Помоги проекту - поделись книгой:
Вероятно, сегодняшним французским египтологам можно было бы именно в этих местах убедиться в правоте химика И. Давидовича (см. выше), не выезжая за пределы своей страны. Но, как теперешние чиновники от науки, так и Проспер Мериме ограничились только констатацией.
В городе Перпиньяне (с. 229) он выделяет постройки, осуществлённые при Карле V, и даже рассказывает легенду о том, как тот собственноручно убил спящего часового, но, вероятно, не рискнул бы публиковать свои заметки, если бы мог знать, что так называемый Карл V есть придуманный Скалигером и его сообщниками персонаж-прообраз русского царя Ивана IV «Грозного».
В Эльне обнаруживается кафедральный собор, дважды (какая точность!) разоряемый и опустошаемый сарацинами. Но есть описание весьма интересного для нас барельефа на здании (с. 236). Он «изображает епископа, который стоит… в окружении двух ангелов. Обращает внимание форма митры епископа — очень низкой и вырезанной спереди; по-моему, она старинная. Византийский стиль сказывается в изображении одежд епископа и его мантии: она вся в мелких складках, богато вышита и украшена драгоценными камнями и жемчугом». Здесь впору вспомнить, что Папа Иннокентий III, изображённый на одной из фресок Рафаэля («Диспут»), был никем иным, как русским князем Иваном Калитой! (12, с. 190).
При описании г. Оранжа также есть интересная страница: «Надписи, которые можно было прочесть на трофейных щитах, ныне настолько стёрлись, что их невозможно разобрать. Имя
Мы вернёмся к этим суждениям писателя через несколько страниц, а пока скажем, что поездка на юг Франции, вероятно, сыграла важную роль в жизни Мериме и в том, что он становится позднее не только знатоком русской истории (в том числе, вероятно, и этрусской), но и переводчиком на французский язык произведений Пушкина, Гоголя, Тургенева.
Сегодня нас уже не удивляет факт, что русские выбирают себе на жительство заграницу, но надежды на то, что они, даже будучи профессиональными филологами и литераторами, кинутся изучать следы предков на юге Франции, мало. Александр Зиновьев (26) писал: «Неплохо устроившиеся советские эмигранты, а среди них — агенты КГБ в первую очередь, суть на Западе главные противники наступления коммунизма, — вот вам ещё пример всеми презираемой, но вечно торжествующей диалектики… Странно, давно ли человек покинул Союз, а уже всё позабыл. И факты советской жизни воспринимает как иностранец». Не хочу бросить тень на сегодняшних эмигрантов, но и в их отношении к реальности бытия действуют нередко всё те же законы психологии: «не бередите старые раны!», а попросту — «не для того уезжала»!
Поэтому посмотрим опять глазами европейского, но современного писателя Жана Маркаля на события эпохи Реформации на юге Франции (27). В книге есть всё, столь характерное для Европы, что могло бы сказать об авторе, что он — «в теме», «в тусовке» и уж точно — не «дилетант». Проявляя большую информированность о легендах и слухах в связи с катаризмом, он проходит те же вехи, что и Мериме веком до него: упоминает и нашествие арабов, якобы, в VIII веке нашей эры и роковой для Симона де Монфора, якобы, 1218 год, а самих альбигойцев представляет не жителями Великой Русской империи, а какими-то «засланцами», которые тайком пробрались в Южную Францию и другие места исконного проживания европейских «резидентов». Не подготовленный книгами ФН российский читатель всё так же, как и в случае с Мериме, будет скучать, когда автор перечисляет народности кельтов, богомилов, венетов, вестготов, имеющих прямое отношение к славянам. Но Маркаль и не собирается делать акценты на связи катаров с Русью. Для него лучше, если катарская загадка так и останется загадкой, попутно принеся ему внимание современного французского общества и всё с этим связанное. Книга могла бы остаться непонятой, если бы ФН не дали подлинного ориентира — все события надо переместить вверх по шкале времени на 300 лет. Но именно из-за того, что Маркаль пользуется скалигеровским летоисчислением, его книга не способна быть большим, чем любопытным явлением, а могла бы…
Основное внимание он уделяет замку и району Монсегюр, который «приобрёл значение только к концу Римской империи (!), с приходом вестготов» — из Швеции (!). В замке были конюшни, и «известно, что лошади были очень небольшого роста (
Известно, что замок Монсегюр, как и прочие у катаров, был практически неприступным. И если он был сдан противнику — не обошлось без предательства. Вместе с тем, немаловажный факт, что из благоговения перед жизнью катары были не только вегетарианцами, но убеждёнными сторонниками ненасилия, не имели права носить оружия и вести войну. Для целей обороны, однако, могли использовать наёмников, в частности, тамплиеров.
Монсегюр был взят противником, якобы, 16 марта 1244 года, и 205 катаров, желая сохранить веру, предали себя смерти на костре. Лишь четверо
Жан Маркаль делает важные замечания, но они носят, порой, декларативный или односторонний характер: «Каждая эпоха обращается к своему прошлому, освежая в памяти события минувших дней и переосмысливая ушедшие традиции: в этом суть человеческого прогресса. Прошлое многогранно, и это заставляет нас относиться с пристальным вниманием ко всему, что когда-либо было устранено в угоду официальной власти или религии». И хочется вспомнить русского писателя, который хорошо знает менталитет Европы:
ЗАПАДНОЕ ОБЩЕСТВО НАСТОЯЩИХ РУССКИХ НЕ ПРИНИМАЕТ. ЗДЕСЬ КОГО УГОДНО МОГУТ ПРИЗНАТЬ, ТОЛЬКО НЕ НАСТОЯЩЕГО РУССКОГО. ПЕРЕД РУССКИМИ ТУТ КАКОЙ-ТО ЗАТАЁННЫЙ СТРАХ. ЗАПАДНЫЕ ЛЮДИ В ГЛУБИНЕ ДУШИ ХОТЯТ, ЧТОБЫ МЫ ОСТАЛИСЬ НА УРОВНЕ МАТРЁШЕК, БАЛАЛАЕК, САМОВАРОВ, ЧАСТУШЕК И ПЕРЕПЛЯСОВ
То, что советский диссидент приписал отношению к русскому индивидууму, вполне относится и к русскому народу в целом. Запад хочет вычеркнуть русских из своей собственной истории — чтоб не повторилось! Но вернёмся к Жаку Маркалю и его сочинению. Он проникает в дуалистическое понимание мира у катаров и находит в нём общность с философией манихеев, павликианцев, зерванистов и маздеистов. Делает интересное замечание, которое позволит нам понять то, что поставило в тупик Мериме в городе Оранже при осмотре скульптуры женщины, засунувшей палец в ухо, именуемой Марией: «с. 248. Миф катаров о непорочном зачатии Девы Марии через уши является вариантом общепринятого в христианстве рассказа о Благовещении, однако в их понимании этой легенды кроется иной смысл: Словом действовал не ангел, а сам Бог».
Подобно многим предшественникам, Маркаль пытается искать «чашу Грааля» и связать её с катаризмом, но, в конечном счёте, заключает: «Нет никакой разницы в том, где
Он так выражает основную идею катаризма: «Мир несовершенен и охвачен силами зла лишь потому, что ему не хватает милосердия, совершенной любви. Вновь вернув в этот мир совершенную любовь, можно искоренить зло, освободить душу, пленённую им».
Когда-то, в середине семидесятых годов, я начал с энтузиазмом изучать итальянский. Но не сумел в закрытой стране найти знаменитое произведение Алессандро Мандзони на языке оригинала (28). Поэтому и прочитал его впервые только сейчас, когда пишу эту статью, надеясь в нём найти хоть какие-то упоминания об ордынском завоевании Италии: ведь Великая Пермь — это как раз там. Ожидание не оправдалось — наверное, поэтому роман и пережил смену многих режимов, не мешая власть имущей идее, но наделяя автора ещё при жизни титулом Великий… Сочинение, названное «миланской хроникой XVII века», содержало приглаженный приключенческо-романтический сюжет. Хотя… Автор пишет, что городские власти ведут грозную кампанию против «чубатых», под которыми, в том числе, подразумевались злоумышленники и профессиональные убийцы, имевшие обыкновение прикрывать себе лицо длинными волосами при нападении или изменять свой облик (с.59). Здесь всплывают тонкости перевода — что есть «чуб»? Который формируется на лбу или тот самый оселедец (чуб, коса на темени головы, по В. Далю) как важный атрибут казаков? О проблеме «чубатых» А. Мандзони пишет неоднократно. Не питая интереса к бывшей Русской империи, автор ужасается картиной беззакония, воцарившейся в эпоху Реформации: «Останься вы один на один с правосудием, беды не миновать» (с. 61). Он высказывает мысль, которую можно проецировать и на дуалистическую идеологию катаров: «Было бы легко жить на свете, если бы, совершая подлость, людям приходилось расписываться в ней». Но есть некий след в этих хрониках, который историки вкупе с политиками не умеют стирать так быстро, как сжигают «вредную» книгу или человека. Это географические названия. В сочинении Мандзони частенько упоминает о селении Пескаренико близ речки (с. 139). Как удивительно похоже на русское слово «пескарь»! Это обращение к лингвистике оправдывает себя: итальянское слово “pesca” переводится как «улов», «рыбная ловля». Не будем уходить в сторону и видеть в образе рыбы (ichtus) именно олицетворение богочеловека Иисуса у первых христиан.
Не говоря ни слова о канувшей в Лету Русской империи, автор прекрасно изображает механизмы тайной и официальной новой власти; показывает синьоров такими коварными и важными, будто они правят миром тысячу лет. Однако и те попадают в зависимость от человека, попирающего все мыслимые и немыслимые законы общества: «с. 304. Заниматься делами, возбраняемыми или запрещаемыми законом или какой-либо другой силой, быть судьёй, распорядителем чужих судеб без всякой выгоды для себя, лишь только бы повелевать, быть всеобщим пугалом, первенствовать над теми, кто привык первенствовать сам, — таковы были главные страсти, которые всю жизнь обуревали этого человека… с. 306. Всем самоуправцам в значительной части округи пришлось, так или иначе, выбирать между дружбой и враждой с этим из ряда вон выходящим самоуправцем. Но первые же, посмевшие оказать ему сопротивление, понесли такой урон, что никто не испытывал больше охоты подвергнуться испытанию. И даже устранившись от всего, даже занимаясь только собственными делами, нельзя было остаться независимым. Ведь от него являлись посыльные с требованием не затевать такого-то предприятия, оставить в покое такого-то должника… Стоило одной стороне с изъявлениями вассальной преданности попросить о помощи в каком-нибудь деле, как другая оказывалась перед тяжким выбором: или подчиниться его приговору, или объявить себя его врагом, что было равнозначно, как когда-то говорили, скоротечной чахотке…Его могущество служило орудием исполнения низких желаний, удовлетворения жестоких замыслов и честолюбивых прихотей».
Если «благородные» синьоры расступаются перед поселившемся в обществе бандитом (пусть даже в приличном наряде и дорогой каретой), то чего уж можно ожидать от зависимых и живущих подачками летописцев. Ах, сколько лжи понаписали они в угоду своему «благодетелю»!
Среди скалигеровских «хроникёров» мелькает имя известного И. Кеплера, снискавшего славу маститого астронома и учёного. Но учёность не подразумевает высокой нравственности. Ведь писал же (29) А. Франс: «Ждать от науки морали — значит готовить себе жестокие разочарования». Освободить историческое наследие от страха, водившего рукой летописцев, наполнить его правдивым содержанием и есть почётная задача, доступная лишь героям человечества, которую поставили перед собой Фоменко и Носовский.
Им вновь и предоставим слово (24):
«С. 76. Расскажем о соборе Парижской Богоматери. За прошедшие века он претерпел любопытные изменения. Оказывается, как сообщает туристический справочник, на фасаде собора некогда были расположены в ряд 28 больших каменных статуй «царей Иудеи и Израиля». Но в годы Великой французской революции конца XVIII века «оригинальные фигуры были разрушены в 1793 году коммуной. Поскольку эти фигуры были приняты за изображение королей Франции». Жалкие останки оригинальных статуй — обезображенные головы царей — сегодня выставлены в Париже, в музее Клюни (Музей Средних веков).
На самом деле никакой ошибки не было. В XIV–XVI веках цари-ханы Ордынской Империи действительно были одновременно и израильско-иудейскими царями, и французскими правителями (и не только французскими)….Те, кто сбрасывал из ниш статуи (точнее, их вдохновители), ещё помнили кое-что из подлинной истории. После мятежа Реформации, уже в конце XVIII века…они «наводили последний лоск» на скалигеровскую историю. По-видимому, решили, наконец, сбросить с главного собора Парижа и разбить ненавистные статуи «монгольских» царей-ханов.
История собора Парижской Богоматери — далеко не единственная подобного рода. В том же 1793 году республиканский Конвент санкционировал погром большого количества гробниц в кафедрале Сан-Дени. При этом «останки были сброшены в неотмеченные могилы».
Сегодня в Сан-Дени можно видеть уцелевшие 79 саркофагов. «Все гробницы пусты со времён Революции», — констатирует туристический путеводитель….До революции в Сан-Дени насчитывалось не менее 800 гробниц. То есть… практически полностью уничтожен огромный царский некрополь.
Наконец, всем известна история разрушения парижской Бастилии в 1789 году. Считается, что революционные парижане уничтожили эту королевскую тюрьму как символ деспотизма. Но на самом деле Бастилия использовалась как тюрьма далеко не всегда. Она была возведена в XIV веке Карлом V Валуа как королевская крепость и была его резиденцией. Так что в конце XVIII века разрушали не просто тюрьму, а бывший замок короля Карла V. Не является ли Карл V из XIV века ещё одним фантомным отражением императора Карла V (с тем же «номером») из XVI века? То есть (как мы теперь понимаем) отражением ассиро-вавилонского царя Навуходоносора = русско-ордынского императора Ивана IV Грозного?
Тогда всё становится на свои места. 14 июля 1789 года в Париже снесли до основания мощный катарский (скифский) замок, возведённый в XVI веке как удалённая французская резиденция «монгольского» хана-императора Навуходоносора = Ивана IV Грозного…»
Читатель, кажется, мы с вами оставили на потом историю Америки, как это всегда было и в СССР. Но остатки — сладки. И здесь не обойтись без открытий ФН, которых так много, что я не берусь их и перечислять (16). Но обязательно упомяну о самом интересном:
«с. 90. Плавание Колумба было морской военной экспедицией ханской Орды и Османии — Атамании. И естественно, что предводитель-полководец был ханом. Таким его и писали на картинах художники-современники. Вероятно, позднейшие изображения «изящного западноевропейца Колумба» постепенно вытеснили первоначальный облик «ханского Колумба» в результате написания «хорошей» и «очень правильной» скалигеровской истории. Взамен прежней, «плохой» и «неправильной» истории Орды.
Обратим внимание, как изображён корабль Колумба на гравюре 1493 года (Базель). Ясно видно, что на нём привезли животных, похожих на лошадей или овец. Но ведь это в точности соответствует библейскому описанию Ноева ковчега в книге Бытие, в которой Ной вёз «каждой твари по паре». И в точности как описано плавание Невия в Библии мормонов».
Я отправляю читателя к этой книге. А вместе мы откроем ещё одно редкое издание (30). В подзаголовке имеется указание на, якобы, подлинные свидетельства, однако едва ли среди них найдётся хоть несколько «от самого Колумба». Потому что и над этими документами, представленными изначально на испанском языке, ещё в Средние века «поработали» скалигеровские редакторы. Однако здесь есть ценнейшие данные, полезные и для последователей правды в историческом наследии, то есть Новой хронологии.
Во многих местах книги главный герой апеллирует к Великому Хану, веря в его реальное существование и вселенское могущество. Обратимся к тому месту в книге, когда Колумб во время первого путешествия уже пришёл на Кубу: «с. 127.Все индейцы, которых доныне встречал на своём пути адмирал (
Такое ругательство как «собака» в отношении неприятного, грубого и недружественного человека распространено у многих народов. Что уж говорить про людей из враждебного лагеря… Вот некоторые высказывания героев книги (31), посвящённой художественному описанию битв Реформации в Венгрии и на сопредельных территориях с позиций приверженца Скалигера.
«С. 120.
— Пустите меня к султану! — заревел по-венгерски один из мужчин. — Я не немец! Немец — собака, а я человек. Меня трогать не положено….
с. 122. Сапожник:
— А турки всё же сущие собаки. В Нандорфехерваре они поклялись, что никого не тронут, а весь народ в крепости изрубили…
с. 172. Балинт Терек:
— Я не доверяю турку. Для турка христианин всё равно что пёс. Нельзя давать в руки султана королевское чадо…»
Говорят, итальянцы прямо во время представления громко обзывают «собакой» певца на сцене, если он не удовлетворил их вкусам и ожиданиям.
Обратимся теперь к лингвистике. Знаменитый шведский путешественник XX века Ян Линдблад считал, что слово «каннибал» происходит от слова «кариба» (32, с. 240). Но, кажется, нам удастся копнуть глубже. Первые три буквы есть производное от «хан», которое в английском, немецком и других языках произносится как «кан». А вторая часть слова — суффикс, который у разных европейских народов имеет одинаковое значение — «схожий», «подобный» — для образования прилагательного из существительного. Вот и получится, что «каннибал» может означать как раз то, что мы ищем в Америке — «ханский». Казаки являли собой угрозу индейцам, отчего последние представляли их «нереальными живыми существами», — то есть «сошли с ума» от страха. Однако если представить себе, что редакторы эпохи Реформации, хорошо знакомые с путевыми заметками Марко Поло (и не только), потрудились именно в этом месте «записок Колумба», тогда очень кстати придутся новые исследования ФН (24).
«С. 321. По-видимому,… символ собаки означал дворцовую стражу при дворе русских князей-ханов, что-то вроде княжеской гвардии, дружины.
Хорошо известно, что во времена «Ивана Грозного» царские опричники, как писал Н.М. Карамзин, «ездили всегда с собачьими головами и с мётлами, привязанными к сёдлам»…
С. 322. Приходит понимание того, почему средневековые английские источники называли русских — догами, то есть собаками.
Люди с пёсьими головами прекрасно известны в средневековой европейской истории. Так называли, в частности, чешских казаков — «хотов» (догов?), то есть «пеших воинов». Их ещё звали псоглавцами, так как на их знамени красовалось изображение пёсьей головы…В 1693 году казаки-псоглавцы восстали против Габсбургов. Восстание было подавлено. Этим событиям посвящён роман Алоиса Ирасека «Псоглавцы»».
На рисунке 45 этой же книги представлена миниатюра, заимствованная из рукописи Марко Поло, где изображены «кинокефалы» — люди с собачьими головами. А между тем, замечают ФН, там показаны «люди в типичных русских одеждах, будто перенесённые с русских миниатюр, … и обуты… в русские сапоги».
Не пора ли, читатель, из похода в библиотеку вернуться в реальную жизнь и попытаться удостовериться самим, хотя бы фрагментарно, во время краткой турпоездки, верно или полезно добытое знание? Первым пунктом нашего паломничества с моей беспримерной женой и новыми приятными знакомыми, конечно, должна была стать пермская Чердынь. На дворе — дождливая осень 2011 года. Значит, была надежда, что пышная зелень и буйное солнце не помешают разглядеть зёрнышко подлинного. К тому же нас грели слова влюблённого в Россию В.И. Даля: «В Чердыни живёт старина ещё русская, как при царях, и притом старина не раскольничья: речь напоминает Киршу Данилова и Посошкова» (цит. по 33). Судите сами…
В начале визита был ненавязчивый осмотр городка, который не мог стать утомительным: в реальности мы увидели посёлок средней величины, где имеется 6000 жителей. Это Иван Грозный за особые заслуги перед престолом повелел учредить
Оказывается, местное купечество оставило здесь неизгладимый след — ещё сохранились некоторые их дома и память о хороших пожертвованиях. Немало говорилось о семействе Алиных и их тёмном происхождении, но версия о турецко-татарских истоках (корень «али») специалистами не рассматривалась. А вот о выдающемся уральском летописце простолюдинов и промышленной знати Д. Мамине-Сибиряке, ненадолго посетившем Чердынь в 1888 году, упоминалось вскользь. Может быть, память народная о здешних купцах перевесила мнение писателя об этом сословии, причастном к убийствам или воровству как источникам их состояния. Именно при чтении произведений этого писателя, приходила мне мысль, что всем известный с детства путешественник Афанасий Никитин был торговцем совсем иного склада, а заграничные сокровища добывал, принося в жертву, прежде всего, себя. Это и был купец времён Великой Руси…
Местная чердынская буржуазия, однако, не отличалась лихостью своих собратьев из других уральских «концов», которые справляли свадьбы по месяцу и более, а то и со смертельным исходом — как описано в романах «Горное гнездо», «Золото», «Приваловские миллионы». Здесь гуляли один-два дня! И это-то «Великая» Пермь?!
Чердынцы и их соседи ныробцы явно находятся под обаянием деяний и внимания к ним Романовых, первый из которых, незаконно водрузившись на престоле, оказал большую честь последним, освободив от воинской повинности. И знаменитый сегодня больше, чем ранее, придворный фотограф Николая II Прокудин-Горский оставил несколько чудных цветных снимков Чердыни с видами соборов. Они-то и были целью нашей поездки. Но испытанное мною разочарование от деловой части поездки было и ожидаемым.
ИСТИНА НЕ КОРМИТ НИКОГО. ОНА ЛИШЬ ПРИЧИНЯЕТ СТРАДАНИЕ ТОМУ, КТО К НЕЙ СТРЕМИТСЯ, И ВЫЗЫВАЕТ ЗЛОБУ У ТЕХ, К КОМУ ИСКАТЕЛЬ ИСТИНЫ АПЕЛЛИРУЕТ
Город, основанный во времена Великой Русской Империи, теперь не содержал никаких её видимых следов. Нет соборов доромановской эпохи, а на стенах существующих не найдёшь изображений Т-образных и вилообразных крестов, характерных для древних псковских, московских и суздальских храмовых строений. Кого винить в этом — романовскую эпоху или реставраторов? Скорее, и то, и другое. Б. Неменский писал: «Бытует глубокое заблуждение, что во всех произведениях форма и содержание всегда неразрывны. Как это было бы здорово! Как было бы просто, если бы реальность формы всегда соответствовала реализму содержания!» (34). Если церквам, возведённым в период Русско-«Монгольской» Империи, вполне подходит сравнение с Евангелием в архитектуре, то более поздние постройки и есть расписные формы без должного содержания. Показушность стала символом веры нового царского дома. Но зачем
МЫ С ДЕТСТВА НАТРЕНИРОВАНЫ НЕ ОБМАНЫВАТЬ, А ВВОДИТЬ В ЗАБЛУЖДЕНИЕ ПУТЁМ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ПРАВДЫ
Экскурсовод в музее предлагает «обкатанное» консультантами толкование: полумесяц — якорь, а возвышающийся над ним крест — это корабль православия, летящий по волнам. Такое объяснение не только ложно, но и позорно для наследников подлинной Великой Перми. Которые явно боятся своей былой мировой славы и мирового господства!
На вопрос о книгах с письмом, изобретённом Стефаном Пермским, существование которых отрицается даже последовательными скалигеровцами (35), гиды смело отвечают, что таковые хранятся в Москве и Петербурге: «Здесь не позволяют условия».
Знаменитые персидские блюда, якобы VII века, тоже находятся в Петербурге. Но не у кого было спросить, почему же они «персидские», и не делали их в XVII в Тобольске или Булгарии?
Лингвисты давно договорились, что название города должно означать на коми-пермяцком «посёлок у ручья». Всё верно! Но на выезде из него обнаруживается речка Чёрная. Следовательно, имя Чердыни может переводиться со старорусского на современный язык как «город у Чёрной речки», потому что «дон» и «дно» есть прежнее обозначение реки.
Но вот и старое название Орла-городка Пермской губернии (Кергедан), оказывается, археологи склонны были переводить с языка коми как «город в устье речки», а в книге (45) даже говорится, что «изначальный смысл названия Кергедан (Кердым) таков же, как у названия г. Чердынь». Причём авторов уже не устраивает традиционное объяснение: «либо на этом месте до русских селились коми-пермяки, либо их было много среди первых жителей Орла-городка». И на их вопрос: «Так ли это?», — хотелось бы высказать следующую гипотезу.
Русские, вогулы, татары и др. в зоне Урала жили изначально. И в XIV веке они были христианами. В эпоху после крушения Великой Русской Империи, при Романовых, старые названия мест и населённых пунктов на финском и коми сохранялись или менялись на русские. В любом случае новым царям можно было бы в качестве «заслуги» перед народом приписать и «христианизацию» «язычников». Кстати, всем известные вогулы, такие ли уж язычники? ФН отмечают, в частности (24):
«С. 333. Народ Манси известен в русской истории, и жил в среднем течении Волги. Их называли также пелымскими вогуличами (см.: Чагин Г.Н. На древней Пермской земле. М., 1988). То есть пелымскими волжанами? Воглый = влажный — Волга».
Строгановская и катарская культуры имеют общие истоки
Благодаря авторам (45), Орёл-городок представляет для нас интерес не меньший, чем Чердынь. «С. 125. Кроме резчиков по кости, в Орле-городке жили коми-пермяцкие гончары. Посуду они делали на гончарном круге, освоив русскую гончарную технику. На днищах сосудов гончары ставили клеймо в виде птичьей лапы, напоминающее
Рисунки на странице 125 этой книги способны, вероятно, потрясти и самих ФН. Оказывается, на дне гончарных сосудов из Орла-городка ставились клейма, очень похожие на катарские кресты. Если знать, что на могильных плитах катаров с юга Франции также имеется резьба по типу отпечатков птичьих лап, то уместно будет суждение о схожести Строгановской и катарской культур. Точнее, наследие Строгановской культуры — это остатки той культуры, которая питала и катаров.
Замечание авторов будет полезно нам и в следующем путешествии: «С. 126. Ранние красноглиняные терракотовые изразцы украшались рельефными сюжетными композициями в виде военных сцен из жизни Александра Македонского (в XVI–XVII вв. на Руси был популярен роман «Александрия», приписываемый Калисфену, о походе Александра Македонского в Египет; учёные полагают, что именно этот роман мог послужить основой ряда сюжетов русских печных изразцов), птиц, коней, барса под пальмой и т. д.»
А если всё же представить, что какие-то русские из Египта очутились на Урале — разве это невозможно в условиях былой глобализации по-владимирски? Только ли одной немилостью или наказанием со стороны власти можно объяснить появление здесь искусных дел мастеров?
Едва ли наше путешествие в пермскую химерическую историю можно считать законченным. Цель того, что здесь написано, состоит не в том, чтобы отпугнуть неуверенных, несведущих в собственной истории, сколько в том, чтобы их и других заинтересованных привлечь к поиску истины, также и тех, для кого жить и пользоваться плодами чужой славы сродни воровству и преступлению. Мыслящие люди Пермского Края, сумевшие с помощью духовного развития преодолеть в себе свойства Гомо советикуса (в просторечии, гомососа), описанного А. Зиновьевым, возможно, захотят высказаться по теме Великой Перми и причастности святого Стефана Пермского к нашей старинной жизни (в том числе и в этом периодическом издании). Тем, кто забыл, напомню: «Гомосос стремится помешать тем, кто нарушает привычные формы поведения, холуйствует перед властями, солидарен с большинством сограждан, одобряемых властями». Анатолий Кузнецов (36), чудом переживший голодомор тридцатых годов прошлого века на Украине и ужасы немецкой оккупации в Киеве, мог бы добавить к этой характеристике следующее: «По-видимому, чисто восточное состояние, когда человек, не убив, не украв и так далее, тем не менее не может позволить себе быть естественным, должен всю жизнь очень обдуманно, осторожно высказываться, скован вечно, хронически, до гроба — и бледнеет от страха уже при одной мысли, что в любой момент, в любую секунду жизни не гарантирован от того, что «придут», «будут проверять», «чистить», «обыскивать», засекут, что он сболтнул лишнее, заподозрят его в непозволительных убеждениях и мыслях».
Тем, кто захочет поделиться соображениями по существу вопроса, напомню об одном важнейшем открытии ФН: у нас, россиян, вследствие коварства всем известных Романовых, «засланцев» Запада, не осталось ни одной подлинной исторической летописи, включая и «Повесть временных лет» Нестора. Придётся перенести и это, если пережили голодомор и гомососа в себе. Решения есть. «Ищите рядом!» — вот она великая формула Эдуарда де Боно (37), которая помогала и помогает ФН и не только им делать открытия.
Вечно бояться гнева «начальства» — лишний повод вызвать его же раздражение. Нужно научиться говорить правду, хотя бы себе самому для начала. Когда жизнь строится на базе одной полезности, то это ведёт к разрушению самого общества. Достаточно вспомнить забытый рассказ В. Одоевского (38). А может, есть рассказ или быль, знакомые нам гораздо лучше по собственной жизни в СССР?
Вскоре после поездки в Чердынь, просматривая старые записи, нашёл заметки Эрнста Неизвестного: «Будучи мальчиком, я познакомился с пермской деревянной скульптурой, которая произвела на меня достаточно большое впечатление…Там есть замечательные сидящие фигуры Христа, фигуры скорбящей Богоматери. И они в какой-то степени напоминают нечто подобное в католических храмах. Для русской традиции это весьма странное, но очень мощное явление» (39). Эти наблюдения художника теперь совпали с моим глубоким интересом к знанию ФН. Как следствие, сработала и система Эдуарда де Боно, возникло предположение:
ХРАМОВАЯ СКУЛЬПТУРА — ОБЫЧНОЕ ЯВЛЕНИЕ ДОРОМАНОВСКОЙ РУСИ
Действительно, пермская деревянная скульптура — лишь осколок того большого духовного мира, который Романовы и большевики почему-то не искоренили полностью. Храмовая пластика была необходима и допустима в жизни православно-
И вновь оказались полезны находки ФН из неоднократно цитированной книги (24).
«с. 336. Вот что пишет путешественник Брат Журден из ордена проповедников якобы в XIV веке: «О Великой Татарии расскажу то, что слышал от людей…В этой империи есть храмы с идолами, и мужские и женские монастыри, подобные нашим, и там постятся и молятся, совсем на наш манер, а главные жрецы этих идолов ходят в красных одеждах и красных шляпах, как наши кардиналы. Просто невероятно, сколь роскошна, пышна и величава служба идолам».
Выдающийся русский писатель В. Солоухин даже в эпоху брежневского застоя сумел написать: «Самой распространённой деревянной скульптурой на Руси был Нил Столбенский. Чёрная фигура согбенно сидящего старца в схиме встречалась и в церквах, и на домашних киотах. У всякого коллекционера-любителя обязательно есть хоть один Нил Столбенский. Встречаются даже по два, по три разных размеров и разного уровня мастерства. Но такого набора Нилов, как в запасниках Русского музея, я не встречал никогда и, конечно, не встречу. Обыкновенно фигура Нила не превышает 15–20 сантиметров. В Русском музее есть Нилы едва ли не метровой высоты» (47).
…Вскоре после возвращения из поездки на север Пермского Края наша былая спутница Александра познакомила меня со своей подругой, проживающей в Италии, в П
Читатель, вероятно, простит мне ещё одно допущение, сделанное без разрешения начальства. Наверняка, те, кто не посоветовался с руководством, давно бросили это чтение… Взглянем на слово «имперское». Что, если оно ранее писалось как «импер
Пусть мои туристические заметки кому-то покажутся неправильными. Нестрашно. Давно отмечено, что заблуждающийся человек находится ближе к истине, чем завирающийся, сознательно лгущий. Подлинную историю каждому придётся собирать по крупицам; только великим, таким как Фоменко и Носовский, удаётся делать это целыми колосьями и снопами, перерабатывая и отправляя зёрна мысли в интеллектуальные закрома России, доступные для всех. Этим и отличаются от историков, обслуживающих власть. Но зачем? Потому что прав Дж. Оруэлл: «Кто контролирует настоящее, тот контролирует прошлое. Кто контролирует прошлое, тот контролирует будущее».
Теперь снова обратимся к ФН (12):
С. 209. Считается, что — НА ПРОТЯЖЕНИИ ТЫСЯЧИ ЛЕТ ЛИШЬ ОДИН РАЗ БЫЛА ИЗОБРЕТЕНА НОВАЯ АЗБУКА. Это была азбука Стефана Пермского. После изобретения новой азбуки Святой Стефан осуществил с её помощью перевод на ПЕРМСКИЙ язык ряда церковно-славянских и греческих книг.
С. 210. Нас пытаются уверить, будто от знаменитой пермской азбуки и от многочисленных пермских книг НИЧЕГО НЕ ОСТАЛОСЬ. А ведь Великая Пермь была отнюдь не глухими задворками Империи. Двести лет расцвета, богатая пермская литература, громкая пермская история, фундаментальное пермское церковное строительство, известное по летописям, независимая пермская епархия, — несколько пермских епископов XV века причислены к лику святых. В XVI веке печать Великой Перми была одной из двенадцати печатей на царском гербе Ивана Грозного. И всё это якобы бесследно исчезло. В XVII веке по течению Камы, — то есть на землях Великой Перми, — мы видим лишь глухие леса и редкие деревни народности коми. Ни городов, ни крепостей, ни великолепных каменных соборов. НИ ПИСЬМЕННОСТИ. Лингвистический Энциклопедический Словарь воспроизводит два списка пермской азбуки. Но оба не являются вполне достоверными, поскольку сделаны лишь в XIX веке.
С. 210. Куда же делись многочисленные пермские книги? Нам предлагают следующий ответ: «Изобретённое Стефаном Пермским письмо из книжного употребления, в том числе церковного, давно вышло. Даже КНИГ, НАПИСАННЫХ ЭТИМ ПИСЬМОМ, НЕ СОХРАНИЛОСЬ».
С. 212. Историкам ничего не остаётся, как предположить, будто все они были кем-то и зачем-то уничтожены.
Вряд ли зырянские книги сгорели при пожаре усть-вымских церквей в 1740 году.
О преследовании пермских книг на Руси ничего не известно. Да и странно было бы русским церковным властям уничтожать книги, созданные одним из самых чтимых на Руси святых — Стефаном Пермским.
Уничтожить все памятники письменности, которая существует уже несколько сотен лет, практически невозможно.
С. 213. При этом обратим внимание читателя на одну важную подробность. Как мы видели, ещё в XVI веке Пермская епархия, якобы существовавшая до тех пор в течении реки Камы, БЕССЛЕДНО ИСЧЕЗЛА. Таким образом, В НАЧАЛЕ ДОСТОВЕРНОГО ПЕРИОДА РУССКОЙ ИСТОРИИ — в XVII веке — МЫ ЗАСТАЁМ КАМСКУЮ ОБЛАСТЬ В СОСТАВЕ ВОЛОГОДСКОЙ, А НЕ ПЕРМСКОЙ ЕПАРХИИ. Это выбивает почву из-под теории о «Великой Перми на реке Каме» не только с точки зрения светской, но и с точки зрения церковной истории.
С. 213. Очень интересно посмотреть, подтверждается ли наша мысль рассказом об азбуке Стефана Пермского в его известном Житии. Ведь именно оно является «основным источником сведений о святом Стефане Пермском» [ «Святитель Стефан Пермский» — СПб: Глаголъ, 1995], с. 3.
Начертания букв Стефановой азбуки в Житии не даны. По крайней мере в тех его редакциях, которые известны сегодня. Поэтому приходится судить об азбуке святого Стефана по косвенным признакам, которые упоминаются в Житии. К счастью, такие признаки есть. И все они…прекрасно соответствуют ИМЕННО ЛАТИНСКОЙ СРЕДНЕВЕКОВОЙ АЗБУКЕ.
С. 223. Само название азбуки — готическая, то есть ГОТСКАЯ, — о многом говорит. Ведь Готы — это Казаки, то есть русско-ордынские имперские войска. Азбука Стефана Пермского была принесена в Европу Готами….По-видимому, Стефану пришлось переучивать местное западноевропейское население, внедряя новую готическую = латинскую = готскую азбуку. То есть — имперскую азбуку.
ВЫВОД. Загадочно исчезнувшая со станиц скалигеровской истории ПЕРМСКАЯ АЗБУКА, изобретённая святым Стефаном Пермским, счастливо нашлась. Оказывается, она никуда не исчезала. Это — просто латинская азбука. Причём, она была изобретена НА ОСНОВЕ КИРИЛЛИЦЫ.
Никуда не исчезли многочисленные пермские книги. Это хорошо всем известные ЛАТИНСКИЕ КНИГИ. Их действительно много.
С. 225. Даже посох — единственная реликвия Стефана в современной Перми — и тот переехал на Каму лишь в ДЕВЯТНАДЦАТОМ ВЕКЕ. И ПРИТОМ С ЗАПАДА.
С. 226. В житии СООБЩАЕТСЯ ТАКЖЕ, ЧТО РАССТОЯНИЕ ОТ МОСКВЫ ДО ПЕРМИ ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО РАВНО РАССТОЯНИЮ ОТ МОСКВЫ ДО СТАМБУЛА. Это никак не согласуется с мнением современных историков, будто летописная Пермь — это современная Пермь на реке Каме. Поскольку расстояние от Москвы до Стамбула по крайней мере в два раза больше расстояния от Москвы до современной Перми. А вот расстояние от Москвы до Германии и Австрии действительно примерно равно расстоянию от Москвы до Стамбула. А расстояние до Вены практически то же, что до Стамбула. Напомним, кстати, что собор Святого Стефана находится именно в Вене.
Не следует думать, что Житие Стефана Пермского — оригинальный древний текст, дошедший до нас без всяких изменений. Наверняка он был отредактирован в эпоху Романовых. Многое было намеренно вытерто или искажено. Но кое-что — даже довольно много — осталось. И сегодня уцелевшие следы помогают нам восстановить подлинную картину».
Пожалуй, читатель уже догадался, что наша российская история, давным-давно опёршаяся на фальшивые основания, — заложница политиков и власти. Но всё равно она продолжает величаться наукой. А такая дисциплина, как психотерапия, главным смыслом которой является постижение истины в процессе лечения больного (запутавшегося, где правда, а где ложь), до сих пор не считается таковой. Странно, но так выгоднее всему научному корпусу и государству. Почему? Да, потому что именно правда мешает функционированию власти. Но не следует забывать: культивирование лжи тормозит постижение радости и смысла в жизни каждого индивида, которые невозможны на фальшивых, шатких основаниях. И здесь, как всегда, будет полезен А. Зиновьев:
ИСТИНУ ГОВОРЯТ ТОЛЬКО ОДИНОЧКИ
Такие, как Фоменко и Носовский.
Следующим ориентиром нашего с женой осеннего паломничества должен был стать Египет. Книги ФН повелели сделать ход крылатым конём из Чердыни на чёрный континент. Но не выжженная пустыня интересовала нас, прежде всего, а северная часть его территории близ Красного моря. Ведь Русь менее полтысячелетия назад ещё называлась и Африкой. В Египте тоже, как и в Соборе Парижской богоматери, хоронили русских царей-ханов. Здесь, в знаменитой Долине Царей, в Луксоре, на царском «монгольском» кладбище, а вовсе не в Архангельском Соборе Московского Кремля (12, с.192) могут покоиться останки Великого князя Ивана Калиты. Но, как и в Чердыни, следы Великой Русской Империи, давно уже тщательно спрятаны и не должны бросаться взору стандартных туристов, следующих по заранее согласованному маршруту.
Наш гид ещё в аэропорту огорошил тем, что все фараоны умерли не своей смертью, а вследствие насилия со стороны подданных. Ну, не писали об этом ни ФН, ни другие египтологи (40, 42)! Впрочем, нечто подобное есть в литературе (41), ведь извели же ядом всех близких предков и потомков Ивана Грозного! Такая невесёлая информация была неспособна ни остановить, ни изменить наши намерения посетить Луксор, который грозил с часу на час разразиться беспорядками. В отличие от коварных пушкинских «Египетских ночей» тёмная половина суток с их чудным шелестом ярчайших звёзд всегда заканчивалась для нас невиданно нежным утром, прозрачным голубым небом и ласковым солнечным ветерком.
Едва дождались поездки в Долину Царей, которую здесь принято называть Городом Мёртвых. Дорога от Хургады к берегам Нила, к северу от Фив пролегает по пустыне. Справа и слева — многочисленные сравнительно невысокие сопки из известняка и других пород, напоминающие контурами известные рукотворные пирамиды.
Первый на нашем пути — Дендерский храм, который, согласно Фоменко А.Т. (3), возводился как христианский монастырь. Общепринятые даты создания его 30 лет до н. э. и 14–37 год н. э. В конце XVIII века войско Наполеона вторглось в Египет, а художники, сопровождавшие его, оставили очень ценные свидетельства и документы о состоянии памятников, которые не только описывались, но и позднее нередко уничтожались. Из этого святилища завоеватели вывезли во Францию едва ли не главное его достояние — Круглый и Длинный зодиаки. Именно здесь и пригождается ФН математический аппарат, разработанный ими в рамках академического учреждения. По этим памятникам и было точно датировано время создания храма в Дендерах — 1185 год н. э. по одному и 1168 г. н. э. — по другому зодиаку. Экскурсовод на мой вопрос, не много ли здесь разрушил Наполеон, лукаво ответил: «Или немного, или немало»…Мы сделали много снимков стен и колонн, в которые придётся углубиться позднее.
Следующий на очереди — Карнакский храм, чудо, с которым можно было познакомиться по книгам ещё в бывшем СССР, а понять смысл — едва ли. Традиционные заклинания и приговоры
Известный западный египтолог Жак Кристиан в своей книге (40), с которой я знакомился в Египте, даёт такую информацию: «Известно, что пирамиды произвели громадное впечатление на генерала Бонапарта. Но мало кто знает, что произошло внутри погребальной камеры в те долгие минуты, что он провёл там вместе с проводником. Бонапарт, не боявшийся никого и ничего, вышел оттуда бледный и взволнованный. Он холодно отказался поведать что-либо своему адъютанту Жюно. Позднее он объяснил, что поклялся хранить молчание о том, что открылось его взору». Чего же на самом деле испугался несгибаемый Наполеон? Была только одна мировая тайна, которую он был обязан беречь — о том, что русские ханы издавна правили Египтом: он увидел того самого двуглавого орла. За ним он пришёл в Египет, его он боялся, потому и уничтожал везде на своём пути по праву хозяина положения.
Во время осмотра исполинских сооружений Карнака пришла еретическая мысль, что вовсе не обязательно было их сюда «тащить» (тем более, если неизвестно, как). Ведь вокруг до сих пор немало известняковых сопок. Можно было храм высекать прямо тут, где он сейчас и находится, где ранее наверняка возвышалась обычная сопка — как скульптор это делает с небольшой глыбой мрамора. Говорят даже, что ему заранее видятся все детали будущего проекта, которые зрителю предстанут только после завершения работы.
Тут же вспомнились бедные рабы из кинофильма о строительстве пирамид в Гизе, который «неутомимый» экскурсовод «крутил» нам почти 2 часа в дороге. Ах, как хотел автор сего DVD-произведения убедить «несведущих», что знаменитые сооружения делались из гигантских монолитов, «каменных блоков» и доставлялись сюда на кораблях, а потом волоком! Но чем больше воды лил под плиту дежурный раб с экрана для уменьшения трения (известная наукообразная сказка), тем больше росло возмущение против такой грубой версии строительства: массовые средства дезинформации используют и для того, чтобы ещё долго не признавать правомочность открытия нашими предками бетона (смотрите начало статьи про работы Давидовича), лишь бы скрыть факт существования и в то время — колеса!
Если пирамиды и многие храмы строились во втором тысячелетии нашей эры, как показали ФН, то это не могло произойти без участия колеса. Но даже если бы их возводили, действительно, за несколько тысячелетий до нашей эры, то и здесь без колеса — никуда. И вовсе не в силу развития науки, а вследствие творческого потенциала самой трудовой деятельности. На мой взгляд, изобрести колесо едва ли сложнее, чем кружку для воды. И вот почему.
Мой вопрос гиду был такой: «Напомните, сколько времени люди пользуются изобретением кружки или кувшина?» Он уверенно ответил, что около пяти тысяч лет. Теперь представим себе толпу в сотни тысяч рабов, которые не лакают воду из лужи, а пьют её из сосуда. Из этой массы обязательно найдётся хоть один нетрадиционно мыслящий человек (и философы древности попадали в рабство), который захочет подсунуть этот сосуд, напоминающий в поперечном сечении колесо, под небольшую доску — и вот она, вследствие реального уменьшения трения, уже «пошла», а не «ползёт» и не «тащится». В конечном счёте, только ли философы сумеют для облегчения собственных усилий или целей выживания (!) подсунуть кусок бревна под монолит (для начала даже небольшой)? И пошло-поехало…Сколько раз дети в игре изобретают «колесо», подкладывая карандаши под кузов сломанной машинки — лишь бы ездила. Нередко и взрослые поскальзываются на лежащих на полу и земле круглых в сечении обструганных палках. А если взору попадут такие плоды, как тыква, грецкий или кокосовый орех? И тогда небольшая досочка способна превратиться в тележку для куклы или в качалку для самого малыша. Как быстро человек учится, особенно в игре и в труде! Колесо — это просто. Изобрести его мог и ребёнок, а взрослым наставникам оставалось только скопировать у маленького для своих больших дел. Не надо ждать безвестного гения тысячи лет.
Официальная история сильно лукавит, отодвигая время изобретения колеса на срок позднее окончания строительства пирамид!
Человек способен верно ощущать время, пространство не только благодаря сознанию, которое само любит обманываться и является мишенью для нечестных психотехнологий. А вот подсознание обмануть труднее, только его мало кто слушает или не умеет слушать. Этому помогает опыт психотерапии, направленной на постижение радости в жизни. Немецкая поговорка гласит: у лжи короткие ноги (то есть далеко на ней не уедешь). Турист приезжает издалека, нередко, только для того, чтобы вырвать у лжи всякую точку опоры.
И НА ЗАПАД СЛЕДУЕТ ВЫЕЗЖАТЬ НЕ С ЦЕЛЬЮ ПОЗНАТЬ ЗАПАД, А С ЦЕЛЬЮ ПОЗНАТЬ САМИХ СЕБЯ И СВОИ СОБСТВЕННЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ
И на Восток тоже, добавлю от себя. Хотя, сколько ни прибавляй, все цитаты ведут к концу моего повествования. Но перед этим обобщающие замечания ФН (43):
С. 252. Многочисленные следы христианской символики в древнеегипетском искусстве однозначно показывают, что Древний Египет был СРЕДНЕВЕКОВОЙ ХРИСТИАНСКОЙ СТРАНОЙ. По всей видимости, он просуществовал в своём архаичном «древне-египетском» виде вплоть до эпохи османского завоевания XV–XVI веков.
В наших работах по хронологии мы выдвинули и обосновали предположение о том, что Древний Египет был, вероятно, родиной царской династии Великой средневековой Империи. Но затем, когда Империя расширилась, охватила огромные пространства Азии, Европы, Северной Африки и Америки, её столица была перемещена сначала в Царь-Град на Босфоре, а затем в Междуречье Волги и Оки, во Владимиро-Суздальскую Русь….Когда столица переехала, Египет превратился в родовое царское кладбище правителей Империи. Именно сюда, по нашему мнению, привозили хоронить русско-ордынский царей Империи XIV–XV веков.
Известны ли находки древне-египетских предметов в старых русских захоронениях? В курганах, например? Оставила ли старая русская символика какие-то следы в древне-египетском искусстве?
Воспользуемся книгой современных египтологов Г.А. Беловой и Т.А. Шерковой «Русские в стране пирамид» (М.: Алетейя, 2003.) [2].
Мы узнаём оттуда в частности, следующее.
«Археологи находят в сарматских курганах Южного Урала египетских скарабеев, амфорки, кулачки-кукиши из фаянса, а в могильниках Осетии, сверх того, великое множество скарабеев с начертанными знаками благопожеланий и ещё фаллические амулеты и фигурки Беса…На Дону, у села Недвиговка, археологи нашли бронзовую модель короны Атеф, которую носили египетские фараоны», [2],с. 212.
Бронзовое изображение древнеегипетского «бога Нефертума» было обнаружено на реке Ухте в Коми [2], с. 212. «Вряд ли так далеко ходили купцы из южных районов» — с некоторой растерянностью отмечают по этому поводу Г.А. Белова и Т.А. Шеркова. В нынешних Воронежской, Владимирской, Пермской областях до сих пор встречаются древне-египетские находки. Многочисленные древне-египетские предметы были найдены при археологических раскопках на Украине… и в Сибири. «Статуэтки Осириса и Беса нашли своих владельцев в Томской области и на Алтае» [2], с. 214. И опять — растерянный комментарий: «Вряд ли жители столь отдалённых от Египта районов что-либо знали об этих богах» [2], 214.
По нашему же мнению — знали и очень хорошо. Может быть даже лучше, чем египтяне. Ведь в Египте своих «богов» — а на самом деле царей Великой Империи, — при жизни видели очень редко. Они попадали туда навсегда лишь после своей смерти. А на Руси их знали живыми. И потому нет ничего удивительного в том, что кто-то в далёкой Сибири хранил у себя «древнеегипетское» изображение своего умершего царя в виде «египетского бога».
Кроме того, египетский Осирис… — это Христос. Поэтому его статуэтку могли хранить в любом месте, куда проникали христиане. И в Сибири тоже. Древне-египетские находки были обнаружены ив Восточном Туркестане на западе современного Китая. То есть — на старых караванных путях, связывающих ордынскую Русь и Китай = Чину.
Очень много египетских находок обнаружено в Причерноморье. Под их давлением вынуждены признать, что «в причерноморских полисах почиталась богиня Исида и её сын — младенец Гарпократ (то есть Гор), а в римское время и Серапис, особенно как бог-покровитель мореплавателей» [2], с. 206.
Известно, что древне-египетская богиня Исида долгое время, — вероятно, до самого вторжения Наполеона в Египет, — отождествлялась египетскими христианами-коптами с христианской Богородицей.
Трудно не отметить явно христианское звучание имени Исида: ИСИДА = ИСИ-ДА. То есть — женщина, имеющая непосредственное отношение к Исе-Иисусу. Здесь окончание «да» — это скорее всего обычное женское окончание старых имён. Например, Птолемаида — жена Птолемея, Персида — царица Персии (так звали мать персидского царя Дария согласно Геродоту) и т. п. Но иногда Исида — это, вероятно, мать Иисуса. То есть — Богородица.
В заключение на рис. 5.3 приведём старинный образ Георгия Победоносца, поражающего дракона. Он изображён здесь в виде древне-египетского бога Гора с головой сокола, сидящего на коне и поражающего копьём дракона-крокодила. Известный историк XIX века проф. О. ЕГЕР пишет по поводу этого изображения: «Святой Георгий, поражающий «дракона». Любопытно, что христианский святой изображён в виде египетского бога Гора с головой сокола». Отсюда мы видим в частности, что «древнейшее» египетское имя Гор — это, по-видимому, то же самое, что и русское имя Георгий. Напомним, что, согласно нашим результатам, святой Георгий Победоносец — это русско-ордынский царь-хан (великий князь) Георгий Данилович, правивший в начале XIV века. Он же — Чингиз-Хан. Он же Рюрик русских летописей — основатель Земли Русской. Он же Мстислав Удалой, брат и соправитель Ярослава Мудрого. Он же великий князь Георгий Всеволодович. Великий князь Георгий Данилович был создателем Русско-Ордынской «Монгольской» Империи и оставил глубокий след в мировой истории».
МЫ ХОТИМ ВЗЯТЬ ИЗ ПРОШЛОГО ОГОНЬ, А НЕ ПЕПЕЛ
У нашего национального светоча М.Ю. Лермонтова (44) есть примечательные строки: «Барский дом был похож на все барские дома: деревянный, с мезонином, выкрашенный жёлтой краской, а двор обстроен был одноэтажными, длинными флигелями, сараями…; среди двора красовались качели…Надо заметить, что качели среди барского двора — признак отечески-доброго правления, а между тем вот как хорошо судят о нас иностранцы: в путевых записках одного француза я недавно читал, что у нас против господского дома обыкновенно торчит виселица». И страшноватая картина предстаёт взору пытливого современника: летописное прошлое России Романовы и коммунисты Ленина превратили в пепел, а сами русские спокойно взирают на расставленные во дворах теперешними властями унылые качели-виселицы, которые им вновь уготовила отечественная история.
Закончю свой краткий экскурс по книгам ФН цитатой этих же авторов (14):
«Русская история в привычном нам сегодня виде опубликована Н.М. Карамзиным. Написанная несколько ранее «Русская История» князя М.М. Щербатова существенно другая. Но с середины XIX века «История» Щербатова не переиздавалась. Ныне она, по сути, выведена из оборота. Случайно ли, что «История» Н.М. Карамзина появилась на свет лишь после того, как была разгромлена Московская Тартария? То есть уже после победы над «Пугачёвым»? Нам кажется, что — нет. Лишь когда окончательно стало ясно, что к прежнему нет возврата, приступили к написанию окончательной версии «правильной русской истории». Которая на самом деле глубоко лжива, хотя и преподносится по привычке современной исторической наукой как истина в последней инстанции. Причём именно ПО ПРИВЫЧКЕ, поскольку заказчики этой лжи давно уже ушли с исторической сцены. Так для кого продолжают стараться историки?»
Новая хронология Фоменко и Носовского есть та самая чаша Грааля, благодаря которой Россия может стать могучей, беспримерной, а не бесхребетной (46), как сегодня, державой.
Литература
1. Сарагоса Ф.М. Завтра всегда поздно. — М.: Прогресс, 1989.
2. Де Сент-Экзюпери Антуан. Цитадель. — СС в трёх томах. — Т. 2. — Рига: Поля-рис, 1997. — 527с.
3. Фоменко А.Т. Четыреста лет обмана (математика позволяет заглянуть в про-шлое). — М.АСТ, Астрель, Владимир: ВКТ, 2010. — 350с.
4. Всё обо всех. — М.: АСТ, 1999.
Поделиться книгой: