Помоги проекту - поделись книгой:
– Скорее всего – нет, – вежливо соглашаюсь я. – И мне очень не терпится их услышать.
– Представляешь, – оглянувшись по сторонам, увлеченно начинает Линда, – старика-то Доминиана, который был у нас представителем Ордена Света, помнишь же?..
Киваю – конечно, помню. Хотя раньше меня все эти Ордены, рыцари и гарнизоны интересовали не больше, чем прошлогодний снег.
– Так вот, его от нас перевели, – продолжает вводить в курс дела хозяйка. – А взамен прислали… Нет, ты не поверишь! Адриана! Племянника короля! – Линда восторженно закатывает глаза. – Красавчик! Хотя ты, наверное, с ним знакома, ведь тебе при дворе бывать доводилось?
– Незнакома, – задумчиво отвечаю я, стараясь не выдать охватившего меня волнения. – И при дворе не видала, правда, я там пару раз всего была, больше по делу.
– Ой! – Всплеснув руками, приятельница принимает решительный вид. – Это нужно немедленно исправить! Сейчас побегу скажу мужу, чтобы он вас представил друг другу, как только Адриан прибудет. Не пожалеешь! Хорош собою, галантен, воспитан! И образован, что у этих воинов большая редкость. Он был у нас позавчера с визитом и совершенно всех очаровал – такой обходительный молодой человек! И про тебя спрашивал, вот я и подумала было, что вы знакомы.
Линда, умолкнув на минуту, сосредоточенно поправляет платье.
– Ах да – по правилам его следующий визит должен быть к местному магу, к тебе то есть. Но вначале вам познакомиться нужно…
– Линда, милая, – мягко улыбаюсь я восторженно-несвязному бормотанью подруги, – напомни, пожалуйста, какие у меня танцы по правилам обязательные? А то что-то сегодня голова побаливает, никак не соображу.
– Да тут все просто, – искренне удивляется Линда, окинув меня недоуменным взглядом. – Бал открываете вы с моим мужем, как с хозяином дома, а мы с Адрианом идем второй парой. Если бы на балу присутствовали еще дамы из нашей семьи, по традиции Адриан должен был бы сначала танцевать с каждой из них, а только потом – с другими гостьями. Но мои дочурки еще совсем крошки, им о балах рано думать… Так что второй танец – ваш с Адрианом, а потом сама смотри, какие приглашения принимать. Помни только, что с одним кавалером танцевать более трех раз – признак дурного вкуса.
– Спасибо, дорогая! – с теплом благодарю я, старательно повторяя про себя услышанное. – И что бы я без тебя делала?
Смущенно оглядываюсь вокруг. Что ж, буду изображать светскость и благовоспитанность, мне ведь на Адриана нужно хорошее впечатление произвести.
Нет, я не видела, как в зал вошел Адриан, но я его почувствовала. Сердце, пропустив несколько ударов, неожиданно сорвалось в бешеный галоп, кровь прилила к щекам, все тело охватила предательская дрожь… Мамочки! А я всю жизнь считала, что подобные ощущения – плод неудержимой фантазии авторов сентиментальных дамских романов и уж со мной такого точно быть не может. С неимоверным усилием взяв себя в руки, принимаю безучастный вид.
– Госпожа Лика! – торжественно обращается ко мне хозяин дома. – Позвольте представить вам моего нового друга, господина Адриана, принца…
– Можно без принцев, – ласково улыбается белокурый красавец. – Просто рыцарь Адриан, местный представитель Ордена Света.
Я любезно произношу что-то приличествующее ситуации, скромно улыбаюсь в ответ, приседаю в реверансе, протягиваю руку для поцелуя… Язык и тело действуют совершенно независимо, не подчиняясь воле. Ешкин тролль! Впервые в жизни я мысленно возношу благодарность старой злюке Карле, школьной преподавательнице хороших манер. Да, той самой карге, которая лупила нас палкой, стоило лишь ссутулиться или допустить ошибку в обращении.
«Повторяем сто раз, пока не запомните! – До сих пор стоит в ушах скрипучий голос. – Хорошие манеры должны быть у вас в крови!» Что ж, пожалуй, стоит послать Карле небольшой приятный подарок, ведь не будь ее науки, я сегодня непременно опозорилась бы. Сердце унеслось вскачь, душа рванула к неизведанным высотам.
Незаметно из-под ресниц разглядываю нового знакомого. Как ему идет парадный мундир! Все-таки осанка, повадки, внешний вид человека, привыкшего большую часть времени проводить в седле, не идет ни в какое сравнение с местными разжиревшими помещиками, да и маги наши ничем не лучше. А в Адриане ощущается что-то настоящее, мужское, надежное, рядом с ним чувствуешь себя в безопасности, что ли… Трудно объяснить, мысли запутались окончательно.
Бал по традиции начинается старинным танцем-шествием. Пары передвигаются по залу легкими шажками, кланяются друг другу, принимая изящные позы, кавалер за весь танец всего несколько раз касается руки партнерши. Я чинно шествую в первой паре, открывая долгожданный праздник. Красивый танец и очень целомудренный, но отчего-то все тело горит огнем, даже губы пересохли. Это все милый виноват – я его взгляд прямо кожей ощущаю!
Кланяясь своему партнеру, осторожно оглядываюсь на идущую за нами пару. Хм… Да нет, у Адриана абсолютно невозмутимый вид, а на меня он даже не смотрит. Закусываю губу – понятно, нафантазировала неведомо чего, вот и мерещится!
А второй танец – вальс. Легонько наклоняю голову, принимая приглашение, подаю руку… И все! Безнадежно и невозвратимо тону в объятиях Адриана, и мир вокруг перестает существовать. Мы летим по залу, кружимся, проживая танец, как отдельную яркую и неповторимую жизнь. А еще почему-то иномирский Планетарий вспоминается – вальсирующие пары чем-то похожи на модель Солнечной системы – каждая из планет вращается вокруг себя и в то же время совершает большой круг по комнате. И как Луна – неизменный спутник Земли летит с ней по бесконечной солнечной орбите, так и мне вдруг захотелось стать верной спутницей любимого в круговороте жизни.
Удивленно выдыхаю – неужели вальс уже закончился? Ведь всего мгновение прошло! Перед глазами странный калейдоскоп – одна картинка сменяет другую, но все как-то бессмысленно и несвязно. Я танцую с кем-то еще и даже улыбаюсь, поддерживая легкую светскую беседу. Но я помню каждое прикосновение милого, каждый взгляд, дыхание, удар сердца, переживаю все это снова и снова. Кошмар, это ведь был всего лишь танец! Вот влипла…
Вновь я и Адриан. Кружимся, разговариваем, смеемся. Да, танцует он и впрямь замечательно, но ведь дело совсем не в этом…
Снова череда надоедливых, скучных кавалеров. И вот третий танец с милым – последний. Как же не хочется расставаться, отрываться, уходить – ведь мне так хорошо с ним! Сейчас обменяемся положенными любезностями и разойдемся в разные стороны. И кто придумал, что нельзя больше трех раз танцевать с одним партнером? С трудом сдерживаю гневную ухмылку. Взять бы этот свод правил и настучать им по башке тому умнику!
– Вы так божественно танцуете, – неожиданно прерывает мои думы Адриан, – что меня тянет презреть все требования этикета и пригласить вас еще раз. И если что меня и останавливает, то это исключительно боязнь скомпрометировать вас в глазах общества.
«Надо же! – Сладкая волна разливается по телу. – Кажется, я ему тоже понравилась!»
– И мне было очень приятно танцевать с вами, – выдаю бесцветным голосом заранее заготовленную фразу.
– Так, может, рискнем? – Улыбается милый так обворожительно, что в душе зацветают райские деревья. – Тем более я слышал, что среди магов человеческие нормы не особо в почете.
– Да, – смущенно бормочу я, почему-то вспоминая Изабель с ее фаербольчиками. – Наши требования этикета, пожалуй, более демократичны. Но я, наверное, сделаю небольшой перерыв в танцах и прогуляюсь по саду.
Глубокий вдох. Нет, дело не в приличиях, хотя, смотрю, этому красавцу палец в рот не клади. Начали сказываться последствия бессонной ночи, и если я немедленно не попаду на свежий воздух, то рискую грохнуться в обморок прямо тут. Ну да, в точности как изнеженная барышня.
– Тогда осмелюсь предложить вам свою компанию, – галантно кланяется Адриан, подавая мне руку. – Если не возражаете, конечно. Юной девушке не пристало гулять одной в такой поздний час.
Еле-еле сдержав глупейшую счастливую улыбку, небрежно соглашаюсь. С ним? Да хоть на край света! На луну! В склеп с призраками и колодец со змеями! Гордо выпрямляюсь. Подумаешь, всего лишь прогулка. Мозги потом на место верну, обязательно верну, обещаю! И, опершись об руку милого, неспешно выплываю из зала.
Глава 4
До чего приятен вечерний холодок! Нежный ветерок обдувает разгоряченное танцем лицо, успокаивает, даря легкость и умиротворение. Моя рука лежит на руке милого, пальцы дрожат, а ладошка пылает жаром. Отвожу взгляд – как хорошо, что Адриан ни о чем не догадывается!
А в саду заговорщически бормочет фонтан, сплетая водяные струи в сказочный ажурный шатер.
Мой спутник мило шутит, вспоминая забавные истории, рассказывает о городах, в которых бывал по долгу службы. Что ж – действительно умен, обходителен, прекрасный собеседник…
Ой! Фонтан, притихнув на мгновение, неожиданно выбрасывает высокий водяной столб, рассыпающийся, летящий вниз крупным бисером искусственного дождя. Мамочки! Да сейчас же с головы до ног…
Резкий рывок! Удивленно хлопаю глазами: на том месте, где мы стояли секунду назад, разливается здоровенная лужа. С уважением оглядываюсь на милого – надо же, успел в последний момент. Хм… А вообще, странный он какой-то – вроде беззаботно смеется, а взгляд серьезный, изучающий. Или это я опять выдумываю?
Мы сворачиваем на темную аллейку, ведущую в заброшенную часть сада. Завороженно выдыхаю. При свете луны старые, давно не стриженные деревья кажутся волшебными великанами, могучими, но добрыми и простодушными, вот стоят себе тихонечко и перешептываются о чем-то сокровенном. Густая трава колышется волнами, стелется, прижимаясь к земле, откуда-то из гущи ветвей подает голос ночная птица. Увлеченные беседой, мы бредем все дальше и дальше, дорожка истончается, незаметно превращаясь в извилистую лесную тропу.
Так, а это что? Недоверчиво разглядываю покосившуюся, увитую плющом старую садовую беседку. Надо же, а я и не знала о ней! Адриан, заглянув внутрь, с улыбкой подает руку.
Что есть счастье? Просто сидеть рядышком с любимым человеком, вдыхая волшебство теплого летнего вечера, и смотреть на звездное небо. Да, это счастье. Именно оно. Я теперь знаю.
– Лика, – нарушает милый затянувшееся молчание, – вы любите поэзию?
– Да, – отвечаю я, наблюдая за путешествующим по травинке светлячком. – Очень.
– Тогда вам, наверное, нравятся стихи серых эльфов, – ласково улыбается Адриан. – При дворе они сейчас просто сказочно популярны. Хотите, я вам почитаю?
Благодарно заглядываю в глаза. Еще бы я и не хотела! Для меня стихи действительно много значат – ближе всего по духу лирика Древних, в ней просто и красиво говорится о вечных ценностях. Жаль, сейчас она вышла из моды. И к иномирской классике отношусь с большим уважением, да и современные авторы у них неплохие. А вот про творчество серых эльфов как-то не слыхала. Чувствую, как щеки начинают предательски гореть. Вот что значит деревенщина! Кроме поселян и коров, ничего не вижу, а культурная жизнь на месте не стоит.
– С удовольствием послушаю, – радостно произношу я, открывая сердце навстречу высокой поэзии.
Прочитав двустишие, Адриан с интересом смотрит на меня, ожидая реакции. А я… Шмяк! Ощущение такое, будто с небес на землю свалилась. Вот до этого спала с открытыми глазами, а теперь проснулась. Окончательно. Даже голова кружиться перестала. На всякий случай оглядываюсь на милого: может, шутит? Да нет, вроде серьезен… Нервно облизываю пересохшие губы. Вот это да! У серых эльфов там что, эпидемия? Вирус, поражающий мозг? Или в этом году грибы не те уродились? Любовь с кровью – в бокале? Не представляю!
Стоп! Это, видимо, нужно понимать иносказательно, в переносном значении… С трудом сдерживаю ехидную ухмылку. Ага, любовь в переносном значении! Чего это они там намешали, стесняюсь спросить? Ладно, не будем скатываться до откровенных глупостей и предположим, что поэт имел в виду гормоны. Точно – они в крови и есть. А умрем прямо там – это где? В бокале утонем? Ах, вот оно что… Стихотворение о вреде пьянства на фоне несчастной любви.
– Здесь очень глубокий смысл, – осторожно выговариваю я, делая вид, что усердно расправляю складки на платье. – Заставляет серьезно задуматься.
– Я знал, что вам понравится! – как-то слишком сладко улыбается милый. – Сейчас прочту еще одно.
Хм… Старательно изображаю увлеченный вид. Я вроде не говорила, что мне понравилось… Но, может, я не в курсе современных тенденций?
Продекламировав очередной шедевр, Адриан с хитрым видом заглядывает в глаза:
– Что скажете?
Эх, сказала бы я! Глубокий вдох, внутренне собираюсь, пальцы сами собой складываются для плетения охранного заклинания. Угу, еще было бы чем – магия-то на нуле!
Лихорадочно обдумываю услышанное. Вот это да! Расслабилась, дура романтичная! Балы, прогулки под луной… Вот только не пойму – это вызов или оскорбление: читать мне, последовательнице Той-Что-Дает-Жизнь, стихи, прославляющие ее злейшего врага? Нет, то, что серые эльфы умом двинулись, – это и так ясно. Они всегда такими были – ни светлые, ни темные, ни пришей кентавру хвост, а поскольку все равно бессмертные – вот дурью и маются. Кровь остановить не могут! У них же тоже магия есть! Или заклинание заживления ран – это слишком пошло?
Краем глаза оглядев совершенно довольного собой Адриана, сосредоточенно морщу лоб. Так и быть, серые эльфы меня как-то мало волнуют. А вот люди… Люди-то как раз смертны! Еще и как! Препаршивые стишата! Не хватало на моей территории какой-нибудь секты самоубийц.
Еще раз проверяю запас магических сил – мало, катастрофически мало. На заклинание не хватит, даже думать не стоит, а вот глубокий взгляд попробовать можно. Поклонники смерти всегда получают от нее особую печать, некий тайный знак. И если он есть у Адриана… Даже думать об этом страшно! Но я единственный маг Жизни в этих краях, поэтому мне нужно знать наверняка – да или нет, а бояться можно и после. Обреченно закрываю глаза, настраиваясь на внутреннее зрение.
Вдох-выдох… Больше ничего. В этом мире существует лишь мое дыхание. Впрочем, мир не изменился – просто теперь я вижу световые волны в другом диапазоне. Да, в иномире для этого существуют особые приборы, а у нас, магов, специальные навыки, всего лишь настроиться нужно. Первое, что отмечаю, – воздух. Легкий, серебристый, мелкими светящимися брызгами устремляющийся в легкие. И теплый, немного влажный, пушистым облачком – выдыхаемый. Окружающий пейзаж незаметно меняется. Все предметы – живые, дышат, обмениваются друг с другом энергией. И Адриан совсем по-другому выглядит. Все его тело излучает свет – где-то яркий, где-то немного слабее, и цветовые оттенки везде разные.
Да уж! Участливо вздыхаю. Про такого командира не скажешь, что за спинами других прятался: шрамов и рубцов – великое множество, темными черточками и пятнами на ауре выделяются. Но милый, пожалуй, везунчик – все ранения легкие. Ох, а вот на ноге старая рана… Что-то она мне совершенно не нравится! И ведь лечили, причем магией.
Еще сильнее концентрируюсь на большой сине-лиловой отметине, пытаясь считать формулу исцеляющего заклинания. Презрительно морщу носик. Нет, ну елкин дрын! Кто так лечит?! Не иначе – кто-то из боевых магов. Это их подход – напихать в заклинание побольше всяких рун да со всей дури шандарахнуть! Убил – так убил, не убил – хоть покалечил. Это же ис-це-ле-ни-е! Ювелирная работа! Ох, узнаю кто – руки поотрываю! Чтобы не лез не в свое дело! Да тут от человеческого травника больше пользы было бы.
Мстительно улыбаюсь. Хотя нет – отрывать ничего не буду. Лучше слабительное заклинание подкину, причем тройное сразу. Этим боевым магам нужно периодически давать… прочиститься, скажем так. А Адрианчику нужно как-то намекнуть, чтобы ко мне обратился – можно ведь полностью все вылечить, даже следа не останется.
Так, а никаких посторонних знаков на нем я не вижу. Чисто все. Уф! Прямо от сердца отлегло. Нормальная у милого аура – конечно, не образец святости, но чище многих будет, даже несколько очень светлых участков имеется. Интересно, кто он в своих лучших качествах – романтик, мечтатель, защитник слабых? Неплохой человек – это точно. И как ему могли такие стихи понравиться? Впрочем, ерунда это. Подумаешь – в поэзии не разбирается! Поэзия ведь не главное в жизни.
– Лика, Лика, – неожиданно доносится до меня словно из-под земли голос Адриана, – очнитесь, прошу вас!
Э-э-э… Я что, в полный транс впала? Позор, квалификацию теряю. Возвращаюсь, скорее!
Вернуться получилось только с третьего раза. Какое приятное покалывание в каждом пальчике! И где мой ум? Игры с критическим запасом магии – вещь чрезвычайно опасная. При нормальном-то состоянии я спокойно сижу, улыбаюсь, даже разговор поддерживаю, а в это время внутренним взглядом диагностику провожу. Ладно, хоть транс, а не летаргический сон! Чтобы из летаргического сна чародейку вывести – усилия трех магов сразу нужны.
С приятным удивлением обнаруживаю, что лежу на руках у Адриана. Как бережно он меня держит! И в то же время надежно. Моя голова так уютно лежит на его плече, руки обнимают шею… Идиллия, всю жизнь так просидела бы.
– И долго я отсутствовала? – виноватым голосом интересуюсь я, не торопясь высвобождаться из объятий. – Прошу меня извинить, неудобно так вышло.
– Что вы, Лика! – горячо восклицает Адриан, еще сильнее прижимая меня к себе. – Это я и только я во всем виноват и должен смиренно просить у вас прощения. Совершеннейший остолоп! Я должен был предусмотреть, что на такую утонченную и возвышенную барышню, как вы, стихи, в которых упоминаются смерть и кровь, произведут ужасное впечатление. – И, вздохнув, добавляет грустно: – Вот же, герой… Вызвался вас защищать, а сам довел до обморока.
Легонько отстранившись от милого, заглядываю в глаза. Чудненько! Это он что, думает, что я от идиотских стишков сознание потеряла? Хорошего же он обо мне мнения! Значит, Адриан видит во мне экзальтированную взбалмошную особу, которая от одного слова «смерть» с копыт валится? А между прочим, я вчера у этой уродины целых три жизни отвоевала! Решительно набираю в грудь воздуха. Ничего, сейчас я расскажу, чем целителю заниматься приходится. Да он таких болячек и на войне не видывал! Хотя…
Осторожно выдохнув, стыдливо отвожу взгляд. А ведь милому, скорее всего, нравятся девушки нежные и романтичные. Вот и в литературе воспеваются создания возвышенные, а не коновалки неотесанные. Эх, чуть не опозорилась.
– Мне действительно стало нехорошо, – смущенно улыбаюсь я, картинно взмахнув ресницами. – Но вы здесь совершено ни при чем! Просто немножечко устала – так много новых впечатлений.
– Да-да, – отрывисто шепчет Адриан, ласково проведя рукой по моим волосам. – Вам непременно нужно отдохнуть и, думаю, не стоит возвращаться обратно. Слишком яркий свет, громкая музыка и эта всеобщая суета…
Ну надо же! Посылаю милому взгляд, полный искреннего восхищения и благодарности. Какой он, оказывается, добрый и внимательный! И все понимает без лишних слов. Ведь мне действительно нужно поспать, причем немедленно.
– Вы правы, – доверчиво соглашаюсь я, прижимаясь щекой к надежному мужскому плечу. – Пожалуй, я поеду домой.
– Но я не могу отпустить вас одну в таком состоянии! – В голосе Адриана участие и неприкрытое волнение. – Вам сейчас, как никогда, нужны забота и поддержка!
С помощью милого осторожно встаю на ноги. У-у-у! Пошатнувшись, вновь прижимаюсь к Адриану. Да уж, состояние – врагу не пожелаешь, перед глазами все плывет, в голове шум, и если бы не милый… Виновато улыбаюсь. Повезло мне, что Адриан рядом. Испортила человеку праздник, а он даже не сердится, наоборот, проявляет искреннюю заботу. Вот только…
Быстро взглянув на милого, задумчиво качаю головой. Почему-то в последних словах Адриана мне послышалось что-то фальшивое, будто он не от души говорит, а читает заученный текст. Прикусив губу, решительно гоню прочь предательские мысли. Нахалка неблагодарная! А часом раньше кому-то печать смерти померещилась! И кто ни с того ни с сего в транс вывалился? Да бедный человек уже не рад, что с таким подарочком связался! Вон даже до дома проводить предлагает! Переживает, чтобы такое нежнейшее создание по дороге не окочурилось! А ведь это у Адриана первый бал в нашем городе, ему, как представителю Ордена, нужно соблюсти все традиции. Ешкин тролль, чем я вообще думаю?
– Я тронута вашим вниманием, – густо покраснев, произношу дрожащим голосом. – Но с моей стороны было бы слишком самонадеянно похищать вас в самый разгар праздника. Вы здесь личность новая и еще не со всеми познакомились.
– Умно, – окинув меня оценивающим взглядом, задумчиво соглашается милый. – Я об этом как-то не подумал. Действительно, наше одновременное исчезновение… – И, как-то странно улыбнувшись, продолжает: – Но, смею надеяться, в ближайшее время буду удостоен чести видеть вас снова?
Удрученно вздыхаю. Нет, я действительно непроходимая тупица! Мне же Линда еще в самом начале вечера говорила, что по правилам Адриан должен нанести следующий визит местному магу. Я должна человека официально пригласить. А я ни слова, ни полслова… Кошмар! Милый, наверное, в шоке от такой невоспитанности! Решено – заведу секретаря, причем со знанием светских манер, чтобы визиты мне планировала да подсказывала, как себя вести. А то что-то на каждом шагу впросак попадаю.
– Я буду рада видеть вас у себя, – твердо заявляю я, окончательно расстроенная собственной глупостью. – Послезавтра, в два часа после полудня.
– Благодарю, – легко поклонившись, серьезным тоном отвечает Адриан. – Я понял, не все сразу.
Эх… Взяв милого под руку, безуспешно пытаюсь разобраться в ворохе несвязных мыслей. Нет, вроде же все правильно! Но что-то мне здесь не нравится… Ладно, высплюсь и подумаю обо всем на свежую голову.
Глава 5
Если спросить меня, как добиралась домой после бала, вряд ли смогу ответить что-либо определенное. В голове сумбурные обрывки воспоминаний, причем сон так прочно переплетен с явью, что разобраться просто невозможно.
Вот я дремлю в карете, возмущенно вздрагивая на каждом ухабе. С полузакрытыми глазами бреду к дому и, завалившись в прихожей на диванчик, прошу оставить меня в покое.
Адриан и я на иномирском курорте? Нет, это точно из области грез! А вот это похоже на реальность – натыкаясь на мебель и поминая троллей во всех ракурсах, на ощупь пробираюсь в спальню, кое-как стягиваю платье и обувь вроде снимаю…
Раз – два – три! Вальс! Легко, воздушно! Но откуда это ощущение острого дискомфорта? С сонным видом оглядываю комнату, освещенную первыми лучами рассвета. Ну, конечно! Туфля лежит на подушке, а я на туфле. Щекой. Отшвырнув обувку, с приятным стоном распускаю волосы. Ох, хорошо как! И почему сразу так не сделать? От этих хитроумных причесок вечно потом голова болит.
Сплю! И опять сплю! Всласть! Пока глаза не откроются сами. Вот, а теперь пробуждение вполне приятно. Сладенько потягиваюсь в постельке, направляя поток свежей крови к каждой клеточке тела… Мур-р-р-р!
Горничная осторожно вкатывает в спальню столик с завтраком. С блаженным видом усаживаюсь на постели. Конечно, какой завтрак – давно время обеда! А неважно! У меня завтрак – и все тут! Впрочем, от такой еды я бы не отказалась ни в завтрак, ни в обед, ни в ужин. Облизываюсь в предвкушении. Густые свежие сливки… Да такие, что ложка стоит! Хи-хи, дворецкий говорит, что не только ложка. А как мне сыр местный нравится! Наш сыр далеко за пределами королевства известен. А рецептик-то хитрый, многие пытались разгадать, да не тут-то было. И пирожочков, конечно, целая ваза – с капустой, мои любимые. И так, по мелочи: мясо копченое, овощи печеные, рыбка жареная, хлеб прямо из печи. Хороша жизнь! Во всех ее проявлениях!
Откусив пирожок, жмурюсь от удовольствия. Да, я знатного рода. Ну и что? Терпеть не могу аристократические кулинарные изыски. Ешь и не понимаешь – то ли мясо, то ли рыба, то ли вообще – грибы. А здесь… Сила в простой еде заключена большая, энергия Той-Что-Дает-Жизнь. Как можно не замечать? Вот же она – прямо потоком льется. Кстати, если я это вижу, значит, магия восстановилась полностью. Еще одна замечательная новость!
С довольной улыбкой отправляю в рот кусочек сыра. И в платье бальное сегодня затягиваться не нужно. Между прочим, нормальная у меня талия – еще и лучше, чем у многих, вчера специально на балу внимание обратила. Конечно, не осиная… Беззаботный взмах рукой. Так какие проблемы? Если кому-то нравятся кости – я же абсолютно не против! Наоборот, могу порекомендовать одного толкового некроманта, у него целый склеп этой красоты – на любой вкус.
Ладно… Все это хорошо, да надо бы и за ум взяться. С тяжелым вздохом раскрываю книжку с описанием человеческого придворного этикета. Старательно прочитав пару страниц, возмущенно качаю головой. И что за бред самки кентавра в разгар полнолуния! То – не так, это – не эдак, куда ни повернись – кругом сплошной моветон.
Ведь вроде я не из леса, а даже из очень приличной магической семьи, элементарным правилам поведения нас в школе научили. Я же не сморкаюсь в обществе, не плююсь и руки о скатерть не вытираю, на званом обеде даже отличу вилку для рыбы от вилки для десерта. Со старшими почтительна, с молодыми приветлива. И хватит с меня! А тут читай не читай, один хрен – опозоришься. Так зачем время зря тратить? На этом я с превеликим удовольствием зашвыриваю пособие для великосветских дам в ящик комода.
А светская беседа? Великое искусство – два часа подряд говорить ни о чем. Да я за эти два часа горы сверну! И реки заставлю течь в обратном направлении! И посажу вокруг цветы небывалой красоты!
Смущенно опускаю взгляд. Хорошо-хорошо, насчет гор и рек я это… загнула немного. А вот про цветы – самая что ни на есть правда. Этим сейчас и займусь, а то уже два дня свою любимую оранжерею не навещала. Представляю, сколько там работы накопилось.
Поделиться книгой: