ГЛАВА 43

- ...все потерпевшие были русскими, что позволяет, - монотонно говорил Пьер Эжени.

Но договорить не успел, потому что заседание было прервано. Было прервано в самом начале и буквально на полуслове.

- ...позволяет предположить, что Иванов...

Одним рывком распахнулась дверь, и в кабинет ворвался чем-то очень взволнованный полицейский.

Он не сказал "разрешите", не сказал "здравствуйте", а сразу, почти бегом, прошел к Пьеру Эжени. И, склонившись над ним и приблизив губы к его уху, что-то быстро прошептал.

Пьер побледнел.

И сел.

- Да, - сказал он. - Вы были правы. Кто прав?.. В чем прав?.. Что случилось?..

- Он нашелся.

- Кто нашелся? - спросили, ничего не поняв, присутствующие.

- Иванов, - ответил Пьер. - Вы были правы, генерал, Иванов нашелся. Он взял заложников. В самом центре Парижа. И уже убил полицейского снайпера...

- Пятьдесят шесть, - обреченно прошептал генерал.

- И еще одного человека в том доме.

- Пятьдесят семь...

- У нас объявлена общая тревога, - извинился Пьер. - По всему городу. Все едут ловить Иванова... И быстро пошел к двери.

И тут же, устремляясь вслед за ним, вскочили на ноги генерал Трофимов и майор Проскурин.

- Мы едем с вами! - категорически заявил генерал ФСБ, числившийся в документах майором милиции.

- Едем! - подвердил майор, он же лейтенант милиции Проскурин.

- Тогда мы тоже! - быстро среагировали следователи, откомандированные следить за Трофимовым и Проскуриным.

- А мы?.. И мы!.. - дружно сказали остальные. - Вот только... Вот только нам бы оружие...

- Я не могу дать вам оружие, это запрещено. На это требуется разрешение министра, - развел руками Пьер.

- Но там Иванов! - сказал за всех генерал. - Иванов!!.

Секунду посомневавшись, Пьер вышел из кабинета. А когда вернулся -вывалил на стол гору бронежилетов, армейских касок, дубинок и газовых пистолетов.

- В ружье! - тихо скомандовал генерал.

И генералы, полковники, подполковники и просто майоры с капитанами стали, пыхтя, натягивать на себя бронежилеты и надевать каски.

Это напоминало мобилизацию... Собственно говоря, это и была мобилизация... мобилизация всех сил против особо опасного преступника. Против Иванова...

ГЛАВА 44

К магазину строительных материалов "Самоделкин" на полной скорости подъехала милицейская машина с включенной мигалкой. Заскрежетали тормоза. Разом распахнулись дверцы.

Прохожие остановились, думая, что увидят сейчас захват преступников.

Но преступников не было. Три милиционера еще почти на ходу выскочили из машины и побежали к входу в магазин. Руками и дубинками они растолкали зевак и ворвались внутрь.

- Где у вас продавщица Иванова? - крикнули они.

- Какая Иванова? - растерялся охранник на входе.

- Вера Иванова. Ну, быстро!

- Ах, Иванова... - пришел в себя охранник. - Она сегодня работает на четвертой кассе. Милиционеры сорвались с места.

- Где здесь четвертая касса?

- Там, с краю.

Вера Иванова перебирала продукты в корзинке, когда к ней подбежали милиционеры.

- Иванова? - спросили они.

- Я?.. Да, Иванова...

- Вера?

- Вера.

Больше милиционеры ничего не спрашивали. Они схватили Иванову за халат, выволокли из кассы и понесли к выходу.

- Ой, что вы делаете?.. Отпустите меня! - орала как резаная женщина и пыталась брыкаться. Но милиционеры на это внимания не обращали.

Они вытащили Иванову на улицу и сунули в машину. И прыгнули туда же сами.

- Поехали!

Водитель вдавил педаль газа в пол, и машина рванулась с места...

- Теперь гони!..

На правила, знаки и встречные машины внимания не обращали. Перекрестки проскакивали на красный, врубив мигалку.

Мгновенно проскочили центр, выехали за город и покатили на юг.

- Это ваш паспорт? - спросил один из милиционеров, предъявляя паспорт.

- Да, мой, - призналась Иванова, открыв страницу с фотографией.

- И ваш заграничный? - передал ей милиционер еще один, заграничный паспорт.

- Тоже мой... А откуда они у вас? - заподозрила неладное женщина. - Вы... вы не милиционеры!.. Вы воры! Бандиты! Куда вы меня везете!?

- Куда надо, - отвечали ей. Куда - стало ясно через четверть часа. Возле указателя "Аэропорт" машина резко свернула направо...

- Остановись здесь.

Водитель затормозил.

Иванову вытолкали из машины, подхватили под руки и потащили к входу в аэровокзал. С крыльца к ним навстречу бросился какой-то майор.

- Она? - спросил он.

- Она! - уверенно ответили милиционеры.

- Молодцы! - похвалил майор.- Успели! По пятьсот рублей премия и три дня отгулов...

И, перехватив Иванову, побежал к входу в аэропорт. И оттуда побежал прямиком к регистрационной стойке.

- Она? - спросил подполковник возле стойки.

- Она!

- Давайте ее сюда!

Несколько милиционеров, навалившись, сгребли в сторону очередь, пропуская к окну Иванову.

- Спецбронь! - сказал подполковник. И сунул в окошко какую-то бумагу, билеты и паспорт Ивановой.

- Поторопитесь, пожалуйста, посадка уже закончена, - сказала девушка за стойкой.

Милиционеры погнали Иванову на посадку.

Ее пропихнули через дугу металлоискателя и подтащили к стойке, где сидел пограничник.

- Быстрее, пожалуйста! - сказал подполковник. - Мы опаздываем.

Предупрежденный пограничник не глядя шлепнул в паспорт печать.

Таможенники к Ивановой претензий тоже не имели, так как вещей у нее не было. Иванова была в том, в чем была в кассе.

- Проходите.

Пассажиров в накопителе уже не было, все давно сидели в салоне самолета. Подогнали совершенно пустой автобус.

- Сюда.

Иванову впихнули в открытые дверцы. Автобус сорвался с места и помчался к самолету, от которого уже отогнали трап.

- Назад! - крикнул подполковник. - Рули назад! Трап придвинулся к самолету. Люк открылся, и из него высунулась голова удивленной стюардессы.

- У нас еще пассажир, - крикнул подполковник. И толкнул Иванову вперед. Идите! Быстрее идите!

Иванова стала подниматься по ступенькам, зажав в руке паспорт и билеты. Она прошла полтрапа и вдруг остановилась.

- Куда меня? - обернувшись и чуть не плача, спросила она, ничего, решительно ничего не понимая. - Куда?!

- Мы летим в Париж, - ответила стюардесса.

- Куда?!!.

- В Париж, - крикнул снизу подполковник...

ГЛАВА 45

- Что они там делают? - спросил товарищ Максим.

Иванов посмотрел в щелку.

- Ничего...

С улицы доносился осточертевший голос полицейского психолога, уговаривавшего преступников не причинять вреда заложникам.

- Мы готовы пойти с вами на переговоры, но лишь при условии, что не пострадают заложники. Успех или неуспех переговоров всецело зависит от вас, от того, как вы будете обращаться с заложниками.

- Они согласны пойти с вами на переговоры, но только если вы не тронете заложников, - зазвучала усиленная мегафоном русская речь. - Они говорят, что успех переговоров зависит от того, как вы будете обращаться с заложниками.

- Интересно, где они его взяли, сволочи? - спросил товарищ Максим. - И как узнали, кто мы?

Иванов не ответил. Откуда ему было знать, где французы взяли переводчика и как смогли узнать, что имеют дело с русскими.

- Мы рады будем предоставить вам горячее питание, любые напитки, в том числе алкогольные и наркотики, если вы согласитесь отпустить кого-нибудь из заложников, - сообщил французский психолог.

- Короче - если вы отпустите кого-нибудь из заложников, они дадут вам все, что угодно. Хоть даже наркоту, - сообщил переводчик.

- Видал, по дешевке купить хотят! - сказал товарищ Максим. - А вот хрен им!

И показал зашторенному окну кулак.

- Подумайте еще раз, - увещевал психолог голосом переводчика. - Зачем вам усугублять ваше положение? Пока вы можете отделаться небольшим сроком, который проведете в комфортабельной французской тюрьме с четырехразовым питанием, спортзалом и телевизором в камере. Если вы причините вред заложникам, то наказание будет более суровым...

- Слышь, мужики, у них там точно нормально - курорт, все есть, кроме баб! А если вы будете ломаться, то они вас в Россию законопатят, - от себя добавил переводчик. - На хрена вам сдались такие радости? Соглашайтесь, а им тут чего-нибудь наплету...

- Да пошел ты! - шепотом сказал товарищ Максим. - Крикни им, чтобы они катились к чертовой матери! Ну!