Помоги проекту - поделись книгой:
Поскольку капкан у привады может простоять долгое время, надо позаботиться, чтобы его сильно не занесло снегом. В тростнике, например, делается укрытие в виде шалашика из заломленных с боков прохода стеблей, в еловом подросте — из согнутых и связанных проволокой макушек стоящих рядом елочек.
В феврале во время гона лисицы любят мочиться у торчащих из-под снега на поляне, просеке или в поле предметов — квартальных и межевых столбов, кочек, бревен и т. п. Капканы у таких мест в разгар гона всегда оказываются с добычей. Нередко охотники ловят лисиц на мочевой точке у оставленной в поле тракторной тележки, бороны, плуга.
Как и при охоте на волков, капканы на лисиц ставят «в след» и «под след». В первом случае на месте ямки следа деревянной лопаточкой делают углубление по размерам настороженного капкана, помещают его сюда и засыпают снегом. Поверхность разравнивают «заподлицо», а на месте старой ямки засушенной лапкой лисицы или зайца (точно над центром тарелочки самолова) делают отпечаток искусственного следа, как можно точнее похожий на настоящий, причем даже с имитацией «поволоки» и «выволоки». Иногда попавший при маскировке под тарелочку снег смерзается, и капкан не срабатывает. Чтобы этого не случилось, можно закрыть края тарелочки комочками (пластинками) снега или накрыть ее листом тонкой белой бумаги, а затем уже засыпать самолов снегом.
Во втором случае, то есть при установке капкана «под след», сбоку от ямки следа и под него лопаточкой выбирают углубление (пещерку) по величине настороженного капкана, куда и устанавливают самолов с таким расчетом, чтобы тарелочка находилась точно под следом. «Потолок» под основанием следа должен быть минимальной толщины, поэтому след аккуратно подрезают лезвием ножа. Если «потолок» настолько тонок, что тарелочка просвечивает, на нее кладут лист тонкой белой бумаги. Пещерку закладывают пластом снега, ямку засыпают и все разравнивают заподлицо с естественной поверхностью снега.
При любом способе установки капкана тщательно маскируют не только то место, где он поставлен, но и следы охотника. Первый от капкана след засыпают снегом из заднего и т. д. Поверхность разравнивают. Крупные комочки снега разбивают тонким прутиком, мелкие — кисточкой и ею же окончательно заравнивают поверхность. Маскировку можно считать хорошей, если, отойдя от поставленного капкана на несколько шагов, вы не можете отличить это место от окружающего…
Ловят лисиц обычно тарелочными капканами № 2 и № 3. Некоторые охотники применяют более мелкий капкан № 1, на котором закрепляют вторую пружину, либо с помощью надеваемых на концы заплечиков металлических дуг шайб усиливают прочность соединения дуг капкана со стойками основания. Хороши для ловли лисиц и более крупные капканы, применяемые на волков, которые практически исключают случаи отмола лап и ухода зверей. Однако эти капканы не транспортабельны.
Говоря об охоте на волков, мы рассказали и о подготовке капканов. Тут много общего, и повторяться, думаем, нет необходимости. Однако, учитывая, что качество выпускаемых тарелочных капканов средних и мелких номеров очень низкое, рекомендуем тщательно проверить работу купленных самоловов и при необходимости устранить имеющиеся дефекты. Так, со сторожка и рычага настораживающего механизма напильником снимают заусенцы, чтобы повысить чувствительность самолова. Особое внимание уделяют приспособлению для крепления потаска. Дело в том, что вертлюг у заводских капканов обычно слабоват, он разгибается даже при не очень большом усилии. Новый вертлюг изготавливают из гвоздя или железной проволоки сечением 4–5 мм. Поводок для крепления потаска лучше делать из цепочки длиной 40 см, а если ее нет — то сгодится стальной тросик диаметром 2–3 мм. Потаском может служить обрубок дерева, металлический якорь, скажем, 2–3-килограммовая гиря. В глубоком рыхлом снегу гиря сильно проваливается и, не лишая зверя возможности двигаться, в то же время быстро утомляет его. В сильные морозы, пройдя с таким потаском полкилометра, зверь выдыхается, ложится и замерзает.
Капканы, напомним, хранят в подвешенном мешке под навесом, на балконе, в сарае, словом, где их обдувает свежим воздухом, и носят в том же мешке. Перед охотой капканы проверяют, счищают с них наждачной бумагой ржавчину и проваривают в воде с добавлением хвои и коры деревьев, а прежде чем установить, можно натереть хвоей пихты, ели, сосны, корой осины или метелками полыни, то есть теми растениями, которые есть недалеко. Но не рекомендуется натирать капкан, скажем, полынью в лесу, в ельнике и, наоборот, хвоей деревьев в поле. Ставят капканы в холщовых рукавицах или шерстяных перчатках, которые хранят в мешке вместе с капканами.
И наконец, общее соображение: при капканном лове лисиц нужны наблюдательность, аккуратность, терпение. Начинающему охотнику лучше толково поставить за день, что называется, «по уму» три капкана, нежели кое-как целый десяток.
Представьте себе, уважаемый читатель, ясную, морозную ночь где-нибудь среди просторов Вятского края. Полная луна светит так ярко, что видно каждую веточку растущих вблизи засидки кустов ивняка, шмыгающих по соломе омета мышей, разбегающиеся вокруг по полю синие строчки лисьих следов.
Над крышами изб недалекой деревни поднимаются прямые столбы дыма. Там еще не спят. Временами доносятся лай собак, звуки гармони и обрывки веселой частушки. Но постепенно все затихает, и лишь со стороны чернеющей стены соснового бора слышится гулкое щелканье деревьев. Порой кажется, что где-то там, у края поля, движется что-то темное. Всматриваешься в серебрящуюся даль, глаза от холода и напряжения застилают слезы. Нет, это не зверь, а, наверное, метелка конского щавеля или полыни чуть колышется под порывами налетающего ветерка.
Вот быстро катится через поле синее пятнышко — белячишка. Самого зайца не видно. Это мчится за ним его тень. Зверек забежал в ивняковые кусты, слышен хруст обгрызаемых веток.
Откуда-то появилась сова. Хотела сесть рядом на стог, но, заметив притаившегося человека, резко свернула в сторону, нырнула вниз и быстро растворилась в ночном сумраке.
А мороз тем временем забирается под полушубок все глубже и глубже. Холод начинает пощипывать концы пальцев затекших ног, обутых в деревенские шерстяные носки, суконные портянки и валенки. Все больше и больше съеживаешься и невольно вспоминаешь о натопленной избе с горячим самоваром.
Обернувшись в сторону бора, внезапно вздрагиваешь от неожиданной радости — вдоль кромки леса, то сжимаясь в комок, то растягиваясь, движется темное пятно. Лисица! Опустив почти до снега хвост и пригнув голову, она приближается к омету неторопливой трусцой и вдруг останавливается. «Неужели причуяла?» — мелькает тревожная мысль, но, слава Богу, после нескольких мгновений, порой кажущихся вечностью, зверь снова идет вперед. После выстрела лисица как-то по-кошачьи вскрикивает, делает прыжок, падает, пытается встать и замирает на снегу, чуть пошевеливая пушистой трубой.
Разве не приятно, просидев неподвижно несколько часов на морозе и разогревшись потом быстрой ходьбой и радостью, войти в избу, где, несмотря на позднее время, тебя ждут, а на столе дымится паром сваренная картошка, лежат нарезанные ломтики белого сала и поблескивает рассолом горка огурцов.
В средней полосе Европейской России лучшая пора для такой охоты наступает после зимнего солнцеворота, когда устанавливаются надолго ясные, морозные дни и ночи. Засидку устраивают в местах, часто посещаемых лисицами: у кишащих мышами ометов соломы, у скотомогильников и бытовых свалок, у специально выложенной падали, причем специального скрадка не требуется, достаточно лишь слегка приспособить к делу выбранное естественное укрытие. В Подмосковье лисицы любят ходить на птицефабрики, где можно поживиться трупом выброшенной курицы. Надо заметить, что звери не боятся ни постоянного шума работающих в корпусах вентиляторов, ни электрического освещения. В степных и лесостепных районах засидки на лисиц хорошо делать на берегах замерзших речек, в том месте, где кончается растущий по берегам пойменный лес и начинается открытое пространство.
Помню, как в одну из зим я успешно охотился на лисиц на реке Чегем (Кабардино-Балкария), километрах в шести от поселка Чегем-2. В пойменных лесах этой речки, состоящих из непроходимых зарослей лещины, свидины, терна, облепихи и барбариса, лисиц было много. С наступлением сумерек звери покидали свои колючие трущобы и шли на кормежку в степь, следуя в основном обсохшим руслом реки. Место засидки я облюбовал на островке, разделяющем речку на два протока, в корнях подмытого летней водой осокоря. Отсюда был хороший обзор в обе стороны, и практически каждый зверь, даже следовавший у коренного берега, попадал под выстрел. Редкий вечер я возвращался на лесной кордон, где жил, без трофеев и за две недели непрерывной охоты основательно поубавил число местных лисиц.
Приваду выкладывают на переходах лисиц, где рядом есть подходящее для устройства засидки место. Например, можно сделать это где-нибудь у куч выкорчеванных пней, оставшихся после расчистки пашни или проведения мелиоративных работ. Поскольку лисица не отличается хорошим зрением, но обладает тонким чутьем и слухом, засидку располагают всегда таким образом, чтобы ветер дул от предполагаемого направления подхода лисиц на охотника, то есть под ветром или, в крайнем случае, в полветра. Сидеть надо неподвижно, не выдавая себя шумом, неосторожным движением.
Интересно, что в большинстве случаев каждый зверь имеет свой четкий «график» посещения тех или иных кормовых участков. Например, приваду или скотомогильник могут посещать несколько лисиц, но любая из них приходит в строго определенное время: одна — с наступлением сумерек, другая — в середине ночи, третья — перед утром. Поэтому, добыв лисицу в самом начале охоты, не следует торопиться с уходом домой, так как через некоторое время может появиться другой зверь.
Просидеть всю долгую зимнюю ночь в засидке, особенно в сильный мороз, практически невозможно — замерзнешь, как бы тепло ни был одет. Волей-неволей приходится прибегать к вахтовому методу: в первую ночь караулишь с наступления сумерек до полуночи и, если зверь не вышел, на следующую — с полуночи до рассвета. Вообще же, лисицам по нраву ясная, морозная погода. В сильный снегопад, в метель звери нередко совсем не идут на кормежку, пережидают непогоду.
Подходить к месту охоты следует всегда таким образом, чтобы ваш след не пересек тропу, которой зверь выходит к месту, где устроена засидка. Например, если вы караулите на омете соломы, стоящем в углу окруженного лесом поля, то подходить надо со стороны поля, его серединой. К приваде или скотомогильнику лучше идти проезжей дорогой и от нее напрямую к засидке. Этих предосторожностей можно не придерживаться лишь в тех местах, где звери привыкли к следам человека (на бытовых свалках, у птицефабрик и ферм).
Ни в коем случае не следует торопиться с выстрелом. Стрелять нужно с расстояния 20–30 шагов и в тот момент, когда зверь расположен боком.
Ясной зимней ночью, в полнолуние, бывает настолько светло, что и прицельная планка, и бронзовая мушка ружья хорошо видны даже на фоне темного силуэта зверя, и стрельба поэтому легка. В пасмурную же ночь, да еще при низкой облачности или тумане, верный выстрел сделать труднее, так как прицеливание приходится производить по стволам ружья. В этом случае особенно важно, чтобы ружье было прикладистым. Дать какие-то четкие рекомендации для стрельбы в ночных условиях невозможно. Опыт приобретается практикой. Однако даже опытные охотники нередко делают промахи.
Следует сказать несколько слов об экипировке охотника. Одеваться для охоты из засидки надо тепло: в нижнее белье с начесом (лучше шерстяное), толстый свитер (предпочтительнее из деревенской шерсти), ватные брюки, полушубок (неплохо под него поддеть еще и меховую жилетку), шерстяные носки и суконные портянки, валенки или меховые унты, меховые рукавицы, шапку-ушанку. Понятно, что в таком одеянии быстро добраться на лыжах до засидки не удастся, поэтому выходить на охоту надо заблаговременно, двигаться не торопясь, с частыми остановками. Если охотник не располагает достаточным временем, то часть вещей можно положить в рюкзак и надеть, уже придя на место.
И еще раз повторим: на охоте из засидки настоящая удача сопутствует только выдержанным и терпеливым охотникам.
В те годы, когда мышевидных грызунов мало, а зимы снежные, лисице по глубокому снежному покрову становится труднее добывать себе корм. Не успевая насытиться за ночь, она все чаще бывает вынуждена мышковать и днем. Дневной
Охотник должен быть соответствующим образом экипирован: одет в легкую, но теплую и непродуваемую одежду и в белый маскировочный халат с капюшоном, белые же рукавицы или перчатки, покрашенные сверху белым лыжи, иметь бинокль, а вместо гладкоствольного ружья предпочтительнее нарезное — карабин типа «Барс».
На охоту выходят рано утром, чтобы к восходу солнца попасть в поля. Выйдя на возвышенное место, охотник внимательно осматривает в бинокль окрестности и, заметив мышкующего зверя, начинает его скрадывать. На первый взгляд лисица не придерживается какого-либо направления — уходит то вправо, то влево, а то и возвращается немного назад. Однако, понаблюдав какое-то время, легко заметить, что зверь все-таки соблюдает определенный маршрут. Поэтому охотнику надо скрытно выйти на направление предполагаемого хода лисицы и, замаскировавшись в укрытии (за кустом, ометом соломы, снежным сугробом), ждать приближения зверя, не теряя его из поля зрения.
Разумеется, не всегда мышкующая лисица приближается на убойный выстрел, тем более дробового ружья. Если очевидно, что она может пройти слишком далеко, то охотник манит лисицу, имитируя писк мыши или крик раненого зайца. Писк мыши зверь хорошо слышит на расстоянии за сто метров, точно его засекает и зачастую сразу по прямой направляется к укрытию стрелка.
Порой случаются смешные до слез картины лисьей охоты. Вот кумушка ленивой трусцой бежит по полю, внезапно останавливается с приподнятой передней лапой и склоненной вбок головой, затем свечкой высоко подпрыгивает вверх и, описав плавную дугу, падает вниз, пробивает лапами толщу снега и начинает рыть так быстро, что через несколько секунд виден только ее крестец с подергивающимся хвостом да летящие кругом комья снега, травы и земли. Надо самому видеть, чтобы вполне оценить обескураженное и сердитое выражение испачканной снегом и землей морды рыжей кумы после неудачной охоты. Посмотрим она на свою яму и, будто в сердцах, выругается про себя.
Манки на лисицу охотники делают сами, а некоторые умельцы имитируют писк мыши лучше всякого манка губами.
Увлекательна охота на лисиц в лесной местности и с
Как уже говорилось, у лисиц есть свои излюбленные места дневок. Поэтому верным признаком близости такого места будут встречающиеся на вашем пути старые лисьи следы. Идти здесь надо очень осторожно, постоянно останавливаясь и внимательно осматривая пни, кочки, муравьиные кучи и основания стволов деревьев, где может лежать лисица. Заметив спящего в пределах выстрела зверя, надо негромким щелканьем, чмоканьем или свистом поднять его и тогда уже стрелять. У лежащей в рыхлом снегу лисицы чаще виден только верх ее пушистой спины, поэтому, выстрелив, охотник нередко делает промах — обвысит.
Тропить лисиц следует только в мягкую, после хорошего снегопада погоду, когда висящая повсюду кухта глушит звуки, а сама кумушка спит крепко.
Обыкновенная белка — ценный пушной зверек, населяющий практически всю лесную зону страны — от западных границ до побережья Берингова пролива. Преимущественные места обитания этого вида — хвойные, а также лиственные леса со значительной примесью сосны, ели, сибирского кедра, лиственницы, семенами которых зверек кормится большую часть года. Во множестве районов Сибири, Дальнего Востока; Урала, северной и средней полосы Европейской России белка служит одним из основных объектов промысла. Заготовки ее шкурок на территории СНГ превышают в некоторые годы 5 млн штук.
Сроки открытия охоты на белку совпадают с тем временем, когда зверьки сменят свой рыжий летний мех на серый (буровато-серый) зимний. В средней полосе России это бывает в конце октября — начале ноября, а в Сибири и на Урале несколько раньше — в первой, второй декаде октября. В народе подмечено — в дождливую осень и перед строгой зимой белки вылинивают раньше (и наоборот).
Зверьки кормятся с рассвета до 10–11 ч утра, затем отдыхают в убежище (гайне) и после 2 ч пополудни снова выходят на кормежку, жируя дотемна. По чернотропу и мелкому снегу зверьки во время кормежки много бегают по «полу», то есть по земле, выискивая оставшиеся подмороженные грибы, опавшие желуди, орехи лещины. Тогда их можно часто встретить и в сплошном чернолесье — березняке, осиннике, на ольховом болоте, а если был большой урожай желудей, то и в дубняке.
Охота на белку по чернотропу и в начале зимы с умело работающей собакой лайкой интересна, в высшей степени спортивна, а в хорошие годы добычлива даже в подмосковных лесах. На охоту выходят рано утром, еще затемно, чтобы к рассвету быть уже в лесу. В ясное, тихое утро начала ноября приятно брести по перепаханному полю, посеребренному инеем, к темнеющей впереди кромке леса. Спущенная с поводка собака, легко и упруго перескакивая по комьям развороченной плугом земли, покатит темным шариком к лесу. Вы еще не дошли до него, а из гряды растущего по кромке поля сосняка уже слышится громкий лай. Осторожно подойдет запыхавшийся охотник к сосне, где затаился зверек, и, внимательно осмотрев на фоне светлеющего неба крону дерева, увидит вытянувшуюся на ветке белку. Взвизгнет, нетерпеливо подпрыгивая, собака, когда после выстрела зверек начнет валиться сквозь ветви вниз, схватит его почти на лету, хорошо встряхнет и положит на землю после окрика хозяина. Не успеет охотник уложить добычу в рюкзак, а собака уже лает метрах в двухстах. Снова гремит выстрел, и снова падает вниз пушистый зверек…
Хорошая рабочая лайка даже в самых крепких ельниках всегда точно определяет дерево, на котором затаился зверек. Причем делает это порой очень оригинально: прыгает на ствол и, царапнув его когтями передних лап, прислушивается. Чуткое ухо собаки улавливает малейшее движение испуганной белки. Убедившись, что зверек именно здесь, лайка отскакивает от дерева и начинает облаивать. Охотники в таких случаях говорят, что собака работает «на коготок».
Охота по чернотропу, особенно в светлохвойных лесах, легка, поскольку зверек в это время мало таится, нередко вообще не прячется — сидит и цокает на облаивающую его собаку.
С наступлением зимы поведение белок резко меняется. Обнаруженные собакой, они не только крепко затаиваются в верхней части кроны дерева, но часто стараются уйти грядой от облаивающей собаки, причем бегут верхом так быстро, что охотник не в состоянии догнать зверька.
Способность спрятаться, быть незаметной, казалось бы, в самом голом месте у некоторых белок поистине удивительна. Застигнутая собакой в чернолесье, распластается белка на стволе березы так, что смотрит охотник чуть не в упор и не видит зверька, серая шубка и черный хвост которого сливаются с окраской коры дерева. Или сожмется в комок и затаится в самой маковке молодой сосны. В старых, густых ельниках охота на белку чрезвычайно трудна и малодобычлива именно из-за невозможности в большинстве случаев разглядеть затаившегося зверька. В годы урожая еловых шишек, когда зверьки держатся в ельниках, удобнее охотиться вдвоем: один наблюдает за кроной дерева и стреляет, другой ударом кола или обуха топора по стволу выпугивает затаившегося зверька. Однако, бывает, и это не дает результата. Тогда кому-то из охотников, чтобы выпугнуть белку, приходится лезть на дерево.
Активны бывают белки, много бегают по «полу» в умеренные морозы, оттепель. В сильный мороз, пургу, дождь зверьки кормятся мало, предпочитают отсиживаться в убежище, так что охота на них в такую погоду всегда плохая.
Некоторые охотники, убив белку, тут же ее обдирают, а тушку отдают собаке. Делать этого ни в коем случае нельзя, во-первых, потому, что собака, особенно молодая, может начать жрать и неободранных зверьков, и отучить ее от этого порока будет очень трудно; во-вторых, сожрав сырую тушку, собака может заразиться глистами, и, в-третьих, обожравшись мяса, лайка начинает много пить, глотать снег, становится вялой и работает неазартно. Тушки белок можно скармливать собаке только в вареном виде.
Шкурку белки снимают трубкой, с разрезом по огузку, с сохранением меха головы (с носиком и ушами). Они должны быть очищены от прирезей мяса, жировых отложений, костей из лап и хвоста, крови с мездры и волоса, оправлены трубкой мездрой наружу и законсервированы пресно-сухим способом.
Успех охоты на белку с собакой, можно сказать, целиком зависит от ее рабочих качеств: чутья, мастерства и вязкости. Немало надо потратить охотнику времени, чтобы натаскать своего молодого питомца, сделать из него хорошего и верного помощника. Поэтому, если уж завели лайку, потрудитесь, уважаемый читатель, как можно чаще бывать с ней в лесу.
Лесная куница — пушной зверек из семейства куньих. У нее гибкое тело, заостренная и несколько вытянутая морда, небольшие, широкие у основания с закругленной вершиной уши и сравнительно короткие лапы с подошвами, покрытыми жесткими волосами.
Зимний мех у куницы пышный и нежный. Общая его окраска может быть светло- и темно-коричневой, рыжевато-бурой, охристой и дымчатой. Спина темнее боков. Хвост окрашен так же, как спина, но кончик его темнее. На горле и нижней части шеи располагается пятно желтого, оранжевого или бурого цвета, иногда заходящее на грудь. Горловое пятно обычно резко очерчено, однако попадаются куницы и с еле заметным, размытым пятном, как у соболя. На спине и боках бывает примесь белых остевых волос, придающих шкурке небольшую серебристость.
Очень подвижная и ловкая куница отлично лазает по деревьям, благодаря опушению лап хорошо бегает даже по рыхлому снегу, ведя, в сущности, полудревесный образ жизни, хотя добывать корм предпочитает все же на земле. За один раз зверек проходит «верхом» от 50 до 200 м. На памяти автора лишь однажды куница, не опускаясь на «пол», прошла около 400 м по густому молодому сосняку, одолев почти весь лесной квартал шириной в полкилометра.
Куница — зверек лесной. Живет в европейской части СНГ, на Урале и в Западной Сибири — от Кольского полуострова, Калининградской области и Беларуси на западе до реки Оби на востоке, а также на Кавказе и в Молдове. По пойменным лесам рек заходит в лесостепь и тундру. Обитает в сосновых борах, лиственных дубравах, елово-широколиственных лесах. Однако в центральных и северных районах европейской части страны предпочитает старовозрастные захламленные ельники или смешанные леса с преобладанием в древостое ели.
Куница питается как животной, так и растительной пищей, но основу ее питания все же составляют мышевидные грызуны, белки, птицы (в особенности рябчик). В годы урожая охотно поедает рябину, калину, чернику и другие ягоды, а в лесах Подмосковья пользуется даже отбросами, оставшимися после нашествия грибников и туристов. Тропя куниц, не раз приходится наблюдать, как зверек после своей безуспешной охоты выгребает из-под неглубокого снега вместе с кусками полиэтиленовой пленки и газет яичную скорлупу, кости, жестяные банки из-под мясных и рыбных консервов. Зимой куница нередко ходит на лежащую в лесу падаль, подолгу держится вблизи мест отстрела лосей и кабанов, поедая оставшиеся после разделки животных внутренности и делая в своем убежище запасы корма.
Следы куницы трудно спутать со следами других представителей того же семейства, например хорька или норки. У нее они более крупные, мозоли подошв из-за густой опушенности лап на снегу не отпечатываются, а кончики когтей еле заметны. По очертаниям след продолговатый, более широкий спереди и несколько суживающийся к пятке. Наиболее типичны парные отпечатки. Нередко куница «троит», иногда ходит шагом, который у нее короток и развалист. Охотится в основном ночью. Длина ночного следа зависит от ряда причин: состояния погоды и снежного покрова, обилия корма, наличия убежищ и колеблется в центральных областях от двух до пятнадцати километров, в среднем — около 4–6 км.
Идеальной для охоты на куницу можно считать тихую безветренную погоду после сильного, но прекратившегося до полуночи снегопада. В такую погоду зверь дает сравнительно короткий след, что помогает быстрее вытропить его и закончить охоту. Кроме того, не мешает односледица, след свеж и отчетлив, зверек мало заходит на «верх», так как передвижению в кронах деревьев мешает нависшая кухта, а если и заходит, то на «полу» остаются четкие «оспины» от комков сбитого снега и сор (кусочки коры, хвоя, ветошь), которые позволяют безостановочно продолжать тропление и найти убежище куницы.
Впрочем, не всегда охота заканчивается быстро и удачно при самом благоприятном стечении обстоятельств даже в такую погоду. Однажды, прихватив след почти в конце суточного хода куницы, автор этих строк еще до полудня обрезал его в небольшом (250х250 м) еловом острове. Сомнений, что зверек здесь, не возникало: ельник был зажат между высоковольтной линией электропередачи, мелиоративной канавой, просекой и вырубкой. Однако обнаружить убежище оказалось непросто. Перейдя просеку, куница поднялась на «верх» и, излазив по кронам деревьев вдоль и поперек весь ельник, насорила повсюду так, что установить по следу место дневки было невозможно. Поскольку дуплистых деревьев в окладе не было, зверь, судя по погоде, мог лежать только в беличьем гайне. Нависшая кухта и густота деревьев затрудняли обзор крон. Лишь часа через три, осмотрев группы и каждое «подозрительное» дерево в отдельности, замерзнув и почти «отвинтив» себе шею, я наконец обнаружил в верхней части одной из высоких елок хорошо замаскированное свежими еловыми веточками гайно, в котором и застрелил этого «верхолаза».
А вот в другой раз охотничье счастье автору не сопутствовало. Как показало «расследование», предпринятое на следующий день, куница прыгнула с разлапистой елки на кончик стоящего посреди небольшой поляны шеста, торчащего из остожья, и, опустившись по нему, забралась на дневку в заваленные снегом остатки сена. Своевременно же разобраться в хитростях зверька охотнику помешали быстро наступившие сумерки.
Гораздо труднее тропить куницу, когда после снегопада устанавливается ясная ветреная погода. Сбитые с деревьев ветром снег и сор не дают возможности выслеживать зверька, идущего «верхом».
Охотясь, куница делает петли, обшаривает пни, валежник, словом, те места, где могут быть мышевидные грызуны. В их поиске она нередко заходит на край вырубки, болота и даже поля. Поэтому, чтобы сэкономить время в короткий зимний день, не нужно все время держаться следа, а стараться, сообразуясь с условиями местности и характером леса, обрезать его. Например, если смешанный лес, ельник или сосновый бор тянется грядой между более или менее открытыми пространствами (болотами, вырубками, вдоль поймы реки, берега озера), можно идти стороной лесного массива, временами пересекая его в наиболее разреженных местах: по полянам, прогалинам, рединам, пойме ручья или речки, дороге, просеке, то есть там, где куница не могла бы «верхом» пересечь путь охотника.
Когда след обрезан и вы твердо уверены, что куница осталась в окладе, можно попытаться рассечь оклад еще на несколько частей, уменьшив тем самым пространство поиска убежища зверька. Показателем недалекого места дневки служит характер следа. Он более прямой, не рыскает из стороны в сторону, как на жировке. Куница обшаривает дуплистые деревья, колодины, часто заходит на «верх». Перед местом дневки запутывает след и на небольшой площади, бывает, напетляет, как заяц, не один раз пройдя своим следом.
В условиях Московской, Смоленской, Калужской, Владимирской, Ивановской, Костромской, Тверской и других областей средней полосы европейской части страны куница предпочитает ложиться на дневку в беличьи гайна, дупла деревьев и лишь в сильный мороз на земле — в куче укрытого снегом валежника, оставленном в лесу штабеле дров, копне сена. В оттепель, а также в начале февраля, когда начинает припекать солнце, зверек может лежать в сорочьем или вороньем гнезде, а то и прямо на еловой ветке. На Кольском полуострове, где леса редкостойные, куница чаще всего выбирает убежище в расселинах скал и в каменистых россыпях. Отыскивая гайно, надо знать, что белки предпочитают устраивать свои гнезда на елках средней величины, растущих поблизости от редины или прогалины, причем чаще всего — в группе деревьев, обращенных к южной, солнечной, стороне. Иногда на расстоянии 100–200 м можно обнаружить три — пять, а то и больше беличьих гнезд. Большинство из них бывают старыми, куница же предпочитает лечь в новое, хорошо утепленное.
Многие охотники, найдя гайно, стучат по стволу, стараясь обнаружить и выпугнуть зверька. Способ не слишком хорош, если учесть, что куница, стремительно выскочив из убежища, уже через несколько прыжков, а то и сразу может исчезнуть из поля зрения. Выстрел в таких случаях не всегда бывает прицельным. Так, однажды после того, как я потряс сосенку толщиной в руку, на которой примостилось маленькое гайнышко, куница прыгнула мне чуть ли не на голову и, мгновенно преодолев по рыхлому снегу метров десять открытого пространства, исчезла за ивовыми кустами возле болота. К счастью, я промазал — на таком расстоянии шкурка была бы разбита выстрелом и безнадежно испорчена.
Позже, приобретя необходимый опыт, я уже не поступал так опрометчиво и предпочитал сразу стрелять по «подозреваемому» гайну. Даже если куница лежала в другом гайне всего метрах в ста, звук выстрела ее не пугал. Зверек не покидал убежища, так что в конце концов его удавалось отыскать. В большинстве случаев куница бывает убита наповал и остается в гайне, поэтому нельзя стрелять по гайнам на тех деревьях, на которые не сможешь залезть.
Куница для своего временного или постоянного убежища нередко использует дупла, к которым обычно подходит «верхом», даже если отверстие находится у основания дерева. Определить присутствие зверька можно, постучав по стволу. Когда удар приходится вблизи места, где лежит куница, хорошо слышно, как она нервничает, крутится или поднимается по стенкам, царапая их когтями. Если дупло неглубокое, удается прощупать зверька, засунув в отверстие гибкий прут.
При охоте на куницу нужно всегда иметь с собой средней величины топор, чтобы, например, разобрать валежник, расширить отверстие дупла и т. п. Ни в коем случае нельзя рубить дуплистое дерево: ведь таких подходящих кунице деревьев мало, поэтому они регулярно используются для убежищ, в них же куница чаще всего устраивает выводковые гнезда.
Обнаружив зверька, не вздумайте лезть в дупло голой рукой: последствия такого решения бывают плачевны. Автор видел одного азартного охотника, который, не имея возможности разрубить дупло, поступил именно так. Надо отдать должное его самообладанию — куницу он задушил и вытащил, но кожа на руке висела лохмотьями.
Выгнать зверька из дупла можно, постучав обухом топора по дереву примерно в том месте, где он лежит, или при помощи дыма. На охоте желательно иметь при себе два-три капкана первого номера на случай, если зверек ляжет на дневку в валежнике, буреломе, другой крепи, где добраться до него трудно, или он может выскочить в стороне от охотника, не попав под выстрел.
Намного успешнее проходит охота с хорошо работающей по этому зверьку
Поскольку суточный ход куницы, как мы уже знаем, бывает очень велик, ее следы в начале пути успевают за долгую зимнюю ночь, особенно в морозную погоду, что называется, остыть, то есть потерять запах. Собака не берет такой след. Чтобы ей помочь, охотник должен, не теряя времени на тропление жировочных следов, обрезать наслед куницы в том участке леса, где она залегла на дневку.
Точно так же, чтобы сохранить силы лайки, следует поступать при охоте на куниц в период многоснежья: собаку набрасывают на след лишь после того, как обложено место дневки.
Приведенные советы, разумеется, не могут служить единственно верными и полезными во всех случаях. Ведь на территории нашей огромной страны условия обитания куницы довольно различны, а от них зависит своеобразие поведения зверька и, значит, особенности охоты.
Куница — ценный промысловый зверь, мех которого пользуется большим спросом, а поэтому в соответствии с существующими правилами шкурки куницы должны быть сданы заготовительной организации не позже чем через месяц после окончания сезона охоты.
В большинстве областей средней полосы страны сроки охоты устанавливаются с 1–15 ноября по 1–15 февраля.
Шкурки с куницы снимают трубкой. Делают разрез по задней стороне передних лап (от запястья до скакательного сустава) и задних (от запястья до анального отверстия). Мех головы (с носиком и ушами), лап (с подушечками и коготками), а также хвоста должен быть сохранен. Шкурку на хвосте разрезают по нижней стороне, от анального отверстия до конца, и снимают очень осторожно. Затем шкурку очищают от прирезей мяса, сухожилий, хрящей из ушей, костей из лап, а также от грязи и крови с мездры и волоса и хорошо обезжиривают. Мездрить надо осторожно, чтобы не повредить корни волос. Консервируют шкурку пресно-сухим способом, на правилку надевают сначала мездрой наружу, а затем, когда немного подсохнет, выворачивают и досушивают волосом наружу. Чтобы лучше подсыхали хвост и лапки, сырую мездру на них надо расправить и подклеить полоской бумаги, которая не дает шкурке свертываться.
Для изготовления правилки берут доску толщиной 5–7 мм и длиной 700 мм. Один конец доски (нижний) обрезают перпендикулярно длине, а другой примерно со второй трети длины постепенно сужают до продольной оси в верхнем конце. Ширина правилки у основания — 95 мм, в последней верхней четверти — 75 мм, на расстоянии 10 см от конца — 55 мм и т. д.
Оценка шкурок куницы довольно сложна, ведь по стандарту они подразделяются на три группы дефектности, а также на три сорта. Однако можно с уверенностью сказать, что очень многое и в значительной степени зависит тут от умения охотника не только добыть зверька, но и правильно снять, обработать и сохранить ценную шкурку, довести ее до требуемых кондиций.
По сложившимся традициям ловлю зверей капканами относят к так называемой промысловой охоте, тем самым словно бы подчеркивая ее материальную, а не развлекательную сущность. Однако это не значит, что самоловный промысел лишен эмоциональных черт спортивной охоты: азарта, соревновательности, радостей и огорчений, удовлетворения от общения с природой. Недаром многие охотники-горожане ежегодно проводят отпуск на охоте, занимаясь капканным промыслом в удаленных от шумного мира лесах Карелии, Урала и Сибири. При этом ими руководит отнюдь не корыстный интерес, привлекает возможность хорошо отдохнуть, физически окрепнуть и на время почувствовать себя независимыми от условностей и привычек городской жизни.
Ловля норки капканами сравнительно проста, не требует большой предварительной подготовки, а потому доступна даже для охотника-отпускника, располагающего всего тремя-четырьмя неделями. Кроме того, для каждого любителя промысел норки интересен еще тем, что ведется в богатом дичью пойменном комплексе, где есть возможность попутно заниматься ружейной охотой или рыбалкой.
В России обитает два вида норок: европейская, или русская, и американская. Первая является исконным обитателем лесной зоны европейской части страны, вторая же была акклиматизирована у нас в начале 30-х гг. и сейчас широко расселилась вплоть до Дальнего Востока. Распространению «американки» способствовало клеточное звероводство: бежавшие с ферм зверьки расселились в охотничьих угодьях.
Оба зверька очень сходны между собой по внешнему виду и образу жизни. В отличие от русской у американской норки белый цвет нижней губы не распространяется на верхнюю, а зимний мех более густой, пышный и мягкий. Для русской норки типичен ход прыжками с парными отпечатками лап, американская же часто «троит», а иногда ходит шагом.
Более крупная и сильная американская норка вытесняет европейскую, ареал которой сокращается. Если сослаться на собственный опыт, то лет 20 назад русскую норку мне приходилось ловить в Валдайском районе Новгородской области, на притоках реки Чепцы в Кировской области, в Карелии и в других местах, а позже этот вид мне в капканы уже не попадался.
Жизнь норки тесно связана с водоемами лесной зоны, хотя встречается она и в лесостепной, и степной зонах, например в Ростовской области. В лесах равнинной части норка любит небольшие проточные водоемы, ручьи и речки с густо покрытыми древесно-кустарниковой растительностью, заболоченными берегами. Однако встречается она и по берегам более крупных рек и озер. В Восточной Сибири, Карелии и на Кольском полуострове норка обитает по порожистым горным речкам, берега которых покрыты лесом, каменистыми россыпями, создающими для зверька хорошие защитные условия.
Питается норка в основном мелкими грызунами, землеройками, рыбой, лягушками, раками. Иногда ловит птиц и даже таких крупных зверьков, как заяц и ондатра. Зимой преобладающее значение имеют корма, добываемые в воде, а потому для норки неблагоприятны насквозь промерзающие водоемы и те, на которых образуются наледи. Лучшими условиями обитания отличаются те речки, где зимой бывает много полыней и пропарин.
Норка — очень пластичный зверек. Если ее сильно не преследуют, она охотно селится вблизи человеческого жилья. Следы ее можно встретить под мостами, по которым день и ночь ездит транспорт, у расположенных недалеко от водоема деревенских амбаров, сараев, бань, куда норка наведывается в поисках мышей. Следы зверька постоянно встречаются по берегам речки Пехорки, протекающей в черте крупных промышленных поселков Московской области. Нередко норки приходили к охотничьему зимовью, в котором я жил на промысле, и расплачивались за такую смелость собственной шкурой.
С выпадением снега обнаружить места обитания норок легко по парным отпечаткам ее грязноватых следов, петляющих вдоль берега то по суше, то по кромке льда, то пересекающих водоем с мыса на мыс. С начала ледостава зверьки концентрируются у открытой воды (порогов, продушин), протаптывая в снегу от полыньи к полынье хорошо заметные тропки.
По чернотропу следы норок можно заметить, проходя вдоль берега и внимательно осматривая отмели, почву под подмытыми берегами, обвалившимися в речку деревьями, нависшими кустами и корягами, нагромождения плавника и другие крепкие места.
Лазы зверька обычно пересекают речные петли в самом узком месте и бывают хорошо заметны в побуревшей осоке. Опавший с деревьев лист на таких лазах утоптан, узкая тропка кажется подметенной.
Особенно добычлив лов норки поздней осенью и в начале зимы, когда расселяется молодняк и зверьки откочевывают с мелких промерзающих водоемов на более глубокие и кормные. В это время норки бывают активны круглые сутки, совершают довольно большие переходы по суше: из одной речки в другую, из озера в озеро. Как-то в начале ноября на маленьком мелком ручье, соединяющем заболоченное лесное озерко с заливом Нерпа-озеро (Мурманская область), мне удалось за неделю в одном и том же месте поймать пять норок, причем двух из них — в течение суток: одна была снята рано утром, вторая — во второй половине дня, при возвращении с промыслового путика.
С выпадением глубокого снега и наступлением морозов зверьки ведут скрытный образ жизни в пустотах подо льдом, под обвалившимся берегом, на поверхность выходят редко.
Для ловли норки применяют в основном крестовинные тарелочные капканы № 1, поскольку они более транспортабельны, нежели крупные. Вместе с тем рекомендуем брать с собой на промысел и до десятка капканов второго номера, которые можно ставить как на норку, так и на более крупных хищников (лисицу, енотовидную собаку). Случаев попутной ловли других зверей на норочьем промысле немало.
Поделиться книгой: