Шагнувший в небо

— А старину Рауха?

— Нет.

— А Джека Колкерса?

— Нет.

— Вот это и хорошо. Мы туда идем. Так что не отставай. Ждать не буду. Заплачу после того, как вернемся к папаше. У него расчет и произведем, заодно и поужинаем. На обед не надейся, разве что казуши тебе что-нибудь притащат из Дыры.

Крис рассмеялся, довольный собственной шуткой. Слово «казуши» было знакомо Даилу, только он никак не мог вспомнить, где его слышал. Одно точно — было это очень давно, в далеком детстве. Он погрузился в свои мысли, пытаясь найти ответ, и не заметил, как охотник остановился. Только стальная клешня, вцепившаяся ему в плечо и вырвавшая его из-под колес пролетки, вернула Даила в реальный мир.

— Смотри под ноги, парниша, а то намотает на колеса так, что и папаша Троффеллиус не узнает, — громыхнул над ухом охотник.

Даил судорожно сглотнул. Очень ясно себе представил, что было бы, если бы Крис Кортатос не позаботился о нем. Видел много раз на улице раздавленных экипажами ротозеев.

Они свернули с улицы Печатников в маленький, дурно пахнущий проулок, заканчивающийся тупиком. Даил удивился, что могло охотнику здесь понадобиться, и почти сразу увидел ответ на свой вопрос — двух лошадей, привязанных к держащему крышу столбу. Неподалеку стояла распряженная бричка.

— Ну что, парниша, на лошади ездить умеешь?

Даил покачал головой.

— Я так и думал. А почему ты все время башкой трясешь, драконья отрыжка? Немой, что ли? Или говорить разучился?

— Нет, сар. Я умею, — выдавил из себя парень.

— Тем лучше. И не надо мне сарить, очень уж не люблю. А тебя как зовут?

— Даил, — преставился парень.

Он не помнил, доводилось ли ему вчера называть свое имя. Но у охотника дел по горло, или как говорили работяги с завода — «за гланды», он мог в трудах и забыть обо всем.

— Вот и хорошо. Ну, раз у тебя с животными не клеится, то поедем в повозке.

Крис отвязал одну лошадь от столба и стал впрягать ее в бричку.

И тут Даил вспомнил, что означает слово «казуши». Так называли пришлых, чужаков, которые приходили из других миров через прорывы. Встречаться с ними ему раньше не доводилось, но сказки о них он слышал много раз, но все больше в детстве. Отец их много знал и радовал ими сына на ночь. А когда его не стало, Даил забыл обо всем: если и слышал что про казуши, то уходил в сторону. В новой жизни ему это было не интересно.

Наконец, бричка была запряжена. Крис снял ружье со спины, засунул его в специальное ложе, откуда в любой момент было удобно достать, взобрался на сидение, откинул полы плаща, чтобы удобно было сидеть, и посмотрел сурово на мальчишку.

— А тебе что, дополнительное приглашение нужно? Полезай давай.

Даил сел рядом с охотником и замер в ожидании. Крис взмахнул вожжами, что-то крикнул, и бричка тронулась с места. Они выехали из проулка, над которым висела не замеченная ранее вывеска: «Прокат экипажей Дурсля», — и покатились вниз по улице.

Чем дальше они удалялись от кабачка папаши Троффеллиуса и от родного дома, тем больше Даила охватывал страх. «И зачем я во все это ввязался?» — в сотый раз повторял он себе. Приключений захотелось на свою голову? Будут приключения, как бы уцелеть в них. И зачем, спрашивается, охотнику нужен проводник, если он у него дороги не спрашивает, сам уверенно правит к цели. К тому же Даил уже успел признаться, что слабо представляет, где находится Старая пивоварня Колкеров. Что-то тут было не так. Дурно попахивало их мероприятие.

Они неслись по улице, громыхая колесами по булыжнику, наращивая скорость. И странным образом: все, кто виднелся у них на пути, спешили уйти с дороги, словно догадывались, что с извозчиком лучше не связываться. Казавшаяся еще некоторое время назад полной людьми и экипажами улица вымерла на глазах. Все куда-то попрятались, словно при помощи сарафанного радио горожане предупредили друг друга о приближающейся опасности.

Даригар был построен на холме. Светлый город возвышался над Темным, точно меч палача над головой осужденного. Но еще ниже лежал район, прозванный в народе Пятка. Здесь находилось самое дно Даригара, куда собирались все человеческие отбросы из Темного и Светлого городов. Здесь правили бал уличные банды, их влияние словно липкая паутина расползалось по всему Даригару, достигало и Светлой его стороны. Монги говорили, что даже в замке лорда-управителя у бандитов есть свои соглядатаи. Но правда это или бред воспаленного разума, никто сказать не мог. Даил слышал краем уха, о чем мужики судачили в курилке, пыхая ароматным дымом из вишневых трубок.

Пятка — самое гнилое место в городе; кто знает, быть может, и в самом Арнетрине нет ничего хуже. Так говорили мужики, только никто из них не выбирался дальше городских ворот. Стоило ли верить их словам, Даилу предстояло убедиться на собственном горьком опыте, ведь Старая пивоварня Колкеров находилась в самом сердце Пятки и на пересечении пяти главных улиц. Это место еще называли Пять углов, и каждый честный, уважающий себя монг знал, что лучше сюда не соваться. Целее будешь. А если уж угодил, то старайся быть тише воды, ниже травы, чтобы никто из местных жителей случайно тебя не заметил и не полюбопытствовал, какого цвета у тебя кровушка.

Бричка летела по улице, распугивая последних прохожих. Дома вокруг становились все хуже и хуже — все больше покосившихся и жалких; но и здесь жили монги. Те из них, кто не мог позволить себе платить больше двух талеров в неделю за жилье. Многие из них раньше трудились на заводе и много зарабатывали, но жизнь — суровая штука. Сегодня ты на коне, а завтра соскребаешь крошки черствого хлеба со стола в соседнем кабачке и боишься, как бы кабатчик не выгнал взашей. При этом ты всегда помнишь, как он радовался раньше каждому твоему визиту. Ведь после этого его кошелек значительно тяжелел, и на чаевые ты никогда не скупился.

Квартал сменялся новым кварталом. Вскоре по пейзажу вокруг Даил догадался, что они въехали в Пятку. Заброшенные покосившиеся дома с окнами, заколоченными досками, и висящими на ржавых петлях дверями. Казалось, монги давно покинули эти места, но первое впечатление всегда обманчивое. Даил слышал, что здесь проживает очень много народу. Все эти Лекари, Джентлы, Мясники и Весельчаки — вечно спорящие за власть уличные банды очень даже многочисленны. Вот только к кому сейчас направляется охотник? Если Старая пивоварня их конечная цель, то значит, он едет в гости к Лекарям. Вроде именно их в прошлый раз он основательно потрепал. Вряд ли они ему это простили — значит, жди беды.

Крис обернулся к Даилу, хищно улыбнулся, обнажая ровный ряд острых зубов, каких быть не могло у почтенного монга, и хлопнул вожжами по крупу лошади. О, черт, только не это: он ему подмигнул. Точно задумал что-то дурное.

Вот наконец вдалеке показалось здание Старой пивоварни. Большой кирпичный дом, за стенами которого, словно в средневековой крепости, можно было спрятать целую армию. И ведь точно так и было. Монги говорили, что в былое время, когда Лекари процветали и считались самой крупной и сильной бандой Пятки, количество ее членов насчитывало несколько сотен бандитов. И ведь как удобно засели: перекресток пяти улиц идеально просматривался из здания пивоварни, и если поставить у каждого окна вооруженного ружьем бойца, то к дому не подойти. В уличных боях немало бандитов полегло под этими стенами, поэтому власти и не решались разом покончить с язвой, разъедающей город. Много раз думали, но начинали считать возможные потери и отказывались от идеи. Слишком высокая цена.

Бричка вылетела на площадь Пяти углов и подъехала к центральному входу на Старую пивоварню. Крис осадил лошадь и обернулся к Даилу.

— Слушай меня внимательно, сейчас мы пойдем внутрь. Рот держи на замке, а язык за зубами, так безопаснее будет.

— Зачем мы сюда приехали? — не удержался от вопроса Даил.

— Я, кажется, попросил тебя заткнуться. Ну ладно, на первый раз прощаю. Мне надо кое о чем перетереть со стариком Раухом. После того, как я отправил на виселицу Джека Колкерса, он возглавил Лекарей. Так что в какой-то степени он теперь мне обязан.

— А с чего ты решил, что этот Раух обрадуется твоему визиту? Все-таки ты прищучил их главаря.

— Молодец, умный парнишка, — неожиданно обрадовался словам Даила Крис. — Скажу так: этого дурака Джека мало кто здесь любил. Он всем поперек горла стоял, и когда я забрал его с собой, многие вздохнули спокойно.

— А зачем тебе разговаривать с этим Раухом?

— Настойчивый сопляк. Уважаю. Запомни это: на Пятке только Раух теперь царь и бог, что бы на этот счет ни считали главари Джентлов и Весельчаков. И мне нужна его помощь. Только он может дать мне проход к Черной стене.

— Что за Черная стена? — никак не мог успокоиться Даил.

Он хотел во что бы то ни стало все прояснить. И так уже сунул голову в улей, знать бы за какие такие заслуги его теперь зажалят до смерти. Да и прояснить свою роль в этом намечающемся мероприятии хотелось бы.

— Придет время — все узнаешь.

Крис спрыгнул с брички, перекинул повод через голову лошади и направился к ближайшему столбу.

— Последний вопрос, Крис: а я тебе зачем нужен?

— А ты моя плата за проход, драконья отрыжка. Лекари очень любят маленьких наивных мальчиков, — заявил охотник и хищно ухмыльнулся, отчего стало непонятно: говорит он правду или у него такое извращенное чувство юмора.

Даил решил, что скорее второе. Зачем Лекарям лишние рты в банде, а если кого порезать надо, то конкурентов под боком хоть пруд пруди. На любой вкус и цвет. И не стоит изобретать паровозку.

Мальчишка выпрыгнул из брички и направился к охотнику.

Крис обернулся, смерил его взглядом и ухмыльнулся.

— Не испугался, молодец, уважаю. Железный парниша. Ты дыши поглубже, скоро нам таким дерьмом дышать придется, что все глаза выплачем. Такие дела.

Даил сглотнул подступивший к горлу ком. Идти внутрь было страшно, но оставаться снаружи еще страшнее.

* * *

На пороге Старой пивоварни Криса и Даила встретили двое вооруженных оборванцев, в коих сразу чувствовалась неумолимая уверенность и свирепая сила. Стоило подойти к центральному входу, как двери открылись, и оттуда вышли они. Смерили охотника взглядом, на мальчишку даже внимания не обратили. Вперед выступил один из них: в высоком дырявом цилиндре, повязанном красным платком; сплюнул коричневую табачную жвачку на брусчатку и спросил:

— Чего надо?

При этом его изуродованное оспинами лицо залихорадило в приступе надсадного каркающего кашля.

— Я к старику Рауху. Повидать надо.

— У тебя назначено, охотник? — спросил второй, поигрывая обрезом.

Они знали его. Конечно, как же они могли его не знать, если он некоторое время назад навел в их болоте шороху, да к тому же арестовал и отправил на виселицу их главаря. Они его портрет должны были заучить, чтобы при случае не промахнуться.

— Скажи, охотник, что может помешать нам пристрелить тебя на месте? — спросил мистер Оспа.

— Раух вам голову свернет, — уверенно ответил Крис.

— С чего бы это? — удивился человек с обрезом.

— Я принес вам выгодное предложение. Оно принесет солидные деньги. К тому же старик Раух мне должен, как, впрочем, и вы все.

— Ты не загибай, охотник, а то сломается, — сказал мистер Оспа и сплюнул коричневое.

— Пока мы тут болтаем, драконья отрыжка, Раух теряет деньги. Ему вряд ли это понравится, — произнес Крис.

Даил слушал перебранку, и внутри у него все холодело. Этим оборванцам ничего не стоило прикончить их на месте. Кто такой этот охотник? С чего он возомнил, что может указывать главарю грозной шайки Лекарей, которыми пугали непослушных детей по всему Даригару? Даил чувствовал десятки недоверчивых злых взглядов, следящих за ними из окон Старой пивоварни. Но Крис держался уверенно. Он знал, как заставить бандитов выполнять его требования.

— Хорошо, охотник, мы тебя отведем к старику. Пусть сам решает, пустить тебя на кожаные ремни или скормить свиньям, — старательно все обдумав, сказал человек с обрезом.

Крис усмехнулся и потянулся к бричке за ружьем, но был остановлен мистером Оспой.

— Оружие оставить здесь. Все. Не боись, за ним присмотрят. Даю слово, все будет в целости и сохранности.

Крис скривился. Ему очень не хотелось расставаться с ружьем и кинжалом, но делать было нечего. Он расстегнул ремень и снял ножны, бросил их на сидение брички. Не долго думая, Даил сделал то же самое. Расставшись с отцовским ножом, он почувствовал себя очень неуютно, словно разделся догола в присутствии толпы любопытствующих чужаков.

— Все сюрпризы на вашей совести, — предупредил мистер Оспа. — Следуйте за мной.

Он с натугой открыл тяжелую дверь, окованную металлическими пластинами, и первым шагнул внутрь.

Крис обернулся на парнишку и подмигнул ему. Мол, ничего не бойся, у меня все под контролем. Но как тут не бояться, когда вокруг толпа головорезов, жаждущих отведать свежей крови?

Как только Даил переступил порог Старой пивоварни, весь его страх куда-то испарился. Он в любопытстве крутил головой по сторонам, стараясь ничего не упустить. Мало кто из знакомых монгов мог похвастаться, что побывал здесь. «Будет о чем рассказать друзьям и знакомым», — подумал он, но вспомнил о ссоре с Марком и Листером и тут же расстроился. Правда, забыл об этом практически мгновенно.

Они оказались посреди большого зала с каменным полом, окруженного крытыми галереями, заполненными монгами. Их было много, очень много, в разнообразной одежде. Они напоминали одеяло, сшитое из тысячи несочетающихся лоскутков. Они внимательно следили за незваными гостями, готовые в любой момент прикончить их. Дай только приказ. Но такой приказ мог отдать только предводитель банды, а он еще не сказал свое решающее слово.

Крис шел уверенно, не обращая внимания на враждебность окружающих его монгов. Он заметил нервозность мальчишки и сказал:

— Прекрати крутить башкой. Старайся на них не смотреть.

Даил постарался послушаться охотника, но то и дело украдкой поглядывал наверх. Не мог себе в этом отказать.

Мистер Оспа долго вел их по грязным темным коридорам, сменяющим друг друга. Они проходили мимо старых заводских помещений, где когда-то стояли чаны, в которых варили пиво. Теперь здесь жили люди. Некогда огромный зал был разбит деревянными перегородками на маленькие клетушки, в которых стояли двухэтажные кровати, оккупированные голыми детьми. Неряшливого вида женщины занимались простым бедняцким хозяйством. Смотреть на это Даилу было стыдно, словно он подглядывал за чем-то нехорошим, и он старательно отворачивался.

Наконец, они оказались перед старой узкой лестницей, ведущей вниз. Мистер Оспа обернулся, ухмыльнулся, показав ряд гнилых зубов, и стал спускаться. Крис толкнул Даила в спину, уступая ему место.

Шли недолго. Всего каких-то шестьдесят ступенек — Даил, сам того не желая, сосчитал их, и оказались в длинном коридоре, по обе стороны которого виднелись двери. Мистер Оспа уверенно пошел вперед и остановился перед самой последней дверью, помеченной знаком «X». Распахнув дверь, он впустил незваных гостей внутрь и закрыл ее, отрезав их от внешнего мира.

Они оказались в большой комнате с заставленными бочками стенами. По центру помещения находился массивный деревянный стол из грубой доски. За ним сидели четыре монга и трапезничали. Из большого дымящегося чугунка они накладывали себе в миски тушеную картошку с мясом и уплетали за обе щеки, время от времени обильно запивая пищу пивом из глиняных простых кружек.

Незваным гостям дали вдоволь насладиться видом трапезы, не обращая на них внимания. Прошло порядком времени, прежде чем до них снизошли. Сидящий с краю огромный лысый бородатый мужик, Даилу он чем-то напомнил кузнеца, отодвинул в сторону миску, сыто рыгнул и покосился на гостей. Тяжело вздохнув, Кузнец перевел взгляд на сидящего во главе стола мужика и сказал:

— Почтенный Раух, нас почтил своим визитом сам Кортатос. Не кажется ли тебе, что он очень смелый человек, раз сунул голову в наше логово?

— А давайте спустим с него шкуру, — предложил сидящий напротив Кузнеца маленький человечек с большой головой.

— Дельное предложение, — одобрил одноглазый монг в красном шейном платке и котелке с нарисованным черепом и скрещенными костями.

«Пират, — подумал Даил. — Плохо дело, парень, вот и наступили последние минуты твоей жизни!»

Он их себе совсем не так представлял. Хотя он их себе вовсе не представлял. В молодости кажется, что ты вечен и мир вокруг будет всегда радовать тебя яркими красками.

Бандиты что-то говорили еще, но Даил их не слушал. Он сразу почувствовал, что вся эта трепотня — не более чем запугивание. Они ждали, что скажет человек, сидящий во главе стола. Тот самый старик Раух, к которому и шел охотник.

Даилу старик Раух сразу не понравился. Было в нем что-то отталкивающее. Он был высоким мужчиной средних лет, с благородной сединой и густыми черными усами. То ли груз прожитых лет, то ли беды и невзгоды согнули его спину, отчего он стал напоминать вопросительный знак. Выросший горб был разделен на две части — складывалось впечатление, что это крылья пытаются прорезаться наружу. Пронзительные голубые глаза выглядели отрешенными от мирской суеты. Тонкие налитые кровью губы и изящные белые руки, не знавшие грубой работы, подчеркивали благородство внешности.

Когда старик пришел в движение, он напомнил Даилу большого ядовитого паука, царившего в своей паутине.

— Зачем ты пришел, охотник? Я удивлен твоей храбрости.

— Какая храбрость, Раух, о чем ты? Всего лишь голый расчет. Хочу я немного деньжат подзаработать, да заодно сгладить возникшее между нами непонимание. Нехорошо, когда двое умных монгов точат друг на друга ножи, — громко сказал Крис: так, чтобы его все услышали и поняли.

— Любопытно. Ты причинил нам много неприятностей, и как же ты собираешься заставить Лекарей забыть о них? — медленно, растягивая слова, сказал Раух.

— Слышал я, в последнее время у вас возникли неприятности с Джентлами. После того, как Джек Колкерс поздоровался с пеньковой веревкой, они все чаще стали поглядывать на ваши земли. Слышал я, что им удалось увести у тебя из-под носа выгодный контракт, тянущий на пару тысяч талеров.

При упоминании об этом Кузнец не сдержался и трахнул кулаком по столу. Пират скривился, словно проглотил живьем навозную муху, а Большеголовый отхлебнул из кружки и закрыл глаза, точно не хотел смотреть на этот балаган.

— Пятка слишком тесна для двух таких сильных банд. Джентлы не дают вам свободно дышать. Вы делаете свои дела, постоянно оглядываясь, боитесь, что из темного угла вас пырнут пером под сердце. Но это пока. Скоро Джентлы обнаглеют и пойдут приступом на Старую пивоварню. Это будет бойня. Знатная бойня. Но она не выгодна вам, как, впрочем, и Джентлам. Слишком многие из вас досрочно познакомятся с Госпожой Теней… Такие дела…

— Все под Богом ходим, все смертушку получим в полной мере, — философски заметил Большеголовый.

— Это так. Это ты прав. Но можно ее в свой срок получить. Зачем бежать впереди паровоза, — возразил ему Крис.

— Трепаться мы все умеем. Что ты предлагаешь, охотник? Говори конкретнее, — потребовал старик Раух.

Даил видел, что слова Криса Кортатоса заинтересовали его.

— Мне нужно проникнуть в сердце Джентлов — на Адскую кухню, а вы должны меня прикрыть, — бросил Крис и тут же утонул в лавине возмущений.

Кузнец, Большеголовый и Пират заговорили одновременно, перебивая друг друга. С каждым новым словом они заводились все больше и больше. Того и гляди, набросятся на Криса с кулаками. И ему, Даилу, тоже достанется за компанию.