Мы пошли дальше по коридору, пару раз сворачивали то направо, то налево. Вдруг Ирина остановилась:

— Слышите?! Что-то булькает.

— Это я. Жвачку жую, хотите? — Леха протянул нам пачку «Орбита».

— Да нет же! Слушайте. — Ирина подняла вверх указательный палец.

Откуда-то издалека действительно раздавались непонятные звуки. Не то гудение, не то монотонный разговор, не то пение.

— О! Наконец хоть что-то живое! — Мы воодушевленно пошли вперед.

Метров через сто мы вышли на площадку очередной пещеры, свод которой уходил высоко вверх. Эта площадка заканчивалась обрывом, а внизу... Я даже не знаю, как описать то, что творилось внизу. Там было человек пятьдесят в длинных черных одеждах, на голове каждого белая чалма, в руках изогнутый меч. В центре огромного, хорошо освещенного факелами зала стоял постамент из черного камня, вокруг которого эти люди и говорили что-то однообразное, чем-то напоминающее заклинание типа «Ашка-ма-лашка-кадабра-ахалай-махалай». Ближе всех к постаменту стоял маленький человек с длинной бородой и пергаментом в руках, который кричал громче всех таким писклявым противным голоском, что хоть уши затыкай. Чуть дальше от него стоял высокий мускулистый негр, обнаженный до пояса, с широкими кинжалами, скрещенными над головой, который беспрерывно басил что-то вроде «Ай-яй-яй-вах-вах-вах». Люди в черном постоянно кланялись, воздевая к небу (вернее, к потолку) руки. Это выглядело настолько комично, что, если бы не какая-то зловещая торжественность, витающая в воздухе, зрелище показалось бы довольно смешным. Насколько не сочетались бас негра и вопли маленького бородача, настолько же мы не вписывались в эту обстановку. А вписаться пришлось.

— Чего это они? — удивленно прошептала Ирина.

— Не знаю, может, это культ какой-то музейный. — Я подвинулась поближе к краю.

— Что-то в них не так... Не могу понять что. — Лешка тоже осторожно продвигался по площадке ближе к краю.

— Глаза! Посмотрите, они полузакрыты, как у зомби. Да это просто секта какая-то! — присвистнул Андрей.

— Ну ни фига себе! Значит, они тут тайком поклоняются вон тому черному истукану Сектанты, блин. А потом все удивляются, почему в мире такой разгул преступности: сплошные террористы и наркоторговцы! — Леша гневно сверкнул глазами.

— Ребята, давайте уходить. Не думаю, что они обрадуются, увидев свидетелей: они, все-таки, закон нарушают. Наверняка все под кайфом — вон глаза какие стеклянные. — Ирина посмотрела в сторону не перестающих кланяться людей.

— Вот уроды! Да их там человек пятьдесят — целый наркопритон. — Я с силой стукнула кулаком по стене. Собственно, в этом и заключалась основная моя ошибка, если не считать того, что я вообще сунулась в это подземелье. От стены откололся небольшой камень и полетел вниз. Стукнувшись об пол, он разлетелся на сотни маленьких кусочков. Через секунду пятьдесят пар глаз уставились на нас немигающим взглядом.

— Упс, — виновато поглядела я на моих друзей.

— Принцесса Фархад... — с бесконечным удивлением в голосе воскликнул мускулистый негр.

Изумленная толпа, негр и бородач глядели мне прямо в глаза.

— Кто? Я? — не совсем понимая, как они меня назвали, переспросила я.

— По-моему, он это тебе, — почти не разжимая губ, прошептала Ирина.

— Я уж поняла, а как он меня назвал? — также вполголоса спросила я, но мой вопрос остался без ответа.

— Лен, а почему ты не говорила, что у тебя знакомые в Египте есть. Да еще и среди нариков! — Андрей широко раскрытыми глазами сверлил маленького бородача.

Мы стояли и смотрели на них, они — на нас. Не знаю, сколько бы длился этот массовый гипноз, если бы бородач не пришел в себя и не закричал противным писклявым голосом:

— Этого не будет! Нет! Нет! Схватите же их, остолопы! Не дайте им уйти! Принцесса мне нужна живой.

Бородач затопал ногами, и мрачные воины в черном во главе с негром направились в нашу сторону.

— Вот психи ненормальные! Кажется, нам и правда пора бежать из этого чересчур гостеприимного места. — Лешка потянул нас к выходу. — Они зашли в какие-то двери, значит, подойдут к нам с другой стороны. Надо быстрее уходить.

— Конечно. Не по стенам же они полезут — тут метров двадцать до земли. — Андрей замыкал нашу четверку.

Мы сами не знали, куда бежали, но останавливаться было нельзя: у людей в черном во главе с негром было оружие, и они недвусмысленно дали понять, что в живых видеть нас не хотят.

— Кто они такие? — в сто пятый раз на бегу спрашивала Ирина.

— Кони в пальто! Крути педали давай! — Лешка тащил ее за собой. За ними бежали мы с Андреем.

Факелы почти погасли, так что мы в полутьме неслись по коридорам, пока не налетели на какую-то дверь. Открыв ее, мы забежали в небольшую комнату, быстро захлопнули за собой дверь и... замерли. На нас с открытыми ртами смотрели семь человек в белых балахонах.

— Не может быть... Этого просто не может быть! — произнес араб с красным поясом, судя по всему, главный среди них.

Мы, еще не отдышавшись, с удивлением переглянулись.

— Принцесса... Фархад?! — полувосхищенно, полуизумленно воскликнул второй араб, высоченного роста с несуразной чалмой на голове, и упал на колени.

— Ну вот, снова здорово! — возмутилась я. — Какая еще принцесса? Вы, уважаемые, глубоко ошибаетесь — меня зовут Элена, Лена, Леночка, как угодно, но царственных особ у нас в роду, извините за каламбур, отродясь не было. Так что будьте любезны объяснить, с какого перепуга вы тут на колени хлопаетесь и так на нас пялитесь?

Видимо, моя речь подействовала на них отрезвляюще, и тот, который был с красным поясом, произнес:

— Простите великодушно, но мы немного не так представляли себе нашу встречу. Прошу вас. путники, садитесь и расскажите нам о себе.

— За нами, вообще-то, тут полоумные шахиды гонятся, так что не будете ли вы так любезны покрепче закрыть эту дверь, а то, боюсь, до конца рассказа мы не доживем, — попросил Андрей.

— Шартаг! — гневно воскликнул один из арабов. — Пройдемте в потайную комнату, там вы будете в безопасности.

Мы вместе с семью арабами прошли в смежную комнатушку и расположились на мягких коврах. Лешка даже попытался по-арабски скрестить ноги, но, посмотрев на хихикающих нас, отбросил эту затею.

Мы рассказали о том, как попали в это подземелье из музея, как видели людей с кинжалами в черных одеждах, как они побежали за нами и мы в итоге оказались там, где оказались. Арабы охали, вздыхали, возносили вверх руки и причитали. После долгого рассказа мы минут пять молчали, потом я спросила:

— А теперь объясните мне, пожалуйста, — кто такая принцесса Фархад?

Араб с красным поясом сел поудобнее и начал историю:

— Это было давно. Пятьсот лет назад нашей землей правила принцесса Фархад. Ее красота ослепляла, мудрость не знала границ. Она была идеальным правителем, принося Египту процветание и радость жизни. Народ боготворил ее, но идиллия не могла продолжаться долго. Чаша весов благополучия перевешивала чашу зла и несчастья. Люди перестали бояться злых сил, детям уже не рассказывали сказки о мумиях. Силы тьмы восстали. Принцесса Фархад была молода и полна энергии, но даже с помощью огромной армии ей не удалось справиться с Демоном ада — Расдаем.

Расдай все еще обладал огромной силой, несмотря на то что народ стал забывать о его существовании. Принцесса с помощью народа хотела навсегда изгнать его в ад, но за день до исхода всех событии она исчезла. Да, да, просто исчезла. Она была очень храброй, хотя ей было чуть больше двадцати. Народ Египта не верил, что принцесса сбежала, ходили слухи, что ее убили злые демоны подземелья...

Араб нахмурился и сжал кулаки. Мы так прониклись этой историей, что сидели тихо-тихо и слушали, не говоря ни слова. А араб продолжал:

— Наверняка они выманили ее обманом. Принцесса Фархад имела очень доброе сердце, скорее всего, они ее просто обманули, сказав, что кому-то из ее слуг нужна помощь. Но это только догадки. После ее исчезновения (ни у кого язык не поворачивался сказать — смерти) люди стали жить в страхе, повсюду сновали стражники Расдая, в его честь был построен храм с черным постаментом, которому заставили поклоняться людей. Свободолюбивый народ Египта был поставлен на колени перед деспотичным властелином. Через какое-то время Расдай поставил у власти своего преемника, чтобы народ знал в лицо своего нового правителя, потому что сам Демон ада никогда не показывался простым людям. Начались массовые убийства непокорных, выжигание целых городов, которые он осуществлял с помощью своей силы и своей армии, состоящей из тысячи мумий ада. Люди не забывали принцессу Фархад, но ее не было рядом, и надежда на свободу и мирную жизнь угасала. Правители Египта сменялись, но на протяжении пятисот лет все они были злыми, угрюмыми и жестокими людьми. Память о Расдае угасала. О Демоне ада вспоминали только в легендах. Египтом правили живые люди, а не бессмертный демон; Расдай не давал о себе знать уже несколько сотен лет. Но народу по сей день живется несладко.

— Неужели людям никогда не приходило в голову Просто свергнуть правителя и выбрать себе нового? — возмутилась Ирина.

— Теперешний правитель, Моранд, очень жесток, я бы даже сказал, кровожаден. Все попытки организовать мятеж прерывались на корню. Как будто кто-то докладывал ему обо всех действиях мятежников. Так что Моранд всегда на шаг впереди. Лично я уверен, что именно бессмертный Демон ада помогал всем правителям Египта держать народ в страхе, а теперь помогает Моранду. Со времен спокойного существования прошло целых пятьсот лет. и никто не видит выхода из такой жизни. Однако еще тогда самые древние старцы Египта утверждали, что через пятьсот лет дyx принцессы Фархад вернется и зло навсегда будет искоренено.

— А что это были за люди? — Мне действительно было интересно.

— Это воины Шартага, помните, того старика с бородой? Ходят слухи, что он обладает колдовской силой зла и может призвать на землю тьму. Для этого нужен только подходящий момент. Он поклоняется Расдаю, и тогда в зале смерти он, судя по всему, вызывал мумий ада, чтобы наконец-то осуществить свой замысел. К такому ритуалу готовятся не один год. А вы ему помешали...

— Да-а... Неудивительно, что старый извращенец взбесился. Небось до сих пор носится по коридорам и бороду себе выщипывает. — Андрей задумчиво поглядел на дверь.

— А вы сами кто такие? — спросил Леша.

— Мы потомки воинов из охраны принцессы Фархад. Меня зовут Терос. Нас осталось немного, но мы верим, что силы зла навсегда уйдут из Египта и предсказание сбудется. Вернее, уже начало сбываться. , — Терос как-то странно посмотрел на меня. — Ведь вы здесь...

— Ну да, конечно! Мы же, по-моему, уже сто раз объясняли тебе, кто мы такие. Простые туристы, приехавшие посмотреть на каирский музей и пирамиды Гизы. — Меня вся эта история уже начала порядком раздражать. — И почему это вы все называете меня именем этой вашей принцессы, которая уже пятьсот лет неизвестно где шляется, а у нее тут мумии не кормлены.

Терос с упреком покачал головой и достал пергамент с портретом молодой девушки, восседавшей на золотом троне. Андрей, Леша и Ирина невольно вздрогнули и уставились на меня. Я вырвала у них пергамент. На портрете была .. я, разве что одежда (длинное светлое платье) сильно отличалась от привычных джинсов и футболки.

— Нда... Сходство оп-п-ределенно есть. — Андрей аж заикаться начал от удивления.

Я посмотрела на него как на сумасшедшего.

— Уж не думаешь ли ты, что мне пятьсот лет?

— Конечно, вам не пятьсот лет, — вместо Андрея ответил Терос — Хотя, признаться честно, сначала я подумал, что вижу перед собой живую принцессу Фархад...

— Ну, ни фига себе, приехали в лес за орехами! — перебила я его. — А я что же, не живая, что ли, хоть и не принцесса?

— ... но потом понял, — не обращая на меня внимания, продолжил Терос, — что вы — ее воплощение, понимаете? Воплощение ее духа. Хотя... даже внешне вы похожи как две капли воды. Если бы не ваша необычная манера выражаться и э-э... очень импульсивный характер, я бы точно подумал, что свершилось чудо и принцесса Фархад ожила.

— Дурдом «Ромашка» на выезде, — по-своему отреагировала я.

— Да, очень непростая ситуация. — Как ни странно, но Терос меня понял. — Вы и ваши друзья ниспосланы нам свыше. Зло наконец-то будет искоренено!

— То есть вы хотите сказать, что мы должны напинать кому-то? — спросил Леха.

— Только вы можете спасти наш народ от тирании, — тихо сказал Терос.

— И что мы должны сделать? Ну, не то чтобы мы уже согласились, но интересно все-таки, — поинтересовалась Ирина.

— Свергнуть Моранда, победить Шартага, изгнать Расдая навсегда в ад.

— Всего-то! Ну, это всегда пожалуйста. Дайте нам пару гранатометов, БТР и спецподразделение «Альфа» до кучи, — попыталась пошутить я.

— Мы верим в вас! — Терос заговорил быстро и горячо, словно боясь упустить последнюю нить надежды. — Откуда бы вы ни были, вы воплощение принцессы. Даже внешне. Это было предсказано. Это случилось. Я не знаю, что такое музей, но я так понял, что туда, откуда вы пришли, дороги нет. Вы из другого мира, значит, этому суждено было случиться. Это ваша судьба — оказаться здесь и победить зло. У вас все получится, и, возможно, потом, когда ваша миссия будет выполнена, переход между нашими мирами вновь откроется и вы вернетесь домой.

Мы задумались. То, что мы оказались где-то очень далеко от нашей экскурсионной группы, мы уже поняли, но признаваться в этом даже самим себе не хотелось. А тут — здрасьте пожалуйста — тот же Египет, но какой-то уж слишком фантастический. Мумии, демоны, злые силы... Мы слишком взрослые, чтобы верить в сказки. Но и не поверить нельзя. Все выглядит так реально. Если это не сон, тогда мы круто влипли.

— Ирин, ущипни меня, чтобы я проснулся-а-а-а! Не так же сильно, больно ведь! — завопил Андрей.

— Да. Это не сон. Что делать-то будем, принцесса? — спросил Леха.

— Сам ты принцесса! А если серьезно, то думаю, Терос прав. Это, конечно, не поддается никакому логическому объяснению, но нас, кажется, и правда зашвырнуло куда подальше. А точнее, поближе, вроде Египет, но населен не мирными изготовителями папирусов и продавцами сувенирных пирамидок, а какими-то фантастическо-доисторическими мумиями и прочими отморозками. Может быть, правда, если мы накостыляем этому Размаздяю, мы сможем вернуться По крайней мере, все фантастические фильмы всегда хорошо заканчивались.

— Но мы-то не в фильме и не во сне. Заявляю это от имени синяка на руке. — Андрей строго посмотрел на Ирину. Та только пожала плечами:

— Сам просил.

Терос со товарищи все это время молча слушали наши препирательства.

— Ладно, хватит спорить. Давайте хоть осмотримся, а то мы в этой конуре уже два часа сидим. Терос, может, вы выведете нас на свет, а то от этого подвала меня уже тошнит. — Я подумала, что свежий воздух внесет в наши головы хоть какие-то умные мысли по поводу сложившейся ситуации.

— Сейчас уже вечер, Думаю, мы сможем поговорить у меня дома. Пойдемте.

— А как же Шартаг?

— Мы находимся в заброшенном подземном храме. Здесь десятки входов и выходов. Я проведу вас.

Высокий араб в чалме открыл дверь; сначала вышли трое арабов во главе с Теросом, потом мы, следом двинулись остальные.

— Ну прямо как телезвезды с телохранителями! — всю дорогу восхищалась Ирина.

Мы прошли кучу переходов, коридоров, постоянно куда-то заворачивали, раз двадцать в голову приходила мысль, что мы в очередной раз заблудились, но Терос уверенно вел нас вперед.

— Что за идиот планировку этого храма придумал? — Я насчитала уже семнадцатый поворот. — А мы еще в отеле путались — никак не могли свой номер найти. Да по сравнению с этими катакомбами планировщик отеля просто человек с чувством юмора.

Через десять минут мы вышли в пустой просторный зал. Терос показал на массивную дверь в углу:

— За этой дверью свобода. Но, принцесса, — видя мой суровый взгляд, Терос осекся, — в смысле, Элена, ведь не бросите нас сейчас, правда?

— Сейчас — нет. Обещаю. — Я с трудом открыла дверь.

Был вечер, солнце уже садилось, но глаза все равно резало от света. Через несколько секунд мы осмотрелись и остолбенели: перед нами был Египет, но... никаких машин, многоэтажек, неоновых огней, рекламных щитов и всего прочего. Ничего общего с цивилизацией двадцать первого века. Даже фонарей не было. Пустынные улицы, которые и улицами-то сложно было назвать, беспорядочно расположенные дома — в основном одноэтажные, кое-где горит огонь, явно не электрического происхождения, чумазые ребятишки — смуглые от природы, да еще и перемазанные в грязи, женщины в парандже, не поднимающие головы. И сильный ветер с песком. Да, да, именно ветер мы и ощутили на себе прежде всего. Пыль и песок так и норовили попасть в глаза, рот. Мы постоянно отплевывались, но удивление от увиденного перекрывало все другие эмоции. Еще в Каире мы рассуждали о том, что в Египте ветер действительно сильнее, но тогда он не казался нам настолько сильным из-за высоких домов, вышек радиостанций, многоэтажных отелей с зеркальными стенами, а здесь... Люди, проходившие мимо, иногда посматривали в нашу сторону, но, встретившись с нами взглядом, отводили глаза. На лице каждого читалось удивление и нескрываемое недоумение. Еще бы! Здесь все были одеты в длинные балахоны, наподобие тех, что носили наши новые друзья, мы не увидели ни одного человека с непокрытой головой. Женщины вообще были закутаны с ног до головы — как уж они не врезались друг в друга, понять не могу, — при таком одеянии они еще и голову опускали, как тут дорогу можно увидеть!

А мы? А что мы? Вполне нормально одеты для туристов. На мне были синие джинсы, белая футболка и шлепки. Иришка — ростом пониже всех нас — очень эффектно смотрелась в белых бриджах и ярко-красной кофточке, а ее короткие кудрявые волосы на солнце отливали золотисто-рыжим цветом.

Андрей был в бежевых брюках и рубашке примерно такого же цвета, а Леха... Вот он, пожалуй, выглядел покруче нас всех. Белые шорты до колен, белая футболка с улыбающейся рожицей а-ля «точка — точка — два крючочка» во всю спину, белые носки, кеды, болтающийся на шее фотоаппарат и в довершение всего постоянно сползающая на глаза панамка. Да, забыла! У каждого были солнцезащитные очки. В общем, зрелище впечатляющее. А для неискушенных арабов вообще: «Вай, Ара, цирк приехал! »

Вот так мы и стояли на пороге заброшенного храма. Терос и остальные терпеливо ждали, когда мы очухаемся и будем в состоянии идти. Надо сказать, что времени нам понадобилось немало.

— Ну вы, блин, даете, — первым пришел в себя Лешка.

— Да уж, — только и смогли сказать мы.

— Скоро будет совсем темно, нам пора. — Терос поклонился и предложил следовать за собой.

Странная процессия из семи арабов и четырех непонятных личностей двинулась в путь. Идти было не так уж и долго, и вскоре мы остановились у двери одноэтажного дома, стены которого были выкрашены в грязно-белый цвет, а из горизонтальной крыши торчали какие-то штыри. Здесь почти все дома были такими, как после бомбежки. Войдя в дом, Терос разжег огонь в каком-то углублении посреди комнаты. Получилось что-то вроде костра. Мы сели вокруг. Никто не знал, с чего начать, но начинать было нужно, поэтому я спросила:

— Терос, давай начистоту. Раз уж мы здесь, мы постараемся сделать что-то полезное, но неужели ты действительно веришь, что четверо человек, абсолютно не ориентирующихся в вашем времени, могут свергнуть злого тирана с огромной армией, кучей слуг, да еще и поддерживаемого злыми силами? В нашем мире, честно говоря, никто мумий не вызывает, а в злых духов, восставших мертвецов и прочую нечисть, типа вашего Расдая, даже пятилетние дети не верят. У нас эпоха прогресса и телепузиков, а у вас тут целый набор паранормальных явлений.

— К счастью, мумий Шартаг вызвать еще не успел: вы помешали ему Вы, дитя мое, и ваши храбрые друзья уже начали борьбу, хотя сами вы этого еще не осознаете. Вы уже не дали злу опуститься на нашу землю. Именно поэтому мы так верим в вас.

— Да это же просто случайность. Недоразумение! Лена кулаком по стене долбанула, откололся камень, полетел вниз. Естественно, ваш придурковатый Шарлатаг...