Война

Я вышел из машины и, взойдя на крыльцо, неспешно направился в наши с Ольгой апартаменты. Здесь не было лишних людей и все четыре десятка человек, служивших в охране и в обслуге дома, были очень сильно так или иначе обязаны Ольге или её матери. Вечером того дня, когда Велена вынесла вердикт, что я могу изучать боевые техники, у нас с Ольгой состоялся важный разговор, который начала она. Времени после переезда прошло всего две недели.

– Ты уникален, Сергей, осознаешь это? – спросила она, когда мы лежали в своей кровати, отдыхая после любовной баталии.

– Если честно, пока не очень, – улыбнулся я в ответ.

– Когда мы начнем прокачку твоего источника, а это нужно сделать обязательно, чтобы ты мог в крайних случаях как-то себя защитить, то для твоего обучения мне придется привлечь многих людей. Оставить твои уникальные способности без внимания не получится. Мне придется привлечь многих своих родственников, дабы обеспечить твою безопасность. Возможно, не сейчас, но позже их помощь потребуется обязательно, при условии, конечно, что ты будешь прогрессировать. На первоначальном этапе пока хватит одной Велены. Но если ты, как мне тут мечтал, надеешься сесть за штурвал робота, то список знающих о тебе людей может вырасти. Либо надо забыть, что у тебя проснулся источник, и жить не высовываясь, втихаря, с помощью одной Велены развивая свою силу. Но её частые походы в наш дом тоже скоро будут замечены и вызовут вопросы, на которые мои родственники наверняка захотят получить ответы.

Все это Ольга проговорила спокойным и ровным тоном.

– Я бы хотел развить свой источник на максимально возможный уровень, и прости моё, возможно, детское желание, но я очень хочу научиться управлять и роботами, и МПД, – твёрдо ответил я

Ольга только вздохнула и сказала:

– Мне не прикрыть тебя в одиночку, даже если отберу преданных лично мне людей, в чьей верности не сомневаюсь, что я, в принципе, уже сделала. Некоторых своих родственников я буду вынуждена поставить в известность. А их молчание, горячую помощь и поддержку, а также отсутствие зависти я смогу обеспечить только одним способом.

– Каким способом? – вкрадчиво поинтересовался я.

– Мне придется поделиться твоим генетическим материалом, – спокойно ответила Ольга.

– Вау, – играя радость, воскликнул я. И добавил иронично: – Наконец-то наш секс станет разнообразнее.

Разговаривая, мы лежали на боку лицом друг к другу. И когда я озвучил предположение, как именно придется делиться моими генами, Ольга нехило так стукнула своим кулачком мне по плечу и с крохотными молниями в глазах практически прорычала:

– Я сказала – поделиться генным материалом, а не тобой. И что ты там сказал по поводу разнообразия? Секс со мной превратился в скучное занятие?

Последний свой вопрос она задала, слегка приподнявшись и нависнув надо мной.

«Ух, моя фурия», – подумал я, любуясь этим гневным образом. Вслух же с улыбкой произнес:

– Оленька, у меня в голове пока нет границы, разделяющей меня и мой генетический материал. Это был всего лишь уточняющий вопрос. – И погладив место удара, добавил: – Секс с тобой не может быть скучным делом. Это даже звучит как бред. Просто девушек вокруг слишком много, вот мысли и скачут.

– Ага! – воскликнула Ольга, выходя из образа гневной княгини. И включив игривую девушку, добавила: – А мысли скачут, потому что наш мальчик, оказывается, не удовлетворен?

– Он полностью удовлетворен, – ответил я с улыбкой.

– Сейчас я проверю, – проворковала Оля, наклоняясь и целуя меня, в то время как её рука скользнула по моему телу, чтобы проверить, как там на самом деле обстоят дела с мальчиком и его удовлетворением.

* * *

Прерывая свои воспоминания, я тихо вошел в наши трехкомнатные апартаменты и негромко поинтересовался у сидящей в гостиной Яны:

– Уже заснула?

– Да, – кивнула головой сиделка нашей дочери, воительница в ранге Бета. – Только что.

– Ладно, иди отдыхай, дальше я сам, – сказал я, проходя в небольшую комнату, где спала наша трехлетняя малышка.

Присел на стул возле кроватки и с любовью посмотрел на кудрявое золотоволосое чудо. Вся в Ольгу получилась, чему я был несказанно рад. Возможно, мои черты еще проступят, но даже если и нет, переживу. Не думал, что буду так млеть и таять при взгляде на своего пока единственного ребенка.

Самое главное, что за неделю до свадьбы я все-таки рассказал Ольге, кто я и откуда. Надоело держать это в себе, да и вопрос с документами нужно было решить, ведь при регистрации брака их наверняка спросят. Ольга этот вопрос не поднимала, наверное, думала, что я их в последний момент не иначе как из трусов достану. Разговор вышел очень долгим, мы проговорили до самого утра, Ольга сыпала вопросами, а я отвечал. Политическое устройство моего мира, роли и взаимоотношения мужчин и женщин, её, мягко говоря, изумили. Но она поверила мне, сразу и без оглядки, ведь её внутренний детектор лжи ещё ни разу не подводил. По моему описанию руин, недалеко от которых я появился в этом мире, Ольга самостоятельно и достаточно легко определила по карте родовых земель, кому они принадлежали. Оказалось, что двадцать семь лет назад там еще находилось поместье свободного боярского рода Змеевых. И это был род артефакторов, изведенный кем-то под корень. Ольга подробности не знала, это было все-таки до её рождения, но мы вдвоем, посмотрев архив новостей тех лет, нашли только упоминание об уничтожении поместья рода Змеевых и всё. Кто напал, кому дорогу перешли? Непонятно. А после моего упоминания об алтаре в лесу недалеко от поместья Ольга решила выкупить эти земли, а заодно озадачила свою СБ, чтобы те попытались прояснить события почти тридцатилетней давности. Естественно, моя невеста не стала рассказывать главе своей службы безопасности, чем вызван её неожиданный интерес к этим землям. Единственное, о чем попросила Марину – и я думаю, она точно догадалась, что это как-то связано со мной, – постараться узнать всё, не привлекая особого внимания.

После нашего разговора по душам Ольга перестала удивляться моему слегка наглому и самоуверенному поведению. На следующий день она отвела меня к приехавшей вместе с нами лекарке Валентине, которая взяла у меня на анализ кровь, сделала скан сетчатки глаза, сняла отпечатки пальцев, определила вес, замерила рост, сфотографировала. Ольга, забрав у нее все полученные данные, на выходе из кабинета напомнила Валентине, что та нас тут не видела. На что лекарка, усмехнувшись, сказала: «Я все прекрасно поняла, ваша светлость».

Ну а я через два дня обзавелся документами и легендой для особо любопытных. Выданная Ольгой пластиковая карточка размерами не превышала стандартную банковскую. С одной стороны на карте был отпечатан флаг Российской Империи. Синий крест делил флаг на четыре равные доли, верхняя левая и правая нижняя были белого цвета, а верхняя правая и нижняя левая были красными. Такой интересный триколор получился. Строго по центру флага расположено золотое изображение двуглавого орла, увенчанного тремя коронами и держащего в лапах скипетр и державу. На обороте на полностью черном фоне выбито золотом название государства, а ниже русскими буквами – «Ермолов Сергей» и шестнадцатизначный номер. «Да, – подумал я, – отчества здесь совсем себя изжили, удивительно, что матчества не появились. Как там мать Ольги звали? Любослава. Была бы Ольга Любославовна. Хотя это даже звучит, а вот если бы меня по маме звали Сергей Галинович, или как там правильно склонить-то? Слух точно резало бы. А ведь я точно слышал, как мою невесту пару раз обозвали Любославовной. Наверное, если мать ребенка установить несложно, то вот с отцом может быть затык, потому и пропали из оборота отчества». Решив проверить возникший вопрос, попросил у Ольги её, хм, мультипаспорт. Ну вот, как я и думал, карточка один в один как у меня, только имя прописано полностью – «Гордеева Ольга Любославовна». «И тут дискриминация», – вздохнул я про себя. Возникла мысль с вопросом про Марью Ивановну, шеф-повара нашей усадьбы под Москвой, которая также перебралась с нами в Нижний. У неё-то как раз отчество. А из всех схожих женских имен на букву «И» сперва я вспомнил только Иванку. Хотя женское имя Иоанна тоже есть, но в России оно сейчас вроде не встречается, как-то перешли на Жанну. «А может, она своего отца как раз знала. Или вообще у девушек есть выбор, хочешь, бери отчество, хочешь матчество?» Как бы то ни было, но по новым документам я родился в Нижнем Новгороде десятого августа две тысячи двадцать четвертого года. Мать умерла при родах, воспитывался бабушкой, почившей четыре года назад. От нее у меня, оказывается, осталась двухкомнатная квартира. Реальный день рождения у меня в апреле, о чём я Ольге говорил, но, видно, служба безопасности, которая явно проводила легализацию меня, красивого, – не удивлюсь, если это делала сама лично Марина, – не просто так выбрали именно эту дату. Скорее всего, кто-то действительно рождался этого числа. Хорошо хоть год подогнали, и мой возраст не поменялся. Как было двадцать три года, так и осталось. Как посмотреть мои данные, подсказала Ольга, когда я несколько удивленно спросил у неё, где фото, адрес и все остальное? Оказывается, на телефоне можно установить программу, что я сразу сделал, и, отсканировав карточку, получил всю информацию о себе любимом. Помимо выше озвученных данных, там было и мое фото, и скан глаза с группой крови, и параметры тела. В общем, вся информация, полученная лекаркой, оказалась здесь. Этот мультипаспорт также заменял и банковскую карточку. И я с удивлением обнаружил у себя на счету сто тысяч рублей. Прежде чем моя долгое время спавшая гордость успела возбудиться и что-то промычать про альфонса, приживалу и так далее, Ольга, жестко и бескомпромиссно припечатала:

– Это аванс. Отработаешь!

Обычные, чисто банковские карточки тоже были в ходу. Дашина, например, у меня так и оставалась. Надо будет, кстати, с Лорой созвониться, спросить, как там дела с квартирой. Может, надо отдать ей остатки денег, если что-то требуется оплатить.

А через неделю после нашего разговора, не оставившего больше никаких тайн, или, по другому счету, через месяц после переезда в Нижний Новгород мы с Ольгой поженились. И мои свежевыданные документы обновились уже официально. Теперь у меня такая же пластиковая карточка, только с именем «Гордеев Сергей». Свадьба прошла бурно и очень масштабно. Согласно списку приглашенных, всего на празднование свадьбы в Нижегородский кремль прибыли три тысячи человек. Тут были главы всех великих кланов, даже те, с кем у клана Гордеевых были весьма напряженные отношения. Были представители и главы сильнейших кланов. Не всех, правда, кое-кого Ольга не пригласила. Были главы родов, входящих в клан Гордеевых, и их семьи. Были и некоторые свободные боярские рода, ну и практически весь род Гордеевых, – человек двести пятьдесят набралось. Не каждый день глава такого клана выходит замуж, а учитывая специфику мира, где не делить мужчину с другой женщиной могут позволить себе только некоторые избранные из всей огромной массы женщин, вынужденных образовывать гарем, то ажиотаж вышел что надо. Короче, нехилая получилась толпа народа. Это если только в кремле считать, а ведь в самом городе тоже устроили гуляния, с бесплатно накрытыми столами в парках и скверах, с концертами различных знаменитостей. Нижний Новгород три дня гудел, так как Ольга заранее объявила выходные. Я же себя чувствовал, как принц датский. Почему датский? Да хрен его знает. Навеяло что-то. Особенно когда мы в машине с открытым верхом прокатились по городу, время от времени останавливаясь и фотографируясь на память. А поскольку толпы гуляющего народа были практически везде, то нас встречали восторженными криками и кричали «горько». Черт! Честно? Очень хотелось провалиться. Желательно куда-нибудь поглубже. Наверное, именно в этот момент я осознал, что женюсь на самой настоящей королеве, полновластной хозяйке своих земель, куда даже Служба Имперской Безопасности может явиться исключительно после предварительного уведомления. Мол, едем такого-то, встречайте. Такое положение избранных было, ясно, только у десятки великих кланов и следующей за ними двадцатки сильнейших. К остальным мелким кланам и уж тем более свободным родам, по сравнению с этой великолепной тридцаткой, «сибовцы» относились без особого пиетета. Все-таки правящая императрица Мария следила, чтобы закон в империи, хотя бы над большей её частью, превалировал над происхождением.

Помимо сильнейших эмоций и потрясающих впечатлений свадьба подарила и много новых знакомств. Михаил, троюродный брат Ольги, понравился мне сразу. Он такой же немного наглый, как я, и обладает хорошим чувством юмора. С самого детства он был фанатом шагающей техники. И чтобы получить возможность хотя бы иногда прикасаться к этим могучим роботам, он усиленно занимался математикой. Что позволило ему стать в дальнейшем отличным программистом. И, как я с удивлением узнал в дальнейшем, практически всё программное обеспечение для техники, производимой кланом, сделано его руками. За что пользовался заслуженным уважением практически всех в своем роду. Во всяком случае, Ольга встретила Михаила ласковой улыбкой и очень тепло отреагировала на его поздравления:

– Сестра, я очень рад, что среди той капли выбора, который у тебя был, ты умудрилась найти нормального мужа, – проговорил Миша.

Мы с ним успели минут десять до этого пообщаться и сошлись во мнении, что роботы – это круто, футбол – клёво, а совместный поход в бар лучше не откладывать. В общем, нормальный, на мой взгляд, тогда еще тридцатидвухлетний мужик.

– Спасибо, Миша, – улыбнулась Ольга.

– Наконец-то мне будет с кем общаться на разные жизненные темы, – усмехнулся этот кадр.

Ольга на это ласково так улыбнулась и проговорила:

– Собьешь Сергея с пути истинного, оторву голову. – И добавила: – Причём обоим.

– Оу! – воскликнул этот юморист. И подмигнул мне: – У истины много путей.

Бабником он, конечно, оказался просто жутким, куда там пресловутому Казанове, хотя у итальянского ловеласа таких условий точно не было. И этот лысый Кощей, несмотря на пять жен, регулярно погуливал налево. При этом, гад ползучий, постоянно выражал мне свои соболезнования и сокрушался, что я, увы, не могу в полной мере оценить ту шедевральную брюнетку или восхитительную блондинку, которая была с ним вчера. Ну не сволочь ли? Правда, весьма харизматичная сволочь. Я ему, конечно, в ответ авторитетно заявлял, что моя Ольга и сотню блондинок с брюнетками перевесит. И он скрепя сердце вынужден был соглашаться, что таких богинь, как его сестра, у него точно не было.

Была на празднике и Ева Романова. На ужин к ней мы с Ольгой все-таки не поехали. Как там княгиня Гордеева отмазывалась от её высочества, не знаю, – может, ужин у принцессы поменяла на приглашение к себе на свадьбу. Не в курсе. Но Ева поймала меня, когда я сбежал в какой-то закуток, чтобы покурить и отдохнуть в одиночестве, а то мышцы лица уже устали от вынужденных улыбок. После расшаркиваний и взаимного приветствия Ева и подняла очень неприятную тему.

– Знаешь, Сергей, какая интересная штука получается… – явно издалека начала принцесса. И весьма иронично продолжила: – После того как я оказалась должна одному юноше ужин, я решила проверить, что же это за парень.

– Получилось? – улыбнувшись, спросил я.

– Ты не поверишь, но даже СИБ не смог найти Сергея Ермолова, – усмехнулась Ева. – Однофамильцев нарыли целую кучу, но ни один не соответствовал внешним данным.

– Представляю, как ты расстроилась, – состроив грустное лицо, сказал я.

– Нет, не представляешь, – улыбнулась Ева. – Я ведь назначена бабушкой куратором службы безопасности, чтобы, по её словам, научиться лучше понимать все проблемы нашего государства.

– Её императорское величество очень мудрая женщина, – только и мог произнести я.

– Конечно, не спорю, – благосклонно кивнула головой Ева и, усмехнувшись, съехидничала: – Но ты представь мое удивление, когда три дня назад начальница СИБа принесла мне наконец-то твои данные, и оказалось, что ты из Нижнего Новгорода.

– А почему ты удивилась? – осторожно спросил я.

– А потому, что Нижний Новгород мы проверили до этого дважды, – язвительно ответила принцесса.

– Ну, может, система глюкнула, – сделал я морду кирпичом.

– Ага, глюкнула, притом дважды за месяц, – сыронизировала Ева. – Глава СИБа так мило краснела, когда выдавала эту версию.

– По-моему, очень стройная версия, – согласился я.

– Хм, ну да, только я вот не люблю стройных и легких версий, – с явным переизбытком сарказма ответила её высочество. – А потому дала команду прошерстить получше, откуда и когда могли появиться эти неожиданно всплывшие данные…

На этом месте Ева сделала драматическую паузу, и я её не разочаровал.

– Продолжайте, ваше высочество, Вы такая интересная рассказчица, – слегка иронично произнес я.

Усмехнувшись на мой тон, принцесса продолжила излагать про свои изыскания информации о моей персоне.

– Ольга могла легко ввести в базу данных своего княжества нового человека, но вот чтобы этот человек всплыл в базе данных империи, нужно задействовать кого-то из СИБа. Можешь сказать Ольге, что её глупого «кротика» мы вычислили, но я совсем не обижена, так как понимаю, – каждый клан пытается завести в СИБ свои уши, им ведь так интересно, что же у нас в безопасности происходит и не копаем ли мы под кого-нибудь из них.

– А почему «крот» глупый?

– Потому что умный «кротик» сначала бы проверил, какие данные вносит, и обязательно бы увидел, что это тот самый мальчик, которого мы так долго искали.

– И что вы будете делать теперь? – внешне абсолютно спокойно спросил я.

– Ничего. Это не самое страшное преступление, чтобы я устраивала скандал. И данные твои в системе я велела оставить. Смена фамилии с Ермолова на Гордеева у тебя прошла уже официально, через церковь. Но мне безумно любопытно, зачем Ольга потратила столько усилий на тебя? Почему пришлось подменять твои данные?

– Ну а для чего обычно меняют данные о своем прошлом? Возможно, когда вынуждены прятаться от неприятностей?

– Допустим, – благосклонно кивнула головой принцесса. – Но завтра твои фото пройдут по всем новостям. Как же, ведь самая завидная невеста… хм, после меня, нашла себе мужа. А значит, все твои неприятности снова тебя найдут.

– Я думаю, на проблемы Сергея Ермолова может абсолютно наплевать Сергей Гордеев, – уверенно произнес я.

– А я думаю, что абсолютно любые неприятности Сергея Ермолова легко разрешит княгиня Гордеева, – усмехнулась Ева. Чуть склонив голову и слегка прищурившись, принцесса добавила: – Ей же не представило сложности выполнить явно твою просьбу и отомстить за смерть Дарьи Соколовой.

«Вот черт, и тут докопалась, – подумал я. – Хотя чего я удивляюсь, если уж СБ клана, как рассказала Ольга, справилась за два дня, то Служба Имперской Безопасности точно не лохи. Тем более, как мне сказала Ольга, данные о дуэли и её причине она сразу отправила в дворянский суд и в СИБ. Причиной, естественно, фигурировала смерть половины наёмного отряда по вине Белезиных, а дальше, раз имперцы искали меня, то очень легко нашли связь между мной и Дашей. Или еще проще, нашли меня через программу сличения лиц, где и увидели рядом со мной погибшую девушку. В общем, путей было много».

Выкинув из головы ненужные мысли, я нагло усмехнулся и весело предложил:

– А давайте добавим символизма, ваше высочество?

– Это как? – поддержала улыбку принцесса.

– Жизнь с чистого листа! – воскликнул я, для наглядности изобразив рукой, как будто пишу на холсте.

– Хм, вот это уже звучит поинтереснее, – задумчиво протянула Ева. – Но остаются вопросы: зачем и почему?

– Ну на это причины могут быть разные, – миролюбиво улыбнулся я и твердо, глядя ей в глаза, проговорил: – Но поверьте, ни крови на руках, ни преступлений за спиной у меня нет.

– Верю, – чуть помедлив, сказала Ева. – Но я очень люблю отгадывать загадки, Сергей, а ты меня заинтриговал.

В общем, тот ещё разговор получился, и после свадьбы, практически уже ночью, я его Ольге в подробностях пересказал.

– Ева очень настырная девушка, когда ей что-то надо, – задумчиво проговорила моя теперь уже жена. – Но при этом легко увлекается чем-то новым. Некоторое время она ещё пороет, ради удовлетворения любопытства, но потом должна успокоиться.

– А если не успокоится? – немного нервно спросил я.

– Ну-у, – протянула Ольга, – нет человека, нет проблемы.

Ночевать в кремле мы не остались, а решили все же, несмотря на позднее время, вернуться в свой дом в пригороде. Разговаривая, мы сидели на удобном диванчике, расположенном в гостиной. Даже после такого долгого, трудного и насыщенного дня моя Ольга выглядела очень довольной и, по сравнению со мной, совсем не уставшей. В своем шикарном красном платье с подолом до самого пола и с длинным боковым разрезом с одной стороны до середины бедра она смотрелась просто волшебно. Я не спеша, лениво цедил апельсиновый сок, и, когда Ольга озвучила свой конструктивный тезис, аж поперхнулся, делая очередной глоток. Откашлявшись, ошарашенно посмотрел на спокойную и невозмутимую жену и, чувствуя себя совсем офигевшим, изумленно спросил:

– А это ничего, что тут как бы не совсем человек, а наследная принцесса императорского престола?

– Ой, и правда, – голосом гламурной и глупой блондинки воскликнула Оля. И сокрушенно добавила: – Как я могла забыть? Придется попотеть.

И только тут я заметил, что моя молодая жена еле сдерживает улыбку. «Ах ты, редиска, прикалываешься надо мной, ну подожди», – мысленно подумал я. Расслабленно откинувшись на спинку дивана, решил поддержать свою жену в этой фантазии:

– Да, лучше всего подстроить несчастный случай, метеоритный дождь там или извержение вулкана, потому что, как ещё завалить Альфу, не вызывая подозрений, я не знаю.

Ольга так заразительно рассмеялась, что я не выдержал и тоже присоединился. Успокоившись, я иронично констатировал:

– Очень надеюсь, ваша светлость, что СИБ не прослушивает эту комнату, а то нам, несмотря на весь ваш статус, чертовски не поздоровится.

– Не волнуйся. У всех кланов с имперцами негласное состязание, – у кого больше ушей. СИБ прекрасно знает, что как минимум все великие кланы стараются заиметь своих осведомителей в их службе, чтобы быть в курсе последних новостей. Ну а клановые прекрасно понимают, что на их землях также работают агенты СИБа. Так что я не обольщаюсь и прекрасно понимаю, что в моем городе, помимо официального представителя, наверняка работают и законспирированные имперские агенты. Но конкретно в этом особняке всё чисто. Я лично отбирала сюда людей, и если уж такие кадры начнут предавать, то лучше сразу застрелиться, – с кем же тогда жить и работать. Если Ева все же про тебя накопает что-то, – она первая придёт с каким-нибудь предложением, а нам придется думать, что ей ответить.

– Главное, чтобы другие кланы, благодаря своим ушам в СИБ, не узнали, что за бурю подняла там Ева, – немного мрачно проговорил я.

– Ну-у, тут уже не угадаешь. Плохо, конечно, что ты так поздно мне рассказал, раньше мы бы твою легализацию провернули тихо и незаметно.

– Прости, – вздохнул я, – очень боялся, что ты сочтешь меня сумасшедшим.

– Зато ты был бы только моим сумасшедшим, – печально улыбнулась Ольга. И сменив тон, жестко добавила: – А сейчас моей СБ придется быть очень внимательными, отслеживать особо любопытных и рубить чужие уши вместе с головой.

Я аж вздрогнул от её тона – да уж, подкинул забот. А Ольга, слегка сжав своими пальчиками мою руку, твердо проговорила:

– Не волнуйся, я тебя никому не отдам, даже если ко мне с войной заявятся. А чтобы взять княжество силой, потребуются усилия минимум пятерых великих кланов и Романовых в придачу. У меня здесь такая оборона – не сразу и взломаешь. Да и не будет войны, это слишком нереальный сценарий, у нас все-таки цивилизованное общество, чтобы доводить до таких крайностей. Максимум, что нас ждет, это деловое предложение поделиться твоими генами, но мне кажется, это не самая большая плата за спокойное существование. Тем более что мы потребуем взамен что-нибудь нужное для клана. Единственный минус, если слухи о твоей уникальности расползутся по стране, – территорию княжества тебе покидать будет нельзя, поскольку я боюсь представить размер кортежа для твоей охраны.

Последние слова Ольга произнесла, весело улыбнувшись, я же, фыркнув, подумал про себя: «Да, дурак. Влюбился в девушку, с которой готов прожить всю свою жизнь, но не смог сразу открыть ей свою тайну. Было бы сейчас всё намного проще, и я не переживал бы».

– Кто бы там говорил насчет цивилизованности, – решил я слегка потроллить свою супругу. – Не буду показывать пальцем, но кое-кто собирался устроить войну на уничтожение из-за маленькой нефтяной компании. А тут у нас речь об уникальных генах.

– Да не было бы никакой войны на уничтожение – одна битва на поединке, и на этом бы и разошлись, а победитель получил бы приз в виде предмета спора.

– Переведи, я тебя не понял, – удивленно попросил я. И продолжил, с каждым словом распаляясь всё больше: – Ты же мне сама рассказывала, что нас ждёт пару месяцев войны, максимум год, а Рудовых застращала так, что они чуть не обделались на месте. И про войну с тотальным геноцидом двух кланов кто мне рассказывал?

– Я была настроена на самый жесткий вариант, поверь, у меня были очень веские причины, и стращала я Рудовых, чтобы расшевелить Шереметьевых, – проговорила Ольга. Потом щелкнула пальцами и с улыбкой произнесла: – Совсем забыла, что ты у меня инопланетянин и в наших реалиях совсем не разбираешься. Слушай внимательно.

Так я узнал про систему вызова и поединков, регулирующую взаимоотношения между родами и кланами Российской Империи. А все, что я до этого нарыл в интернете, оказалось настолько поверхностным и не соответствующим реальному положению дел, что мне даже стало немного стыдно за свою бестолковость. Как я мог проглядеть такую особенность? Оказалось, что кланы или свободные рода, имеющие друг к другу взаимные претензии или столкнувшиеся в какой-то интересующей их обоих сфере деятельности, решали вопрос, как сказала Ольга, цивилизованно. А именно – бросали вызов на поединок. Клан или род, получивший вызов, обладал первоочередным правом выбрать, какое именно количество сил он выставит для разрешения спора. Речь, разумеется, идет о роботах и МПД. Но, чтобы не превращать любую спорную и чаще всего мелкую проблему в фарс, существовало ограничение на минимальное количество используемой техники. Двадцать пять роботов определенных категорий и десять тяжелых пехотинцев. Такое правило не позволяло слабым кланам и мелким свободным родам доводить спорные ситуации до постоянной драчки между собой, заявляя на возможный поединок всего лишь одного робота и пару пехотинцев, а заставляло разрешать их проблему с помощью диалога или через суд. Максимальная заявка – это сто единиц техники вместе с МПД. Поэтому разборки такого уровня проходили только между действительно сильнейшими родами и кланами. Если же столкнулись интересы неравных по силе кланов, то негласное правило требовало, чтобы вызов бросил слабый клан. Раз ты считаешь себя достойным и сильным, брось вызов первым.

Если сильный вызывает слабого, то на это смотрят очень косо, долго обсуждают и осуждают вплоть до негласного бойкота, когда главу такого клана начинают «забывать» приглашать на различные празднования. Плюсом к этому идет еще и возможная жалоба слабого рода или клана. К примеру, когда более сильный необоснованно, как это чаще всего бывает, наехал на мелкий и слабый род, в этом случае последний вполне может отклонить вызов и направить жалобу в канцелярию императрицы и в службу имперской безопасности. Там рассмотрят все обстоятельства и причины вызова. Ну и сделав вывод, что сильный клан действительно зажрался и тупо решил потрясти мускулами, ему могут впаять нехилый штраф, половина которого пойдет несправедливо обиженному роду, а вторая половина в карман государства. «Не иначе как за адвокатские услуги», – мысленно хмыкнул я в этом месте. В случае с Шереметьевыми Ольга оказалась в двойственной ситуации. Столкнулись интересы великого клана Гордеевых и сильнейшего клана Шереметьевых. В такой ситуации более слабые Шереметьевы должны были бросить вызов первыми, но они тянули резину и никак не реагировали.

Потому что понимали, что Ольга, получив вызов, получит право включить в заявку ТАКИЕ силы, которые Шереметьевы потянули бы с большим трудом. Поэтому Шереметьевы и ждали, когда Ольге надоест терпеть их хамство и она первая пойдет на обострение. И тогда такое развитие событий дало бы им повод обратиться к союзному клану Багратион и получить помощь в виде хорошей техники и опытных пилотов. А репутация клана Гордеевых, учитывая таких союзников у Шереметьевых, уже не пострадала бы. И все эти поединки, оказывается, проходят под прицелом камер, вся страна замирает у телевизоров, чтобы посмотреть прямую трансляцию захватывающего сражения. Рейтинги, как понимаете, у такой передачи просто зашкаливают, а букмекерские конторы на тотализаторах зарабатывают миллиарды. Камеры и опытные комментаторы позволяют провести битву по всем правилам и без нарушений со стороны участников. Как я мог просмотреть такую колоритную национальную особенность, я просто не знаю. Теперь, когда Ольга открыла мне глаза, я уже по-другому понял разговор с Нино Багратион. Но вопросы, конечно, остались.