S-T-I-K-S. Нафаня

– Свобода! – выдохнул облегченно, как только из магазина вышел.

И только его покинув – дошло, что забыл им посоветовать дверь зафиксировать. Так они мне мозги засрали, что только сейчас об этом вспомнил.

Сделал было шаг обратно, но тут же передумал!

Выживали же они как-то до меня, протянут и еще одну ночь. Хоть как их еще не сожрали – это остается для меня большим секретом. Мало того, что разговаривают они не сильно голос приглушая, так еще и еду готовят – ароматы приличные, ну и мужики курильщики запахов прибавляют.

Понюхал свою одежду и тут же скривился – пахла она всем только что перечисленным, и особенно сигаретным дымом.

Не порядок!

Убедился, что тварей рядом не наблюдается и поспешил с глаз скрыться, уверен, из магазина за мной наблюдают. Направился в противоположную сторону забега от «не бегуна», и только скрывшись за углом ближайшей пятиэтажки, призвал «Демона». Его наличие я собирался как можно дольше в секрете держать, так как это мой основной шанс на спасение, если вдруг припрет. Ну а сейчас, я прекрасно помню, что после оборота перестаю разным всяким благоухать. Надеюсь и от сигаретного дыма он меня избавит.

– Да ты прикалываешься? – замер я потрясенно, как только снова материальность обрел.

Избавил… дальше слов нет, одни матерные. От запаха избавил, одежду обновил, от карабина и боеприпасов к нему – тоже избавил, демона мать твою да за ногу!

Только что вроде бы держал карабин Benelli, до сих пор его приятная тяжесть в руках ощущается.

Но теперь его нет!

Под ногами нет. Сзади – обернулся, – тоже нет. Нигде его нет! Тогда-то и поспешил проверить, что еще пропало. Кроме боеприпасов – ничего! «Дикарь» в чехле за спиной, – проверил его наличие рукой, а то вдруг тоже только кажется; рюкзак с кое-чем взятым в магазине – на месте, нож на поясе, сбруя всё также на теле, как и подсумки на ней висят, многие теперь пустые. «Демон» заморачиваться с патронами не стал, вместе с магазинами их забрал.

Ох и злость же меня разобрала!

Снова «Демоном» обернулся, всеми силами представляя карабин в своих руках и тяжесть от НЕ ПУСТЫХ подсумков, обрел материальность.

– Сука ты! – выдохнул полностью опустошенный.

Что толку на него злиться, если сам виноват. И да, я примерно понял, что произошло. Вспомнилось, как «Демон» меня от ошейника избавил. Но это не пример, ту удавку я всеми силами ненавидел и снять мечтал, он это и выполнил, но вот флягу с «помойной» наркотой, он да, он ее просто сбросил, хоть она и нужна была мне, но к ней я отвращение испытывал. Он не разбирался! Может сил его тогда на дым наркоту преобразовать, а потом и обратно – собрать, не хватало, вот от излишков он и избавился. И теперь, о содержимом рюкзака и карманов я не думал – просто уверен был в наличии этих вещей – он их и оставил. «Дикарь», тут слова излишни, его я сразу всем сердцем принял, и он тоже на месте. А вот карабин… Да, я рад был его наличию, но и только. Не мое это – огнестрельное оружие. Нет у меня опыта обращения с ним, чтоб как «Дикарю» радоваться. Вот и воспринял его: есть – хорошо, но и без него я бы не страдал.

Черт его знает, что «Демону» в его нематериальную башку взбрело. Может сил на всё не хватает, и от, по его мнению, не обязательных к наличию вещей он избавился; может лень его одолела и в этот раз он не сбросил излишки, а тупо расщепил, так избавился от них; а может и для каких-то своих нужд использовал…

«Сука! Ружье всё же жалко!» – снова настроение поменялось, и недавнее опустошение, чуть ли не апатией сменилось.

Что-либо делать тоже резко перехотелось, а ведь, пока не стемнело, хотел найти какую-нибудь тварюшку и поохотиться на неё, «Дикаря» с карабином в деле испытать. Ну и нужда в этом была, и есть до сих пор: если мы с Леной всё же объединимся с той группой, то имеющейся наркоты надолго не хватит. Женщины спораны добыть не смогут – и это точно, мужчины… пока не знаю. Хоть и не нравятся они мне, но кто их знает, может, в отличие от меня, мужики эти охотники первоклассные.

Будем посмотреть! Одно знаю, если они никакие будут, всё равно до Бастиона мне их придется содержать, так как вполне осознаю, что не только они во мне, но и я в них нуждаюсь. Как прикрытие! Других не факт что найду, а если найду, то не факт что они лучше этих будут. Так что не будем загадывать, посмотрим, как они, переночевав с новыми знаниями, завтра себя поведут. А пока…

Бродить по городу я передумал, зато взглядом нашел балкон, с которого магазин хорошо должно быть видно. Лену на произвол судьбы я всё же не собирался оставлять, и пусть не рядом, а вот так, со стороны, но я за ней всё же присмотрю.

В подъезд соваться не стал, железная дверь на кодовый замок замкнута и мудрить что-то, оно не особо нужно. При входе, над дверью, приличных размеров бетонный козырек, наполовину и лавочки собой накрывающий. Забраться на него – раз плюнуть! С одной стороны простые трубы в качестве опор выступают, с другой – чуть ли не лестницы, скорее всего это решетки для вьющихся растений, пока еще не посаженных.

Вот по этим решеткам я на козырек и забрался, а дальше «Демоном» обернулся и, как я и думал, если есть опора, то легко по вертикальным поверхностям можно лазать. Сейчас в качестве опоры труба ливнестока выступала. Дымом обернулся вокруг неё и, как будто по ровной дороге, легко и просто на пятый этаж забрался. Осталось только, опираясь на подоконник, соседнего с балконом окна, на сам балкон перебраться.

«Оп-па! А ты откуда взялся?»

Внизу, среди деревьев и стоявших под ними машин, возле еле живой детской площадки лотерейщика заметил. Ну, думаю что лотерейщик, теперь постоянно сомневаюсь в этом. Не матёрый, как Пурген, мышцами не перегружен, да и ростом не блещет. Но и с простым пустышем его уже не спутаешь, на его голой туше хорошо видны произошедшие с ним изменения. Да и морда лица, если воображение подключить – на волчью будет похожа, из-за выдающихся вперед челюстей.

Хищник, мать его!

Да, именно хищник – об этом все его повадки буквально кричат. Не расслабляется, тварь такая, готовый в любой момент сорваться в стремительный забег. Глазами по сторонам так и зыркает, выискивая добычу. Ну и, судя по легким подергиваниям головы – про нос не забывает, на запахи тоже внимание обращает.

Ну а то, что он не спешит дальше двигаться, получается я его как-то привлек, меня он ищет. Скорее всего жрач успел почувствовать ароматы еды и сигаретного дыма, пока я от них не избавился. Ну и вполне мог услышать, как я, пусть негромко, «Демона» поносил.

И вот тут возникает вопрос: как магазинных обитателей другие твари еще не попалили? Те там, не знаю откуда взявшуюся, печку на полную используют, баллон газа стремительно опустошая для готовки еды. Мужики, как и говорил уже, курят как паровозы. Бабы же болтают, голоса практически не снижая.

Во всяком случае, при мне так было.

«Ворожит им кто-то», – вспомнил я подходящее выражение.

Другими словами их удачу не объяснишь.

Тут мои мысли прервал лотерейщик: надоело ему меня в дымном состоянии, да еще и под «хамелеоном» выискивать. И он, всё также зыркая по сторонам, двинулся вперед. Судя по направлению, направился на выход и, падла такая, в направлении магазина.

«Всё же запах его ведет, – наблюдал сверху, как он обнюхивает место, где я крутился, карабина лишившись. – Проложил я ему дорожку к магазину».

Дальше ждать не стал! Почти не касаясь трубы водостока, дымным прозрачным облаком слетел вниз, растекся по подъездному козырьку, тут же обретая материальность. Лежа, стараясь не шуметь, достал из-за спины «Дикаря», зажал его в руке и сразу же опять дымом обернулся. Не забыл и про «хамелеона». От апатии не осталось и следа, сейчас себя я уже хищником ощущал. Адреналин, хоть я и в виде дыма нахожусь, но из несуществующих сейчас ушей чуть не лился. А вот сердце не колотилось, и трудностей с дыханием не испытывал. Азарт, легкая опаска, предвкушение есть, а вот сопутствующих этим эмоциям реакций организма – нет.

Ну и вывод: «Демон» просто создан для охоты, а не только для безопасного передвижения и возможности откуда-то когда-нибудь смыться. Это я сейчас всем своим нутром ощутил. Ну и, хоть в этом сомнения и есть, но похоже для того «Демон» от карабина и избавился, чтоб я всё это прочувствовал и понял.

Выбросив дымное щупальце к краю козырька, я посмотрел с помощью него на лотерейщика. Он как раз закончил обнюхивать место моей остановки и по моим, еще пахучим следам, двинулся дальше.

Ну и я время терять не стал. Соскользнул хищным облаком на землю... облом, ускоряться и «прыгать» в виде «Демона» не получается.

Пофиг!

Дымное облако выстрелило вверх, собираясь и уплотняясь в виде фигуры. Обрел материальность и сразу же в ускорении вошел, «прыгнул» вплотную к лотерейщику с уже занесенным для удара «Дикарем».

– Ха! – выдохнул, уже после того, как шип вошел в споровый мешок твари.

Вот тут-то я все соответствующие реакции организма и ощутил. И сердце бухает, не только в груди, но и в голову отдает. И дрожь в руках, да вспотевшие ладони с легким тремором от переживаний. Ну и радость, она просто зашкаливала: обрел я уверенность в себе, которую было потерял, после последних неудач и последующих за ними забегов.

Чудом сдержался и криком всё это из себя не выплеснул.

С трудом взял себя в руки: еще ничего не закончилось! Вытер ладони о штаны и за ручку торчащего из бошки жрача «Дикаря» взялся, которую выпустил, когда тварь, внезапно сдохнув, упала. Вспомнил действия Мыша, провернул его, отчего в голове у лотерейщика что-то противно хрустнуло, зато после этого действия топор легко выдернул.

И тут же скривился.

Перестарался. Мало того, что от моего молодецкого удара споровый мешок внутрь смялся, так еще и шип глубоко в череп твари вошел.

Достал из кармашка рюкзака салфетки, как чувствовал, что пригодятся, прихватил в магазине. Первым делом «Дикаря» обиходил, чистоту навел, убрал его на свое место, а взамен из ножен нож достал.

Пусть и смятый, но споровый мешок сейчас в деталях сумел рассмотреть. Этот нарост на затылке, на паразитный гриб на дереве похож: дольчатая, серая, противоестественная на теле хрень.

Противно! Брезгливо! Вызывает тошноту, при одной только мысли, что и у тебя на затылке точно такое же могло вырасти.

Ножу нарост легко поддался, вскрыл его по углублениям «долек», раскрыл розочкой и повторно скривился. Старт говорил, что внутри сухо и споровый мешок паутиной черной набит. Но всё это не в моем случае – лупанув от души и пробив башку, я споровый мешок еще кое-каким содержимым наполнил. Вот и приходится теперь в мозгах копаться.

Но хоть не зря копался! Две виноградинки нашел, а значит еще один литр наркоты у меня будет.

Вытер салфетками руки, потом нож, и чертыхнулся, обернулся дымом и тут же материализовался уже чистым.

«Многофункциональный товарищ этот демон. Как я его только не использую», – хмыкнул я про себя.

Настроение преотличное! От недавнего опустошения и апатии, и следа не осталось. И если бы не ночь, уже почти вступившая в свои права, то дальше бы на охоту отправился. Хоть и понимаю… уже прогресс – начал иногда понимать, а не как обычно, – снова хмык под нос, – что такое настроение «всех порву, один останусь» не к добру.

Как бы не переоценить себя.

Так что не только магазинным обитателям, но и мне тоже нужно всё случившееся переночевать, обдумать и уже потом, со спокойной головой действовать дальше.

Но вот с переночевать возникли проблемы, заснуть не мог! Яркая лунная ночь, всё еще плескавшийся в крови адреналин и мысли в голове, не давали этого сделать.

Ничего нового придумывать не стал, как и менять прежние планы, используя прошлый способ, на балкон легко взобрался. А там, такое ощущение, уже всё для моего прихода подготовлено было. С одной стороны он разным хламом был забит, коробки там какие-то стоят, зато в другом его краю мягкое кресло меня ждало, пусть и слегка не товарного вида.

Но мне пофиг!

Пепельницу, стоявшую на подоконнике, выкинул, скинул на пол рюкзак, на него сверху «Дикаря» положил, и в этом кресле развалился расслабившись.

Удобно!

Чуть посидел, никакой реакции из квартиры не дождался, пустая, после чего окончательно расслабился. Но, видимо, всё же не до конца. Стемнело быстро и ненадолго, вошла яркая луна, осветив своим потусторонним светом всё вокруг.

Вход в магазин отсюда действительно было прекрасно видно, так что я, как и хотел, за магазинными обитателями приглядывал. Ну и, раз заснуть не получается, открыл рюкзак и достал из него запасы, которыми в магазине затарился, под удивленно-насмешливым взглядом Лены.

Фисташки!

Любимые мои орехи, которых я никогда не наедался. А тут, видимо халява голову вскружила, и я их чуть не полный рюкзак набрал. И вот теперь, сидел на балконе и тихонько щелках их, чувствуя себя в раю.

Тихо, спокойно, никто тебя не дергает и не душит монструозной грудью.

«Хех», - хмыкнул я про себя, отчетливо вспомнилась привлекательная грудь Лены. И даже пожалел, что не согласился ее, то есть Лену, с собой взять, хоть она и просилась. А вдруг бы выгорело?

Тряхнул головой, отгоняя столь реалистичное видение, не иначе луной навеянное. Поменял положение в кресле, устроился более удобно, и принудительно об лотерейщике подумал.

Помогло!

Лишние, в данный момент, фривольные мысли из головы улетучились, начал более конструктивно мыслить. В том числе и о «Демоне». Как нашептал кто-то, что мы с ним столь слаженно работать начали, и не для спасения – для охоты. И пусть без ускорения, фигня вопрос, дым и так достаточно быстро по земле стелется, быстро идущего человека легко нагонит. А большего для охоты и не надо. Порадовал и быстрый призыв «Демона» и чуть ли не слету обретаемая материальность. Мы с ним, кажется, окончательно слились.

– Вернулся, всё же? – именно таким вопросом меня пузан утром встретил. – А оружие твое где?

Сразу срисовал, надо же, что я без карабина вернулся.

– Потерял, – ответил, хоть и не хотя, но почти честно.

Не рассказывать же ему, что карабин демон съел? Он и так меня, после рассказа про наркоту, не пойми кем считает. А если я сейчас про призываемых демонов начну рассказывать...

– Ну-ну, охотничек, – и такая усмешка сожалеюще-брезгливая у него на лице промелькнула, что я не выдержал.

– Да что б ты знал! Сидите тут у баб под юбкой! А я лотерейщика завалил и два спорана добыл.

И тут же пожалел о своей вспышке, ведь ясно же, что спецом провоцирует. Только зачем ему это? Додумать эту мысль я не успел.

– Ты, молодой, язык попридержи, – в первый раз услышал, как худой заговорил. И теперь он мне тоже не нравится, по характеру, ничем от пузана не отличается, наверное, потому и держатся парой всегда. Нашли друг друга. – Не дорос еще пасть на старших разевать.

И так, с намеком, автомат поправил.

«Похоже мне здесь не рады, – внезапно дошло до меня. – Только почему одни мужики, где женщины? Где Лена?»

От недобрых предчувствий автоматом в ускорение вошел, так, на всякий случай.

– Ты, малек, место свое знай, – поддержал худого пузан. – Ну и раз ты не пустой, то доставай свои спораны, заплатишь за гостеприимство и постой. А то вчера сожрал столько...

Слушал и не верил тому, что слышал! Они что, урки какие-то, решили меня на гоп-стоп развести? Я же вчера им сам, без всяких просьб с их стороны, последний споран отдал и вместе с тетей Любой из него им наркоту развели. Один себе развел и один, последний, им.

– Пузан, а ты не охренел часом? – высказался я немного грубей, но то неважно, всё благодушное с утра настроение как ветром сдуло, от таких просьб. – У вас вон, автоматы есть, так идите и у монстров попросите, они поделятся.

– А если подумать? - и эта падла жирная автомат с предохранителя снял и на меня направил.

– Слышь, пухлый, если не угомонишься и не уберешь ствол, я тебе в жопу его засуну, – предупредил, готовый в любой момент с места сорваться.

Я всё надеялся, что бабы сейчас подтянутся, но они не подтянулись. Не зря эти два придурка негромко разговаривали, и я, вслед за ними и по привычки, голос приглушал. И угомоняться они не захотели, услышал, как щелкнул рычаг предохранителя на автомате у худого.

Больше они сделать ничего не успели! Да и разговаривать смысла больше не было. Резко ускорившись, несколько шагов вперед, перехватил автомат пузана за ствол, небольшое усиление и его же оружием ему в лоб заехал, отчего он на задницу приземлился. Я же сразу «прыжком» переместился к худому и повторил ранее сделанное. Только в этот раз автомат у меня в руках остался: прежде чем тот упал, я успел с него ремень сдернуть.

Ускорение – это всё же вещь! Противники мои против меня как деревенский парень против мастера спорта, пока замахнется, пока ударит, тот из него уже отбивную сделает. Но не все в этом мире деревенские, хватает не только мастеров, но и олимпийских чемпионов. Так что нос я не задирал, понимал, чем это аукнуться может. Да и вообще, я не конфликтный, но с некоторых пор очень не люблю, когда в меня стволами тычут, а тем более стреляют. Аллергия у меня на это действо.

Автомат с предохранителя уже снят, осталось на всякий случай затвор передернуть. Что я и сделал, проследив как вылетевший патрон по мраморному полу со звоном покатился.

И вот тут меня чуть не накрыло окончательно.

Оружие к бою готово, они похоже реально меня валить собрались. От бешенства даже в глазах потемнело, и я уже собрался с ними сделать то же, что и с напарниками Старта. Без всякой жалости!

Не успел!

Взвыла корабельной сиреной тетя Люба, так и не понял откуда она взялась.

– Коля!.. – и дальше, мать перемать, да громко так, что я даже скривился и, злость на этих тварей почти прошла, сейчас я больше боялся, что на крики со всего города твари сюда сбегутся.

Пухляш Коля на удивление быстро в себя пришел, видимо лоб у него чугунный. Очухался и тоже матом в полный голос в ответ, только не на меня, а на тетю Любу.

Я охренел настолько, что даже не сразу их заткнул.

– Заткнулись все! – всё же пришел я в себя. – Достали! – Меня аж затрясло, сейчас я ненавидел их всех: и мужиков, и тетю Любу. – Где Лена? – Обвел их всех, резко замолчавших, налитыми кровью глазами. – Лена где, я вас спрашиваю?

Лена нашлась сама! И не только она, все остальные женщины тоже на крики прибежали. И я тут уже, как от зубной боли, скривился, столько шума, криков, ругани…

– Что случилось? – Лена всё же сумела ко мне пробиться, мимо столпившихся и голосивших на пороге склада женщин.