Помоги проекту - поделись книгой:
Снова огляделся. Лишняя осторожность не помешает.
Вроде никто сюда не смотрит. Все слишком заняты.
Местному «народу» и их хозяевам не до меня: первые хотят получить деньги за свою работу и быстро свалить, а вторые — прихватизировать их у первых безвозмездно, пока те не успели заныкать.
Со стороны же остальной колонны задний борт КамАЗа не должен быть виден.
Быстро метнувшись к заднему борту, закинул все в кузов.
Сам забрался.
Теперь бы разместится быстренько где‑нибудь тут без грохота и лишнего шума.
Подсветив светодиодным фонариком себе под ноги, двинул с вещичками вглубь кузова, стараясь не навернуться и найти место, где можно затихориться до отъезда.
Ничего себе — металлолома не так уж много накидали.
А я ведь мог и опоздать.
Хорошо что поспешил. Зато сейчас спешить не надо, а то будет большой грохот.
Под ногами попадался, то уголок, то швеллер или арматура, трубы, рельсы и другой металлолом. Расположили его от середины к левому борту кузова, отгородив железными листами здоровые ящики со станками и лари какие‑то, находящиеся в правой части кузова и вдоль кабины КамАЗа.
Надо миновать это железное поле и спрятаться за железными листами, чтобы при резком торможении не оказался как бабочка в «гербарии». А «булавочек» здесь нагружено по колено. Но мы‑то трезвые, и море‑то железное…
Так! Может облюбовать себе вот этот верстачок прижатый к борту, и до половины засыпанный металлоломом. Неплохой такой диванчик получится.
Нет, здесь не спрятаться. Это место хорошо видно со стороны заднего борта.
Двигаем дальше, ближе к кабине. Будем искать другое место посадки.
Пока я тут как партизан прятался, «хипеж» на свалке затих.
Прислушался — чьи‑то шаги приближаются к КамАЗу, причем к заднему борту.
Неужели заметили меня?
Видно как слегка приоткрывается задний полог.
Что там происходит‑то?
У меня сердце чуть не выскочило изо рта. Только затихающий адреналиновый шторм опять захлестнул новой волной.
Полог закрылся и началось непонятное шуршание.
Во! Дошло до меня — он закрывает задний полог.
Фу–ух!!! Пронесло!
А как я потом отсюда выберусь?
Ладно. Надо сначала отсюда свалить, а там как‑нибудь разрулим.
Услышал шаги вдоль левого борта. А затем скрип.
О, это водила открыл дверь и залазит в кабину.
Захлопнулась дверь.
Водитель добавил газу.
Ну, все! Тронулись в путь!
Скатертью нам дорога!!!
3. И швец, и жнец, и на… нервах чьих‑то дудец…
КамАЗ стал набирать скорость. Трясти стало меньше. Значит, вышли на шоссе. Отъедем подальше, и надо будет получше устроится. А пока проверим, хорошо ли меня здесь закрыли, и можно ли выбраться отсюда в случае чего, заодно разведаем — как там за бортом. Подошел к заднему борту, попытался поднять полог.
Фиг–вам — индейская хата такая! [4]
Зато сквозь небольшую щель увидел, лишь улетающую в даль дорогу. КамАЗ замыкал автоколонну. Так, понятно — в принципе, свалить отсюда не трудно
Теперь надо повнимательней осмотреть свои временные апартаменты на сутки путешествия. Светя фонариком, аккуратно пошел к кабине.
Вот то, что надо! За здоровым ящиком, прижимающим к переднему борту лари из10 мм фанеры, поставленные друг на друга. Все капитально закреплено. Вот где себе лежанку устроить. Только проверю надежность крепления. Вроде нормально.
Тогда переезжаем. Взял и перенес туда свои шмотки, компактно сложил. Пускай все будет под рукой.
Так теперь надо провести инвентаризацию наличия — отсутствия, что взял с собой — а что осталось на прежнем месте моего пребывания, т. е. что я мог забыть впопыхах, что — где есть — и как обойтись без того чего нет.
Я по природе своей хомяк: все в дом- все в дом. А так как дом в последнее время там где я сам, то я как та черепаха — все свое ношу с собой, а точнее — за спиной, в самопальном рюкзаке типа ранец. Смастерил его из кусков, по всей видимости, военной палатки, лямки от велорюкзака и спинки от туристического рюкзака. И велорюкзак, и туристический достались лишь фрагментально. Куски от них пошли на карманы и верх клапана–кармана рюкзака, чтоб дождик мимо лил. А также все стяжки обвязки и подвески перешли по наследству. Получилось чудо с карманами литров на шестьдесят–семьдесят.
Снаружи к рюкзаку приторочил свое единственное стреляющее оружие — арбалет.
Достался он мне в крайне тяжелом положении: слегка покоценный рычаг взвода, Отсутствовали плечи арбалета. Изрядно ободран пластиковый приклад. Тетивы вообще не было. Но «живой» сам механизм, цел курок спуска. В общем можно отремонтировать, что я и сделал.
Новые плечи арбалета прямо с концевиками сделал из рессоры. Намучился, конечно, все вручную пришлось делать. Тетиву решил сделать из тонкого металлического троса. В этом бесперспективном деле помог один «синяк» — бывший «тросоплет», так сказать. Умение не пропьешь, а желание добавить — самый лучший стимул. Увидев, как я пытался вплести петлю — ухохотался. А когда был послан в далекий безвозвратный пеший эротический поход, предложил мне за малую толику любого спиртосодержащего решить этот вопрос быстро и качественно.
Вот так появилось это «грозное» оружие охотника за голубями.
Проблемой стала подбор нормальных болтов — даже если прямые, то слишком легкие, то тяжелые. А материал для болтов редко можно найти, чтоб достаточно прочные, но легкие. Железо не идет. Трубки алюминиевые или железные. Иногда пластик.
А со стабилизацией в полете вообще беда …
Поэтому охота не была частой.
Промахнулся — прощай стрела. Не всегда удавалось найти. Видимо Василис Прекрасных в округе не наблюдалось. Даже лягушек не наблюдалось. Степь однако. Зато появилось стреляющее оружие для своей защиты. Так сказать — весомый аргумент в некоторых жизненных ситуациях.
С другой сторону к рюкзаку приторочина «крышу дома» своего сделанную из брезента. Отвязываем ее и раскатываем. Сейчас она мне пригодиться.
В клапане–кармане лежит коврик из прямоугольных кусков пенополиэтилена, обшитых материалом из старых зонтов, соединенных вместе. Получилось не слишком большая и, достаточно удобная конструкция. Тоже достаем.
В одном кармане рюкзака лежит простой дождевик и довольно потертая армейская фляга с водой, в другом — аптечка.
Даже вот так: АПТЕЧКА. Без нее на свалке ласты склеишь моментом. В футляре автомобильной аптечки еще времен союза находятся в основном обеззараживающие вещества, такие как йод, перекись водорода, «зеленка», марганцовка, спиртосодержащая жидкость типа «настойка Календулы». А также активированный уголь, куда ж без него, анальгин, стрептоцид, аспирин, цитрамон, клочочек ваты в герметичной пластиковой баночке из‑под какого‑то крема, да пару бинтов. Вот вся скорая помощь.
Развязываем рюкзак, — ну и что тут у нас внутри.
Сверху прикрывает кусок толстого целлофана, так сказать во избежание.
Мягкое, но плотное — поближе к спине лежит — брезентовая стеганка; сине–голубая спецовка–полукомбинезон, с кучей карманов; куртка–спецовка.
Единственная приличная одежда еще из дома: джинсы, рубашка и толстовка.
Почти как новая куртка из нынче не модной толстой кожи.
Небольшой пакет с рыболовными снастями. Видно жена горе–рыбака его амуницию выкинула после очередной «рыбалки». Несколько раз ходил рыбачить с прикормом из объедков. Нормально так получилось.
Что там дальше у меня.
О! Н.З.: неприкосновенный запас, состоящий из нескольких пакетов различной быстролапши, да пачки из шести плиток черного шоколада, зашабашеной на загрузке макулатуры.
Фонарь типа «жучок», собранный из нескольких различных фонарей на базе советского «жучка».
У меня, правда, есть еще один фонарь, так сказать, чудо моей конструкторской мысли — светодиодный, на солнечной батарее. Скрестил пару садовых фонарей, аккумулирующих энергию солнца, с корпусом старого нерабочего фонаря на батарейках. Получилось вот этот чудо фонарь, без батареек. Правда, долго искал рабочие аккумуляторы для него. И как не странно, добыл их из современных фонариков «жучков». Но теперь я всегда со светом. Солнца в N–ске слишком много. Его здесь даже «шариком» кличут. Единственный минус фонаря — хватает аккумуляторов максимум часа на полтора — два. Все‑таки аккумуляторы бэушные. Но сегодня он здорово меня выручил, помог не навернуться внутри кузова и надежно спрятаться здесь, и при этом не создавать специфического шума как это происходит с «жучком».
Чего‑то я увлекся своими поделками.
Что там дальше в рюкзаке?
А дальше лежит моя одежда — футболки, трусы, носки, теплая футболка пролетарского цвета, портянки и… все.
Ближе к наружной стенке, ко дну лежит алюминиевая литровая кастрюлька с кружкой и турка для кипячения воды.
Во! Еще одно чудо моей «реконструкции» — Вилка–ложка.
Это был когда‑то, по всей видимости, туристический набор знаменитой китайской промышленности, превратившийся в набор деталей конструктора «Сделай сам». Вот и сделал сам, выкинув сломанные и ненужные детали. Собрал нужные. Получилась ложка–вилка–переделка.
Вынимаю аккуратно плотный футляр из дерматина, где находиться печка для таблеток сухого спирта, сделанная из пивных банок. Там же — пяток этих таблеток и куча огарков свечи, заменяющие их. А также два десятка разных декоративных свечек- таблеток.
Дальше пошла сумочка набрюшник со всякой нужной мелочью. Тут даже компас есть. Советский!
Бывшая когда‑то косметичка с различными швейными прибамбасами для шитья всего, в том числе кожаных изделий, брезента и т. п. Тут же лежит дратва из автомобильного ремня на генератор.
На самом дне рюкзака компактно расположил свою обувь: туфли типа мокасин еще из дома, кроссовки и слегка битые берцы, засунутые целиком в диэлектрические резиновые сапоги для электриков. Правда они тяжеловаты и не совсем удобны, но порой очень нужны, когда раскрываются хляби небесные и сухая глинистая почва превращается в грязюку по колено.
Не так уж и много вещей набралось. Часть пришлось оставить.
Но ничего, наживем.
Домой бы только добраться.
Переходим к следующему объекту инвентаризации — сумарик для инструментов. Сам сшил его из голенищ кирзачей взамен своей, порванной. После многодневных мук получилась раскладывающаяся сумка, с кучей отделов и карманов. Сделал так сумку, чтобы было легко нужное найти, быстро сложить и удобно носить.
Открываю свои инструментальные сокровища: плотницкий топор, пара стамесок, небольшой гвоздодер, ножовка по дереву, самодельная ножовка по металлу, клещи, пару молотков, рашпиль, деревянный рубанок, маленькая ручная дрель со сверлами, тисочки, слегка покоцанные, пассатижи–плоскогубцы–кусачки, напильники надфили; точильный камень; гаечные ключи и отвертки различные и по мелочи всякое. Большинство инструмента из металла еще советского производства. Что есть «хорошо».
Решая проблему «водоснабжения» в пути забрал всю скважинную воду, которая был запасена в «нычке». А это четыре полторашки, связанные между собой и с 10–литровой пластиковой канистрой.
Для того чтобы вода в канистре не испортилась, опускаю туда микроячейстую пластиковую пакет–сетку из под фирменного чая Tess с различным серебряным ломом.
Помогает!
Сам был одет в толстые брезентовые штаны от спецовки советских времен, с двойными гачами для предохранения от различной ползающей гадости. Брезентовая же куртка от ватной «полярки». Под ней футболка. На ногах сапоги офицерские кожаные. Достались со стоптанными каблуками. Ничего, нашел сапоги с подходящей колодкой, аккуратно срезал каблуки и присобачил к своим. На голове кепи. На поясе — старый офицерский ремень, на котором висит чудо–бинокль в футляре, сшитый из сапожной кожи, тут же и нож, как бы охотничий, китайский. Так как достался мне лишь с куском рукоятки, то рукоятка стала кожаной.
Вот так был вынужден экипироваться на свалке некрупного российского города N.
Пока бегал — проголодался. Сейчас чего‑нибудь соображу поесть. Где‑то тут сумарик с едой был. И в термосе должен еще чай остаться.
Потом еще обустраивать спальное место.
4. Как докатился до жизни такой …
Развалилась страна, которая рекрутировала моих родителей по комсомольской путевке в далекую даль. А затем правопреемница подарила все результаты их тяжелого труда какому‑то «дяде», а их на старости лет и их детей бросила без помощи.
Продают за бесценок квартиры, дома, дачи, гаражи, а то и просто бросают и уезжают в Россию.
В России же их не ждут.
Тут они никому не нужны. Даже не всем удается получить статус вынужденного переселенца, как будто сами решились бежать по своей прихоти, а там их никто не гонит и нет проблем с местным населением.
Не хочет государство некому платить по долгам. Ни внутренним, ни, оказавшимся за пределами, россиянам. Не хочет ссориться и с Баями–соседями.
Люди сами пытаются как‑нибудь устроиться в России. Городские жители в третьем–четвертом поколении уезжают в деревни, где из местных жителей остались лишь не кому не нужные старики, да алкаши со стажем.
Большинство быстро спивается.
И мрут.
А нет людей — нет проблемы. Проблемы вынужденных переселенцев. Быстро и без затрат бюджетных средств, которые можно попилить с вышестоящими начальниками.
Я, сколько возможно долго оттягивал получение казахстанского паспорта, бегая по различным легальным и нелегальным организациям. Все‑таки добив это дело до конца с кучей финансовых и нервных потерь, получив вместо советского паспорта — российский. Тут же во всей красе нарисовалась проблема. До этого с трудом держался на работе, а тут сказали — не хочешь быть казахстанцем, уезжай в свою Россию. И уволили по сокращению.
Не стало никаких возможностей заработать легально. Только грузчиком, подсобником, короче — тяжелый физический низкооплачиваемый труд на благо очередного бая. И это с высшим техническим образованием.
Поделиться книгой: