Помоги проекту - поделись книгой:
— Я ведь тебя не принуждаю, — подмигнул знахарь, убрал оплату в карман и сказал: — вот тебе совет мастера, путник: отсюда, прямой дорогой идёшь в штаб и находишь там секретаря главы стаба. Зовут главу Камень. И записываешься на прием со словами — «хочу сообщить о своем умении». Это своего рода кодовая фраза, после которой тебя примут в считанные минуты, а там, жизнь твоя превратится в сахарную пастилку с нежным кремом и вишенкой на верхушке. Запомнил?
— И что мне это даст? — удивился Гном такому странному совету, на деньги за который он мог бы оплатить комнату на неделю вперед.
— Я же сказал что с умением тебе повезло и даже очень. В штабе знают что с такими умельцами делать. Без работы не останешься, а значит и деньги будут. А раз будут деньги, то и жизнью рисковать понапрасну необходимости не будет. Да чего я тебе как маленькому все разжевываю? Гони ещё пять споранов за разъяснения!
— Да вот хрен тебе! — хохотнул Гном, — уже оказанная услуга никакой цены не имеет. Так что хватит и простого «спасибо». Нет, правда — спасибо. Выручил. Приятного чтения, мастер.
— Меня Френк зовут! — донеслось ему в спину, но Гном уже захлопнул за собой дверь.
Вышел на улицу он в лёгком смятении. Что делать дальше? Последовать совету знахаря, судя по всему, означало стать каким-то дознавателем или ещё хрен знает кем на службе у местной власти. Власть Гном, как и любой другой простой человек, не очень любил, а короткий поводок, коим откровенно вонял совет знахаря, просто ненавидел. Жаль было потраченных споранов, но сделанного не воротишь. Придется думать дальше.
Отошёл от избы знахаря на десяток шагов, постоял немного, осмотрелся, но куда пойти и чем заняться в новом для себя мире с ходу придумать не смог, поэтому плюнув в снег, пошел обратно к площади. Народу там уже не было, но многочисленные следы в снегу между домов вели куда-то на север. Скорее всего, именно с той стороны ожидалось наступление заражённых.
Когда добрался до места, вновь осмотревшись, обратил внимание на одну из пулеметных вышек почти вплотную прижатую к стене. Обзор оттуда должен быть не просто хорошим, а лучшим из возможных. Если не дают повоевать, так может быть хоть посмотреть получится.
Вокруг суетился народ. Большинство из бойцов расселось на широких стенах, кто-то устанавливал минометы, таскал снаряды и пулеметные ленты. Ездила лёгкая техника и броневики, вот только помощи от нее сейчас не было никакой.
Не откладывая дело, Гном быстро добрался до ближайшего пулеметного гнезда и по лестнице забрался на верх.
— Ты ещё кто такой⁈ — опешили двое мужиков во все том же утепленном северном камуфляже.
— Мужики, не гоните, — по доброму сказал Гном и показал пустые руки, — документы не дают — Кот, сука… в смысле, не очень хороший человек, куда-то ушел, лавочку прикрыл, а я без ствола. Так хоть может чем пригожусь? Ленты там подавать, или в бинокль смотреть?
— В бинокль мы и сами смотреть умеем, — гоготнул один из них, — да и ленты подавать разберемся кому. Гашетка всего одна, а нас тут, как видишь, двое. Так что вали отсюда, не заставляй ствол на тебя наводить.
Гном зло опустил брови к переносице и хотел было плюнуть да уйти — зачем проблемы лишние наживать? Но вдруг его осенило. Сказанные знахарем слова сами собой всплыли в голове мгновенно подкидывая идею.
«Вы оба не против того что я буду здесь стоять и смотреть на происходящее» — мысленно, очень сильно пожелал Гном, для надежности поочереди посмотрев пулеметчикам в глаза.
— Я просто посмотрю, я не буду вам мешать, — уже в слух спокойно произнес он, хотя сердце от волнения так и норовило выпрыгнуть из груди. Первый сознательный опыт, как-никак.
— А знаешь, — сказал один пулеметчик — чуть выше самого Гнома и сноубордистскими очками на лице, — места тут не дофига, но поди не будет мешать.
— Да, наверно не будет, — согласился второй — тоже не высокий, но с огромной меховой шапкой на голове и теплой маской на пол лица, — но гражданским здесь находиться нельзя, так что сиди тихо и сильно не отсвечивай. Понял?
Гном кивнул и обернулся на север. Рядом лежал добротный бинокль. Взял его, приложил к глазам и сквозь кривые ветки бурелома уставился в даль. Туда, где уже виднелась обширная снежная завеса через которую широким ручьем тянулась вереница заражённых. Некоторые, особо ужасные на вид твари, вырвались далеко вперёд от основной массы. Определить точное количество и тем более качество отдельных зараженных, было сложно — расстояние их разделяющее оказалось приличным. Километра два, может быть даже два с половиной. Но одно Гном понимал точно — битве быть, ведь эта орава неслась прямиком к стене стаба, так что открыть огонь из всех орудий рассредоточенным по позициям бойцам все равно придется.
— Дай-ка бинокль, паря, — потребовали сзади.
Гном слышал что мертвяки не очень любят наведываться на стабильные кластеры, ведь на них не происходят перезагрузки, следовательно и свежего беспомощного мяса не прилетает. Жрать там нечего, а еда, это единственное чего тварям вообще нужно от этой жизни. Нет, иногда они все же сюда забредают и тогда, в дело вступают многочисленные патрули, а с залетными тварями у них разговор короткий.
— Через пятнадцать минут самые шустрые уже будут здесь, — сказал солдат в меховой шапке, вернул бинокль Гному и передернул затвор пулемета вгоняя в ствол первый патрон в ленте, — готовь глаза мужик и заткни уши — сейчас будет весело!..
Глава 3
Ветер завывал как сумасшедший. Своим ледяным дыханием он проникал под одежду, игнорируя даже термобелье заставляя людей дрожать всем телом. Снегопад усиливался и это было очень плохо — видимость становилась все хуже с каждой минутой, а значит и попадать в цель, да ещё и по движущейся с ненормальной скоростью мишени, для бойцов стаба будет большой проблемой.
С замиранием сердца Гном наблюдал за приближением небольших групп или одиночных тварей к стене деревьев, отделяющую стаб от соседнего кластера. Их издали немного пощипали минометы, но тварей было так много, что особого урона это войско не получило.
Гном стоял позади пары пулемётчиков и старался не сводить с тварей глаз, дабы в следующий момент не потерять их из виду между деревьев или в глубоком снегу. Хотя это было бы сложно сделать даже нарочно, ведь хруст ломаемых деревьев стоял такой, что и глухой бы сориентировался.
Пулемет заработал как только первые твари достигли дистанции достаточной для уверенной стрельбы. Тратить дорогостоящие патроны в пустую никто не хотел — от каждой такой «молочной» пули могла зависеть чья-то жизнь. Да и ленты, наверное выдавались под запись или гильзы потом сдавались куда следует. Иначе не чистые на руку вояки могли банально продать их в соседнем стабе или ещё куда турнуть — кто его знает? Отчётность в военном деле просто обязана иметь место быть.
Грохот стоял просто невыносимый! Гном изо всех сил затыкал уши пальцами, норовя отморозить на ледяном ветру руки без перчаток, но по-другому было никак. Беруши ему не выдали, а оглохнуть в самом рассвете сил не хотелось. Едва не проявив малодушие, Гном все же остался в гнезде, сжал зубы, терпел, наблюдая за схваткой между раскаленным свинцом и прочной природной броней развитых заражённых.
Первыми до стен добрались самые развитые, а следовательно самые прыткие из заражённых. Гном их пока очень плохо различал по внешним данным и названиям, но из комментариев пулемётчиков кое-как складывал картину происходящего.
— Два рубера на три часа! — кричал один мужик другому, — скоро до стены доберутся!
— Да, мля, вижу я! — сжав зубы и выдавая длинные очереди, от которых вся вышка ходила ходуном, отвечал пулеметчик в шапке ушанке, — уже четвертого мертвяка снял!
— Сука, поднимается! У него что, жизни дополнительные есть⁈ Откуда их вообще столько взялось⁈
БУ-М-М!!! БУ-М-М!!!
Мощный взрыв прозвучал откуда-то слева, а следом за ним ещё один чуть правее. Сработали растяжки или мины, коих, как знал Гном, за периметром стены установлено не мало. Это самая крайняя линия обороны — рассчитана на слишком хитрых тварей, сумевших обойти патрули и подобраться почти в плотную к самой стене стаба.
— Снял! Красава! — радостно кричал мужик в очках для сноубординга хлопая другого по плечу.
— Смотри в бинокль, я кажется ещё одного мертвяка видел!
Тот что был на подаче лент снова припал к слегка обмороженным окулярам бинокля и кивнул:
— Точно, на два часа ещё один ломится. Кажется кусач. Слишком много развитых тварей, значит, где-то и элитники должны быть. Хотя бы один, но должен!
— Ты млять не каркай! — рявкнул тот что стоял у пулемета, — раз сразу не примчался, значит в другую сторону ушел. Мы тут и без элиты не плохо подзаработаем, а лишние проблемы нам не нужны.
С этими словами, мужик в шапке открыл огонь. Борясь с сильнейшей отдачей орудия для убийства, он слегка вел ствол в сторону, ловя на прицел то и дело ускользающую средь деревьев тварь рвущуюся вперёд.
— Да, гульнуть сегодня сможем не плохо! Не знаю как ты, а я после бара сразу к Розе.
— Ты на этой шлюхе жениться что ли собрался? У Косого этих сосок десять штук, а ты вторую неделю к одной и той же ходишь!
— Ты же драл ее на той неделе, — гоготнул тот что подавал ленту, — знаешь что и как она может. Остальные шлюхи в этом сугробе как те деревяхи у Папы Карло. Все, мелочь подходит. Давай ещё пару очередей по толпе на десять часов, а дальше пусть мужики из автоматов поработают. Нечего оружию простаивать.
— И откуда ты такой умный выискался⁈
Разговоры пулемётчиков Гном слышал с трудом и был сильно удивлен как товарищи слышат и понимают друг друга в таком грохоте? Да ещё и темы поднимают скабрезные, будто бы не обращая внимания на тот факт, что их дом вот-вот сметёт обезумевшая толпа жутких плотоядных тварей. Привычка? Скорее всего. Хотя, вряд ли такие вот наплывы встречаются слишком уж часто — иначе патронов не напасёшься.
Кстати о патронах… где они их берут? Не с монстров же выбивают, в самом деле. Это только в играх можно с убитого зайца достать полный латный комплект на какого-нибудь рыцаря да ещё и меч Кладенец в придачу. Так же есть вопросы и по добыче мяса и прочей еды. Народу в стабе живёт не мало и все они, судя по тому как их по приезду бесплатно кормили в столовой, от голода не дохнут. От стаба на многие километры во всех направлениях ни одного летнего стаба нет. Кругом только, леса, лёд и снег — ни полей, ни загонов с живностью. Даже простых теплиц не видно. Так откуда?
Гном уже было собрался задать этот вопрос пулеметчикам, которые как раз перестали палить раскаляя ствол — от того шел обильный пар уносясь струйкой в небо. Вынул пальцы из ушей, потёр руки в попытке отогреть, как неожиданно, один из бойцов вытащил из под пуховика пистолет и навёл его точно на лоб Гнома, который при виде такого действа, на автомате приподнял руки показывая что они пустые.
— Вы чего, мужики? — удивлённо пробасил он, — я же свой.
— Да вот хрен тебя знает, — усмехнулся второй и приказал, — встал спиной. Быстро!
Гном подчинился. А что ещё оставалось делать с голыми руками против двоих вооруженных солдат в узком пространстве да без оружия? Он мог бы ещё пободаться будь те с ножами, но огнестрел…
Поток сумбурных мыслей прервала тупая боль в затылке — кто-то от души проложил Гнома прикладом, отправляя сознание витать где-то на задворках памяти…
Гном очнулся спустя какое-то время все в той же пулеметной вышке, но руки были связаны за спиной, голова болела, особенно затылочная часть и шея, а вокруг, судя по звукам шел бой. Пулемет работал не умолкая, слышались матерные крики пулемётчиков которые недавно его оглушили, а в данный момент поливали противников свинцом.
Гном хотел что-нибудь крикнуть, но понял что в таком гвалте его просто не услышат. Возникла идея снова применить свой дар — старая «установка» видимо слетела в какой-то момент и мужики поняли что в их мозгах кто-то покопался. Отсюда и агрессивное поведение. В общем, сам виноват.
Увидеть что твориться вокруг Гном не мог, потому что лежал на полу. Руки онемели от холода и веревки, зато ноги были свободны.
Один из солдат по прежнему вдавливал гашетку пулемета, а вот второй отрабатывал из автомата куда то за правый борт гнезда. Видимо, тварей оказалось гораздо больше чем выглядело изначально. Или вторая волна пожаловала?
Аккуратно, пока на него не обращают внимания, Гном встал сперва на колени, а потом, гуськом добрался до лестницы. Посмотрел вниз и едва не сел на задницу. Каким-то образом бой перешёл за стены стаба. Прорыв? Но как? Стены были бетонные и высотой метров шести, если не больше. КПП пронесли? Так там тоже пулемет стоит, причем мощнее чем в гнездах. Да и находится он на противоположной стороне стаба.
Гадать можно было сколько угодно, но пользы делу это бы не принесло. Поэтому плюнув на предосторожность, Гном поднялся в полный рост и подошёл к мужику в очках и автоматом.
— Дай мне ствол! — прокричал он стараясь перекрыть грохот тяжёлого орудия.
— А ну сел на жопу и молчи пока я тебя не пристрелил! — быстро глянув на Гнома ответил солдат.
— Я могу помочь! — не сдавался Гном, — они ведь щас с другой стороны сюда заберутся и тогда нам всем кранты! Дай ствол!
— Лента!
— Иду!
Пока менялась лента, Гном терпеливо ждал, но потом плюнул и мысленно приказал тому что в очках:
«Меняешь ленту, развязываешь меня и даёшь второй автомат».
Будто так и должно было случиться, солдат выполнил все что ему приказали, но в момент когда автомат уже почти оказался в руках у Гнома, тот на секунду замер, зло посмотрел в глаза Гному, но все же отдал оружие со словами:
— Ну ты и гнида! Когда отобьемся, я тебе лично зубы пересчитаю!
С этим словами он вновь встал у своего борта и начал палить, выложив возле себя пару запасных рожков. Гном видел что сумка с ними лежит возле пулеметчика. Пригодятся.
Встал возле спуска с гнезда и тут же всадил в начавшую подниматься по лестнице человекоподобную тварь длинную очередь. Та распахнула рот и мерзко заурчала, но пули уже были выпущены и череп треснул, а потом разлетелся, разбрасывая по округе кусочки костей, крови и мозгов. Начал выискивать одиночные цели паля по ним короткими очередями метя в голову и грудь. Поначалу выходило плохо, первый рожок почти полностью ушел в молоко, но пару тварей все же получилось упокоить. Мертвяки как-то не естественно передвигались — прыжками, поэтому вести их было сложно. Из живых гражданских никого видно не было, только трупы, коих на улицах стаба оказалось разбросано уже не мало.
Зло рыкнув, Гном добежал до сумки с патронами и опешил — всего две штуки. Выругавшись весьма грубо и витиевато, взял один рожок себе, а второй положил рядом с рейдеров в очках — он наверняка потратит эти патроны гораздо разумнее.
— Лента! — вновь прозвучал крик пулеметчика.
— Последняя! — ответил ему второй, — дальше только рукопашка, патроны тоже на нуле почти.
— Вторая волна почти закончилась, — успокоил пулеметчик, — ленту спустим, а дальше только стаб зачистить!
Щелчок затвора и вновь заработал тяжёлый калибр. Гном на мгновение встретился взглядом с бойцом, но оба тут же вернулись на свои позиции. Зато в голову ему пришла интересная идея.
Тратить последние патроны Гном не спешил, вместо этого, он старался поймать взглядом скачущих и бегущих по улицам заражённых, мысленно отдавая им одну и туже команду: трижды подпрыгнуть на одном месте. Поблизости никого из заражённых не наблюдалось, а с теми что были далеко разбирались автоматы бойцов на улицах, поэтому он подошёл к левому борту. Вот тут их было столько, что жутко становилось — правда и расстояние приличное. Удастся ли?
Несколько попыток подряд не возымели эффекта, а за ними ещё пара. Гном уже было списал это на иную природу развития тварей, как вдруг, перескочившая через стену совершенно лысая гадина попыталась с ходу кинуться на одного из солдат палящего в противоположную сторону но, сбившись на полушаге, заражённый как по команде начал неуклюже скакать на месте, попутно получая порцию свинца от солдат возле гнезда. Рухнула тварь как раз после третьего прыжка. Получилось!
Рожок Гному все же пришлось опустошить — несколько тварей прошли через стаб и добрались до их гнезда. Пара команд даже возымели максимальный эффект когда когда одному волкоподобному зараженному было приказано напасть на своего собрата и перегрызть тому глотку. Все больше радуясь своей новой способности, Гном не заметил как у него кончились патроны. Но переживать он не стал. Отложил автомат и принялся бегать от борта к борту, выискивая взглядом подходящие цели отдавая им команды нападать на своих же собратьев.
Спустя несколько минут такой беготни, он почувствовал сильную слабость, тело будто одеревенело и перестало слушаться. Он присел на пол. Подполз к спуску и увидел как один заражённых бежит к солдатам, потом, задрал голову, посмотрел на Гнома, заурчал и попытался взобраться по лестнице. Выходило у него слабо, но Гном все же отдал мысленную команду развернуться и бежать к солдатам ни на кого при этом не нападая. Тварь дернулась было в сторону, но тут же передумала и возобновила попытку взобраться.
— Заражённый! — кричал Гном, пытаясь предупредить пулемётчиков, но силы быстро его оставляли, — ЗА-РА-ЖЕН-НЫЙ!
На этот крик Гном потратил последние силы, в глазах потемнело и он отключился, не успев на последок даже помолиться, ведь первым, на кого наткнется этот урод поднявшись по лестнице будет именно он…
Пришел в себя Гном рывком, будто его сознание было автомобилем, а мозг кирпичной стеной. Словно метафора полностью отражала истину — голову его едва не развалила сильнейшая боль пронизывающая мозг вдоль и поперек.
— Лежите спокойно и не делайте резких движений, — порекомендовал сидящий рядом мужчина в строгом костюме.
— Кто ты? Где я? — прохрипел он, пытаясь отлепить язык от нёба. Во рту будто пустыня Сахара раскинулась, пить хотелось зверски.
Будто прочитав мысли, мужик подал небольшую элегантную фляжку вынутую из кармана и терпеливо подождал пока Гном сделает несколько больших глотков живчика, после чего почти силой отобрал фляжку. «Почти» потому что руки Гнома слушались неохотно и ощутимо дрожали.
— Много нельзя, — все так же наставительно сказал мужчина, — Вы наверняка читали брошюру и знаете это.
— Где я? — повторил свой вопрос Гном и в этот раз, игнорировать его не стали:
— У себя в комнате. У Вас сильнейшее истощение, но это уже скоро пройдет. Немного покоя, отдыха, еды и, конечно же живчика и через несколько часов будете как новенький. Почти. Резерв духа Стикса у Вас чуть ниже среднего, и полностью заполнится только к утру.
— Что там случилось? — задал очередной вопрос Гном, чувствуя как дрожь потихоньку унимается и постепенно вспоминая последние события.
— Думаю, у Вас будет время это выяснить, я здесь по другому поводу.
— Поведуйте, если не секрет, — попытался улыбнуться Гном.
— Нам стало известно, что Вы обладаете развитой способностью навязывать иммунным… и не только им, свою волю. По средствам, если не ошибаюсь, разновидности ментального воздействия на сознание. Гипнозом, если Вам угодно, хотя я, как неплохой специалист в данной области, скажу, что это в корне неверное заявление.
— Загнул, — хмыкнул Гном и поднялся с кровати на которой он, оказывается лежал. Прошёлся по комнате, слегка размял мышцы рук, присел пару раз, отжался, поднялся с пола и сел обратно на кровать. Стул был занят нежданным гостем.
— Вы работаете на правительство, — не спрашивал, а утверждал Гном, — пулемётчики меня сдали?
— Йорик и Танкист, — уточнил мужик, — нет, они только доставили Вас в лазарет, но в нем и так не было места. Поэтому было решено доставить Вас сюда. Физически Вы здоровы, а после наплыва заражённых, в стабе очень много раненых. Про погибших говорить не стану. Вы были почти в первых рядах — сами все должны были видеть. Они сказали только то, что какой-то гражданский вломился к ним ещё до начала всей этой бойни и заявил что будет им помогать, а они, вроде как, были не против. Хоть это и было против правил.
— Их за это накажут? — нахмурил брови Гном, но собеседник отрицательно покачал головой со словами:
— Героев у нас принято не наказывать, а награждать… хотя, разъяснительную беседу с ними все же провели. Но мы отвлеклись. Почему Вы не послушали совета знахаря и сразу не пошли к главе стаба?
— Клятва Гиппократа значит, — усмехнулся Гном, — и что теперь со мной будет? Стану вашей шавкой на поводочке и буду гавкать в ту сторону которую укажет хозяин?
— Послушайте, — терпеливо начал мужик в пиджаке, — я вижу ваши эмоции и некоторые мысли. В них нет ничего что могло бы помешать Вам стать полноправным гражданином Камчатки. Я вижу благодарность. Вижу рвение отплатить добром за добро, вижу натуру которой принято наделять героев рыцарских романов… с небольшими попущениями, разумеется. Думаю, именно поэтому, даже не имея документов и личного оружия, Вы, в отличие от других гостей стаба, пошли к пулеметному укреплению и пытались быть полезным хоть чем-то. А когда кончились патроны, израсходовали весь свой запас духа Стикса, или «энергию» как многие любят его называть, до капли, стараясь помочь жителям стаба. Это о многом говорит. Ещё я вижу свободолюбие. Его сложно будет побороть, да и зачем? Вы сделали изначально неверные выводы и приняли неверное решение применить свой дар там, где не следовало. За это Вас нужно изгнать из стаба, потому что человек с такими способностями потенциально очень опасен. Но, как я уже говорил, героев у нас принято не наказывать, а награждать. Сделаем вид что ничего не случилось. Завтра, в два часа дня, когда придёте в себя окончательно, Вас будут ждать на приеме у главы стаба. Побеседуете с ним и думаю, вам удастся прийти к консенсусу. Такой дар как у Вас нельзя оставлять без внимания, поэтому, мы просто обязаны предложить Вам сотрудничество. Подробности узнаете завтра, если не надумаете в кротчайшие сроки покинуть Камчатку. Но я бы не рекомендовал.
— Угрожаешь? — удивился Гном.
Поделиться книгой: