Помоги проекту - поделись книгой:
В утро прибытия «Врачей без границ» Кристиана помогала Мэри совершить обход больных, когда в палату вошел Джефф в сопровождении руководителя прилетевшей бригады. Джефф представил его Кристиане. Он оказался голландцем, и они разговаривали по-немецки. Это был пожилой мужчина, давно работавший с «Врачами без границ»: вначале в Судане, затем в Сьерра-Леоне, Заире, Танзании и, наконец, здесь, в Эритрее. Во время войны с Эфиопией он лечил раненых с обеих сторон и был рад, когда все закончилось.
Несмотря на разницу в возрасте, они с Джеффом были старыми друзьями и всегда радовались встрече. Хотя доктор любил повторять, что собирается распрощаться с такой работой, так как слишком стар для нее, никто ему не верил. Моложавый, полный сил, энергичный, он сам управлял самолетом. Во время Второй мировой войны он был пилотом и сражался в британских военно-воздушных войсках. Он оказался очень интересным собеседником, и Кристиана была счастлива познакомиться с ним.
Вечером они все собрались в обеденной палатке. За столом шел оживленный разговор. Доктор рассказывал забавные истории из своей медицинской практики, а более молодые члены прилетевшей бригады пользовались случаем, чтобы познакомиться с новыми людьми или возобновить старые знакомства. Молодой американец сидел рядом с Мэри, и они с интересом обсуждали новые методики тестирования на СПИД, разработанные в Гарварде. Несмотря на молодость, он производил впечатление чрезвычайно знающего специалиста, и Мэри наслаждалась, обсуждая с ним новейшие достижения науки и советуясь по поводу своих пациентов. Утром он осмотрел их и сделал несколько ценных замечаний. Кристиане все происходящее напоминало медицинский конгресс, и она находила это зрелище захватывающим. Бывали минуты, когда все говорили одновременно; серьезные разговоры перемежались взрывами смеха.
Лора оживленно беседовала с одним из молодых врачей, который оказался французом. После обеда она предложила сыграть в покер. За последнее время Лора превратилась в самого азартного и удачливого игрока в лагере, и этот вечер не стал исключением. Время от времени она поглядывала на Кристиану, и та поднимала большой палец в знак одобрения. Лора смеялась и казалась сегодня особенно оживленной.
В конце вечера, когда все переключились на игру в покер, Кристиану представили врачу из Америки, который собирался дольше других оставаться в лагере. Его звали Паркер Уильямс, и она слышала, что он из Сан-Франциско. Они болтали за чашкой кофе, и Кристиана рассказала ему, что училась в Беркли. Паркер одобрительно кивнул, заметив, что, хотя сам он учился в Гарварде, Беркли он может дать самую высокую оценку.
— А как вы попали сюда? — полюбопытствовал он.
Кристиана рассказала о захвате русской школы, о том, как она познакомилась с Марки и поняла, что хочет потратить год своей жизни на что-нибудь полезное, прежде чем заняться семейным бизнесом. В ответ на ее вопросы Паркер объяснил, что не принадлежит к «Врачам без границ», а лишь воспользовался их любезным приглашением, чтобы продолжить исследования, которые он выполняет в Гарварде. Он также добавил, что не жалеет о своем приезде и жаждет приступить к работе.
— Надеюсь, вам здесь понравится, — сказала Кристиана.
Молодой доктор был весьма привлекателен. Как и у Кристианы, у него были светлые волосы и голубые глаза, правда, в отличие от нее он был высокого роста.
Они еще немного поболтали, обсуждая жизнь в лагере и деятельность медицинского центра. Кристиана рассказала о программе предохранения от СПИДа, которую она разработала с помощью Мэри. Паркер одобрил ее идеи, удивившись, сколь многого ей удалось добиться за такое короткое время.
Затем он присоединился к мужчинам, игравшим в карты, а Кристиана с женщинами направились в свою палатку.
— А он ничего, — заметила Фиона, шагая рядом с Кристианой.
— Кто? — отозвалась Кристиана, очнувшись от задумчивости. Она размышляла о том, что уже несколько дней не звонила отцу. Он всегда огорчался, не получая от нее известий, и она решила завтра же съездить в Синейфи.
— Не морочь мне голову! — фыркнула Фиона. — Ты прекрасно понимаешь, кого я имею в виду. Молодого врача из Гарварда. Я видела, как вы разговаривали. Черт, если он тебе не нужен, я займусь им сама!
Фиона имела обыкновение увлекаться новыми мужчинами, но это были скорее разговоры, чем поступки. В лагере редко кто заводил романы. Это было чревато ненужными осложнениями. Тем не менее прибытие «Врачей без границ» всегда привносило приятное волнение в жизнь лагеря.
— Можешь взять его себе, — рассмеялась Кристиана, прекрасно зная, что и заигрывание Фионы с Максом дальше разговоров не продвинулось. Это была вполне безобидная игра, приятная обоим.
— Разве он тебе не нравится? — поинтересовалась Фиона, по-прежнему имея в виду Паркера Уильямса.
— Почему же? Он производит хорошее впечатление. Просто мне сейчас не до этого. У меня слишком много работы, чтобы думать о подобных вещах. — Она приехала сюда вовсе не в поисках романтических приключений. Другое дело в Беркли, когда она была студенткой. Но здесь, на краю света? Если она завяжет с кем-нибудь серьезные отношения, их неизбежно придется разорвать, когда она вернется домой. И это может причинить боль.
Женщины разделись и легли спать. Спустя полчаса появилась Лора. Она отлично провела время, и утром все подшучивали над ней по поводу выигранных денег.
— Ты единственная, кто вернется из Синейфи, разбогатев, — заметил Джефф, но Лора только хмыкнула.
Как всегда, до семи вечера все напряженно работали. Паркер Уильямс делал обход пациентов вместе с Мэри, а руководитель бригады «Врачей без границ» занимался особо сложными случаями. Остальные врачи, прилетевшие накануне, осматривали больных и проверяли аптеку, пополняя запасы медикаментов.
Кристиана находилась в небольшом помещении, выделенном ей для занятий профилактикой СПИДа, когда туда заглянула Мэри и предложила ей присоединиться к ним с Паркером. Кристиана была приятно удивлена, что ее приглашают принять участие в медицинском обходе — ведь у нее не было соответствующего образования. Правда, она старательно вникала в объяснения своих коллег и за короткое время, проведенное в центре, успела изрядно расширить свои познания.
Она уже познакомилась со всеми пациентами, больными СПИДом. Навещая их каждый день в палате, Кристиана старалась подбодрить каждого. Приносила им фрукты, играла с детьми, меняла цветы в вазах. Как неоднократно отмечала Мэри, у нее был дар сделать жизнь каждого более приятной. Сейчас, присоединившись к Мэри с Паркером, Кристиана преимущественно молчала, не желая отвлекать врачей от осмотра больных. Только один раз она спросила Паркера о лекарстве, о котором слышала от коллег, и пару раз выполнила функции переводчика, когда Паркер осматривал пациенток из Мозамбика, говоривших только по-французски.
— Спасибо за помощь, — сказал он, когда Кристиана собралась уходить. Ее ждала собственная каждодневная работа.
— Не за что, — улыбнулась Кристиана.
Она не стала тратить время на ленч и сразу направилась в классную комнату помогать Урсуле. После занятий она зашла в контору и застала там молодого врача-француза, развлекавшего Лору беседой. Извинившись, Кристиана поспешила ретироваться. Фиона отсутствовала целый день, и Кристиана отправилась на прогулку в одиночестве. Остальные женщины отдыхали после работы в палатке.
— Еще раз спасибо за помощь, — услышала она и обернулась на голос.
Это был Паркер. Видимо, он только что освободился от напряженной дневной работы.
— Мне это было совсем не трудно, — улыбнулась Кристиана, а затем на правах радушной хозяйки предложила ему немного прогуляться.
Паркер охотно согласился. Он сказал, что находит здешние места очень живописными, хотя и совершенно непривычными, и добавил, что провел в Африке всего один месяц.
— И я тоже, — кивнула Кристиана, когда они двинулись по той тропинке, по которой обычно гуляли с Лорой.
— Откуда вы? — с любопытством спросил Паркер. Он принял ее за француженку, но Мэри сказала, что это не так.
— Из крохотной европейской страны, — улыбнулась Кристиана. — Из Лихтенштейна.
— А где эта страна находится? Я, разумеется, слышал о ней, но, честно говоря, плохо представляю себе, где ее искать на карте.
У него были непринужденные манеры и теплая улыбка, что очень ему шло.
— Как и большинство людей. Это клочок земли площадью в сто шестьдесят квадратных километров, зажатый между Австрией и Швейцарией. Совсем крошечный, вот почему никто толком не знает, где он находится.
Их разговор не имел ничего общего с флиртом, они просто беседовали, шагая бок о бок по тропинке. Паркер напомнил Кристиане ее брата Фредди, хотя, следовало признать, был гораздо более воспитанным.
— А на каком языке там говорят? — поинтересовался он. — На немецком?
— В основном, а также на местном диалекте, который очень трудно понять.
— Но вы, как я заметил, владеете и французским? — Утром Кристиана бегло говорила по-французски, и Паркер решил, что это ее родной язык.
— Да, моя мать была француженкой, и дома мы всегда говорим по-французски.
— Была? — уточнил он, сочувственно нахмурившись.
— Она умерла, когда мне было пять лет.
— А моя умерла, когда мне было пятнадцать. — У них нашлось что-то общее, но Кристиана не стала развивать эту тему, не желая быть навязчивой или задавать болезненные вопросы. — Нас с братом вырастил отец.
— И нас с братом тоже.
— А чем занимается ваш брат, если, конечно, он уже достаточно взрослый, чтобы чем-нибудь заниматься? — улыбнулся Паркер. Девушка выглядела очень юной, однако то, что она работала в отделении Красного Креста в Африке, означало, что ей уже как минимум двадцать один год.
— Уверяю вас, он достаточно взрослый, — вздохнула Кристиана. — Ему тридцать три. И большую часть времени он занимается тем, что путешествует, волочится за женщинами и носится на гоночных автомобилях.
— Неплохо устроился, — пошутил Паркер. — А у нас в семье все врачи. Отец — хирург в Сан-Франциско, брат — педиатр в Нью-Йорке, а я практикую в Бостоне. — Он охотно рассказывал о себе, что было свойственно многим американцам в отличие от европейцев, предпочитавших не касаться личных тем.
Но Кристиане нравились открытость и дружелюбие американцев, и она тосковала по таким отношениям, уехав из Беркли.
— Я слышала, вы живете в Бостоне и занимаетесь исследованиями в Гарварде.
То, что она в курсе его занятий, явно доставило Паркеру удовольствие.
— А чем занимаетесь вы в своем Лихтенштейне? Кстати, а как называется ваш город?
— Я живу в столице, в Вадуце, и после возвращения домой собираюсь работать с отцом. Но прежде я хотела бы провести здесь год, если позволит отец. Он нервничает, когда я уезжаю. Правда, скоро из Китая вернется мой брат... Надеюсь, это немного отвлечет отца. Или сведет с ума, в зависимости от того, что будет вытворять мой братец.
Оба рассмеялись.
— Он что, гонщик? Вы упоминали о гоночных автомобилях.
— О нет! — Кристиана снова засмеялась, шагая рядом с Паркером по тропинке, окаймленной цветущим кустарником и деревьями. В воздухе висел густой и сладкий аромат цветов, который отныне будет всегда напоминать ей об Африке. — Просто ужасный шалопай.
— Значит, он вообще не работает? — удивился Паркер.
Видимо, он никогда не сталкивался с подобной ситуацией. Отпрыски королевских фамилий обычно не работали, особенно наследники престола, как ее брат. Правда, в большинстве своем они были более респектабельны, чем Фредди, и находили менее буйные способы заполнить свой досуг.
— Вообще-то он иногда выполняет поручения отца, но ему это не слишком нравится. Он предпочитает путешествовать. Например, сейчас он находится в Азии. Он уже посетил Японию и Китай и собирается по пути домой заехать в Бирму.
Какая интересная семья! Паркер был заинтригован.
— А ваш отец? Чем занимается он?
— Политикой и общественными отношениями. — Кристиана уже столько раз это повторяла, что и сама почти поверила. — Я буду помогать ему, когда вернусь домой.
— Это звучит очень привлекательно, — одобрительно заметил он.
Кристиана издала стон.
— Не могу представить себе ничего хуже. Я предпочла бы работать здесь.
— А ваш отец? Что он думает по этому поводу? — осторожно поинтересовался Паркер.
— Отец был не слишком доволен, однако не стал препятствовать моему отъезду сюда. Он согласился отпустить меня на шесть месяцев, но я надеюсь продлить этот срок до года.
Было очевидно, что она находится под влиянием отца и зависит от него. Если бы Паркер мог себе представить, насколько простирается власть отца Кристианы и каковы ее обязанности как принцессы, он был бы потрясен.
— Я должен вернуться в Гарвард, но мне здесь очень нравится. Это самое интересное место из всех, где мне приходилось бывать. Я изучаю распространение СПИДа в развивающихся странах и несколько лет назад занимался исследованиями в Центральной Америке. Но мне чертовски повезло, что у меня появилась возможность поработать в Африке.
— «Врачи без границ» — замечательная организация. Она пользуется огромным авторитетом.
— Я хотел бы задержаться здесь, в Синейфи, на некоторое время, чтобы спокойно поработать. Последний месяц был несколько суетным, хотя я очень благодарен «Врачам без границ» за то, что они взяли меня с собой.
Кристиана понимающе кивнула, и они не спеша двинулись назад. Паркер спросил, понравилось ли ей в Беркли, и она сказала, что очень.
— Мне ужасно не хотелось возвращаться домой.
— У меня складывается впечатление, что вы с братом не очень-то любите бывать дома, — с улыбкой заметил Паркер.
— Вы правы. Лихтенштейн — очень маленькое государство.
— Надо будет как-нибудь посетить ваши места, — сказал Паркер. — Я был в Вене, Лозанне, Цюрихе. Насколько я понимаю, это совсем рядом.
— У нас очень красиво, — сказала Кристиана не слишком уверенно.
— И видимо, очень скучно, — добавил он.
— О да, — признала она с улыбкой.
— Тогда зачем возвращаться? — с недоумением спросил Паркер. В Штатах, если людям не нравилось место, где они живут, они переезжали. Ему, например, нравился Сан-Франциско, хотя, на его взгляд, там было чересчур спокойно.
— У меня нет выбора, — вздохнула Кристиана, не вдаваясь в объяснения. Исходя из сказанного ею ранее, Паркер предположил, что отец Кристианы настаивает на том, чтобы она занялась семейным бизнесом, который нельзя доверять ее безответственному брату. Это показалось Паркеру несправедливым. Он и вообразить себе не мог, насколько заблуждался. — Так надо. В моем распоряжении только год, а потом мне придется вернуться домой навсегда.
— Возможно, вы еще передумаете.
Кристиана рассмеялась и покачала головой:
— Боюсь, это невозможно. Иногда нужно просто смириться с обстоятельствами и делать то, чего от вас ждут, как бы скучно и утомительно это ни было.
— Вы вправе делать со своей жизнью то, что считаете нужным, — возразил Паркер. — Я всегда знал, что нельзя жить по чужим правилам. Отец внушил мне эту мысль еще в детстве.
— Жаль, что мой отец думает иначе. Он убежден, что долг превыше всего. Долг и традиции.
На взгляд Паркера, это характеризовало ее отца как жесткого и даже деспотичного человека, но он оставил свое мнение при себе.
Они уже вернулись в лагерь, и Паркер, с уверенностью человека, который возвращается в свою комнату в отеле, сообщил, что собирается принять душ перед обедом.
— Тогда вам лучше поторопиться, пока мальчики, которые обслуживают душ, не ушли домой, — предупредила его Кристиана.
Паркер уже принимал душ утром, но не предполагал, что после определенного часа душ может не работать. Поблагодарив Кристиану за информацию и приятную прогулку, он поспешил в свою палатку. Направляясь к себе, Кристиана размышляла о том, каким интересным человеком оказался Паркер. Похоже, они с Фредди были ровесниками. Войдя в палатку, Кристиана прилегла чтобы немного отдохнуть перед обедом.
Она лежала на постели, уставившись в пространство, и перед ее мысленным взором витал образ Паркера. На душе у Кристианы было так спокойно, что она не заметила, как заснула.
Глава 10
Бригада «Врачей без границ» задержалась в лагере на неделю, работая вместе с сотрудниками Красного Креста. Их объединенные усилия пошли на пользу пациентам, в том числе больным СПИДом. Каждый вечер, когда вся компания собиралась в обеденной палатке, за столом царила приподнятая атмосфера. Преобразившаяся Лора много времени проводила с молодым французом, и когда прилетевшие медики стали готовиться к отъезду, для всех было очевидным, что между молодыми людьми проскочила искра. Лора просто светилась, когда говорила о своем новом друге с Кристианой.
— Итак? — произнесла Кристиана, устремив на нее вопросительный взгляд. Девушки, по своему обыкновению, прогуливались у ручья.
— Он мне нравится, — призналась Лора со смущенной улыбкой, однако в глазах у нее мелькнула неуверенность. — Но что я знаю о нем? Вполне возможно, что он такой же лжец и обманщик, как большинство мужчин.
Кристиане было грустно слышать от нее такие слова, а тем более видеть при этом выражение ее глаз. Бывший жених оставил Лоре тяжелое наследство — недоверие ко всем мужчинам, которые встречались на ее пути.
— Не все мужчины лжецы и обманщики, — убежденно сказала Кристиана. За короткое время они с Лорой стали близкими подругами и делились друг с другом своими мечтами, надеждами и тревогами. Кристиана сожалела, что не может быть до конца откровенной с Лорой, однако не решалась открыть ей свою тайну, опасаясь, что тогда многое изменится и их отношения уже не будут прежними. — На свете есть много достойных и порядочных людей. Достаточно посмотреть, какую жизнь ведет человек и что он делает для других. Это ведь о чем-то говорит, разве не так?
— Не знаю, — грустно отозвалась Лора. В глазах у нее сверкнули слезы. — Я боюсь довериться ему. Мне не хочется снова испытать такую боль.
— И что дальше? — поинтересовалась Кристиана. — Подашься в монастырь? Или будешь хранить добродетель и шарахаться от каждого мужчины? Не слишком приятная перспектива, тебе не кажется? Не все же мужчины такие мерзавцы, как твой бывший жених. Возможно, этот француз и не совсем то, что тебе нужно, а может, просто еще слишком рано, чтобы ты могла довериться кому-либо, но мне невыносимо думать, что ты закрыла эту дверь навеки. Так нельзя. Ты замечательный человек и слишком красива, чтобы отказаться от личной жизни.
— Он тоже так говорит, — сказала Лора, вытирая глаза. — Я рассказала ему, что произошло. Он считает, что это ужасно.
Поделиться книгой: