Помоги проекту - поделись книгой:
Но то ладно, женщине я не сильно удивился, уже понял, что по квартирам и магазинам не только зомбаки сидят, но и иммунных тут хватает. Меня сейчас другое привлекло, да так, что впору начинать шептать: «Моя прелесть!»
Мышь, закинув за плечо винтовку, достал из-за спины закрепленный там в хитром таком чехле топорик на длинной ручке, у которого вместо обуха приличных размеров граненый шип торчал. Взмахнул топором, приноравливаясь, он, резко ускорившись, сорвался с места, сделал пять шагов вперед и опустил топор на голову самому шустрому зомбаку, первым до них добравшимся.
Вот в этот топорик я и влюбился с первого взгляда, заворожено наблюдал, как Мышь, видно, что действует привычно, немало голов сокрушил, слегка провернул и выдернул так нужного мне «Дикаря» из бошки упавшего замертво зомбака, после чего обернулся посмотреть на своих напарников.
А там не очень красивые дела происходили.
Иммунной сначала активно руками махали, подзывали, да всячески успокаивали и подбадривали, но стоило ей только из окна вывалиться и к ним приблизиться, как ее беспардонно облапали, хохоча от попыток женщины вырваться.
– Какая кобыла, а? – Лысый одной рукой обхватил ее за шею, другой вцепился в грудь, сильно ее сжав, радостно при этом ухмыляясь.
Оценив одну, а потом и другую грудь, он толкнул женщину к брюнету, где то же самое повторилось, только предварительно тот ей смачную такую пощечину отвесил, чтоб не брыкалась. Она и прекратила вырываться, даже с моего места было видно, что поплыла, с трудом на ногах удержалась. Впрочем, упасть ей брюнет не дал, это он на жемчуг внимания почти не обратил, а женщине полноценно внимания уделил, крепко держа и чуть ли не полностью ее обследовав.
Это явно не хорошие парни!
Хоть Мышу это зрелище явно понравилось, лицо улыбкой так и расцвело. Но улыбался он недолго, снова обернулся к приближающимся зомбакам. И тут уже не до веселья ему стало: «Дикаря» выронил из рук – от приближающейся толпы им не отмашешься, снял с плеча винтовку и приготовился стрелять.
Но стрелять не пришлось! Лысый с брюнетом, как оказалось, бдительности не теряли, и как только зомбаки опасно близко приблизились, прекратили «знакомство» с иммунной, ловко стянули ей руки пластиковым хомутом и, окликнув Мыша, все дружно скрылись внутри стального «ежика».
Мышь, падла, прежде чем поспешить за лысым и брюнетом, «Дикаря» не забыл подобрать… тем хуже для него.
О, да! Теперь меня совесть мучить не будет, как в случае с Лисой. Чувствуя вину перед красоткой и совсем немного перед Шатуном я, наверное, именно поэтому белую жемчужину еще и не оприходовал, а не только из-за того, что не знаю какой способности еще возжелать. Но вот перед этими, даже людьми их не могу назвать, я никакой вины испытывать не буду.
Так что посмотрим, куда они направляются. Не знаю, получится ли у меня женщину из их лап вырвать, так как понятия не имею, сколько там человек в этих стальных гробах еще находится, но вот «Дикаря» у них я точно реквизирую, уверен, шанс представится. И нет, с людьми я связываться не боюсь, в отличие от тварей, страха перед ними, даже вооруженными, я не испытываю.
– Черт! Тьфу, – сплюнул я ставшую вдруг горькой слюну.
Стоило этим нелюдям скрыться внутри, как машины сразу же тронулись с места. На шедших навстречу по дороге зомбаков водители внимания даже не обратили. Слушал, как трещат кости под колесами, перемалываясь в труху. Теперь понятно, почему у них снегоотвалы липко блестят, не первых тварей они так таранят.
С этого момента и началась настоящая тренировка. Зомбаков на выстрелы и звук мотора приличная толпа со всех сторон подтягивалась, каких-то машины давили, другие же за ними следом тащились. Вот и приходилось мне, чуть ли не толкаясь плечами с пустышами, на полную способности задействовать, чтоб меня эти твари не попалили.
Одно не мог понять, откуда их столько взялось? Вроде совсем недавно круги тут наматывал, от «не бегуна» драпая, так только изредка пустышей встречал, а тут повылазили.
И не только пустыши повылазили, машины еще несколько раз останавливались, иммунных подбирали. Всё же не всех съели, прячутся люди по квартирам, а эти «не люди» и рады, хоть руки особо уже и не распускали, но лица довольством так и сочились, когда очередную жертву пластиковой стяжкой связывали.
Один раз к ним пара иммунных выбежала, мужик и парень, чуть меня постарше. Так молодой, видимо, что-то неладное заподозрил, еще до связывания убежать от них попытался… пристрелили его не задумываясь, гоняться никто не стал. Брюнет с одного выстрела ему в голову попал, на радость зомбакам. Эти твари, как только доковыляли, так сразу тело еще недавно живого парня собой и накрыли, буквально растерзали его у меня на глазах, радостно при этом урча.
– Убью! – именно такое решение принял, после расстрела пацана.
Ненавистью чуть крышу не сорвало, подобное я только к броненосцам и Котычу раньше испытывал. Но тогда я мало что мог поделать, сейчас же…
– Не просто убью, а зомбакам живьем скормлю.
Теперь уже с конкретной целью, а не просто «Дикаря» добыть, вернулся во дворы и последовал следом за этой нелюдью, что иммунных, как урожай собирали, ожидая подходящего момента.
Машины тем временем пересекли шоссе, что через весь город проходит и по которому я сюда пришел, проехали мимо госадминистрации, потом техникума, переехав толпившуюся возле него толпу зомбаков, и поехали дальше.
Они то поехали, а вот мне пришлось это сборище стороной обходить. Хорошо, что машины громкие, потерять их затруднительно, а тут еще, судя по рычанию движков, они налево свернули, так что дворами, срезав угол, я их довольно быстро нагнал.
Но вот глазами их увидеть не успел! Только собрался «демона» призвать и из-за угла выглянуть, как там загрохотало.
Да еще как загрохотало!
– Мать! – сбросило с меня «хамелеона» от неожиданности, хорошо хоть зомбаков матерых в этом дворе не было, а то снова пришлось бы в беге с ними соревноваться.
Прыжком переместился к самому дому, призвал «демона» и уже в дымном состоянии вдоль стены к углу здания направился. При виде открывшегося зрелища сразу Лиса вспомнилась, как неизвестные мне из ее группы внешников ракетами глушили. Вот и тут что-то подобное сейчас происходило. Кто-то выполняет данное мной обещание, этих нелюдей грохнуть.
Интересно кто? Стрелять стреляли, но кто именно, непонятно, так как рассмотреть никого из них не получалось.
Машины нелюдей дымили скособочившись, но сами они живы, пулеметы, захлебываясь, отвечали, да и из бортовых бойниц тоже постреливали.
Вскоре и остальные пулеметы нелюдей так же загасили, реально этих тварей сейчас кто-то ухайдохает, будет зомбакам раздолье. Только вот, – осмотрелся я по сторонам, – зомбаки пропали. Еще совсем недавно толпа следом за машинами следовала, а тут вдруг испарилась. Видимо подсознание у них всё же работает: если стреляют – нужно валить в сторону, а вот потом…
Неизвестные тут же перенесли огонь на них, но не тут-то было. Завороженно смотрел, как лысый, взмахнув перед собой рукой, вызвал какое-то марево, которое полусферой растеклось перед ним.
Реально щит! Лысый и руку перед собой согнутой оставил держать, как будто этот щит на нее надет был. И он реально защищал, увидел, как по щиту густо всплески от попаданий пошли, но пробить не смогли.
Брюнет за спиной у лысого спрятался, положил руку ему на плечо и начал отступать назад и в сторону, вертя головой во все стороны, принялся сосредоточенного на защите лысого из-под огня выводить. Видно, что не первый раз они так действуют, сработанная пара. Еще несколько человек… не человек – нелюдей, из машин выскакивали, но далеко уйти у них не получилось, неизвестные довольно метко стреляли, тут же гасили этих бегунов, но вот эту пару завалить так и не получилось – ушли. Под защитой щита дошли до домов и тут же рванули в проезд между ними, скрываясь с глаз.
Он на миг исчез внутри машины, но тут же показался, таща за собой иммунную, которую первой на моих глазах подобрали. Эта тварь низкорослая ею прикрываясь, чтоб не дергалась волосы на руку намотал, следом за лысым направился.
По нему никто не стрелял, давали уйти! Но и преследовать, я так понял, никто не собирался.
Отогнали и норм всё!
Впереди, насколько я сумел рассмотреть, возле трехэтажного дома машины ментовские стояли, скорей всего участок полицейский. Вот его, видимо, и потрошили эти неизвестные, когда нелюди к ним завернули. Как завернули, так и огребли, но целью всех положить мародеры не ставили.
А вообще, я прозревал! Мертвый город, называется, даже зомбаки типа пропали, никого не видно. Да тут жизнь полным ходом идет! И иммунных хватает, прячутся, и мародеров, даже не знаю сколько их тут сейчас. Не удивлюсь, если за моими забегами не одни глаза наблюдали, но помогать и не собирались. Я уже понял, что в этом мире человек человеку волк. Что сейчас и было продемонстрировано: к ним сунулись – огребли, но женщину никто и не подумал спасать, на хрен она тем неизвестным не впала, их только свой хабар интересует.
Зато меня интересует, правда тоже не женщина… в данный момент не она, если уж быть до конца честным. Мышь надумал с моим «Дикарем» смыться! Так не пойдет, тем более я пообещал этих нелюдей грохнуть. Так что…
«Демон» меня всё больше и больше радовал, моя бы воля, вообще бы его не развеивал. Но, хоть сил он и меньше полноценного «хамелеона» тянет, но всё же тянет. Так что не судьба мне в полной безопасности по городу передвигаться. Хоть теперь, при нужде, я уже не буду сомневаться – получится или нет? – сразу дымом обернусь.
Глотнул наркоты и устремился вслед за моим «Дикарем», благо Мышь, от души ругаясь, не успел далеко убежать, так как иммунную и не думал отпускать. Тащил ее за собой, всё также держа за волосы, испуганно при этом головой вертя. Видимо хотел ее, при нужде, снова в качестве щита использовать.
Увидев куда он направляется я, вернувшись чуть назад, прикрываясь пятиэтажкой поспешил ему наперерез, одновременно думая, как его обезвредить. Сразу ножом тыкать… как-то не по себе мне вот так сразу живого человека резать, хоть злость на него никуда и не ушла.
– Ха! – увидел, что мне поможет с Мышем справиться.
Перед пятиэтажкой клумба разбита была, вот ее белым кирпичом и огородили. Выковырял один, взвесил в руке, то что надо, и поспешил дальше, Мыша уже во всеоружии встречать.
Успел вовремя! Стоял, к стене привалившись и задействовав «хамелеона» на полную, слушал как попискивает от боли женщина, и Мышь довольно громко испуганно сопит, приближаются ко мне.
Вот они вышли из-за дома – Мышь всё также одной рукой за волосы тащил за собой полусогнутую женщину, в другой же держал свою винтовку. Головой, что истребитель, вертел во все стороны, выискивая опасность и, видимо, гадая, куда лысый с брюнетом подевались. Но их и я потерял, к сожалению, когда сюда добрался, их уже и след простыл.
Убедившись, что опасности нет, Мышь направился дальше, проходя мимо меня.
– Ты, падла, куда моего «Дикаря» понес? – сбрасывая «хамелеона» и одновременно делая шаг вперед, срывающимся от злости голосом спросил я у него.
– А? – только и успел он недоуменно обернуться на мой голос, не ожидая с кем-либо повстречаться.
– На! – ускорившись, впечатал ему кирпич в лицо.
Перед тем, как его нос провалился внутрь лица, успел еще увидеть, как у него глаза испуганно расширились. Но моей скоростью эта тварь не обладала, так что только испугаться и успел.
Не зря на зомбаках тренировался, пригодилось: смотрел как глаза у него закатились, ноги подогнулись и, где стоял, там и сложился кучей того, чем он и являлся.
– Ай! – в очередной раз взвизгнула женщина.
Мышь даже в бессознательном состоянии не думал ее волосы отпускать, потянул вслед за собой.
– Сейчас, подожди, помогу, – отбросив кирпич в сторону, поспешил я к ней.
Но она, такое ощущение, меня не услышала, тихонько плача, пыталась освободиться, не понимая, что вообще происходит. В полнейшем шоке дамочка: рефлекторно сопротивляется, но глаза, залитые слезами, пустые, ни капли мысли в них не просматривается. Но это и неудивительно, сколько ей бедолаге пришлось за столь короткое время пережить. Судя по виду – майка разорвана, вывалила свое богатство на всеобщее обозрение, – не только лысый с брюнетом снаружи, но и те, кто в машине были, с ней близко познакомились. А потом еще и под обстрелом побывала, даже представлять не хочу, как оно там, в том «стальном гробу», всё происходило, но контузию она точно заработала. Из-за чего и не понимает еще, что судьба в очередной раз поворот сделала и она уже не пленница уродов.
Время терять не стал, пока освобожденная мной девушка – вблизи рассмотрел, что ей не больше двадцати пяти-тридцати лет, женщиной уже не поворачивается язык ее называть, – на пятую точку свалилась и недоуменно на меня пялилась, я к Мышу подступился. Тот кровушкой из расплющенного носа прилично так фонтанировал, так что я боялся, что он нужные мне вещи ею зальет.
Первым делом от сбруи его избавил – фастексы, один, другой, третий, из какого-то более жесткого пластика, чем я привык, с трудом пальцами сдавил, замки разомкнул. Поясной ремень, чтоб с ним не возиться, ножом в нескольких местах разрезал, после чего разгрузку с Мыша легко стащил. Что на ней навешано, потом разбираться буду, главное «Дикарь» теперь у меня. Но и от выроненной Мышем винтовки отказываться не собирался – подхватил ее с земли и на плечо себе повесил. Больше брать ничего не стал, как и обыскивать его, побрезговал.
Перевел взгляд на освобожденную, что продолжала перед собой тупо смотреть, снова на Мыша, но быстро отвел от него взгляд и принялся по сторонам осматриваться. Настраивался я не долго, понимал, что сделать это я должен. Сбросил на землю сбрую, сверху положил винтовку, достал из ножен нож и к Мышу направился.
Глава 14
Нож в глазницу невероятно легко проскочил, стоило мне на него немного надавить. Мышь, до этого тихо лежавший, выгнулся дугой, но тут же опал, уже бездыханный, только мелкие судороги по телу прошли.
Этот момент мне потом не раз будет сниться. Вроде и на трупы насмотрелся, сейчас внимания на них почти не обращаю, фоном идут, и убивать приходилось… Ножом живых людей еще не резал!
– Попробовал, называется! – вытер губы, в этот раз всё же вывернуло, не сумел содержимое желудка в себе удержать.
Как ни противно на душе, но страдать фигней было некогда. Не удивлюсь если в этот район сейчас твари по матёрей простых пустышей на шум недавнего боя подтягивается. Так что нужно было срочно уходить с открытой местности, отсидеться где-нибудь в более подходящем месте. Ну и, если честно, хотелось убраться от этого собственноручно организованного трупа подальше, чтоб больше не смотреть на его одноглазую окровавленную морду.
Скривился от отвращения, выдернул из глаза Мыша нож, повторно скривился и поспешил его об одежду трупака вытереть, прежде чем в ножны отправить. Вертя головой во все стороны, вытащил из рюкзака флягу с живцом, полил на руку и умылся, потом напился, предварительно рот прополоскав, и только после всех этих процедур снова на обузу посмотрел.
У спасенной мной девушки проблеска сознания в глазах так и не появилось. Сидит покачивается, из глаз слезы льются, но ни на что не реагирует. Боялся, что она с ума сошла, потому мысленно обузой ее и назвал.
Не убирая живец, достал флягу с наркотой – если иммунная, то она ей требуется, – присел рядом с ней и попытался напоить.
– Стой, стой, стой! – как кукла, вначале не сопротивляясь, нехотя глоток сделала, половину на грудь себе пролив, а потом ожила, так вцепилась, что флягу из ее рук еле вырвал. – Нельзя много! На, живца… воды попей.
Предварительно обмыв горлышко, отдал резко пришедшей в себя девушке флягу с «живой» водой, убрав в рюкзак с наркотой. Девушка действительно пришла в себя: флягу с водой взяла, но пить не спешила, подобралась вся, готовая снова отпор давать, только пока не могла сообразить – кому. Головой испуганно завертела, пока на Мыша взглядом не наткнулась и тут же, ладонью рот прикрыв, прикусила ее, чтобы не закричать, наверное.
– А? – попыталась она что-то сказать.
– Потом! Всё потом! – прервал я ее. – Пей воду и дергаем отсюда! А то нас тут сожрут скоро.
Как же, услышала она меня.
– Что с ним? – с трудом оторвала она взгляд от Мыша, перевела его на меня.
– Умер он, – озвучил я очевидное, в очередной раз скривившись.
Лет до тридцати ей, как и думал, вряд ли больше. Это хорошо видно, несмотря на ее потрепанный в данный момент вид. Да и грудь торчком стоит, не обвисшая, видно, что не силиконовая подделка, натур продукт, не успевший потерять товарный вид.
Увидев куда я пялюсь она руку от рта убрала и быстро ею грудь прикрыла, а я чертыхнулся про себя, нашел время залипать.
– Уходить отсюда надо, – повторил ранее сказанное.
– Ты кто такой?
– Нафаня я, – уже со вздохом ответил, совсем меня не слушает.
– А?
– Имя моё такое. Нафаня!
Давно решился именно так себя назвать, раз старые Земные имена здесь не в ходу. А Нафаня – привык я к нему, так что пусть будет, раз есть возможность самому себе имя выбрать, а то обзовут еще непонятно кем.
Ответил в последний раз, решил заканчивать с болтологией. Больше не обращая на дамочку внимания, закинул рюкзак за спину и принялся трофеи собирать, а то действительно сидя тут тварей дождемся. Так что, как только подобрал сбрую с «Дикарем» и винтовку Мыша, без разговоров направился на выход из этого двора. Если не ошибаюсь, то в том направлении должна центральная улица находиться. Мне именно туда и нужно.
Не оборачиваясь, усмехнулся довольно, услышав за спиной торопливые шаги. Не захотела с дохлым Мышем оставаться, без всяких уговоров и лишних разговоров за мной пошла.
– Там…
– Я вижу! – не оглядываясь, ответил ей. – Быстрей давай, это первые ласточки.
Как я и думал, зомбаки всполошились и решили пойти проверить, что им там после стрельбы достанется. Мы как раз одну длинную пятиэтажку обходили, вот с другой стороны ее тоже оказывается обходили, показались с противоположного края дома двое пустышей.
Аккуратно выглянув из-за угла, убедился, там оказывается чуть ли не вся еще недавно бывшая у школы толпа мигрирует. При виде этой молчаливо марширующей колонны зомбаков у меня волосы на голове дыбом встали, и я, мгновенно осипшим голосом...
– Туда! – указал спасенной другое направление движения. – И бегом!
Судя по раздавшемуся сзади приглушенному писку, спасенная всё же не удержалась и тоже посмотрела, кого я там такого страшного увидел. Быстро меня нагнала, и пока обходили мигрантов, чуть ли не в затылок мне дышала, больше ни на шаг не отставая.
Не ошибся, миновав еще один двор мы на центральную улицу выбежали.
– Стой!
Здесь, как ни удивительно, тварей почти не было, видимо все уже во дворы уковыляли. Но всё равно, бездумно выскакивать на открытое, просматриваемое со всех сторон пространство я не стал. Нужно сначала осмотреться.
А стоило начать осматриваться по сторонам, как взгляд сразу наткнулся на всё также неприкрытую грудь спасенной.
Поделиться книгой: