Помоги проекту - поделись книгой:
Стивен Коул
Жало зайгонов
Sting of the Zygons by Stephen Cole
Пролог
Зверь появился с оглушительным рёвом.
Через несколько мгновений уши Билла Фарроу зазвенели от криков жителей деревни, треска шифера, и завывания перепуганных собак. Адская тварь проломилась прямо сквозь особняк, высунула над каменными обломками покрытую чешуёй голову, и диким взглядом смотрела по сторонам, словно выискивая новые жертвы. Тварь двинулась вперёд, круша древние каменные стены, словно они были сделаны из мела, уродуя безупречные газоны и деревья, которые Билл так аккуратно подстриг всего несколько дней назад.
Группа молодых людей собралась на погосте, вооружившись вилами и косами. Они кричали Биллу, чтобы он присоединялся к ним. Но Билл бежал дальше. С таким же успехом можно плевать в эту тварь горохом из трубочки — её сила была ужасающей, адской.
Но его губы парализовало от ужаса, и он бежал, бежал. Плач детей и крики женщин понемногу стихали в его ушах, но образ этой твари отпечатался в его мозгу в виде жутких фрагментов: массивные белые клыки, чёрная чешуя, плотно уложенная по искрящейся громадине. Недалеко, сзади, Билл услышал, как рвётся камень, словно гром прогремел (оно догоняет!), рёв твари сотряс воздух, и Билл побежал быстрее. Билл бежал к каналу. Если он прыгнет в воду, то, быть может, оно собьётся со следа…
Земля затряслась и его сбило с ног. Он тяжело упал на тропинку, разодрав ладони и колени. Когда он попытался встать, его окутал поток горячего вонючего дыхания.
Тварь возвышалась над ним. Её темные глаза смотрели вниз. Ужасная пасть раскрылась и ему на грудь хлюпнула толстая струя слюны…
И вдруг чудовище замерло.
Билл смотрел на него вверх, его щёки были мокрые от слёз, он тяжело и хрипло дышал.
Огромная, похожая на змеиную голова твари повернулась в сторону, словно прислушиваясь к чему-то. Налитые кровью глаза что-то искали. И Билл услышал новый звук.
Ритмичный, шепчущий, щебечущий звук. Звук, который не могла издать ни одна Божья тварь.
Билл обернулся и увидел позади себя девочку. Это была дочка Мелтонов, ей едва исполнилось восемь. Светлые волосы, бледная и перепачканная кожа, а пронзительные голубые глаза бесстрашно смотрели на тварь.
— Уходи, Молли, — хрипло сказал Билл. — Здесь опасно.
И только тогда он вспомнил, что эта девочка пропала, и никто её не видел уже несколько дней.
Могучая тварь своим рыком отвлекла Билла от девочки. Он задрожал, вышел из-под её тени и, двинувшись к Молли, увидел худощавого, хорошо одетого господина, подошедшего сзади неё.
— Сэр Альберт! — прохрипел Билл. — Сэр, нужно хватать Молли и бежать отсюда…
Сэр Альберт Мортон сжимал что-то в руке. Оно было размером с еловую шишку, но блестящее, как мокрая кожа. Билл понял, что это и есть источник дрожащего, шепчущего звука, из-за которого, похоже, тварь оцепенела. Он осторожно осмотрел своего работодателя: белая кожа, немигающие глаза. Как будто сэр Альберт был околдован.
— Сэр? — тихо сказал Билл.
Никакой реакции.
— Да ради бога, сэр! — он схватил Мортона за свободную руку и потащил его в сторону. — Нужно убираться отсюда!
И тут возвышающаяся тварь вырвалась из транса. По её шее прошёл спазм, и земля загремела, когда она побрела прочь, перешагнула канал, и направилась к озеру Келмор.
— Мы спасены! — крикнул Билл. — Хвала Господу…
— Идиот! — Мортон повернулся и тыльной стороной руки отвесил ему оплеуху.
Удар был такой силы, что Билл упал на колени. Откуда у такого щуплого человека столько силы? Что это было в руке у Мортона? Вопросы переполняли разум Билла, и он остался на коленях, хотя все инстинкты говорили ему, что надо бежать.
А затем бежать было поздно.
Лицо Мортона менялось. Дьявольское красное свечение охватило его глаза, и черты его аристократического лица расплавились, словно воск, растекаясь в ужасную форму. Его кожа пожелтела, а затем стала оранжевой, распухая, словно плесень. Похожие на грибы наросты вырастали на его голове, вылезали из его груди.
— Сгинь! — бормотал Билл. — Прочь от меня!
На месте Мортона стоял жуткий демон. Он был приземистый, горбатый и полный, ростом с человека. Тяжёлое, дурно пахнущее дыхание с шипением вырывалось из прорези его рта. Билл попытался закричать, чтобы предупредить остальных:
Но кривые когти демона уже сомкнулись вокруг его горла.
1
Посреди холмов спокойствие было нарушено скрежетом инопланетных двигателей. Птицы вспорхнули с кустов и вересковых зарослей, и появилась высокая, ярко-синяя деревянная хижина. На ней было написано, что это полицейская будка, но правда была намного более странной и интересной.
— Берлин! — воскликнул Доктор, распахивая двери.
Худой и темноглазый, он выглядел на тридцать с небольшим, но на самом деле был намного старше.
— Определенно Берлин, — он посмотрел на лес впереди, на окружающие его сырые заросли травы и кустарника, на окаймлявшие пейзаж горы с белыми вершинами, и его заострённые черты лица стали ещё жёстче, его настроение ухудшилось. — Примерно. Возможно.
Он вышел наружу, а затем повернулся к стройной привлекательной чернокожей девушке, стоявшей в дверях.
— Берлин ведь, да, Марта?
Во взгляде Марты Джоунс явно читалось «не думаю».
— Сколько гор в Берлине? — спросила она.
— Не очень много, — признал Доктор. — Одна или две. Вообще-то, меньше одной. Возможно.
Затем он просиял:
— Есть гора в городке Берлин в штате Нью-Йорк!
— Думаю, с меня Нью-Йорка на ближайшее время достаточно, — сказала Марта, вспоминая их последний визит туда[1]. — В любом случае, не может быть, чтобы рядом был город. Воздух слишком чистый.
В её глазах появилась весёлая искорка:
— А это действительно 1908 год, или мы в доисторические времена попали?
— Хочешь сказать, мы сбились с курса на семьдесят миллионов лет? — Доктор попытался посмотреть на неё обиженно, но эта мысль привела его в восторг. — Это была бы фантастика, скажи? Динозавров нигде не видишь? Мне кажется, что вряд ли, потому что местный пейзаж явно сформирован ледниковой активностью, — он опять просиял. — Смотри, какая долина! Какой тор[2]! Мисс Джоунс, хотите тур к тору?
Он схватил её за руку и потащил сквозь вереск на прогулку. Полы его длинного коричневого пальто шлёпали его по лодыжкам, а тёмный костюм был дополнен жёлто-красным клетчатым шарфом, который напоминал Марте медведя Руперта[3]. Её одежда была гораздо элегантнее: платье из просвечивающегося зелёного шёлка с узором из золотых листьев, и плотно облегающий, украшенный бисером жакет. В конце-то концов, он ей пообещал, что они направляются на официальное мероприятие.
— А как же этот немец и его ой-какая-важная речь? — спросила она.
— Старина Минковский! Да, если это сентябрь 1908 года, он будет делать доклад на Германской Ассамблее естествоиспытателей и врачей, будет им рассказывать о том, что пространство-время четырёхмерно. Поворотный момент для мировой физики.
Доктор рассмеялся:
— Ладно, пускай там как-нибудь без меня обходится. А мы останемся здесь охотиться на динозавров, на всякий случай. А что если мы устроим доисторический пикник? Как ты относишься к пикнику? Я думаю, надо его устроить.
Марта улыбнулась и подумала о своей прежней, нормальной жизни. О жизни до того, как она связалась с человеком, который путешествует в пространстве и времени в волшебной полицейской будке, которую называет ТАРДИС, и который проносится мимо звёзд и планет так, как она мимо станций метро.
— Ну что же, у нас в семье никогда не находилось времени на пикники…
— А я очень, очень люблю пикники. Мне нравятся корзинки для пикника. Особенно с отдельными маленькими отсеками для ножей и вилок, это гениально…
Энтузиазм Доктора пропал, когда раздался пронзительный визг тормозов и громкий грохот. Из-за ближайшего холма поднялось облако чёрного дыма.
Вначале Марта и Доктор обменялись безмолвными взглядами. Затем одновременно бросились на звук.
— Автомобильная авария? — прокричала Марта, задыхаясь. — Судя по звуку, двигатель…
— Хриплый, неэкономный, и, возможно, откровенно опасный, — Доктор посмотрел на неё с безумной улыбкой. — Хочу покататься!
Он бросился вперёд и добежал до края холма раньше неё.
— О, да! — воскликнул он, восторгаясь увиденным. — Посмотри на это! Дубль-фаэтон Опель!
— И весьма помятый водитель, — догнав его, заметила Марта.
Старый красный автомобиль, вполне возможно, близкий родственник «Чих-Пых Бам-Бам»[4], явно не вписался в резкий поворот и перегородил собой узкую дорожку; капот и крылья у него погнулись и поцарапались после столкновения с каменной стенкой. Высокий мужчина в клетчатом спортивном пальто с высоким воротником пытался оттолкнуть автомобиль от стенки. На его голове, поверх светлых кудрей, была надета твидовая кепка. Он был покрыт грязью и машинным маслом, на руке у него была довольно глубокая рана. Увидев Доктора и Марту, он окликнул их:
— Эй! Вы мне не поможете по-приятельски? Задние колёса заклинило на повороте. Жутчайший боковой занос, вы таких раньше не видели.
Марта уже спускалась по откосу к обочине. Кучки «чёрного горошка», попадавшиеся в траве, говорили о том, что на этой узкой дорожке чаще можно было встретить овец, чем автомобилистов.
— Что случилось? — спросила она, осматривая его раненую руку.
— Порезался о чёртово крыло, — сказал бледный мужчина.
У него был большой нос с горбинкой и ярко-голубые глаза. Он неожиданно улыбнулся ей:
— Простите, что выругался, дорогая. Меня зовут Мередит. Виктор Мередит.
— А меня Марта Джонс, — она бросила взгляд на Доктора, уделявшего всё своё внимание автомобилю. — А это…
— Опель 10/18, — сказал Доктор, — чистое изящество из Рюссельсхайма.
Он погладил сидение водителя, которое было больше похоже на кремового цвета кожаный диван, приваренный к шасси, и похлопал по ореховому рулю:
— Посмотри! Трёхскоростная планетарная коробка передач с ручкой преселектора…
— Вы абсолютно правы, и всё совершенно новое! — широко улыбнулся Виктор, а затем вздрогнул, когда Марта стащила с его шеи белый гоночный шарф. — Вы тоже энтузиаст автомобилей, старина?
— Был когда-то, было дело[5]… Я Доктор.
Взгляд Виктора вернулся к Марте, обматывавшей вокруг его раненой руки шарф.
— А вы его медсестра, мисс Джоунс?
— Вообще-то, учусь на врача, — согласилась она. Ну, или стану им лет, эдак, через сто.
— Превосходно, превосходно, — Виктор улыбался. — Женщина-врач, да? Позволю себе заметить, там, откуда вы приехали, всё совсем иначе.
— Отчасти, — согласилась Марта. — Вы хорошо себя чувствуете? Выглядите вы неважно.
— Не выношу вид собственной крови, — признался Виктор.
— А с кровью животных проблем нет? — Доктор стянул покрывало с заднего сидения, и обнаружил там коллекцию внушительного вида дробовиков. — У вас тут весьма серьёзный охотничий арсенал.
— Это потому, что я тут ради весьма серьёзной охоты, — согласился Виктор, осторожно подвигав своей раненой рукой. — Озёра переполнятся охотниками, я полагаю.
— Погоня непотребного за несъедобным[6], — нахмурился Доктор. — Постойте минутку… Озёра? Вы имеете в виду Озёрный Округ[7]?
— Прощай, Берлин, — вздохнула Марта. — Здравствуй, макинтош.
— Озёрный Округ, блестяще! Обожаю эти места, озёра, водоёмы… топи. А ещё тарны[8], конечно же, эти маленькие-премаленькие озерца в горах. Тарн… — Доктор смаковал слово. — Хорошее было бы название для планеты — Тарн. Тарррн. ТАРРРРРНННН…
Виктор смотрел на него в замешательстве, а затем повернулся к Марте:
— Он что, ваш пациент?
— Мисс Джоунс — посол далёкой страны Фридония, — заявил Доктор. — Я её сопровождаю и слежу, чтобы она ни в чём не нуждалась.
— Вот было бы неплохо, — пробормотала Марта.
— Фридония… Это одна из наших колоний? — спросил Виктор. — Сложно их все запомнить.
— Поверьте, — сказала ему Марта, — для меня это абсолютно другой мир.
— Минуточку! — крикнул Доктор. — «Озёра переполнятся охотниками»? — он взял с заднего сидения и взвесил в руке ужасающего вида оружие. — Что происходит? У вас тут ружьё на слона! Слоны в Озёрном Округе?
— Тут дичь крупнее слона, — Виктор посмотрел на них; его лицо постепенно вновь обретало цвет. — Вас что, последнее время не было в стране?
Марта усмехнулась Доктору:
— Ещё как.
— Тогда понятно, — сказал Виктор, вынимая из-под кучи ружей сложенную газету. — Хотя, я думал, что уже весь мир слышал про Уэстморлэндского Зверя…
Поделиться книгой: