Цикл Скорпиона-4. Вектор Пути.

Самим бойцам казалось, что запоздалые удары руками или ногами слишком долго, словно завязнув в болотной каше, достигают цели. Вот уже и волна отражена или прошла мимо, а рука или нога по инерции всё летит и летит вперёд. Мозг не успевал отдавать сигналы. А те, что спешили по нейронам, были в основном безусловными и исходили от спинного мозга. Он быстрее справлялся с задачами, поддавшись рефлексам.

Самое сложное для Скорпиона было не перепрыгивать выше, не переходить на другие уровни воздействия. Фактически приходилось нарочно затормаживать себя, не используя ни ступеней, ни дополнительных мотиваций: агрессии, жажды убийства, мести, ярости. Слов схожих и почти не различающихся. Чувства должны были оставаться холодными, под жёстким контролем разума.

Но так как мозг за телом не успевал…

Скорпион отпрыгнул, бешено вдыхая, хватая ртом воздух. Поднял руку.

- Как…ты… остав…ляешь… контр…оль…

Рысь глубоко выдохнул, словно разом скинув всю накопившуюся усталость. При ответе голос совсем не сбивался. Брат не хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег, что лишний раз подтверждало, что три года из четырёх Сергей занимался чем угодно, но не развитием.

- Ты всё ещё полагаешь, что твой разум находится в головном мозгу, - спокойно ответил молодой Отшельник.

- А…где… в спин…ном что ли? – Вновь попытался восстановить дыхание Скорпион, но сразу ничего не выходило.

- Твой разум – душа твоя, дух твой, твоё Я. Мозг лишь посредник между этими тремя, этакий координатор. Важная составляющая «заземления» между физическим и духовным. Ты можешь заставить его думать быстрее, убрав блоки, в два, три, десять раз, тысячи и миллионы, имплантируя в недалёком будущем какой-нибудь чип. Но даже с теми скоростями ты только разгонишь мозг, модернизируешь. Этого недостаточно, чтобы сделать принципиально качественный переход. Всё-таки это время в тайге отбросило тебя назад, Скорпион. Ох и отбросило. И за пол года ты ещё не вернул свои скорости. И что самое печальное – мышление. - Рысь повернулся и пошёл к крыльцу.

- Мне надо перенести разум «выше»? – Запоздало обронил Скорпион.

- Не надо ничего переносить, просто позволь себе вспомнить, что он давно там. С фениксом ты не особо раздумывал, когда воскресал из небытья. А какие-то, значит, перемычки для тебя вдруг стали проблемой?

Рысь растворился в воздухе…

Скорпион вздохнул. Брат сейчас либо в доме, либо за тысячи километров отсюда. Кто знает? Его разум и здесь и тут. Ощущения, чувства, эмоции умножены на сотни и разделены на десятки «ощущений» пространства. Сила Отшельника позволила стать полубогом. И дрался Скорпион лишь с его частью. Потому и сдерживал себя, всячески стараясь одержать верх на первом, физическом уровне. На нём «тени» брата сильнее. А чем выше уровень боя, тем слабее. И чем грознее противник, тем в большее количество «кусочков» приходится Рыси собираться, чтобы победить.

«Интересно, на это способен каждый из Пятнадцати? Или это просто последнее состояние волхва, усиленное способностями Отшельника? Неужто Рысь стал сильнее деда? А ещё и тридцати нет. Информационный поток всё больше, временные барьеры всё слабее. Верно, что Земля движется к границе, где старые законы перестают действовать».

Скорпион тряхнул головой, отгоняя лишнее и зацепившись за слово «феникс». Даже не слово – состояние. Ведь не сдерживал себя, отпустил абсолютно все рамки в бою с Эмиссаром Золо. Убрал все барьеры и испепелил его существо, а заодно и своё физическое. Не в мозгу же оставался тогда разум, раз сумел заставить себя своё Я собрать себя по частицам снова. Так почему забыл это состояние? Оно отложилось глубоко в самой дальней памяти? Глубже родовых снов? Глубже наведённых временных проекций свершённого?

«Что может быть сакральнее Хроник Акаши? А я ещё думал, что, беря оттуда информацию для снов, более потаённого места в Мироздании нет. Оказывается есть. И ещё какое! Своё собственное Я. Вот уж сундучок с чудесами. Сколько не открываешь замков, чтобы поднять заметную крышку, так снова находишь что-то сдерживающее… И хочу ли я, наконец, полностью открыть этот ящик Пандоры? Может вопрос и заключает в себе ответ? Я сам себя сдерживаю?».

Раздумывая, добрёл до крыльца. Подпрыгнул и зацепился руками, подтянулся, и перемахнул высокую ограду.

«Тренировка не закончена, мыслитель! Утро только начинается!».

В углу крыльца собрал тренировочный инвентарь, покидал на траву с крыльца и снова перемахнул преграду, приземляясь уже с перекатом – разогрелся.

«Беговой инвентарь», как называл его, состоял из разного рода утяжелителей и пары кроссовок. Скорпион в какой-то мере скучал по гравитационной комнате и использовал утяжелители как дань ей и отчасти тренировкам спецназа с полной боевой выкладкой. Заодно уплотнял не в меру раздувшиеся мышцы, отвоёвывая себе место для скоростных жил, сухожилий.

Груза одевались на руки, на ноги, цеплялись поясом и рюкзаком за плечами.

Опоясался. Груза, размешанные вдоль пояса весили пять килограмм. Столько же весили утяжелители для правой и левой рук, обоих ног. Ещё пятнадцать килограмм весил рюкзак, что не только обхватывал плотно плечи, но и обвязывался за пояс. Суммарный комплект весил сорок килограмм. Половина собственного веса на сегодняшний день или стандарт боевой выкладки Антисистемного спецназа на учениях или спецзаданиях.

Солнце стало плутать среди деревьев, золотым лучом, как лазером со снайперской винтовки, попав в лоб. Скорпион последний раз проверил все крепления, попрыгал на месте в надетых кроссовках и закричал солнцу по-простому, от души:

- У-у-у-р-а-а-а-а! – Затем треснул кулаком в солнечное сплетение и рванул с места в лес на максимальной для человека скорости.

Ветер обрадовано подхватил переплетённые волосы, донёс свист первых птиц, радующихся светилу. Они почему-то не разлетались. И зверьё не разбегалось, чувствуя привычный запах младшего хозяина тайги. Внутри купола ощущалось ощущение сохранности и редко когда хищники позволяли себе охотиться в этих местах.

Последним таким был волк деда.

Рысь поставил купол диаметром в сорок километров с центром над домом. Скорпион бежал солнцу вслед по радиусу, силясь обогнать лучи света, что меж деревьев летели огненными стрелами прямо в него. Осветились кроны, светило на смену первой багровости степенно заливало мир чистым янтарным светом.

Двадцать километров от дома до каскада водопадов на востоке. Любимое место Сергея под куполом. Утрешняя пробежка с нагрузкой – двадцать километров туда, небольшой отдых под водопадами и двадцать обратно. Ещё до того момента, как Владлена откроет глаза и начнёт возиться на кухне. Такой распорядок.

Сама собой вспомнилась Элементарная декада ступеней. Тело обрело лёгкость, подчиняя себе все элементали, скорость почти удвоилась. Заставил выжечь все лишние мысли и вспомнить тело декаду Эволюции. Двадцать ступеней остались за плечами. И медленно, тягуче, как засахарившийся мёд на ложке, заставил себя вспоминать давно забытые ступени третьей декады. Декады Человечества: внешность человеческая, материальное человеческое тело, дарованная душа человеческая, таинство перволюдей… Последние «вспоминались» неохотно. Этот неосознанный подарок Аватара Бодро. А с тех пор не постиг ни одной новой. Сначала не хотел, а потом уже не мог.

Стоишь на месте - катишься назад.

Дух пел, ноги скользили над землёй. И хотелось большего. Подступился к двадцать пятой ступени вплотную, стараясь ощутить её, принять, понять. Ступень – «завершённый человек, как микрокосмос». Что, значит, завершённый? Тот, кто собрал себя, нашёл все кусочки собственного Я? И стал подобен отражению Вселенной? С этим пока проблемы…

Деталей не хватает.

Разум за секунду до понимания новой ступени сдался и отступил так поспешно, что контроль над ступенями прервался. Тело сделало огромный прыжок и словно замедлилось. Скорпион ощутил полёт. Долгий, стремительный. Полёт навстречу солнцу. Прыжок с вершины водопада в бурлящий поток.

Семь метров высота.

Прыгал и раньше. Но тогда всегда останавливался перед прыжком и… снимал утяжелители.

Ноги замелькали в воздухе тяжело. Разогретое тело ещё продолжало бег, лишённое контроля. Непроизвольный крик вырвался из груди на зависть всем мантрам.

- А-А-А-А!!!

Спасло то, что разогнался так, что некоторое время падал под углом. Когда же инерция кончилась, под прямым углом стал падать с высоты уже порядка четырёх метров. Но это не та высота, от которой разум привык умирать.

Кроссовки врезались в воду первыми, прорезая гладь. С хлопком вошёл в воду торс, расставленные руки, тяжёлым шлепком плюхнулся рюкзак. Ноги достали глубины почти мгновенно. В ступни и поясницу ударило. Глубина порядка четырёх с половиной метров сгладила отдачу. Это у самого ниспадающего потока глубина больше, а чем дальше от него, тем мельче и ближе камни. Потоки со времён ледникового периода на этих землях грызли землю, долбили камень, расширяя, углубляя владения.

Всё равно оглушило. На миг даже ослепило от перепада давления. Вода надавило на барабанные перепонки, сдавило лёгкие. Болью отозвалось всё тело. Пуская пузыри, чуть оторвался от дна, пробуя, целы ли ноги. Завозился с рюкзаком. Лямки снять оказалось легко, но забыл, что рюкзак подвязан за пояс. В суете многое забывается.

Пузырьки воздуха поднимались к поверхности, сердце принялось гонять по венам адреналин, щедро впрыснутый надпочечниками в преддверии смерти. Перед глазами проплыли собственные волосы. Косичка с обережной лентой коснулась щеки. Это странно успокоило. Придало сил. На смену панике пришёл образ Владлены. Она светло улыбалась и гладила свой живот. Живот с не рождённым дитятком.

«О, Род, да что я делаю? Пытаюсь утонуть в собственном водопаде. Во дожил», - подумал Скорпион, и заставил взять себя в руки.

На дно опустились утяжелители с рук и ног. Они на липучках. Их снять просто и быстро. Ремень пошёл на дно следом. А вот в рюкзак снять не смог, только расстегнул и перевернулся. На дно пошли камни. С ними не всплывёшь. Если только ползая по дну. Но берега слишком пологи. И кислород не будет ждать этого подводного альпинизма. Организм жрёт его после тренировки с такой скоростью, что впору задохнуться.

Подхватив со дна пару камней, стал подниматься. Стремительное всплытие и быстрый перепад давления может лишить мозг последних возможностей для борьбы, и он отключится. А вот с камнями в руках поднимался не так быстро. И давление понижалось постепенно. Никакой сосуд в мозгу не закупорит, ничего фатального не случится.

Сначала оставил в руке один камень, потом избавился и от него. Перед поверхностью выпустил весь воздух. Голова прорвала водную завесу, и буквально заставил себя схватить немного воздуха. Тут же выдохнул, схватил ещё, выбираясь к берегу.

Вода холодная. Бешено колотится сердце. Выполз без сил, оставляя мокрые дорожки и таща за собой пустой рюкзак. Тело обещало ближайшую смерть, яростно терроризировало мозг. Тот в свою очередь слал немедленные пожелания: тепла! Много и сразу!

Вялыми пальцами принялся разматывать лямки рюкзака. Хорошо, что не пытался разорвать их на дне. И кислород бы быстрее сжёг и мокрые ткани порвать в десятки раз сложнее. Об этом вспоминаешь потом, хватая ртом воздух на суше, а не там, на дне, сражаясь в панике за собственную жизнь.

Узлы рюкзака ослабли. Скинул с себя, отмечая, что желание бегать с грузом по утрам пропало. Усмехнулся собственным мыслям. Пощупал руки, ноги. Кости оказались целы, а на ссадины и синяки никогда внимания не обращал. Стянул кроссовки, штаны, рубаху. Тело затрясло. От пережитого и холода.

Синие губы, стук зубов. Истерично засмеялся, катаясь по траве. Смерь часто приходит по глупости. И одна мысль, что Боремир мог расти один, удручала.

Подскочил, прыгая, разогреваясь. Мышцы взвыли, требуя тепла и покоя. Заставил их работать, согреваться. Скрюченное тело ныло, грозя порванными связками. Но за настойчивыми движениями пришло первое тепло.

- Бал-бес! Бал-бес! Бал-бес! – Запрыгал то на одной, то на другой ноге прыгун в бездну. Чуть позже принялся выжимать одежду. Разложил её на свет на камнях. Там быстрее высохнет.

Солнце светило в спину. Скоро начнёт припекать. А пока по лесу гуляет ветер, разнося утрешнюю свежесть.

От досады на себя Скорпион забрался на большой валун у водопада и подставил лицо огнеликому. Пока солнце не набрало силу, пусть закаляет глаза.

За несколько минут созерцания Сергей пришёл в себя, да полностью согрелся. Напоминая телу, на что оно способно, перелез на соседний валун и подставил холодному потоку спину.

Студёная вода, текущая с горных хребтов вгрызлась в плечи, терзая кожу, намочила волосы. Выдохнув, переместился под напор побольше. Подогнув ноги под себя, весь отдался потоку.

Кожа покрылась мурашками, синела, но холод становился терпимым. Странный массаж сначала по обыкновению сковал все связки, но с каждой минутой потихоньку отпускал холод. Зато Сергей чётко ощутил тепло в груди. Этот очаг в районе сердца и желудка гаснет у человека последним.

Резерв. Часто последний резерв.

Расслабляя до максимума тело, Скорпион заставил солнечное сплетение выработать больше тепла. Чтобы не только сердцу, но всему телу хватало. Первая попытка принесла тепло торсу. Сведённые холодом плечи расправились, за ними мышцы спины. Задышал глубже, стараясь, чтобы диафрагма перестала сдавливать лёгкие.

Попытка за попыткой, тепло распространялось от груди выше и ниже.

Когда всё охвачено холодом, поразительно ясно ощущаешь, где бегут согревающие потоки. Это и есть энергетические каналы тела с семью узлами чакр.

Четверти часа хватило, чтобы внутренним теплом согрело всё тело. Холод горных потоков перестал ощущаться вовсе. Контролируемая терморегуляция победила. Человек – существо более настраиваемое, чем предполагает.

Не делая резких движений, Сергей осторожно выбрался из-под потока. Кожа не ощущалась. Стянута сталью. Жги, рви, кромсай - не ощутить ничего. И по ощущениям, так крепче такой кожи нет ничего.

Немного постоял под солнцем, ощущая приятное покалывание по всему телу. Утрешний ветер казался горячим средиземноморским бризом.

Скорпион неторопливо выжал волосы и присмотрелся к одежде – влажная. Вздохнув, связал шнурками кроссовки, забросил шнурки на шею, через плечо перекинул штаны, рубаху повязал на пояс, и побрёл домой, в чём мать родила. Пока дойдёт, высохнет, а перед домом и оденется.

В лесу некого стесняться…

Раздался выстрел.

Сердце, привыкшее к птичьему пению и шороху трав, тревожно кольнуло.

Давно… Давно не слышал этих громовых раскатов. Такие чужие и не привычные для этих мест.

Взгляд похолодел. Беззаботная улыбка последних месяцев разгладилась, скулы заострились. Даже походка стала чуть жёстче, стремительнее, а ступни чуть подогнулись, вывернулись во внутреннюю сторону, скосолапившись.

Привычка детства для малошумного бега.

Скинул рубашку и кроссовки, натянул сырые штаны и прикрыл глаза, прислушиваясь к лесу, расширяя сферу восприятия. Чувства наткнулись на Рысин купол. Как раз невдалеке граница. А пробиваться за него, значит дать ощутить себя многим в этом мире. Дать ощутить себя многим – снова влиять на суету мира.

Не хочется, как же не хочется снова быть ко всему причастным. Покоя! Душе так мало было покоя. Не отбирайте! Нет! Только не сейчас!

Татуировка орла на правом предплечье заворочалась, махая крыльями. Через мгновения Скорпион подставил руку орлу. Острые когти птицы впились в запястье. Сожми тотем лапы покрепче, и потекут багровые капли. Восторженный клёкот пернатого друга пролетел по лесу.

- Лети! Покажи мне, где стреляют, - шепнул Сергей и поднял руку.

Орлан взмыл среди деревьев, быстро набирая высоту. Едва высший тотем воспарил над верхушками сосен, Скорпион увидел его глазами все земли до самого горизонта. Орлиное зрение превосходило человеческое в разы. И крылатый собрат полетел над деревьями, выискивая охотников, позволяя видеть на земле едва ли не каждую травинку.

Второй выстрел раздался чуть сбоку. Сергей, едва не потеряв контроль над новым зрением – ведь одновременно приходилось быть и самим собой, ощущая мир вокруг человеческими чувствами – подправил орла взять вправо. Тотем миновал незримую сферу купола и почти сразу запетлял над вездеходом.

Это гусеничное чудо рвало землю, перемалывая в труху коряги, кустарники, мелкие деревья и муравьиные кучи. Широкие порушенные просеки взвороченной земли тянулись вслед за ним, словно по лесу пробирался танк.

В данный момент чудо проходимости застыло. На броне вездехода сидел мужик с двустволкой, рядом с бронёй вездехода ещё один. И видимо кто-то находился внутри кабины – люк был открыт и шёл дым.

Всё бы ничего, не обратил бы и внимания на случайных гостей. Но…

Во-первых, по весне сезон охоты закрыт. Птицы и зверьё отходят от зимы, нагуливают жирок, заводят, воспитывают пока несамостоятельное потомство. Убивать их по весне, значит прерывать род, уменьшать популяцию, обрекать детёнышей на вымирание.

Во-вторых, охотники двигались в охотничьи угодья тигрицы Марты, которая часто ходит на водопой к водопаду. Уссурийскую полосатую красавицу Скорпион пару месяцев назад вытащил из капкана. Угодила передней правой лапой. Но кость осталась цела, и хватило пары недель, чтобы мясо заросло, и стала охотиться, как прежде. Злило то, что капкан был поставлен случайно. То есть охотник не особо рассчитывал на добычу и за несколько месяцев так и не появился рядом с капканом. Обрёк животное на мучение и медленную смерть.

В-третьих, рядом с вездеходом лежала туша Бурого медведя. А один их охотников большим ножом отрезал ему лапы. Они высоко ценятся за границей в Китае, как редкий, целебный ингредиент для лекарств. Отрезав все четыре лапы, удовлетворённый охотник за трофеями, ушёл к вездеходу. Вновь загудел мотор. И запрыгнув на броню, ценители леса продолжили путь.

Скорпион вернулся в себя. Ярость клокотала в груди.

«Убили животное ради лап. Не взяли ни шкуры, ни мяса. Охота, ради охоты. Убийство ради развлечения. Ведь не нуждаетесь в средствах, судя по вездеходу, новым ружьям и обмундированию. Не голодаете, не нуждаетесь… Зря подошли к куполу».

Отпустил взгляд орла и побежал. Быстро, почти не поднимая шума. Босые пятки мчали по травяному ковру. Миновал купол, побежал по лесу сквозь кустарники, слыша грохот вездехода. Внутри как пружина слетела с взвода. Выскочил из кустов и побежал прямо на броневик. С прыжка заскочил на бронь, схватил за шиворот безрукавки первого охотника, скинул с бронника, выхватывая на лету ружьё. Второй, словно что-то почувствовав, повернулся, запоздало выставил ружьё.

Сергей врезал отобранным прикладом прямо в челюсть. Хруст выбитых зубов на миг заглушил урчание железного монстра. Рывком схватил вредителя леса под воротник и отправил в кусты следом за первым.

Нырнул в люк и попытался схватить водителя за шевелюру. Но рука захватила шляпу, а под ней не было волос. За лыску особо не схватишься. Скользкий череп. Рыкнув, как зверь, Скорпион толкнул голову, впечатывая охотника лицом в приборы, затем ещё раз. Машина остановилась.

Подхватив водителя за шею и руку, подтащил к люку и, поднапрягшись, выбросил на броню. Выскочил следом. Тут же пришлось пригнуться. Раздался выстрел. Возле уха свистнуло – первый слетевший быстро пришёл в себя и успел подхватить своё оружие с бронника.

Соскочив с бронника, Скорпион нырнул вперёд и чуть в сторону. Уклонившись с линии поражения от ружья, подскочив, коленом припечатал в грудь стрелявшему. Зыркнул почерневшими глазами на второго с раздробленной челюстью. Тот, харкая кровью, молча поднял руки, припадая на колени.

- Ты это… не убивай… мы это… - послышалось от него с перерывами. – Денег можем дать… Ты скажи.

Наверное, вихрастый полуголый мужик с глазами зверя, взявшийся из леса как какой-то Маугли, вселял в него страх.

Скорпион пинком отправил его сидеть у бронника, подтащил второго, скинул с брони третьего до кучи. Три ружья и семь пачек патронов, а так же мешок с лапами медведя и другими ценными частями тел разных животных на продажу легли невдалеке от охотников.

Дары окровавленного леса.

Скорпион вывалил мешок с трофеями на траву. Недобрая ухмылка заставила мужика с выбитыми зубами покрыться мурашками. Сосед его со сломанными рёбрами заворочался рядом, скуля, как побитая собака. Схватился за сломанный нос водитель, непонимающе вертя головой.

Непривычные мужики к лесным чудесам.

Сергей на их глазах переломил пополам два ружья. Об колено, как сухую палку. К третьему присмотрелся. Импортное, двуствольное. Вязь английских букв.

«Дорогое, наверное», - подумал Скорпион и зарядил патрон, второй.

- Руку подними, - обронил он охотнику с проломленной челюстью.

- Чего? – слабо проблеял тот.

- РУКУ!!! – Гаркнул Сергей так, что стрелок без вопросов, скуля, поднял руку.