Альда

— Да, никаких претензий к нам у герцога нет. Более того, он предложил нам быть опекунами молодого наследника баронства Ксавье, которого нам с отцом удалось спасти от разбойников.

— Среди солдат и офицеров о вас много говорят. Ребята из патруля, которые вас доставили в замок и были свидетелями, как мужественно вы себя там вели, языки на замке не держали. А потом просочились сведения о вашей победе над разбойниками. Ну и я не стал молчать о грабителях, — Арден улыбнулся. — Получается, внес свою лепту. Теперь Альда Буше у нас вроде героини.

— Не буду говорить, что такое мне неприятно, — сказала Альда. — Но по большей части мы просто спасали свои жизни, геройства в этом немного.

— И с разбойниками тоже?

— Нет, там мы влезли сами, — призналась девушка. — Но как можно было не вмешаться, глядя на творимое насилие над женщиной и ребенком? Если честно, из-за одного барона мы такое вряд ли сделали бы. Да и перебила я их издали стрелами.

— А это только прибавило вам популярности в стрелковых подразделениях. Я ведь сам арбалетчик, да и с луком управляюсь неплохо. А маленький барон, которого надо опекать, это тот мальчик, которого вы тогда привезли?

— Да, это Алекс. Пробыв несколько часов под дождем, он заболел, но уже выздоравливает. Как раз в это время я их с отцом обычно навещаю.

— А как отец?

— Жить будет, рана уже начала затягиваться. Но врач сказал, что до полного выздоровления нужно месяца два.

— Может быть, навестим их вместе?

— Давайте, только я схожу к себе и возьму куртку. Я, вообще-то, не простуживаюсь, но по утрам уже холодно, и врач ругается, если я прихожу в лазарет в одном платье.

— Давайте я вас провожу. Не бойтесь, в комнату входить не буду, подожду в коридоре.

Возле двери Леоры они встретились с Лани, которая выходила из комнаты подруги. Смерив Ардена многозначительным взглядом, герцогиня вздернула подбородок и надменным голосом сказала, смутив лейтенанта до невозможности:

— И куда это вы, госпожа Буше, ведете этого молодого человека? Надеюсь, не к себе в комнату? Не представите мне своего кавалера? Должна же я знать, что он делает здесь во дворце моего брата?

Лани держала паузу долго, глядя на пунцового Ардена, — целых три удара сердца, после чего расхохоталась, подмигнула Альде и вприпрыжку помчалась по коридору к лестнице.

— Вот маленькая ехидна, — рассмеялась девушка. — Да успокойтесь вы, Арден. Это у герцогини была шутка. Подождите меня здесь.

Открыв незапертую дверь, она, чтобы не переобуваться, на коленях добралась до шкафа, забрала лежащую внизу куртку и тем же манером вернулась обратно.

— Ну вот и все, — сказала она лейтенанту, выходя из комнаты. — Пошли в лазарет. Сначала навестим Алекса. Только учтите, Арден, что мальчик воспринимает меня как свою мать и относится соответственно. И я, если честно, смотрю на него как на родного.

Алекс встретил ее радостным воплем:

— Мама! Наконец ты пришла! Почему сегодня тебя так долго не было? Я уже совсем-совсем здоровый. Ты меня сейчас заберешь? Ну, пожалуйста!

— Здравствуй, дорогой! Сейчас еще не заберу, кровать для тебя еще только готовят. Но поговорю с врачом. Если он позволит, то вечером уже пойдем ко мне. А теперь познакомься с лейтенантом Арденом.

Мальчик с восхищением посмотрел на плечистого лейтенанта, затянутого в красивый мундир, и задал вопрос:

— А ты к нему как относишься?

— Хорошо отношусь, — слегка порозовев, ответила Альда.

— Тогда может он поможет тебе сделать ребеночка? А у меня будет брат! Это ведь несложно. Я у конюха спрашивал, у которого четверо детей, легко ли сделать ребенка, так он ответил, что настоящему мужчине это как два пальца…

— Я вас покину, — как-то вся сжалась присутствующая при разговоре Амели и быстро выскочила из комнаты. Почти тотчас за дверью раздался взрыв смеха.

— Мне надо к врачу, — выдала вся пунцовая Альда и выскочила из комнаты, чуть не сбив, согнувшуюся от смеха помощницу врача.

Арден немного отдышался и присел перед мальчишкой на корточки:

— Понимаешь, Алекс, для того чтобы появились дети, мало чтобы мужчина с женщиной хорошо относились друг к другу, надо, чтобы они любили. А маленьким детям говорить на такие темы не принято. Мама у тебя молодая, так что сестры и братья у тебя еще будут. Она знает, что ты этого хочешь, но ей неприятно говорить с тобой на эту тему. Ты ведь не хочешь расстраивать маму?

— Нет, конечно.

— Значит, и говорить об этом больше не надо. Ты лежи, а я пойду, поищу твою маму.

Долго искать Альду не пришлось, она сидела с Амели в соседнем помещении, уже почти справившись со смущением, но, еще не решаясь вернуться.

— Я с ним поговорил, — сказал он девушке. — Мальчик все понял правильно и больше на эту тему говорить не будет.

— Спасибо, — не поднимая на него глаз, ответила Альда. — Амели, вечером я уже могу его забрать?

— Хрипов уже нет, жара — тоже. Он удивительно быстро выздоровел. Если будет тепло одеваться и в первое время воздержится от пробежек, то, пожалуй, можно. Только утром и вечером ему будут приносить отвар, пока придется попить.

— Я вас попрошу ему об этом сказать, а мы с лейтенантом пока навестим моего отца.

— Конечно, только накиньте халаты и переобуйтесь.

В тапочках с лапками и халатике, который еле налез на широкие плечи лейтенанта, он приобрел какой-то домашний и немного смешной вид.

Отец не спал и при виде Ардена вопросительно приподнял брови.

— Папа, это тот самый офицер, который нам помог, когда на нас напали грабители, — поспешила объяснить дочь. — Ты должен его помнить. Он узнал, что мы здесь и нанес визит вежливости.

Выражение лица отца явно говорило, что он очень сомневается, что этот визит вызван наличием у лейтенанта хороших манер, а не другими причинами, но старший Буше промолчал, ограничившись едва заметным кивком гостю.

— Амели сказала, что тебе лучше, и рана заживает очень быстро. Я этому так рада! Алекс уже совсем выздоровел, и сегодня вечером я его забираю к себе. Давай и ты поправляйся быстрее, чтобы к зиме мы уже могли уехать в баронство. Дед Алекса умер, и от имени герцога туда назначен временный управляющий. Барон Лишней сказал, что ты его можешь оставить постоянно или заменить другим. Тебе от меня ничего не нужно?

Отец по-прежнему молча отрицательно покачал головой.

— Ну тогда я пока пойду, посмотрю, приготовили ли кровать для Алекса. А ты тут без меня не скучай.

— Если у вас будет управляющий, значит, самим уделять внимание делам баронства почти не придется, — сказал Альде Арден на пути во дворец. — Ваш отец еще не надумал, чем будет заниматься?

— Он хочет давать уроки фехтования, а герцог еще предложил ему тренировать своих людей.

— Здорово! — обрадовался Арден. — Я сам с удовольствием у него поучился бы.

— А зачем вам? Вы же стрелок.

— В бою всякое может случиться. Возможно, что придется откладывать арбалет и браться за меч. Особого мастерства владения им в строю, правда, не требуется. Там важно держать строй и вовремя выполнять команды. Но, если строй разорвут, то от мастерства владения клинком будет напрямую зависит жизнь.

— А почему вы вообще пошли в армию? — спросила девушка. — Вы же, кажется, из состоятельной семьи?

— Ну чем-то заниматься все равно надо, — пожал плечами лейтенант. — Служба у герцога мне нравится. А сейчас к тому же война с Сатхемом. И еще одно. Герцог обещал, что за воинский подвиг или долгую безупречную службу офицерам будет давать дворянство, а в некоторых случаях и имения. Сменить статус очень заманчиво. У нас в офицерах много и сыновей мелкопоместных дворян из тех, кому, кроме титула, ничего дома не светит. Так вот их как раз привлекает возможность получить имение.

— Отец как-то говорил, что основные продвижения в армии происходят как раз во время боевых действий.

— Он у вас очень умный и опытный человек. Нам тоже осталось недолго сидеть в лагере. Скоро предстоит поход на сотхемцев. У нас об этом особенно не распространяются, но любому видно, что герцог готовит войска к боевым действием именно зимой. Правда, прошел слух, что в поход пойдут не все. Но это и понятно: кто-то ведь должен охранять провинцию и готовить пополнение.

— Мы пришли, — остановилась Альда у двери своей комнаты. — Спасибо, что нас навестили. Мне было приятно вас увидеть. Не имею ничего против, если вы при возможности наведаетесь еще. А теперь мне надо идти, прощайте, Арден.

Глава 7

В комнате уже стояла вторая кровать чуть меньших размеров, чем ее собственная. На ней лежал выстиранный и отутюженный костюм Алекса. Продранные штаны были зашиты так аккуратно подобранными в тон нитками, что шва почти не было заметно. Прикинув, что еще может понадобиться мальчику, Альда нашла управителя и обговорила этот вопрос. Дело шло к обеду и, чтобы скоротать время и кое-что выяснить, девушка направилась к Лани.

На ее стук последовало разрешение войти. Девочка опять валялась на диване с книжкой в руках.

— Ты не слишком много читаешь, тем более лежа? Глаза не болят?

— Главное не то, как читаешь, а что именно, — изрекла Лани. — Ради хорошей книги и глаз не жалко. Ты как, по делу или просто поболтать?

— В основном поболтать, но и один вопрос имеется. Ты не в курсе того, что твой брат думает воевать зимой?

— Беспокоишься о своем офицере? — попробовала догадаться Лани. — Я, вообще-то, мало что знаю. Брат такое любопытство не поощряет. Слышала, что он говорил генералу Севоржу что-то насчет денег. Вроде как собирается в поход за деньгами.

— Как можно заработать много денег на войне? — удивилась Альда.

— Вот и мне непонятно, а он объяснять не стал, вообще выставил из кабинета и еще для чего-то сказал, что болтун — находка для шпиона.

Вечером Альда навестила отца, после чего пошла забирать приемного сына.

— Ты уже пил вечером свой отвар? — спросила она у Алекса, который в подтверждение часто-часто закивал головой. — Не тряси так головой — отвалиться. Вот твой костюм. Сам наденешь или помочь?

— Конечно, помочь, — даже удивился вопросу мальчик. — Там такие тугие пуговицы, что мне не застегнуть.

— Рубашка на тебя великовата, — заметила девушка, помогая ему надеть костюм. — Ну ничего. Скоро должен приехать мастер, и мы тебе справим все, что надо. Надевай сапожки и прощайся с тетей-врачом.

— Ты все запомнил, что тебе говорили? — спросила Амели.

— Запомнил, запомнил, — пропыхтел мальчик, натягивая сапожки.

— Смотри, если не будешь соблюдать то, что мы сказали, скоро опять очутишься в этой кровати и уже тогда несколькими днями не отделаешься. Хорошо, что вы прихватили куртку и для него, а то у меня здесь теплых вещей нет.

— Взяла у слуг только для того, чтобы провести его во дворец. Детских вещей у меня совсем нет, только то, что было на нем надето. Ну ладно, мы пошли.

— До свидания, Алекс. Утром тебе принесут отвар, до завтрака обязательно выпей.

— Я прослежу, — сказала Альда Амели. — До свидания. И спасибо вам за все.

Замок, новая комната, его кровать — все приводило мальчишку в восторг. Належавшись в лазарете, он жаждал новых впечатлений и стремился всюду сунуть свой любопытный нос. Не имеющая опыта общения с детьми Альда успела за вечер несколько раз пожалеть о своем материнстве. К счастью для нее, Алекс был еще слаб и быстро устал. Девушка постелила ему постель, помогла раздеться и уложила спать, поцеловав напоследок в лоб. Утром состоялась процедура надевания одежды и умывания, после чего Алекс мужественно выпил горький отвар и, взявшись за руки, они пошли на завтрак. Стул был сыну низковат, но Дорн это предусмотрел, и кто-то из слуг положил на стул маленькому барону подушку.

При появлении герцога управитель представил Алекса по полной форме, а герцог серьезно кивнул, приветствуя нового гостя. С удивлением Альда обнаружила, что появление у нее Алекса сильно добавило уважения к ней у придворных. Герцог тоже смотрел на нее с подчеркнутым уважением и почему-то с сочувствием.

После каш, которыми его пичкали в лазарете, мальчик немного переел, и его начало клонить в сон. Обругав себя за то, что не уследила за сыном, Альда повела его обратно в свою комнату досыпать. По пути их догнал Джолин.

— Одну минуту, госпожа Буше. Мне надо сказать вам несколько слов. Я хочу извиниться перед вами за свое поведение. Герцог устроил мне выволочку из-за того разговора у лестницы. Я был на вас зол, думал, что это вы нажаловались. Оказывается, наш разговор слышал слуга. Если бы вы сами обратились к герцогу, я бы внушением не отделался. Я прочитал все бумаги по вашему делу у барона Лишнея. Не надо большого ума, чтобы понять, что все обвинения против вас высосаны из пальца. Я прошу меня простить за те слова во дворе. Это было недостойно. У меня, как и у любого человека, есть свои недостатки, но, думаю, что подлость в их список все-таки не входит. У меня нет таких возможностей, как у Джока, но я все же при дворе герцога — не пустое место. Я хочу, чтобы вы знали, что можете всегда ко мне обращаться: все, что смогу, я для вас сделаю.

Поклонившись, он развернулся и ушел.

«Вот тебе и бабник, — подумала Альда. — Видимо, герцог его не зря держит при себе».

Возле двери ее комнаты их дожидался слуга с большим свертком.

— Госпожа, — поклонился он. — Это вещи господина Алекса. По приказу барона Лишнея один из охранников, который сопровождал управляющего в баронство Ксавье, собрал одежду и обувь молодого господина и привез вам.

Поблагодарив, девушка забрала довольно тяжелый сверток и повела сына укладывать спать. После, проведя ревизию присланного, она к своей радости обнаружила там три костюма, рубашки, теплый плащ с капюшоном и зимнюю обувь. На первое время у ребенка все имелось, и можно было расслабиться.

Прошло пять дней, которые для Альды были заняты возней с Алексом, визитами к отцу в лазарет и редкими посиделками с новыми подругами. Постепенно она приобрела некоторый опыт обращения с сыном, втянулась и перестала тяготиться новыми обязанностями. Опять появилось свободное время, а вместе с ним и желание чем-нибудь заняться. Она подошла к Лани с просьбой показать, что из себя представляет эта борьба для девушек, которая позволяет им без оружия побеждать более сильных мужчин. Лани пригласила ее в свою комнату для занятий и показала, чему научилась, вволю поваляв более крупную и сильную девушку по полу. Она же, как ни старалась, так и не смогла зацепить ловкую верткую девчонку. Это было обидно и рождало желание заняться самой. Но надетый специально для этого случая охотничий костюм для занятий не годился. Он был тесноват, прекрасно облегал фигуру, но стеснял движения и не мог соперничать со свободным мешковатым костюмом для занятий Лани.

— Если будешь заниматься, то Аглая тебе такой за вечер сошьет, надо только мерку снять, — сказала ей Лани. — У Леоры такой есть. Она со мной с месяц занималась, и уже кое-что начало получаться. Но потом бросила. По-моему, зря.

Этим же вечером Альда навестила швею, а на следующий день перед обедом Лани ее валяла на потертом ковре уже в новом костюме. Алексу поначалу тоже было интересно, чем это они занимаются, и некоторое время он им мешал в меру своих сил, но вскоре мальчишке это занятие надоело, и он от них отстал. Первые дни Лани показывала своей новой ученице разминку и базовые упражнения. Альда оказалась от природы очень гибкой и довольно сильной для своего возраста и роста. С растяжками у нее никаких проблем не было, память была превосходной, а терпения и настойчивости было на двоих. Дело начало очень быстро продвигаться вперед, и очень скоро девушки уже начали отрабатывать в спарринге простые связки.

Однажды во время тренировки в комнату зашел герцог. Посмотрел на валяющихся на полу потных и растрепанных благородных дам в мятых кимоно, хмыкнул и вышел из комнаты. В следующее мгновение в коридоре раздался громкий вскрик и звук падения тела. Не сговариваясь «спортсменки» рванулись к выходу. В коридоре, скорчившись, лежал на боку герцог, тщетно пытавшийся втянуть в себя воздух. Рядом с очумелым видом, держась за голову, сидел Алекс. Лани бросилась к брату, пытаясь помочь, а Альда устремилась к сыну.

— Что б тебя, — простонал герцог. — Ну и дети пошли реактивные. Нет, я таким точно не был.

— Что с тобой, маленький? — склонилась над мальчишкой Альда. — Голову не ушиб?

— Ходят тут всякие, — пожаловался сын, не видевший еще кто стал причиной его падения.

— Я же еще и виноват, — проворчал герцог, пытаясь подняться. — Виноват. Следующий раз буду за угол смотреть, прежде чем поворачивать.

— Сильно он вас, ваша светлость? — до Альды только начало доходить, что случилось.

— Какая я вам сейчас светлость, — буркнул тот. — Наедине зовите Сергом. Ваш сынок меня не слабо приложил. Живот, наверное, дня два болеть будет. Сам-то хоть шею не свернул, жеребец?

— Не-а. В ушах только звенит и в голове крутится.

— Вот что, Альда, — герцог с помощью сестры уже поднялся на ноги и немного пришел в себя. — Уложите мальчика в кровать немедленно. И сбегайте за Расмусом, пусть посмотрит. Как бы у него не сотрясения мозга было, столкнулись мы с ним знатно. И пусть Амели мне какую-нибудь настойку или отвар сварганит для живота. Объясните ей, что случилось, она поймет, что надо. И не забудьте надеть плащ или куртку, не хватало еще вам простудиться.

На этом занятия в тот день и закончились. У Алекса действительно оказалось небольшое сотрясение мозга и пару дней ему пришлось поваляться в постели, что он воспринял как наказание за содеянное. А герцог еще несколько дней соблюдал умеренность в трапезном зале. Это происшествие изменило отношение Альды к герцогу. Раньше, несмотря на молодость, она воспринимала его только как властителя обширной провинции, одного из первых лиц королевства. Теперь он открылся ей, как обычный человек, причем человек умный, добрый и великодушный. Иной вельможа за подобное и мальчишку не пожалел бы, и не посмотрел бы, что сын барона. Еще и покушение на жизнь могли приписать.

Это происшествие почему-то привело к тому, что Лани, вместо того чтобы испытывать неприязнь к людям, причинившим ущерб здоровью брата, наоборот безоговорочно включила Альду в число самых близких подруг. Она постоянно приглашала девушку к себе, и очень часто сама заявлялась к ней без всякого приглашения. Тренировки, само собой, продолжались, причем Альда прогрессировала очень быстро.

— Как у тебя все легко получается, — с завистью говорила ей Лани. — Мне в свое время гораздо тяжелее пришлось.

— Ты все равно все делаешь гораздо быстрее и лучше меня.

— Сколько занимаюсь я, а сколько — ты, — справедливо возражала Лани. — Ты за пятнадцать дней научилась тому, на что у меня ушло месяца два.

Давно выздоровевший Алекс пользовался в замке полной свободой и изучил в нем каждый закоулок. На улице почти постоянно шел дождь, и сильно похолодало, так что ни о каких прогулках речи быть не могло и приходилось резвиться во дворце, недостаточно большом для одного маленького барона. К сожалению, друзей здесь для него не было. Единственным мальчишкой из благородных был Лас, который демонстративно не хотел играть с молокососом.