Августовский полдень

Эрскин Колдуэлл

Августовский полдень

Когда Вик Гловер проснулся в полдень, в ушах у него стоял звон от жары. Вик спал всего полчаса, ему бы перевернуться на другой бок и опять заснуть, но, приоткрыв на секунду глаза, он вдруг увидел поверх своих босых ног черную голову Хьюберта. Тогда он разлепил веки пошире, стараясь изо всех сил, чтобы они не закрылись.

Хьюберт стоял во дворе у самой веранды и держал в руке сосковую шишку.

Вик послал его к черту.

Негр еще раз провел шишкой по босым ногам Вика к отскочил назад.

— Это еще что придумал — щекотать мне пальцы погаными шишками! — заорал Вик. — Делать тебе больше нечего? Шел бы лучше на поле да обирал долгоносиков. Будешь тянуть, так они весь хлопок у нас сожрут.

— Уж как мне не хотелось будить вас, мистер Вик, да ничего не поделаешь. — сказал Хьюберт. —Пришел какой-то белый. Что ему надо, не говорит, а, видно, что-то надо, иначе он не стал бы тут торчать.

Вик приподнялся и сел на одеяле, окончательно проснувшись. Он надел башмаки, стараясь не глядеть во двор. Белый песок на дворе слепил глаза, отсвечивая на солнце, и дальше края веранды Вик ничего не видел. Хьюберт закинул шишку под дом и отступил в сторону.

— На драку нарывается, — сказал Вик. — Уж если кто похаживает молча или сидит да поглядывает по сторонам, значит, нарывается на драку.

— Вон он, мистер Вик, — сказал Хьюберт, поведя головой в бок. — Вон сидит под дубом.

Вик поискал глазами Уилли. Уилли сидела на другом конце веранды, на самой верхней ступеньке, как раз напротив незнакомого белого человека. Она не посмотрела на Вика.

— Умнее ничего не придумал, как разбудить меня? Разве сейчас время вставать? Хоть изредка дал бы мне вздремнуть среди дня!

— Хозяин, — сказал Хьюберт, — да я нипочем не стал бы вас будить — ни днем, ни ночью, но вы поглядите на мисс Уилли! Устроилась на самой верхней ступеньке, а этот белый уж сколько времени сидит себе да постругивает палочку и не говорит ни слова. Я испугался, как бы чего не вышло, когда он ее начисто состругает, палочка-то уж совсем тонкая стала. Почему я вас и разбудил, мистер Вик. От этой белой палочки уж самая малость осталась.

Вик снова посмотрел на Уилли, потом перевел глаза на незнакомца, сидевшего у него во дворе под дубом.

Обструганная палочка была не толще бумажного листа.

— Хозяин, — сказал Хьюберт, — не стоит нам затевать сегодня драку? А, хозяин?

— Откуда он пришел? — спросил Вик.

— Я и не заметил, как он пришел. Взглянул, вижу сидит под дубом и стругает палочку. Я, наверно, вздремнул малость, а потом открыл глаза и вижу — он уже во дворе.

Вик, не вставая, двинулся вперед по одеялу, раз–другой, до тех пор, пока ноги не свесились с веранды. Едва он принял сидячее положение, как по шее у него потекли струйки пота.

— Спроси, Хьюберт, что ему надо?

— Не стоит нам затевать сегодня драку? А, мистер Вик?

— Тебе говорят, спроси, что ему здесь надо?

Хьюберт пошел к дереву, но на полдороге остановился.

— Мистер Вик спрашивает, что вам угодно, белый джентльмен.

Незнакомец ничего не ответил. Он даже не поднял глаз от палочки, которую строгал.

Хьюберт пошел обратно, белки у него с каждым шагом выкатывались все больше и больше.

— Что он сказал? — спросил Вик.

— Пока еще ничего не сказал, мистер Вик. Будто и не слышал. Вы бы лучше сами с ним поговорили, мистер Вик. Он на меня и внимания не обратил. Сидит себе и смотрит на мисс Уилли. Велите ей уйти в дом, да пусть закроет за собой дверь, тогда, может, он станет нас слушать.

— Нечего ее в дом посылать. — сказал Вик. — Он у меня и так заговорит. Дай-ка мне безмен.

Мистер Вик, я все хочу втолковать вам про мисс Уилли. Мисс Уилли сидит на самой верхней ступеньке, а он уж сколько времени на нее смотрит, мистер Вик. Вы на меня не обижайтесь, мистер Вик, но на вашем месте я велел бы ей пересесть куда-нибудь. На мисс Уилли сегодня не так уж много всего надето, мистер Вик. Одно только платье, мистер Вик. Вот ведь о чем я вам толкую. Я недавно прошелся по двору, дай, думаю, посмотрю, на что это он так уставился, и если уж я говорю, что на мисс Уилли сегодня не так уж много всего надето, значит, на ней, кроме платья, ничего и нету, мистер Вик. Пойдите сами посмотрите — увидите, что я не вру, мистер Вик.

— Тебе сказано, подай безмен.

Хьюберт подошел к дальнему концу веранды, принес оттуда безмен, которым взвешивают хлопок, и отступил в сторону.

— Хозяин, — сказал он. — Не стоит нам затевать сегодня драку? А, хозяин?

Вик только приготовился спрыгнуть во двор, как вдруг человек, сидевший под дубом, сунул руку в карман и вынул еще один нож. Черенок у него был дюймов десяти–одиннадцати длиной и обтянут коровьей шкурой. На конце черенка была кнопка. Человек нажал кнопку большим пальцем, и из черепка выскочило лезвие. Он стал играть обоими ножами, подбрасывая их в воздух и ловя тыльной стороной то левой, то правой руки.

Хьюберт подоспел к Вику поближе.

— Мистер Вик. — сказал он, — незачем мне совать нос в ваши дела, но, как я погляжу, здорово вы влопались, когда привезли сюда мисс Уилли. Она городская, нечего ей на ферме делать.

Вик послал его к черту.

— Говорю вам, мистер Вик, здешние девушки не станут сидеть напротив мужчины на верхней ступеньке, даже если на них побольше всего будет надето, а не одно только платье. Я зашел с той стороны посмотреть на мисс Уилли, и, мистер Вик, мисс Уилли голенькая, как ощипанный цыпленок, если не считать одного местечка.

— Замолчи ты, — сказал Вик, кладя безмен на одеяло, рядом с собой.

Человек, сидевший под дубом, сложил перочинный нож и спрятал его в карман. Большой нож с черенком, обтянутым коровьей шкурой, он подбросил в воздух и ловко поймал его тыльной стороной левой руки.

— Мистер Вик, — сказал Хьюберт, — вы же спали все время и ничего не знаете, — а я знаю. Мисс Уилли давно сидит на верхней ступеньке, и он так на нее нагляделся, что уж себя не помнит. Я то все знаю, мистер Вик, потому что я туда ходил и все видел.

Вик послал его к черту.

Человек, сидевший во дворе, высоко подбросил нож и поймал его за спиной.

— Как тебя зовут? —спросил он Уилли.

— Уилли.

Он подбросил нож еще раз.

— А тебя как? — спросила она.

— Флойд.

— Ты откуда?

— Из Каролины.

Он подбросил нож еще выше и ловко поймал его на ладонь.

— А что ты делаешь в Джорджии?

— Сам не знаю, — сказал он. — Так, присматриваюсь.

Уилли улыбнулась ему и захихикала.

Флойд встал, прошел через весь двор к лестнице на веранду и сел на нижнюю ступеньку. Он обнял колени руками и посмотрел вверх на Уилли.

— А ты девочка ничего, — сказал он. — Попадаются и хуже.

— Ты сам ничего. — Уилли хихикнула, положив локти на колени и глядя на него сверху вниз.

— Поцелуемся?

— А тебе будет приятно?

— Еще бы! У тебя это, наверно, лучше, чем у других выходит.

— Никак не выйдет, пока ты там сидишь.

Флойд на карачках поднялся по лестнице и сел на предпоследнюю ступеньку. Он прижался к Уилли, обняв ее одной рукой за талию, а другую положил ей на колени. Уилли сползла ступенькой ниже и села рядом с ним. Флойд прижал ее еще ближе и громко причмокнул.

— Хозяин, — трясущимися губами проговорил Хьюберт. — Не стоит нам затевать сегодня драку? А, хозяин?

Вик послал его к черту.

Уилли и Флойд, не разжимая объятий, сползли вниз еще на одну ступеньку.

— Да что этот белобрысый расчмокался тут? Откуда он взялся? — сказал Вик. — Ведь надо же такое нахальство — пришел ко мне во двор и забавляется с Уилли!

— Вы не станете в драку лезть, а, мистер Вик? — Совсем мне ни к чему, чтобы сегодня здесь была драка, мистер Вик.

Вик посмотрел на одиннадцатидюймовое лезвие, которое Флойд воткнул в ступеньку у своих ног. Нож длиной в двадцать два дюйма держался на острие, и солнце играло на его блестящем лезвии, бросавшем блики на штанину Флойда.

— Пойди возьми у него нож и принеси мне, — сказал Вик. — Пойди, не бойся.

— Уж так мне не хочется огорчать вас. мистер Вик, но если вы хотите взять нож у этого белого джентльмена, придется вам самому это сделать. Я не желаю, чтобы он меня всего искромсал. Ничем не могу вам помочь, мистер Вик. Если вы хотите взять нож у белого джентльмена, не миновать вам самому это сделать, мистер Вик.

Вик послал его к черту.

Хьюберт начал пятиться и пятился до тех пор, пока не очутился у дальнего конца веранды. Пятясь, он то и дело оглядывался назад, чтобы не потерять из виду пень смоковницы между верандой и сосновой рощицей за хлопковым полем.

Вик окликнул Хьюберта и велел ему вернуться. Хьюберт медленно обогнул угол веранды и остановился в нескольких шагах от одеяла, на котором сидел Вик. Губы у него дрожали, а белки выкатывались все больше и больше. Вик приказал ему подойти ближе, но он остался стоять, где стоял.

— Сколько тебе лет? —спросил Флойд Уилли.

— Пятнадцать.

Флойд рывком выдернул нож и воткнул его еще глубже в — то же самое место.

— А тебе сколько? — спросила она.

— Двадцать седьмой.

— Ты женат?

— Сейчас нет, — сказал он. — А ты давно так?

— Третий месяц пошел, — сказала Уилли.

— И нравится?

— Да пока ничего, нравится.

— Еще разок поцелуемся?

— Да ведь только что целовались.

— А мне еще хочется.

— Больше нельзя.

— Почему?

— Мужчины не любят девушек, которым только бы целоваться.

— Я не из таких.

— А из каких?

— Я все бы целовал да целовал тебя.

— Да–а, нацелуешься и уйдешь?

— Нет, не уйду. Дождусь.

— Чего?

— Всего остального.

— Мне больно будет.

— Не будет.

— Нет, будет.

— Пошли в дом воды напиться. Там увидишь.