Убийственная страсть

– Это она? – спросил Уваров, показывая мужчине фотографию Лилии Вадимовны Арефьевой.

– Похоже, – пожал тот плечами.

– Встречались вы с Анжеликой по вечерам?

– В основном да. Но и днём встречались.

– Анатолий Кириллович, вас не смущало то, что дама, мягко говоря, старше вас?

– Нет, не смущало, – ответил Сазонов, – мне нравятся женщины постарше.

– Прекрасно! Но на сто процентов вы не уверены, что это она?

– Нет, не уверен. Анжелика любила наносить на лицо много косметики. И волосы у неё другого цвета.

– Другого?

– Да, она платиновая блондинка.

– Вы знаете, что квартира, где вы встречались, съёмная?

– Догадывался.

– Адреса, где она проживала постоянно, вы, конечно, не знаете, – проговорил скорее утвердительно, чем вопросительно, оперативник.

– Да, ни о какой другой квартире она мне не говорила.

– А телефон её у вас есть?

– Пока ещё не стёрся из памяти, – хмыкнул мужчина, дожевав свой бутерброд, и продиктовал номер. Это был тот самый номер, оформленный на имя Марии Ивановны Переверзьевой, который уже имелся у полиции и не отвечал на звонки.

– Что ж, разрешите откланяться, – проговорил Уваров, – благодарю за помощь.

– Чем мог, тем помог, – ответил с полным ртом хозяин квартиры.

Глава 8

Следствию было на данный момент ясно, что знакомилась таинственная и пока неуловимая Анжелика почти со всеми своими любовниками на сайте знакомств. Вот только легче от этого не стало, потому что фотография Анжелики, размещённая на сайте, явно принадлежала не пенсионерке Лилии Вадимовне Арефьевой. Это подтвердила экспертиза. И было непонятно, почему часть свидетелей находила сходство между ними. Именно над этим ломал теперь голову следователь Кочубеев. В кабинете также присутствовал лейтенант Горшков. Он тоже с интересом разглядывал фотографию, крутя её в руках и так и сяк.

– Что, Саша, – спросил полковник, – понравилась тебе барышня?

– Никак нет, Николай Егорович, – ответил тот.

– А я уж подумал, что ты влюбился в неё с первого взгляда.

– Шутите, товарищ полковник?

– Шучу. При нашей работе без шуток никак нельзя, сам знаешь.

– Знаю, – согласился лейтенант.

– И всё-таки чего ты к ней так крепко приклеился?

– Понимаете, товарищ полковник, она мне кого-то напоминает.

– Кого же? – с явным интересом спросил Кочубеев.

– В том-то и дело, что никак не могу вспомнить, – сокрушённо вздохнул лейтенант.

– Вспоминай, Саша, вспоминай.

– Стараюсь, товарищ полковник.

– Ты на сайте знакомств не зарегистрирован? – подозрительно спросил Кочубеев.

– Никак нет. Вы же знаете, что у меня девушка есть.

– Одно другому не помеха, – сыронизировал начальник.

– Вы мою Дашку не знаете, – вздохнул Горшков, – она девушка горячая. Если что, и пришибить может.

– Тогда ты правильно делаешь, что бережёшься, нам ещё одно убийство ни к чему, – похвалил подчинённого Кочубеев.

– Всё шутите, Николай Егорович.

– Шучу. Саш! Ты не знаешь, наши умники узнали, кем эта мадам работает? – Кочубеев постучал пальцем по краю фотографии Арефьевой.

– Узнали, – ответил лейтенант. – Двадцать пять лет Лилия Вадимовна проработала гримёром в театре.

– Ого, – вскричал полковник, – теперь всё становится на свои места!

– Что всё? – не понял Горшков.

– А то, что Арефьева, выложив на сайте фотографию известной ей женщины, начала гримироваться под неё.

– Зачем? – не понял лейтенант.

– Видимо, по какой-то причине не хотела, чтобы была установлена её подлинная личность.

– Так, может, это она мужика того… – лейтенант выразительно чиркнул себя по горлу ладонью.

– Может, – усмехнулся Кочубеев, – только ты, Саша, на себе не показывай.

– Это я так, для наглядности, – смущённо оправдался Горшков.

– Плохо, что нашим экспертам до сих пор не удалось установить личность женщины с фотографии.

– Так если её нет в картотеке, – начал Горшков.

– Поэтому иди и вспоминай. Может, на тебя вся надежда, – несколько преувеличил полковник, чтобы придать лейтенанту веса в собственных глазах.

Приободренный лейтенант покинул кабинет начальника с высоко поднятой головой, переполненный чувством собственной значимости. Весь день он ходил, полностью погружённый в себя, и пытался отыскать в своём подсознании необходимый ему кусочек воспоминаний. Но тот, видимо, был запрятан слишком глубоко и никак не хотел всплывать на поверхность.

– Ты чего, Горшков? – спросил изумлённый капитан Турусов, когда лейтенант в третий раз налетел на него в коридоре.

– Простите, товарищ капитан, задумался.

– Ты давай завязывай с этим, – сказал Турусов, – а то лоб расшибёшь не об меня, так об стену.

– Мне товарищ полковник приказал, – ответил в своё оправдание лейтенант.

– Чего он тебе приказал?

– Думать и вспоминать.

– Очень даже похоже на Кочубеева, – хмыкнул Турусов и посоветовал лейтенанту: – Но ты, Горшков, всё-таки поосторожнее, соблюдай, так сказать, технику безопасности.

– Я постараюсь, товарищ капитан, – пробубнил вслед удаляющемуся капитану лейтенант.

Горшков по инерции добрался домой после работы, войдя в квартиру, машинально обронил:

– Привет, бабуля!

Покончив с ужином, он продолжал тыкать вилкой в пустую тарелку.

– Сашенька, – воскликнула бабушка, – ты не заболел?

– Нет, бабуля, я здоров, – отмёл он с ходу опасения бабушки.

– Может, ты с Дашей поругался?

– Что ты, бабушка! – не на шутку перепугался Александр и на несколько минут вышел из состояния глубокого погружения в себя. Но, выпив уже остывший чай с крендельками, обсыпанными маком, снова затих.

– Сашенька, – начала было бабушка.

– Полина, – не выдержал дед, до этого спокойно читавший мемуары какого-то военного корреспондента, – оставь его в покое – не видишь, что ли, человек горит на работе.

– Так он на ней совсем сгореть может! – не унималась бабушка.

– Тише, Полина, тише, – успокаивающим голосом проговорил дед.

На какое-то время голос мужа успокоил женщину, но когда ночью она неожиданно столкнулась с внуком в коридоре, у неё вырвалось испуганно:

– Сашенька, что ты бродишь, как тень загробная?

– Загробная?! – почему-то радостно повторил внук и сказал: – Бабушка, ты гений! – после чего, чмокнув бабушку в щёку, удалился в свою комнату.

– Матушка заступница, спаси и сохрани, – бабушка перекрестила спину внука.

Горшков, который до столкновения с бабушкой в коридоре проворочался в постели с боку на бок большую часть ночи, теперь заснул безмятежным сном младенца. Утром он был в отличном настроении, и у бабушки отлегло от сердца. Вчерашнее поведение внука она списала на переутомление.

Дед же, когда они на минутку остались с внуком одни, заговорщицки подмигнул Александру и спросил:

– Ну что, Саша, решил свою логическую задачку?

– Решил, – кивнул тот, – только она не совсем логическая.

– Шут с ней, какая, – усмехнулся дед, – главное, что ты с ней справился.

Внук кивнул, а дед подумал с гордостью: «Вот что значит наша порода».

И тут внук выдал:

– Мне бабушка помогла!

– Бабушка? – У деда отвисла челюсть. Но он быстро справился с собой и спросил: – И как же она тебе помогла?

– Спросила меня, чего ты ходишь, как тень загробная.

– А… – протянул ничего не понимающий дед.

– Это был ключ от задачи, – пояснил внук. – И бабушка его мне дала.

– Наша бабушка ещё и не такое может, – с доброй улыбкой проговорил успокоенный его ответом дед. И внук согласно кивнул.

Явившись на работу с утра пораньше, лейтенант Горшков еле дождался прихода начальника. После чего он сразу поспешил к двери его кабинета, постучал пару раз, и не успел Кочубеев ещё ответить, как лейтенант ворвался к нему с криком:

– Я вспомнил, Николай Егорович! Вспомнил!

– Что ты вспомнил? – оторопел от неожиданности полковник.

– Как вы и велели! Кого мне напоминает женщина с сайта знакомств!

– Ты хочешь сказать, её фотография? – не торопясь, уточнил полковник.

– Да!

– И кого же она тебе напоминает?

– Офелию! – выпалил лейтенант.

– Что?! – зарычал полковник.

– Подождите, товарищ полковник! Дайте я доскажу!

– Досказывай, – вздохнул уже взявший себя в руки Кочубеев.