Помоги проекту - поделись книгой:
Таким образом, для пробуждения любящей доброты, для раскрытия нашей способности испытывать и проявлять любовь могут быть использованы любые отношения, как открытые, так и закрытые.
Формально практика любящей доброты состоит из семи ступеней[8] . Начинаем мы с пробуждения любящей доброты по отношению к себе, затем распространяем её на близких нам людей, друзей, «безразличных» людей, тех, кто нам неприятен, на всех вышеперечисленных вместе, и затем на всех существ вообще. Так постепенно, в своём собственном темпе, мы расширяем сферу влияния любящей доброты.
Традиционное пожелание, которое используется в этой практике, таково: «Пусть все существа (в том числе и я) будут счастливы и познают причину счастья». Я обратила внимание, что у многих людей возникают проблемы со словом счастье; они говорят: «Страдание меня многому научило, а от счастья одни только проблемы». Поэтому они не уверены, действительно ли они желают счастья себе и другим. Причина может быть в нашем слишком ограниченном представлении о счастье.
Чтобы практика оказалась более эффективной, иногда бывает лучше выражать пожелание своими словами. Так, один человек желал себе и всем другим существам полностью реализовать свой внутренний потенциал. Некая женщина высказывала пожелание, чтобы все мы научились говорить, думать и вести себя так, чтобы это служило на общее благо. Желание ещё одного человека заключалось в том, чтобы все существа, включая его самого, поверили в свою изначальную добродетельную природу. Самое главное, чтобы пожелание было как можно более искренним.
В начале этой практики полезно также вспомнить, к кому из людей или животных вы уже испытываете добрые чувства. Это может быть чувство благодарности, уважения, любви, нежности — подойдёт любое истинно сердечное чувство. Можно даже составить список.
Традиционно практику рекомендуется начинать с себя, однако для некоторых это может быть слишком сложно. Важно, чтобы в конце концов вы всё-таки включили в круг любящей доброты и себя, а с кого начинать — не играет такой уж большой роли. Суть практики состоит в том, чтобы обнаружить в себе искренние добрые чувства и затем начать расширять их. Если вы легко открываете сердце любимой собачке или кошке, начните с них, и только потом переходите к более сложным отношениям. Самое главное — по-настоящему соприкоснуться со своим «чутким» местом, а не пытаться фальсифицировать какие-то определённые чувства. Просто найдите в себе эти добрые чувства и заботливо поддерживайте и взращивайте их, даже если они очень хрупки и неустойчивы.
Прежде чем приступать к семишаговой практике любящей доброты, посидите несколько минут спокойно. Затем произнесите пожелание первого шага: «Пусть я (или близкий мне человек) будет счастлив и познает причину счастья», или выразите пожелание своими словами. Может быть, вы захотите сказать:«Пусть мы научимся быть истинно любящими людьми». Или:«Пусть у нас будет достаточно еды и крыша над головой».
Пожелав счастья себе и любимому человеку, переходите к другу или подруге. Эти отношения немного более сложны. Например, вы можете в целом хорошо относиться к другу, но испытывать ревность. Произнесите: «Пусть Джейн будет счастлива и познает причину счастья», и пошлите ей любящую доброту. Каждой стадии уделяйте столько времени, сколько вам необходимо, и не критикуйте себя, когда пожелания кажутся вам неискренними или надуманными.
На четвёртом этапе мы учимся посылать любящую доброту «безразличному» человеку. Это должен быть человек, с которым мы близко не знакомы, но с которым так или иначе сталкиваемся в жизни, и не испытываем к нему никаких определённых чувств. Мы говорим: «Пусть продавец (или водитель автобуса, или женщина, которая живёт внизу, или нищий на улице) будет счастлив и познает причину счастья», и затем без осуждения наблюдаем, открыто наше сердце или закрыто. Так мы практикуем осознанность в любых ситуациях, и когда наши добрые чувства текут свободно, и когда они заблокированы.
Согласно буддийскому учению, все существа когда-то, на протяжении многих жизней, были нашими матерями. В тот или иной период каждый из них жертвовал своим удобством ради нашего благополучия, и наоборот. Хотя слово «мать» в наше время не всегда вызывает положительные ассоциации, суть данной практики состоит в том, чтобы к каждому встречному человеку относиться как к своему возлюбленному. Проявляя внимание и признательность к людям на улицах, в магазинах, в дорожной пробке, в аэропорту, мы взращиваем свою способность любить. Желая счастья другим, мы ослабляем стены безразличия и освобождаем своё любящее сердце.
Пятый шаг практики майтри заключается в работе со сложными отношениями
Сложные отношения наиболее ценны для практики, потому что они показывают границы нашей открытости и непредвзятости. Неприятные люди неизбежно разоблачают нас: благодаря им мы можем со всей ясностью увидеть свои защитные барьеры. Как сказал Шантидева: «Если мы практикуем щедрость, и к нам подходит нищий, это большое счастье. Нищий даёт нам возможность научиться давать». Точно так же, практикуя терпение и безусловную доброту, мы должны радоваться появлению врага. Без подобных людей практика была бы невозможной.
Когда Атиша собирался идти из Индии в Тибет, ему сказали, что в Тибете все люди исключительно жизнерадостные и добрые. Он испугался, что в таком случае его некому будет провоцировать, чтобы он мог замечать свои слабые места. Поэтому он решил взять с собой самого «провоцирующего» в своей жизни человека — бенгальского мальчика-слугу. Этот мальчик так мастерски показывал ему его недостатки, как настоящий гуру. Но оказалось, что необходимости в этом не было — в Тибете он нашёл достаточно неприятных людей.
Шестая стадия практики называется «полное растворение границ». Мы визуализируем одновременно себя, любимого человека, друга, «безразличного» человека и своего «бенгальского мальчика» и посылаем всем любящую доброту. Мы пытаемся пробудить одинаково добрые чувства по отношению к близким людям, врагам и «безразличным» людям, и говорим: «Пусть каждый из нас будет счастлив и познает причину счастья», или выражаем пожелание своими словами.
Седьмая и последняя стадия заключается в распространении любящей доброты на всех. Мы направляем пожелание счастья настолько далеко, насколько можем. Начать можно с ближайшего окружения и затем постепенно расширять круг своего внимания до района, города, страны и, наконец, целой вселенной. «Пусть все существа во вселенной будут счастливы и познают причину счастья» — это равносильно пожеланию мира во всём мире.
Каждая стадия данной практики раскрывает наши сердца всё больше. Не обязательно сразу выполнять все стадии, можно выбрать какую-то одну и практиковать в течение некоторого времени только её. Многие практикующие задерживаются на первой стадии неделю и больше, снова и снова желая счастья себе самому. Можно также упростить практику, сократив число стадий, например, до трёх:«Пусть я буду счастлив, и познаю причину счастья. Пусть ты будешь счастлив, и познаешь причину счастья. Пусть все существа будут счастливы».
В завершении практики мы отбрасываем все слова и желания и просто возвращаемся ко вне-концептуальной простоте сидячей медитации.
Эта практика предназначена для раскрытия нашей способности любить безусловно, без предубеждений и пристрастий. Формируя пожелания счастья, мы как бы смачиваем семена добра, чтобы они могли прорастать. Эта практика позволяет нам увидеть свои ограничения: нечувствительность, неадекватность, скептицизм, обиды, «праведное» негодование, гордыню и всё остальное. Мы начинаем видеть свои страхи, привязанности и антипатии. Пока мы не познаем своих собственных демонов, бесполезно думать о проявлении безусловных добрых чувств по отношению к другим людям. Таким образом, любой наш опыт становится основой для практики любящей доброты.
Сострадание
В других традициях демонов изгоняют, а в нашей — принимают с состраданием.
Культивирование сострадания, так же как и способности любить, ведёт к пробуждению бодхичитты. Однако сострадание более эмоционально заряжено, чем любящая доброта, поскольку подразумевает готовность испытывать боль. Несомненно, на это способен только воин.
Йог девятнадцатого века Патрул Ринпоче предложил для пробуждения сострадания визуализировать мучения живых существ: животное, которое ведут на бойню; человека, готовящегося к казни. А чтобы лучше прочувствовать их мучения, он рекомендовал представлять себя на их месте. Самая тяжёлая и болезненная визуализация, которую он предложил, — это образ матери, лишённой рук, которая наблюдает, как бурлящая река уносит её ребёнка. Глубокое и полное соприкосновение со страданием другого существа так же болезненно, как если бы мы оказались на месте этой женщины. Большинству из нас страшно даже подумать об этом. Практикуя сострадание, мы встречаемся со своим страхом боли. Эта практика требует мужества, потому что мы должны научиться бесстрашно приближаться к тому, что нас пугает. Секрет здесь заключается в том, чтобы, несмотря на страх, отпустить своё сопротивление и не отстраняться от эмоциональной боли.
Думать о существах, терпящих мучения, может быть слишком тяжело, не говоря уже о том, чтобы представлять себя на их месте. Поэтому мы начинаем с более простого — с пожелания, чтобы все существа, включая нас самих и тех, кто нам не нравится, освободились от страданий и от причины страданий.
В этой практике используется та же семишаговая техника. Формируя пожелания, мы учимся смягчать свои сердца, а также лучше осознавать, когда и как мы их ожесточаем. Не оправдывая и не осуждая себя, мы начинаем постепенно открываться боли и страданиям. Это может быть боль, возникающая, когда мы воздвигаем стены между собой и другими или когда открываем сердце своему горю или горю другого существа. Мы учимся на своих успехах и неудачах: для развития сострадания важно использовать весь спектр своего жизненного опыта: свои страдания и сопереживания, свою жестокость и страхи, потому что сострадание подразумевает не отношения между «раненым» и «целителем», а отношения между равными. Мы не сможем принять темную сторону других людей, пока хорошо не узнаем свою. Сострадание возможно только тогда, когда мы осознаём родство и общность со всеми.
Так же, как в практике любящей доброты, мы начинаем с того состояния, в котором находимся в данное время, а затем постепенно расширяем свои возможности. Первым делом следует определить, насколько мы сейчас чувствительны к страданию. Для этого можно составить список тех, кто вызывает в нас истинное сострадание. Кого бы мы в него ни включили — внука, брата, друга, который боится умирать, людей, которых мы видели в новостях или о которых читали в книге — это не так важно, суть в том, чтобы соприкоснуться с истинным состраданием в самом себе.
Практика сострадания начинается с нескольких минут молчаливой сидячей медитации. Затем следуют семь пожеланий. Начинать, как и прежде, следует с себя: «Пусть я освобожусь от страданий и от причины страданий». Чтобы пожелание стало более искренним, можно использовать свои слова, важно, чтобы оно не было слишком сентиментальным или надуманным. Мастер Тик Нат Хан предложил такой вариант: «Пусть со мной не случается ничего плохого. Пусть я освобожусь от гнева, <…> страха и беспокойства. Пусть я избегну безразличия и крайностей влечения и отвращения. Пусть я не стану жертвой самообмана».
На второй стадии переходим к составленному нами списку: «Пусть лабораторные животные не подвергаются страданиям. Пусть мой племянник освободится от героиновой зависимости. Пусть мой дедушка, который живёт в доме для престарелых, не чувствует себя одиноко». Наша задача не в том, чтобы отдаться на волю чувствам, а просто прийти в контакт с истинным состраданием.
На третьей стадии мы визуализируем друга и желаем, чтобы он освободился от страданий. Как и раньше, пожелание можно выразить в традиционной форме или своими словами, например: «Пусть Джек не таит злобу на своего брата. Пусть Мария освободится от мучающей её физической боли». После этого переходим на более высокий уровень, направляя пожелания «безразличным» и неприятным нам людям.
Четвёртая стадия в данной практике представляет особый интерес. Многим практикующим оказывается очень трудно проникнуться состраданием к «безразличным», незнакомым им людям. Неожиданно мы обнаруживаем, сколь ко многим равнодушны, особенно, если живём в большом городе: каждый день проходим мимо и совершенно не замечаем тысячи людей. Именно поэтому я считаю четвертую стадию наиболее важной. Когда, встречая на улице прохожих, мы желаем им освободиться от страданий, они оказываются в поле нашего внимания, и тогда наши границы начинают растворяться. Глядя с состраданием на незнакомых людей, мы постепенно освобождаемся от тюрьмы безразличия и изоляции.
На пятой стадии, обращаясь с сострадательным пожеланием к неприятному человеку, мы начинаем яснее видеть свои предубеждения и антипатии. Нам может казаться совершенно невозможным относиться с состраданием к человеку, который нам неприятен, или которого мы боимся. Нам сложно искренне желать ему избавиться от страданий. В таком случае полезно вспомнить, что когда мы закрываем сердце по отношению к другому человеку, мы в первую очередь причиняем вред себе. Когда мы потворствуем своим привычкам страха, гнева и жалости к себе, они разрастаются ещё больше. Самое лучшее и сострадательное, что мы можем сделать, это перестать их поддерживать. Вместо обычной реакции отстранения и отгораживания, мы можем сделать нечто неожиданное — с состраданием пожелать неприятному человеку освободиться от страданий. Можно представить себе лицо этого человека и произнесите его имя, если это поможет, а затем сказать: «Пусть этот человек, который мне неприятен, освободится от страданий и от причины страданий». Вы заметите, как ваш страх начнёт таять. Когда мы проявляем такое сострадание, в нас начинает пробуждаться способность слышать плач всего мира.
Задача шестой стадии — одновременно посылать сострадательное пожелание себе, любимому человеку, другу, «безразличному» человеку и врагу. Так мы учимся освобождаться от разделяющих нас мнений и предубеждений. Мы произносим вслух пожелание, чтобы все мы в равной степени освободились от страданий и от причины страданий, и затем распространяем это пожелание всё дальше и дальше, в конце концов желая, чтобы все существа без исключения освободились от страданий и от причины страданий, чтобы все избавились от своих предубеждений.
Практика сострадания помогает глубже понять причину страданий. Мы желаем не только уменьшить внешние их проявления, но также суметь изменить свой образ мышления и поведения, чтобы более не порождать неведения и безумия. Мы стремимся освободиться от своих пристрастий и предубеждений и разрушить миф о том, что мы разделены.
Считается, что изначально все существа предрасположены к пробуждению и сближению друг с другом и что эту естественную склонность можно усиливать и развивать. Именно этим мы и занимаемся, формируя пожелания. Но если эту врождённую склонность не поддерживать, она затухает. Бодхичитта подобна дрожжам: она также никогда не утрачивает своей потенциальной силы. Когда мы её увлажняем и согреваем своим состраданием, она возрастает, но когда мы держим её в морозильной камере, ничего не происходит.
На мой взгляд, эффективнее всего практиковать сострадательные пожелания в самой гуще повседневной жизни, в соприкосновении с парадоксальной, непредсказуемой действительностью. В этом случае мы не только работаем с пожеланиями, но и начинаем действовать, то есть культивируем бодхичитту одновременно на двух уровнях — намерения и деяния. Тогда наша практика больше приближается к реальным страданиям, с которым мы постоянно сталкиваемся в жизни.
Например, стоя в очереди, я замечаю впереди себя подростка, который вызывающе себя ведёт, и желаю: «Пусть он освободится от страдания и от причины страдания». Поднимаясь в лифте с незнакомой женщиной, обращаю внимание на её обувь, руки, выражение лица и размышляю о том, что она, наверное, так же, как и я, хочет избежать неприятностей; так же, как у меня, у неё есть свои тревоги. Наши надежды и страхи, боль и удовольствия объединяют нас. Так я практикую в любых ситуациях: за завтраком, в медитационном зале, в кабинете у зубного врача.
Практикуя непосредственно в жизненных ситуациях, я уже не чувствую себя такой отделённой от других людей. Когда я читаю в газете о том, что кто-то пострадал в аварии, я не перехожу равнодушно к следующей статье, а пытаюсь почувствовать сострадание к этому человеку и его семье, как если бы он был моим лучшим другом. Ещё более сложная задача — отнестись с состраданием к человеку, который жесток по отношению к другим.
Практика четырёх безграничных качеств учит нас не закрываться, видеть свои предубеждения и не поддерживать их, В результате этой практики мы постепенно обретем способность выходить за пределы своего страха боли. И тогда обретаем способность сопереживать страданиям всего мира, дарить любовь и сострадание, радость и спокойствие любому существу без исключения.
Одна моя наставница как-то сказала, что единственный способ навсегда обрести счастье — это выйти из своего кокона. А когда я спросила, как сделать счастливыми других, она ответила; «Точно таким же способом». Вот почему я практикую четыре безграничных качества: лучшая возможность помочь себе — с любовью и заботой относиться к другим. Эта практика — мощный инструмент, разрушающий барьеры, которые поддерживают и укрепляют не только наше собственное страдание, но и страдания всех живых существ.
Тонглен
В радости и горе все равны,
Поэтому заботься обо всех, как о себе самом.
Тонглен, или взаимообмен с другими существами,— это ещё одна практика бодхичитты, служащая для активизации любящей доброты и сострадания. Буквально слово «тонглен» в тибетском языке означает «давать и получать». Этот термин подразумевает готовность принимать в себя боль и страдания всех существ (в том числе и свои) и посылать всем счастье. Практика тонглен входит в учение бодхичитты, которое Атиша принёс в Тибет.
Существует много способов практиковать тонглен, но суть практики всегда одна: сначала мы вдыхаем в себя все болезненное и нежелательное, с искренним желанием, чтобы мы и другие существа освободились от страданий, отбрасывая при этом все словесные объяснения и переживая чистую энергию, полностью открываясь всему, что возникает. И затем, выдыхая, посылаем всем существам освобождение от боли и пожелание счастья.
Если нам удаётся хотя бы недолго находиться в контакте с неприятной энергией, мы постепенно перестаём её бояться. Тогда, видя страдающего человека, мы уже не отстраняемся и можем без страха вдыхать его боль и посылать ему облегчение.
Практика тонглен состоит из четырёх ступеней. Первая ступень — короткий момент тишины или открытости, момент безусловной бодхичитты. Вторая ступень заключается в визуализации и работе с энергиями закрытого и открытого пространства. Третья стадия является основной: мы вдыхаем то, что нежелательно для нас, и выдыхаем чувство облегчения. На четвёртой стадии расширяем круг своего сострадания, включая в него всех, кто испытывает подобные переживания. Третью и четвертую стадии при желании можно объединять, вдыхая и выдыхая одновременно для себя и для других.
Итак, первая ступень тонглен — момент открытости, или безусловной бодхичитты. Хотя эта ступень очень важна, её сложно объяснить. Она имеет отношение к буддийскому понятию шуньяты, что часто переводится как «пустота», «пустотность» или «безграничность». Переживая шуньяту на эмоциональном уровне, мы чувствуем себя настолько большими, что можем вместить всё и не видим нигде никаких препятствий. Когда мы расслабляем ум и перестаём бороться, эмоции просто проходят через нас, не фиксируясь и не разрастаясь.
По существу, переживание пустоты или безграничности равнозначно осознанию живого, динамичного качества фундаментальной жизненной энергии. Когда у нас есть это осознание, мы позволяем энергии появляться, существовать какое-то время и затем уходить. Эта энергия текуча, неудержима, постоянно находится в движении.
И наша практика, прежде всего, заключается в том, чтобы начать замечать, как мы блокируем и замораживаем энергию в теле и уме, и затем научиться расслабляться и открываться этой энергии без каких-либо интерпретаций и суждений.
Первый проблеск пустоты служит нам напоминанием о том, что мы в любой момент можем освободиться от своих фиксированных идей и соединиться с чем-то большим, свободным и неограниченным. Затем, когда на следующей ступени мы вдыхаем энергию закрытого пространства и нежелательных чувств, мы вдыхаем её именно в эту огромную пустоту, бескрайнюю, как ясное голубое небо. А затем посылаем вовне пожелание, чтобы все могли наслаждаться свободой открытого, подвижного ума. Чем больше мы практикуем, тем легче получаем доступ к этому безграничному пространству, пока, в конце концов, не осознаём, что уже пробудились.
Многие из нас не имеют ни малейшего представления об этом проблеске безграничности. Со мной это впервые произошло очень просто и естественно. В зале, где мы медитировали, громко гудел большой вентилятор. Звук был таким монотонным, что через какое-то время я перестала его замечать. Но вдруг внезапно вентилятор выключили, и возник промежуток, открытое пространство тишины. Таким было моё первое знакомство с шуньятой!
Чтобы пережить проблеск пустоты, можно визуализировать бескрайний океан или безоблачное голубое небо — подойдёт любой образ, передающий качество безграничности. В групповой практике часто используется гонг. Звук гонга сам по себе вызывает переживание открытого ума, но это переживание длится только до тех пор, пока не смолкнет гонг. Мы не можем долго удерживать подобный опыт, лишь соприкасаемся с ним и возвращаемся обратно.
На второй ступени тонглен мы вдыхаем качество закрытого пространства — плотное, тяжёлое и горячее. Эту энергию можно визуализировать как угольную пыль или жёлто-коричневый туман. И затем выдыхаем качество открытого пространства — лёгкое, свежее и прохладное. При этом можно визуализировать лунный свет, солнечные блики на воде или радугу.
Вдыхать энергию следует всеми порами тела, а не только через нос и рот, и продолжать до тех пор, пока образ не синхронизируется с дыханием и не станет достаточно ясным. Дыхание может быть несколько глубже, чем обычно, но главное, чтобы вдох и выдох были одинаковой продолжительности.
Часто, однако, либо вдох, либо выдох получается длиннее. Иногда нам не хочется прекращать лёгкость и свежесть выдоха и переходить к плотности, тяжести и жару вдоха, и тогда выдох получается долгим и щедрым, а вдох коротким и скудным. Или, наоборот, нам бывает легко взаимодействовать с замкнутым пространством на вдохе, но на выдохе нечего послать вовне; тогда выдох почти отсутствует, В этом случае полезно напомнить себе, что мы посылаем вовне не то, что принадлежит лично нам, а просто открываем пространство, которое всегда есть, и делимся им.
Третья ступень заключается во взаимообмене с определённым человеком. Мы вдыхаем боль этого человека и посылаем ему облегчение. Начинать рекомендуется с тех людей, которые спонтанно вызывают в нас чувство сострадания, можно, например, выбрать кого-то из списка. Вдыхая, мы представляем, как наше сердце широко открывается, чтобы принять боль, а с выдохом посылаем другому человеку своё мужество и открытость. Мы не привязываемся к этому переживанию, думая: «Наконец-то я почувствовал какое-то облегчение, я хочу сохранить его» — нет, мы делимся им. Итак, на вдохе мы открываемся и принимаем всё нежелательное, а на выдохе всё отпускаем и открываемся ещё больше. Так, вдыхая и выдыхая, мы разрушаем старую привычку отстраняться от боли и цепляться за приятное.
В некоторых хосписах для больных СПИДом пациентов учат практиковать тонглен для других больных СПИДом. Это позволяет им соединиться со всеми людьми, находящимися в таком же положении, как они, и легче справиться с своим чувством стыда, страхом и изоляцией. Работники хосписа тоже практикуют тонглен, создавая атмосферу открытости и принятия, так, чтобы пациенты, опираясь на их мужество и вдохновение, могли освободиться от страха.
Практика тонглен, выполняемая для другого человека, разрушает наши ограниченные личные ориентиры, узость ума, которая как раз и является источником боли и страданий. Освобождаясь от фиксации на самом себе и начиная заботиться о других, мы соединяемся с «чутким местом», с бодхичиттой. Именно для этого и предназначена практика тонглен. Практикуйте каждый раз, когда кто-то страдает — вы сами или кто-то другой— и вскоре уже невозможно будет различить, для кого вы на самом деле практикуете, для себя или для другого человека; это различие постепенно начнёт исчезать.
Например, вы хотите помочь своей больной матери и начинаете практиковать тонглен. Но внезапно поднимаются ваши собственные негативные эмоции — страх, гнев, чувство вины — и мешают искреннему взаимообмену. Тогда вы можете переключить внимание и начать вдыхать свои болезненные чувства, используя личную боль для соединения с другим человеком, который так же, как вы, замкнут и напуган. Открывая своё сердце подавленным эмоциям, вы очищаете общую атмосферу и тем самым помогаете своей матери.
Иногда у нас возникают трудности с тем, что посылать на выдохе. Можно посылать что-то общее, например, открытость и облегчение, или любящую доброту, или что-то конкретное, например, букет цветов. Одна моя знакомая практиковала тонглен для больного шизофренией отца. Со вдохом и с пожеланием того, чтобы отец освободился от страданий, у неё не было никаких проблем. Но на выдохе она оказывалась в замешательстве, потому что не знала, что могло бы ему помочь. В конце концов, она решила посылать отцу чашку крепкого кофе — одно из его любимых лакомств. Что бы вы ни придумали, главное, чтобы это работало.
Хотя наша задача открываться всему, что возникает, важно не требовать от себя слишком много. Стремясь быть открытыми настоящему моменту, нужно понимать, что для нас это пока ещё не всегда возможно. Главное верить, что если мы будем практиковать тонглен в той мере, в какой можем сейчас, наша способность испытывать сострадание будет постепенно возрастать.
Практикуя тонглен для определённого человека, следует всегда завершать практику четвёртой ступенью, распространяя сострадание на всех, кто находится в такой же ситуации. Например, если мы практикуем тонглен для сестры, у которой умер муж, мы можем затем вдыхать страдания всех людей, оплакивающих потерю близких, и посылать им облегчение. Практикуя для ребёнка, с которым плохо обращаются, мы можем вдыхать и выдыхать для всех запуганных и незащищённых детей и даже ещё шире — для всех существ, живущих в страхе. Работая со своей собственной болью, вдыхая и выдыхая, мы можем вспоминать обо всех людях, которые страдают от такой же боли. Другими словами, начиная с чего-то частного и глубоко искреннего, мы потом расширяем круг сострадания настолько, насколько можем.
Я рекомендую практиковать тонглен в реальных ситуациях в повседневной жизни. Тогда практика будет более естественной, чем на медитационной подушке: в повседневной жизни никогда не бывает недостатка в «материале». Когда у нас возникают неприятные чувства, или мы видим, как кто-то страдает, не надо ничего придумывать, всё очень реально. Тогда нам, конечно, уже не до того, чтобы размышлять о четырёх ступенях или синхронизировать образы с дыханием. Мы вдыхаем и выдыхаем реальную боль. В повседневной жизни практика никогда не бывает абстрактной. Как только у вас возникают неприятные эмоции, начинайте вдыхать их, отбрасывая «историю», стоящую за ними. В то же время пытайтесь думать о других людях, которые испытывают такой же дискомфорт, как и вы, с каждым вдохом желая всем освободиться от этих неприятных переживаний. И с каждым выдохом посылайте себе и другим людям облегчение, как вы его себе представляете. Точно так же можно практиковать, когда вы видите страдающего человека или животное. Если пытаться делать это в любой сложной ситуации, со временем это войдёт в привычку и будет происходить непроизвольно.
Замечайте также всё, что делает вас счастливыми в жизни, тогда вы сможете делиться этим с другими, ещё больше укореняясь в позиции взаимообмена. Чем больше воин-бодхисаттва укореняется в позиции взаимообмена, тем больше он раскрывает в себе способность радоваться и сохранять невозмутимость и уравновешенность. Благодаря своей отваге и готовности практиковать он обретает большую способность видеть изначальное добро в себе и в других существах; большую способность принимать и ценить всех людей, которые ему нравятся, не нравятся, и которых он даже не знает. Так постепенно практика тонглен рассеивает все наши предубеждения и раскрывает перед нами новый мир чувствительности и широкого видения.
Хотя, как говорил Трунгпа Ринпоче, никто не даёт никому никаких гарантий. Мы сами должны ответить себе на вопросы: действительно ли эта практика облегчает страдания? Помогает ли она другим людям так же, как мне? Если кто-то страдает на другой стороне земного шара, поможет ли ему моё внимание? В практике тонглен нет ничего метафизического, она проста и естественна. Практикуя её, мы сами начинаем видеть результат.
Способность радоваться
Вырасти цветок сострадания в плодородной почве майтри, поливая его благодатной водой беспристрастности в прохладной, освежающей тени радости.
Практикуя учение бодхичитты, мы постепенно начинаем испытывать всё больше радости, которая проистекает из всё растущего осознания нашего сущностного добра. Мы ещё продолжаем переживать сильные противоречивые эмоции и иллюзию разделённости, но у нас появляется вера в некую изначальную открытость. И эта вера в собственную чистую, необусловленную природу приносит нам безграничную радость — радость, свободную от привязанности и влечения, «веселье, за которым не следует похмелье».
Какие же условия необходимы для того, чтобы радость возрастала? Нужно развивать свою осознанность и присутствие. Практикуя сидячую медитацию, мы культивируем внимательность и майтри: учимся наблюдать и принимать своё тело, эмоции и мысли. У нас есть свой маленький надел, и мы верим, что если его как следует обработать, он даст богатый урожай. Несмотря на то, что земля слишком сухая и в ней полно камней, мы начинаем терпеливо вспахивать её, доверяя естественному ходу вещёй.
В начале радость может выражаться просто чувством, что наше положение не безнадёжно. Мы перестаём искать лучшее место для себя, убедившись, что этот поиск всё равно ни к чему не ведёт. Это не значит, что там, где раньше были камни, внезапно распустятся цветы — мы просто начинаем верить, что здесь что-то вырастет.
По мере того, как мы ухаживаем за своим садом, условия становятся всё более благоприятными для роста бодхичитты. Теперь радость определяется тем, что мы не отвергаем себя, остаемся верны себе и начинаем чувствовать в себе могучий дух воина. Кроме того, для поддержания способности радоваться мы практикуем техники сердца, в частности, развитие качества безграничной радости. Как и в случае других безграничных качеств, для этого можно использовать семиступенчатую технику пожеланий.
Традиционное пожелание для пробуждения радости звучит так; «Пусть все существа, в том числе и я, всегда пребывают в безграничной радости, в которой нет места для страданий». Это подразумевает постоянную связь с открытой, беспристрастной природой нашего ума, с нашим сущностным благом. Однако чтобы достичь этого, мы начинаем с определённых благоприятных условий: здоровья тела, ума, дружественного окружения — условий, которые обычно сопутствуют желанному рождению человека. Для пробуждающегося воина величайшим счастьем и подарком судьбы является то, что у него есть возможность слушать и практиковать учение бодхичитты. И ему вдвойне повезло, если у него есть духовный друг — более продвинутый воин, который может вести по пути.
На первой ступени мы учимся радоваться своей счастливой судьбе. Можно радоваться даже малейшим благам, которые есть в нашей жизни: очень часто мы упускаем своё собственное счастье, просто не замечая его. По этому поводу мне вспоминается одна карикатура: человек с изумлённым видом говорит: «Что это было?», и внизу ПОДПИСЬ: «Боб пережил момент счастья». Счастье бывает настолько обыденным, что его сложно уловить.
Весь секрет состоит в том, чтобы быть «здесь», полностью присутствовать в настоящем моменте, обращать внимание на мельчайшие детали повседневной жизни. Забота об обыденных вещах: о кастрюлях, сковородках, одежде, зубах — может доставлять радость. Мы можем чистить овощи или расчёсывать волосы с чувством признательности, выражая своё доброе расположение по отношению к себе и к жизненной энергии, пронизывающей всё вокруг нас. Такое сочетание внимательности и признательности всецело соединяет нас с реальностью и доставляет большую радость. А когда мы распространяем своё внимание и признательность также на других людей и весь окружающий мир, эта радость возрастает ещё больше.
В традиции дзен принято кланяться людям и предметам в знак уважения к ним. Практикующие дзен учатся с одинаковой заботой относиться к щёткам, веникам, туалетам, растениям, выражая, таким образом, свою благодарность этим вещам. Однажды я наблюдала, как Трунгпа Ринпоче накрывал стол для завтрака — это было сравнимо с аранжировкой цветов или подготовкой сцены для спектакля. Он с такой заботой и удовольствием размещал каждый предмет на столе: раскладывал подставки и салфетки, вилки, ножи и ложки, расставлял тарелки и кофейные чашки. На всю процедуру у него ушло несколько часов! С тех пор я никогда не забываю выполнять этот ритуал накрывания на стол, как бы мало времени у меня ни было, как возможность практиковать присутствие и радость.
В способности радоваться обыденным вещам нет ничего банального или сентиментального, напротив, это требует большого мужества. Когда мы отбрасываем свои недовольства и позволяем ежедневным малым благам и простым счастливым случайностям вдохновлять нас, мы вступаем в мир воина. И это можно делать даже в самые сложные моменты нашей жизни. Всё, что мы видим, слышим, обоняем и ощущаем на вкус, может стать для нас источником силы и вдохновения. Как говорит Лонгченпа, качество радости подобно прохладной освежающей тени.
Вторая ступень культивирования радости заключается в признании счастливой судьбы близкого нам человека. Лучше начинать с того, к кому мы хорошо относимся. Для большей реальности можно представить лицо этого человека или произнести его имя и затем своими словами выразить свою радость за него по поводу того, что он был болен, а теперь здоров и весел, или был одинок, а теперь наконец-то нашёл друга. Пусть это будет что-то совсем простое, суть в том, чтобы обнаружить в себе естественную и спонтанную способность радоваться за другого человека, какой бы мимолётной и хрупкой она ни была.
На следующих трёх ступенях, когда мы обращаемся к людям не столь дорогим для нас, на пути нашей способности радоваться часто встают зависть и другие негативные чувства. Это важный этап в обучении воина-бодхисаттвы. С одной стороны, цель практики состоит в том, чтобы обнаружить свои добрые чувства и взращивать их. Но с другой, нам также важно исследовать причину страданий, увидеть, как мы закрываем своё сердце негативными эмоциями, такими как зависть или ревность. Практика безграничной радости, на мой взгляд, — лучшее средство для этого.
Что происходит, когда мы пытаемся радоваться за благосостояние или удачу постороннего нам человека? Мы произносим слова: «Я рад, что Генри выиграл в лотерею», но что при этом происходит в нашем уме и сердце? Мы говорим: «Я рада, что у Тани есть друг», но что мы на самом деле испытываем? Наше стремление радоваться может быть очень слабым по сравнению с обидой, завистью или жалостью к себе. Мы все знаем, с какой лёгкостью эмоции овладевают нами, блокируя сердце. Но задайте себе вопрос: какой смысл держать в своём сердце злобу? — разве это сделает нас счастливыми или облегчит нашу боль? Это всё равно, что есть крысиный яд и ждать, что крысы умрут. Очевидно, что наше желание освободиться от страданий и методы, которые мы используем, не согласуются друг с другом.
В момент, когда нас захватывают эмоции, полезно вспомнить, что, согласно учению, страдания являются результатом собственного агрессивного ума. Даже малейшее раздражение, если ему потворствовать, причиняет нам боль. Спросите себя в такой момент: «Зачем я опять делаю это с собой?» Размышление над причинами страдания в непосредственной ситуации придаёт силы — у нас появляется уверенность, что мы можем избавиться от своей неразумной привычки есть яд. Пусть даже на это уйдёт вся наша жизнь, всё-таки это возможно.
Что происходит с нами, когда мы практикуем с «безразличными» существами? Мы говорим: «Я рада, что этот мужчина так уютно сидит на солнышке», или: «Я рада, что эта собака попала в добрые руки». Мы произносим слова, но что дальше? Что происходит с нашими границами, когда мы проявляем внимание к другим существам, открываются они или закрываются?
Как правило, самыми лучшими учителями являются всё же неприятные нам люди. Пытаясь радоваться их счастью и благополучию, мы получаем благоприятную возможность исследовать свои реакции и поведение. Как мы реагируем на их удачи, на их хорошее здоровье, на радостные события в их жизни? С завистью? С гневом? Со страхом? Какие стратегии мы применяем, чтобы избежать этих чувств? Месть, самоуничижение? Какие оправдания мы придумываем? («Она сноб», «Я неудачник»). Именно из этих реакций, стратегий и оправданий и состоит наш кокон, стены тюрьмы, в которую мы сами себя заключили.
На этом этапе следует отбросить все слова и погрузиться в невербальное переживание своих эмоций. Что происходит в нашем сердце, плечах, животе? Переживание физических ощущений существенно отличается от рационалистических объяснений. Оно требует присутствия в настоящем моменте. Это прямой путь к ослаблению защит и раскрытию; этот путь ведёт к проявлению основы и источника безграничной радости — нашей изначальной сущностной доброты.
На следующем этапе нас ждёт новое испытание: можем ли мы радоваться одновременно за себя, за близкого нам человека, за друга, за «безразличного» человека и за «врага»? Можем ли мы радоваться сразу за всех существ, когда-либо живших в мире?
Одно из наставлений для воспитания ума гласит: «Всегда сохраняй радостное состояние духа». На первый взгляд это может показаться невозможным. Как сказал мне как-то один человек «Всегда — это слишком долго». Но по мере того, как с практикой в нас всё больше будет раскрываться сущностная доброта, мы обнаружим, что каждый момент жизни наполнен текучестью и теплотой безграничной радости.
Так, культивируя радость, мы учимся не блокировать свою добрую, благую природу, учимся ценить то, что у нас есть. Обычно мы этого не делаем, напротив, постоянно боремся с тем, что есть, всё больше укрепляя свою неудовлетворённость. Это всё равно, что пытаться вырастить цветы, поливая землю цементом.
Практики бодхичитты помогают нам начать видеть магию настоящего момента. Постепенно мы пробуждаемся к пониманию того факта, что мы всегда были воинами, живущими в священном мире. Это и есть непрерывное переживание безграничной радости. Хотя мы не сможем сохранять это переживание постоянно, со временем оно будет всё более для нас достижимо.
Однажды у поварихи из монастыря Гампо было очень плохое настроение. Как обычно бывает в таких случаях, всеми своими действиями и мыслями она ещё больше вгоняла себя в мрачное расположение духа. Час от часу её настроение ухудшалось. Тогда, чтобы разогнать своё уныние, она решила испечь шоколадное печенье. Но её план не удался; печенье сгорело, и она расстроилась ещё больше. По какой-то причине она не стала выбрасывать это печенье, а рассовала его по карманам и в рюкзак и отправилась на прогулку. Так она плелась по пыльной грунтовой дороге, повесив голову, одолеваемая мрачными мыслями, и рассуждала сама с собой: «Ну и где же эта красота и магия мира, о которой все говорят?» И в этот момент она вдруг подняла голову и увидела, как ей навстречу бежит маленькая лисичка. Повариха забыла о своих размышлениях, затаила дыхание и стала наблюдать. Лисичка подошла ближе, села и выжидательно посмотрела на неё. Тогда повариха достала из кармана печенье и положила на землю. Лисичка съела печенье и не спеша убежала. Рассказывая эту историю в монастыре, повариха в заключении добавила: «Сегодня я узнала, насколько удивительна эта жизнь. Даже когда мы полностью закрываемся, она стучится и будит нас. Эта маленькая лисичка показала, что, как бы мы ни замыкались в себе, у нас всегда есть возможность выглянуть из своего кокона и найти радость».
Практики, помогающие культивировать радость
Всё учение о четыре безграничных качествах можно свести к одной фразе —«доброе сердце». Просто развивайте в себе доброе сердце всегда и в любых ситуациях.
Как же ввести это учение в свою жизнь? Как в повседневной спешке и суете открыть в себе изначальную ясность и сострадание? Как поверить, что мы способны к открытости и майтри даже в самые тяжёлые моменты нашей жизни? Как научиться принимать позицию воина и соединяться с бодхичиттой, когда мы чувствуем себя отверженными, неполноценными или одинокими?
Есть простая практика, которую можно использовать в любой момент и в любой ситуации. Это практика доброго сердца. Она расширяет наше видение и помогает помнить о всеобщей взаимосвязи. Являясь, по сути, разновидностью тонглен, эта практика также способствует развитию способности радоваться.
Выполняется она таким образом: сталкиваясь с болью в собственной жизни, мы вдыхаем эту боль в сердце, осознавая, что другие люди тоже испытывают подобную боль; это помогает нам замечать, когда мы закрываемся, и учиться открываться. Встречаясь с удовольствием или приятными чувствами, мы принимаем их, радуемся, и затем желаем, чтобы другие тоже могли испытывать подобные светлые переживания. Итак, суть практики в следующем: когда жизнь радостна, думай о других, и когда жизнь тяжела и неприятна, думай о других. Даже если мы будем выполнять одну только эту практику, и нам и всем другим это принесёт огромную пользу. Таким образом, всё, с чем мы сталкиваемся в жизни, может быть поставлено на путь пробуждения бодхичитты.
Даже самые простые, обыденные вещи могут служить материалом для этой практики: яркое солнечное утро, вкусная еда, освежающий душ. Таких моментов много в нашей повседневной жизни, но, как правило, мы их не замечаем. Мы забыли, какую радость они могут нам приносить. Итак, первый этап состоит в том, чтобы остановиться, заметить и оценить то, что происходит. Одно это уже большой шаг вперёд. А затем мы думаем обо всех, кто страдает, и желаем, чтобы их жизнь наполнилась такой же радостью и удовольствием.
При этом вовсе не следует пренебрегать своим собственным удовольствием. Например, когда мы едим вкусную клубнику, мы не говорим себе: «Как я могу наслаждаться этим лакомством, когда у других людей нет даже корки хлеба». Напротив, мы со всей полнотой наслаждаемся восхитительными ягодами и затем желаем, чтобы Пит или Рита могли испытать то же самое. Мы хотим распространить нашу радость на всех вокруг.
Неприятные переживания тоже могут служить материалом для практики. Вдыхая, мы осознаём, что наша боль не уникальна и что на земле существует много других людей, которые страдают точно так же, как мы сейчас. Размышляя таким образом, мы пробуждаем сострадание к себе и к другим. При желании можно пойти ещё дальше. Можно пожелать, чтобы определённый человек или все существа освободились от страданий и от причины страданий. В результате этой практики наша зубная боль, бессонница, развод или страх могут стать средством соединения со всем человечеством.
Одна женщина написала мне, что начала практиковать в дорожных пробках. Её раздражение и напряжение, её страх опоздать на встречу теперь служат связью с теми, кто так же, как она, сидят и нервничают в машинах. Она начала чувствовать родство со всеми этими людьми и теперь уже с нетерпением ждёт своей ежедневной практики «тонглен в пробке».
Эта простая практика позволяет использовать то, что у нас есть, все наши удовольствия и боль, для соединения с другими. И это порождает в нас мужество, которое необходимо для исцеления нас самих и наших братьев и сестёр на всей планете.
Поделиться книгой: