S-T-I-K-S. Шпилька

— Твою!.. — заорал с переднего сиденья Шпон, и в ту же секунду резко затараторил пулемёт на крыше. Буханка покачнулась и, прибавив скорости, принялась мотаться из стороны в сторону.

Шпилька от этого манёвра едва не свалилась на пол, но вовремя успела ухватиться за спинку соседнего сиденья.

— Шпон, что опять за хрень происходит? — взвилась блондинка. — Беспилотник вернулся?

— Нет, так быстро не смог бы. Координаты наши передал, двое с полным боекомплектом у нас на хвосте висят. Попробуем их развлечь.

— С ума сошёл? — завопила Ли. — Надо сваливать, Шпон!

— И остаться без хабара? — примиряющее прогудел Крош. — Да брось, Ли, прорвёмся.

Громыхнул взрыв, буханка опасно накренилась, но Шина сумел удержать машину под контролем.

— Да вы совсем идиоты! На ферму захотели? — Ли смерила Кроша презрительным взглядом. — Это же охота! Поодиночке шанс спастись есть, а с машиной нас гарантированно возьмут!

— Ли, да не кипешуй, — раздражённо откликнулся Шпон. — Не первый раз от беспилотников уходим.

Блондинка витиевато выругалась себе под нос, отложила дробовик и полезла под сиденье. Обратно она выбралась, держа в руках монструозного вида винтовку с мощной оптикой. Шпилька, слушавшая перепалку рейдеров с замиранием сердца, вновь подсела к блондинке.

— Почему ты считаешь, что это именно охота?

— Попадала уже на неё, — криво усмехнулась блондинка. — С… напарником. Сумела уйти.

— А напарник? — предчувствуя неладное, уточнила Шпилька.

Ли отрицательно мотнула головой. Закинула винтовку за спину, подхватила обрез.

— Если не хочешь оказаться в одной операционной со своим крёстным — держись меня, — бросила она Шпильке и крикнула. — Шина, на очередном манёвре прижмись бортом поближе к обочине! Я сваливаю!

— Ли, ты чего? — опешил не ожидавший подобной выходки Крош. — Мы же команда…

— Никому не нужна мёртвая команда! — безжалостно отрезала блондинка. — Шина!!!

— Высади её, — устало и как-то отрешённо махнул рукой Шпон. — Пусть валит. Только без хабара.

— Хабар в задницу свою засунь, — посоветовала уже почти бывшему командиру Ли. — Если успеешь.

Шина, бросив буханку в очередной манёвр, слегка притормозил. Ли открыла дверцу, примеряясь выпрыгнуть.

Шпилька вынула из кармана записку, нащупала ошейник овчарки и сунула сложенный в несколько раз, потрёпанный лист под пряжку.

— Поняла, что нужно сделать?

Овчарка молча махнула хвостом.

— Тогда пошли, — решившись, скомандовала Шпилька и встала.

Крош проводил её обалдевшим взглядом.

Ли прыгнула, кувыркнулась через плечо, подняв с обочины тучу пыли. Следом бесстрашно сиганула Лайма. Шпилька чуть задержалась, борясь со страхом.

— Вперёд прыгай, иначе ноги переломаешь, — неожиданно посоветовал Крош.

Шпилька, выдохнув, оттолкнулась ногами. Гулко бухнуло сердце, отмечая секунду, в течение которой она находилась словно бы в невесомости. А потом в подошвы ботинок с силой ударила обочина. Колени и спина взорвались болью — им никогда не доводилось испытывать подобную нагрузку. Стиснув зубы, Шпилька неуклюже завалилась на бок, гася инерцию, подскочила, намереваясь последовать за Ли. И сразу же, почувствовав укол под лопатку, рухнула, только уже плашмя — тело перестало ей повиноваться.

Со стороны, куда уехала буханка, раздался взрыв. Взвизгнули тормоза, заскрежетал по асфальту металл. И сквозь эту какофонию послышался другой звук — низкий, рокочущий, спокойный.

Шпилька не могла даже повернуть голову, чтоб посмотреть на его источник. Из всех доступных средств восприятия у неё оставался лишь слух.

Вот рокочущий звук приблизился, стал тише — будто двигатель снизил обороты, остановившись. Послышался топот — шаги уверенные, тяжёлые, ритмичные, совсем не похожие на рваную поступь заражённых. Вроде как залязгали затворы.

«Надо было валить раньше, — отрешённо, будто контуженная, подумала Шпилька. — Тогда, может, успели бы».

Но уверенности в этом у неё не было.

Глава 15

Старый знакомый, новый Дар

Как и предупреждала Ли, беспилотники были только первым аккордом охоты. А ещё точнее будет сказать — засады. Первый лишь разведал обстановку, двое других — загнали добычу прямо в силки. Шина был прекрасным водителем, но и змеёныши далеко не впервой охотились на иммунных и опыт в этом деле имели колоссальный.

Военная техника: грузовики, танки и парочка машин вроде той, что возглавляла нападение на элиту в карьере, — выехали на дорогу словно бы из ниоткуда, вынудив буханку рейдеров резко оттормозиться перед внезапной преградой. Шина попытался сдать задним ходом, но и там путь уже оказался перекрыт — беспилотники, синхронно снизившись, зависли над дорогой, наставив на буханку раструбы ракетных установок.

Из окружающего дорогу леса высыпали бойцы в чёрной броне, больше похожей на скафандры с замкнутой кислородной системой. Без колебаний принялись палить по выпрыгнувшим из буханки женщинам. Только вместо патронов они использовали, судя по всему, капсулы с мгновенно парализующим мышцы составом — люди им были нужны живыми.

Буханка, отчаянно метнувшись сначала в одну, потом в другую сторону, вынуждена была остановиться, но рейдеры Шпона, конечно, не собирались сдаваться без боя. Завязалась ожесточённая перестрелка.

Капсулы с парализатором против засевших в буханке оказались бесполезны — они не пробивали ни наваренную сверху броню, ни даже сам корпус неказистого, но оказавшегося крайне крепким автомобиля. Внешники попытались выкурить рейдеров при помощи гранат со слезоточивым газом, но, судя по всему, даже на это Шпону было, чем ответить. Ни один рейдер не покинул буханку, как отстреливались до этого, так и продолжили. К тому же, очень бодро огрызался огнём пулемёт на крыше — достать Марта с земли не получалось, а беспилотники для такой точечной работы, видимо, не годились.

В итоге, сделав несколько попыток выкурить рейдеров, внешники решили смириться с тем, что живой добычи в этот раз окажется меньше, и просто пальнули по буханке из подствольника.

Шпилька, наблюдая за разыгравшейся перестрелкой с обочины, в момент, когда буханка полыхнула огнём, успела мысленно попрощаться с оставшимися в ней рейдерами. Но не тут-то было — кое-кто всё же успел выбраться из горящей машины. Их, на ходу сбрасывающих с лиц защищавшие от дыма противогазы, вновь встретили парализующими капсулами — боеприпас внешники не экономили, палили так, чтоб наверняка.

В итоге из группы Шпона уцелела едва ли половина рейдеров. И то как сказать — уцелела… Март, в результате взрыва попросту выброшенный с крыши метра на два вверх и плашмя рухнувший на асфальт, безо всякого парализатора не подавал признаков жизни, под Шпоном быстро растекалась лужа крови, а у Кроша была неестественно вывернута нога. Остальные тоже не сказать, чтоб отличались здоровьем.

Когда всё было кончено, беспилотники, висевшие над дорогой, набрали высоту, но остались контролировать поле боя. Издалека послышался рёв движка, а в следующую секунду на дороге показался чёрный автобус — нечто вроде так называемого «среднего класса» ПАЗика, только современного. На окнах решётки, на боку — уже знакомая Шпильке эмблема со змеёй и чашей.

Автобус неспешно подполз к неподвижным рейдерам и распахнул единственную дверь.

«Гостеприимство, мать вашу!» — зло подумала Шпилька.

Уже несколько минут её не покидало ставшее почти родным ощущение, будто по коже течёт стеклянистая жидкость. Шпилька больше не удивлялась её появлению, даже наоборот — была ему крайне рада. Стекло, облекая её в никому не видимую плёнку, каким-то образом возвращало телу чувствительность. Рядышком, неуклюже извиваясь всем телом, ползла подальше от разыгравшегося боя Ли — на неё парализатор тоже почему-то подействовал довольно слабо. Шпилька тоже ползла, но не так быстро. Блондинка вообще удивительно ловко управлялась со своим парализованным телом — словно была чемпионкой по спортивному ползанью по пересечённой местности. Или просто уже имела немалый опыт в этом максимально странном занятии — пока Шпилька мучительно преодолевала четвёртый метр, Ли успела добраться до полосы кустарника и скрылась с глаз.

Шпилька с трудом обернулась — внешники, не страдая излишней заботливостью, уже грузили неподвижных рейдеров в автобус. Отчаянно стиснула зубы — не успеть, никак не успеть. Слишком далеко до спасительных кустов. И слишком близко — к дороге. Она словно на ладони, чёрным даже не придётся её искать — достаточно будет бросить взгляд по сторонам.

Пятый метр. Шестой. Седьмой. Тело слушается уже неплохо, но стеклянистая плёнка потихоньку истаивает, и выведение парализующего вещества из организма замедляется. А до кустов ещё ползти и ползти.

Странно, но внешники смотреть по сторонам не торопились. Шпилька ещё раз обернулась и обомлела. К автобусу присоединился тягач, который она видела вчера. В прицеп чёрные деловито перетаскивали обгорелые трупы из буханки, а в клетке, возвышающейся вместо фуры, сидели люди.

Тягач явно был трофеем — уж больно его кустарный обвес контрастировал с хищной, явно серийной техникой внешников.

Погрузка мёртвого груза заканчивалась. Шпилька, не сумевшая преодолеть даже половину пути к укрытию, приготовилась к худшему. И тут с противоположной стороны дороги послышался лай.

«Да беги же отсюда!» — хотела заорать Шпилька, но язык её не слушался.

Внешники отреагировали сразу — наставили стволы в сторону Лаймы. Стрелять не стали — собака вела себя вполне обычно, не урчала, не бросалась. Просто лаяла, привлекая к себе внимание. Причём — издалека.

Один из пленников, сидящих в клетке, вскочил. Вцепился в прутья, разглядывая собаку. Шпильке были видны только спина рейдера да коротко стриженный затылок, но что-то было в нём знакомое и почти родное. А что именно, понять Шпильке никак не удавалось.

Один из внешников дважды махнул указательным пальцем в сторону Лаймы. Двое других, держа оружие наготове, побежали к собаке. Лайма, не затихая ни на секунду, отбежала подальше. А Шпилька, хорошо знавшая свою собаку, поползла прочь с утроенным старанием.

За спиной Лаймы послышался шум, топот и треск ломаемых деревьев. Внешники остановились, крутя головами. А затем медленно попятились. Рейдер в клетке обернулся, зашарил взглядом по обочине с той стороны, где была Шпилька.

«Танк?»

Мгновенная радость — крёстный жив! — сменилась тревогой. Что он тут делает? Почему сидит в клетке, которую Шпилька уже видела до этого? Кто удружил ему заплывшую синевой половину лица?

За то, что внешники до сих пор не обращали внимания на Шпильку, благодарить следовало рейдеров Шпона, отказавшихся сдаваться без боя, и Лайму. А вот Танк собаку узнал, и по её поведению догадался, куда надо смотреть. Остановив взгляд на замершей Шпильке, крёстный сдвинул брови и отчаянно замахал рукой — уходи, дескать, вали отсюда побыстрее.

Шпилька и сама прекрасно понимала — ничего лучше она сейчас сделать попросту не может. И выбор у неё невелик — либо сбежать и всё-таки добраться до Энгельса, либо оказаться в одной клетке с Танком, и тогда помощи ждать будет неоткуда. На Ли рассчитывать не приходится — блондинка, как пресловутая кошка, гуляет сама по себе и без особого повода даже пальцем ради других не шевельнёт. Вполне обычное для Улья поведение, как уже заметила Шпилька. Помогает сохранить собственную шкуру в мире, где смерть всегда стоит за плечом.

Значит, надо послушаться Танка и продолжать ползти к кустам, пока внешники заняты, а матёрые заражённые — зуб можно давать, что это они ломятся через лес, — ещё не добрались до дороги.

До спасительных кустов Шпилька добралась аккурат в ту секунду, когда на дорогу выбрались заражённые. Кого там только не было: топтуны, лотерейщики, матёрые бегуны, среди которых немногим удалось сохранить хотя бы остатки одежды. Ещё какие-то твари, которых Шпилька видела впервые.

— Чего так долго? — вместо приветствия возмутилась Ли. — Чуть не спалила нас!

Шпилька хотела было огрызнуться, но не успела.

— Хорошо ещё, что Дар твой уже проснулся, — добавила Ли. — Иначе там бы и осталась. А теперь давай валить, пока внешники с мертвяками друг другом заняты. Хорошая у тебя псина… была.

— Ещё вернётся, — уверенно, но ещё не очень внятно пробормотала Шпилька. — Не впервой.

— Тогда тем более валим!

— Ли, — зашептала Шпилька. — Там Танк… мой крёстный… В клетке, куда Шпона и других грузили.

Блондинка недоверчиво вытаращила глаза.

— Ты ж говорила, его уже несколько дней как взяли…

— Ну да. А вчера беспилотник внешников охотился на тягач с клеткой. Только в клетке были не люди, а заражённые.

Блондинка задумалась, смешно наморщив лоб.

— Это муровский тягач. Внешники не только на иммунных охотятся, но и на заражённых. Пытаются вырастить послушную элиту, чтоб весь сектор к рукам прибрать.

— Что за сектор? — удивилась Шпилька, услышав незнакомый термин.

— Это вроде зоны из некоторого количества кластеров, потом объясню. Так, получается, твой крёстный у муров тягач угнал? — блондинка не выдержала, усмехнулась. — Крутой! Хотя чего ещё от стронга ждать? Ладно, тут всё равно никому не поможем, себя бы спасти. Ты как, оклемалась?

— Вроде бы, — потрясла головой Шпилька — пока она разговаривала с Ли, паралич почти прошёл, руки-ноги снова повиновались, только немного дрожали.

— Тогда валим отсюда. Надо же, у нас с тобой одинаковый Дар оказался.

— А что это за Дар? — поспешно спросила Шпилька, вставая на четвереньки.

— Не поняла ещё? — удивилась блондинка. — Любые токсины из организма выводить можем быстро. Шпону с парнями ещё как минимум час без движения валяться, а мы с тобой вон, уже на ногах.

Шпилька молча кивнула. Относительно собственного Дара её терзали подозрения, что всё не так просто, но делиться ими с Ли она не собиралась. Блондинка тоже не собиралась разводить долгие разговоры под носом у врага. Пригнувшись, она припустила сквозь кусты прочь от дороги.

Заросли кустарника протянулись примерно на полкилометра, а затем потихоньку сменились жидкой берёзовой рощицей. Тут Ли выпрямилась и помчалась уже со всех ног. Шпилька бежала следом и старательно берегла дыхание, хотя по её мнению, расстояние было достаточным, чтоб внешники не захотели преследовать беглянок. Насколько она понимала, змеёнышам нет никакого смысла шариться по пересечёнке в поисках рейдеров-одиночек. Устроить засаду на организованную группу, задавить числом и превосходством в огневой мощи и технике — вот самая эффективная и наименее рискованная стратегия.

А гонки за одиночками — дело такое, исключительное. Такую погоню надо ещё заслужить — как, судя по всему, заслужил её покойный Сыч.

Пробежав рощу насквозь и выбравшись на окраину небольшого села домов на пятнадцать, Ли остановилась. Опёрлась ладонями на колени, выравнивая дыхание.

— Всё, так далеко они за нами не попрутся.

Шпилька была этому рада. Бежать дальше сил не было, голова раскалывалась, в горле пересохло. Больше всего хотелось лечь прямо здесь и уснуть — только шансов проснуться в такой ситуации немного. Хорошо ещё, живчик, подаренный Адой, не закончился. Из последних сил Шпилька схватилась за фляжку, открутила пробку, сделала два больших глотка, даже не поморщившись.

Голову отпустило сразу, а вот сил почему-то не прибавилось. Ощущение, будто неделю мешки с картошкой таскала без перерывов на сон и еду. Кстати, о еде…

— Пошли, дома обшарим, — глянув на расползающееся кляксами солнце, скомандовала Ли. — Нам с тобой отдохнуть бы не помешало, Дар, знаешь ли, штука полезная, но ресурсы организма жрёт что твой элитник — пустышей. Только ты не расслабляйся, мало ли что в домах встретиться может.

Шпилька скинула с плеча двести третий и сдвинула вниз рычажок предохранителя. Ли, наоборот, закинула за спину винтовку, а в руки взяла свой обрез.

В первом доме не оказалось ничего интересного, кроме пыли и едва ползающего пустыша, на которого Ли даже не стала тратить патроны, только отпихнула ногой в ближайшую комнату и закрыла дверь.

— Он же других позовёт, — удивлённо выдала Шпилька.

— И кто его, такого слабого, услышит? — желчно усмехнулась блондинка. — По ходу, с самого обращения ничего не жрал.

Остальные дома выглядели изнутри примерно как первый, разве что заражённых больше не встретилось. Осмотрев все, Ли снова вышла на улицу и огляделась.

— Туда, — ткнула она пальцем в двухэтажный дом с балконом, стоявший немного на отшибе.

Шпилька была согласна с её решением — дом выглядел приличней остальных развалюх. Бревенчатые стены не испещрены глубокими царапинами, стёкла в оконных рамах целы. Да и внутри царил почти образцовый порядок — будто в момент перезагрузки хозяева были в отъезде. Но, судя по незапертой двери, именно здесь жили те, кто впоследствии оказался на вершине пищевой цепочки местечкового значения. А ещё в этом доме был погреб. Не земляной подпол, а именно полноценный погреб с толстыми бетонными стенами, стеллажами вдоль стен и удобной лестницей.

В него Ли первым делом и отправилась. А вернулась, неся в руках две литровых банки домашней тушёнки, при виде которой у Шпильки призывно заурчал желудок.

— Там ещё полно, — прокомментировала Ли, заметив её взгляд. — Хозяева как будто к концу света готовились. Только не к тому.

Тушёнку умяли быстро, сходили за добавкой. Шпилька уже не удивлялась как возросшему аппетиту, так и тому, что еда уходила далеко не в жир — при таком образе жизни сколько не ешь, всё в дело пойдёт, а не в объёмы. Одно печалит — Лайма пока так и не вернулась. По опыту Шпилька знала — причин этому может быть множество, собака таксиста Володи слишком умна, чтоб просто так взять и пропасть. Но тревога всё равно точила изнутри и стояла комом в горле.

— Так, я дежурю первую половину ночи, — запив тушёнку живчиком, приказным тоном сказала Ли. — Ты — вторую.

Шпилька спорить не стала. Добралась до спальни, завалилась на хозяйскую кровать, с наслаждением зарылась в одеяло. Но сон так и не пришёл, несмотря на мягкую кровать и наличие подушки. До самого начала своего дежурства Шпилька мучительно ворочалась с боку на бок, но стоило ей только закрыть глаза, как перед внутренним взором начинали проноситься кошмарные воспоминания последних дней. И даже попытка посчитать овец не дала результата — овцы представлялись ей исключительно в виде зубастых монстров, покрытых пластинами костяной брони. От таких скорее сердечный приступ получишь, чем уснёшь.

Так что когда Ли, отдежурив свою половину ночи, пришла её будить, Шпилька без сожалений уступила блондинке кровать. Перебралась на кухню, задёрнула все шторы. Из стоявшей неподалёку двадцатилитровой бутыли наполнила чайник. Наудачу чиркнула спичкой, повернула ручку на плите — газовых труб в деревне она не видела и понадеялась, что газ в дом поступает из баллона.