Помоги проекту - поделись книгой:
— Скажи-ка мне уважаемая Леди, какого черта, я понадобился этим высокопоставленным товарищам? Я ведь уже ясно всё изложил товарищам милиционерам.
— В подробности меня никто не посвящает, я — птица невысокого полета, — пояснила брюнетка. — В общих чертах, насколько я знаю, почитали досье, впечатлились успехами в бизнесе. Захотели познакомиться лично и сделать эксклюзивное предложение. Насчёт деталей не в курсе.
— Что от меня требовалось за эксклюзивное предложение? Душу продать? — я даже не скрывал иронию в голосе. — Случайно не знаешь?
— Случайно знаю, — улыбка брюнетки плавно перетекла в хищный оскал. — Просили передать, если поменяешь показания, свои и своего охранника, уговоришь это сделать девушку, которая с тобою была, откроются такие финансовые возможности и перспективы, что нынешний бизнес покажется детской игрой в песочнице.
— Для этого не обязательно присылать церберов, — скривился я. — Думаю, у высокопоставленных товарищей достаточные возможности, чтобы найти телефоны моего офиса и договориться о встрече. Насчёт изменения показаний, исключено. Денег у меня достаточно, зачем брать грех на душу? Девушка, тем более менять показания не будет. Не такой она человек. Даже обращаться к ней по этому поводу не стану. Наоборот, полностью одобряю и поддерживаю её решение.
— Как скажешь, — Леди скорчила недовольную гримаску. — Ладно, без ваших показаний порешают. Есть ещё одна просьба, дополнительная.
Игла в голове снова кольнула, я поморщился и потер ладонью лоб:
— Говори.
С лица брюнетки пропала улыбка, она прищурилась, изучая мое лицо.
— Держать язык за зубами, — после небольшой паузы заявила оперативница. — Не нужно бегать, жаловаться, устраивать пресс-конференции, давать интервью.
Я помолчал.
— После выхода из больницы Ивану Сергеевичу организуют путевку в хороший санаторий для реабилитации и восстановления, квартиру поменяют, из однокомнатной, в которой он сейчас живет, на двухкомнатную. Денег дадут. Произошедшее уже не изменишь, но для старика сделают всё, чтобы загладить свою вину, — голос брюнетки звучал холодно и отстранено. Она просто озвучивала то, что её попросили передать.
— Оболтусов, сбивших старика, накажут, — заверила оперативница. — Отцы — люди солидные, на высоких должностях. Великовозрастные балбесы уже своё получили, и ещё получат.
Я задумался. Идеалистом перестал быть давно. Ещё со времен студенческой молодости понял: людей не переделаешь, на всех уродов кулаков не хватит, а жизнь несправедлива. Но с годами осознал ещё одну истину — жить надо по совести и не совершать поступков, за которые потом будет очень стыдно. Репутацию строить долго, а потерять можно в один миг. Лизоблюдов не уважают, лгунам не верят, подонков ненавидят и опасаются…
Брюнетка терпеливо ждала ответа.
— Передай высокопоставленным товарищам, я согласен. Раздувать историю не буду. Но при одном условии. Они не вписываются за своих сынков, как суд решит, так и будет. Договорились? — я внимательно наблюдал за реакцией оперативницы. Интересно, что она ответит. Если сразу согласится, значит точно развод. Высокопоставленные папаши, не вмешивающиеся в судебный процесс, чтобы спасти сыночков-мажоров — это даже на анекдот не тянет. Небольшая проверка на вшивость, заодно посмотрим, за кого меня держат.
— Я не уполномочена принимать такие решения, — медленно ответила женщина. Лицо брюнетки осталось бесстрастным, но на долю секунды в глазах промелькнул довольный огонек.
— Но думаю, договориться в принципе можно, — с таким же невозмутимым лицом добавила она. — Условие передам, как только ответ будет, ты о нём сразу узнаешь.
«Похоже, меня хотят тупо развести. Чтобы я не поднимал скандала, молчал, а папашки вопросы со следствием и судом решат», — мысленно сделал заметку я. — «Формально будут чистыми. Суд так решил, они не при делах. А потом, Бобков может уйти в отставку, и со мной будет легче расправиться. Ладно, подожду официального ответа от папаш, а там будет видно. Но готовиться к возможным проблемам, начну прямо сейчас. Предупрежден, значит, вооружен».
— У тебя ещё вопросы есть? — брюнетка подняла тонкое запястье и бросила демонстративный взгляд на маленький золотой циферблат часиков. — Если нет, давай мы тебя отвезем домой, или куда скажешь.
— Пока нет, — хмыкнул я. — Поехали.
— Одевайся, — Леди указала глазами на брюки и куртку, висящие на стуле. — Не будем терять времени.
Я медленно сполз с кровати,медленно встал, помогая себе руками. Накатившая слабость, заставила ноги дрогнуть, я пошатнулся и уцепился руками за спинку кровати. Леди, чуть отошла в сторону и невозмутимо наблюдала, не делая попытки приблизиться и помочь. Опасается, не хочет подставляться. Опытная, стерва.
— Это скоро пройдет, — обнадежила она. — Через часик будет полегче. Полежи в горячей ванне, сходи в сауну, остатки токсинов с потом выйдут. Рекомендую дома принять таблетку цитрамона или аспирина, позволит уменьшить головную боль.
— Разберусь, — буркнул я.
Через десяток секунд полегчало. Встал, взял со стула брюки. Одевался медленно, под присмотром оперативницы, по-прежнему держащейся на расстоянии.
Застегнул дрожащими пальцами змейку на куртке и выпрямился.
— Я готов. Пошли.
Обратно ехали на темно-синей «шестерке» Леди. За рулем оперативница, рядом с нею усадили меня, сзади — Виктор и ещё один мордоворот, бдительно следящие, чтобы ничего не отмочил. Дороги в такое время были ещё относительно пустыми, и до моего дома добрались за сорок минут. Машина заехала в соседний дворик и остановилась.
— Извини, к подъезду подвозить не будем, там слишком людно, — брюнетка криво усмехнулась. — Сам увидишь. Пару шагов до своего жилья придется преодолеть ножкам. Поговорю с начальством и передам ответ. Всего хорошего.
— К сожалению, нее могу пожелать вам того же, мадам, — я издевательски ухмыльнулся в ответ. — Надеюсь всех вас потерять и никогда не найти, а все произошедшее забыть как кошмарный сон.
— Иди уже, — легонько подтолкнула в спину женщина.
В моем дворе стояла знакомая бежевая «девятка» Вовы, недалеко притулился «нисса» с окнами, занавешенными шторками, рядом с ним красная «восьмерка», из автомобильного парка нашей охраны. Здоровяк Артём нервно курил, усевшись на капот «восьмерки», рядом с ним стоял мрачный Иван. В машине я опознал парочку охранников из службы безопасности «Ники», в «девятке» дремал Вова с огромным бугаем — Васей, главным охранником наших корпоративов и торжественных мероприятий.
Первым меня увидел Артем. Замер на долю секунды, изумленно ругнулся, отбросил в сторону сигарету и радостно завопил на весь двор:
— Михаил Дмитриевич! Парни, шеф вернулся!
Иван и Артём рванулись ко мне. Водитель распахнул объятья, вспомнил о субординации, смутился, протянул лопатообразную ладонь.
— Шеф, родной, всю ночь на ушах стоим. Ашот Ервандович и Сергей Петрович всех подняли, — смущенно пробасил Иван. — До сих пор сидят в офисе, вместе с Александром Анатольевичем, Олегом Владимировичем и остальными. Мы уже готовились такого шухера навести.
Железная рука стиснула мою ладонь.
— Аккуратнее, руку сломаешь, — поморщился я.
— Извините, Михаил Дмитриевич, увлекся, — смущенно пробормотал Иван и убрал руку.
Я поздоровался с Артемом. Следом подошел улыбающийся Володя.
— Говорил ребятам, что всё будет в порядке, такие как наш директор, в воде не тонут, в огне не горят.
— Не преувеличивай, — я обнялся с товарищем. — Всё может быть. Но сегодня мне повезло — это глупо отрицать.
— Здравствуйте, Михаил Дмитриевич, — смущенно прогудел Вася.
— Привет, — я протянул руку двухметровому гиганту.
Тяжелоатлет, призер первенства Союза и чемпионата Европы, шутя гнувший пальцами пятаки, а руками — подковы, учел моё замечание и бережно пожал ладонь огромной лапищей.
Я развернулся к Вове.
— Чего вас столько под домом собралось?
— Приказ Сергея, — пожал плечами мастер спорта по боксу. — Твоя матушка, квартира и все связанные с тобой объекты взяты под усиленную охрану вплоть до особого распоряжения. На случай, если ты появишься, тоже инструкции даны. Теперь тебя всюду сопровождают Артём и Вася. Дополнительная пара охранников на отдельной машине находится рядом. Ваня все время в «БМВ» или «чайке», либо возле них находится. Мы, кстати, под днищем маячок нашли. Так они нас и вычислили.
— Мы с Ваней присутствовали, — подтвердил чуть покрасневший Артём. — Сергей Петрович сразу дал команду машины проверить. Вот маяк и обнаружили. С виду как большая железная таблетка, крепится на магните.
— Подожди, — нахмурился я. — Я же сам утверждал общую инструкцию личной охраны руководства «Ники» и «ОСМЫ». Там черным по белому написано, машины должны осматриваться и проверяться каждое утро. Хоть документ для внутреннего пользования, но выполнение инструкций обязательно. Вы же его подписывали.
— Подписывали, — вздохнул Артём. Ваня удрученно кивнул.
— Мы и проверяли, как в инструкции сказано, — заверил водитель. — Всегда вместе с Артёмом внимательно осматривали. Утром маяка не было. А вечером, когда вас увезли, появился. Сергей Петрович подозревает, днем на нашей стоянке поставили, или когда мы с вами ездили. Дал команду Ивану смотреть в оба глаза, чтобы к машине никто не подходил.
— Все правильно, — кивнул я.
Раскаленная игла снова заворочалась в голове. Я поморщился и потер лоб.
— Ладно, парни, я сейчас домой, приму душ, выпью кофе и едем в офис.
— Мы с вами, Михаил Дмитриевич, — прогудел Вася. — После сегодняшнего происшествия, Сергей Петрович объявил режим повышенной готовности. Его приказы по повышению безопасности руководства в этой ситуации, приоритетны. Только вы можете их отменить и то, желательно, после консультации с ним. Мы должны осмотреть квартиру и убедиться, что всё в порядке. После работы велено везти вас на нашу загородную базу. Некоторое время там побудете.
— В избушке лесника? — улыбнулся я.
— Ага, — подтвердил Артём. — Там.
— Ладно, пошли парни, жуть как хочу в душ и кофе, — порыв прохладного осеннего ветерка ударил в лицо, я чуть поежился, зябко дернул плечами, застегнул куртку до подбородка и зашагал к подъезду. Артём и Вася двинулись следом, настороженно поглядывая по сторонам.
Глава 2
Пока я принимал душ, пил кофе, Артем и Вася сделали звонок в офис, сообщили начальству, что директор объявился, и дожидались меня в гостиной. Душ и горячий кофе взбодрили и раскаленная игла, терзающая голову, приступами мигрени, немного утихла.
До офиса ехали на белой «девятке». Сзади машину сопровождал микроавтобус с Ваней и бойцами охраны. Вова сидел за рулем легковушки. Рядом с ним расположился Вася. Как только он с кряхтеньем залез в машину, сразу стало тесно. Огромная туша штангиста нависла над нами, закрыв широченными плечищами лобовое стекло. Мы с Артёмом с комфортом расселись на заднем сиденье.
Улицы только начинали заполняться людьми, спешащими на работу, дороги были свободными. Легковушек было немного, изредка мелькали автобусы, троллейбусы, и грузовые машины. В окно заметил даже светло-синюю горбатую «Победу», настоящий раритет, больше напоминавший танк, а не автомобиль.
Несмотря на раннее утро, наша стоянка была заполнена машинами. Присутствовали «мерседес» Ашота, бежевая «шестерка» охраны, серебристый «ауди-100» Устинова, голубой «форд-эскорт» кабриолет Анны, белая «волга», используемая для развоза руководителей отделов и подразделений СБ, светло-серое «вольво 760» Сергея, черный пятидверный «рендж-ровер» Олега.
Степан Матвеевич, как всегда, дежуривший возле входа, разглядев меня за слоновьей тушей Васи, идущего спереди, привстал со стула.
— Михаил Дмитриевич, с вами всё в порядке? Слава Господу, — взволнованно выдохнул старик.
— Конечно, в порядке, Степан Матвеевич, — улыбнулся и пожал руку вахтеру. — С чего вы взяли, что нет?
— Так это, — Матвеевич немного помялся, раздумывая говорить или нет, решился и затараторил: — Я ж Семёныча сменял в семь утра. Он и рассказал: всё руководство: Ашот Ервандович, Олег Владимирович, Александр Анатольевич, Сергей Петрович на месте, люди со службы безопасности вызваны в офис. Собрались поздно вечером и до сих пор сидят. Анна Алексеевна в шесть утра примчалась, на себя не похожая. Всегда улыбается, здоровается, как здоровье спрашивает. Сейчас дверью хлопнула, кивнула и пролетела мимо. Лицо серое, как маска восковая. Всю ночь проходной двор был. Сотрудники СБ приезжают, уезжают. Все нервные, злые. Говорят, вас какие-то неизвестные похитили.
— Все нормально, Матвеевич, — улыбнулся я. — Видишь, живой, здоровый, полон сил и планов на будущее.
Отставник прищурился:
— Какой-то вы бледный, Михаил Дмитриевич, — проницательно заметил он. — Не спали?
— Наоборот, — криво усмехнулся я. — Спал как убитый.
В приемной меня встретила Анна. Секретарь выглядела измученной и расстроенной, под глазами обозначились темные круги. Увидела меня, морщинки на лобике разгладились, губы тронула несмелая улыбка, нахмуренное личико посветлело. Порывисто шагнула вперед, подняла руки, будто желая заключить в объятья, опомнилась, остановилась.
— Михаил Дмитриевич, я так рада, что с вами всё хорошо, — взволнованно заявила девушка.
Я двинулся вперед, привлек к себе и дружески обнял Анну. Прошептал в смущенно заалевшее ушко:
— Знаю.
Подождал мгновение и решительно отстранил секретаря от себя:
— Рассказывай, что здесь происходило.
— Ашот Ервандович поднял в пять утра. Сказал, вас похитили, выслал за мной машину охраны. Дал команду сидеть на телефоне в приемной, отвечать на звонки, фиксировать и передавать информацию, — сбивчиво начала объяснять секретарь.
В коридоре захлопали двери, раздались голоса, застучали шаги. Анна замолчала. Дверь распахнулась, в приемную ворвались Ашот, Олег, Саня, Сергей и Денис.
— Миха, брат! — на меня налетел вихрь в небесно-голубом костюме. Чуть не придушил в объятьях и от избытка чувств даже приподнял.
— Ашот, поставь на место, — попросил я. Пытался сохранить серьезность, но губы сами по себе разъезжались в радостной широкой улыбке.
Меня обнимали, теребили, хлопали по плечам, что-то наперебой рассказывали. Обычно сдержанные парни шутили, возбужденно расспрашивали, что произошло, как вырвался, улыбались, радовались моему возвращению. Только Денис был спокоен, чуть отстранен и как всегда холодно доброжелателен.
— Мы уже не знали, что делать, куда бежать, да, — сообщил Барсамян, когда страсти немного улеглись. — Машины сопровождения нагло подрезали, остановили, тебя потеряли. Думали, беда случилась. Мы с Олегом и Саней всё Сереге высказали, что думали, да.
— Моя вина, — буркнул, отведя глаза, бывший опер. — Готов уволиться и передать свои полномочия кому-то более компетентному.
— Спокойно, никто никуда не уходит, — я примирительно вскинул ладони. — Думаешь, сделал ошибку, а исправляет пусть кто-то другой? Так не пойдет. Я тебя, Сережа, никуда не отпущу. Впереди ещё много работы. Вова сказал, мою машину по маяку вычислили?
— Да, маяк у нас, — подтвердил хмурый начальник СБ. — Теперь Ваня будет всё время в машине находиться, следить, чтобы никто не подходил, и проверять постоянно.
— Нормальное решение, — кивнул я. — А ты, Ашот, сильно на Сергея не наезжай. Да, маяк его люди проспали, это факт. Но в той ситуации, когда меня комитетчики прижали, выбора не было. Они — власть, сопротивление КГБ — гарантированное уголовное дело против меня и охраны. Учитывая, наличие стволов, всей толпой поехали бы загорать в Магадан, тогда о бизнесе и фирмах можно смело забыть. Никакой Филипп Денисович не поможет. Ладно, позже, все обсудим. Анна, что у нас планируется на утро?
— До обеда — встреча с руководителями производства «Ники» и совещание с директорами предприятий, — доложила секретарь. — В девять будут начальник цеха, дизайнер и технолог. В десять тридцать отчеты руководителей фирм и бухгалтерии, текучка. Ашот Ервандович и Елена Петровна должны доложить, как продвигается работа по открытию банка.
— Больше ничего? — уточнил я.
— На сегодня других назначенных мероприятий нет, — пожала плечами девушка. — Потом всё на ваше усмотрение. Но есть ещё один момент. Звонил товарищ Шмелев. Через час-полтора обещал снова перезвонить. Хочет быть уверенным, что с вами всё в порядке. Просил передать, чтобы вы ничего не планировали на вечер. В семь вечера ждёт вас в том же месте, что и прошлый раз.
— Раз просит, значит, буду, — криво усмехнулся я. — Всё?
— Пока да.
— Расскажешь, что произошло? — не выдержал импульсивный Ашот. — Мы ночь не спали, тебя искали, да. Я генералу позвонил, чтобы помогал.
— Полковника тоже подключили, — добавил Сергей. — Он очень не хотел с гэбэшниками связываться. Но я убедил. Сказал липа это всё, не комитетчики это. Пояснил, с кем ты дела ведешь. Пообещал, людей его по возможности не светить, пусть окажут помощь неформально, мы хорошо заплатим. Они с ребят показания сняли на всякий случай для фиксации.
— Уже не знали, что думать, — добавил Саня. — Всякие дурные мысли в голову лезли. Что это за черти и чего от тебя хотели?
— Чуть позже расскажу, — я глянул на циферблат «Полета» — Так, до первого совещания ещё сорок минут. Пойдемте парни, прогуляемся.
— Зачем? — удивился десантник, — Можно и у тебя в кабин…
Поделиться книгой: