Счастливый брак по-драконьи. Вернуться домой

И да, мороз!

Я зябко обхватила себя ладонями за плечи и покосилась на деловитых мужчин. Могли бы и предупредить! Я, конечно, дракон, но ведь огненный, не ледяной! Тем временем на плато творилось безобразие. Безобразие имело название: обнажение интересных хвостатых мужчин. Думаю, муж точно не одобрил бы мой, несомненно, художественный интерес, с которым я на них смотрела.

От холода меня отвлекло весьма занимательное зрелище: обращение хейларов. Дело в том, что Арвиль оборачивался безумно быстро, буквально за долю секунды, и я совсем ничего не успевала заметить, даже перестроив зрение на драконье. А вот рядовые оказались медленнее, что впрочем, ожидаемо. Я впервые смогла рассмотреть, как они перекидываются.

Это было… интересно. Они делали шаг вперед и словно увеличивались в росте, затем опускались на руки, которые на момент прикосновения к земле уже становились лапами. На теле проступала чешуя, голова вытягивалась, образуя рептилью морду…

Да… все же хейлары – не драконы. Мы перекидываемся магически, а они… физически. Правда, где берут недостающую массу, все равно непонятно. Хвостатые, конечно, меньше драконов, но все равно раза в три-четыре крупнее взрослого мужчины.

Рядом остановился Улинри. Заглянул мне в лицо, проследил за взглядом и довольно протянул:

– Льета находит зрелище достойным?

– Льета находит его очень любопытным, – согласно кивнула я и тотчас спросила: – Улин, а откуда они берут массу при обороте?

– Дивная кровь, – спокойно ответил фейри, будто это словосочетание все объясняло.

– Не поняла, – вынуждена была признать свое бессилие я.

– Эх, Ирьяна… Чему только молоденьких драконочек теперь учат! Что есть фейри?

– Э-э-э-э… – вконец опешила я. – Дивный волшебный народ, который живет в междумирье и…

– Стоп. Остановимся на волшебном. Кровь у нас тоже волшебная. По сути – чистая энергия. А энергия, согласно законам физики, легко превращается в массу. Кстати, у вас, драконов, примерно тот же механизм используется. А точнее – именно его брал за основу Лаллин, когда делал этих вот ребяток. Если есть магия – можно менять облик. Но драконы наделены даром от природы, а хейлары – через магию вероятностей, которую смог подчинить Князь Черное Золото.

– Понятно… – Я потерла подбородок, мысленно восхищаясь невероятным талантом дивного генетика.

– Понятно ей, – передразнил некромант. – Ирьяна, ты сама оборачиваться планируешь? Или решила побаловать стриптизом наших чешуйчатых друзей и теперь ждешь, пока их ничто не будет от тебя отвлекать?

Я смерила шутника холодным взглядом и пообещала:

– Скину.

– Я крепко держусь, – заверил Улин. – Поверь, в условиях, опасных для жизни, я отличаюсь невероятной цепкостью. Даже липучестью.

– Учтем.

Наверное, в моей ласковой улыбке можно было прочесть обещание проверить его слова на деле, так как дивный только рассмеялся в ответ.

Наш в кои-то веки не только развлекательный, но и полезный диалог прервал низкий голос.

– Льета Ирьяна, вам освободить площадку? – вежливо обратился один из рядовых. Крупный, черный, с красными подпалинами и бордовыми гривой и кончиком хвоста.

– Да, было бы хорошо. Я крупная, потому вам, наверное, лучше вообще взлететь.

К нам одним прыжком переместился белоснежный хейлар и, опустив голову на уровень моего лица, тихо рыкнул:

– Дивного забрать, чтобы не мешал?

– Спасибо, Алишин, но это без надобности, – ласково улыбнулась я и, не удержавшись, протянула руку, погладив серебристую гриву. – Да и вообще… как он тогда на меня залезать будет?

– Мы бы придумали – как, – в голубых глазах белоснежного мелькнули и пропали искорки смеха.

– Но-но-но! Как самое заинтересованное лицо, я протестую! – тотчас возмущенно сказал фейри.

Хейлары смерили его многозначительными взглядами, показывая, в каком именно гробу они видят как самого слуа, так и его протесты, и, величественно развернувшись, отошли к краю обрыва. Затем десятник, а за ним и рядовые взлетели и, набрав небольшую высоту, начали кружить над плато.

Улинри тоже метнулся в сторону, а я прерывисто выдохнула и развела руки, мысленно снимая запреты, ослабляя путы моего внутреннего зверя. Моей красавицы. Моей драконицы.

Момент превращения – он всегда как в первый раз. И что-то изнутри тебя рвется на волю, что-то невероятно большое, сильное… счастливое. Я ощущала себя звездой, которая сначала сжалась до точки, а после – взорвалась.

За спиной хлопнули крылья, ледяной ветер перестал тревожить слишком нежную человеческую кожу. Глаза видели дальше, обоняние стало тоньше. Создатель, как же я любила быть… СОБОЙ! И как редко мне это удавалось в последнее время.

– Красивая… – раздался задумчивый голос. – И большая. Ты на удивление большая, Ирьяна!

Я повернула голову, смерив ставшего таким мелким слуа надменным взглядом, и только фыркнула. Потом со вздохом опустилась на живот и согнула лапу, чтобы фейри было удобно забираться.

– Знаешь, куда садиться? – Мой голос сейчас лишь отдаленно напоминал прежний. Стало больше рокота в тоне, про громкость вообще молчу.

– Конечно, – брюнет усмехнулся, легко взбежал по лакированной чешуе и сел во впадинку между крыльями. – Дай мне минуту, пожалуйста.

– Предполетная подготовка?

– Ну да. Я, может, и липучий, но отнюдь не в прямом смысле слова.

Когда слуа сказал, что готов, я стремительно рванула вперед и, поджав лапы, с рыком сиганула в пропасть. Позволила себе удовольствие несколько минут покувыркаться в свободном падении, а после распахнула крылья и выровнялась. Огляделась, и, найдя взглядом хейларов, заложила вираж, набирая высоту.

Поняв, что я полетела за ними, хейлары дружным клином направились на запад. Ничего не оставалось, кроме как пристроиться в хвост процессии.

Через полчаса выяснилось, что как попутчики мои хвостатые друзья оставляют желать лучшего. Такого скучного полета у меня в жизни не было! Мы летели четко и организованно, по заданному курсу, не отклоняясь, не меняя скорости и, упаси создатель, не нарушая строй.

Спустя какое-то время мне надоело вести себя хорошо. Я мало того что не военная, так еще и девушка! Вдобавок огненный дракон! Имею право проводить время в пути как мне хочется!

А как мне хочется?

А в пике хочется!

Я наклонила крылья, уходя вбок, и резко нырнула вниз, с каким-то садистским наслаждением слушая ругательства слуа. Будем честны: почти все слова уносил ветер, но я была уверена, что фейри на моей спине не гимн своего клана или молитву солнцу распевает!

Почти у самой земли, успев увидеть и испугать гигантского медведя, я распахнула крылья во всю ширь, и воздух снова подбросил меня вверх. Ощутив, как напряглись кожистые перепонки от ветряных потоков, я сладко зажмурилась… Хорош-ш-шо!

Потом я догнала наш организованный клин. Затем – обогнала и прыгнула в бескрайнее небо, словно стараясь вылететь из атмосферы. Залетела высоко-высоко, туда, где даже дышать было больно и чешуя покрылась инеем… А после, складывая крылья, камнем ушла вниз.

Леч-у-у-у!

Кажется, падая, пронеслась мимо чего-то белого и злого. Алишин? Вероятно.

Улинри я вроде как не уронила, ибо честно за этим следила, а со всем остальным древний фейри, думаю, справился. В конце концов, я обещала только, что он на мне полетит. А вот комфортного путешествия дивному никто не гарантировал!

Но, увы, все хорошее рано или поздно заканчивается. Вот и горы стали более пологими. Впереди замаячили долины и холмы, а стало быть, мы почти прилетели. Я, как приличная девочка, вернулась в хвост все еще идеально ровного треугольника хейларов и чинно полетела в общем темпе. Спустя несколько минут белый хейлар стал снижаться. Местом посадки выбрали большое поле с уже снятым урожаем, где хватило места для всех.

Я размяла лапки, крылышки, выгнулась и легла на животик, предлагая седоку покинуть свой эксклюзивный транспорт.

Улинри с меня буквально сполз. Если учитывать, как легко и непринужденно он забирался, – было приятно.

– Ну ты и… – покачиваясь, выдал некромант.

Я перекинулась в человека, завязала в хвост растрепавшиеся волосы и невинно спросила:

– Что?

– Ирьяна, мы же хотели долететь и немного развеяться без приключений! А не придумать тридцать три способа убиться в полете!

– Убиться? – хлопнула ресницами я. – Ты что! Все было под контролем!

– Ладно, тридцать три способа угробить седока!

Я не преминула припомнить фейри, что он у нас цепкий и вообще якобы трудноубиваемый, на что мне возразили, что это, конечно, так, но предпринятые попытки вселяют уважение.

Пока мы общались, хейлары успели и перекинуться: не дай бог по пути встретятся какие-нибудь заплутавшие охотники и перепугаются. Они подошли к нам дружным трио, и Алишин, как всегда, сказал за всех:

– Идем к главному дому. Ищем управляющего, он получил распоряжения Ринвейла и должен все подготовить. Потом открываем портал в Анли-Гиссар.

Неладное я почуяла издалека. Было очень… тихо. Слишком тихо для середины дня и деревенского поместья. Под лопаткой противно засосало, а когда при входе в мощенный булыжниками двор мой чуткий нос уловил запах гари и еще один, металлический, терпкий… стало жутко.

Алишин остановился и поднял ладонь. Мы тоже замерли.

– Я чую смерть, – тихо сказал Улинри, глубоко вдохнув. – Много. Животные… и люди. Это случилось совсем недавно.

– Улинри, заберите отсюда льету Ирьяну, – отрывисто скомандовал Алишин. – Лучше сразу в город.

– Почему это? – возмутилась я и скинула руку фейри, легшую мне на плечо.

– Тут опасно, – озвучил очевидное дивный.

– Если вы помните, Арвиль планировал отправить меня ловить ваших бешеных собратьев! Так что даже если там худшее в данной ситуации, а именно – рядовые во главе с Шериданом, я готова.

Алишин мои здравые доводы проигнорировал.

– Нет, льета. Иная ситуация.

– Она в чем-то права, хвостатый, – неожиданно заступился за меня некромант. – Плюс нам нельзя разделяться, а ты отсылаешь хорошую боевую единицу в моем лице.

На невозмутимом лице блондина нельзя было прочитать эмоции, но, чуть помедлив, он ответил:

– Хорошо. За мной. Господин Морфейр, на вас – охрана Ирьяны.

– Принято, – серьезно кивнул слуа. Глаза его потемнели. Чернота медленно затапливала белки, расходясь дальше по лицу сетью черных капилляров, проступивших под болезненно-белой кожей. Ничего человеческого в облике. Даже черты лица стали острыми и хищными.

Меня отправили за спину слуа, и мы крадучись двинулись к дому. Неслышным ветром туда метнулся один из рядовых. Почти сразу вернувшись, доложил:

– В холле два трупа. Растерзаны. В доме тишина.

– А вот на заднем дворе какой-то шум, – сказала я, прислушиваясь к невнятным звукам.

– Знаю, – отрывисто кивнул десятник и махнул рукой: – За мной.

Дальше мы пошли спокойно и не скрываясь, логично полагая, что мы мало того что хозяева на своей земле, так еще и навалять практически кому угодно можем. Ну а что? Команда из трех хейларов, слуа и огненной драконицы! Круче нас точно только яйца, и то не факт. Не знаю как хейлары, а я выходила на задний двор в мысленном ореоле собственной замечательности.

– Ирьяна, зря вы предполагали худшее, – вздохнул слуа, когда мы завернули за дом.

На заднем дворе, на залитых кровью камнях сражались высокий светловолосый воин и массивный хейлар. На человеке не было даже колета – только широкие штаны. Мы успели как раз к развязке. Как бы ни был хорош боец, стоящий ко мне спиной, – хейлар был лучше хотя бы потому, что находился в боевой ипостаси. Удар хвоста сбил с ног израненного человека, и тот затих на камнях.

В стороне разлеглись зверушки поменьше, с удовольствием дожевывая одну из МОИХ коров. И виднелся высокий, печально знакомый хвостатый десятник с волосами цвета черненого серебра.

– Ш-ш-шеридан, – зло рыкнул Алин. Перекинувшись за долю секунды, он рванул к былому соратнику. Разумеется, отнюдь не заключать в объятия после долгой разлуки.

Остальные рядовые решили заняться зверушками.

Нас заметили. Шеридан – первым. От удара лапой он ласточкой отлетел на несколько метров и, проехавшись по земле, встал уже чешуйчатой зверюгой. Мимолетно сравнив его и Алишина, я поняла, что наш хвостатый мельче размером, и немного приуныла.

Десятники сцепились. Рядовые раскатывали по дворику свое бледное подобие и былых подчиненных. Собственно, при деле были все, кроме меня и одного вражеского рядового. Что я и решила исправить.

– Цыпа-цыпа? – ласково позвала хейлара, вглядываясь в багровые глаза. Эх-х-х… ни следа голубизны – признака чистого разума. Целиком и полностью под контролем.

– Он-то цыпа? – хмыкнул фейри. – Что ты задумала, Ирьяна?

– Хочу попробовать до него достучаться.

Не отвлекаясь более на дивного, я выдохнула и провалилась на другой уровень восприятия. Тут все было иначе. Контуры предметов и домов – смутны и размазаны, тонут в сумраке, а вот живые существа яркими фигурами выделяются на туманном фоне… Кроме одного. Слуа казался сгустком тьмы, который без проблем мимикрировал под окружающее сумрачное пространство.

Правда, меня сейчас интересовал не он, а хейлары и их подобия. Звери воспринимались как тусклые куклы, без яркого огня в головах, а вот десятники и рядовые – совсем другое дело. Только наши были окрашены в голубые и серебряные тона, а у вражеских поверх этого сияния разума накладывалась безобразная багровая паутина. Свиваясь в толстые нити, она уходила вверх и… к Шеридану. Который не был опутан никакой гадостью. Стало быть, действовал самостоятельно и по своей воле. Сам контролировал рядового.

Первое, что я сделала, – отсекла канал, связывающий рядового с десятником. Сразу заметила, как Шеридан отвлекся от схватки с Алишином и повернулся ко мне. Белый десятник снова напал, но серебристый лишь отмахнулся, пропахав когтями кровавые полосы на боку Алина, и быстрее звука рванул ко мне. Ближе, еще ближе… Внезапно на его пути встала черная как ночь завеса… Некромант. Сила слуа клубилась вокруг, послушная его воле.

А я не отвлекалась. Я медленно и осторожно снимала багровую паутину. Рядовой бестолково метался по двору, выл и, кажется, не понимал, что происходит. Когда все закончилось, я зашаталась и ухватилась за стену. Подняв голову, увидела, как Шеридан прыгает на слуа, перекатывается с ним по булыжнику дворика и, грызанув на прощание, устремляется в небо.

Рассеянным взглядом я осмотрела дворик, залитый кровью и заваленный телами разной степени живости, мертвости и даже видовой принадлежности. Потом вытерла пот со лба и пробормотала:

– Ну ничего ж себе – слетали за хлебушком…

Хлебушка нет, в поместье раздрай, коров моих сожрали эти гады, а у нас в плюсе один ренегат и непонятное блондинистое тело! Кстати, про оное…

– Это кто? – я ткнула пальцем в лежащего воина. – Я такого здоровяка в своем поместье не помню.

– Может, гость? – спросил Улинри, перестав наконец-то напоминать жуткий сгусток тьмы с провалами глаз.

Подошел Алишин, с болезненной гримасой потирая бок. Я шагнула к нему, обеспокоенно глядя в серые глаза: