Петля Путина. Разбор полетов за 10 лет

По четвертому пункту обвинений. Ходили слухи, что Путин по поручению Собчака занимался приобретением недвижимости во Франции, но доказательств не нашли. Эти версии всплыли в 1999 году, при назначении Путина премьер-министром, однако и в этот раз доказательств не обнаружили.

По мнению многих людей, близко знавших Путина, стремление последнего к личному обогащению и отсутствие моральных барьеров проявились в самом начале его карьеры. Вот как об этом свидетельствует справка, которая была якобы составлена петербургской прокуратурой в 1999 году для губернатора В. Яковлева: «Будучи еще заместителем мэра Санкт-Петербурга, Путин отвечал за лицензирование ряда казино, получая за каждую лицензию от 100 до 300 тысяч долларов. Кроме того, он является учредителем всех элитных клубов города.

Ближайшей связью Путина по коммерческой деятельности является Цепов Р.И., руководитель охранной фирмы «Балтик-эскорт» (ее основал некто Золотов, в прошлом начальник личной охраны А. Собчака, ныне руководитель личной охраны Путина). В 1994 году Цепов привлекался к уголовной ответственности по ст. 222 Уголовного кодекса РФ от 1996 года (незаконное хранение и ношение огнестрельного оружия).

Несмотря на это, Цепов является кадровым офицером 7-го отдела РУБОП города Санкт-Петербурга. Именно Цепов собирал деньги при лицензировании игорного бизнеса города. В качестве примера можно назвать казино «Конти», руководитель которого Мирилашвили ежемесячно через Цепова выплачивает мзду Путину. Фирма «Фармавит» платит Путину 20 тыс. долларов США в месяц.

В 1995 году Цепов подарил жене Путина изумруд, который он выиграл в карты у преступного авторитета Боцмана. Последний в 1994 году украл изумруд в Южной Корее. Изумруд находился в розыске в Интерполе (каталог 1995—1996 гг.) Цепов оказывает услуги Путину с условием, что последний будет «прикрывать» его деятельность. Через Путина Цепов получил 5 документов прикрытия, в том числе ФСБ РФ, МВД РФ, СВР РФ.

В марте 1998 года заместитель Генерального прокурора Катышев возобновил уголовное дело в отношении Цепова (находится в производстве у указанного выше следователя Ванюшина Ю.М.). В настоящее время Цепов скрывается от уголовного преследования в Чехии, куда выехал по подложным документам (загранпаспорт, права оформлены на подставную фамилию в ФСБ по г. Санкт-Петербургу).

Основными силовыми структурами, на которые опирается Путин, являются ФСБ РФ и РУБОП. Бывшие руководители РУБОПа Шаханов и Милин совместно с Путиным и начальником УФСБ по СПб. Григорьевым осуществляли вывоз А. Собчака во Францию. Накануне, после допроса Собчака в Генеральной прокуратуре, спецотряд быстрого реагирования (СОБР) РУБОПа по просьбе Путина вывез Собчака в больницу, где начальник Военно-медицинской академии Шевченко установил «липовый» диагноз. Позднее такой же «липовый» диагноз был установлен Р.Линькову.

В уголовном деле следователя Ванюшина Ю.М. имеются материалы о том, что по просьбе Собчака и Путина Шаханов и Милин в 1991 году провели несанкционированный обыск бывшего помощника Собчака Шутова Ю.Т., целью обыска было изъятие у последнего магнитной записи беседы Собчака с резидентом французской разведки. В 1992 году на Шутова Ю.Т. было организовано разбойное нападение, в результате которого с черепно-мозговой травмой пострадавший был отправлен в больницу.

В следственной бригаде прокуратуры (Ванюшин Ю.М.) имеются материалы о том, что бывший руководитель специализированного бюро ритуальных услуг Макутов ежемесячно выплачивал Путину по 30 тыс. долларов США.

С помощью вице-губернатора Санкт-Петербурга Гришанова (бывший командующий Балтийским флотом) Путин через порт Ломоносов занимался продажей кораблей военноморской базы.

Данный порт, находящийся на территории бывшей военно-морской базы и созданный Собчаком, Путиным и Черкесовым, является пропускным пунктом по контрабанде природных ресурсов из России и ввозу в нашу страну импортных товаров. Работа по данному направлению осуществлялась, в частности, Морским департаментом «Русского видео».

Весной 1996 года на предвыборную кампанию Собчака было переведено из банка «Царскосельский» в Швейцарский банк около 30 млн. долларов США. Проводку контролировали Путин, Черкесов, Григорьев. (Материалы находились у начальника Службы СКРОСО УФСБ ДесятниковаБ.О ).

Глава администрации Василеостровского района В. Голубев знаком с Путиным со времени работы в 1-й Службе УКГБ СССР по г. Ленинграду. Бывшие коллеги организовали ряд фирм, через которые прокручиваются, а затем присваиваются бюджетные деньги.

Путиным якобы была создана система продажи детей за границу через детский дом Центрального района г. Санкт-Петербурга. (Материалы у руководителя следственной бригады Лысейко В.А., а также у заместителя Генерального прокурора РФ Катышева).

Будучи вице-мэром, Путин через Ленинградское адмиралтейское объединение организовал продажу подводных лодок за границу. В 1994 году зам. генерального директора объединения был убит (одна из версий - за отказ осуществлять незаконную продажу военного имущества за границу).

БФГ - Балтийская финансовая группа (генеральный директор Капыш) ежемесячно финансово помогает Путину и Черкасову. В 1994 - 95 гг. у Капыша по нефтяному терминалу Морского порта возник конфликт с одним из учредителей терминала. Капыш заказал убийство этого учредителя. Путин за 50 тыс. долларов США уговорил учредителя урегулировать конфликт с учредителем, после чего тот выехал в Израиль.

По имеющимся данным, Капыш передал Путину 6 млн. долларов на президентскую кампанию 1996 года. Деньги прошли через один из областных банков, который вскоре был закрыт.

Во время кризиса в августе 1998 года В. Путин совместно с В. Гусинским планировал политические мероприятия, в частности, должно было быть объявлено так называемое «время Ч» (материалы имеются у следователя Ванюшина Ю.М. по допросу Каракаручко).

Созданная Путиным совместно с депутатами Законодательного собрания Никешиным и Гольдманом корпорация «XX трест» полученные на строительство, в том числе бизнесцентра «Петра Великого», бюджетные деньги перевела в Испанию, где в г. Торвйехо была куплена гостиница. Часть украденных средств пошла на покупку Путиным виллы в испанском городе Бенидор (материалы имеются в КРУ Минфина РФ по г. Санкт-Петербургу и обл.).

Путин и Черкесов в 1997 году незаконно продали здание, принадлежавшее газете «Час Пик» (имеется арбитражное дело). Ими газете «Московский комсомолец» нанесен ущерб в несколько сотен тысяч долларов США.

Путиным предпринимаются меры по компрометации нынешнего губернатора Яковлева В.А. и подготовке к досрочным выборам (на пост губернатора выдвигаются Чубайс и Кудрин).

Для реализации данного плана изыскиваются и концентрируются необходимые финансовые средства». [18 - Цит. по А. Мухин. «Особая папка» Владимира Путина. М., ЦПИ. 2004. С. 6 1 - 65.]

После прочтения этой «информационно-аналитической записки», мы процитировали ее дословно, с сохранением особенностей оригинала, создается устойчивое впечатление, что это - хорошо подготовленная справка, где правда и предположения облечены в юридическую форму, которая придает всей конструкции вполне реальный контур.

1.3. «Лицензионный скандал»

Лицензирование, как одна из процедур технического регулирования вообще, а выдача органами государственной власти лицензий на право экспорта из страны дефицитной продукции, в частности, являются своеобразным катализатором коррупции, рейдерства и рэкета, охватившими страну в лихие 90-е годы. [19 - А.. Костин. Лицензирование, как катализатор коррупции и рейдерства. М., «Перспектива». 2008.]

Именно в начале 90-х, когда В. Путин стремительно набирал авторитет крутого менеджера в команде Собчака, в Санкт-Петербурге вспыхнул «лицензионный» скандал.

Операция «Сырье в обмен на продовольствие» является самым известным и самым первым по времени скандалом, связанным с деятельностью Владимира Путина в мэрии Санкт-Петербурга. В конце 1991 г. председатель Санкт-Петербургского КВС Путин выступил инициатором программы продовольственного снабжения Санкт-Петербурга из-за границы в обмен на экспорт российского сырья. Сам Путин так описывает происходившее:

«В 1992 г., когда в стране был фактически продовольственный кризис, Санкт-Петербург испытывал большие проблемы. И тогда наши бизнесмены предложили следующую схему: им разрешают продавать за границу товары, главным образом сырьевой группы, а они под это обязуются поставить продукты питания. Других вариантов у нас не было. Поэтому Комитет по внешним связям, который я возглавлял, согласился с этим предложением. Получили разрешение председателя правительства, оформили соответствующее поручение. Схема начала работать. Фирмы вывозили сырье.... К сожалению, некоторые фирмы не выполнили главного условия договора - не завезли из-за границы продукты в полном объеме. Они нарушили обязательства перед городом» [20 - От первого лица. С.89—90.]. Характерная оговорка: сырье вывезли - продукты не завезли!

Путин относит начало истории к 1992 г., однако первый известный подписанный им документ датирован 4 декабря 1991 г. В этот день Путин подписал письмо в Комитет по внешним экономическим связям (КВЭС) Министерства экономики России, возглавляемый Петром Авеном, нынешним руководителем холдинга «Альфа-групп», ставшим с тех пор олигархом, долларовым миллиардером и вечным попутчиком Путина. Путин писал:

«Единственным источником поступления продуктов в регион с января по февраль 1992 г. может стать их импорт в обмен на экспорт... Региону на период с января по февраль 1992 г. требуется 83 тысячи тонн замороженного мяса, 11 тысяч тонн масла, 3 тонны сухого молока, 0,4 тонны детского питания, 4,5 тонны растительного масла, 56 тонн сахара, 2 тонны чеснока, 3,5 тонн цитрусовых, 8 тонн какао. Всего на сумму 122 млн. долларов. В связи с чрезвычайным характером сложившейся ситуации и необходимости начала осуществления обменных операций прошу предоставить квоты на экспорт следующих видов сырья: 750 тысяч кубометров леса, 150 тысяч тонн нефтепродуктов, 30 тысяч тонн лома цветных металлов, 14 тонн редкоземельных металлов (тантал, ниобий, гадолиний, церий, цирконий, иттрий, скандий, иттербий), 1 тысячу тонн алюминия, тонну меди, 20 тонн цемента, тонну аммония, всего на 124 млн. долларов.

Для обеспечения гарантий безопасности проводимых обменных операций прошу дать разрешение на импорт 120 тысяч тонн хлопковолокна. Наконец, прошу, чтобы возглавляемому мной Комитету было предоставлено право на распределение квот и выдачу лицензий». [21 - Бонини Карл, Аванцо Джузеппе. Годы Путина между мафией и КГБ. La Repubblica, 13.07.2001.]

1 февраля 1992 г. председатель КВЭС Петр Авен завизировал письмо Путина: «Предоставить Комитету Санкт-Петербурга право распределять квоты и выдавать лицензии», а 25 марта Министерство экономики России распоряжением № 172 предоставило КВС Санкт-Петербурга право подписывать экспортные лицензии. Однако еще до получения официального разрешения путинский комитет начал выдавать экспортные лицензии.

Вскоре об этом проведали депутаты городского Совета, конфликтовавшие с Собчаком и усердно «копавшие» под мэрию. Уже 10 января 1992 года по решению 13-й сессии Совета была создана специальная депутатская Рабочая группа по расследованию деятельности КВС. Группу возглавили председатель комиссии городского Совета по продовольствию Марина Салье и член комиссии по торговле и сфере бытовых услуг Юрий Гладков. Результаты их расследования превзошли самые смелые ожидания. М. Салье опубликовала статью по итогам проверки [22 - М. Салье. В. Путин - президент коррумпированной олигархии. Публикация в Интернете на сайте «Гласность», март 2000 г.]. Однако оригиналы документов, наработанных комиссией, исчезли. Судя по всему, они пропали где-то в период 1997—1998 гг., когда Путин занимал должность начальника контрольного управления президента, а затем директора ФСБ. В это время питерское Законодательное собрание, которому в 1994 году достались архивы Петросовета, возглавляли близкие Путину люди - Юрий Кравцов, Виктор Новоселов и Сергей Миронов (ныне спикер Верхней палаты Федерального Собрания РФ). Но ксерокопии комиссии Салье - Гладкова частично сохранились, на основании которых журналисты «Новой газеты» и «Совершенно секретно» опубликовали в 2000 году соответствующие материалы. [23 - В. Иванидзе. Неразборчивые связи северной столицы. «Совершенно секретно», август 2000.]

Сам Путин утверждал, что ни он, ни его Комитет экспортных лицензий не выдавали:

«Лицензии мы не имели права давать. В том-то все и дело. Лицензии давали подразделения Министерства внешнеэкономических связей. Это федеральная структура, не имевшая никакого отношения к администрации города». [24 - От первого лица. С. 91; О. Лурье. Колбаса для Питера. «Новая газета». № 10(581), 13—18 марта 2000 г.]

Однако, как явствует из материалов Рабочей группы М. Салье, лицензии выдавались, и Путин факт выдачи лицензий признал. В справке «О состоянии дел по выдаче лицензий под обеспечение города продовольствием» от 14 января 1992 г., которую Путин вынужден был предоставить Рабочей группе городского Совета, председатель КВС сообщал: «По состоянию на 13 января 1992 г. Комитетом по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга выданы лицензии, перечень и объемы которых приведены в таблице». Далее следовал список выданных лицензий.

В 1991—1992 гг. Путин, под предлогом обеспечения горожан продовольствием заключил договора с фирмами - посредниками на экспорт нефтепродуктов, лесоматериалов, металла, хлопка и другого сырья на сумму более 92 млн. долларов. При этом он не согласовывал квоты на ресурсы, выделенные правительством России, с Министерством экономики, т. е. нарушал поручение правительства от 9 января 1992 г., ив обход постановления правительства № 90 от 31 декабря 1991 г. «О лицензировании и квотировании экспорта и импорта товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в 1992 г.» не объявил тендер. Фирмы, которым давались лицензии, отбирал сам Путин [25 - М. Салье. Указанное сочинение.]. Они не являлись производителями экспортируемого сырья, не специализировались на сырье, не представляли контрактов с зарубежными фирмами на импорт продовольствия. Некоторые фирмы были иностранными, т. е. не поддавались проверке и контролю российского правительства.

Все договора, заключенные КВС, с юридической точки зрения были ущербными: отсутствовали подписи и печати каждой из договаривающихся сторон, как на самих договорах, так и на неотъемлемых от них приложениях; на некоторых отсутствовали даты заключения; в двух договорах отсутствовали приложения, упомянутые в тексте; в некоторых содержались арифметические ошибки, исправления, подчистки. Какие-то договора были составлены на финском языке без русского перевода. В четырех договорах, заключенных КВС «в лице Путина», напротив его напечатанной фамилии стояла подпись заместителя Путина по КВС Александра Аникина. Общая сумма, на которую были заключены такие договора, составляла более одиннадцати с половиной миллионов долларов. [26 - Там же.]

Лично Путин в рамках операции «Сырье в обмен на продовольствие» подписал минимум четыре документа. Были подписаны две лицензии. Одна - компания АО «Невский дом», 20 декабря 1991 г., на вывоз 150 000 тонн нефтепродуктов (мазута, дизельного топлива, бензина) на сумму более 32 млн. долларов. Другая - АОЗТ «Фивекор», 26 декабря, на вывоз 50 тысяч кубометров лесоматериалов на сумму около трех миллионов долларов (в обмен на сухое молоко). Кроме того, подписаны два договора. Первый 25 декабря, - с Георгием Мирошником, президентом концерна «Международный коммерческий центр» («Интеркоммерц - Формула-7»), об оформлении лицензии на экспорт 150 тысяч тонн нефтепродуктов (в обмен на мороженое мясо, картофель и сахар). Второй - 3 января 1992 г. - с муниципальным предприятием (МП) ЛОКК (Ленинградское общество Красный Крест). Согласно этому договору МП ЛОКК получило лицензию на экспорт редких металлов и трех тонн алюминия марки A5N в обмен на 1750 тонн мяса [27 - О. Лурье. Колбаса для Питера. «Новая газета». № 10(581), 13—18 марта 2000 г.]. Впрочем, в том же январе 1992 г. лицензия на экспорт 150 тысяч тонн нефтепродуктов от Мирошника перешла в распоряжение «Невского дома» Владимира Смирнова. Четыре известных подписанных лично Путиным документа были оформлены ранее 2 февраля 1992 г., когда заявку Путина завизировал П. Авен, и ранее 25 марта 1992 г., когда Министерство экономики разрешило путинскому комитету подписывать экспортные лицензии. Более того, лицензии выдавались даже до подписания соответствующих договоров с коммерсантами: с «Невским домом» договор был подписан в январе 1992 г. (точная дата не указана), хотя лицензия была подписана уже 20 декабря 1991 г.; с «Фивекором» договор был подписан только 1 ноября 1992 г. (лицензия выдана еще 26 декабря 1991 г.). Договор с «Невским домом» на более чем 32 млн. долларов заключался «в лице» А.Г.Аникина и зам. директора АО «Невский дом» В.М. Витенберга, но подписан был совершенно другими лицами, которых Рабочая группа Петросовета не смогла идентифицировать. На лицензии же стояли подписи Путина и генерального директора совсем другой фирмы, зарегистрированной по другому адресу, но с таким же названием: «Невский дом».

Непосредственно подчиненным Путину зампредседателем КВС, начальником управления внешнеэкономических связей Александром Гавриловичем Аникиным были подписаны не менее 13 лицензий и договоров, оформленных до получения официального разрешения КВЗС Министерства экономики России на выдачу лицензий. Предмет этих договоров состоял в бартерных сделках: Комитет предоставлял поставщику «лицензию на экспорт» определенного вида и объема сырья, а поставщик осуществлял обмен сырья на продовольственные товары. В нарушение постановления правительства России № 90 от 31 декабря 1991 г., согласно которому право выдачи лицензий на ввоз и вывоз товаров было дано только Комитету внешнеэкономических связей России и его уполномоченным на местах (и никому другому), Санкт-Петербургский КВС выдал лицензии на сумму более 95 млн. долларов.

«Договаривающиеся стороны» не преследовали в качестве истинной цели поставку продовольствия в Санкт-Петербург. Весь смысл операции состоял в том, чтобы составить формальный договор «со своим человеком», выдать ему лицензию, заставить таможню на основании этой лицензии открыть границу, отправить груз за рубеж, продать его и положить деньги в карман. Именно поэтому не объявлялся тендер. Понятно, что для осуществления этой грандиозной аферы нужны были свои «партнеры» из теневой экономики, криминальные и мафиозные структуры и подставные фирмы. Никого из задействованных в этой схеме людей Путин впоследствии не забыл. Так, бывший руководитель одного из подразделений ленинградского Управления внутренних дел Владимир Михайлович Виттенберг, задействованный в этой схеме, сейчас является генеральным директором частной охранной фирмы «Охранное предприятие Кречет» и совладельцем нескольких торговых фирм.

Корыстная заинтересованность чиновников Санкт-Петербургского КВС подтверждается баснословными размерами комиссионных, которые предусматривались договорами - от 25 до 50%. При этом санкции за непоставку продовольствия были ничтожны. Это также делалось в обход решения правительства, которое предусматривало использование всей валютной выручки, полученной от бартерных операций, для закупки продовольствия для населения города. Так, в договоре от 3 января 1992 г. с МП «ЛОКК», подписанном лично Путиным, комиссионные составляли 540 000 долларов (25%). В договоре, заключенном 10 января 1992 г. «в лице председателя Комитета Путина В.В.» с международной лесной биржей («Интерлесбиржа») «в лице вице-президента Крылова В.Н.», комиссионные составили 5.983.900 долларов (50%). По соглашению с фирмой «Святослав», подписанному с Василием Ховановым, комиссионные составили 12 млн. долларов за 20 тысяч тонн хлопка. Общая сумма комиссионных по 12 договорам превысила 34 млн. долларов и в среднем составила 37%. [28 - М. Салье. Путин - «Президент» коррумпированной олигархии.]

Не исключено, что фирма «Святослав» была московской фирмой, за которой стояли генеральный директор Московского концерна по производству текстильной промышленности (МОСТЕКС) Джалдсбек Айтжанов и президент банка «Санкт-Петербург» Юрий Львов. По московскому адресу фирмы «Святослав» размещался также Уникомбанк, в совет директоров которого входил Д. Айтжанов и Ю. Львов.

В банке Ю. Львова «Санкт-Петербург» были открыты счета для нескольких фирм, получивших лицензии от Путина, а одна из фирм была зарегистрирована по адресу этого банка. Именно для того, чтобы осуществлять дальнейшие операции с валютой, Львов, Смирнов и Путин создали в 1992 г. Санкт-Петербургскую валютную биржу. Кроме нестандартно высоких комиссионных в договорах использовались столь же нестандартные занижения цен. Так, в договоре КВС с СП «Джикоп», которому тем же КВС была выдана лицензия на вывоз 13 997 килограммов редкоземельных металлов, цены на большинство из них были занижены в 7, 10, 20 и даже в 2000 раз. Например, за 1 кг скандия договором устанавливалась цена в 72,6 немецких марки, тогда как на мировом рынке его цена превышала 150 000 немецких марок. Только на демпинговых ценах в одном договоре, и только с одной фирмой город терял, а кто-то зарабатывал более 14 млн. немецких марок, или, по курсу тех дней, 9 млн. долларов. [29 - Там же.]

В качестве примера ниже приводятся некоторые фрагменты вышеуказанного договора:

«Договор № 11/92

О ведении бартерных операций для обеспечения г. Санкт-Петербурга продовольствием

13 января 1992 г. г. Санкт Петербург

Комитет по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга в лице заместителя председателя комитета Аникина А.Г, именуемый в дальнейшем Комитет, с одной стороны, и акционерное общество «Джикоп» в лице заместителя генерального директора Иванова С.В., именуемый в дальнейшем Поставщик, заключили настоящий договор о следующем: Предмет договора. Комитет предоставляет Поставщику лицензии на экспорт редкоземельных материалов, 8 позиций, согласно представленному перечню и прилагаемым сертификатам. Общее количество имеющихся в наличии - 13.997 кг. Поставщик осуществляет бартерную сделку - обмен указанных материалов на продовольственные товары».

В приложении № 1 к договору были перечислены эти «8 позиций»: ниобий электрический, ниобий пятиокись, тантал пятиокись, тербий, церий двуокись, иттрий, скандий, цикорий - с количеством килограммов и ценой в немецких марках за килограмм (ниобий пятиокис - 3000 кгпо 71 марок, скандий - 7 кг по 72,6 марок и так далее.

У СП «Джикоп» было еще два совладельца - Джангир Рагимов и Сергей Викторович Иванов - очевидно, тот самый Иванов, который в качестве заместителя генерального директора фирмы «Джикоп» подписал договор с КВС «в лице заместителя председателя Комитета Аникина». Аникин, начиная с сентября 1992 г., работал гендиректором Внешнеторгового хозрасчетного объединения «Ленфинторг», которое впоследствии, в декабре 1994 г., выступило соучредителем АОЗТ «Контраст - Тур». Руководителем «Контраст - Тура» стал Дж. Рагимов. В другой фирме Дж. Рагимова «Русской торговой палате» (РТП) - начинал в 1991—1993 гг. в качестве исполнительного директора свою деятельность на поприще строительства капитализма в России Сергей Миронов, ставший несколько позже менеджером у отца и сына Молчановых, затем депутатом под патронажем Путина в Законодательном собрании Санкт-Петербурга, а впоследствии спикером верхней палаты российского парламента. Родным братом Джагира был Ильгам Рагимов - однокурсник Путина, староста его студенческой группы и один из четырех ближайших друзей студенческого времени Путина. Трое других студенческих друзей Путина - погибший на тренировке по дзюдо Владимир Черемушкин, Николай Егоров и Виктор Хмарин.

Иногда лицензии выдавались на объемы меньшие, чем предусматривали подписанные договоры. Так договор с СП «Интервуд» предусматривал выдачу лицензии на экспорт 25 500 кубометров пиломатериалов хвойных пород на сумму 2 805 000 долларов. Лицензию же выдали только на 500 кубометров. На такой же объем древесины за ту же сумму был заключен договор с АО «Сансуд», причем таможня не приняла у АО «Сансуд» документы на оформление [30 - Там же.]. 5 января 1992 г. судно «Космонавт Владимир Комаров», вывозившее сырье за границу, было задержано. Лишь 23 февраля - под личную ответственность Путина - судну разрешили выехать за границу. [31 - Там же.]

В лицензионных договорах КВС были странности с ценообразованием. Так, за одни и те же пиломатериалы в договоре № 4 стоит цена 110 долларов за тонну, а в договоре № 9 указана цена 140 долларов. Лом черных металлов оценивается в договоре № 6 в 50 долларов за тонну, а его реальная цена в Чехословакии, куда поставлялось сырье, составляет не менее 410 долларов за тонну. В договорах №№ 3, 5,7 и 8 сахар оценен в 280 долларов за тонну, а его действительная цена в то время не превышала 200 долларов. [32 -Там же.]

При содействии Путина право на поставку за рубеж алюминия и цветных металлов получила также в 1992 г. корпорация «Стрим» [33 - Там же.]. (в 1992 г. она также носила название «Кварк»). «Стрим» возглавлялась Владимиром Якуниным и предпринимателем Юрием Ковальчуком. Туда входили также будущий министр образования и науки Андрей Фурсенко и председатель совета учредителей одного из первых СП Санкт-Петербурга генеральный директор обувной фабрики «Пролетарская победа» Владимир Коловай. Все четверо были коллегами и партнерами Путина на невидимом фронте работы в КГБ и бизнесе. Металл продавался корпорацией «Стрим» непонятным посредникам и по демпинговым ценам, а продукты закупались по ценам дорогим. Это, безусловно, указывало на наличие так называемого «боковика», параллельного договора, согласно которому разница между заниженными при продаже и завышенными при покупке товаров шла фирме-посреднику.

Через Якунина, являющегося также членом Совета директоров Балтийского морского пароходства, осуществлялся контроль Путиным над еще несколькими внешнеторговыми организациями, которым был предоставлен режим наибольшего благоприятствования: «Ленимпекс», «Ленфинторг», «Ленэкспо», «Великий город» (последняя в основном занималась контрабандными поставками на экспорт цветных металлов).

В итоге Путин и стоявшие за ним бизнесмены лишили своих горожан единственной тогда возможности получать продовольствие за счет бартерных операций. Вместе с продовольствием он отнял у города примерно 100 млн. долларов. Это то, что поддается подсчету. Правительство России выделило в те годы квоты на сырье общей стоимостью около одного миллиарда долларов. Куда делись остальные 900 млн. - неизвестно. Точно известно, что исчезли 997 тонн особо чистого алюминия марки А5 стоимостью более 717 млн. долларов. Исчезли также 20.000 тонн цемента и 100.000 тонн хлопка на сумму 120 млн. долларов [34 - Д. Ежиков. Проблема 2000—2008. «Новая газета», 16 марта 2007 г.].

Из ввезенного в обмен на вывезенное и исчезнувшее сырье прослеживается лишь 128 тонн растительного масла. [35 - О. Лурье. Колбаса для Питера. «Новая газета» № 10 (581), 13— 19 марта 2000 г.]

Сам Путин признавал, что «город, конечно, не сделал всего, что мог. Нужно было теснее работать с правоохранительными органами и палкой выбивать из этих фирм обещанное. Но подавать на них в суд было бессмысленно - они растворялись немедленно: прекращали свою деятельность, вывозили товар. По существу, предъявить-то им было нечего. Вспомните то время - тогда сплошь и рядом возникали какие-то конторы, финансовые пирамиды. Мы просто этого не ожидали». [36 - От первого лица. С. 90.]

Разумеется, Путин был последним человеком, заинтересованным в поиске этих «контор» и в расследовании происшедших афер. Как заключила Рабочая группа М. Салье, «анализ ситуации, сложившейся вокруг экспортно-импортных операций по обеспечению населения Санкт-Петербурга продовольствием, был существенно затруднен сотрудниками мэрии города - Путиным В.В. и Аникиным А.Г.», не предоставившим информацию и документы о лицензионных сделках. «Расхождения документов, по которым проводился анализ, нельзя объяснить только беспрецедентной халатностью и безответственностью, с которой отнеслись т. т. Собчак А.А., Путин В.В., Аникин A.F. при представлении ответов на запросы депутатского корпуса. Эти несоответствия связаны с попытками скрыть истинное положение дел, затянуть и запутать расследование в бесконечных перепроверках фактов. Большинство договоров, подписанных КВС мэрии, с юридической точки зрения позволяет фирмам-посредникам уклоняться от взятых на себя обязательств. В действиях председателя КВС Путина В.В. и его заместителя Аникина A.F. просматривается особая заинтересованность в заключении договоров и выдачи лицензий определенным лицам и фирмам. Председатель КВС мэрии Путин В.В. и его заместитель Аникин A.F. проявили полную некомпетентность, граничащую с недобросовестностью».

В этой связи Рабочая группа рекомендовала отстранить Путина и Аникина от занимаемых должностей.

Материалы расследования были переданы в ГКУ администрации президента (которое возглавлял тогда Юрий Болдырев) и в прокуратуру Санкт-Петербурга (прокурору города Владимиру Еременко). О результатах проверки был извещен министр Петр Авен, бывший председатель КВЭС.

Усилиями депутатов городского Совета председателю КВС Путину на какое-то время запретили выдавать лицензии. Однако уже в марте 1992 г. Авен приказом № 172 вновь предоставил комитету Путина право выдачи лицензий. Санкт-Петербургское «направление» деятельности министерства Авена в 1992 г. курировал новоназначенный замминистра Михаил Фрадков. С весны 2004 г. Михаил Ефимович Фрадков являлся премьер-министром России. Руководитель ГКУ администрации президента Ельцина Юрий Болдырев 31 марта 1992 г. наложил на докладную Рабочей группы резолюцию: «В Управление поступили материалы от депутатов Городского совета Санкт-Петербурга, свидетельствующие о необходимости отстранения от занимаемой должности председателя Комитета по внешним связям города Владимира Владимировича Путина. Прошу не рассматривать вопрос о его назначении на любую другую должность до принятия Управлением решения по данному вопросу». [37 - М. Салье. Путин -«Президент» коррумпированной олигархии.]

8 мая 1992 г. материалы расследования Рабочей группы обсуждал городской Совет. Он вынес решение предложить мэру Санкт-Петербурга Собчаку уволить Путина и Аникина с занимаемых ими должностей. Однако прокуратура города криминала в действиях Путина не нашла, хотя прокурор города Еременко направил Собчаку представление о «некорректно составленных договорах КВС и неверном оформлении некоторых лицензий».

Заместитель Путина Аникин все-таки был вынужден из-за скандалов оставить свой пост (и стал гендиректором «Ленфинторга»), а часть заключенных под эгидой Путина сделок была расторгнута. Должность Аникина унаследовал заместитель Аникина Алексей Миллер. С мая 2001 г. Алексей Борисович Миллер является председателем правления ОАО «Газпром».

Что касается утверждения Путина, что фирмы и их владельцы «растворились», то Владимир Владимирович лукавил. Как уже говорилось, почти все физические и юридические лица, причастные к лицензионному скандалу 1992 г., и далее продолжали присутствовать в экономической жизни города и страны. Многие с повышением переместились вслед за Путиным в Москву. Практически единственное исключение составил московский концерн «Интеркоммерц - Формула-7» Мирошника. Георгий Михайлович Мирошник, он же Николаидис, по некоторым сведениям, сын тбилисских греков Николаидисов, усыновленный офицером НКВД, молдаванином Михаилом Мирошником, в советское время имел три судимости (отсидел в общей сложности четыре года). В перестройку стал кооператором, основал концерн «Формула-7». В 1991 г. стал советником вице-президента России Александра Руцкого. Был президентом Московской агропромышленной биржи. Закупал товары у Западной группы войск (ЗГВ). Обвинял тогдашнего командующего ЗГВ Матвея Бурлакова в хищениях, за которые сам попал под следствие и обвинялся в присвоении 18 млн. долларов. В июле 1992 г., когда Мирошник был с Руцким в Испании в составе правительственной делегации, вылетевшей на Олимпиаду, на подмосковной даче Мирошника был произведен обыск. Мирошник не вернулся в Россию и был объявлен в розыск. В 1997 г. он был арестован в США с греческим паспортом на имя Николаидиса и получил год за ношение незарегистрированного оружия. По окончании срока был депортирован в Грецию, несмотря на просьбу Генпрокуратуры России выдать его России. В Греции был приговорен к тюремному заключению, после освобождения приехал в Москву с двумя паспортами (греческим и российским) на имя Константина Атмансидиса. 9 декабря 2001 г. был арестован в Москве. В ноябре 2002 г. был приговорен к двум годам, из которых почти год уже отсидел. В январе 2003 г. вышел досрочно с учетом примерного поведения и плохого состояния здоровья [38 - Ю. Фельштинский, В. Прибыловский. «Корпорация». Россия и КГБ во времена президента Путина. Публикация в Интернете.].

«Засветился» В. Путин также в некоторых других криминальных разборках «бандитского» Петербурга лихих 90-х годов. В частности, в т. н. «деле Санкт-Петербургских казино», бизнесом которых, согласно распоряжению, подписанному Собчаком, руководил Путин. В партнерские отношения с организованными преступными группами (ОПТ) силовые структуры города, направляемые путинским КВС, вступают в конце 1991 года. К этому времени относятся первые разделы собственности между двумя группами людей, контролирующими Санкт-Петербург, не случайно называемый «криминальной столицей России»: чекистами и бандитами. Классическим стало формальное соглашение между «городом» (за которым стоял КГБ) и «бизнесменами» (за которыми стояли гангстеры) о совместной организации и управлении игорным бизнесом. Согласно распоряжению мэра города от 24 декабря 1991 года № 753-рв целях упорядочения деятельности предприятий всех форм собственности, получающих доход от игорного бизнеса, был создан при мэрии Наблюдательный совет по казино и игорному бизнесу под председательством Путина.

Однако комиссия под председательством Путина оригинально «упорядочивала» деятельность казино города. Силовикам Санкт-Петербурга в этом бизнесе принадлежал 51% акций, а преступным группировкам - 49%. На бумаге бизнесмены показывали одни убытки. Путин в книге «От первого лица» с наивной простотой, не подозревая, что распоряжение Собчака о назначении его главой игорного бизнеса может стать достоянием гласности, рассказал, что происходило с доходами от игорного бизнеса:

«Я не первый раз был в Гамбурге и, не поверите, по долгу службы изучал их злачные места: мы в то время пытались навести порядок в игорном бизнесе Санкт-Петербурга. Тогда я считал, не знаю, правильно ли, что игорный бизнес - это такая сфера деятельности, в которой должна быть монополия государства. Но моя позиция противоречила уже принятому Закону об антимонопольной деятельности. Тем не менее я попытался сделать так, чтобы государство в лице города установило жесткий контроль над игорной сферой. Для этого мы создали муниципальное предприятие, которое никакими казино не владело, но контролировало 51 процент акций игорных заведений города. В это предприятие были делегированы представители основных контролирующих организаций: ФСБ, налоговой полиции, налоговой инспекции. Расчет был в том, что государство, как акционер, будет получать дивиденды с 51% акций. На самом деле это была ошибка, потому что можно было владеть каким угодно пакетом акций и при этом не ничего не проконтролировать: ведь все деньги со столов уходили черным налом. Владельцы казино показывали нам только убытки. То есть в тот момент, когда мы подсчитывали прибыль и решали, куда можно будет ее направить - на развитие городского хозяйства, на поддержание социальной сферы, - они смеялись над нами и показывали убытки. Это была классическая ошибка людей, которые впервые столкнулись с рынком. Позже, особенно во время предвыборной кампании Анатолия Собчака в 1996 г., наши политические оппоненты пытались найти какой-то криминал в наших действиях, обвинить нас в коррупции. Мол, мэрия занималась игорным бизнесом. Смешно было это читать. Все, что мы делали, было абсолютно прозрачно. Можно только спорить о том, правильно ли было с экономической точки зрения. Судя по тому, что схема оказалась неэффективной и сее помощью не удалось достичь задуманного - надо признать, что она была не продумана до конца. Но, если бы я остался работать в Санкт-Петербурге, все равно эти казино додушил бы. Я бы их всех заставил работать на нужды общества и делиться с городом своими прибылями. Эти деньги пошли бы пенсионерам, учителям и врачам». [39 - От первого лица. С. 93—94.]

Трудно представить, что все четыре года партнеры по казино воровали и смеялись, а чиновники и кураторы ФСБ, налоговых служб и мэрии этого не замечали или ничего по этому поводу не делали. Логичнее предположить, что чиновники были в доле - как это было по всей стране, не только в игорном бизнесе. Так кто же получал деньги?

«Муниципальное предприятие», о котором упоминает Путин, - фирма «Нева-Шанс». Путин, однако, не точен. В марте 1992 г. два подразделения мэрии - возглавляемый Путиным Комитет по внешним связям (КВС) и Комитет по управлению городским имуществом (КУГИ), который тогда возглавлял Сергей Беляев, учредили не муниципальное предприятие (МП), а акционерное общество (АО), названное без претензий на оригинальность просто «Казино». Руководителем АО «Казино» был назначен друг Путина, офицер действующего резерва ФСБ Валерий Поломарчук.

Изначально предполагалось, что принадлежащее мэрии - точнее, двум ее комитетам -акционерное общество будет непосредственно заниматься игорным бизнесом, а исправное поступление прибыли в бюджет структур мэрии будет обеспечивать руководитель, которому учредители, и, прежде всего Путин, доверяют. Однако такая структура была уязвима юридически. Поэтому уже через месяц АО «Казино» самоликвидировалось, а вместо него непосредственно мэрия учредила муниципальное предприятие (МП) «Нева-Шанс». Но официальным адресом регистрации МП «Нева-Шанс» стал фактический адрес путинского КВС - переулок Антоненко, 6. Новое предприятие возглавил тот же Поломарчук. Фактический контроль над новой структурой сосредоточился таким образом, в руках Путина, а другие комитеты, включая КУГИ С.Беляева, были от контроля и дележа прибыли оттеснены.

В отличие от АО «Казино», МП «Нева-шанс» не должно было непосредственно заниматься игорным бизнесом. Оно входило вместе с физическими и юридическими лицами в качестве соучредителя как в новосоздаваемые, так и в старые игорные заведения, становясь совладельцем этих предприятий. Доля МП «Нева-Шанс» в уставном капитале учреждаемых фирм обычно составляла 51%. В уставной капитал эта доля вносилась не живыми деньгами (которых у мэрии не было), а правом на получение арендной платы за помещение - точно так же мэрия и ее комитеты входили в уставной капитал и других коммерческих структур, не игорных. Изобретение этой схемы принадлежало юридическому эксперту КВС Дмитрию Медведеву. Именно он одним из первых в Санкт-Петербурге, дай в России, придумал, как власть может «войти» в акционерное общество, не нарушая существующих законов: не землей, не помещениями, а арендной платой за землю и помещения.

В июле 1992 г. в дополнение к МП «Нева-Шанс» появилось АОЗТ «Нева-Шанс», зарегистрированное по тому же адресу КВС, переулок Антоненко, 6, с тем же Поломарчуком в качестве руководителя. В феврале 1993 г. была создана еще одна структура: АООТ «Нева-Шанс» с адресом Садовая улица, 53, в которую совладельцами вошли два новых соучредителя вместо городской мэрии и с тем же руководителем во главе - с Поломарчуком. Новыми учредителями стали КУГИ и АОЗТ «Телеказино» (ранее учрежденное муниципальным предприятием «Нева-Шанс») совместно с компанией «Русское видео», возглавляемой Д.Рождественским и Владимиром Груниным, полковником, бывшим начальником службы «Т» («терроризм») ленинградского КГБ.

Если в этот момент читатель почувствовал, что окончательно запутался, значит, схема дала свои результаты. Именно в этом и была цель постоянного создания новых и новых структур с одним и тем же названием, зарегистрированных по разным или одним и тем же адресам, принадлежащих разным или тем же соучредителям, часто пересекающимся как совладельцы с другими структурами под таким же названием, но с другими совладельцами. При наличии нескольких «Нева-Шансов» разобраться в том, кто чем владеет и совладеет, кто что контролирует и кто какие доходы получает, не могли уже ни пытливые депутаты городского парламента, ни следователи прокуратуры.

В начале 1994 г. генерального директора Поломарчука сменил Игорь Горбенко -основатель и совладелец казино «Конти», самого первого игорного заведения в Санкт-Петербурге. Компаньоном Горбенко и основным владельцем «Конти» был мафиози Мирилашвили (отсидевший 8-летний срок за организацию убийства на почве мести двух мелких «воров в законе» и вышедший на свободу 22 января 2009 г.). Тогда же появился третий, совсем странный соучредитель фирмы - Международный фонд спасения Санкт-Петербурга. Как именно фонд занимался спасением города через игорный бизнес, никто не знал.

Всего в 1992—1995 гг. фирма «Нева-Шанс» стала учредителем примерно 25 коммерческих предприятий, преимущественно игорных или обслуживающих игорный бизнес (например, ООО «Полли плюс», ЗАО «Санкт - Петербургские лотереи», нескольких казино: «Телеказино», «Фортуна Казино Санкт-Петербург», «Панда», «Сириус», «Венеция», «Клео», «Аркада»). По крайней мере одно из них («Фортуна Казино Санкт-Петербург») возглавлял друг Путина и офицер действующего резерва Поломарчук. ООО «Казино Аркада»» было учреждено совместно с Мирилашвили, Борисом Спектором и Д. Рождественским. Были заведены партнерские отношения с аналогичными московскими структурами, в частности, с концерном «Олби» московского финансового магната Олега Бойко. Игорное предприятие ООО «Планета Санкт-Петербург» было учреждено совместно с московским АОЗТ «Лланета-Олби» (среди учредителей был также Б. Спектор). Соучредителем ЗАО «Санкт-Петербургские лотереи» стало АОЗТ «Олби-блок». Пономарчук в декабре 1993 г. возглавил филиал концерна «Олби» - «Олби-Санкт-Петербург» (в связи с чем ушел с поста гендиректора в АОЗТ «Нева-Шанс», уступив эту должность Горбенко). [40 - Ю. Фельштинский, В. Прибыловский .Указ. Соч. С. 50.]

В мае 1993 г. городская прокуратура Санкт-Петербурга (прокурор - Владимир Еременко, ранее уже сталкивавшийся с Путиным по делу о незаконных экспортных лицензиях) провела проверку деятельности одной из структур, связанных с игорным бизнесом Путина. Рассматривая дело СП «Мелодия», следователи установили, что фирма незаконно получила 16-миллионный доход от игорного бизнеса. Началась общая прокурорская проверка, по результатам которой выяснилось, что в городе работают 180 игровых точек и 1600 игровых автоматов, и, помимо 26 зарегистрированных казино, уставы еще более сотни коммерческих предприятий предусматривают игорный бизнес. При этом согласно распоряжению Совета Министров России от 26 июня 1991 г. для занятия игорным бизнесом необходима была лицензия Министерства финансов, а в Санкт-Петербурге такую лицензию, выданную еще бывшим вице-премьером, министром экономики и финансов Егором Гайдаром, имеет только муниципальное казино «Адмирал». Все остальные игорные предприятия города, с точки зрения федеральных законов, существовали в городе незаконно.

3 сентября 1993 года прокуратура Санкт-Петербурга направила Собчаку официальное представление о том, что все игорные заведения в городе, кроме казино «Адмирал», действуют без федеральных лицензий, что противоречит законодательству. Прокуратура также отметила, что незаконной является выдача фирме «Ленатракцион», эксплуатирующей игровые автоматы с денежным выигрышем, специального разрешения № 274 от 27 мая 1992 г. на игровой бизнес за подписью Путина [41 - «Коммерсант -Daily», № 149, 4 сентября 1993 г.]. Демарш прокуратуры не имел успеха. В октябре 1993 г. разразился общий политический кризис в стране, сопровождавшийся в Москве беспорядками и расстрелом с помощью танков Белого дома, где заседал мятежный парламент, возглавляемый Русланом Хасбулатовым. В этом конфликте Собчак и Путин оказались на стороне победителей, а победителей, как известно, не судят.

Глава 2. Наследник Ельцина

2.1. Как Путин завоевал доверие Бориса Ельцина

Итак, после поражения А.Собчака на выборах в Санкт-Петербурге, когда над Путиным стали сгущаться тучи в связи с расследованием криминальной деятельности КВС, встал вопрос о срочном переводе его в Москву, желательно с повышением. Здесь ему неоценимую услугу оказал Анатолий Чубайс, возглавивший весной 1996 года Администрацию президента Ельцина. Чубайс добился перевода Путина в Москву на должность заместителя управляющего делами президента России. Таким образом, для Санкт-Петербургских следователей и депутатов, расследовавших коррупцию в городе, Путин стал недосягаем.

Новая должность сулила крупномасштабную работу. Будучи заместителем руководителя Управления делами президента с июля 1996 г. Путин надзирал за недвижимостью, находящейся на балансе Управления и оценивающуюся примерно в 600 млрд. долларов. После распада Советского Союза указом Ельцина зарубежная собственность России также перешла в распоряжение этого ведомства, а состояла она из 715 объектов недвижимости в 78 странах мира площадью свыше 550 тысяч квадратных метров.

Вслед за Путиным в Управлении делами оказался его старый знакомый по Дрездену офицер КГБ Сергей Чемезов. Вот что он сам рассказывал об этом периоде: «На должность руководителя Управления внешнеэкономических связей меня рекомендовал Владимир Владимирович. Я занимался тем, что пытался упорядочить использование российской загрансобственности, возвращал государству некогда ему принадлежавшее, но утраченное в результате бездарного хозяйствования. Порой вскрывались такие факты, что впору было за голову хвататься». [42 - Там же. С. 63.]

Часть российской загрансобственности находилась на территории бывших советских республик и стран «социалистического содружества», в Восточной Европе. Так, при выводе трехмиллионной армии, входящей в состав группы советских войск в Восточной Германии, а также полуторамиллионной Западной группы войск, размещавшейся на территории Польши, Чехословакии и Венгрии (без учета членов семей военнослужащих), на территориях покидаемых стран оставалось значительное число объектов различного назначения: детские сады, школы, культурные центры, здания, в которых размещались Общества дружбы, а также представительства различных внешнеторговых ведомств, корреспондентские пункты и прочее. Определенная часть советской зарубежной собственности передавалась восточноевропейским странам. Для людей предприимчивых это открывало самые широкие возможности, так как объекты по договоренности могли перепродаваться за согласованные сторонами суммы и даже бесплатно. При такой системе на бумаге объекты передавались за одни суммы, а продавались за другие. Разумеется, разница оседала в карманах заинтересованных лиц, ответственных за проведение сделок, причем речь шла о многомиллионных суммах.

О размахе коррупции в высших эшелонах российской власти интересны свидетельства бывшего советского гражданина, живущего в Швейцарии, консультанта крупного швейцарского банка Филиппа Туровера:

«Володя Путин - это особая и длинная история, - рассказывал Туровер. - Мне доводилось с ним сталкиваться. За восемь месяцев своей работы в Управлении делами президента в 1996—1997 гг. Путин отвечал за советскую собственность за рубежом. Объясню. Кроме долгов бывшего Советского Союза Россия получила многомиллиардную собственность за рубежом, в том числе и принадлежащую КПСС. В 1995—1996 гг. на нее претендовали различные организации - МИД, Минморфлот и многие другие. Но в конце 1996 г. Ельцин издал указ о том, что вся собственность СССР и КПСС за рубежом переходит совсем не Министерству государственного имущества, а почему-то в Управление делами президента. И вот тут на нее и наложил лапу господин Путин. Естественно, по команде сверху.

Когда он приступил к так называемой классификации собственности бывшего СССР и КПСС в 1997 г., тут же были созданы всевозможные подставные фирмы АО и ООО. На эти структуры и оформлялась большая часть самой дорогой недвижимости и другие зарубежные активы. Таким образом, до государства зарубежная собственность дошла в весьма общипанном виде. И ощипал ее нынешний премьер». [43 - Там же. С. 64.]

Как видим, опыт работы в Санкт-Петербурге пришелся, как нельзя кстати.

Руководил Управлением делами президента Павел Бородин. До 1993 г. он был председателем Якутского городского совета. На этом посту сумел понравиться Борису Ельцину, посетившему в декабре 1990 г. Якутию. Запомнился Ельцину теплый прием в выстуженной зимней Якутии - яранги для высокого гостя, установленные на поле аэропорта, роскошный меховой национальный костюм, врученный ему прямо у трапа самолета, обильные угощения.

1 апреля 1993 г. Бородин вступил в должность исполняющего обязанности начальника Славного социально-производственного управления администрации президента России. В ноябре 1993 г. он возглавил вновь созданное подразделение - Управление делами президента России. В 1996 г. у него появился, как уже говорилось, новый заместитель -Владимир Путин, приведший с собой проверенного в делах Сергея Чемезова. 23 августа 1996 г. Управление делами президента подписало контракт со швейцарской фирмой «Мерката» о реконструкции Большого Кремлевского дворца. Выгодный контракт швейцарская фирма получила без конкурса. Вскоре эта же фирма выиграла тендер на реконструкцию здания Счетной палаты. Общая стоимость контрактов составила примерно 492 млн. долларов. Как впоследствии было установлено швейцарскими следователями, за содействие в получении контракта «Мерката» выплатила 62 млн. долларов комиссионных, из которых 41%, равный 25 607 978 долларам, был переведен на счета швейцарских банков, принадлежащие Бородину и его родственникам.

Однако отношения Бородина и Путина не сложились. Не исключено, что представитель старой школы чиновников видел в молодом, энергичном и агрессивном Путине угрозу своему месту (и справедливо).

В Управлении делами президента Путин прежде всего занялся решением квартирных вопросов в Москве для себя и своих соратников, перевозимых им из Санкт-Петербурга (квартира в Москве это очень важный момент в карьерном росте и финансовом благополучии чиновника). В Управлении делами Путин курировал внешнеэкономические связи и всю договорно-правовую деятельность Управления. В его ведении было создание компаний, призванных управлять собственностью Кремля за рубежом.

В Управлении догадывались о лояльности Путина другим людям и структурам, и о намерении Путина сменить Бородина. Ошибки Собчака Бородин повторять не собирался. Путина не пустили даже в основной офис Управления в Никитском переулке. Кабинет Путина находился на Варварке. Правда, на три дня Путин все-таки оказался в кресле Бородина. Ельцин, по совету дочери, взял да и уволил Бородина. Но через три дня Ельцина уговорили Бородина восстановить. Увольнение этого никто, кроме Бородина, не заметил. Но Бородин о нем помнил и вскоре после восстановления в должности попросил Путина от него забрать. Мстительный Путин Бородину тоже отплатил: как только Путин стал исполнять обязанности президента, он снял Бородина с должности и назначил его секретарем Российско-Белорусского союза - главой бессмысленной структуры.

Как принято в российской бюрократической машине, Путина перевели с повышением. В марте 1997 г. Чубайс стал первым заместителем премьер-министра (место руководителя Администрации президента занял будущий зять Ельцина Валентин Юмашев). Поддерживающие Путина Чубайс и Юмашев быстро сумели провести через президента новое назначение Путина. 25 марта 1997 г. Путин стал заместителем руководителя администрации президента и начальником Главного контрольного управления (ГКУ). На этом посту он сменил другого представителя петербургской команды - Чубайса, бывшего заместителя Собчака и старого знакомого Путина - Алексея Кудрина, назначенного заместителем министра финансов. Собственно, именно Кудрин рекомендовал назначить вместо себя Путина, и так как Путина поддерживали еще и Чубайс с Юмашевым, назначение на высокую должность прошло без осложнений. В числе причин, по которым Юмашев одобрил кандидатуру Путина, называют преданность, продемонстрированную Путиным по отношению к своему бывшему начальнику - Собчаку, и отсутствие у Путина излишней политизированности.

Из тесного офиса на Варварке Путин перебрался на Старую Площадь, в роскошный кабинет, который некогда принадлежал председателю Комитета партийного контроля при ЦК КПСС, члену Политбюро ЦК Арвиду Пельше. Рассказывая о планах на новой должности, Путин сообщил о планируемых им проверках различных государственных структур, естественных монополий, вооруженных сил и военно-промышленного комплекса. Он рассчитывал выявить в этих структурах злоупотребления и, таким образом, улучшить ситуацию с государственным бюджетом. Путин подчеркнул, что деятельность ГКУ носит консультативный характер и сведения о выявленных правонарушениях будут передаваться в Генеральную прокуратуру, а сами проверки должны будут осуществляться в сотрудничестве с Генпрокуратурой и другими правоохранительными органами. Основным направлением работы ГКУ под руководством Путина была борьба с нецелевым использованием бюджетных средств в регионах страны и в федеральном центре. Первым документом, подписанным Путиным на посту руководителя ГКУ, было распоряжение о начале проверки именно в этой области.

На новой должности Путин активно собирает информацию о 89 субъектах Российской Федерации, прежде всего о губернаторах. Может быть именно эти компрометирующие губернаторов материалы стали золотым ключиком к их сердцам: удивительно, что за год работы в ГКУ Путин ни с кем из губернаторов не разругался, но со всеми нашел общий язык.

В мае 1998 г. в администрации Ельцина прошли крупные кадровые перестановки. 25 мая Путин был назначен заместителем руководителя администрации, ответственным за региональную политику. В отличие от своей предшественницы - старой соратницы Ельцина Виктории Митиной, - Путин получил должность первого заместителя главы администрации. Однако он недолго совмещал обе должности. 1 июня на посту руководителя ГКУ его сменил генерал-лейтенант госбезопасности Николай Патрушев, также выходец из Санкт-Петербурга, которого в Москву перетащил Путин. Он же рекомендовал назначить Патрушева своим преемником.

Отставку Митиной и назначение на ее место Путина связывали с желанием администрации установить жесткий контроль над региональным руководством (в частности, в свете подготовки к выборам 2000 г.), - Митина, по мнению наблюдателей, с этой задачей не справлялась. Ожидалось, что работа Путина, который, будучи директором ГКУ, установил контакты с руководителями регионов и освоил рычаги влияния на них, будет более эффективной. 4 июня, в ходе своей первой пресс-конференции в новой должности, Путин сообщил, что руководство страны будет уделять больше внимания региональной политике, контроль за выполнением президентских поручений, распоряжений и указов на местах усилится, однако не следует ожидать «закручивания гаек». Путин также рассказал о результатах своей деятельности на посту главы ГКУ -выявленных злоупотреблениях (в частности, в виде нецелевого использования бюджетных средств) и возбужденных уголовных делах. Так, Путин указал на нарушения, обнаруженные в финансовой деятельности компании «Росвооружение», и продолжающуюся проверку этой организации.

Проверка была вызвана, прежде всего, тем, что во главе этой организации стоял человек, поставленный Коржаковым, - Евгений Ананьев. Путин же задумал поставить руководителем этого третьего после нефти и газа лакомого куска российской экономики своего знакомого, офицера действующего резерва ФСБ. Эту шахматную партию Путин выиграл с блеском. Он добился увольнения Ананьева, реконструировал Росвооружение и поставил во главе новой организации своего сослуживца по разведке Андрея Бельянинова (первым заместителем Бельянинова стал Чемезов).

15 июля 1998 г. Путин был назначен вместо Сергея Шахрая главой Комиссии при президенте России по подготовке договоров о разграничении полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации. С тех пор ни один такой договор подписан не был.