Помоги проекту - поделись книгой:
Пикирующие бомбардировщики Ю-87
Катастрофа под Дюнкерком
Брошенная английская техника
Выступление канцлера Германии А. Гитлера в рейсхтаге
Глава четвертая
1
Ну и что?
В Компьенском лесу
Победа над Францией, Бельгией, Голландией и в Норвегии серьезно ослабляла Германию — потому что теперь французские, голландские, бельгийские колонии, будучи де-факто бесхозными, большей частью пополнят ресурсную базу врагов Германии. Потому что с момента окончания военных действий на континенте Третий рейх получает в качестве весьма сомнительных союзников никчемные силы вишистского режима, двор бельгийского короля Леопольда и немного голландских и бельгийских добровольцев, а в качестве противника — движение Сопротивления во всех оккупированных вермахтом странах, позже изрядно попортившее кровь оккупационным властям. Потому что в Англию уходит почти весь огромный норвежский торговый флот (четыре с половиной миллиона тонн тоннажа) и весь норвежский золотой запас.
Ситуация июня 1940 года прозрачна, как слеза. Франция вышла из Большой войны — но всерьез воевать она и не собиралась. Франция лишилась армии — но эта армия просто растворилась в воздухе, никак не усиливая вермахт. Вооружение девяноста двух французских дивизий, конечно, весьма серьезное подспорье, но в июле 1940 года оно вермахту попросту не нужно — исчез враг, в сражении с которым можно было бы использовать это оружие.
Французский же военный флот, который мог бы реально пригодиться Кригсмарине, остался большей частью в заморских портах, до которых немцам было не дотянуться. Из крупных французских кораблей два старых линкора — «Париж» и «Курбе» — были интернированы в Англии, вместе с двумя лидерами, восемью эсминцами и семью подводными лодками. Четыре линейных корабля («Дюнкерк», «Страсбург», «Прованс» и «Бретань») вместе с шестью лидерами и гидроавианосцем «Коммандант Тест» стояли на якорной стоянке в Мерс-аль-Кебире и, хотя по условиям перемирия должны были вернуться в Тулон, делать этого не спешили. В Северной Африке находились и восемь легких крейсеров (в Алжире), и около тридцати эсминцев, сторожевиков и эскортных кораблей (в Оране). В Дакаре стоял новейший линкор «Ришелье», его систершип «Жан Бар», бежавший из Сен-Назера в Касабланку, тоже был недоступен немцам. Да и стоящие в Тулоне 4 тяжелых крейсера и 12 эсминцев формально оставались под юрисдикцией правительства Виши и использоваться немцами не могли.
Оккупировав северную часть Франции и побережье Бискайского залива, немцы получили базы для подводного наступления на Англию — вместе с ними они получили ВСЮ французскую береговую черту в качестве потенциальной линии фронта. Которую им необходимо будет защищать в любом случае. И которую эффективно защитить НЕВОЗМОЖНО — по определению.
2
Сложилась ситуация, из которой для Германии фактически не было выхода. Великобритания НЕ ЖЕЛАЛА подписывать мир с Германией ни на каких условиях. Соединенные Штаты все более и более втягивались в войну на стороне Британской империи — правда, пока весьма ограниченно, преследуя свои цели. То есть силы врагов Рейха, пройдя нижнюю точку своего падения, с лета сорокового года начали постепенно наращиваться, благо для этого в их распоряжении был экономический и ресурсный потенциал всей Ойкумены.
Безусловно, наилучшим выходом из данной ситуации было заключение мира с Великобританией на ЛЮБЫХ условиях. Германия была готова дорого заплатить за этот мир — но беда в том, что никакой, даже самый выгодный для англичан мир с нацистской Германией, силам, стоящим за английским политическим руководством, был НЕ НУЖЕН.
Следовательно, мир БЫЛ НЕВОЗМОЖЕН.
Просвещенный читатель может сказать: Германия могла вести морскую войну с Великобританией — с июня 1940 года в ее распоряжении была масса портов и военно-морских баз, полуокруживших вражеский Остров.
Могла. Одна заминка — воевать было нечем.
Германский военный флот по состоянию на июль 1940 года — это два линейных крейсера («Шарнхорст» и «Гнейзенау»), с совершенно неконкурентоспособной артиллерией главного калибра (280-мм
Достраиваются два линейных корабля (вернее, два линейных
ВОТ И ВСЕ!
Называя вещи своими именами — флота у Германии нет.
Все захватывающие байки об операции «Морской лев» пусть останутся на совести их авторов. Десант на Британские острова для вермахта периода лета 1940 года был настолько же реален, как и высадка на Луну. Кто-то хочет поспорить?
Ширина пролива Па-де-Кале невелика — в ясную погоду с европейского берега видны меловые скалы Дувра. Хороший пловец летом может просто переплыть эту полосу морской воды, отделяющую Англию от континента. Все это так.
Но у Великобритании есть ФЛОТ. Настоящий, и, в отличие от германского, весьма многочисленный. В строю — четырнадцать линкоров и линейных крейсеров (пять линкоров типа «Куин Элизабет», четверо «Ривенджей», два линкора типа «Нельсон», линейные крейсера «Ринаун» и «Рипалс» и могучий «Худ»). Три авианосца: «Фьюирес», «Игл» и «Арк Ройал» (вообще-то к началу войны их было восемь, но «Корейджес» погиб 17 сентября 1939 года, «Глориес» — 8 июня 1940-го, три «легких» авианосца — «Пегасус», «Аргус», «Гермес» — таковыми только считались, боевого значения почти не имея). А кроме того, еще более полусотни легких и тяжелых крейсеров, полторы сотни эсминцев и почти восемьдесят подводных лодок.
Но и это было далеко не все — достраивались пять линейных кораблей типа «Кинг Георг V», пять новейших авианосцев (четыре типа «Илластриес» и начал строится «Юникорн»).
Превосходство британского флота над немецким по линкорам и линейным крейсерам — 7 к 1, по авианосцам — абсолютно, по крейсерам и эсминцам — 10 к 1. Вопросы?
То есть обеспечить десантную операцию вермахта на Британские острова немецкий флот мог только в буйных фантазиях Адольфа Гитлера и в смелых мечтах его адмиралов.
А если не обеспечивая?
В туманную ночь армада из трех тысяч (пусть их еще в портах сосредоточения не разбомбит английская авиация) плоскодонных десантных барж покидает берега Голландии, Бельгии и Северной Франции и начинает движение к английским берегам. Через пять часов первые части вермахта высаживаются на британский берег. Начинается вторжение. С воздуха его поддерживают Люфтваффе, одновременно высаживая «орлов» генерала Штудента прямо на Лондон, Плимут и Портсмут. В течение десяти дней первая волна полностью высаживается в Англии.
Эффектная картинка. Одна беда — высадившиеся войска (примем для определения, что высадка чудом удалась и немцам посчастливилось высадить на дуврские скалы двенадцать-пятнадцать дивизий, из которых две-три — танковые) надо СНАБЖАТЬ. Ежедневно. Многими видами снаряжения, боеприпасов, амуниции, топлива и продовольствия.
Ежедневная норма груза на одного десантника, высаженного на вражеское побережье, — семьдесят килограммов. Немцы высаживают двести тысяч человек — значит, ежедневно им требуется доставлять четырнадцать тысяч тонн разного рода припасов. Без которых война попросту будет невозможна — солдатам нечем будет стрелять, нечего будет есть и нечем заправить прожорливые танки и грузовики.
Если внезапная высадка армии вторжения еще в принципе как-то возможна (сделаем допуск на чудо Господне), то ее снабжение в подобной ситуации есть дело абсолютно гиблое.
Английский флот в состоянии войти в Ла-Манш и посадить на мель (в качестве неподвижных фортов береговой обороны) десяток тяжелых крейсеров постарше и два-три линкора типа «Ривендж». Этого будет более чем достаточно, чтобы архинадежно лишить высаженные на Острова немецкие войска какого бы то ни было снабжения. И в результате?
В результате на седьмой день вторжения рядовой английской территориальной армии подойдет к головному танку застрявшей на полпути к Лондону гигантской колонны немецкой армии вторжения и вежливо (англичане все-таки джентльмены) постучит прикладом по броне. И предложит показавшемуся в люке сконфуженному немецкому танкисту не дурить, сложить оружие во-о-он на том пригорке и, построившись в колонны, двигаться в графство Кент. Где на всю «армию вторжения» уже в спешном порядке построены новые, благоустроенные, комфортабельные лагеря. С ватерклозетами и пипифаксом.
3
А Крит? Его-то немцы захватили,
Святая правда. Крит в мае 1941 года немцы захватили воздушным десантом. Двадцать две тысячи десантников (все, чем располагали Люфтваффе на тот момент), потеряв каждого четвертого, смогли занять остров, разбив вдвое превосходящие силы англичан и греков.
Англичане до этого с треском проиграли сражение за Грецию, в последующей за поражением спешной эвакуации под бомбами Люфтваффе потеряв несколько боевых кораблей (в том числе тяжелый крейсер «Глостер») и десяток транспортов. То есть английские солдаты были в изрядной степени измотаны тяжелыми боями и спешным бегством, греки вообще вряд ли представляли из себя серьезную вооруженную силу. И немцы смогли одержать победу над этими деморализованными войсками, используя свое
Так вот, Британские острова — не Крит. Английская территориальная армия на три порядка многочисленнее и оснащеннее сил, оборонявших средиземноморский остров. На момент наиболее серьезной угрозы немецкого десанта, к августу 1940 года, английская армия на Острове имела 26 пехотных и 2 танковые дивизии, 8 отдельных пехотных бригад, 4 танковые бригады, 4 моторизованные пулеметные бригады. На вооружении частей первой линии состояло более 1000 полевых и 500 противотанковых орудий, 348 средних и 514 легких танков. Правда, несмотря на активные усилия промышленности, войска были сильно недоукомплектованы (например, для полного артиллерийского вооружения двадцати шести пехотных дивизий не хватало 1872 полевых орудий). Недоставало автотранспорта (изрядно его было брошено в Дюнкерке). Только половина дивизий были готовы к маневренным действиям (по другим данным, всего 17 пехотных дивизий были полностью укомплектованы, из них три в Кенте). Кроме того, существовали ополченцы (Домашняя Гвардия), но многие «гвардейцы» были вооружены только холодным оружием, так что из миллиона ополченцев только сто-двести тысяч могли оказать сопротивление немцам.
Однако недостаток техники англичане компенсировали глубокой и весьма изощренной системой укреплений и заграждений (особенно береговых и противодесантных). Южная Англия — густонаселенная местность с множеством маленьких городков с каменными постройками, каналами, каменными оградами и прочими проблемами для наступающих (гипотетически) немецких войск. Английская армия защищает собственный дом, а не клочок чужой земли в дальних морях. Это, как говорят в Одессе, две большие разницы. И немецкие десантники (примем для ясности, что высадка удалась, что английские истребители не посбивали «тетенек» еще над Каналом), высаженные на Южную Англию, встречают сначала неорганизованное, но в достаточной степени ожесточенное сопротивление. Которое с каждым часом будет все крепнуть, пока последний десантник не сложит оружия или не будет убит в бою.
Плюс к этому — Черчилль, с 13 мая 1940-го «фюрер» английского народа сумел дать этому самому народу ИДЕЮ. Очень красиво изложенную.
«Мне нечего предложить вам, кроме крови, труда, пота и слез. Вы спросите: какова наша политика? Я отвечу: продолжать войну на море, на суше и в воздухе, со всей нашей мощью и со всей нашей силой… Такова наша политика. Вы спросите: какова наша цель? Я могу ответить одним словом: победа! Победа любой ценой, несмотря ни на что, победа, каким бы долгим и тяжким ни был путь к ней» — это из его «тронной» речи при вступлении в должность. А 4 июня, когда собрался парламент, чтобы выслушать нового «великого вождя», тот снова разразился пафосом и высокими словами:
«Несмотря на неудачи, мы не сдадимся и не покоримся. Мы дойдем до конца, мы будем сражаться во Франции, мы будем сражаться на морях и океанах, мы будем сражаться с возрастающей уверенностью и растущей силой в воздухе, мы будем сражаться в пунктах высадки, мы будем сражаться на полях и на улицах, мы будем сражаться на холмах, мы не сдадимся никогда. И если даже — чему я ни на минуту не поверю — наш остров или его значительная часть будут захвачены и люди будут умирать с голоду, наша заморская империя, вооруженная и охраняемая английским флотом, будет продолжать борьбу».
Треску много. На выходе — в сухом остатке — британскому народу предлагается биться насмерть с немцами (между прочим, родственным народом) в непонятно чьих интересах. И все это подается в красивой обертке, для чего привлекают величайшего оратора Великобритании и ее окрестностей.
Что характерно — в майские дни 1941 года в поместье лорда Галифакса на парашюте приземлился личный секретарь Гитлера Рудольф Гесс. Сто к одному — он привез предложения о мире британскому руководству. Каковые были хозяевами «пламенного трибуна» Уинстона Черчилля отвергнуты — любопытствующие могут убедиться, что материалы допросов Гесса до сих пор засекречены, причем засекречены вторично, по истечении первого срока — факт на самом деле беспрецедентный. Логичное предложение — если в миссии Гесса ничего такого криминального не было, если просто человек решил порвать с «кровавым нацистским режимом», опубликуйте материалы этого майского полета! А если эти материалы остаются под грифом «Совершенно секретно» — ясно, что содержат они нечто такое, что начисто перечеркивает пассажи британского руководства о невозможности заключения мира с Германией.
Британскому народу предлагается до дна испить горькую чашу межцивилизационного противостояния, хотя к июню 1940 года Германия этому самому народу еще ничего особо гнусного не сделала. И пусть читатель со мной не согласится, но речи «забияки Уинстона» — тот самый барабанный бой, который сопровождал в средневековой Европе казни воров и под который остальные воры на площади очищали карманы зевак.
Великобританию «делают» главным борцом с нацистской Германией — никаких принципиальных противоречий между немецким и английским народами нет, и в июне 1940 года конфликт еще вполне можно решить мирным путем. Тем более в руководстве Третьего рейха сугубых и заядлых англофобов нет, народ там собрался по большей части практичный. Понимающий, что высадиться в Англии, чтобы на Даунинг-стрит, 10, под дулами пушек немецких танков заставить Черчилля и короля Георга подписать мир, вряд ли получится. А все иные прочие варианты ведут, рано или поздно, к неминуемому поражению Германии — ну нельзя же, право слово, воевать со всем миром!
4
Патовая ситуация, в которой оказалась Германия в июле 1940 года, таким образом, очевидна.
Военным путем одержать победу над Англией нереально. Мира англичане подписывать не желают принципиально. Состояние войны между Великобританией и Третьим рейхом требует от Германии держать в боевой готовности свои вооруженные силы в количестве, необходимом для обороны всей к этому времени занятой территории. То есть основательная демобилизация вермахта абсолютно невозможна (можно лишь расформировать десяток дивизий в целях пропаганды).
Пять миллионов молодых здоровых мужчин, вместо того чтобы приносить доход своей стране трудом в народном хозяйстве, — ежедневно потребляют колоссальные объемы материальных ресурсов (продовольствия, топлива, боеприпасов — ведь армия, даже не ведя боевых действий, ежедневно должна оттачивать свое боевое мастерство). Той же пресловутой тушенки им надо ПЯТЬ МИЛЛИОНОВ БАНОК в день!
А главное — не ясна цель, с которой эта армия продолжает свое столь разорительное для страны существование. Вернее, этой цели попросту НЕТ.
С каждым днем британские военные возможности будут только расти — Великобритания для нужд войны начинает использовать весь свой необъятный потенциал, включающий свыше пятисот миллионов населения Острова, доминионов и колоний, их промышленные и природные ресурсы. Ведь Великобритания в 1940 году — это Канада, Австралия, Новая Зеландия, Индия, Южно-Африканский Союз, Бирма, Малайя, Кения, Египет, нефтяные месторождения Ближнего Востока и много-много еще чего полезного и нужного для войны.
На стороне Великобритании — Соединенные Штаты Америки. Это — еще двести миллионов населения и контроль над Южной Америкой, Филиппинами и разными подмандатными территориями в Тихом океане, колоссальные ресурсы и самая мощная в мире промышленность (одной стали выплавлено в 1940 году шестьдесят с лишним миллионов тонн, втрое больше, чем в Германии!). К тому же — развитое сельское хозяйство, способное прокормить двадцатимиллионную армию легко и непринужденно.
С каждым месяцем войны между Германией и «антигитлеровской коалицией» (пока — неформальной, но уже достаточно очевидно, что США будут вовлечены в эту войну, рано или поздно) превосходство последней будет только расти. И только вопрос времени — когда эта коалиция решит нанести Рейху удар, который будет, безусловно, смертельным для Германии.
Германия не может вести морскую войну с Великобританией — ввиду отсутствия военного флота. Но, скажет вдумчивый читатель, Германия может вести войну подводную — благо в ее распоряжении множество норвежских, голландских и французских портов, да и франкистская Испания отнюдь не против помочь в этом деле дружественному государству.
Но ведь это только
Почему-то считается, что подводная война немецких субмарин против англо-американских конвоев — это продолжение германской агрессии против Великобритании.
Но мы уже выяснили, что эта агрессия (ее материализация в виде высадки вермахта на английскую землю) в принципе невозможна. Немцы ни при каких условиях не могут высадить десант — ни морской, ни воздушный. То есть могут, конечно, но только для того, чтобы немного потренировать английские ВВС и береговую оборону, а кроме того, дать несколько уроков засидевшейся без дела английской территориальной армии. Ну, и слегка подорвать продовольственную базу Острова — ведь пленных надо кормить.
Выскажу несколько еретическую мысль:
Что везут многочисленные конвои лета и осени 1940 года из США в Великобританию?
Продовольствие, нефть и бензин выносим за скобки — это необходимо Англии, чтобы просто существовать.
Истребители (в 1940 году это, например, 38 «Буффало» Мк I и 170 «Буффало» В-339 Е) тоже как бы не считаем — оружие обороны, грядет «Битва за Англию», то да се.
Но в июне 1940 года английские ВВС заказывают в США фирме «Валти» 700 самолетов V-72 «Венджинс», каковые, между прочим, являются пикирующими бомбардировщиками и самолетами поля боя. Очень похожими на Су-2 или Накадзима «Кейт», которых герр Резун назвал «крылатыми шакалами», предназначенных для хладнокровного убийства на рассвете. И которым в Англии делать просто
И, покопавшись в содержимом многочисленных конвоев, следующих летом и осенью 1940 года в британские порты, мы раз за разом будем натыкаться вот на такие вот «венджинсы», которые для целей обороны Британских островов априори не нужны, а нужны для действий по обеспечению высадки британских войск на континент и последующей борьбы с вермахтом на французских полях.
Это — осень 1940 года. Нет еще никакого ленд-лиза, и уж тем более США еще не вступили в войну. Что ж говорить о содержании трюмов судов, идущих в британские порты, в 1941 году! Американские средние танки М3 «Генерал Грант», легкие танки М3 и М5 «Генерал Стюарт», тактические бомбардировщики «Бостон» (452 самолета, заказанных еще французами, и 300 — уже собственно английский заказ), истребители-бомбардировщики Р-40 «Томагавк» и «Киттихоук». Это — только маленькая часть идущего в Англию вооружения, и все это вооружение — для наступления на Европейском континенте или в Африке. Для обороны собственно Британских островов это «железо» не нужно.
Дениц, конечно, был голова. Палец ему в рот не клади — зубр подводной войны, признанный вожак «волчьих стай», им еще долго после войны пугали детей по обе стороны Атлантики. Тоннаж потопленных его «мальчиками» судов колоссален, но что характерно: до начала июня 1940 года немецкие подводные лодки потопили 199 кораблей общим водоизмещением 701 985 брутто-регистровых тонн, от мин, выставленных ими на фарватерах, погибло еще 115 судов (394 533 брт). Вроде много. Но за это время в английские порты проследовало никак не менее трех тысяч судов!
Дениц требовал от руководства Рейха лодок, лодок и еще раз лодок! Он гнал в Атлантику максимум субмарин из тех, что были в строю, оттачивал управление кораблями в океане, улучшал снабжение, добивался усовершенствования торпедного вооружения, хорошо кормил и поил своих ребят.
5
Да только все это было бесполезно.
И «Битва за Англию», и «Битва за Атлантику» — это попытки Германии тактическими способами решить стратегические задачи при очевидном неравенстве сил. Германия могла (с 1942 года) строить по двадцать подводных лодок в месяц — США (с 1942 года)
Конечно, деятельность «волчьих стай» несколько раз ставила Британию на грань военной катастрофы. Первый «звездный час» немецких подводников пришелся на октябрь 1940 года, когда всего за месяц было потоплено 38 судов. А всего с июня по октябрь этого года британский флот потерял 287 судов, 5 вспомогательных крейсеров и эсминец «Уилруинд», немецкие же потери за этот период составили всего 6 подводных лодок.
Но на каждое «вундерваффе» немцев находилось «чудо-оружие» у англичан.
50 старых эсминцев, выклянченных Черчиллем у Рузвельта в обмен на базы в Атлантике, на самом деле не очень нужны были англичанам для целей борьбы с Кригсмарине. Это был главным образом политический ход — больше для внутреннего потребления. Мы не одни! С нами — заокеанские братья! Видите, сколько они нам дают эсминцев? С ними противолодочная оборона наших конвоев будет непробиваемой!
На самом деле противолодочная оборона конвоев еще два с лишним года будет слабее, чем наступательные возможности подводных лодок, — но потери тоннажа союзники будут с лихвой перекрывать строительством колоссального количества транспортов.
Мощности английской и (главным образом) американской кораблестроительной промышленности рассчитывались Деницем и Редером в 1940 году в 200 тысяч брутто-регистровых тонн ежемесячно. И если топить хотя бы по 300 тысяч тоннажа каждый месяц — очень скоро проклятый Остров капитулирует.
В 1942 году они откорректировали желаемый объем — вот если бы можно было бы топить 700 000 тонн каждый месяц, победа была бы в кармане!
Ага. Два раза.
Только американские верфи и только транспортов типа «Либерти» в апреле 1943 года построили 140 штук общим тоннажем 2 миллиона брутто-регистровых тонн!
И никакие победы немецких подводников не смогут предотвратить неизбежное — англо-американское вторжение на Европейский континент, крушение «новой Европы» Адольфа Гитлера и гибель национал-социалистической Германии.
Потери немецких подводников в этой войне будут жестокими и немыслимо большими — 70 % экипажей не вернутся из глубины. Из 1157 построенных лодок 789 погибнут в боях. И хотя они потопят более 3000 транспортных судов (общим водоизмещением 14,5 миллиона брт), 178 боевых кораблей и 11 вспомогательных крейсеров — их борьба не принесет Германии победы. ПОТОМУ ЧТО ВОЙНЫ ОБОРОНОЙ НЕ ВЫИГРЫВАЮТ!
6
Поражение Германии в скоротечной, но весьма ожесточенной «Битве за Англию» с очевидной ясностью показывает немецкому руководству, что Люфтваффе
На момент начала «Битвы за Англию» немецкие ВВС, способные участвовать в ней, насчитывали, по разным данным, от 660 до 720 истребителей Bf-109 (из 1300–1350, находящихся в строю) и 168–170 тяжелых истребителей Bf-110 (из 180). Ударных самолетов немцы могли привлечь: 248 пикировщиков Ju-87 (как оказалось, абсолютно бесполезных в такой войне), 769 двухмоторных бомбардировщиков (из 1350 Ju-88, He-111 и Do-17, имевшихся на вооружении), а также всего 48 тяжелых четырехмоторных FW-200 «Кондор», выполняющих главным образом разведывательные и противокорабельные задачи.
У англичан в строю на июль 1940 года имелось лишь около 600 истребителей, способных подняться в воздух, и приблизительно полторы тысячи бомбардировщиков (всяких разных).
Вроде бы превосходство немцев в истребительной авиации, пусть и небольшое, очевидно.
На самом деле никакого превосходства немцев в воздухе НЕТ. Англичане строят самолеты и готовят летчиков быстрее, чем нацисты: в 1940 году они произвели около 10 000 воздушных судов и обучили летным навыкам более пяти тысяч кадетов, против 8000 самолетов и трех с половиной тысяч пилотов, построенных и подготовленных в Германии. У англичан — неисчерпаемый авиационный арсенал на Американском континенте, и, кроме того, в КВВС сражаются американские летчики-добровольцы. Не бог весть, конечно, какое подкрепление, но американцы все же значительно лучше подготовлены тактически и пилотажно, чем итальянские «асы», присланные на помощь Германии Муссолини.
Плюс к этому — у англичан радиолокационная система наведения истребителей. Которой нет у Германии.
В целом «Битва за Англию» ведется равными противниками, один из которых (Англия) постепенно увеличивает свое превосходство над врагом. Естественным завершением такой битвы явилось: постепенная утрата наступательного духа одной стороны (Люфтваффе) и такое же постепенное, но неудержимое наращивание превосходства в воздухе другой стороны (КВВС). Англичане одержали в небе Южной Англии локальную, но крайне важную для них психологически победу — НЕМЦЫ БЫЛИ НАКОНЕЦ ОСТАНОВЛЕНЫ!
С октября 1940 года Германия уже НЕ МОЖЕТ ОДЕРЖАТЬ ПОБЕДУ над Великобританией (и ее союзниками) ни при каких условиях. Победой для нее может стать лишь окончание войны «вничью» — Англия остается при своих интересах, Германия — при своих (уступив, безусловно, что-то из своих последних приобретений). Но и этот вариант возможен лишь в том случае, если немецкое руководство найдет такие возможности для продолжения войны, которые убедят Лондон (да и Вашингтон), что вторжение на континент будет избыточно дорого для их вооруженных сил, экономики и общественного мнения. Просто ввиду возможных колоссальных потерь и отсутствия ясной перспективы победы.
Осень сорокового года для Германии и лично Адольфа Гитлера — время мучительного выбора пути. Главный враг — Англия — выстоял и начинает накопление сил. Ближайший союзник — Муссолини — терпит поражение в Африке и в ближайшем будущем с треском проиграет свою «маленькую победоносную войну» с Грецией — долг союзника и идейного единомышленника толкает Гитлера на Балканы. Но война в этом европейском захолустье — это не более чем бесполезная растрата и так небольших сил. Потенциально возможное участие в итальянской же войне в Ливии с последующим вторжением в Египет? Может быть. Но Египет — далеко не самый ключевой пункт Британской империи, и даже появление немецких танков на берегах Суэцкого канала не решает главной проблемы.
Поделиться книгой: