Помоги проекту - поделись книгой:
Эти данные говорят о том, что подростков часто не понимают дома, они одиноки, родители на них кричат, иногда наказывают физически. Парадоксально, в родном доме подростка могут не любить, поэтому он вынужден обманывать и скрывать правду (об этом говорили более трети опрошенных младших и почти половина старших подростков). Почти пятую часть младших и более трети старших подростков не жалеют дома. Подросток делится своими бедами с друзьями (46 %), но не с родителями (13 %). Настораживающий факт: четвертая часть обследованных подростков находится в постоянном стрессовом состоянии из-за плохого настроения родителей. Значит, семейное неблагополучие заключается не только в меньших материальных возможностях, но и, что важнее, в более высоком уровне агрессии, отчуждении родителей и детей. Особенно показательно дистанцирование отца от проблем подростка. Его часто незаслуженно обижают, и это приводит к тому, что 45 % детей чувствуют себя дома хуже, чем где-либо.
Появление новых значимых для подростка лиц помогает ему критически относиться к требованиям взрослых, формирует способность противостоять им. Тревога, возникающая у подростков при столкновении с фрустрирующими ситуациями, проявляется в формировании невротических реакций, и подростки с выраженной рефлексией склонны к развитию неврозов.
Тревога может иметь и позитивную сторону, так как обладает регулирующей функцией. Подростки с менее выраженной рефлексией спокойнее воспринимают неудачи. Отверженные родителями, они ищут замещение, и не всегда оно соответствует принятым правовым нормам. Зависимость подростков от своих родителей непосредственно влияет на социальную адаптацию.
Теперь обратимся к фрустрациям подростка в семьях, где есть неродной отец. Следует сразу отметить, что неродной отец не означает фатальное наступление фрустраций. Опыт работы с родителями показал, что чем раньше пришел отчим в семью, да еще со своим ребенком, тем легче проходит социальная адаптация детей. Но и мать становится более спокойной и защищенной, если с мужем мир и понимание, потому что это не может не отражаться на хорошем психологическом климате в доме. Неродной отец может быть лучше биологического, когда он знает переживания подростка, не обижает его. Вместе с тем следует обратить внимание на необходимость обсуждения всех семейных вопросов сообща. Мнение детей надо выслушивать и поощрять их к анализу доступных их пониманию проблем. Родители должны соглашаться с подростками и поручать им какие-либо семейные дела. После этого на семейном совете обязательно нужно подводить результаты и поощрять детей. Дети хорошо чувствуют справедливость и несправедливость. Вот что рассказывала о семейных проблемах девушка, став взрослой.Когда мне было 11 лет, мой отец попал в аварию и умер. Через год у нас появился дядя Коля. Мать сказала, что это мой новый отец и я должна его называть папой. А дядя Коля пришел к нам со своим сыном Сережей. У меня с Сережей сразу сложились хорошие отношения. Он был старше меня на 3 года. Он никогда не обижал меня, зато дядя Коля (так я стала его называть) постоянно ко мне придирался. Любил долго разговаривать и проверять тетради. Причем старался говорить жестко, иногда крутил у виска, дескать, дура стоеросовая, что тут понимать, это же ерунда (речь шла о математике). Называл меня так, но редко. Но я все запомнила. Потом я больше обращалась к своему сводному брату. Он был спокойный и рассудительный, нормально учился и занимался в спортивной секции. Сережа меня защищал от мальчишек, которые меня дразнили «Федорой», наверное, потому, что я стала высокой и худой.
С матерью отношения стали отчужденными почему-то, она больше времени уделяла отчиму. Часто говорила, что не хватает денег, поэтому я скоро пойду работать. Я закончила девять классов и пошла в педагогический колледж. Брат закончил школу и поступил учиться в физкультурный институт. Сейчас я себя спрашиваю: кто больше мною занимался? Отвечаю: ни мать, ни отчим, а Сережа. Много было у меня обид на мать, меньше на отчима. Я даже не знаю, были ли они расписаны. Сейчас они разошлись. А с Сережей у нас добрые отношения. Он живет с отцом в другом городе. Мы с матерью – в Питере, но близких отношений нет. Ни тогда она со мной ничего не обсуждала, ни теперь – тем более (Лена П., студентка, 19 лет).
Другая история произошла со старшим подростком.
Мама разошлась с отцом, когда мне было 3 года. Мы жили с ней вдвоем, родственников у нас, кроме бабушки, нет. Я всегда задумывался, почему у всех есть отцы, а у меня нет. Я стал его придумывать. Мама говорила, что он был рыбаком и утонул в Баренцевом море. Я был очень хулиганистым, и мама чуть ли не каждый день ходила в школу. А она сама учительница, и ей хотелось, чтобы я был хорошим. Я таким не становился, и дома мне было скучно, хотя книг было много. Когда мне исполнилось 15 лет, появился дома мужчина. Он все ко мне присматривался, а потом меня побил и сказал, что каждый раз будет «давать мне порции». Я не совсем помню, за что я получал эти порции. Только в очередной раз он поставил маме условие: «Или я (то есть он), или он (то есть я)». После этого куда-то он исчез, и мы стали жить спокойно. Я отслужил в армии. Сейчас работаю и учусь (Эдик Л., 21 год).
Комментировать эти ситуации можно, по-видимому, с позиций гуманной направленности неродных отцов. Сколько таких «полных» семей, где подросткам хуже, чем с одной матерью!
Хорошая жизнь, считают многие подростки, связана с образованием и деньгами. Нужны карманные деньги. И хотя более половины опрошенных никогда не просили денег у родителей, все в них нуждаются. Деньги, по их мнению, помогают справиться с неприятностями. Старшие чаще имеют карманные деньги и уверены в необходимости финансовой поддержки со стороны родителей. Было обнаружено, что большинство ворующих или общающихся с асоциальными компаниями нерегулярно получают деньги от родителей. Именно они могут достать деньги, не говоря об этом родителям.
Далее экономической социальной адаптации будет посвящен специальный раздел. Здесь подчеркнем: наличие карманных денег благоприятно влияет на социальную адаптацию, а их отсутствие, наоборот, осложняет ее и ведет к фрустрации.
Младшие подростки более зависимы от родителей, а старшие уверены в том, что самостоятельно найдут хорошую работу. Эта уверенность снижает фрустрации, так как подросток понимает, что неудачи преходящи и не повлияют на его будущее. Оказалось, что мальчики чаще девочек видят необходимость в зарабатывании денег.
Все отмеченное свидетельствует о стремлении подростков к самостоятельности, отделению от родителей и об устойчивости их к фрустрациям.
Стремление подростков к самостоятельности актуализирует появление у них экзистенциальных проблем, особенно в неблагополучных семьях. Обратимся к следующим данным (табл. 2.17).
Как видим, проблема смерти, болезни и страданий не чужда подросткам. Им часто снятся сны о болезни или смерти. Больше половины опрошенных боятся за свою жизнь. Младшие часто видят сны о смерти, старшие о ней размышляют. Скорее всего, это связано с побоями в семье или с разговорами о страданиях и болезнях, т. е. о семейном неблагополучии. Можно найти и другую причину: в семье мало радуются, веселятся, рассказывают что-то смешное. Вряд ли стоит постоянно рассказывать только о том, какая дрянь ваш начальник, как много приходится работать, а получать шиш, и о подобном этому.
Семейное неблагополучие – это злоупотребление родителями или одним из них алкоголем, драки и конфликты в семье, отсутствие материального достатка. У старших подростков мысли и сны о смерти связаны с такими способами преодоления фрустраций: положительное отношение к алкоголю, молитва, разговор наедине с собой и повышенная агрессивность. Все это свидетельствует о видах фрустрационного поведения, характерных для подростков, о чем говорилось выше, и о рассогласовании их с миром родителей.
Оказывается, что фрустрационное поведение в основном связано с агрессией и защитой от родителей через утаивание информации о своей жизни и со стремлением к самостоятельности.
Отвергающее поведение матери ведет младших подростков к агрессивности, повышенной тревожности, страху самовыражения, низкой самооценке, желанию уйти из дома. Старшие подростки обнаружили сходные данные. Враждебное, отвергающее отношение воспринимается ими как одновременное неприятие отцом и матерью. Образы родителей, положительные и отрицательные, сохраняются даже тогда, когда дети живут с одним из них. Отвергающее отношение родителей связано с фрустрацией потребности в достижении успеха старшего подростка. Иначе говоря, если родители отвергают подростков, не интересуются их делами, игнорируют их потребности в успехах, фрустрации усиливаются. За этим следует отказ от учебной деятельности и стремление иметь деньги любыми путями. Оказывается, что подростки более откровенны перед одним из родителей: мальчики открываются отцам больше.
В целом оказалось, что младшие привязаны к семье больше, чем старшие, которые стремятся к независимости от родителей, если стиль поведения последних слишком авторитарен. В исследовании М. В. Оршанской были выявлены два типа социализации в семье –
2.5. Окружающая среда и сверстники как фрустрации подростка
Учреждения дополнительного образования, спортивные и музыкальные школы, различные кружки и секции – дополнительные институты социализации. Здесь подростки занимаются тем, что им интересно. Причем, заметим, легко и с удовольствием принимая все требования. Иногда бывает, что спортивная секция дает подростку возможность испытать такой взлет и вдохновение, что родители его не узнают. Учтем, что в подростковом возрасте формируются основные интересы ребенка. Ребята многое пробуют и испытывают себя на прочность и выносливость. Если в кружках или секциях подростку комфортно, то он добивается значительных результатов, каких от себя не ожидал, а школа и даже семья отходят на второй план как менее значимые. Алексей Михайлович Матюшкин, мой учитель, занимаясь психологией одаренности, постоянно говорил, показывая очередного маленького гения: «Его же хвалят, и он настоящий труженик». Талант надо поддерживать, особенно добрым словом. Занятия по интересам основаны на саморегуляции деятельности, которой подростки дорожат: если подростки плохо ведут себя, может случиться так, что они будут из нее исключены. Кроме того, занятия по интересам влияют и на учебную деятельность. Значит, подростки вынуждены быстрее овладевать принятыми нормами поведения и неукоснительно выполнять правила. Занятия по интересам важны и по другой причине. Часто плохая успеваемость и неудовлетворительное поведение в общеобразовательной школе становятся препятствием для любимых занятий спортом или музыкой. Девочки-подростки, как правило, предпочитают занятия в художественных школах, мальчики – в спортивных. Но и здесь бывают исключения: мальчики-подростки могут заниматься музыкой, играя в духовом оркестре, как Стас К. из Киришской школы. Он, единственный несовершеннолетний, играет на кларнете в духовом оркестре со взрослыми уже пять лет. Любопытно: он не реагирует на замечания более старших ребят, что он «дудит на дуде». За выступления в оркестре он получает деньги. Подросток живет с бабушкой-учительницей. Младшим подростком он проявлял оппозиционность, грубость, неподчинение, учился неважно. Причина была и в том, что его мать жила отдельно, с другим мужчиной. Мы много раз беседовали с бабушкой и Стасом. Он вырос, закончил школу. Взрослые музыканты научили его не только музыке, но и терпению, прощению, вере в себя. Потребность быть взрослым стимулировала освоение взрослого поведения. Это повлияло на особенности жизненных планов и ценностных ориентаций Стаса.
Однако в некоторых случаях социальное окружение оказывается не таким благоприятным, как у Стаса. Бывает, что деградирующие взрослые втягивают в общение подростков, давая им различные поручения и оплачивая их. В Киришах предприниматель за бесценок скупал золото у подростка, который крал его у своего товарища, когда никого не было дома. Он «верил» тому, что подросток «находил» золотые вещи. Так было до тех пор, пока мать, воспитывающая сына одна, не обнаружила пропажу и не заставила сына рассказать правду. Историей заинтересовалась милиция и комиссия по делам несовершеннолетних. Но деньги приятели уже потратили. О психологии воровства подростков скажем подробнее ниже. Родители должны знать, что посторонние или мало знакомые приятели не могут находиться в квартире в отсутствие взрослых.
Чаще всего такие подростки ничем не занимаются, в школу ходят неохотно, домашние задания списывают у других. Много времени проводят на улице, следят за молодежной модой, делают татуировки и модные стрижки. О таких несовершеннолетних нельзя сказать, что у них сформировалась постоянная криминальная направленность, но отсутствие нравственного стержня приводит их в маргинальные группы. В подобных группах существуют двойные стандарты, основанные на официальных и неофициальных нормах и правилах. В одном случае такие подростки на словах придерживаются одних правил, попадая в другие компании – следуют правилам другой группы.
Влияние окружающей среды на подростка не может быть только отрицательным или положительным, да и сама среда приобретает у подростка значимость тогда, когда в ней происходят самые важные, «звездные» истории. Например, знакомство в молодежном театре со знаменитым рэпером, гитаристом, спортсменом, знаменитым музыкантом. Личность выбирает из среды те элементы, которые для нее становятся микросредой. С микросредой, таким образом, у подростка складываются микроотношения. Они-то и определяют вектор социальной адаптации личности. Социальное окружающее влияет на зависимость подростков от взрослых чаще всего через деньги и подростковую субкультуру Иногда субкультура влияет на появление таких норм поведения, которые не одобряются и пресекаются взрослыми. Подростка привлекают ночные клубы, игровые автоматы, дискотеки и курящие, употребляющие алкоголь и наркотики сверстники.
В микросреде подросток не зависит от мнения и влияния взрослых – родителей и учителей. Дворовая компания, та же микросреда, спонтанно влияет на социальную адаптацию подростка. Двор, дискотеки, клубы и пр. действительно создают свою микросреду, закрытую от родителей, в которой стихийно формируются свои ценности и правила поведения. Там содержание социальной адаптации диктуется малыми группами, разрабатывающими правила поведения и ритуалы; для привлечения новых членов ими создается привлекательный имидж. Если учесть, что ночные клубы и дискотеки функционируют на коммерческой основе, то легко понять, почему так быстро в них втягивается большое число несовершеннолетних. Посещать ночные клубы могут дети состоятельных родителей, другие же, малоимущие, исповедуют законы улицы, где правит бал закон силы, где разрешено то, что запрещено законом. Они ночуют где попало, иногда объединяются в «стаи», бредут куда-нибудь. Приведу пример. Трое подростков после 22 часов шли по парку. Увидели на скамейке дремлющего мужчину с портфелем, с обеих сторон подсели, стали угощать пивом. Дальше все просто: мужчина проснулся – портфеля нет, кошелька и паспорта тоже. Мужчина заявил в милицию, описал приметы. Ребят вскоре нашли. Среди троих грабивших был Павел К. из интеллигентной семьи. В третьей четверти у него по математике и физике были одни двойки. Родители постоянно спрашивали о школе, стремились понять его возбудимость и закрытость. Он говорил, что все нормально, на самом деле не учился уже две недели. У него появились друзья с соседней улицы, с которыми он играл в карты. Деньги для игры крал у матери. По факту ограбления возбуждено уголовное дело
Этот случай свидетельствует о том, что в полукриминальные группы попадают не только подростки из неблагополучных семей. Павел К. не был отличником, в школу ходил как все. Но других забот у него не было. И когда появились двойки, испугался. Будучи человеком ленивым, найти выход не сумел. Гораздо более опасной оказывается ситуация у подростков, имеющих пьющих или отбывающих наказание родителей.
Как сообщают подростки, злоупотребление алкоголем характерно для семей 56 % младших и 39 % старших подростков, которые не стыдятся говорить об этом. Видели, как взрослые дерутся, 16 % старших и 21 % младших подростков. Это накладывает отпечаток на их социальную адаптацию. Неблагополучно влияет на социальную адаптацию алкоголизм в семье («Я видел дома пьяных людей»), где отец часто бывает сердитым и кричит. Это значит, что в таких семьях складывается фрустрирующая, агрессивная по отношению к подростку ситуация. Поэтому они непослушны и не желают учиться. Сталкиваясь с трудностями, эти ребята разрешают их с помощью агрессии.
Незащищенность старших подростков от негативных влияний окружающей среды можно объяснить условиями семейного воспитания, злоупотреблением алкоголя в семье, что связано с внутрисемейной агрессией, материальным неблагополучием, жестокостью к подростку. Поэтому он остается покинутым, оторванным от родителей, у него формируется низкая самооценка. Следствием этого становится девиантное поведение подростков: не нарушать установленные взрослыми правила (не курить, не злоупотреблять спиртными напитками, не сквернословить) – уже не нужные для них ценности. В такой обстановке асоциальная внешняя среда оказывается более привлекательной. С возрастом такие подростки все больше вовлекаются в криминальные ситуации, и ими начинают интересоваться правоохранительные органы.
Исследование показало, что 52 % младших и 89 % старших подростков знакомы с детьми, которые уже пробовали алкогольные напитки и затем стали их употреблять. Кроме того, 55 % младших подростков видели дома пьяных, 15 % младших и 25 % старших подростков считают, что «выпивший человек – это весело, как в цирке». Однако отношение к алкоголю не у всех подростков положительное или нейтральное. Устойчивое неприятие пьяного человека обнаружили 90 % подростков, при этом оказалось, что число подростков, которые боятся пьяных, уменьшается с 63 % до 39 %. Обращает на себя внимание и тот факт, что 30 % подростков знакомы с токсикоманами и сталкивались с ними, хотя относятся к ним негативно.
Иногда сами взрослые подталкивают к вредным привычкам: просят купить в ларьке сигареты, пиво. Копируя поведение взрослых, подростки, даже младшие, покупают пиво, курят.
Учащихся 5-го класса (младшие подростки) Кингисеппской гимназии опрашивали о вредных привычках. Учащиеся знали, что курить вредно для здоровья, что пиво – это алкогольный напиток. Насторожили ответы подростков на вопрос «Пробовал ли ты когда-нибудь алкогольные напитки?» Вот результаты: из 47 школьников утвердительно ответили 33, отрицательно – 14. Где пятиклассники пробовали спиртное? В основном они это делали дома со взрослыми – 38 человек, 5 – с друзьями, а 4 человека – с родителями и друзьями. Ответы некоторых подростков показывают, что родители сами провоцируют подобные ситуации и требуют, чтобы дети дегустировали спиртные напитки. «Да, пробовал совсем на донышке с мамой и папой. Говорят, что сухое вино полезно для здоровья»; «Я пил на Новый год, меня папа заставлял за хорошую учебу выпить»; «Мама попросила меня выпить, попробовать. Сказала, что если мне понравится, то и она выпьет».
Проанализируем результаты опросов старших подростков об их увлечениях и занятиях в свободное время (табл. 2.18). Эти подростки учатся в гимназии, считаются благополучными. Однако если внимательно посмотреть на результаты обследования, может возникнуть впечатление отгороженности подростков от взрослого мира.
Как показывают данные, одинаковое число старших подростков – 39,5 % – проводят свободное время конструктивно и деструктивно, т. е. занимаются спортом и бесцельно бродят по улицам, гуляют, веселятся, ходят к друзьям. К чему могут привести такие бесцельные гуляния, можно только догадываться.
Посмотрим, как влияют деньги на социальную адаптацию подростков. Подростки из неблагополучных семей испытывают фрустрацию из-за того, что у них нет таких же материальных средств, как у их сверстников. Свою самостоятельность они связывают с возможностью зарабатывать деньги и тратить их. Зависть к благополучным и обеспеченным сверстникам приводит подростков к потере ориентира будущего, потому что у них появляется чувство неполноценности. Как правило, такое ощущение возникает у подростков и потому, что в семье постоянно говорят о том, что семья несчастная, денег нет, не то, что у того-то, кто и не работает, а живет богато.
Подростки рано начинают задумываться о том, как заработать деньги. Так, 65 % из них ориентированы на зарабатывание денег. Обнаружено, что к 12–14 годам они хотят иметь деньги, имеют их и могут ими распоряжаться. Деньги, как считают подростки, помогают им войти во взрослую жизнь. Старшие подростки считают, что деньги на карманные расходы должны давать родители.
Если родители им отказывают, они ищут источник заработка – мытье машин, сбор бутылок, помощь дворникам, расклейка объявлений и пр.
Некоторые подростки (13–20 %) заявляют, что они могут достать деньги, не говоря об этом родителям, т. е. украсть.
Эти данные говорят о том, что фрустрации в семье связаны с материальным положением. Отсутствие денег часто сопровождается агрессией родителей по отношению к своим детям, тревожностью подростков и неверием в то, что учение позволит им реализовать свои возможности в будущем.
Окружение подростков иногда бывает делинквентным: около 20 % знакомы с людьми, сидевшими в тюрьме, 30 % знакомы с ворами, а 15 % подростков одобряют тех, кто бросил школу. Это свидетельствует о том, что на социальную адаптацию подростков достаточно сильно влияет улица, и тенденция эта достаточно опасна.
Неблагополучная социализация проявляется при бродяжничестве. Около 40 % подростков считают, что они бегут из дома из-за наказаний и отвержения родителями. Старшие подростки полагают, что к побегу их приводят неудачи в школе и семейные неурядицы, связанные с позитивным отношением к алкоголю, стремлением достать деньги, агрессией по отношению к родителям. Побеги из дома «помогают попробовать многое». В случае сложных семейных отношений отрицательное влияние социального окружения возрастает.
В общем, причинами неблагополучной социальной адаптации, по мнению М. В. Оршанской, являются:
♦ субъективное чувство тяжелого материального положения семьи;
♦ незаинтересованность родителей в будущем детей;
♦ неадекватный уровень требований к подростку – заниженный или завышенный;
♦ несоответствие ценностей, декларируемых подростку, ценностям, реализуемым в семье;
♦ отсутствие перспективы развития и возможности реализовать способности вследствие неблагоприятных семейных условий;
♦ диспропорция между уровнем возможностей и уровнем потребностей подростка;
♦ неблагополучный социально-психологический климат в семье, его эмоциональные, ценностные и поведенческие проявления (алкоголизм, агрессивность, криминальность);
♦ неспособность родителей понять проблему своих детей и найти способы самостоятельно или с помощью специалиста разрешить их;
♦ слабые личностные и эмоциональные связи, влияющие на появление гармонии или дисгармонии в семье;
♦ отрицательные переживания подростка и их игнорирование родителями;
♦ слабый или вообще отсутствующий контакт отца с сыном, матери – с дочерью либо с каким-то близким человеком.
Как видим, социальная адаптация подростка вне дома и школы может быть и благополучной, и неблагополучной, ведущей к фрустрациям. Осветим еще один аспект социальной адаптации – представление подростками своих гражданских обязанностей. Старших подростков (15 лет) спрашивали о том, надо или нет, живя в обществе, быть законопослушными гражданами. Вот так они ответили (табл. 2.19).Мнение подростков о своих гражданских обязанностях
В этих данных представляет интерес два варианта ответов: подростков из семей и подростков – социальных сирот. Результаты наводят на размышление о том, что подростки осознают гражданские обязанности еще в школе, дома и в среде сверстников, а также через значимых людей. Будущее может строиться по правилам, принятым обществом или маргинальными группами. Приведенные данные позволяют говорить не только об отгороженности подростков от взрослых, но и об обратном. Взрослые, к сожалению, подчас и не могут конструктивно вмешиваться в процесс социальной адаптации подростков.
Старшие подростки об ошибках взрослых в общении с молодежью
Мы видим, что между подростками и взрослыми возникают барьеры, когда последние отстаивают свои устаревшие, с точки зрения подростков, взгляды, игнорируют жизненные цели подростков, подозревают молодежь в плохих поступках, хвалят прошлое, ругают настоящее, не ориентируются в современной жизни (см. табл. 2.20). Все отмеченное отнюдь не способствует тому, что подростки входят в жизнь, приумножая достижения старшего поколения. Мы увидели, что так происходит в семьях, достаточно положительных, с устоявшимися социальными правилами. Однако эти правила значительно деформируются, когда у детей и подростков семьи нет, а их опорой в жизни становится маргинальная криминальная среда или улица.
Еще более сложна социальная адаптация социальных сирот.
Еще лет 20 тому назад беспризорность и наркомания были пугающими понятиями о жизни детей в развитых капиталистических странах. Действительно, эти проблемы не были актуальными для нашего общества, так как ребенок, оказавшийся на улице, немедленно попадал в детский дом, а наркомана отправляли на принудительное лечение в специализированное учреждение По данным международного обследования, в конце XX в. более 100 ООО детей ежегодно попадали в розыск как ушедшие из дома.
В первое десятилетие XXI в. эта цифра увеличилась на 20 %/
Миграция семей, непрекращающиеся вооруженные конфликты, массовая безработица, сокращение уровня жизни после распада Советского Союза привели к тому, что семьи стали разрушаться. Дети становились помехой при устройстве на новое место жительства. Нередко это способствовало появлению первой группы несовершеннолетних социальных сирот, предоставленных самим себе.
Вторую группу сирот составили несовершеннолетние, которые остались без родителей или попечения после катастроф, трагедий, мятежей, захвата заложников. Третья группа образовалась из социальных сирот, чьи родители скрывались от суда из-за совершенных уголовных преступлений. Самая многочисленная группа социальных сирот – четвертая. Это дети, самовольно покинувшие дом из-за насилия над ними, пьянства, наркомании родителей. Некоторые родители отбывали наказание в исправительных колониях. Квартиры были проданы, детям жить стало негде. Пятую группу социальных сирот составили дети, убежавшие из детских домов, приютов, интернатов в поисках родственников или лучшей доли.
Несмотря на Семейный кодекс, подписанную Международную Конвенцию о правах ребенка и другие документы, деятельность государственных органов, ответственных за работу с родителями и беспризорными социальными сиротами, остается малоэффективной. Социальная адаптация таких подростков может проходить по-разному. Это зависит в том числе и от организационной формы социальной адаптации. Наиболее часто проявляющиеся организационные формы социальной адаптации сирот одновременно и типичны, и различны.
Одна из организационных форм социальной адаптации – попечительство.
Попечительство – защита личных и имущественных прав подростков от 14 до 18 лет (и других людей). [33]
Близкое попечительству понятие – опека детей до 14 лет. Под опекой понимаются люди или учреждения, которые охраняют личные и имущественные права недееспособных лиц. Под попечение в отличие от опеки могут попадать подростки, чьи родители умерли, лишены родительских прав, признаны безвестно отсутствующими, недееспособными, отбывают наказание в исправительных колониях, обвиняются в совершении преступлений и находятся под стражей, уклоняются от воспитания детей, отказываются забирать детей, которые попадают в больницы временно. Сирота – ребенок и подросток, родители которых умерли, социальная сирота – ребенок и подросток, лишенные заботы родителей.
Каковы особенности таких подростков? Конечно, попечительство и опека не могут мгновенно, как по мановению волшебной палочки, изменить подростка, его жестокость, агрессию, стремление обманывать. Однако криминальную находчивость, нищенство, голод, воровство, бродяжничество, проституцию уже можно контролировать. Не будем жестокосердны в отношении простых людей, которых раньше называли работягами. Не всегда они беспробудно пьют и плюют на воспитание своих подростков. Наоборот, некоторые «работяги» берут с собой мальчишек помогать другим людям ремонтировать машины или квартиры. Подростки находятся вместе с отцами или матерями, видят, как много надо трудиться, чтобы деньги были заработаны. Социальные сироты «сбиваются в стаи бродяг», живут в сообществе воров, нищих, проституток. Социальными сиротами, безнадзорными и беспризорными подростками, как говорилось выше, становятся по разным причинам, но одна из главных – безразличие к жизни детей, которые становятся помехой в жизни родителей. К огромному сожалению, надо признать, что социальные сироты и безнадзорные подростки появляются и в семье имеющих образование родителей. Приведем пример.Ирина А. закончила технологический университет, ее муж – техникум. Имели квартиру в Петербурге, где проживали вместе с Димой, сыном 12 лет. Работая на спиртзаводе, женщина, будучи инженером смены, должна была дегустировать вина. Иногда носила их домой для мужа. А не в столь далекие годы водка была валютой, на нее можно было многое обменять и купить дорогие вещи. Изменились времена и нравы, а «дегустация» принесла слишком много горя. Они оба отказались от сына, которого забрали в детский дом. Родители были рады тому, что он теперь будет учиться бесплатно в вузе. В настоящее время сын учится уже на четвертом курсе университета культуры, способный парень. Мать трижды сидела, отец работает в одном из государств СНГ.
Напомним случай, показанный по Первому каналу: мать приковала сына цепью к батарее и держала двое суток, поставив перед ним блюдечко с сухой гречневой кашей для острастки – якобы не слушался. Каким должно быть воображение этого палача в женском обличье? Каким будет этот мальчишка, представить сложно, но сцены жестокости наверняка послужат иллюстрацией «воспитания».
Бывают и такие случаи, когда родители приходят в детский дом и просят «определить» детей на жительство. Это происходило в детском доме Петербурга, где мне пришлось работать. Мать-одиночка говорила, что мальчишка отбился от рук, не слушается, бегает по пустырям. Женщина 35 лет, работает в ночном ресторане, чтобы были деньги и еда, а днем можно было смотреть за сыном. Если раньше подросток был безнадзорный, то теперь добавил к своему статусу еще и социальное сиротство. Мать добилась определения сына в детский дом.
Судьба улыбается не всем социальным сиротам. Они живут так, как определено законом или вопреки ему. Многие из них, если защищаются, дерутся до полусмерти. Этому способствуют уличные группировки, нередко с криминогенной направленностью.
Значит, социальные сироты и беспризорные дети – это дети и подростки, в отношении которых грубо нарушены их основные права и которые постоянно или временно лишены своего семейного окружения, не имеют правового статуса «сирота», либо ребенок, лишенный родительского попечения. В отличие от них безнадзорные дети лишены родительского или какого-либо иного внимания: они не ухожены, голодны, не посещают школу, предоставлены сами себе. У них есть родители и другие родственники, но в силу занятости последних или по какой-то иной, может быть, уважительной причине за ними нет контроля, «присмотра». К примеру, родители уехали на заработки, оставив подростка под присмотром соседей, а те работают весь день. Мальчишка спит до полудня, потом неумытый, непричесанный приходит в школу на последний урок. После школы поест, что соседи дадут, и гуляет до десяти. Когда родители месяца через полтора приезжают, то разбираются с вольной жизнью сына с ремнем. Но время упущено, их вызывают сначала в школу, потом в милицию – куда-то залезли… И беспризорность, и безнадзорность могут быть рассмотрены как разновидность девиантного поведения, так как такие подростки часто совершают преступления. Растет уровень ранней алкоголизации и наркомании. За последние 8 лет рост «молодой» преступности увеличился почти в 3 раза, а каждое третье уголовное деяние совершено детьми и подростками в возрасте 8-14 лет.
По данным Комитета по делам семьи, детства и молодежи в Санкт-Петербурге в разное время насчитывалось от 500 до 15 тысяч беспризорных и безнадзорных несовершеннолетних, из них 12,7 тысячи подростков. В нашем городе насчитывается более 70 «безнадзорных мест»: привокзальные площади, автостоянки, метро, рынки, культурно-досуговые объекты, нежилой фонд, парки и др. Они опасны тем, что здесь втягиваются в криминогенный образ жизни не только беспризорные и безнадзорные, но и дети из социально-уязвимых семей, пока еще не отнесенных к асоциальным.
По данным диспетчерского отдела ГУ «Городского центра профилактики безнадзорности и наркозависимости несовершеннолетних», в 2000 г. было поставлено на учет 1423 человека, из них – 55 % подростков. Образовательный уровень стоящих на учете таков: не имели образования более 50 %, начальную школу окончили 30 %, неполную среднюю —2,6 %. Но образовательный уровень неоднороден: три класса закончили 4 %, пять – 6,8 %, семь – 5 %, девять – 3,3 %. Были и такие, кто закончил один класс – 2,9 %, и два класса – 3,7 %. Эти данные говорят о несовершенстве нашей системы образования.
Среди клиентов Городского центра профилактики безнадзорности и наркозависимости были люди разного возраста: дети младшего школьного возраста, подростки, юноши. Среди них состояли на учете 26 % подростков, имели приводы в милицию – 24,5 %, курили – 51,7 %, употребляли алкоголь – 20,8 %, употребляли наркотики – 7,3 %, токсикоманили – 11,5 %. Естественно, что некоторые из них и в милиции побывали, и употребляли алкоголь с наркотиками, и нюхали клей и другие токсические вещества. [34]
Обратите внимание: все вышеперечисленные примеры говорят о том, что подростки искали способы совладания с фрустрациями на улице. Городская уличная среда стала особой областью социальной адаптации. Здесь существовали разные области, и потому в ней можно выделить такие группы подростков:
♦ подростки – «домашние дети», для которых улица была важной, но не самой значимой средой, потому что влияние улицы распространяется на таких детей до определенного предела, устанавливаемого рамками воспитания в семье и школе;
♦ подростки, для которых значимой средой социализации была дворовая компания.
Границы влияния улицы во второй группе расширены, так как понятие «улица» для таких ребят не дифференцированно: это может быть двор, где стоит свой дом, а улицей может стать далекий городской район, находящийся от дома в двух-трех часах езды. Понятно, что родительский контроль не может быть осуществлен во втором случае. Отправляются туда подростки по какой-то сверхсекретной нужде. Известен случай, когда группа подростков ехала в г. Ломоносов для того, чтобы попасть в гаражи, которые были не закрыты. Только вовремя определенное место, куда они поехали, помогло предотвратить преступление. Заводилой был шестнадцатилетний подросток – любитель экстрима, живущий с матерью. Мать не могла с ним справиться, с ней он не считался.
Подросток находился на грани разрыва отношений с матерью. Его друзья уже разорвали семейные узы.
Для улицы как среды социализации характерна совокупность условий, влияющих на варианты социального развития подростка. С одной стороны, улица – духовный потенциал города, культурная жизнь которого влияет благотворно. С другой – криминальный потенциал города, отраженный в субкультуре и обстановке, угрожающей жизни человека. На улицах города много детских и подростковых группировок, которые становятся особой средой социализации.
Возможны такие группировки, которые могут привлекать подростков:
♦ руководимые взрослыми, способными организовать много интересных акций, в которых будут участвовать и подростки из благополучных семей;
♦ «тусующиеся» в определенных местах подростки. Эти места могут быть специально выделенными для каких-то акций, но улица оказывается основным полем, где совершаются преступления.
Тусовка – обозначение общности подростков, собравшихся неформально; она предполагает определенные правила поведения, сленг и внешний вид тусующихся, т. е. их субкультуру, а совокупность тусовок определяет субкультуру улицы города.
Улица – это место, где беспризорный и безнадзорный подросток живет, развлекается, выживает, самореализуется. Такой подросток доверчив к людям вне улицы, он ласков, иногда с задержками психического развития (в традиционном понимании этого выражения). Однако оказывается смышленым, если надо что-то быстро спрятать, украсть, убежать от милиции. Поэтому на бытовом уровне у него наблюдается гибкость и быстрота ума, жесткость принимаемых решений. Творческие способности криминально-бытового характера помогают беспризорному подростку объединяться с более предприимчивыми, разбираться в характере взрослых, успешно манипулировать ими и обманывать их. Каждое их действие направлено на выживание, сокрытие истинных поступков, их мотивов и улучшение своего положения. Поэтому они быстро передают и принимают информацию об облавах, о том, где можно поесть либо заработать деньги или еду честным путем (принести пиццу отдыхающим, собрать бутылки и сдать их). Более старшие подростки прогнозируют благополучие в будущем, планируя учебу и интеллектуальные занятия. Однако улица – сильный фрустратор, она стимулирует законы выживания и силы. Поэтому, к сожалению, улица не спасает подростка от жестокости и насилия, а, наоборот, плодит их. Добавим к этому уличную проституцию как девочек-подростков, так и юношей.
Однако в Петербурге открыты приюты для обездоленных детей, куда попадают подростки – девочки и мальчики. У всех ребят похожие судьбы.
Приведем примеры.
Анна, 14 лет, уроженка Санкт-Петербурга, поступила в приют «Маша» в октябре 2003 г. по направлению Администрации Калининского района Петербурга в связи со смертью опекунов. (Родители были лишены родительских прав ранее.)
Александра, 15 лет, уроженка Санкт-Петербурга, поступила в приют «Маша» в сентябре 2003 г. из учреждения «Малоохтинский дом трудолюбия», где находилась около года. Девочка была зарегистрирована в г. Колпино, проживала совместно с родителями. Однако в результате неоднократных продаж жилья родителями осталась на улице. Саша в настоящее время зарегистрирована в Новгородской области, в селе. Это резко ухудшило ее положение. В «Малоохтинский дом трудолюбия» Сашу устроила знакомая, так как родители злоупотребляли спиртными напитками и воспитанием девочки не занимались. Родители не навещали девочку больше года, хотя знали, где она находится. Саша по родителям скучает, но не знает, где их искать. Год тому назад родители были лишены родительских прав.
Подобных примеров – не один десяток. Что общего в судьбах подростков? То, что они были не нужны родителям и долгое время жили на улице.
Надо отметить, что в 1995 г. в Санкт-Петербурге с помощью благотворительных организаций Финляндии была создана Региональная благотворительная организация «Санкт-Петербургское общество защиты детей». Предмет внимания этого общества – безнадзорные и беспризорные подростки, а также не имеющие жилья, оставшиеся без попечения и опеки, находящиеся в заключении подростки-сироты и многодетные семьи.
«Общество защиты детей» организует приюты, благотворительные столовые, социальные службы, гуманитарную помощь, дежурство ночных патрулей, усыновление (удочерение) детей иностранцами. Для этих целей разрабатываются специальные программы, которые способствуют формированию благополучной социальной адаптации.
В этом разделе мы рассмотрели специфику социальной адаптации в различных условиях (в семье, школе, среде сверстников), показали, какие факторы осложняют ее и к каким фрустрациям она приводит. Еще раз подчеркнем, что фрустрации – это переживания при неудовлетворении потребностей. Если фрустраций так много, что подросток не может найти из них приемлемый выход, он считается дезадаптантом. Дезадаптация – это следующий уровень осложнения, отклонения социальной адаптации. Рассмотрим этот вопрос подробнее в следующей главе.
Глава 3 Дезадаптация и формы ее проявления у подростков
3.1. Понятие дезадаптации: теоретический и практический аспекты
Психологическое неблагополучие развивающейся личности в отечественной психологии называли по-разному: трудный, запущенный, неблагополучный школьник, дезадаптант, подросток группы риска, подросток с поведенческими отклонениями, ребенок с деформированным поведением, личность с травмированной психикой и даже ребенок-психопат (Беличева С. А., Гиндикин В. Я., Григоренко Е. Л., Казанская В. Г., Лебединская К. С., Личко А. Е., Лубовский В. И., Мамайчук И. И., Собкин В. С., Фельдштейн Д. И. и др.)* Каждый из этих терминов фиксирует определенный аспект содержания, но общее в них то, что акцент делается на такой психической особенности личности, которая показывает ее, в отличие от некоего поведенческого стандарта, отраженного в правилах поведения, писанных или аксиоматически выполняемых обществом. Иначе говоря, адаптивные подростки соблюдают стандарты поведения, дезадаптанты от них отклоняются.
Любое психическое качество обусловлено кем-то – родителями, учителем, друзьями, значимыми (референтными) людьми. Вспомним Л. С. Выготского: каждая психическая функция выступает на сцене дважды, сначала как внешняя, социальная, а затем – как внутренняя.
Фактически неблагополучие – это искажение процесса психического развития, каждый этап которого характеризуется определенным стандартным комплексом, обусловленным индивидуальными особенностями, формирующимися на основе врожденных предпосылок и социальной ситуации развития.
Л. И. Божович считала, что в процессе развития личности врожденное вступает во взаимодействие с приобретаемым. Чем ярче врожденное, тем большее влияние оно окажет на формирующиеся качества личности. [35] В связи с этим можно сказать, что как появляющееся свойство, так и врожденный признак будут иметь разную значимость для развития личности в контексте ее направленности, потребностей, способностей и характера. Возьмем, к примеру, гиперактивного ребенка с дефицитом внимания, усидчивости. Его мозг работает иначе, чем у ребенка с сильной уравновешенной нервной системой. Возбуждение у гиперактивного ребенка очень сильно преобладает над торможением. Поэтому у него возникает много проблем с поведением: он выкрикивает на занятиях, не может усидеть на месте, вскакивает, постоянно отвлекается.
Поэтому дезадаптация (неумение, трудность освоения норм и правил поведения) является комплексом физиологически выраженных особенностей нервной системы и приобретенных свойств – потребностей, характера, способностей. Однако говорить о дефективности такой личности нет оснований, поскольку свойства личности меняются в процессе ее развития. Не случайно поэтому Д. И. Фельдштейн подчеркивает, что в основе деформаций личности лежат условия жизни в семье и обучение в школе. Не меньшее влияние на появление дезадаптации оказывает окружающая среда и сверстники. Мы касались этих вопросов выше.
Каковы общие характеристики дезадаптации? Наличие дезадаптации у подростка можно установить по таким признакам:
♦ отклонение от признанных обществом правил культуры поведения (сидит, разговаривая со старшими, не пользуется носовым платком, не пропускает вперед девочек, напролом лезет в автобус, и т. п.);
♦ неуравновешенность в поступках (не выслушивает до конца замечания, начинает парировать, грубо разговаривает, лезет драться, если не нравятся справедливые замечания одноклассников);
♦ возбудимость и заторможенность, часто сменяющие друг друга, поэтому подросток говорит что попало, не думая, но потом может заснуть или отвлечься настолько, что не слышит голоса учителя;
♦ стремление обратить на себя внимание и шокировать (делает пирсинг, тоннель, татуировку с запрещенными символами);
♦ любовь к компаниям, в которых подростки ведут себя вызывающе (модные тусовки, неформальные объединения и др.);
♦ управление деятельностью, которую считает для себя главной и значимой, вопреки тому, что требуется (не выдает тех, с кем пробрались в кабинет химии и взяли химическое вещество для взрыва);
♦ сатурация (отвращение) к деятельности, которая необходима, но «навязана извне» (уборка территории, школьного двора, дежурство в классе, прием гостей на школьном вечере и пр.);
♦ слабо развитое тактическое и стратегическое прогнозирование (М. И. очень часто нарушает правила внутреннего распорядка школы: опаздывает, бегает по коридорам так, что встречные отлетают к стенке; на замечания реагирует, но уже после того, как случается неприятность; дает обещания, но их постоянно нарушает);
♦ бравада своими возможностями не подчиняться правилам (В. А. постоянно рассказывал ребятам, как в другой школе «изводили училку». Поразительно, но никто из одноклассников его не останавливал);
♦ совладание с неприятностями натиском, грубостью и дракой (П. П., получив двойку, на реплику ребят мгновенно отвечает: «А ты сам как говоришь, сначала на себя посмотри… как дам, улетишь за Ледовый»; хватает, что попадет под руку, и бьет, куда попало);
♦ наличие в опыте психических травм, одной или одновременно нескольких (фамильгении, дидактогении, социогении) (С. А. не слушается, пропускает уроки; живет с матерью, которая работает сутками, поэтому никто его не контролирует; дневник прячет, так как боится, что мать не будет давать ему карманных денег; хотел идти в секцию плавания и ватерполо, но показал низкие результаты, поэтому его посчитали неперспективным.)
Характерные признаки дезадаптации подростков «группы риска»:
♦ поведение, связанное с риском в корне изменить свою жизнь (собрали дневники с двойками по физике, учебники по физике, нарисовали портрет учительницы физики, на школьном дворе развели костер и все подожгли, добавив бензин. Для храбрости выпили спиртного. Приехала пожарная машина и милиция. В милицию отправили тех, кого удалось найти на пожаре. После пожара хулиганов поставили на учет в милиции);
♦ ангедония, отсутствие интереса, апатия, снижение мотивации (по Корниловой Т. В., Григоренко Е. Л., Смирнову С. Д.);
♦ сваливает вину на других;
♦ ввязывается в преступную деятельность (угоняет машины с другими старшими и подростками, вскрывает замки в чужие квартиры и пр.);
♦ обманывает других, чтобы добиться того, чего хочет;
♦ постоянно лжет, искренне глядя в глаза;
♦ к людям относится плохо, считая, что они несовершенны и не имеют права его учить;
♦ не умеет дружить с дисциплинированными, хорошо успевающими ребятами;
♦ совершает импульсивные действия, не думая о том, как они могут быть восприняты окружающими (грызет ногти, ковыряет в носу, кулаком вытирает слизь из носа, чешется);
♦ нецензурно ругается и пишет на заборах непристойности;
♦ убегает из дома дня на два-три, потом возвращается как ни в чем не бывало;
♦ любит фривольные рассказы и часто интересуется порнографическими фильмами; может рассуждать об этом с младшими ребятами;
♦ умеет уничижать и больно обижать тех, кто ему не нравится (бросил окурки в стакан и заставил выпить воду из стакана шестиклассника – полного, неуклюжего. У последнего были полипы в носу, поэтому он почти всегда дышал открытым ртом);
♦ любит ножи, проявляет интерес к стрелковому оружию;
♦ может залезть в карман к лежащему на улице пьяному человеку;
♦ щиплет за щеки до синяков одноклассника, тучного, добродушного, издевается: «Сало!»;
Поделиться книгой: