Ученье – свет. Только объясните это темным

– Ты серьезно?

– Конечно. Барбос знаешь как ответственно относится к моей охране. – Она сама чуть не захихикала. Представить Барбоса нападающим на парня не получалось, хоть ты тресни. Скорее пес подставит пузо и позволит себя без устали чесать.

Ника глянула на Ярослава… и выпала из реальности. Нахлынуло виденье… Сильные, загорелые пальцы парня зарываются ей в распущенные волосы. Смеющиеся зеленые глаза становятся все ближе… Сердце дрогнуло и понеслось вскачь в предвкушении поцелуя. Еще никто никогда не целовал ее по-настоящему. Хотелось смеяться от всепоглощающего счастья…

Почувствовав обжигающе горячее дыхание на своих губах, Ника сморгнула наваждение и отшатнулась от склонившегося к ее лицу Ярослава.

– Совсем сдурел! – попятившись от ничего не понимающего парня, коснулась своего затылка. Никто ее волос не трогал. И коса на месте, никто не расплетал.

– Вероника?! – Он ничего не понимал. – Я всего лишь хотел тебя поцеловать. Ничего больше. Честно.

– Иди с другой целуйся. – Злые слезы навернулись на глаза. Зачем он так?

Крутнувшись на пятках, девушка бросилась бежать, плетя заклинание отвода глаз. Теперь он ее не заметит, даже если пройдет на расстоянии вытянутой руки. Оглянулась. Ярослав метался среди людей, не зная, куда она подевалась.

– Вероника! Прости! – поняв, что она от него прячется, парень стал всматриваться в темные закоулки между домов. И хотя Ника стояла в тридцати шагах, он ее не видел. Испуганное выражение лица сменилось на угрожающее. Видимо, он догадался, что она за ним наблюдает. – Если завтра не придешь в клуб, я найду тебя. Не забывай, я знаю, где ты живешь, так что прятаться бесполезно.

Развернулся, сунул руки в карманы джинсов и зашагал в другую сторону. Ника видела, как Ярослав растворился в толпе. В нем определенно что-то есть. Иначе с чего бы ей стоять посреди улицы и глупо улыбаться.

Недалеко от своего дома она шмыгнула в кусты и поползла на четвереньках, опасаясь, что Ярослав ждет ее на лавке. Но парня не было, зря только руки и коленки вымазала. Немного расстроившись, что он быстро сдался, Ника вошла в подъезд, поднялась на свой этаж и столкнулась на лестничной клетке нос к носу с бабушкой Настасьей.

– Явилась?! – то ли облегченно, то ли с упреком произнесла та и засеменила к открытой двери своей квартиры.

– У меня сегодня была первая тренировка.

Почему-то возникло желание оправдаться, хотя Ника за собой никакой вины не чувствовала.

Старушка в дверях обернулась.

– Лучше бы домового поехала по деревням искать, чем дурью маяться, – и вдруг смягчилась. – Зайди ко мне завтра в полдень. Раз ты решила заняться самообороной, познакомлю тебя с одним человеком. Он всему, что нужно, тебя в два счета научит.

Ника загорелась. До сих пор колдунья дала ей почитать только одну книжку какого-то малоизвестного автора. Сейчас было модно писать о том, чего не освещали в официальных хрониках. И поскольку эти хроники в ответ на вал информации хранили гробовое молчание, к заявлениям типа: «Гитлер на самом деле – спаситель мира» – никто не относился серьезно. Книжку она честно прочла от корки и до корки за один день и вернула владелице. И больше ничего необычного в их отношениях не было. Соседи как соседи. Ника заходила к старушке на чай, помогала убираться в квартире, делала покупки в магазине, хотя втайне надеялась на другое. Так неужели она выдержала некую проверку и теперь ее будут учить по-настоящему?

– Обязательно зайду. Спасибо вам, бабушка Настасья.

Та только рассмеялась:

– Погоди благодарить. Вдруг не потянешь.

Но Ника уже знала, что потянет. Носом землю будет рыть, но потянет. Заперев на замок двери своей квартиры, пошла на кухню заваривать мятный чай. В темноте безошибочно нашла дорогу. Она уже наловчилась не зажигать для этого свечи, хватало и света от фонаря над подъездом. Выглянула в окно. Ярослава не было.

«А чего ты ждала? Шарахнулась от него, как от чумного. И что с того, если бы поцеловал?» – Ника тряхнула головой, отгоняя несвойственные ей мысли. Может, она не самая примерная девочка. Но не гулящая – это точно. И не позволит себя целовать после дня знакомства.

Опять выглянула в окно. Фонарь освещал по-сиротски пустую лавочку. Ярослав так и не пришел, хотя она дала ему фору и потратила на обратный путь почти вдвое больше времени, чем нужно.

Одним глотком выпила весь чай и пошла ложиться. Сонный Барбос прибрел из глубины квартиры и растянулся у нее под боком. Ника погладила лобастую голову, потеребила уши и, завернувшись в тонкое шерстяное одеяло, вытянулась на матрасе, расстеленном прямо на полу.

Но сон не шел. Повертевшись с боку на бок, пихнула пса, думая, что ей просто не хватает места. Барбос послушно сполз на пол, но беспокойство никуда не делось. Мало того, оно переросло в стойкое нехорошее чувство, словно нависла беда, но не над ней, а над кем-то из ее знакомых.

Рывком сбросив одеяло, Ника пошла на кухню. У нее редко бывали такие предчувствия. Природа щедро одарила ее магическим даром, но среди прочих талантов ясновидения не было, поэтому бабушка в лепешку расшиблась, чтобы максимально развить у внучки интуицию. И если душа не на месте, сердце сжимается от страшного предчувствия, значит, с кем-то действительно стряслась беда. Погремев кастрюлями, девушка достала блестящую сковородку. Плеснула в нее воды из бутылки и, усевшись на полу у окна, чтобы падал свет, провела рукой над донышком.

Рябь исчезла, появилась корка льда. Сковородка с треском заморозилась до самой ручки. Ника зажгла свечу. Провела пламенем по ледяной поверхности, заставив ее блестеть не хуже зеркала, и стала всматриваться в появившиеся тени.

Минуту спустя отразилась темная комната. Ника повела сковородкой, словно объективом камеры. Куда это она попала? Магическое око послушно показывало ей шкаф, окно с плотно закрытыми жалюзи. У одной из стен – спортивный велосипед. Рядом с ним – куча вещей, небрежно сваленных на полу. Кроссовки сорок пятого размера с засунутыми в них носками. Боксерская груша и перчатки. Тумбочка у кровати. На электронных часах – три утра. Мускулистая рука свесилась с кровати на пол. Ника повернула сковородку. Появилось плечо, узкая спина, переходящая в мощные плечи. Другой рукой парень обнимал подушку. Кто это у нас? Сдвинув око, девушка уставилась в темный затылок Ярослава.

От неожиданности Ника вздрогнула, выпустила ручку сковородки и прижала ледяные ладони к пылающим щекам. О боже! Она умудрилась попасть к нему в спальню. Какой стыд и срам! Глянув еще раз, убедилась, что изображение никуда не делось. Парень мирно спал, от жары распластавшись на широкой кровати. Простыня почти сползла на пол, явив ее взору крепкие ягодицы и согнутую в колене ногу.

– Он что, голый спит? – Чувствуя себя ужасно неловко, но не в силах побороть распирающее любопытство, Ника дрожащими пальцами взялась за ручку сковородки и закончила осмотр… исключительно спальни. Никакая напасть парню не угрожала. Наверное, ведьму занесло сюда по ошибке… или из-за разыгравшихся гормонов.

Минуту она боролась с искушением еще немного полюбоваться на спящего Ярослава, затем провела рукой над сковородкой и отправила око в дальнейший поиск.

Глава 4

Того, кто стал причиной ее беспокойства, Ника нашла только через полчаса. Оказывается, он все время перемещался, поэтому магическое око не успевало его поймать и показать точное местоположение. Но когда остановился и картинка стала четкой…

Она в ужасе выронила сковородку:

– Денис? Нет, только не это!

Забыв, что посуду надо разморозить, забыв вообще обо всем, она помчалась одеваться и цеплять на Барбоса ошейник с поводком. Присутствие пса должно благотворно подействовать на психику Дениса, если он вообще способен соображать и осознавать, кто он. От жалости к парню сердце кровью обливалось. Как она могла раньше не заметить? Ведь все признаки были налицо.

Пять минут спустя она тарабанила в дверь бабушки Настасьи.

Та открыла на удивление быстро и сразу впустила ее в дом.

– Вы знали! – упрекнула она колдунью.

– Конечно. – Соседка опять провела ее на кухню, впервые не возмутившись, что Барбос топчет персидские ковры. – С момента, как ты приехала, я ждала этого каждый день.

Подойдя к буфету, соседка стала выставлять из него на стол стопки тарелок и картонные коробки, чтобы добраться до чего-то, спрятанного у дальней стенки.

– Вот, держи, – в руках старушки блеснул серебряный ошейник с поводком. – Может пригодиться, если он опять перекинется. Тогда тебе с ним не совладать. Придется силой тащить домой.

– Я знаю. – Ника сунула ошейник на дно рюкзака. До инициации оборотень почти не отличим от человека. Но после первого обращения все меняется. Если Денис упрется, нужен будет локомотив, чтобы сдвинуть его с места. На такой случай нет ничего лучше заговоренного серебра. И еще надо раздобыть парню вещи. Не предлагать же ему старушечий халат? А в ее джинсы он попросту не влезет. – Спасибо.

– Рано благодарить. Иди и во что бы то ни стало приведи его домой.

Ника решила, что ломиться к соседям в три ночи, обрадовав новостью, что их любимый сын – оборотень, наверное, не стоит. Поэтому она не придумала ничего лучше, как постучаться в окошко к Даше. Ну и пусть это третий этаж. Не десятый же.

Едва удерживаясь на фигурном парапете, Ника доползла по карнизу до нужного окна и тихо постучала. Барбос, привязанный за поводок к беседке, свесил голову набок и наблюдал за хозяйкой, которая пауком распласталась на отвесной стене.

Минут через десять тихого постукивания окно приоткрылось, явив сонно протирающую глаза Дашу.

– Стас? Совсем очумел? В четыре утра кидаться камнями в окна. – Девушка высунулась на улицу, столкнувшись с подругой нос к носу, и от удивления шарахнулась назад. – Ника?

– Привет! Не впустишь? – Ника взобралась на подоконник и запрыгнула в комнату. – Думала, ты никогда не проснешься.

Даша ошарашенно наблюдала, как ночная гостья мечется по маленькой уютной спальне, заглядывая в шкафы и тумбочки.

– Вот черт. Я думала, вы с братом живете в одной комнате. Даш, ты не могла бы принести его вещи. Штаны там, рубашку. И не забудь кроссовки.

Девушка окончательно запуталась.

– Ник, вы что, с Дэном?.. – Даже в темноте было видно, как она покраснела от своей догадки.

Ника вспыхнула следом.

– Нет! – воскликнула она чуть громче, чем следовало, и опять перешла на шепот: – Просто он… ну… Он голый, и ему нужно во что-нибудь одеться, чтобы вернуться домой. Ты не могла бы поспешить? А то скоро рассветет, и его могут увидеть.

– Я с тобой. – Даша сорвалась с места.

Быстро смоталась в комнату брата, притащила охапку вещей и, кинув к ее ногам, бросилась одеваться сама. Ника отобрала футболку, спортивные штаны, носки от разных пар. Некогда ей было искать в темноте одинаковые. Схватила кроссовки, надеясь, что не два левых. Сунула все это в рюкзак, затянула тесемку и повесила на плечи.

– Я готова. – Даша оделась в джинсы, кроссовки, футболку и толстовку.

– Отлично, – похвалила Ника девушку за оперативность и полезла в окно.

Даша последовала за ней и поинтересовалась:

– А почему мы не вышли через дверь?

Ника прыснула со смеху. Действительно почему? Да потому что у нее от волнения мозги отшибло. Даша тоже хихикнула. Барбос встретил их появление, радостно вильнув хвостом.

Ника отвязала пса от беседки и не хуже гончей взяла след на магическую привязку, успешно поставленную на Дениса через магическое око. Несясь, словно сумасшедшая, по тихим пустынным улицам, иногда оглядывалась посмотреть, не отстает ли Даша. Та держалась чуть позади нее. А ведь говорила, что не спортсменка. Вот что значит кровь и гены оборотней!

– Ник, а куда мы бежим? Я думала, он у тебя в квартире.

– Ага, сейчас. – Ника представила, сколько бы денег ушло на ремонт, если бы Денис впервые обернулся в ее квартире. И это при том, что у нее особо нечего крушить.

Ника не думала, что родители парня долго останутся в неведении, ведь скоро и Дашу постигнет та же участь. Поэтому она и не стала отговаривать девушку идти с ней. Пусть знает, какое будущее ее ждет.

Скорей всего их родители, будучи людьми с малой толикой генов оборотней, сами не знали, что наследственность их далеких мохнатых предков проявится в детях. Но чем дольше они будут пребывать в неведении, тем больше шансов у близнецов освоиться в новой жизни и не попасть на живодерню или в психбольницу.

Представив, во что ввязывается по доброй воле, Ника захотела побиться головой об стену. Но и отказ не был предусмотрен. Ее появление послужило катализатором. Жили близнецы до этого без всяких приключений, а тут появилась она, вот магический фон и перенасытился. Утешало одно: бабушка Настасья обещала протянуть руку помощи, если будет очень трудно. Вон, даже серебряный ошейник с шипами подарила, на случай, если они найдут Дениса в зверином облике.

Вскоре показался Лесогорский парк. Рассвет только занимался. Просыпающееся солнце осветило макушки деревьев, заставляя утренний туман рассеиваться и опадать росой на ухоженный газон. Первые лучи пробивались сквозь просветы в деревьях, тогда как в тени было еще темно. Пахло опавшей листвой. От близкого пруда тянуло свежестью, пахло тиной и, как ни странно, рыбой. Барбос от воодушевления залаял и, вырвавшись вперед, помчался по гравийной дорожке в глубину парка.

– Но это… – Даша поравнялась с ней, и девушки перешли на шаг, чтобы отдышаться. – Мы были здесь вчера.

– Ты рассказывала Денису? – Ника остановилась, схватившись рукой за бок, чтобы унять колики. Час бега – и такой результат. Кажется, она теряет форму. Чувства говорили, что Денис где-то поблизости. Значит, можно не беспокоиться насчет случайных прохожих и пару минут передохнуть.

– Ну да. А при чем тут это?

– Их всегда по первому разу тянет на природу. Хорошо, что он о парке вспомнил. До пригорода я бы не добежала, а на электричке, боюсь, было бы слишком поздно.

Ника не стала говорить Даше, что, если они не отловят Дениса и не отведут домой, его поймают темные, и тогда не видать ему больше воли. Оборотни у колдунов на положении рабов или домашних питомцев. И еще неизвестно, что хуже.

Отдышавшись, девушка пошла вперед, вглядываясь в просветы между деревьями и прислушиваясь к шелесту в кустах. Привязка была довольно общей. Денис мог быть где угодно в радиусе километра, точнее при работе с магическим оком определить местоположение объекта невозможно.

Даша хлопала глазами, осмысливая слова, и как всегда пришла к неверному выводу.

– Он что, наркотики попробовал? И как ты узнала, куда идти? Позвонить он не мог. У тебя нет телефона.

– Даш, давай ты сама все увидишь. Иначе мои ответы покажутся бессмысленными.

– Ника, не пугай меня! Что с Денисом?

– С ним все в порядке. Просто… ой! – Ника рухнула на четвереньки и заползла в кусты. Барбос на брюхе полез следом. Даша, не спрашивая, юркнула за ними, и только когда они как следует закопались в опавшие листья и траву, шепотом поинтересовалась:

– Это тоже часть плана по спасению Дениса?

– Нет, – пискнула Ника. Глянула на часы, показывающие полшестого, и пару раз приложилась лбом о землю. Как она могла забыть, что сегодня суббота?

Вид зевающего Ярослава, с молотом в руках прохаживающегося около пруда и то и дело поглядывающего по сторонам, вызвал у нее истеричный смех. Где он за такое короткое время нашел молот? Ограбил спортивную школу? Или магазин стройтоваров?

– Прекрати хрюкать! – Даша пихнула ее в бок и высунулась посмотреть, что так насмешило подругу. – Ой, мамочки! Маньяк!

– С чего ты взяла?

– Ты видела его дубину?

– Даш, это Ярослав. – Ника почувствовала, как у нее от смущения заалели щеки. – У нас тут вроде как свидание.

– Да? А зачем ему дубина?

– Это молот.

– Еще хуже.

Ника опять хрюкнула от смеха. И тут затрещали кусты на другой стороне дорожки. Ветви разошлись в стороны, явив во всей красе голого Дениса. Парень выскочил на открытое место, прикрывая срамное место обеими руками, и дико заозирался по сторонам. Взгляд безумный. Сам весь грязный, словно вывалялся в сточной канаве. На груди и ногах – глубокие царапины. Лицо тоже расцарапано до крови.

– Денис! – Даша рванула к брату.

Парень вздрогнул, глянул на выбирающееся из кустов лохматое, покрытое листьями чудовище и дал деру. Девушка за ним.

Барбос с громким лаем вскочил на ноги.

Кляня на чем свет стоит Дашкину неосторожность, Ника выскочила из укрытия и ринулась следом.

– Денис! Постой! Это я, Даша! – кричала девушка.

Парень мчался напролом через кусты и клумбы, проскочил мимо озера, подняв тучи брызг на мелководье, и собрался скрыться в густо заросшем овраге.

– Дашка, не ори! Не видишь, он нас боится!

Ярослав обернулся на шум. Глаза у него расширились, когда мимо пролетел Денис, а за ним Даша. Барбос решил, что это новая игра, и просто скакал кругами, громко лая.