Новые приключения Алисы

Новые приключения Алисы

АЛИСА И ПРИНЦЕССА НА ГОРОШИНЕ

  Однажды, когда все взрослые были заняты своими делами, Алиса листала, как обычно, книгу волшебных сказок. Листала, листала, разглядывала картинки, разглядывала… И так дошла до страницы, на которой был нарисован большой и тёмный королевский замок. Вокруг была ужасная непогода – гремел гром, сверкала молния, дождь лил, как из ведра. У ворот замка стояла промокшая до нитки принцесса, но ей никто не открывал, должно быть, король с королевой крепко спали. Алисе стало жаль продрогшую принцессу, и она… постучала в нарисованные ворота своим маленьким кулачком. Ворота тотчас отворились, на улицу выглянул старый король в ночном колпаке и, посветив фонарём, спросил сонным голосом:

  - Кто там?

  - Это мы, принцессы, - сказала Алиса.

  - Настоящие? – и король приподнял повыше свой фонарь.

  - Конечно, настоящие! – отозвалась промокшая принцесса, стуча зубами от холода.

  - Ну, это мы сейчас проверим, - проворчал король. – Заходите!

  Принцесса важно переступила порог замка, а за ней, замирая от страха и восторга, двинулась наша Алиса.

  В замке было тепло и сухо, только, пожалуй, темновато. Навстречу им уже спешила, шурша шлафроком, старая королева.

  - Что-то вы долго отворяли, мой друг, - попеняла она королю.

  - Но сегодня у нас сразу две гостьи, - растерянно отвечал король. – Вот, полюбуйтесь!

  Королева мельком, как на старую знакомую, взглянула на принцессу, с волос и платья которой ручьями стекала вода, оставляя лужи на каменном полу замка, и сказала строго:

  - Сколько раз вам повторять: в такую непогоду лучше сидеть дома, а если уж выходите из своего королевства, то берите хотя бы зонтик!

  - Не ругайте её, ваше величество, - вступилась за принцессу Алиса. – Лучше велите подать ей стакан горячего молока, а то ещё простудится.

  - Не простудится, я её знаю, она всегда гуляет в непогоду, - сказала королева и, повернувшись к Алисе, стала с любопытством её разглядывать.

  - Какое милое дитя! То-то принц обрадуется, он у нас обожает новые знакомства. Не согласитесь ли переночевать в замке, славная малышка?

  - А у вас найдётся для меня… лишняя горошина?

  - Вы голодны! – всплеснула руками королева.

  - Нет, нет, что вы! – испугалась Алиса. – Я совсем не то хотела сказать…

  - Ах, да, горошина… - спохватилась королева. – С тех пор, как господин Андерсен (надеюсь, вы с ним знакомы?) поселил нас в этом замке, мы уже издержали сто мешков отборного гороха! Впрочем, где-то, кажется, была одна, последняя горошина… Но я и искать не стану, я и так вижу, что вы – настоящая принцесса!

  - О, нет, - запротестовала Алиса. – Раз уж я здесь, мне бы очень, очень хотелось это проверить.

  - Ну, и глупо, - шепнула ей промокшая принцесса. – У них тут такие старые, такие свалявшиеся матрасы, что и без горошины все бока отлежишь.

  Королева, между тем, уже тащила свои двадцать перин, за ней, спотыкаясь, плёлся король, волоча за собой двадцать тюфяков.

  - Но учтите, девочки, придётся поделить их поровну, - сказала королева.

  От этих слов бедная принцесса чуть не упала в обморок.

  - Как! Спать всего на десяти перинах и десяти тюфяках? Ах, это невозможно! Это всё равно, что спать на голом полу!

  - Но в замке больше не осталось ни одного тюфяка, ни одной перины, - развёл руками король.

  Делать нечего, девочек устроили в спальне для гостей, где, как нарочно, стояли две кровати с высокими железными  спинками. Король погасил свечи и, когда стало совсем темно, тихо вошла королева и сделала вид, что поправляет перины. Алиса изо всех сил вглядывалась в темноту, но так и не разглядела, кому из них королева подложила свою якобы последнюю горошину.

  Когда шаги королевы стихли, в гостевой спальне послышался шёпот:

  - Эй, принцесса, вы спите?

  - Сплю, - прошелестело под самым потолком.

  - Я только хотела спросить, как вы узнаёте, что под перинами что-то лежит?

  В ответ донеслось тихое сопение: принцесса и вправду сладко спала. Бедняжка, она так устала и продрогла!

  Алиса долго ворочалась на непривычно высокой постели, боясь свалиться нечаянно вниз, наконец, решила, что надо обхватить руками подушку и держаться покрепче. Так, уткнувшись носом, она и уснула.

  - Ну, - спросила утром королева, - как вам спалось, милое дитя?

  Алиса, как с горки, скатилась со своих матрасов и сказала:

  - Благодарю вас, ваше величество, я спала очень хорошо!

  Тогда королева повернулась к принцессе.

  - А вы как почивали, дорогая?

  - Ах, очень дурно! – зевая и держась за бока, отвечала принцесса. – Бог знает, что у меня была за постель! Я лежала на чём-то круглом, твердом…

  - Вот так всегда, - вздохнула королева. – Спит, как сурок, а утром жалуется, что глаз всю ночь не сомкнула и что всё тело у неё в синяках. Врушка! Разве могут быть синяки вот от этого… - тут королева подошла к железной кровати, на которой спала Алиса, и извлекла из-под тюфяков маленькую, размером с жемчужину, и гладкую, словно отполированную королевскими перинами, горошину.

  - Взгляните-ка, дитя моё.

  Алиса двумя пальчиками взяла горошину, посмотрела на свет – прозрачная, подержала на ладони – лёгкая, даже на зуб попробовала – твёрдая, и нехотя вернула её королеве. Она была смущена и расстроена тем, что не выдержала экзамен на настоящую принцессу.

  - Не огорчайтесь, милое дитя, - утешила её королева. – Вы сказали правду, а это главное. И сейчас я хочу познакомить вас с принцем. Представляю, как он обрадуется! Ведь ему до смерти надоели все эти врушки, которые спят и видят, как бы женить его на себе, из-за них он даже вставать не хочет по утрам после непогоды. А в нашей сказке ничего другого и не происходит…

  Принцесса громко фыркнула и отвернулась.

  А королева меж тем приказывала королю:

  - Друг мой, идите и разбудите принца! Да не забудьте сказать, что сегодня его ждёт очень приятный сюрприз.

  - Нет, нет, - замахала руками Алиса. – Не стоит его будить, прошу вас! Я всё равно не смогу остаться у вас в замке. Меня мама ждёт. И вообще, я ещё маленькая, мне замуж выходить рано. Прощайте!

И она стала пятясь продвигаться к выходу.

  - Ах, как жаль! – вздохнула старая королева. – Вы нам очень, очень понравились!

С этими словами она поцеловала Алису в лоб и незаметно вложила ей в руку ту самую горошину.

  – Возьмите на память, дитя моё. И знаете что? Заходите к нам как-нибудь в хорошую погоду.

  - Благодарю вас, ваше величество, непременно зайду, - обещала Алиса, слегка присев и держась за края своего домашнего платьица.

  Король пошёл проводить её за ворота и долго стоял там, сморкаясь в полы своей длинной мантии.

  Одна только принцесса была довольна и счастлива, она беспечно помахала Алисе ручкой и побежала готовиться к свадьбе.

  А принц, тот и вовсе проспал всю эту историю.

  - Куда это ты запропастилась, доченька? – спросила мама. – Я тебя зову, зову, обедать пора!

  - Ах, мамочка, я гостила в одном королевстве!

  - Правда? Ну и что там интересного?

  Алиса разжала кулачок, и мама увидела круглую, белую жемчужинку, точь-в-точь такую, как сорвалась три дня назад с её любимых бус и неизвестно куда закатилась.

  - Вот спасибо! – обрадовалась мама. – А теперь – мой руки и за стол. Сегодня  у нас на обед очень  вкусный гороховый супчик!

АЛИСА, ЦАРЕВНА И БЕЛОСНЕЖКА

  Однажды в гости к Алисе приехали разом обе бабушки и привезли, кроме прочих подарков, по книжке. Одна – о Мёртвой царевне и семи богатырях, другая – про Белоснежку и семь гномов. Стали перед сном читать Алисе. Читали, читали, уже и сказка кончилась, другая началась, а Алиса все не засыпает. Хорошо ещё, что эта другая сказка стихами написана, вот под их-то мерное звучание девочка наконец и уснула.

И стал ей сниться чудесный сон…

  Будто стоит она одна-одинёшенька на лесной опушке, а вокруг неё – лес тёмный, дремучий. Вдруг слышит: по правую руку ветки затрещали, по левую – сучья захрустели; кто-то через колючие заросли пробирается. Испугалась Алиса, подумала, что волки, и спряталась под рябиновый куст, что рос прямо посреди опушки.

  Сидит под кустом и видит: выходит на опушку девушка, озирается. Коса светлая растрёпана, сарафан парчовый о сучья изорван, сапожки сафьяновые прохудились, а сама – белолица, черноброва, румяна, прямо девица-краса. А с другой стороны на опушку другая девушка вышла – юбка суконная изодрана, башмаки деревянные стоптаны, сама – красавица: лицо белое, как снег, щеки красные, как яблочки, кудри чёрные, как ночь, по плечам вьются.

  Остановились девушки друг против друга и смотрят изумлённо.

  - Ты кто такая? – спрашивает чёрненькая.

  - Царевна я, - отвечает светленькая, потом оглянулась, не слышит ли кто, и добавила шёпотом: - Я на свете всех милее, всех румяней и белее.

  - Вот здрасьте! – удивилась чёрненькая. – Кто это сказал?

  - Пушкин.

  - Сказки! Это я – и румянее, и белее всех. Все меня так и зовут – Белоснежкой.

  - Где-то я про тебя слышала… - наморщила лоб Царевна.

  - Братья Гримм рассказали про меня всему свету. Кстати, мы с тобой подозрительно похожи, прямо как сестры…

  - …по несчастью! – подсказала Царевна.

  - Скажи мне, сестра по несчастью, - не унималась Белоснежка, - как ты оказалась в этом страшном, дремучем лесу?

  - Злая мачеха велела: весть, говорит, царевну в глушь лесную и, связав её, то есть, меня, живую, под сосной оставить там на съедение волкам.

  - Аналогичный случай, - вздохнула Белоснежка. – Хорошо ещё, что егерь оказался милым человеком, не послушался моей злой мачехи, сжалился надо мной и отпустил.

  - Вот и моя Чернавка: не кручинься, говорит, Бог с тобой, а сама пошла домой.

Девочки обнялись и заплакали. Под рябиновым кустом тоже кто-то всхлипнул.

  - А нет ли у твоей злой мачехи волшебного зеркальца? – продолжала допытываться Белоснежка.

  - Как же! Ей в приданое дано было зеркальце одно. Оно-то и подзуживало: «А царевна все ж милее, все румяней и белее…».

  - Один к одному. Меня тоже говорящее зеркальце выдало. «Белоснежка, говорит, в тысячу раз красивее». Жаль, что я его не разбила, когда маленькая была.

  - Какая ты отчаянная! – восхитилась Царевна. – А вот я – нраву кроткого такого…

  - Ладно, сестра, мачехи наши отсюда далеко, бояться нечего. Да здравствует свобода! Ну, куда пойдём?

Девочки внимательно огляделись, заметили тропинку, ведущую вдоль леса, по опушке, да и пошли по ней, куда глаза глядят. Алиса выбралась из-под своего куста и потихоньку пошла вслед за ними.

  - До зари блуждать не будем, - говорила Царевна, заплетая косу. – Тут, я знаю, неподалёку есть терем, а в нём живут семь…

  - Гномов? – обрадовалась Белоснежка.

  - Каких ещё гномов, что ты! Семь богатырей!

  - А кто это – богатыри?

  - Ну, это… такие большие гномы.

  - Не-е-ет, к большим гномам я не пойду, - покачала чёрными кудрями Белоснежка. – Мне и с маленькими хлопот хватит, всех обстирать, всех накормить. И потом гномы – они, как дети, хотя и старички. А эти твои, как их… богатыри… ещё приставать начнут. Их семеро, а нас…

  - Что ты! Они молодцы чётные. А я им так и скажу: всех я вас люблю сердечно, но другому я навечно отдана, мне всех милей королевич Елисей! А у тебя, сестрица, есть жених?

  - Пока нет, но вот-вот должен объявиться. Однажды будет проезжать через этот лес прекрасный принц, остановится переночевать у гномиков, ну и… сама понимаешь…

  Девочки присели на пенёк и размечтались каждая о своём женихе. Теперь Алиса слушала их разговор, укрывшись за соседней сосной.

  - Жаль только, - вздохнула Белоснежка, что пока они нас найдут, нам придётся изрядно потрудиться по хозяйству.

  - Это ничего, - возразила Царевна, - это не страшно, приберу и приготовлю, братьям я не прекословлю. Вот только… уж очень мне не хочется, чтобы Елисей увидел меня в гробу!

  - Но гроб-то хрустальный! – напомнила Белоснежка. – Меня мои гномики в простой стеклянный  уложат, и то ничего.