Вкус к убийству. Сборник детективных произведений английских и американских писателей

— Именно, мистер Поуп, или как там вас. Действительно, череда имен и обличий некоторое время сбивала нас с толку. Потом кто-то заметил, что примерно через год после каждого преступления появляется новый роман Дики Фейна. Использование вами имен, которые определенно соотносились с орудиями преступлений, дало дополнительные зацепки для расследования. Долгое время нам не удавалось выйти на след, ведь со своими издателями вы связывались только через доверенного литературного агента, а тот оказался поистине неуловимой личностью.

— У меня нет никакого агента, — сказал мистер Поуп. — Он столь же эфемерен; как и все остальные мои личины. — Увидев, что мисс Кент направилась к двери, он умолк. — Куда это вы?

— Я собираюсь позвонить в Ярд, — с вызовом заявила она.

— Не могу ли я отговорить вас от этой затеи? В конце концов, подумайте о сотнях убийств, которые я предотвратил…

— Я думаю о тех пятерых, которых вы убили, — сказала мисс Кент. — И предупреждаю вас, — продолжала она, заметив, как мистер Поуп двинулся вперед, — лучше не пытайтесь остановить меня. Мое руководство знает, что я здесь.

— Но никто не знает, что я нахожусь здесь, — напомнил он. — Они примутся разыскивать мистера Поупа, но я, как вы сами прекрасно понимаете, к тому времени буду далеко отсюда.

— Вам все равно это не сойдет с рук. Вы поместили объявление насчет секретарши…

— Это приманка, придуманная, чтобы отвлечь внимание Скотленд-Ярда, на случай, если они начнут что-то подозревать. Не стоит придавать ему значение, — он быстро подошел к двери и с шумом захлопнул ее. — Вот так-то!

— Я буду кричать!

— Но недолго, — мистер Поуп шагнул вперед. Завязалась короткая схватка — против ожиданий он оказался крепким мужчиной, — и через несколько минут мисс Кент лежала со связанными руками на полу, а в ее горле застрял бесполезный теперь крик.

— Хорошенькое дельце, — сказал мистер Поуп, оглядывая плоды проделанной работы. — По всему выходит, первым делом лучше избавиться от этой бутафории. — С задумчивым выражением он снял белый парик, обнажив голову, коротко постриженную под «ежик». За париком последовали очки, восковой нос, вставная челюсть с выпирающими наружу зубами. Меньше чем за минуту он скинул клетчатый жилет, рубашку и, облегченно вздохнув, остался в одной майке. — Ну вот, так намного лучше, — сказал он и, как на разминке, поиграл мускулами.

Мисс Кент всю передернуло.

— Бог мой, да ведь вы один в один как на тех фотографиях с обложек книг! — воскликнула она.

— Точно, — согласился он, с улыбкой глядя на нее. — Грек — мойщик посуды из Сохо — еще одно мое изобретение. Я нахожу эту роль весьма удобной и надежной маскировкой. Вот почему, даже если полиция и станет разыскивать Дики Фейна, ей не удастся напасть на его след. Ведь им не известно, как он выглядит на самом деле и кем является в действительности. Они ничего не знают ни об одном из нас.

— Ни об одном из вас?

В его улыбке появилось что-то волчье.

— Ну да. Я раскрыл вам секрет, но вы его не поняли. Ни об одном из тех, кто пишет детективные романы, создает для себя ореол славы и сколачивает капитал на их популярности, их достоверности. Естественно, мы черпаем все материалы из жизни. И, как ни странно, большинство из нас похожи друг на друга. Помните теорию Ломброзо о криминальных типах?

— Но это же невозможно. Я видела фотографии…

— Конечно, видели. Вы думаете, что я один додумался до использования грима? Или только мне взбрело в голову менять фамилию? Другие тоже используют псевдонимы, — его голос опустился до шепота. — Подумайте хотя бы минутку. Кто такой Эллери Куин на самом деле? Или Картер Диксон, или X. Холмс, или…

— Этого не может быть! Не все они.!..

— Ну, могу же я позволить себе немного порассуждать, моя дорогая. Я имею в виду себя, когда утверждаю, что настоящий автор детективных романов скрывает свое имя и те преступления, отталкиваясь от которых впоследствии создает художественные образы. Ранее я говорил вам, что всегда считал своей главной целью разработать идею некоего отнюдь не совершенного и не идеального преступления; однако на самом деле я так устроен, что могу мыслить лишь категориями совершенства. Ведь я детективный писатель, а это означает, что одновременно я являюсь и изощренным преступником.

Мисс Кент несколько раз дернулась, пытаясь освободиться от связывавших ее пут.

— Но на этот раз у вас ничего не получится, — пригрозила она. — Они все равно вас найдут.

— Кого они найдут? — пожал плечами мистер Поуп. — Моего нынешнего обличья больше не существует, и они никогда не опознают меня в новом образе. Если они будут продолжать искать Дики Фейна, то в конце концов, уткнутся в тот самый ресторан в Сохо. Кроме того, им понадобится немало времени для того, чтобы смекнуть, о чем идет речь — о нечестной игре или о банальном самоубийстве.

— Самоубийстве? — у мисс Кент перехватило дыхание.

— Вот именно. Внизу они обнаружат, вашу предсмертную записку — я все уже устроил. Во время прогулки по саду я продумал мельчайшие детали плана; все встало на свои места, когда я вспомнил, что у меня есть вот это.

Он наклонился и поднял с пола в углу комнаты моток пеньковой веревки.

— Сейчас я перекину один конец через вот эту балку, — добавил он.

— Подождите! — взмолилась мисс Кент.

Он с сожалением кивнул, затем покачал головой.

— Я понимаю, что вы сейчас чувствуете, моя дорогая леди, однако у нас с вами действительно нет времени. Я же сказал вам, что следующая моя рукопись должна оказаться на столе у редактора через две недели. Ars longa, vita brevis,[2] не мне вас учить.

Чуть наклонившись вперед, он завязал узел и затянул петлю на ее шее…

Рукопись романа «Мистер Роску берет веревку» едва поспела к сроку. Когда книга появилась на прилавках магазинов, критики с энтузиазмом откликнулись на нее, а публика пришла в восторг.

Скотленд-Ярд тем временем пребывал в унынии и растерянности, ибо его сотрудники который уже день безуспешно бились над разрешением запутанной проблемы, в которой воедино сплелись петля, явное самоубийство, покинутый коттедж и исчезнувший без следа джентльмен, похожий на Белого Кролика.

Почитатели таланта Дики Фейна и его непревзойденного мастерства в описании кровавых сцен между тем с нетерпением дожидались нового шедевра своего кумира.

Как обычно, им оставалось лишь гадать, каким сюжетом он удивит их теперь.

Примерно в то же время где-то в далеком Корнуолле в доме привлекательной вдовы поселился жизнерадостного вида усатый французский джентльмен.

Как-то раз поутру он вошел в местную аптеку и сказал:

— Меня зовут мистер Арманьяд. Скажите, нельзя ли купить у вас немного синильной кислоты…

Перевод: Вяч. Акимов

Вечерняя школа

Вы всегда можете отыскать их на маленьких глухих улочках больших городов, а, отыскав, невольно зададитесь вопросом, каким образом их владельцам удается сводить концы с концами.

Как правило, они располагаются на первом этаже здания, зачастую — в полуподвале, над входом в который обычно красуется исполненная корявыми буквами вывеска: «ПОДЕРЖАННЫЕ КНИГИ», а рядом нередко имеется одно-единственное слабо освещенное окно. Стеллажи с книгами почти всегда начинаются прямо от дверей; где-нибудь на них окажется табличка с небрежной надписью: «ЛЮБАЯ КНИГА НА ВАШ ВЫБОР — 10 центов».

Никто и никогда не покупает их даже и за пять центов, точно так же никому и никогда не приходит в голову платить за другие более серьезные книги, которые наверняка можно обнаружить в глубине магазинчика. Допустим, что настоящих библиофилов владелец лавки обслуживает из-под прилавка — студенты, ревностно изучающие географию, могут отыскать там «Тропик Рака» Генри Миллера, а чей-то острый нюх сможет распознать пикантный аромат «Благоухающего сада»[3] — однако, даже и в этом случае нельзя не заметить, что торговля идет довольно вяло.

Вот в такой магазинчик однажды ранним вечером и заглянул один молодой человек. Звали его Авель, и не было в его внешности ничего примечательного, если не считать некоторой вороватости, с которой он поспешно спустился по ступенькам лестницы и скрылся во мраке полуподвала.

Войдя в помещение, он нахмурился, словно обескураженный представшим перед ним зрелищем. Впрочем, его мог смутить банальный, даже затрапезный интерьер. Когда же из-за пыльного прилавка вышел хозяин магазинчика, на лице молодого Авеля появилось такое выражение, будто он хотел сказать: «Извините, я, видимо, ошибся дверью».

Хозяин оказался вполне магазинчику под стать. Он походил на зачитанную и захватанную книгу, которую поставили на полку, чтобы там она продолжала — уже невостребованная никем — годами собирать пыль. Он был невысокого роста и к тому же сутулый, что вполне соответствовало его возрасту; редкие волосы и обвислые усы имели неопределенный оттенок, прикрытые очками глаза напоминали кусочки белесого мрамора, а голос, когда он заговорил, с трудом сходил за выразительное бормотание.

— Чем могу быть полезен?

Молодой мистер Авель явно пребывал в нерешительности. Он снова нахмурился, словно гадая, что выбрать: то ли спросить экземпляр «Голого завтрака»[4] и услышать стандартный ответ вроде «Посмотрите сами на полке», то ли попросту повернуться и выйти вон.

Однако за мрачностью его вида крылось нечто большее, нежели растерянность и удивление, так что, преодолев минутное замешательство, он набрался смелости и твердым голосом проговорил:

— Мне нужны инструкции. Я прохожу специальный курс обучения и мне требуются соответствующие пособия.

Кусочки мрамора чуть сдвинулись в сторону и хозяин склонил голову.

— Какие?

— Всего три книги, — послышался ответ. — Первая — «Введение в курс убийства», затем «Смерть и ее место в поэтапном плане» и, наконец, «В цене сойдемся».

Хозяин магазина поднял взгляд на Авеля. На месте белесого мрамора оказалась пара черных пронзительных глаз.

— Что и говорить, весьма необычный ассортимент, — пробормотал он. — Впрочем, возможно, я смогу вам помочь. Кстати, кто вам рекомендовал меня?

— Тот, кто предупредил, что вы наверняка зададите этот вопрос, хотя я и предпочел бы не отвечать на него.

Торговец книгами кивнул.

— Что ж, в таком случае нам лучше пройти в заднюю часть помещения. Подождите минутку, пока я закрою двери.

Он завозился с замками, затем протянул крючковатый палец к выключателю. Молодой человек двинулся за ним по темному коридору, пока они не оказались в комнате, расположенной в дальнем конце магазина.

Помещение было ярко освещено, в нем царствовал уют, а меблировка могла порадовать и более чем взыскательный вкус.

— Присаживайтесь, — сказал торговец. — Итак, как вас зовут?

— Авель. Чарльз Авель.

— Вот как? Авель? — торговец хохотнул. — Что ж, в таком случае можете называть меня мистером Каином.

От былой настороженности молодого человека не осталось и следа.

— Значит, вот оно какое, это место, — воскликнул он. — Пожалуй, вы тот самый человек, который мне нужен!

Мистер Каин пожал плечами.

— Деньги при вас?

— Вот, пожалуйста. Тысяча долларов наличными, в мелких купюрах.

Мистер Каин взял деньги и тщательно их пересчитал. Затем поднял глаза и кивнул.

— Да, я именно тот, кто вам нужен, — подтвердил он. — Итак, перейдем к вопросу о необходимых вам инструкциях. Кого конкретно вы желали бы убить?

После первого визита молодого Авеля в книжный магазин прошла почти неделя. Он приходил туда каждый вечер, ровно в девять часов, выказывая в своих занятиях похвальное прилежание. А ему предстояло очень многому научиться.

К глубокому удовлетворению Авеля у мистера Каина оказался талант учителя. Однажды он так и сказал старику, надеясь, что тот воспримет это как комплимент. Однако мистер Каин лишь снисходительно улыбнулся.

— Вы же слышали, что обо мне говорят. Я действительно могу научить человека.

— То есть вы сами никогда никого не убивали?

На лице мистера Канна появилось выражение некоторого замешательства, даже смущения.

— Видите ли, я страдаю гемофобией, и настолько не переношу вида крови, что вряд ли способен сам очистить мышеловку, а мыши, между прочим, наводнили это помещение. Они буквально съедают мои прибыли.

— Но продажа книг — это ведь только «крыша», не так ли? А настоящий ваш бизнес — вот этот?

— Да. По профессии я учитель.

Молодой мистер Авель ухмыльнулся.

— Извините меня, просто не мог сдержаться. Просто представил себе, как вы сидите тут и разрабатываете план идеального убийства.

— И что же в этом смешного, молодой человек? — торговец встал. — Если бы вы знали, как трудно в наше время торговать, то смогли бы понять меня. Человек должен зарабатывать себе на жизнь.

— Вы сказали «торговать». Правильно ли я понял, что вы не единственный учитель подобного рода? И в других магазинах подержанных книг тоже…

— Вас это не касается, — поспешно проговорил мистер Каин. — Здесь вопросы задаю я. И мне хотелось бы получить на них ответы. Вы занимаетесь у меня неделю, но так и не сообщили, кого же собираетесь убить. Между тем пора бы переходить к проработке деталей. Я занятой человек, и у меня немало клиентов, желающих получить дельный совет.

Молодой человек покачал головой.

— Я скажу вам, кто это, но прежде мне необходимо убедиться в целесообразности данного шага, — извиняющимся голосом произнес он. — Да, я должен быть уверен в том, что вы способны научить меня, как можно совершить идеальное убийство.

— Идеальное убийство? Здесь все без обмана, — сказал как отрезал мистер Каин. — Я уже говорил вам, что сам никогда никого не убивал, и это так. Но я сотни раз становился, если так можно выразиться, соучастником для убийц, и могу вас уверить, что в каждом случае это было действительно идеальное убийство. Вам известна статистика по убийствам? Пятьдесят пять процентов всех убийств остаются нераскрытыми. Пятьдесят пять процентов, только задумайтесь над этой цифрой! Ни суда, ни даже подозреваемых в половине всех актов насилия над личностью за год. И это неслучайно. Многие убийцы имели помощников. Они получали помощь от экспертов. Вроде той, которую я оказываю вам. Помните дело Черного Георгина — там, на западном побережье?

— Так это вы его спланировали?

— Да, для одного из моих учеников, — мистер Каин застенчиво, но не без гордости улыбнулся. — Я упомянул это дело просто как образец того, чего можно достичь, когда налаживаешь сотрудничество с желающим учиться клиентом.

Молодой Авель прикурил сигарету.

— А откуда я могу знать, что это не одни лишь пустые слова? Ведь упомянутый вами случай представляет совершенно бессмысленное злодеяние — так, во всяком Случае, лично мне показалось.

Мистер Каин закусил губу.

— Вот об этом и речь. Вы что, не слушали всего того, о чем я толковал вам всю эту неделю? Ну что ж, давайте вкратце освежим в памяти основные пункты. По каким причинам совершаются убийства? Только давайте быстро.

— Ну, насколько я помню, вы назвали три группы причин. Первая: необходимость.

— А именно?

— Убийство из милосердия, а также все случаи, где замешаны деньги, или когда необходимо избавиться от супруга или супруги, не прибегая к формальной процедуре развода.

— Хорошо. А вторая группа?

— Гнев. Ревность. Соперничество. Что-то вроде этого.