Лисьи маски

— Я знаю о вашей клятве и ее нюансах, — перебил меня Кир, выглядевший уже более спокойным.

Кажется, мои путаные объяснения показались ему логичными. Вот и прекрасно.

— Но разве то, что ты собираешься сдать мне Лису, подходит под эти пункты?

А вот это совершенно неожиданный вывод. С чего он взял, что я собираюсь кого-то сдавать?!

— Сдавать? Конечно, не подходит, — качнула я головой. — Но я могу через нашу мэтрессу попросить Лису встретиться с вами. Разумеется, это будет тогда, когда она сама захочет, и так, как ей будет удобно. Но… если у вас есть к ней вопросы — вы сможете их задать.

— Хм… — Кир нахмурился и потер небритый подбородок. — У меня и правда есть к ней несколько вопросов, но я предпочел бы, чтобы наш разговор проходил на моих, — выделил слово, — условиях.

Ага, сейчас. Так я с тобой и поговорила на твоих условиях. Учитывая, что в предыдущую нашу встречу ты искренне грозился меня прибить… Я бы вообще предпочла с тобой больше не пересекаться.

Но вслух, разумеется, сказала совершенно другое.

— Это уже не в моих силах, — печально развела руками. — Все, что я могу…

Кир молчал. Пялился в стенку за моей спиной и словно забыл о моем существовании.

Неужели не согласится? Демонское племя… Это все усложнит. Придется и правда сидеть в этом подвале… Даже не знаю сколько. Неделю? Ох, еще нужно будет как-то на разведку выбираться. Я мэтрессе Лоране сказала, что вернусь в Райндэн в течение недели, и, как назло, в связующем зеркале магическая энергия закончилась. А я не артефактор, зарядить не могу…

— Говори свою клятву.

Я встрепенулась и непонимающе посмотрела на внезапно заговорившего Волка.

— Вы… согласны? — недоверчиво спросила я.

— Почему бы и нет? — пожал он плечами. — С этой… талантливой девушкой я не против поболтать. Хотя бы так.

Хм… Мне кажется, что Кир совсем не «талантливая девушка» хотел сказать. А что-то более емкое, но менее цензурное. Зато, может, теперь он меня запомнит!

— Ну так что? — вскинул темную бровь он. — Говоришь?

— Да-да, — кивнула я и торопливо забормотала слова клятвы, тщательно отслеживая, чтобы не наобещать лишнего.

Волк, кажется, и правда многое знал о наших клятвах, потому что внимательно прислушивался и время от времени кивал.

Наконец я замолчала, а с моих пальцев сорвалась бледно-зеленая искра и, прыгнув на подставленную ладонь Кира, растворилась там без следа.

— Принято, — удовлетворенно кивнул он и заложил ногу на ногу. — А теперь ждем.

— Хорошо… — прошептала я.

Кир ушел в свои мысли, а я беззастенчиво пялилась на него и… вспоминала, с чего это все вообще началось. То, что сломало нас обоих. Что определило наше будущее и сделало возможной встречу именно в таком виде.

Запах гари забивает нос, глаза слезятся, а в груди давит. Но кашлять нельзя, плакать тоже. Можно лишь сидеть в укромном уголке за старой пыльной портьерой и молиться, чтобы сюда не заглянули.

По каминному залу ходят чужие люди, моя семья мертва. Старшие братья погибли, прикрывая мой побег, но даже здесь я не смогла сделать все как надо. Никчемная… В пятнадцать пора бы уметь изменяться, но я была тем, кем выглядела, — ребенком. Пора полового созревания не спешила приходить в мою жизнь и даровать ту самую способность, из-за которой род Линдерлин приговорили к уничтожению.

— Всех убили? — хриплый голос заставил вздрогнуть и закрыть рот руками.

— Генри считает, — спокойно отвечает второй.

Некоторое время они молча переговариваются, а затем я слышу топот и запыхавшееся:

— Девчонка сбежала!

Страх сковывает все тело, заставляя замереть, словно статуя.

— Уверен?

— Да, они же после смерти принимают настоящий облик. Ее нет.

— Вот демоново отродье… Где теперь ее искать?! Их милость с нас голову снимет, если хоть один Линдерлин выживет!

Молчание. Только недовольное сопение выдает, что в зале еще кто-то есть.

— Зови монаха, — вдруг тяжело роняет кто-то.

— Эм… ты уверен? Монастырь Лортан согласился помочь только в случае, если их человек не будет принимать непосредственного участия в расправе.

— Я не требую, чтобы он убил эту девчонку! Пусть найдет, и все!

Мне приходится зажимать рот ладонью сильнее, да еще язык прикусить почти до крови. Потому что крик просится. Полный ужаса и отчаяния.

Про монахов отец говорил, что они сильные и умные. И всегда находят выход. Он предупреждал нас с братьями, что от монахов стоит держаться подальше. Вычислить одного из Линдерлин сложно, мы не оставляем магических следов, на нас нет меток. Ничего, что бы подсказало — мы не такие, как все. Но монахи… знают и умеют больше других.

И раз чужаки с уверенностью говорят, что монах меня найдет… Значит, так и есть.

Но проходит время, а никто не появляется, чтобы вытащить меня за шкирку из моего ненадежного убежища.

За окном уже стемнело, ноги затекли, а в зале… тихо. Я рискнула, выглянула и, к своей радости, обнаружила, что путь свободен. Вот только идти через весь особняк — самоубийство. Я нервно провела ладонью по коротко-коротко остриженным волосам.

Хорошо, что окно не забито…

Первый этаж, спрыгнуть, а дальше через сад, потайными тропами, в лес. И пусть ищут!

Но, конечно же, судьба не могла быть так милостива. Два шага на улице — и я замираю, скованная магией. И со страхом смотрю на высокого мужчину в дорожной одежде, но с белой повязкой на рукаве, на которой выделяется характерный знак молнии, ударившей в дерево. Монах. Он смотрит на меня холодно, изучающе. Из-за его плеча светит любопытными желтыми глазами молодой парень лет двадцати с копейками.

— А вот это, Кир, и есть младшая Линдерлин, — спокойно произносит мужчина, и я понимаю, что это мой приговор…

Глава 2

Через некоторое время меня начало клонить в сон. Бешеная скачка по лесам, короткий сон вполглаза и общая усталость давали о себе знать. Только благодаря выработанной годами полезной привычке я еще не отрубилась. И в который раз пообещала, что устрою себе каникулы в монастыре. Отдых был просто необходим!

Мое состояние не укрылось от Волка.

— Ляг поспи, — обронил он, смерив меня неодобрительным взглядом. — Я разбужу, когда придет пора.

— Я не буду спать, — качнула головой и упрямо поджала губы.

— Дурочка, — закатил глаза он. — Мы теперь связаны клятвой, я не уйду без тебя. Ложись. А то нам предстоит двигаться до самого рассвета, и на сон времени не будет.

— Я потерплю.

— Спать! — рявкнул раздраженный Волк. — Еще свалишься с лошади, оно мне надо?!

Аргументов у меня больше не осталось, потому я безропотно перебралась на кровать и очень быстро уснула. Даже удивительно, учитывая, что Волка я все же должна опасаться… Неужели я до сих пор ему настолько доверяю? Плохо, очень плохо… Может вылезти боком.

Конечно, мой сон нельзя было назвать очень крепким. Наемничья привычка быть всегда настороже сейчас тоже отлично работала, так что я бы вскочила в мгновение ока, случись что-то непредвиденное.

Ну, я и вскочила. Как только услышала: над нашей головой кто-то ходит. Звук в подвал доносился глухой и далекий, но сомнений быть не могло. Там и правда кто-то есть.

Волк, увидев, что я не сплю, приложил палец к губам и качнул головой. Ага, можно перевести как «молчи и не двигайся».

Я послушно замерла.

Некоторое время ничего не происходило. Наверху продолжали ходить, мы — молчать и настороженно прислушиваться. Затем послышался стук. Он то затихал, то повторялся. И в какой-то момент я осознала — похоже на условный знак.

— Это за нами, — немедленно поднялся Кир. — Сиди, я проверю.

— Хорошо, — промямлила я, нервно сжав кулаки на коленях.

Он поднялся по ступенькам, открыл люк и замер. Я услышала приглушенные голоса, а через минуту Волк вернулся и приказал:

— Монахи ушли, но не факт, что не вернутся. Так что мы должны убраться побыстрее. Только так, — предупредил он, — меня слушаться беспрекословно, договорились?

— Да, да, конечно, — закивала я.

Все что угодно, дорогой мой, если поможешь выбраться из этого городка. Чую, после подобного приключалова ноги моей здесь больше не будет!

Мне собираться особо не нужно было — пригладила волосы, поправила одежду и сумку — на этом все. Кир тоже времени зря не терял — подхватил стоящий в углу рюкзак и приладил на спину ножны с коротким мечом.

У входной двери нас, переминаясь с ноги на ногу, ждал молодой мужчина, может, чуть старше самого Кира.

— Волк, только учти, лошадь одна, — сказал он, когда мы подошли. — Ты не предупреждал, что будешь с кем-то еще.

— Так получилось, — коротко отозвался тот. — Не беспокойся, поместимся на одной. Тем более попутчиками мы будем недолго.

— М-да? — Мужчина скептически оглядел скромно молчавшую меня и пожал плечами. — Дело твое… А с домом как поступишь?

— Ты сможешь его продать?

— Думаю, да… А что, идея иметь свой угол больше тебя не прельщает? — в голосе скользнула неприкрытая насмешка.

— Да вот не мое оказалось, — тихо хохотнул Волк. — В общем, поручаю это тебе. Процентов двадцать забирай себе, остальное передай через Отари.

— Понял, понял, не нужно подробностей, — хмыкнул мужчина и махнул рукой на выход. — Пойдемте, лучше не терять времени на бесполезные разговоры.

Улица по-прежнему была темной, но окна в домах все так же светились, хотя время позднее.

— Смотрю, монахи знатно народ взбудоражили, — заметил Волк, осматриваясь.

— В каждый дом зашли, — подтвердил его знакомый. — Но ничего, скоро жители угомонятся…

— В каждый дом? — недоверчиво переспросил Кир. — И в мой тоже? Почему я не слышал?

— О, а тебе, мой друг, очень повезло, что сканирующий взгляд целителя не видит сквозь землю. Среди пришлых монахов есть один такой… талант. Сила — ух! Постоял напротив твоего дома, на деревянные стенки посмотрел, сказал: «Живых нет», и все.

Я судорожно сглотнула, осознавая, какой опасности избежала.

Богиня всемилостивая, спасибо тебе, что ты меня именно в дом Кира привела! Вернусь в монастырь, молебен отстою, честное слово! Сто лет такого не делала, но тут… не пожалею времени, клянусь!

— Как же хорошо, что мы с ним не встретились, — усмехнулся Волк, и у меня возникло отчетливое ощущение, что он этого монаха знает. — Пойдемте.

Я даже не удивилась, когда друг Кира повел нас прямо к тому самому двухэтажному дому у стены, который я отвергла в качестве убежища.

Мужчина отпер дверь своим ключом, а затем, когда мы с Волком оказались внутри, тщательно запер. Провел нас по длинному коридору в самый конец и там, повозившись, распахнул люк:

— Идите первые, я сразу за вами.

Кир кивнул и зажег «светляк»:

— Сначала я.

Этот спуск закончился не подвалом, а другим коридором, довольно широким. Да уж, что может быть логичнее, чем тайный ход в таком удобно расположенном доме.

Шли молча и довольно долго. Может, полчаса. Может, час. Точнее не скажу. Потом коридор приобрел заметный уклон вверх, постепенно подходя к поверхности.

Вышли в лесу. С трудом, но пробрались сквозь густой кустарник, растущий вокруг тайного хода. Нарочно его, что ли, посадили?.. Запросто.

И только теперь я сумела вдохнуть полной грудью и порадоваться.

Выбралась! Я все-таки оттуда выбралась! Как же хорошо…

Друг Волка отошел ненадолго, а вернулся, ведя за поводья лошадь.

— Вот, — он передал ее Киру. — Как выбраться отсюда на тракт, помнишь?

— Разумеется, — кивнул тот.

— В таком случае счастливой дороги вам. Будь осторожнее.

Мужчины пожали руки, и друг Волка направился обратно к тайному проходу в город.

— Взбирайся на лошадь, — похлопал по седлу Волк. — Ехать будет немного неудобно, но все равно лучше, чем пешком.