается пришлых, да еще таких прытких. Так, где он сейчас?
– Они. Диана говорит, что их вроде как трое. Связались с какой-то местной девчонкой. Баронесса направила их в Шартан. Если все сложится, дня через три-четыре будут там.
– Почему Шар?
– Там легко затеряться, много торговцев, много чужаков. Сильная наша агентура. Можем спокойно начать работать с ними. Я уже готовлю группу контакта.
– Им еще через пол-Эртазании пройти, а там Берг знает, что творится. Почему дель Мио не с ними? Почему не послать «Марж» с порталами и не кинуть их куда-нибудь сюда, в столицу?
– Рик, это будет неправильно.
– Поясни!
– Дель Мио должна была закончить операцию, это важнее, согласись. Он отказался с ней ехать, а заставлять его в тех условиях было глупо. Ей пришлось их отпустить. Это раз. Два – «Марж» это лишние уши и языки. Они дважды уже проворонили пришлых. Если они сейчас развернут деятельность среди беженцев, шума будет больше, чем толку. Ну и три. Пришлые тоже разные бывают… А так, это вполне себе проверка. Пройдут через Эртазанию не попавшись, будем работать как с равными. Придется вытягивать откуда-нибудь, будут должны, и работа пойдет по-другому.
– А если прибьют их там на обочине? Тогда что?
– Могут, – согласился Дингер. – Значит, не судьба. Но думаю, что не прибьют. Уж больно ушлые ребята попались. Ты только подумай: уцелели при катастрофе дилижанса, раз. Ушли от жрецов, два. Ушли от «Марж» – три. Кончили допросников – четыре. Ушли от шодов, пять. При этом раздобыли одежду, лошадей, деньги. Познакомились с местными, да так, что никто не заявил. Ушлые и удачливые мерзавцы. А Эртазания что, там реальная война начнется через два-три дня, да и то силами двух легионов. Пройдут, вот увидишь! А еще и Пророчество…
– Да, Пророчество… – Властелин потеребил бородку. – Бредни полоумного старика. Только такие идиоты, как мы, можем строить политику на таком фундаменте! – Император невесело усмехнулся.
– Да ладно, – хмыкнул Дингер. – А про наблюдателей забыл?
– Тсссс, – шикнул Властелин на Дингера. – Даже здесь не смей вслух об этом!
– Все, молчу, молчу… – Герцог выставил ладони перед собой.
– Вот и молчи. И поспи часик, какую ночь на ногах?
– Третью. Некогда спать…
– Это приказ, Гай. Если ты свалишься, с кем я останусь?
– Да у тебя тут целая очередь…
– Дурак! Сравнил хрен с пальцем. Выполняй приказ!
– Слушаюсь, ваше величество! – По-военному гаркнул Дингер и пошел к двери из кабинета.
Я, сколько себя помню, всегда была против насилия. Меня пугало оружие, я не носила шубы, потому что было очень жалко зверюшек. Одно время даже пыталась быть вегетарианкой, но все мои попытки не есть мясо и некоторую другую животную пищу прекращались зимой, когда я начинала постоянно мерзнуть. Что интересно, у меня никогда не было проблем с лишним весом, даже после родов я быстро вернула форму. Нет, конечно, можно было бы скинуть еще килограммчик-другой в некоторых определенных местах. Для этого я даже ходила на аэробику, пока не работала. Но потом работа и семья полностью забрали мое свободное время, и зал я забросила.
Поэтому я очень удивилась своим чувствам, когда Андрей быстро и жестко разделался с налоговым инспектором. Я вдруг поймала себя на желании стукнуть этого толстого мудака, а когда шеф приставил к его горлу кинжал, я еле удержала себя от возгласа: давай, перережь ему горло! В этот момент он представлялся мне символом всей той несправедливости, которая случилась со мной за последнее время.
Это потом мне стало жаль этого несчастного дядьку, когда Беркут бросил его на поляне без сознания, в мокрых штанах, предварительно срезав кошелек и забрав с собой его саблю, пояс и сумку. Я вдруг подумала, как же быстро слетела с нас вся шелуха цивилизации. Как быстро мы превратились в зверей, едва только оказались в ситуации, когда пришлось выживать, когда вокруг всё против нас.
А еще я подумала, что не хочу, чтобы шеф крутил романы с местными аристократками. Потому что, если он бросит нас, я останусь совсем одна и никогда не найду дорогу домой. И просто погибну здесь. Потому что я маленькая и слабая женщина. Я итак потеряла все, что у меня было, и, если теперь Беркут уйдет и Вадим уйдет со своей Динари, мне останется только накинуть веревку с петлей на ближайший сук.
Стало ужасно жалко себя, я шла по дороге, ведя в поводу Савраску, и глотала слезы, вспоминая Игоря, Настю и родителей. Беркут шел впереди, ведя Серую, Терим, как заправский кучер, ловко управлял телегой. Погода была под стать моему настроению, накрапывал дождик, серые тучи закрыли небо. Широкий и укатанный тракт тянулся меж скучных полей с колосящейся пшеницей. Местность вокруг была равнинная, с редкими и невысокими холмами, похожими на старые курганы. За полями, с обеих сторон дороги виднелся лес, чьи языки иногда подходили к самому тракту, и тогда мы двигались промеж тех же странных кленов и кустов.
Людей на дороге меньше не стало, но вчерашние попутчики от нас старались держаться подальше – случай с инспектором не остался незамеченным. Время от времени мы проходили мимо сидящих прямо на обочине путников, видимо остановившихся на отдых. Как правило, это были те, кто нес свою поклажу на себе, или большие семьи с маленькими детьми. На последних я старалась не смотреть, иначе расклеилась бы совсем.
Меня позвал Вадим, попросил зеркальце, что-то сделал с собой и, спустя несколько минут, соскочил с телеги и затопал рядом, будто бы и не умирал только что от головной боли.
– Ты как? – спросила я его, забирая пудреницу.
– Уже хорошо, – бодро откликнулся он.
– А что это с тобой было?
– Судя по всему – реакция мозга на проникновение в чужое сознание, – он оглянулся на Динари, шедшую с другой стороны телеги и понизил голос: – Стех вон, вообще инсульт схватил, когда мне в голову залез…
– Ты так к любому можешь? – спросила я и поежилась. Не хотела бы, чтоб кто-то в моем мозге копался.
– Не знаю, пока только к этому залез. Но теоретически – наверное, да.
– Ко мне не лезь, пожалуйста, – попросила я его, поглаживая по шее вдруг ставшую фыркать лошадь.
– Как скажешь, – усмехнулся он. – Мне это удовольствия не доставляет, как раз наоборот. – Вадим помолчал, потом продолжил: – Но, с другой стороны, я сделал так, что ко мне теперь никто не залезет. И вам с Андрюхой тоже могу попробовать соорудить такую защиту.
Я задумалась. Страшно, но с другой стороны Вадиму я хоть немного доверяла, а вот если какая-нибудь нелюдь полезет…
– Это больно? – спросила я.
– Для тебя нет, – он покачал головой. – А вот для меня очень…
– О чем речь? – подошел Беркут. – Как ты, Вадик?
– Нормально уже. Мы говорим о том, что можно попытаться защитить ваши мозги от проникновения.
– Вот как, – Беркут зачем-то оглядел нас с головы до ног. – Это хорошая новость. Надо будет сделать как можно быстрее.
– Только после этого вы в коме будете какое-то время, – предупредил Вадим.
– Какое? Мы вообще выйдем из нее?
– Несколько часов. Выйдете, куда вы денетесь.
– Лады. Окажемся в месте поспокойнее, обязательно сделаем, – решил Андрей и вернулся к своей кобыле, которая начала останавливаться.
Вот так. Все решил сам, мое мнение ему не интересно. Ну и ладно.
Вадим подошел к Динари и о чем-то заговорил с ней по-эртазански. Опять сказки рассказывает, подумалось мне. Просто идти было скучно, и чтоб перестать киснуть, я привязалась к Териму и попросила его называть на эртазанском все, что он видит вокруг. Мальчик явно хотел послушать рассказы Вадима, но я была настойчива и пообещала тоже рассказать ему сказку, если он научит меня сотне новых слов. Терим, как оказалось, считать умел только до десяти, и мы занялись математикой. Для чего пришлось привлечь Вадика, потому что только он из присутствующих знал числа больше десяти на эртазанском. Динари тоже проявила интерес к счету, и мы устроили совместный урок. За этим занятием время пролетело быстро, я уже почувствовала, что проголодалась. И только хотела попросить Беркута о привале, как услышала его хмыканье и посмотрела вперед. Впереди было селение.
Поделиться книгой: