Молитвы Николаю Чудотворцу

Татьяна Владимировна Лагутина

Молитвы Николаю Чудотворцу

Житие Николая Чудотворца

Родился святитель Христов Николай, великий Чудотворец во второй половине III века. Его родиной была Патара – приморский торговый город, основанный финикиянами и находившийся в малоазийской провинции Ликия (ныне Анатолия). Происходил праведник из знатного и богатого рода. Его родители, Феофан и Нонна, вели богоугодную жизнь, известны были многими милостынями и великими добродетелями, за что и удостоились произрастить святую ветвь.

До глубокой старости прожили Феофан и Нонна, но так и не дождались рождения детей. Непрестанно и горячо молились они Всевышнему о даровании им сына, обещая посвятить его служению Богу. И Господь услышал их молитвы. У Феофана и Нонны родился сын, которого при святом крещении нарекли Николаем, что в переводе с греческого значит «побеждающий народ».

Нонна очень быстро оправилась от родов и с того времени до самой своей кончины пребывала неплодною. Тем самым сама природа указывала на то, что у нее не могло быть другого сына, подобного святому Николаю: он один долженствовал оставаться первым и последним.

Освященный еще в утробе матери, ребенок явил себя благоговейным почитателем Бога ранее, чем увидел свет, стал творить чудеса прежде, чем был приложен к груди, и был постником, не начав вкушать пищу. В самые первые дни младенчества святитель Николай доказал свое предназначение на особое служение Господу тем, что простоял во время крещения никем не поддерживаемый в течение 3 часов, воздавая тем самым честь Пресвятой Троице.

Будущего чудотворца в нем можно было узнать даже по тому, как он приникал к сосцам матери. Младенец брал только правую грудь, знаменуя тем будущее стояние свое одесную Господа вместе с праведными. Постничество его проявлялось тем, что по средам и пятницам Николай вкушал грудное молоко только один раз, вечером, после того как родители совершали обычные молитвы. Привыкнув с раннего детства к такому воздержанию, святой Николай всю оставшуюся жизнь проводил среду и пятницу в строгом посте.

Возрастая с годами, отрок возрастал и в разуме, совершенствуясь в добродетелях, которые прививали ему благочестивые родители. Не обычное поведение ребенка убедило Феофана и Нонну в том, что он станет великим Божиим угодником, поэтому особое внимание они уделяли воспитанию сына и прежде всего старались внушить ему христианские истины и направить на праведную жизнь. Когда пришло время ознакомиться с Божественным Писанием, отрок, благодаря остроте ума и помощи Святого Духа, очень быстро постиг книжную премудрость и преуспел в учении, как подобает доброму кормчему Христова корабля.

Делая поразительные успехи в учении, юноша успевал и в благочестивой жизни. Он избегал пустых разговоров и праздных друзей, сторонился женщин и даже не смотрел на них. Чуждаясь греховных развлечений, святой Николай хранил истинное целомудрие, чистым умом созерцая Господа и усердно посещая храм Божий.

В церкви он проводил целые дни и ночи в богомысленной молитве и чтении святых книг, приобщаясь к разуму духовному, наполняясь божеcтвенной благодатью и созидая в себе достойное для нее жилище.

Храня и преумножая в душе чистоту и многие добродетели, юноша готовил себя к служению Господу. У него не было никаких привычек, свойственных молодости: по своему нраву он был подобен старцу, что вызывало уважение и удивление окружающих. Если старый человек выказывает юношеские увлечения, это дает повод для насмешек. Если же юноша ведет себя и мыслит, как старец, его почитают. В старости неуместна юность, но старость в юности прекрасна и достойна уважения. Вскоре благочестивая жизнь святого Николая стала известна всем жителям Патары. Епископом в этом городе был его дядя, тоже Николай. Видя, что племянник выделяется среди сверстников добродетелями и строгой подвижнической жизнью, дядя начал уговаривать родителей отдать сына на служение Господу. Феофан и Нонна охотно согласились, тем более что еще до рождения сына они дали такой обет. Епископ с радостью принял юношу, имеющего «седину мудрости и возраст старости, житие нескверно», и посвятил его в сан пресвитера.

При совершении над святителем Николаем таинства священства епископ, исполненный Святого Духа, пророчески предсказал народу, находившемуся в тот момент в церкви, великое будущее Божиего угодника: «Вот, братие, я вижу новое солнце, восходящее над концами земли, которое явится утешением для всех печальных. Блаженно то стадо, которое удостоится иметь такого пастыря! Хорошо он будет пасти души заблудших, питая их на пажитях благочестия; и всем, находящимся в бедах, явится теплым помощником!».

Приняв сан священника, святой Николай стал вести еще более строгую подвижническую жизнь, бодрствуя днем и ночью и пребывая в непрестанной молитве и посте. По глубокому смирению души свои духовные подвиги он совершал в уединении, избегая посторонних глаз.

В это время епископ Николай отправился в Палестину на поклонение святым местам, а управление епархией поручил племяннику-пресвитеру. Заняв место дяди, святой угодник всей душой отдался выполнению многотрудных обязанностей епископского управления и в своих заботах о делах Церкви ничуть не уступал дяде. Много добра принес он пастве, ведя широкую благотворительную деятельность. От умерших к тому времени родителей святой Николай получил в наследство имение, которое продал, а вырученные деньги раздал неимущим, ибо не обращал он внимания на скоропреходящее богатство и не заботился о его умножении.

В летописях сохранилось описание одного случая, который свидетельствует о милосердии и крайнем смирении святителя Николая.

Жил в Патаре один человек, знатный и богатый. Однако в результате некоторых печальных событий он впал в нищету и утратил прежнее положение. У этого человека было три дочери, все необыкновенной красотой. Когда в семье кончились последние деньги, нечего было есть и не во что одеваться, несчастного отца посетила ужасная мысль. Задумал он пожертвовать честью дочерей, чтобы таким образом поправить материальное положение и собрать средства на их приданое.

Но к счастью, в городе был добрый пастырь, который неусыпно следил за нуждами своей паствы. Получив от Господа откровение о преступном намерении отца, святитель поспешил избавить его нищеты и спасти от духовной погибели. Однако совершить это благое дело Николай-угодник пожелал тайно, так, чтобы о нем не узнал даже тот, кого оно непосредственно касалось. И на это имелось две причины. С одной стороны, праведник всячески избегал суетной человеческой славы, строго следуя евангельскому завету: «Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми». С другой стороны, своим благодеянием он боялся унизить человека, который когда-то был богатым и знатным, но волею судеб оказался в крайней нищете. Вот почему святой Николай счел за лучшее поступить так, как учил Христос: «У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая».

Божий угодник взял большой мешок золота и в полночь, когда все спали, бросил его в окно дома несчастного, а затем поспешно возвратился домой. Утром отец нашел у себя в комнате этот мешок, развязал его и увидел золото, но не поверил глазам, потому что твердо знал, что ждать подобного благодеяния ему неоткуда. Он стал перебирать монеты руками, чтобы убедиться, что те настоящие. А убедившись, возликовал и заплакал от радости. Долго размышлял обладатель нежданного богатства о его происхождении, но так ничего и не придумал. Решив, что сам Промысел Божий послал ему эту помощь, он возблагодарил Господа и своего неизвестного благодетеля и вскоре выдал замуж старшую дочь, дав ей в приданое дарованное ему золото.

Святой Николай, увидев, что его благодеяние принесло надлежащий плод, решил сотворить такую же милость и по отношению ко второй дочери, намереваясь и ее оградить от греха законным браком. Так же ночью он подбросил в дом бедняка второй мешок с золотом. Вскоре после этого счастливого случая отец, возблагодарив Бога за вновь оказанную ему милость, выдал замуж вторую дочь. К этому времени он был уже твердо уверен, что Господь и третьей его дочери даст законного супруга, даровав рукой тайного благодетеля нужное для этого приданое. Но теперь благодарный человек вознамерился во что бы то ни стало узнать имя последнего. С такой целью он перестал спать ночью, ожидая чудесного появления.

Ждать пришлось недолго. В третий раз Христов угодник Николай бросил в знакомое окно мешок с золотом. Услышав звон упавшего на пол богатства, хозяин быстро догнал своего тайного благодетеля. Узнав в нем святителя Николая, он пал к ногам, целовал их и превозносил его как своего спасителя от духовной погибели. Праведник поднял мужчину с земли и взял с него клятву, что тот никому не поведает о том, что с ним было.

Когда дядя святого Николая вернулся из Палестины, преподобный отец Николай пожелал сам отправиться туда, чтобы поклониться святым местам. Проплывая мимо берегов Египта, Христов угодник предрек, что вскоре поднимется буря. И действительно, в тот самый час небо покрылось тучами и море пришло в сильное волнение. Путников обуял великий ужас, и они молили святого Николая не дать им погибнуть в пучине морской. «Если ты, угодник Божий, – говорили они, – не поможешь нам своими молитвами, то мы тотчас погибнем». Повелев им мужаться и возложить надежду на скорое избавление на Бога, святой стал усердно взывать к Нему. Море тотчас же успокоилось, и всеобщая скорбь сменилась радостью.

Вскоре здесь же, на корабле, святой Николай совершил другое чудо. Один из матросов спускался с самого верха мачты, как вдруг веревочная лестница оборвалась, и он упал на палубу. Окружившие его пассажиры с прискорбием увидели, что матрос разбился насмерть и лежал бездыханным. Святой Николай прочитал над ним молитву, и человек встал, будто пробудился от крепкого сна.

После этих двух чудесных случаев плавание спокойно продолжалось при попутном ветре, и через некоторое время корабль пристал к берегам Александрии. Исцелив в городе множество больных и бесноватых и утешив скорбящих, святой Николай продолжил намеченный путь.

Прибыв в Палестину, Божий угодник поселился неподалеку от Иерусалима, в селении Бейт-Жала (библейская Ефрафа), расположенном недалеко от дороги, ведшей в Вифлеем. Первое, что он сделал, оказавшись на Святой земле, – пришел на Голгофу, где был распят Иисус Христос, и помолился, воссылая благодарение Спасителю. Затем праведник обошел все святые места, творя везде усердное поклонение.

Однажды ночью святитель Николай захотел посетить небольшую церковь на Сионской горе, единственную в то время во всем городе Иерусалиме, населенном язычниками. Эта церковь называлась Элии Капитолины и, по преданию, была построена на месте того дома, где Господь Иисус Христос установил таинство причащения и где потом свершилось сошествие Святого Духа на апостолов. Николай-угодник подошел к дверям храма, закрытым на замок, и они чудесным образом отворились сами собой, чтобы избранник Божий мог войти внутрь и исполнить благочестивое желание своей души.

Святой Николай пробыл в Иерусалиме довольно долгое время, и так он воспылал лю бовью к Божественному обитателю этих мест, что захотел навсегда остаться в Палестине и удалиться в пустыню. Однако таковые намерения были нарушены Божественным гласом, увещевавшим его возвратиться на родину. Господь желал, чтобы светильник Его не оставался под спудом в пустыне, а ярко освещал Ликийскую митрополию.

Тогда Божий угодник договорился с корабельщиками, чтобы они перевезли его на родину. Однако те, замыслив недоброе, направили судно в другую сторону. Заметив, что корабль плывет в противоположном направлении, святой Николай пал мучителям в ноги и стал умолять их доставить его в Ликию. Все его просьбы оставались без внимания, и корабль продолжал плыть по намеченному злоумышленниками пути. Но не знали они, что Бог не оставит Своего угодника. Вдруг налетела буря и развернула корабль в сторону Ликии, угрожая коварным погибелью. Так, с помощью Божественной силы, святой Николай прибыл наконец в свое отечество. Имея душу добрую и незлобивую, он не стал мстить врагам, ни одним словом не упрекнул их, но с благословением отпустил.

Желая удалиться от мирской суеты, отправился святитель не в Патары, а в Сионскую обитель, основанную его дядей епископом, где братия приняла Божиего угодника с большой радостью. В тихом уединении монашеской кельи он думал провести остаток жизни. Но Бог указал ему иной путь, и однажды во время молитвы святой отец услышал глас: «Николай, если ты желаешь удостоиться от Меня венца, иди и подвизайся на благо миру». Эти слова привели праведника в ужас – он не знал, что от него требуется. И тут снова услышал глас: «Николай, не здесь та нива, на которой ты должен принести ожидаемый Мною плод; но обратись и иди в мир, и да будет прославлено в тебе имя Мое». Тогда понял святой Николай, что Господь требует от него прервать подвиг безмолвия и идти на служение людям для их спасения.

Повинуясь этому велению, святой Николай удалился из обители и направился не в свой родные Патары, где все его хорошо знали, а в большой город Миры, митрополию всей Ликии, где он был никому не известен, поэтому легко мог избежать земной славы. Жил праведник в этом городе как нищий, у него не было даже дома, где он мог бы приклонить главу. Только в храме Господнем Николай-угодник имел приют, обретая в Боге единственное пристанище.

В то время когда святитель находился в Мирах, скончался архиерей этого города Иоанн, архиепископ всей Ликийской страны. Для избрания преемника собрались все местные архиереи. На должность предлагалось много умных и почитаемых мужей, но общего согласия никак достичь не удавалось. Тогда некоторые из собравшихся, вразумленные Господом, сказали: «Избрание епископа на сей престол не подлежит решению людей, но есть дело Божия строения. Нам подобает совершить молитву, чтобы Сам Господь открыл, кто достоин принять такой сан и быть пастырем всей Ликийской страны». Совет встретил всеобщее одобрение, и епископы предались усердной молитве, чтобы Господь указал самого достойного человека. И, внимая им, Он открыл Свою благую волю старейшему из них, когда тот стоял на молитве. Явился ему в видении Муж, озаренный неземным светом, и повелел встать ночью в притворе храма и смотреть, кто первым придет на утреннее богослужение. «Сей, – сказал Он, – и есть Мой избранник; примите его с честью и поставьте во архиепископы; имя мужу сему Николай».

Получив божественное откровение, старец сообщил о нем другим епископам, и они принялись молиться с еще большим рвением.

Следуя Божиему указанию, епископ стал в притворе в ожидании прибытия избранника. Святой Николай, побуждаемый духом, пришел к утренней службе раньше всех, ибо он имел обычай вставать на молитву в полночь. Как только он показался в притворе, епископ остановил его и попросил назвать свое имя. Святой Николай промолчал. Тогда епископ повторил вопрос. На этот раз угодник Христов кротко и тихо ответил: «Имя мое – Николай, я раб твоей святыни, владыка».

По имени и глубокому смирению прибывшего епископ убедился, что он и есть избранник Божий. Старец взял святого Николая за руку и привел на собор. Там его приняли с радостью и поставили на середину храма. Несмотря на ночь, молва о том быстро разнеслась по городу, и у церкви собралась толпа народа. Епископ, сподобившийся видения, обращаясь к пастве, сказал: «Примите, братия, своего пастыря, коего помазал Сам Дух Святой и коему Он вручил попечение о душах ваших. Не человеческим собранием поставлен он, но Самим Богом. Ныне мы имеем того, кого желали, и нашли и приняли, кого искали. Под его правлением и наставлением мы не лишимся надежды, что предстанем пред Богом в день Его явления и откровения».

Люди воздавали благодарение Богу и ликовали. Не перенося человеческих похвал, святой Николай долго отказывался от предложенного ему сана, но, уступив настойчивым мольбам собора епископов и всего народа, принял его против воли. К этому его побудило Божественное видение, которое было ему еще при жизни архиепископа Иоанна. Однажды ночью святой Николай увидел перед собой Спасителя во всей Своей славе, подающего ему Евангелие, украшенное золотом и жемчугом. Рядом с собой святитель Николай узрел Пресвятую Богородицу, возлагающую на его рамена святительский омофор. Через несколько дней после этого видения и скончался архиепископ Иоанн.

Вспомнив чудесный образ и видя в нем явное благоволение Божие, Николай Чудотворец согласился стать над паствой. При вступлении в управление Мирликийской епархией святитель дал себе такой наказ: «Николай! Принятый тобою сан требует от тебя иных обычаев, чтобы ты жил не для себя, но для других».

Для блага народа и прославления имени Божиего Николай-угодник не скрывал более своих добрых дел и праведного жития. Следуя словам апостола: «… будь образцом для верных в слове, в житии, в любви, в духе, в вере, в чистоте», святой Николай стал как бы зерцалом для паствы. Он по-прежнему оставался кротким, незлобивым сердцем и смиренным духом, чурался надменности и своекорыстия, во всем соблюдал меру и простоту. Носил обычную одежду, вкушал постную пищу один раз в сутки – вечером. Целый день Николай проводил в приличных его сану трудах, выслушивая просьбы и нужды приходящих. Двери его дома никогда не закрывались: каждого посетителя он принимал с радушием и любовью, являясь для сирот – отцом, для нищих – подателем, для плачущих – утешителем, для обиженных – заступником и для всех – великим благодетелем. Паства его процветала. Этому во многом способствовали два добродетельных и благоразумных советника-пресвитера, которых святой Николай взял себе в помощники для управления Церковью. Это были известные во всей Греции Павел Родосский и Феодор Аскалонский.

Так святитель Николай пас вверенное ему стадо, но вскоре для него и всего населения Мир наступили дни испытаний. Христова Церковь подверглась гонениям со стороны императоров Диоклетиана и Максимиана. Эти нечестивые правители принуждали христиан отрекаться от Господа и поклоняться идолам. Непокорных же бросали в темницу, подвергали жестоким мукам и предавали смертной казни. Храмы разрушали, богослужебные и божественные книги сжигали, стараясь стереть с лица земли память об учении Христа. Дошли гонения и до города Миры.

Преподобный Николай в трудные дни поддерживал в вере свою паству, свободно и дерзновенно проповедуя Христово благовестие, за что был схвачен и заключен в темницу. В заключении он пробыл довольно долгое время, перенося тяжкие страдания, но ни на миг не переставая укреплять веру в соузниках и утверждать их в крепком исповедании Христа и усердном страдании за истину.

Тем временем преемник Диоклетиана Галерий положил конец гонениям на христиан. Город Миры вновь принял своего пастыря великого архиерея Николая, удостоившегося венца мученика. Святитель, как и прежде, принялся за исцеление душ и тел людских, не разделяя их на верных и неверных. Однако особенно прославился он особой ревностью по утверждению православия и искоренению язычества и ереси. В то время много оставалось еще эллинских капищ, которые привлекали людей дьявольским внушением. Святой Николай прошел по всем этим местам, разоряя и обращая в прах идолов и очищая свое стадо от скверны.

Так, однажды святой Николай пришел в храм Артемиды, отличавшийся большими размерами и богатством украшений. Христов угодник сравнял его с землей, а само основание дьявольского скопища разметал в разные стороны, ополчившись скорее на бесов, нежели на сам храм. Лукавые духи при этом испускали скорбные вопли, но, побежденные молитвенным оружием непобедимого воина Божиего, в ужасе бежали из своего жилища.

В IV веке особый урон Церкви нанесло еретическое лжеучение Ария, который отвергал Божество Христа и не признавал Его Единосущным Отцу. В 325 году равноапостольный император Константин, желая водворить в стаде Христовом мир и утвердить Христову веру, созвал в Никее Первый Вселенский Собор, где под предводительством этого благоверного правителя собрались 318 архиереев. Святые отцы предали проклятию арианскую ересь и самого Ария и восстановили мир в святой Божественной апостольской Церкви.

Особенно проявили себя на этом соборе святители Афанасий Александрийский и Николай. Другие отцы защищали православие с помощью своего просвещения. Святитель Николай же встал на защиту веры, приводя в качестве главного доказательства веру христиан, начиная с апостолов, в Божество Иисуса Христа.

Сохранилось предание, что во время одного из соборных заседаний не в силах терпеть богохульства Ария святой Николай дал еретику пощечину. Святые отцы сочли такой поступок излишним проявлением ревности, лишили Божиего угодника архиерейского сана, сняв с него омофор, и заключили в тюремную башню. Однако вскоре они признали правоту святителя, тем более что многим участникам собора было видение: пред их очами Господь Иисус Христос подавал святителю Николаю Евангелие, а Пресвятая Богородица возлагала на него омофор. Преподобного освободили из заключения, возвратили ему прежний сан и прославили как великого угодника Божиего.

Предание Никейской церкви не только сохраняет память о Николае Чудотворце, но и выделяет его из 318 святых отцов, которых считает своими покровителями. Даже турки-мусульмане до сих пор питают глубокое уважение к святителю и бережно сохраняют темницу, где был заключен этот великий муж.

По возвращении к мирликийской пастве святитель Николай принес ей мир и благословение. Своими речами он преподал народу здравое учение, пресек в корне неправые мысли и, обличив закоренелых в злобе еретиков, прогнал их от Христова стада. Как мудрый земледелец очищает все, находящееся на гумне и в точиле, отбирает лучшие зерна и оттрясает плевелы, так святитель Николай наполнял духовную житницу добрыми плодами, плевелы же еретической прелести развевал и далеко отметал от пшеницы Господней. Поэтому святая Церковь называет его лопатою, Ариевы плевельные учения развевающую.

Заботясь о духовных нуждах прихожан, святитель Николай не пренебрегал удовлетворением ее телесных потребностей. Когда в Ликии случился великий голод, добрый пастырь, чтобы спасти голодающих, явился во сне одному купцу, который нагрузил в Италии свой корабль хлебом и намеревался плыть в какую-то из западных стран, и сказал, что покупает весь его хлеб и велит доставить его в Ликию. В качестве задатка за товар святой Николай дал купцу три золотые монеты.

Проснувшись и обнаружив в руке золото, купец пришел в крайнее удивление. Он понял, что его ночной сон есть повеление свыше, и направил корабль в Ликию. Голодающие были спасены. Жителям Мир купец рассказал о видении, и по описанию граждане узнали своего архиепископа.

Еще при жизни святитель Николай прославился как умиротворитель враждующих, защитник невинно осужденных и избавитель от напрасной смерти.

В царствование Константина Великого во Фригии вспыхнул мятеж. Для его усмирения царь послал туда трех воевод с войсками – Непотиана, Урса и Ерпилиона. Однако на море началась буря, и корабли были вынуждены пристать к Адриатскому берегу. Ожидать хорошей погоды пришлось долго, запасы истощились, и воины начали грабить население, которое отчаянно сопротивлялось. Дело дошло до того, что у города Плакомат возникла жестокая схватка.

Узнав об этом, святитель Николай лично отправился в Плакомат, чтобы прекратить междоусобицу. Навстречу ему вышли все жители города вместе с воеводами и поклонились. Святитель обратился к воеводам и стал увещевать их, чтобы они вразумили воинов и запретили им притеснять горожан, после чего пригласил их в город и щедро угостил. Воеводы наказали виновных, восстановили мир, за что удостоились благословения от Николая Чудотворца. Он вместе с воеводами отправился во Фригию, где так же, словом и увещеванием, усмирил мятеж.

Во Фригии прибыли к нему несколько граждан из Мир, которые, сетуя и плача, рассказали, что во время его отсутствия градоправитель Евстафий, подкупленный злыми людьми, осудил на смертную казнь трех невинных мужей, оклеветанных врагами. Услышав это, святой Николай поспешил в Миры. Вместе с ним отправились в дорогу и трое воевод, которым полюбился добрый архиерей, оказавший им великую услугу.

Проезжая мимо места под названием Лев, святитель встретил путников и спросил их, не слышали ли они об осужденных на смерть мужах. Путники отвечали: «Мы оставили их на поле Кастора и Поллукса, влекомых на казнь». Тогда святитель Николай поспешил, чтобы остановить казнь невинных.

В Миры святой Николай и воеводы прибыли в самый момент казни. Осужденные мужи со связанными руками и закрытыми лицами, преклонившись к земле и вытянув обнаженные шеи, ожидали удара меча. Палач уже заносил его, чтобы обезглавить несчастных. И тут святой Николай, соединив ярость с кротостью, прошел через толпу, вырвал меч из рук палача, бросил его на землю и снял с осужденных узы. Никто из присутствующих не посмел остановить архиерея, потому что слово его было властно и в действиях сих являлась Божественная сила.

Избавленные от смертной казни мужи проливали горячие слезы и радостно восклицали, а народ воздавал благодарение своему святителю. Прибыл к месту несостоявшейся казни и правитель Евстафий. Он хотел подойти к святителю, но тот с презрением отвернулся, а когда градоначальник упал ему в ноги, оттолкнул его. Терзаемый муками совести и страшась грядущего наказания, правитель со слезами на глазах просил милости, слагая всю вину за содеянное на городских старейшин Симонида и Евдоксия. Но его ложь быстро открылась, ибо святитель знал, что Евстафий осудил на смерть невинных, будучи подкуплен золотом. И только тогда, когда правитель с великим смирением осознал свой грех, святой Николай даровал ему прощение.

Трое царских воевод дивились увиденному, не подозревая, что вскоре и им самим понадобится чудесное заступничество архиерея. Возвратившись ко двору императора Константина, военачальники заслужили почет и благосклонность царя, но завистливые придворные оклеветали их. Последние пришли к правителю города Евлавию и сказали ему следующее: «Недобро советуют воеводы, ибо, как мы слышали, они вводят новшества и замышляют зло против царя». Чтобы окончательно склонить Евлавия на свою сторону, завистники дали ему много золота. Правитель сумел убедить царя в предательстве воевод, и тот приказал заключить их в темницу.

По прошествии некоторого времени клеветники стали опасаться, что их коварный план будет раскрыт. Поэтому они поспешили убедить Евлавия отправиться к царю и уговорить его казнить узников как можно быстрее. Запутавшийся в сетях златолюбия, правитель явился к царю, предстал перед ним с унылым лицом и скорбным взором и повел льстивую и хитрую речь: «О царь, ни один из заключенных в темницу не желает раскаяться. Все они упорствуют в злом умысле, не переставая строить против тебя козни. Посему повели немедленно предать их мукам, чтобы они не предупредили нас и не довершили свое злое дело, которое замыслили против тебя». Встревоженный такими речами, царь тотчас же приговорил воевод к смертной казни.

Когда тюремный сторож узнал, что на утро назначена казнь, он предупредил об этом узников: «Для меня было бы лучше, если бы я не знал вас и не наслаждался бы приятною беседою и трапезою с вами. Тогда я легко перенес бы разлуку с вами и не скорбел бы так душою о пришедшей на вас напасти. Настанет утро, и нас постигнет последняя и ужасная разлука. Я уже не увижу дорогих мне лиц ваших и не услышу вашего голоса, ибо царь повелел вас казнить. Завещайте мне, как поступить с имением вашим, пока есть время и смерть еще не помешала вам выразить вашу волю». Невинно осужденные, узнав эту печальную новость, стали рвать на себе одежды, скорбя о своей ужасной участи. Они обращались по именам ко всем друзьям и родственникам, призывая в свидетели собственной невиновности Самого Господа Бога. Один из воевод по имени Непотиан вспомнил о святителе Николае, и все трое стали просить у него заступничества: «Боже Николая, избавивший трех мужей от неправедной смерти, призри ныне и на нас, ибо от людей не может быть нам помощи. Пришла на нас великая беда, и нет никого, кто бы избавил нас от напасти. Голос наш прервался прежде исшествия из тела душ наших, и язык наш пересыхает, сожигаемый огнем сердечной скорби, так что и молитву мы не можем принести тебе. Завтра хотят нас умертвить, поспеши же к нам на помощь и избави нас неповинных от смерти».

Внимающий молитвам боящихся его и, как отец, изливающий щедроты на чад своих, Господь Бог внял просьбам несчастных и послал им на помощь святого угодника. В ту же ночь явился Николай во сне пред царем и сказал: «Встань скорее и освободи томящихся в темнице воевод. На них тебе наклеветали, и они страдают невинно». Святитель рассказал царю всю правду и в заключение добавил: «Если ты меня не послушаешь и их не отпустишь, то я воздвигну на тебя мятеж, подобный бывшему во Фригии, и ты погибнешь злою смертью».

Удивившись такой дерзости, царь спросил у явившегося ему: «Кто ты такой, что смеешь угрожать нам и державе нашей?». Святитель ответил: «Я – Николай, Мир Ликийских архиепископ».

В ту же ночь святитель Николай явился градоначальнику Евлавию и потребовал освобождения невинно осужденных.

Наутро царь призвал к себе Евлавия и, узнав, что и он имел такое же видение, приказал привести к себе осужденных и спросил у них: «Каким колдовством вы навели на нас такие сны? Явившийся нам муж сильно гневался и угрожал нам, похваляясь вскоре навести на нас брань». Воеводы с недоумением посмотрели сначала друг на друга, а потом на царя. Тогда повелитель смягчился и сказал: «Не бойтесь никакого зла, поведайте истину». И воеводы со слезами на глазах рассказали следующее: «Царь, мы не знаем никакого колдовства и не замышляли никакого зла против твоей державы, да будет в том свидетелем Сам Всевидящий Господь. Если же мы тебя обманываем и ты узнаешь о нас что-нибудь дурное, то пусть не будет никакой милости и пощады ни нам, ни роду нашему. От отцов наших мы научились чтить царя и, прежде всего, быть верными ему. Так и теперь мы верно охраняли твою жизнь и, как свойственно сану нашему, не уклонно исполняли твои поручения нам. С усердием служа тебе, мы смирили мятеж во Фригии, прекратили междоусобную вражду и достаточно доказали делом, как о том свидетельствуют те, кому сие хорошо известно. Твоя держава прежде осыпала нас почестями, ныне же ты с яростью вооружился на нас и безжалостно осудил на мучительную смерть. Итак, царь, мы думаем, что страдаем только за одно к тебе усердие, за него мы осуждены, и вместо славы и почестей, кои мы надеялись получить, нас постиг страх смерти».

От этих речей царь пришел в замешательство и глубоко раскаялся в своем необдуманном поступке. Потому что вострепетал он пред судом Божиим и устыдился того, что, будучи для других законодателем, готов был сотворить суд беззаконный. Вдруг воеводы увидели, что рядом с повелителем сидит святитель Николай и знаками показывает им, что они прощены. Тогда царь попросил воевод рассказать ему об архиерее Мир Ликийских, и Непотиан поведал ему о том, как святитель спас невинно осужденных от смертной казни.

Узнав, что Николай – великий угодник Божий, и удивившись его смелости и ревности в защите обиженных, царь повелел освободить воевод и сказал им на прощание: «Не я дарую вам жизнь, а великий служитель Господень Николай, которого вы призывали на помощь. Идите к нему и принесите ему благодарение. Скажите ему и от меня, что я исполнил его повеление, да не гневается на меня Христов угодник». С этими словами он вручил невинно осужденным золотое Евангелие, золотое кадило, украшенное каменьями, и два светильника, чтобы они отдали все в церковь города Миры.

По прибытии туда воеводы сразу же отправились к святому Николаю, чтобы отблагодарить его за чудесную помощь. Затем они роздали щедрую милостыню нищим и благополучно возвратились домой.

Святитель очень часто приходил на помощь людям, совсем о нем не знавшим. Так, однажды корабль, следовавший из Египта в Ливию, был застигнут сильной бурей. Ветер, дувший с невероятной силой, сломал мачты и порвал паруса. Судну грозила неминуемая гибель. Тогда моряки вспомнили о святителе Николае, которого никто из них никогда не видел, однако все знали, что он непременно приходит на помощь нуждающимся в его заступничестве. Корабельщики стали горячо молиться, и святитель тотчас явился пред ними и сказал: «Вы призывали меня, и я пришел на помощь к вам; не бойтесь!». После этих слов он встал у руля и взял управление кораблем на себя. Святитель повелел буре прекратиться, памятуя слова Господни: «Верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит».

Так, повелевая морем и ветром, верный слуга Господа благополучно привел судно в гавань города Миры. Сойдя на берег, корабельщики решили отблагодарить своего спасителя. Они встретили его на пути в церковь, припали к его ногам, принося благодарение. Святой Николай, имевший прежде всего заботу о душевном спасении человека, усмотрел в моряках грех любодеяния, который ведет к нарушению Божиих заповедей. «Чада, умоляю вас, – сказал им святитель, – поразмыслите в себе и исправьтесь сердцами вашими и мыслями для благоугождения Господу. Ибо хотя бы мы и утаились от многих людей и сами считали себя праведными, но от Бога утаиться ничто не может. Посему потщитесь со всяким усердием сохранять святость души и чистоту тела. Ибо как говорит божественный апостол Павел: „Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас? Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог“». Поучив так, он отпустил корабельщиков с миром.

Нравом своим святитель был как чадолюбивый отец, и взор его сиял божественною благо датью. От его лица исходил пресветлый луч, и тем, кто взирал на него, даровалась великая польза: отягчаемые страстью или душевной скорбью, они получали утешение в печали. Не только христиане, но и неверные обращались к Николаю-угоднику и после бесед с ним отметали укоренившееся в них с младенческих лет неверие и воспринимали в свое сердце правое слово истины, вступая на путь спасения.

Великий угодник Божий прожил в Мирах много лет, сияя божественною добротою. Словно про него сказано в Писании: «Как утренняя звезда среди облаков, как луна полная во днях, как солнце, сияющее над храмом Всевышнего, и как радуга, сияющая в величественных облаках, как цвет роз в весенние дни, как лилии при источниках вод, как ветвь ливана в летние дни».

Дожил святой Николай до глубокой старости и скончался после непродолжительной телесной болезни 6 декабря 342 года. С радостью перешел он в вечную жизнь в сопровождении святых ангелов и встреченный ликами святых. На его погребение собрались ликийские епископы со всем клиром и иноками, а также бесчисленное множество людей из разных городов. Тело святителя с почестями было хоронено в соборной церкви города Миры.

Нетленные мощи угодника Божиего источали благовоние и целебное миро, и свершалось от них множество чудес. Помазанные миром больные получали исцеление, поэтому к гробу святителя стекались страждущие со всех концов земли. Святым миром исцелялись не только телесные недуги, но и душевные, а также изгонялись лукавые духи. Ибо святитель не только при жизни, но и после смерти продолжал воевать с бесами и неизменно побеждал их.

Однажды несколько богобоязненных мужей, живших в устье реки Танаис, прослышав о мироточивых мощах святителя Николая, задумали им поклониться и стали снаряжать корабль. Но лукавый бес, некогда изгнанный святым из капища Артемиды, замыслил воспрепятствовать этому. Он обратился в женщину, несущую сосуд с елеем, и пришел на корабль. «Я желала бы принести сей сосуд ко гробу святителя, – сказала женщина корабельщикам, – но очень боюсь морского путешествия, ибо опасно для слабой и страда ющей болезнью желудка женщины плыть по морю. Посему умоляю вас, возьмите сей сосуд, принесите его ко гробу святого и вылейте елей в лампаду». С этими словами она вручила паломникам сосуд. Не зная гибельного действия содержащегося в нем елея, мужи пообещали исполнить просьбу женщины.

В тот же день судно отчалило от берега, и поначалу путешествие проходило спокойно. Но на следующее утро поднялся северный ветер, и волны стали захлестывать корабль, затрудняя его ход. Сильное волнение на море продолжалось несколько дней и вконец истерзало паломников. Мучения их были настолько нестерпимы, что они решили прервать путешествие и вернуться домой. Но тут в небольшой ладье перед ними явился святитель Николай и сказал: «Куда плывете, мужи, и почему, оставив прежний путь, возвращаетесь назад? Вы можете утишить бурю и сделать путь удобным для плавания. Вам препятствуют плыть дьявольские козни, потому что сосуд с елеем дан вам не женщиною, а бесом. Бросьте сосуд в море, и тотчас плавание ваше станет благополучно».

Услышав слова святого Николая, благочестивые мужи бросили нечистый сосуд в море, и тотчас же из него повалил черный дым и вырвалось пламя. Воздух наполнился смрадом, море разверзлось, вода закипела и заклокотала, а водные брызги стали взлетать к небу, подобно огненным искрам. Все, кто находился на корабле, пришли в ужас и кричали от страха. Но тут перед корабельщиками вновь появился святитель. Он повелел им мужаться и не бояться ничего. Затем он укротил бурю, сделав путь в Ликию спокойным и безопасным. Подул легкий попутный ветер, и в хорошем настроении паломники благополучно доплыли до желанного города.

Поклонившись мироточивым мощам своего скорого помощника и заступника, они возблагодарили всесильного Бога и совершили молебен великому отцу Николаю, после чего вернулись на родину, рассказывая всем о чудесном приключении, которое произошло с ними в пути.

При греческом царе Льве Исаврянине и патриархе Афанасии совершилось еще одно чудо святого Николая. Однажды в полночь он явился во сне некоему благочестивому старцу по имени Феофан и сказал ему: «Пробудись, Феофан, встань и иди к иконописцу Аггею – вели ему написать три иконы: Спаса нашего Иисуса Христа Господа, сотворившего небо и землю и создавшего человека, Пречистой Госпожи Богородицы и молитвенника за род христианский Николая, архиепископа Мирского, ибо мне подобает явиться в Константинополе. Написав сии три иконы, представь их патриарху и всему собору. Иди скорее и не ослушайся».

Пробудившись от сна, Феофан испугался и тотчас отправился к иконописцу Аггею. Он стал молить его, чтобы тот написал три великие иконы: Спаса Христа, Пречистой Богородицы и святителя Николая. Аггей просьбу исполнил и по прошествии некоторого времени принес иконы Феофану. Тот взял их, поставил в горнице и сказал жене: «Сотворим трапезу в доме своем и помолимся Богу о своих прегрешениях».

Феофан пошел на рынок, на тридцать златников купил еды и питья и, вернувшись домой, накрыл стол. Затем он пошел к патриарху и попросил его и весь собор благословить его дом и вкусить брашна и питья. Патриарх просьбу уважил и пришел с собором в дом Феофана. Когда он вошел в горницу, то сразу же увидел три иконы с изображением Иисуса Христа, Пречистой Богородицы и святого Николая. Патриарх подошел к первой иконе и сказал: «Слава Тебе, Христе Боже, создавшему всю тварь. Достойно было написать образ сей». Затем он подошел ко второй иконе и сказал: «Хорошо, что написан и сей образ Пресвятой Богородицы и молитвенницы за весь мир». Наконец патриарх подошел к третьей иконе и сказал: «Это образ Николая, архиепископа Мирского. Не следовало бы изображать его на такой великой иконе. Ведь он был сын простых людей, Феофана и Нонны, происходивших из поселян». Потом, обратившись к хозяину дома, сказал: «Феофан, не вели писать Аггею образ Николая в таком большом размере». И велел унести образ святителя: «Неудобно ему стоять в ряд со Христом и Пречистою».

Благочестивый Феофан, не смея перечить пат риарху, с великой печалью вынес икону святителя из горницы и поставил ее в клети на почетном месте. Затем он попросил одного из клирошан, дивного и разумного Каллисту, стать пред иконой и величать Божиего угодника.

Патриарх меж тем, прославив Бога и Пречистую, сел со всем собором за стол и приступил к трапезе. По ее окончании он встал и возвеличил Бога и Пречистую, после чего выпил вина и веселился вместе с собором. Один Каллист оставался перед иконой святого Николая, славя и величая великого праведника.

Когда вино подошло к концу, один из собравшихся крикнул хозяину дома: «Феофан, принеси еще вина патриарху и сделай пир приятным». На что Феофан ответил: «Нет больше вина, господин мой, а на рынке уже не торгуют, и купить его негде».

Опечалившись тому, что он не может выполнить просьбу гостя, хозяин тайком вышел в клеть, пал перед образом святителя и со слезами обратился к нему: «О святой Николай! Рождение твое чудно и житие свято, ты исцелил много недужных. Молю тебя, яви ныне чудо у меня худого, прибавь мне вина».

После этих слов, вторя молитву святому чудотворцу Николаю, Феофан пошел к пустым сосудам из-под вина и увидел, что все они оказались полными. С радостью взял он вино и принес патриарху. Тот выпил и похвалил: «Не пивал я такого вина». Вина хватило до конца пира. Ничего не сказал Феофан присутствующим о чудесном происхождении напитка.

На утро после пира в доме Феофана пришел к патриарху некий вельможа, которого звали Феодор, из села Сиердальского. Он молил патриарха поехать к нему, ибо его единственная дочь одержима бесовским недугом, и прочитать над ней Святое Евангелие. Патриарх согласился, сел со всем собором на корабль и отправился на остров, где находилось селение. Когда корабль вышел в открытое море, поднялась буря, судно опрокинулось, и все, кто находился на нем, оказались в воде, моля о спасении Бога, Пречистую Богородицу и святого Николая. Услышала их молитвы Пречистая Богородица и умолила Сына Своего, Иисуса Христа, не допустить погибели священнического чина. Тогда корабль выпрямился, и все чудесным образом оказались на нем.

Когда же патриарх Афанасий был еще в воде, он вспомнил свой грех пред святым Николаем и, вопия, обратился к нему: «О, святитель великий Христов, архиепископ Мирский, чудотворец Николай, согрешил я пред тобою, прости и помилуй меня, грешного и окаянного, спаси меня от пучины морской, от горького сего часа и от напрасной смерти». И – о чудо! – высокоумный смирился, а смиренный чудно возвеличился и честно прославился. Явился перед ним святой Николай, шествуя по морю, как по суше, взял его за руку и сказал: «Афанасий, или тебе понадобилась в бездне морской помощь от меня, происходящего из простых людей?». Патриарх, почти без сил, плача, ответил ему: «О, святой Николай, святитель великий, скорый на помощь, не вспоминай моего злого высокоумия, избавь меня от напрасной сей смерти в пучине морской, и я буду славить тебя все дни жизни моей». Тогда святитель утешил его: «Не бойся, брат, вот избавляет тебя рукою моею Христос. Ты же не греши больше, чтобы не случилось с тобою худшее. Войди в корабль свой». Затем он вынес патриарха из воды и поставил на палубу корабля со словами: «Ты спасен, иди опять на свое служение в Константинополь». Все, бывшие на корабле, увидев патриарха живым и невредимым, очень обрадовались и возопили: «Слава Тебе, Христе Спасе, и Тебе, Пречистая Царица Госпожа Богородица, избавившие нашего господина от потопления!».

Очнувшись, словно ото сна, патриарх спросил у собора: «Где я, братия?». «На своем корабле, господин, – отвечали ему, – и мы все невредимы». При этих словах патриарх заплакал и произнес: «Братия, согрешил я пред святым Николаем, воистину велик он: ходит по морю, как по суше, взял меня за руку и поставил на корабль; поистине он скор на помощь всем, призывающим его с верою».

Когда корабль приплыл в Константинополь, и патриарх со всем собором пришел в церковь Святой Софии, он первым делом послал за Феофаном, веля ему принести икону святителя Николая. Когда тот исполнил просьбу, патриарх пал пред образом Божиего угодника и, плача, произнес: «Согрешил я, о святой Николай, прости меня грешного». Потом он взял икону, поцеловал ее с честью и отнес в храм. А на другой день заложил в Константинополе каменную церковь во имя святого Николая. Когда она была построена, патриарх сам освятил ее в день памяти преподобного. В этот день святитель исцелил 40 недужных мужей и жен. Позже патриарх дал на украшение церкви 30 литров золота, основал при ней много сел и садов и обитель. Многие приходили сюда – слепые, хромые и прокаженные – и, прикоснувшись к иконе святого Николая, уходили здоровыми, славя Бога и чудотворца Его.

Жил в Константинополе некий муж по именем Николай, кормившийся рукоделием. Он положил себе завет в дни памяти преподобного обязательно воспоминания об угоднике Божием и свято его соблюдал. Когда же этот Николай достиг глубокой старости, силы оставили его и он впал в нищету. Накануне дня памяти святителя несчастный спросил у жены: «Настает день чтимого нами великого архиерея Христова Николая; как же нам, бедным, при нашей скудости, отпраздновать день сей?». Благочестивая жена ответила ему так: «Ты знаешь, господин мой, что настал конец жизни нашей, ибо и тебя, и меня постигла старость; если даже и ныне пришлось бы окончить нам жизнь, ты не изменяй твоего намерения и не забывай о твоей любви к святому». Потом она показала мужу ковер и сказала: «Возьми ковер, пойди и продай его и купи все необходимое для достойного празднования памяти святого Николая. Другого ничего у нас нет, а сей ковер нам не нужен, ибо мы не имеем детей, которым его можно было бы оставить».

Восхвалив жену за мудрый совет, Николай взял ковер и отправился с ним на рынок. На площади ему встретился святой угодник в образе честного старца. Святитель спросил у благочестивого мужа: «Друг милый, куда ты идешь?» «Нужно мне на рынок», – отвечал тот. Тогда святой Николай подошел ближе и сказал: «Доброе дело. Но скажи мне, за сколько ты хочешь продать ковер сей, ибо я хотел бы купить твой ковер». Николай ответил святому: «Ковер этот был в свое время куплен за 8 златников, теперь же я возьму за него, сколько ты мне дашь». «Согласен ли ты взять за него 6 златников?». «Если ты даешь мне столько, – сказал благочестивый муж, – я возьму с радостью».

Святитель дал Николаю 6 златников, взял ковер, который стоил много дешевле, и удалился. Присутствовавшие на площади люди стали расспрашивать старика: «Не привидение ли ты видишь, старец, что ты один разговариваешь?». Говорили они так потому, что видели только самого Николая и слышали лишь его голос, а святой оставался для них незрим и неслышим.

Между тем святой Николай пришел с ковром к жене старца и сказал ей: «Муж твой – мой старинный друг; встретив меня, он обратился ко мне с такою просьбою: любя меня, отнеси сей ковер моей жене, ибо мне нужно отнести одну вещь, ты же сохрани его, как свой». После этих слов он стал невидим.

Женщина, видя перед собой сияющего светом, взяла у него, молча, ковер, не решаясь спросить, кто он. Полагая, что супруг ее не выполнил своего обещания и забыл о любви к святому, женщина разгневалась. «Горе мне бедной, – восклицала она, – муж у меня законопреступный и исполнен лжи!»

Не ведая о случившемся, Николай купил все необходимое для празднования и возвращался домой, радуясь тому, что ему не придется нарушать свой благочестивый обычай. Но на пороге дома его встретила разгневанная жена. «Отныне уйди от меня, – зло сказала она ему, – ибо ты солгал святому Николаю». Потом она вынесла ковер и продолжила: «Вот, возьми, меня же ты больше не увидишь; ты солгал святому Николаю и поэтому потеряешь все, чего достиг празднованием его памяти».

Слыша обидные слова от жены и видя свой ковер, Николай удивлялся и не находил слов, чтобы ответить. И вдруг старец понял, что это святой Николай сотворил чудо. Тогда он восславил Спасителя и спросил у жены: «Ради страха Божия, скажи мне, кто тебе принес ковер сей, муж или женщина, старец или юноша?». «Старец светлый, честный, – отвечала ему жена, – одетый в светлые одежды, принес нам ковер сей и сказал мне: „Муж твой – друг мне, поэтому, встретив меня, он упросил донести ковер сей к тебе, возьми его“. Взяв ковер, я не смела спросить пришедшего, кто он, видя его, сияющего светом».

Николай показал жене оставшиеся деньги и все, купленное им для празднования дня памяти преподобного: яства, вино, просфоры и свечи. «Жив Господь! – воскликнул он. – Муж, купивший у меня ковер и снова принесший в дом к нам, убогим и смиренным рабам, воистину есть святой Николай, ибо говорили видевшие меня в беседе с ним: не привидение ли ты видишь? Они меня одного видели, а он был невидим».

Тогда Николай и его жена вознесли благодарение Всемогущему Богу и хвалу великому архиерею Христову Николаю и, радостные, пошли в церковь святителя, неся с собой золото и ковер. Там они поведали о случившемся всем присутствующим. И люди прославили Бога и преподобного Николая, творящего милосердие рабам своим. Затем рассказ выслушал патриарх Михаил. Тот повелел выдать старцу пособие от имения церкви Святой Софии. И сотворили Николай с женой честный праздник с вознесением хвалы и песнопениями.

Как-то жил в Константинополе благочестивый муж Епифаний. Он был очень богат, состоял в чести у царя Константина и имел много рабов. Однажды, вознамерясь купить себе отрока в слуги, он взял 72 златника, сел на коня и отправился на рынок, где русские купцы продавали рабов. Однако в этот день Епифаний вернулся ни с чем. Войдя в дом, он вынул из кармана золото, которое брал с собой на рынок, и куда-то положил его.

Наутро вельможа повелел слуге: «Принеси мне злато, которое я тебе дал вчера, мне надо ехать на рынок». Отрок, которому господин не давал золота, испугался: «Ты не давал мне злата, господин». Епифаний разгневался: «О, злая и лживая голова, скажи мне, куда ты положил злато, данное тебе мною?» Тот поклялся, что не понимает, о чем говорит его хозяин. Тогда вельможа приказал слугам связать отрока и бить его без милосердия. Напоследок он сказал: «Решу его участь, когда пройдет праздник святого Николая». А праздник должен был быть на другой день.

То, что вельможа лишился памяти, произошло по воле исконного врага христианского рода – дьявола, который, не терпя благочестия этого мужа, задумал ввергнуть его в бездну греха.

Заключенный в храмине отрок, плача, возопил ко всемогущему Богу: «Господи Боже мой, Иисусе Христе, Вседержитель, Сын Бога Живого, живущий во свете неприступном! Вопию к Тебе, ибо Ты знаешь сердце человеческое, Ты – Помощник сиротам, Избавление находящихся в беде, Утешение скорбящим: избавь меня от неведомой мне сей напасти. Сотвори милостивое избавление, чтобы и господин мой, избавившись от греха и неправды, причиненной мне, прославил Тебя с веселием сердца, и чтобы я, худой раб Твой, избавившись от сей напасти, неправедно постигшей меня, вознес Тебе благодарение за человеколюбие Твое».

Говоря так и прилагая молитву к молитве, отрок возопил к святому Николаю: «О честный отче, святой Николай, избавь меня от беды! Ты знаешь, что я невинен в том, что говорит господин на меня. Завтра настанет твой праздник, а я нахожусь в великой беде».