Помоги проекту - поделись книгой:
– Ну и заморочки у вас… – Стелла покачала головой, но с таким видением проблемы согласилась.
– На том и стоим!
– А что ты имел в виду, когда сказал, что в этом мире есть что-то интересное? – с любопытством спросил сеньор Карло, все это время краем уха прислушивавшийся к нашей беседе. – Мне ты на днях жаловался, что тут ничего интересного!
– Те же специи, например. Травы. Я собираюсь поручить Салкаму поизучать местную флору на предмет ценных компонентов. На травном рынке их столько, что в ближайшую тысячу лет ему будет чем заняться. Минералы. Драгоценных камней тут мало, а вот полудрагоценных – достаточно. Не мне вам рассказывать, как иногда бывает нужен большой кусок обсидиана или хризолита. Тут мало ценных и уникальных предметов, а вот расходного материала – предостаточно, притом самого отменного качества. И к тому же кто бы говорил – у вас тут уже своя конюшня, если не ошибаюсь, да и винами вы местными не раз восхищались!
– Не ошибаешься! Лошади тут и впрямь отменные! – тоном знатока подтвердил сеньор Карло. – А насчет специй и трав я как-то не думал.
– И это говорит человек, уплетающий третью порцию рыбы саванаха, которую без смеси из двадцати четырех трав не приготовишь! – фыркнула его благоверная.
Все было хорошо, и даже слишком. Умудрились обойтись без футбола обезьяньими головами, хотя были и другие версии их дальнейшего применения.
– Что будешь делать дальше? – поинтересовался сеньор Карло, когда все уже начали расходиться.
– Чем обычно занимаются Темные Властелины в промежутках между кровавыми войнами и плетением гнусных интриг? Буду приводить в порядок свою Башню, а то этот ремонт там никогда не прекратится!
– Тоже надо, а то когда я у тебя в гостях был, чуть от строительной пыли не задохнулся. К тому же там и без рабочих тесно, а учитывая, сколько там рабочих… Короче, правильное решение!
Еще бы оно было неправильным… Изначально моя Башня была старой приграничной крепостью в горном и крайне труднодоступном районе. Когда она еще служила по назначению, то есть являлась пропускным пунктом между государствами и взимала за это пошлины, жить еще можно было, а вот когда территория государства расширилась и граница отодвинулась далеко на юг, крепость Моравол пришла в окончательный упадок.
Мне она досталась почти за бесценок. Жившего в ней барона с семейством, а также пару десятков его подданных я «по королевскому указу» отправил служить в другую провинцию, а сам занял долину. Долина давала прекрасную оборонительную позицию, но на этом ее достоинства заканчивались. К обороноспособности можно еще приплюсовать живописный ландшафт, если вас восхищают однообразные серые горы и вы – дальтоник. Но меня на тот момент интересовала именно потенциальная обороноспособность долины. Тогда я еще планировал устраивать конец света, следуя инструкциям неведомого Голоса, и собирался держаться тут до конца.
Но конец света не понадобился, а мои возможности с тех пор многократно возросли, так что сама доктрина обороны стала вызывать сомнения – если кто-то потенциально может справиться со мной, то уж каменные укрепления и стражу (пусть даже зачарованную и непьющую) пройдет легко. Это внесло в проект ряд изменений, и в дальнейшем оборона крепости становилась все больше магической. Сама крепость внешне осталась без изменений и совершенно не напоминала того, что принято представлять, когда произносится словосочетание «Башня мага» или «Черная Башня». Крепость себе и крепость. Серенькая. Все работы велись в глубине. Я с самого начала нашел сумасшедшего архитектора, который зажегся идеей создать «подгорный дворец». Твердая порода позволяла любые эксперименты, и работа кипела, не переставая.
Когда я сказал, что крепость не изменилась, я имел в виду саму крепость. Долина претерпела серьезные изменения, притом иногда – не в лучшую сторону. Вместо идиллического пасторального пейзажа из окна теперь можно было наблюдать мегаполис Средневековья, построенный в стиле «баракко». Большое количество работы требовало много людей, а им всем надо было где-то жить, где-то есть, справлять естественную нужду, ну и так далее. Горные работы создавали соответствующий шум, пыль, грязь и столпотворения в узких коридорах, предназначенных как раз для того, чтобы держать там оборону против превосходящего числа атакующих. Вот примерно такая картина.
По-хорошему, был готов внешний периметр обороны – как военный, так и магический. Вся долина была накрыта куполом, через который не смог бы проникнуть неведомый гость, даже умей он летать и остаться незамеченным. О полной блокировке речи пока не шло – слишком уж энергозатратно, но обнаружение давало стопроцентное. А система бастионов должна была держать подальше всех, кто не очень жаждет получить стрелу в глаз.
Но это все в идеале. На практике жизнь крепости завязана на поставки продовольствия. В период стройки все это плюс сырье, строительные материалы, вывоз мусора и отработанных пород, – то есть народу туда-сюда снует уйма, притом не тайными тропками, которые были тщательно отслежены и перекрыты, а прямиком через главные, хоть и очень хорошо укрепленные, ворота, по подъемному мосту, который никогда не поднимался.
В такой ситуации говорить о защите или секретности мог только законченный идеалист и оптимист. Ни к тем, ни к другим я не относился. Скорее уж считал, что паранойю выдумали специально – те, кто хочет вас убить! Шутка. Не смешная.
Я потратил уйму времени, чтобы наладить систему поставок так, чтобы ее нельзя было отследить документально, а сами поставки осуществляли только проверенные люди, принявшие мой знак, что само по себе исключало варианты шпионажа и саботажа с их стороны. Остался небольшой штрих – дополнить мой «купол» так, чтобы не имеющие знака выделялись особо, и уже на них обращать самое пристальное внимание, ибо на практике таковых быть не должно. Мечты, мечты…
Вся моя стройка века изрядно затормозилась, когда я начал подготовку к войне с урфами. Часть рабочих была снята со своих мест и перенаправлена на новые участки, а зачастую – в иные миры, чтобы подготовить там все необходимое. Кроме этого, в центре долины выросло несколько очень больших складов, которые являлись перевалочными пунктами между различными мирами, из которых поступало сырье, амуниция и, собственно, сама нежить. И вся эта инфраструктура требовала непрерывного обслуживания, а увеличивать количество людей в долине не хотелось, чтобы не превращать ее в перенаселенную коммуналку.
Сейчас война была позади, и все можно было возвращать на старое место и приводить в порядок. Возвращалось все немного медленно и лениво – хоть по календарю уже давно наступила весна, зиме на этот факт было глубоко наплевать, а календарь она использовала в другом месте и для иных целей. Ну а я не такой изверг, чтобы нагружать рабочих в такую гнусную погоду, да и спешки особой не было.
Именно в один из таких вот мерзких дней, когда с неба сыпался не то мокрый снег, не то снежный дождь, ко мне поступило срочное сообщение от господина Сура, притом поступило крайне необычным образом. Обычно господин Сур (глава Синдарской резидентуры разведывательной сети герцога Дардия – начальника моей разведки и контрразведки) присылал свои сообщения птичьей почтой, а расширенные доклады – вместе с проверенными гонцами. В этот раз посыльный прибежал прямиком из крепости, сказав, что воспользовался телепортом по прямому приказу господина Сура.
«Это что же там должно было случиться, что понадобился телепорт?» – успел подумать я, бросая на половине процесс начертания очередной магической руны на стене и устремляясь к порталу. Портал между крепостью и моим особняком в тихом переулке Синдара – столицы Синдарского королевства – я проложил давно и обучил, как им пользоваться, нескольких человек из числа моих доверенных помощников, тем не менее ни один из них никогда до сих пор не прибегал к этому средству, боясь его, как огня.
Так что подобная вещь случилась впервые, что лишь подогревало мое любопытство. Вообще, если называть вещи своими именами, никакой особой надобности в порталах до сих пор и не возникало. Тот же господин Сур неоднократно мне жаловался, что с тех пор как я наложил знаки на всех мало-мальски важных людей столицы, начиная от криминала и заканчивая королем, работать стало нестерпимо скучно – ни тебе интриг, ни заговоров, ни громких преступлений. Согласитесь, когда на один стол ложатся сразу два отчета – один от начальника стражи об ограблении, а второй от бригадира налетчиков о том же самом ограблении, – и в них даже цифры совпадают, хочется биться головой о стену, чувствуя себя никчемным бюрократом. Так ведь страшно не это – повинуясь моему изначальному приказу, криминальные авторитеты сначала вежливо осведомляются – не буду ли я против, если будет совершено то или иное серьезное преступление? И исправно платят налоги, на которые содержится та самая стража, что эти преступления распутывает. Качественно распутывает, не халтурит. Точнее, не халтурит ни одна из сторон, чтобы не расслаблялись. И что характерно – ни та, ни другая сторона о существовании отчетов противоположной стороны не знает, а даже если бы и знала – ни слова против не сказала бы. Хорошо же я их выдрессировал!
Когда я вышел из телепортационной комнаты особняка, меня встретил мой дворецкий – господин Хальдер. Являя собой образец невозмутимости, господин Хальдер проинформировал меня, что карета уже запряжена и ждет у ворот. Хотя обращения «сэр» в этом мире я не встречал, я все время жду, что мой дворецкий обратится ко мне именно так, притом с фразой типа «овсянка, сэ-э-э-эр»! В очередной раз хмыкнув над одному мне понятной шуткой, я спешно покинул особняк и сел в карету.
До места обитания господина Сура было не так уж и далеко – он держал самую лучшую антикварную лавку города. В этой лавке, кроме всего прочего, продавались те немногочисленные магические артефакты, которые можно было купить за деньги. И не только, если знать об особой коллекции господина Сура, о которой были осведомлены лишь избранные.
Сам господин Сур не без скромности отмечал, что его магазин в этом плане – лучший во всем мире. Не знаю, так это или не так, но меня его экспонаты обычно оставляли равнодушным. Хоть в этом мире магия была развита побольше, чем в других, создание качественных и мощных артефактов в моду не вошло – уж больно это сложное, трудоемкое и опасное дело. К тому же оно зачастую требовало уникальных компонентов – из подручных средств мощного артефакта не сделаешь, тут нужны материалы, которые могут вмещать много магической энергии – вроде драгоценных камней или сложных сплавов. Ну а позволить себе такие вещи могут только те, кто в деньгах не нуждается в принципе, вот и не попадают артефакты в свободную продажу.
Я не очень печалюсь по этому поводу – сам могу (и периодически это делаю) создавать мощные артефакты, и в материалах у меня недостатка нет, так что в покупках не нуждаюсь, но тем не менее господин Сур всегда ставит меня в известность, если разживется каким-нибудь новым экспонатом.
Пока я размышлял на эти отвлеченные темы, карета доехала до места, и я вошел в лавку. Стены магазина были отделаны пурпурным бархатом, повсюду стояли и висели замысловатые подсвечники, создавая диковинную иллюминацию, и тяжелые шторы прикрывали окна, отделяя весь внешний мир от этого мистического святилища.
Хозяин святилища – господин Сур – сидел в вычурном кресле, спрятав лицо в руки, и мелко трясся. Одного взгляда хватило, чтобы понять – старенький дедушка так не смеялся уже лет пятьдесят своей нескучной жизни. Это был отголосок истерики, которая выпивает все силы без остатка и которую так приятно вспоминать потом всю жизнь.
Впрочем, мое предчувствие с самого начала говорило мне, что никаких проблем не намечается, так что я неторопливо уселся рядом, жестом профессионального фокусника извлек из пустоты покрытую пылью бутылку старого коньяка, нацедил его в извлеченный оттуда же бокал и предложил сие нехитрое лекарство господину резиденту.
Старый лавочник принял из моих рук бокал, выдохнул, опрокинув в себя его содержимое так, будто там была сивушная самогонка, довольно крякнул и вытер пот с лысины. А затем еще раз хихикнул. Видя такой поворот дела, я нацедил еще порцию, которая отправилась вслед за первой.
– Ой, господин мой, тут сейчас такое было… – начал свое повествование господин Сур, после того как смог совладать со своим хихиканьем.
– Не сомневаюсь. Не буду даже пытаться угадать – воображения не хватит.
– Точно. Даже портовые наркоманы, которые каждый день видят морских демонов верхом на главном казначее, могут пойти и повеситься от зависти. Ну так вот, приходил сейчас ко мне молодой человек. Очень, знаете ли, специфический молодой человек. Такое получается, когда робкого и романтического юношу воспитывает излишне романтическая мать.
– Постойте-ка, вы сейчас не герцога Макенбора имеете в виду?
– Нет, хотя общие черты явно прослеживаются. Но если герцог Макенбор был воспитан своей маменькой на историях из женских романов и в атмосфере абсолютного потакания всем желаниям правящей особы, то тут налицо набор романтизма, который возникает вдали от родины… Очень специфический такой романтизм. Впрочем, как и первый, он взращен на ниве достатка и большого количества свободного времени, которое некуда потратить.
– Так-так, вы меня заинтриговали…
– А ведь я еще даже не начал… Озираясь в поисках шпионов и соглядатаев…
– А чего тут озираться? Он очень даже по адресу пришел!
– Не, не то. Ему не нужен был скромный резидент королевской разведки. Он искал ШПИОНОВ!!! Чувствуете разницу?
Я кивнул.
– Так вот, ежесекундно оглядываясь в поисках ШПИОНОВ, он шепотом спросил, есть ли у меня оружие, которым можно убить ТЕМНОГО КОЛДУНА! Интонацию передать пытаюсь, но не с моими артистическими данными такое повторять.
– Так-так-так, и какого же это темного колдуна сей юноша собирался убивать?
– Представьте себе, сей юноша все тем же шепотом выложил мне страшную тайну, что, дескать, королевством втайне правит ЗЛОЙ КОЛДУН, ПОРАБОТИТЕЛЬ, УГНЕТАТЕЛЬ, ну и так далее в том же духе.
– Что, вот так прямо и выложил? Хм, интересно, кого это он имел в виду? И что, собственно, ему не нравится?
– А вот это самое интересное… Скажите, вы хорошо знаете историю королевства, точнее, историю его образования?
– В общих чертах. Знаю, что король Синдар пришел к власти, перерезав всех, имеющих отношение к прошлой правящей семье, а также всех аристократов, назвал своим именем столицу и все государство и очень жестко карал тех, у кого была хорошая память и кто ненароком вспоминал прошлые названия и людей. Также провел довольно жесткую цензуру во всех летописях, попросту сжигая все, где упоминались бывшие короли и названия, то есть практически все, что содержало хоть какие-то буквы.
– В общих чертах – верно. Собственно, нас интересует именно этот период. Сделаю одно маленькое уточнение – перерезал не всех, кто имел отношение к правящей семье, а всех, до кого смог дотянуться. А вот до одного из племянников, который в это время был с посольством в Шадазии, добраться не сумел. Не то чтобы очень пытался, но это так, к слову.
Получив из дома известия о случившемся, посол здраво рассудил, что
– И этот юноша решил вернуть себе достояние предков?
– Почти. Решил не сам юноша. Он вообще в этой истории персонаж второстепенный. А история эта начинается с того, что в начале весны единственная наследница рода Зонада решила восстановить попранную справедливость, поднять народное восстание, свергнуть Злобного Тирана Колзона с Синдарского престола и создать королевство, основанное на законах Добра и Справедливости.
– Как мило. Я сейчас прослезюсь. А с чего, собственно, ей втемяшилась в голову подобная мысль?
– Я думаю, что втемяшилась она ей уже давно, просто в этом году Саррина Зонада стала сама себе хозяйкой. Ее матушка Келана Зонада отошла в мир иной, подавившись дорогим вином на каком-то очередном приеме, до которых была большая охотница и любительница. Ее, правда, особо нигде не жаловали, ибо, в отличие от своего давно почившего супруга, она не обладала хоть сколь-нибудь деловыми качествами и ухитрилась растратить большую часть немалых семейных капиталов, а ее былая красота исчезла в винной дымке, оставив после себя лишь капризный характер, который никуда деваться не желал.
– Изумительно. Подавилась сама? Или помогли?
– Сама. Однозначно. Может, там и были желающие поскорее прервать ее жизненный путь – она много кого достала, – но можно сказать, что им просто повезло. Самый настоящий несчастный случай, которые, как ни странно, все же иногда случаются с богатыми особами.
– Ясно. И что же младшая Зонада? Кстати, впервые слышу имя старого королевского рода.
– Невелика тайна – в других-то королевствах архивов не жгли только потому, что в них встречаются буквы в этом порядке. Может, из-за других порядков и жгли иногда, но нас это не касается. А уж доступ-то, хвала Небу, у нас есть во многие из них. Но это я отвлекся. А младшая Зонада вдруг стала полноправной хозяйкой своей судьбы и кое-каких семейных капиталов. Не таких уж и маленьких, хоть это и была лишь тень былых богатств. И, видимо, свобода так ударила девушке в голову, что она не смогла придумать ничего лучше, чем собрать вокруг себя отряд верных друзей – сборище сверстников совершенно разного достоинства, – продать свое имение и отплыть прямиком в Синдар. Справедливость восстанавливать.
– Что за друзья?
– Забавное сборище. Увы, знаю немного – только то, что я успел выудить из этого молодого человека за полчаса. Он был довольно словоохотлив, но я решил, что не стоит выуживать из него все – среди друзей может найтись кто-то и посообразительнее, кто обратит внимание на излишне любопытствовавшего лавочника. Ведь тут повсюду шпионы… Что касается друзей… Это действительно друзья – друзья детства, с которыми играла юная Саррина еще до того, как социальные рамки сделали свое дело. Практически все – потомки оставшихся в живых синдарских аристократов из числа тех, которые подлежали обязательному устранению. Разные люди. Пришедший сюда юноша в некотором роде является верным оруженосцем своей прекрасной дамы. Он тоже вполне знатного и состоятельного рода, вот только в списках наследников находится далеко в конце, так что богатство рода на него не распространяется. Ну и еще несколько таких же великовозрастных оболтусов разной степени знатности. Есть и практически незнатные, но не простолюдины. Именно отпрыски аристократии со всеми ее заморочками, объединенные идеей возвращения старых порядков и себя, – во главе нового старого строя.
– Какая прелесть! – сказал я вполне искренне, вытирая слезы, проступившие от смеха. – Продолжайте. Откуда они узнали про Темного Колдуна?
– Парень и сам не очень-то знает. Наплел мне про какие-то «надежные источники». Я, например, за пятьдесят лет работы разведчиком не могу назвать ни одного «надежного источника», начиная с себя самого. А вот у него они есть. Завидую… Но подозреваю, что все намного проще, и о том, что всеми делами в королевстве заправляет не Колзон, знает каждая портовая собака. И что этот «кто-то» колдун, знают тоже все, ибо никак иначе нельзя было разобраться со всей той бюрократией, что царила в королевстве, а также помирить вечно грызущихся аристократов. Ну и добавьте сюда необычайную бодрость короля – умирающего паралитика, который стал скакать как козлик, но это все ерунда. А вот то, что чиновники ПЕРЕСТАЛИ БРАТЬ ВЗЯТКИ, – вот это настоящее колдовство, притом силы невероятной. Ну а какой колдун может тайно править несправедливо отобранным королевством? Только злой!
– Ну разумеется. И что вы им продали? Чем меня будут убивать?
– О, это венец моей коммерческой деятельности. Я считаю это самой лучшей сделкой из всех, что когда-либо заключал в своей жизни. Во-первых, я не продал, а сдал в аренду. Я наплел этому лопуху, что с подобным противником может справиться только Кинжал Возмездия, но это крайне своенравное оружие, и оно не может кому-то
– А деньги вы за него при этом дерете!
– Еще бы! Ибо было сказано в сопроводительном Свитке, что Возмездие не дается даром, а я очень послушный!!! Так что за эксплуатацию этого раритета я затребовал тысячу шадазийских золотых монет – а они примерно в одну цену с синдарскими.
– Ого! Грабите вы бедных детушек. На эти деньги можно было бы собрать очень серьезную команду. Очень серьезную!
– Не таких уж и бедных. Парень согласился не раздумывая, так что до бедности им пока далеко. Ну а команду… Не нужна им команда, тем более серьезная…
– Так, а что вы им сунули в качестве Кинжала Возмездия?
– Что-что… Уродца я им всунул!
Вот тут уже я не удержался! Мне даже пришлось прибегнуть к своему же собственному методу лечения, хотя я терпеть не могу алкоголя, но когда хохот переходит уже в обессиленное хрюканье, с этим надо что-то делать! Поясняю – где-то полгода назад господин Сур прислал мне весточку, что в его коллекцию попала совершенно потрясающая вещь! Самое смешное, что продать ее господину Суру пытались по цене баснословной. Не такой, как выторговал господин Сур, но все-таки. Другое дело, что купил этого Уродца господин Сур за десять медяков, совершенно честно сказав продавцу, что больше никто за столь бесполезный образчик утвари не даст. Именно утвари, потому что основой этого оружия был обыкновенный кухонный нож для мяса, который безжалостно вырвали из его рукоятки. После чего втиснули уже в другую рукоятку, сделанную каким-то дальтоником, у которого в запасе оказалось некоторое количество самых разнообразных стекляшек самого низкого качества, которым в лучшие дни не снилось, что их когда-нибудь назовут камнями. Можно даже недрагоценными. Эта рукоятка подходила к чему угодно, кроме этого ножа. Большой клинок настолько выпирал из маленькой рукоятки, что его пришлось дополнительно фиксировать. С фиксацией неведомый маэстро оружейного искусства тоже особо не заморачивался, а просто примотал шатающуюся и спадающую рукоять проволокой. Да-да, самой обыкновенной проволокой. Но и этого неведомому гению показалось мало! Чтобы придать оружию еще большую мистическую силу, он выцарапал на клинке какие-то символы, притом выцарапал настолько криво, что опознать символы было невозможно.
В тот день мы здорово повеселились, пытаясь придумать хоть какое-то применение для этого ножа. После долгих обсуждений Шрам предположил, что зарезаться им все-таки можно, хотя и очень сложно – нож явно никогда не точили, а разделывали им уже давно одеревеневшие туши.
Ради очистки совести я все же проверил Уродца на магию. Можно сказать – оказал ему честь, о которой он никогда и не мечтал. Магии в нем было примерно столько же, сколько и в пинке трактирного вышибалы, отправляющем в полет зарвавшегося выпивоху. В финале того вечера господин Сур достал из своих запасников какую-то рамку и торжественно повесил Уродца на стену в своем кабинете, думая, что это его последнее пристанище. Как оказалось – он ошибался. Мы все ошибались – у Уродца впереди оказалась долгая и полная приключений жизнь!
– Там, откуда я родом, тиранов убивали кухонными ножами. За один случай ручаюсь точно. Но не такими!
– Куда уж им с нашим Уродцем тягаться, вернее, с Кинжалом Возмездия!
– Так этот красавец выложил тебе тысячу монет, забрал Уродца и ушел?
– Нет. Тысячи монет у него с собой не было, понятное дело. Я показал ему Уродца, и он сказал, что вечером придет с деньгами.
– То есть он сказал, что придет с деньгами уже
– Именно что! Он ему понравился! Сказал, что именно так должен выглядеть «низвергатель тиранов», цитирую дословно.
– Чудненько. Надеюсь, его не ограбят по дороге.
– Обижаете, господин! Как только он ушел, я повесил на него хвост. Будут опекать как младенца. Хотя почему «как»? Ну и послал за вами, чтобы вы не пропустили такого представления.
– Да, за это отдельное спасибо! Как думаете, скоро он придет?
– Думаю, что довольно скоро: пока гонец добрался до вашего дома, пока передал новость, пока вас нашли, пока вы сюда приехали, пока мы тут болтали – много времени прошло.
Ждать пришлось и вправду недолго. Примерно через час, когда господин Сур уже заканчивал рассказ обо всех остальных происшествиях столицы, в окошко тихо постучали.
– Клиент прибыл! – радостно возвестил господин Сур, выпорхнул из кресла и угнездился за стойкой. Я своего положения менять не стал, а просто накинул «полог незаметности» – незаменимое средство в подобных ситуациях.
Ровно через три минуты дверь со скрипом отворилась, и на пороге возникло чудо. Чудо и вправду было мужского пола, лет двадцати от роду, и принадлежало этому миру примерно так же, как и металлографические картинки. По крайней мере, выглядело оно похоже, потому что ни один житель этого весьма небедного городка не носил таких сияющих бело-голубых одежд, плохо скрытых накинутым поверх плащом. На лице юноши прочно отпечатался дух высокого романтизма, а его широко раскрытые глаза, как и рассказывал господин Сур, рыскали вокруг в поисках шпионов.
– Сюда никто не приходил? – спросил он у господина Сура вместо «здрасте». В голосе отчетливо слышались повелительные высокомерные нотки, пополам с испугом. Да уж, хорошими манерами тут явно не пахнет.
– Обижаете, господин! – почтительно произнес господин Сур. – Какая бы это была лавка, если бы сюда не захаживали клиенты! Но это все знакомые и надежные люди, так что можете не опасаться.
– Хорошо! Я принес деньги! – выпалил парень и вывалил на стол приличных размеров мешок. Я глазам своим не верил – он действительно это сделал! Господин Сур еще раз продемонстрировал ему Уродца, потом бережно завернул в пурпурный бархат (явно остался после отделки стен) и с поклоном передал гостю. Гость так же почтительно принял покупку и спрятал ее во внутренний карман плаща.
– И помните, уважаемый, что наносить удар Возмездия может лишь тот и тому, кто этого достоин. Если удар будет нанесен не алчущим Возмездия и не Виновному, то вместо Возмездия наступит Кара, ибо кровь невинных прольется, а Кинжал Возмездия таких вещей не прощает!
Милое дополнение легенды господином Суром, которое помешает испытать Уродца на первом встречном волшебнике и погубить тем самым всю авантюру в зародыше. Тем не менее юноша внимал этой наспех придуманной байке с открытым ртом и внимательно ловил каждое слово. Под конец господин Сур еще раз напомнил, что после Возмездия Кинжал должен непременно вернуться на место под угрозой все той же Кары. Юноша усвоил и кивнул – торжественно попрощался. После чего, запахнувшись получше в свой плащ, вышел на улицу, ежесекундно оглядываясь по сторонам.
– М-да, тяжелый случай… – прокомментировал я со своего места. Господин Сур лишь покачал головой, глядя на полный мешок золота, за который можно было нанять либо армию наемников, либо пару десятков профессиональных убийц, при условии, что найдется нужное количество людей нужной квалификации. Я оставил на стойке ту запылившуюся бутылку, из которой мы дружно лечили свой рассудок, и вышел вслед за юношей.
В такую погоду только в сияющих одеждах по городу расхаживать… Мелкий моросящий дождь шел не переставая и разогнал снующую обычно в это время толпу лучше любого стражника. Тем лучше – меньше шансов для кого-то из этой команды вляпаться в неприятности. По такой погоде даже преступники стараются сидеть дома и повышать квалификацию не отходя от камина.
В том, что этот красавец и ему подобные вляпаются в переделку, я не сомневался ни секунды. Особенно если там все такие. Странно, что они до сих пор не вляпались. Я, конечно, изрядно вычистил город и навел тут порядок, но при взгляде на такое передвижное шоу руки должны зачесаться даже у благовоспитанных граждан. Особенно у благовоспитанных. Думаю, по дороге из порта эту процессию срисовали себе все местные нищие, для которых торговля информацией была хлебом насущным, так что о необычных визитерах уже должен был знать весь город. По крайней мере, та его часть, кому это было интересно.
Парень приехал сюда на лошади, и к тому моменту, как я вышел из лавки, уже сворачивал за угол. Для меня это, понятно, проблемы не представляло – я прицепил ему маячок еще в лавке и теперь мог найти хоть на другом конце мира, хоть на дне океана. Так что я спокойно взял оставленную для меня лошадь и последовал за ним.
Маячок привел меня в одну из таверн на окраине дорогих кварталов города – куда абы кого уже не пускали, а кое-кто еще не заходил. Видимо, для алчущих восстановления справедливости это считалось вершиной конспирации.
В таверну я заходил уже видимым для всех – мой опыт показывал, что в тесных помещениях невидимость может оказаться более вредной, чем полезной, а колдовать так, чтобы меня интуитивно обходили стороной и никто бы не обращал внимания на такие странные маневры, было лень. К тому же мой костюм, в отличие от этих «неуловимых мстителей», был самым обыкновенным и ничьего внимания привлечь не мог.
Они сидели в большом зале. В центре. Все. Шесть человек за круглым столом. Недолго думая, я оккупировал столик прямо по соседству, который как раз пустовал. У трактирщика я заказал горячий бульон с чесночными гренками – самое оно по такой погоде.
Поделиться книгой: