Помоги проекту - поделись книгой:
– Все хорошо, – ответила она, ничуть не смутившись чудовищной лжи. – Ты уезжал куда-то вчера вечером. – Голос ее звучал несколько отстраненно.
Прошлой ночью Рика не было рядом с ней в постели. Он предпочитал иногда спать на диване в кабинете, что очень устраивало их обоих. Она лежала одна и думала, придет ли он сегодня, и холодела от страха, что он будет лежать рядом и, что еще хуже, захочет ее обнять. Однако вместо этого кто-то позвонил во входную дверь, и Рик ушел. Для Ли Анны не были неожиданностью такие поздние вызовы, связанные со служебной необходимостью.
– Обстоятельства одного дела требовали моего присутствия в управлении, – продолжал Рик. – Ты хорошо спала?
– Да, – опять солгала она, поскольку ей удалось поспать не более двух часов.
– Чем собираешься сегодня заняться?
У нее не было никаких планов. Она боялась вернуться к своей прежней жизни, ее пугала реакция друзей на ее появление в инвалидном кресле. Впрочем, она принимала всех посетителей. Дважды в неделю заезжала Франческа Кэхил – она была настолько доброжелательным человеком, что делала вид, будто у них не было никаких отношений в прошлом. Ее часто навещали родители Рика – Грейс появлялась почти каждый день. Но настоящим кошмаром стали для нее визиты старой подруги графини Бартоллы Бенвенте. Ли Анна понимала, что графиня втайне получает удовольствие от ее угнетенного состояния. Сколько же среди бывших друзей найдется людей с подобными желаниями?
– Пойдем в парк, как только Кейти вернется из школы.
– Погода сегодня чудесная. Постараюсь освободиться пораньше. – В голосе чувствовалась неуверенность.
Спазм сжал ее горло, словно Рик должен был вернуться с минуты на минуту. Перед глазами пронеслись картины из прошлой жизни, коллаж из воспоминаний. Все они были счастливыми, восторженными, страстными.
– Если дело серьезное, поступай так, как должен, Рик. Ты же знаешь, я ничего не имею против.
Он молчал, заставив Ли Анну задуматься, вызвал ли ее ответ облегчение или недоверие.
– Ты помнишь Дейзи Джонс? – спросил, наконец, Рик.
Ли Анна почувствовала интерес. Каждое слово он произносил с очевидной осторожностью, поскольку оператор телефонной станции мог слушать их разговор. В этом и заключался единственный недостаток столь удобного устройства, как телефон, – отсутствие конфиденциальности.
Дейзи ведь любовница Харта, во всяком случае, она была ею до недавнего времени.
– Да, разумеется, помню.
– Прошлым вечером ее убили.
Ли Анна не сдержалась и вскрикнула:
– Как ужасно! – Она действительно была под впечатлением от услышанного, хотя не была знакома с этой женщиной.
– Может быть, сегодня тоже придется задержаться, – с грустью сказал Рик.
У Ли Анны появилось немало вопросов. Харт был братом Рика, и, хоть они и не очень-то дружили, все же у нее был повод для волнения.
– Разумеется, – пробормотала она.
– Спасибо тебе за понимание. Мне пора идти.
– Да. – Ли Анна была полностью поглощена новостью об убийстве Дейзи. Она немного знала Харта, и ей было любопытно узнать, как он отреагировал на эту новость.
– Мистер Маккензи, – позвала она, пристраивая трубку на рычаг. – Я хотела бы спуститься вниз.
Теперь ее мысли были обращены к Франческе. Интересно, как она? Ли Анна улыбнулась. Несомненно, Франческа подключилась к делу, никто не будет действовать с большим бесстрашием, чем она.
Когда Маккензи катил ее кресло по коридору, Ли Анна внезапно осознала, что Франческа будет работать по делу вместе с Риком. В душе ее давно нет места ревности, ведь их с Риком брак удобен им обоим. Однако она не могла забыть, что у Франчески и Рика был роман, и, как бы Ли Анна ни старалась, частичка ее сознания с ненавистью относилась к тому, что они до сих пор работают вместе.
– Сейчас спущу вас вниз, – с улыбкой произнес помощник и подхватил ее на руки. Рядом стояла Кейти. Такие моменты Ли Анна ненавидела больше всего. У нее не было выбора, лишь оставаться в руках Маккензи, пока он спускается по узкой викторианской лестнице.
Щеки залились румянцем. Все же это несколько интимно. Ли Анна закрыла глаза, стараясь терпеливо переносить неизбежное. Внезапно она представила себя на руках Рика – блаженный и прочный мир, рай, который она когда-то познала.
Но этому не бывать. Не бывать уже никогда.
Маккензи посадил ее на диван в гостиной.
– Пойду принесу кресло, – сказал он и удалился.
Кейти не сводила с нее глаз. Сопереживая ее печали, она взяла мать за руку.
– Мама? Мы пойдем сегодня в парк? Ты, я, Дот и папа? – Девочка определенно слышала ее разговор с Риком.
Ли Анна пожала ей руку.
– У папы срочное дело, но мы обязательно пойдем в парк кормить птиц.
– Папа никуда больше с нами не ходит! – воскликнула Кейти. – Миссис Флауэрс могла бы устроить пикник, мы бы половили рыбу, как тогда, когда папа был с нами.
Ли Анна замерла. В последний раз, когда они были на пикнике в парке, она была вынуждена сбежать, не в силах выносить сложившуюся ситуацию, а Франческа Кэхил заняла ее место рядом с Риком. Вероятно, если бы не их примирение – к которому подтолкнула его она сама, – Рик и сейчас влюблялся бы в других женщин.
Если бы не девочки, она бы отпустила его.
На пороге гостиной появился единственный слуга Петер – высокий крепкий швед.
– Миссис Брэг? К вам два посетителя.
Ли Анна постаралась изобразить на лице улыбку.
– Кто это, Петер? – спросила она и похолодела. Если это Бартолла, она не станет ее принимать.
– Мужчина и женщина, миссис Брэг. Мужчина представился дядей девочек.
Ли Анна сильнее сжала руку Кейти.
– Этого не может быть! – У девочек не было родственников.
– Его зовут Майк О’Доннел. Я отказал им, но…
Ли Анну затрясло.
– Нет, пригласите их. Я должна выяснить, что им нужно.
Могучий испанец Рауль был не просто кучером и слугой Харта – он был его личным телохранителем.
Сейчас же он служил Франческе. Она понимала, что, учитывая особенности ее работы, Харт хотел, чтобы ее было кому защитить. Неоднократно побывав в переделках, Франческа не возражала против такого кучера. Сейчас Рауль вез ее в центр города, ловко маневрируя между телегами, повозками и каретами. Нижний Ист-Сайд отличался от Пятой авеню, как день от ночи. Ее карета была самым элегантным транспортным средством на улице. Вокруг сновали многочисленные лоточники с рулонами ткани, салом для свечей, кусками мыла и прочими товарами, из пешеходов на тротуарах попадались в основном женщины с детьми на руках и корзинами продуктов. На веревках, протянутых от окна к окну, сушилось белье. Компания мальчишек играла в стикбол. Шум с Третьей авеню долетал даже до авеню А, а серый смог окутывал все близлежащие улицы. Наконец карета остановилась.
Франческа познакомилась с Джоэлом Кеннеди, по-дворовому сметливым парнишкой, занимаясь своим первым расследованием. Джоэл был старшим ребенком в семье. Мать его была красивой молодой женщиной, прекрасной швеей. Она рано овдовела и одна воспитывала детей. В деле о похищении Бертон именно он помог Франческе разобраться в жизни бедных районов города. Франческе была необходима помощь Джоэла, кроме того, она хотела уберечь мальчика от скользкой дорожки мелкого воришки. Он стал ее незаменимым партнером после нескольких расследований, и Франческа наняла его в качестве своего помощника. С тех пор она заезжала за Джоэлом или просила его встретиться с ней почти каждый день.
Но сейчас ее занимали мысли не о Джоэле и даже не о Роуз, от которой она должна получить ответы на важные вопросы. Почему Харт лжет ей даже сейчас, когда они стали парой? Ведь их отношения до сего времени основывались на полном доверии. Как он мог солгать ей и как это отразится на их совместном будущем?
Первым ее желанием было отправиться на Бридж-стрит, надавить на Харта и выяснить, почему он сказал ей, что был в Бостоне, тогда как вместо этого ездил в Филадельфию. Едва подумав об этом, Франческа осознала безрассудность затеи. Попытки надавить на Харта никогда не приносили результата. Он был по натуре человеком вспыльчивым, и неосторожными действиями можно только еще больше его разозлить. Новое расследование Франчески уже сделало их отношения несколько натянутыми, и ей совсем не хотелось подливать масла в огонь. Вчера она верно оценила состояние Харта: он скорбел по Дейзи. Она не сможет нападать на человека, которого любит, когда он в таком горе. Но, возможно, нечто другое стало причиной напряжения? Прошлым вечером Харт отказался обсуждать причину, которая заставила его поехать к Дейзи. Он постарался оттолкнуть Франческу от себя, а это его обычная манера поведения в сложных ситуациях – манера, которую она переносила с трудом. Мог ли отказ Харта обсуждать его визит к Дейзи быть каким-то образом связан с его поездкой в Филадельфию?
Сложно не подвергать все сомнениям, когда стараешься поступать разумно.
Мысль о том, что Харт ей не доверяет, чрезвычайно больно ранила Франческу. С самого начала их знакомства она была его преданным союзником. В то время Франческа расследовала убийство Рэндла. Харт был основным подозреваемым, и даже тогда, не зная, что он за человек, она едва не свела с ума Брэга своей уверенностью, что Харт невиновен. Даже тогда она отказывалась судить о нем, основываясь лишь на его репутации и слухах в обществе. Отбросив внешнюю оболочку заносчивости и вызывающего поведения, она обнаружила ранимую душу. Харт был
Франческа отказывалась терпеливо сглаживать множество острых углов в их отношениях. Поведению Харта просто нет объяснения. В голову не приходили никакие оправдания. Она подождет, не станет его торопить, хоть это будет и непросто. Из личного опыта Франческа уже знала, к чему может привести ее несдержанность. В расследовании этого дела она будет основываться на том, что Харт был с ней честен, он поймет это и однажды признается ей во всем. И то, что она не очень-то ему доверяет, не имеет в данном случае никакого значения.
Из высокого многоквартирного дома вышел Джоэл. За ним шли его мать, два брата и сестра. Джоэл был худым невысокого роста подростком с черными волосами и очень светлой кожей. Он радостно улыбнулся Франческе и забрался в коляску, подождав, впрочем, когда Рауль распахнет перед ним дверцу. Джоэл многое пережил за свою короткую жизнь. Франческа задумчиво посмотрела на мальчика и улыбнулась. Ему доставляет огромное удовольствие, что Рауль обращается с ним как с принцем, а ведь всего несколько месяцев назад он воровал кошельки у прохожих.
– Спасибо, – поблагодарил Рауля Джоэл.
Кучер улыбнулся уголком рта, осторожно прикрыл дверцу и ловко вскочил на козлы. Несмотря на теплый июньский день, Джоэл был в кепке, и Франческа шутливо потянула за козырек.
– Добрый день, мисс Кэхил.
– У нас новое дело, – объявила Франческа, а Рауль хлестнул лошадей, и они лихо рванули с места. – Расследуем убийство.
– Это вы любите, – усмехнулся Джоэл. – Надеюсь, дело будет опасным?
– Полагаю, нет! – воскликнула Франческа. – Мне очень хотелось бы тебя поберечь, – совершенно серьезно добавила она и вздохнула. – Ты был знаком с жертвой, Джоэл, как и я.
– Кого пришили? – завороженно спросил он.
Франческа открыла было рот, чтобы сделать замечание, но решила, что сейчас не время обращать внимание на жаргонные словечки.
– Мисс Джонс.
Джоэл мгновенно все понял.
– Это же… э… подружка мистера Харта.
– Да, его бывшая любовница. Джоэл подскочил на месте.
– Мэм! Что же случилось, мэм?
– Когда приедем в дом Дейзи, я поговорю с Роуз. Тебя я попрошу внимательно осмотреть район – расспроси жителей и выясни, не видел ли кто чего-либо подозрительного вчера между десятью часами и полуночью. Очень хорошо было бы найти оружие, возможно, преступник выбросил его неподалеку. Об этом тоже не забывай.
Джоэл энергично закивал.
– А подозреваемые уже есть?
Франческа колебалась:
– Они не совсем подозреваемые. Но боюсь, что список возглавляют Харт и Роуз.
Джоэл боготворил Харта. Одной из причин стало их общее происхождение из самых низов общества.
– Зачем мистеру Харту убивать мисс Джонс?
– Он этого и не делал, – поспешила заверить его Франческа. – Но преступление таково – уверена, экспертиза выявит множественные ножевые ранения, – что полиция, прежде всего, заподозрит родственников и друзей. Понимаешь, Джоэл, убийца Дейзи хорошо ее знал и желал ей смерти. Мы должны найти настоящего убийцу, и как можно быстрее.
– Прежде чем у мистера Харта возникнут проблемы, – закончил Джоэл и потупил взгляд.
Франческа опять шутливо потянула за козырек его кепки. Ей очень нравился этот мальчик, она относилась к нему, как к младшему брату, кроме того, его мать стала Франческе хорошей подругой.
Однако последнее время Мэгги Кеннеди вела себя немного странно. Они пару раз встречались за чаем, и Франческа обратила внимание, что в голубых глазах подруги потух ярко горевший огонек.
– Как дела у твоей мамы, Джоэл?
Мальчик скривился:
– Не знаю я. Что-то с ней не так. Все время ходит грустная. Она, конечно, старается показать, что все хорошо, но я-то вижу.
Франческа задумалась. Месяц назад ее брат Эван спас Мэгги от опасного убийцы. И тогда Франческа заметила, что между ними что-то происходит. Она с радостью размышляла о том, что между ними пробежала искра, которая будет способствовать новым романтическим отношениям и не имеет никакого значения, что джентльмен с Пятой авеню увлечен швеей из Ист-Сайда. Эван постоянно проживал в гостинице «Пятая авеню». К большому разочарованию Франчески, некоторое время назад после крупного скандала отец выгнал его из дома, но в этом было, как ни странно, много хорошего, поскольку Эван отказался от своей страсти к игре. Он честно зарабатывал себе на жизнь, служа простым клерком, и Франческа очень гордилась братом, не побоявшимся выступить против отца.
Несмотря на репутацию любителя женщин, Эван никогда бы не скомпрометировал Мэгги, кроме того, Франческа была уверена, что брат испытывает к ней настоящее чувство. Харт советовал ей не вмешиваться в это дело, объясняя тем, что Эван ухаживал за графиней Бенвенте. В обществе были уверены, что они поженятся, хотя Франческа не очень в это верила. Она не могла представить, что Бартолла Бенвенте согласится выйти замуж за простого клерка. Хотя она вполне обеспеченная вдова, поэтому Франческа могла и ошибаться.
– Джоэл? Мой брат бывает у вас? – Она обязана это знать.
Мальчик нахмурился.
– Я-то думал мы с ним друзья! Он так часто приходил, подарки всякие приносил и сладости. Последний раз я видел его, когда отец Калхейн пытался убить маму. – Джоэл выглядел по-настоящему разозленным. – Знаю я, в чем дело. Он слишком занят с графиней, чтобы думать обо мне, Пэдди или Мэтте.
Франческе так хотелось обнять мальчика, но она сдержалась.
– У Эвана очень сложная жизненная ситуация, – с грустью в голосе сказала она, что было истинной правдой. – Только представь, что отец выгоняет тебя из дома и тебе приходится самому устраивать свою судьбу. Какие бы ты испытывал чувства, если бы отец отказался считать тебя своим сыном?
– У меня нет отца, – резко заметил Джоэл. – И он уже взрослый, поэтому это все не важно.
Франческа подавила вздох. Джоэл считал ее брата близким человеком, возможно, и Мэгги тоже. Разумеется, ей не стоит вмешиваться, но, если это и надо сделать, более подходящего момента не найти. Если Эван не планировал поддерживать отношения с Мэгги, ему не следовало вести себя так, как он вел, когда она была в опасности. Франческа подумала, что позже надо будет обязательно навестить подругу. В следующую минуту из-за угла показался особняк, в котором жила Дейзи. Франческа собралась с мыслями, мгновенно забыв о брате, и вспомнила Роуз, обнимавшую окровавленную Дейзи. От явственно возникшей перед глазами сцены закружилась голова.
Джоэл уже усвоил, что следует позволить Франческе выйти из кареты первой. Подождав, когда она спустится, он ловко спрыгнул на мостовую.
– Пойду поболтаю с людьми.
– И не забудь о прислуге в доме Дейзи, – напомнила Франческа, и мальчик убежал.
Она хорошо знала, что свидетели не одинаково общаются с разными людьми. Порой ей удавалось получить больше информации, чем полицейским, а Джоэл определенно еще лучше справится со сбором сведений.
На этот раз дверь особняка была плотно закрыта. После требовательного стука она отворилась, и на пороге возник дворецкий Дейзи Гомер – седовласый мужчина средних лет. Приглашая Франческу в дом, он выглядел крайне удивленным ее визитом. Она протянула свою визитную карточку.
– Доброе утро. Не уверена, что вы меня помните, но когда-то я была подругой мисс Джонс. Я сыщик.
Гомер взглянул на карточку и прочитал:ФРАНЧЕСКА КЭХИЛ,
специалист по раскрытию преступлений.
№ 810, Пятая авеню, Нью-Йорк.
– Я помню вас, мисс Кэхил. Но боюсь, что… – Он замолчал и помрачнел еще больше.
– Я была здесь прошлым вечером. – Франческа чуть понизила голос и коснулась плеча мужчины. – Сожалею о том, что произошло с мисс Джонс. – Что ж, придется начать расследование с беседы с Гомером.
– Благодарю вас, – прошептал дворецкий и побледнел. – Она была доброй хозяйкой, мэм. Хорошо обращалась со мной и слугами.
– Да, я знаю, – кивнула Франческа, хотя, разумеется, не имела ни малейшего представления, что происходило в доме Дейзи. – Я приехала, чтобы увидеться с мисс Купер, но думаю, что прежде поговорю с вами.
На этот раз Гомер не выказал удивления.
– Вы хотите найти убийцу?
– Да, я на это надеюсь.
– Очень хорошо! Она не заслужила смерти! – в сердцах воскликнул слуга. – Да, она грешила, но, в сущности, была неплохой женщиной.
Франческа расправила плечи.
– Может, вам лучше присесть, Гомер? Могу я вас так называть?
Мужчина кивнул:
– Со мной все в порядке. Последствия шока…
– Понимаю. В котором часу вы закончили все свои дела вчера вечером?
– В половине шестого.
Довольно рано, это несколько удивило Франческу.
– А ужин? Или мисс Джонс не собиралась ужинать дома?
Дворецкий покачал головой.
– Она была у себя с гостем и отпустила меня, Энни и миссис Грин.
Франческа удивилась еще больше. Получается, Дейзи планировала провести вечер наедине с неизвестным гостем. Однако следовало выяснить точнее.
– Когда Дейзи принимала гостей, она отпускала прислугу?
Гомер залился краской.
– Вчера она пожелала провести вечер уединенно, мисс Кэхил.
Франческа смотрела ему прямо в глаза. Что он не договаривает?
– Подобное происходило и раньше?
Щеки дворецкого стали пунцовыми.
– Когда я только начинал служить в доме, нас отпускали на время визитов мистера Харта.
Франческа почувствовала, что внутри все стягивается в тугой узел. Ничего странного, она должна была предвидеть, что может услышать нечто подобное.
– А после помолвки мистера Харта?
– Она несколько раз принимала мисс Купер, а все остальные вечера проводила одна дома или уходила, что случалось чаще.
Франческа несколько раз моргнула.
– Мисс Купер не живет сейчас здесь?
Гомер удивился:
– Нет, конечно, но дважды в неделю приезжает в гости.
Не похоже, чтобы Дейзи и Роуз сохранили прежние отношения, а если и сохранили, вероятно, страсть несколько поутихла.
– Кого мисс Джонс принимала вчера вечером?
– Не знаю, мэм.
Франческа напряженно размышляла. До их помолвки с Хартом он приезжал к Дейзи и она отпускала прислугу. Несколько раз Дейзи отпускала прислугу, чтобы побыть наедине с Роуз. Колдер прибыл на вокзал в семь часов вечера – на билете была сделана отметка, – поэтому он не мог быть тем гостем, которого ждали в доме. Прислуга покинула особняк уже в половине шестого, вряд ли стоило так спешить, если гость должен прибыть лишь к семи. Могла ли Дейзи планировать встречу с Роуз?
– Мисс Джонс не собиралась провести вечер в городе? – Следует исключить и эту версию.
– О нет! Она велела мне приготовить легкий ужин, который предполагала подать сама уже позже. Кроме того, попросила охладить шампанское и бокалы. Немного странно, правда, что ужин предполагался на одну персону.
Франческа затаила дыхание. Дейзи планировала выпить с гостем или гостьей шампанского, но не ужинать. Совершенно фантастическое развитие событий!
– В половине шестого вы были в своей комнате? Именно в это время миссис Грин ушла домой, а Энни отправилась к себе в комнату?
– Да.
– А этим утром? Шампанское было выпито? Пользовались обоими фужерами? Ужин съеден?
Дворецкий внимательно смотрел на Франческу.
– К шампанскому никто не притронулся. Я сам открыл бутылку, бокалы остались нетронутыми. Ужин тоже.
Франческа едва не вскрикнула от восторга. Если Гомера просили открыть бутылку, значит, Дейзи ожидала гостя в самое ближайшее время. Собиралась ли она распить шампанское с убийцей? Если так, значит, свидание носило вполне интимный характер. Тот факт, что к еде и напиткам не прикасались, означает, что она сама приблизила время убийства.
– Мисс Джонс не упоминала, в котором часу ожидает гостя? Возможно, вы что-то видели или слышали прошлым вечером?
– Она не упоминала о времени визита.
– И вы ничего не видели и не слышали?
– Я ненадолго уходил, мисс Кэхил, выпить с друзьями. Вернулся уже после восьми – может, было даже девять тридцать или десять часов. В доме было темно, что показалось мне немного странным, но я решил, что это не мое дело. Я устал и сразу же лег. Мистер Харт разбудил меня в полночь.
– Вернувшись в половине десятого или в десять, вы ничего подозрительного не заметили?
– Нет.
– Харт не упоминал, что должен был прошлым вечером встретиться с Дейзи?
– Мне показалось странным, что он внезапно приехал, – кивнул Гомер.
– Почему? Почему вам показалось это странным?
– Понимаете, он не появлялся здесь несколько месяцев. – Дворецкий опять покраснел. – Простите, мисс Кэхил, мне так неловко, ведь это его дом, а вы его невеста.
– Прошу вас, Гомер, не беспокойтесь по поводу моих чувств. Принимая предложение Харта, я была прекрасно осведомлена о том, что он содержит Дейзи, как и о том, что после помолвки они расстались.
Гомер отвел взгляд. Франческе это не понравилось.
– Вы же это имели в виду, не так ли?
– Все так, за исключением прошлой недели, – неохотно произнес слуга.
Франческа напряглась:
– Прошлой недели? Харт был здесь на прошлой неделе? – Перед глазами возник образ улыбающейся Дейзи, протягивающей Харту бокал с шампанским.
Гомер колебался, нервно потирая руки.
– Не знаю, стоит ли об этом говорить. Она была моей хозяйкой.
– На прошлой неделе Харт встречался с Дейзи. – Франческа не могла поверить, что это правда.
Дворецкий вскинул брови.
– Не в этом смысле, мисс Кэхил! Он приехал днем, кажется, в прошлый четверг. Визит был настолько кратким, что даже напитки не подавали. Не думаю, что мистер Харт задержался даже на полчаса. Не знаю, что они обсуждали, – добавил он немного раздраженно.
Немного расслабившись, Франческа вновь почувствовала, что ее охватывает беспокойство.
Какие общие дела могли быть у Харта и Дейзи?
– И вы опять ничего не слышали?
– Меня отослали, мэм. Нет, мне нечего вам сказать.
Получается, Харт был здесь за день до отъезда в так называемую деловую поездку.
– Мисс Кэхил? – донесся до нее вкрадчивый женский голос.
Франческа подняла голову и увидела подходившую к ней служанку.
– Вы Энни?
Девушка кивнула. Она выглядела напуганной и очень расстроенной.
– Я слышала, мэм, – резко добавила она. – Я слышала, как они кричали – ругались, должно быть, – и мисс Джонс плакала.
Франческа похолодела.
– Из-за чего они ругались?
– Я не знаю. Но мистер Харт был в бешенстве, когда уходил. Он был так зол, что едва не вышиб дверь – я сама видела. А мисс Джонс, знаете?.. Упала на диван и зарыдала.Глава 5
Майк О’Доннел стоял на пороге небольшой гостиной. Это был немного потрепанный мужчина с загорелым лицом и руками и очень светлыми выгоревшими волосами. Ли Анна сразу определила, что перед ней не джентльмен, оглядев его фланелевую рубашку, заправленную в вельветовые брюки, и грубые ботинки. С ним вошла пожилая женщина, полноватая, очень приятная внешне, также одетая в темное невзрачное платье. Кейти не спешила выбежать им навстречу. Напротив, девочка подошла к Ли Анне и посмотрела на вошедших распахнутыми от ужаса глазами.
– Присаживайтесь, мистер О’Доннел, – любезно предложила Ли Анна. Мистер Маккензи уже поместил ее обратно в кресло и остался рядом, готовый выполнить любой приказ.
– С удовольствием, мэм. – Он с почтением поклонился. – И спасибо вам, что позволили мне и Бет увидеть Кейти и Дот. – Он опустился на диван и сжал в руках кепку.
Женщина улыбнулась Ли Анне.
– К сожалению, мой племянник отвратительно воспитан, миссис Брэг. Мое имя Бет О’Брайен, я его тетя, а Кейти прихожусь двоюродной бабушкой.
Несмотря на сковавший ее страх, Ли Анна изобразила на лице улыбку.
– Прошу, присаживайтесь, миссис О’Брайен. – Она повернулась к стоящему в дверях Петеру. – Петер, прошу вас, принесите гостям выпить и попросите миссис Флауэрс привести Дот.
Великан удалился.
Однако Бет О’Брайен не села рядом с племянником, а подошла к Кейти.
– Ты не помнишь меня, да? Конечно, последний раз, когда я тебя видела, тебе было пять лет, я приезжала к твоей маме на Рождество.
Кейти помотала головой.
– До прошлого месяца я жила в Нью-Рошелле, – объяснила Бет Ли Анне. У женщины были лучистые карие глаза. – Но моя хозяйка умерла, и я приехала в город искать работу. Решила отыскать Майка и Мэри, племянницу мою, маму девочек. Сообщение о том, что она умерла, меня огорошило. – Бет уже не улыбалась. – Какая трагедия для деток!
– Да, страшная трагедия. – Ли Анна с трудом заставила себя заговорить. Что этим двоим нужно? Скорее всего, просто зашли проведать девочек. – Мы с мужем заботимся о Кейти и Дот. Они хорошо питаются, Кейти ходит в школу, и обе девочки счастливы. – Она посмотрела на Кейти, словно искала у нее поддержки. – Правда, милая?
Девочка кивнула и взяла Ли Анну за руку.
– Вы с мужем так добры, – продолжала Бет. – Мы очень вам благодарны, верно, Майк?
– Очень благодарны, – закивал мужчина. Внезапно он встал и подошел к Ли Анне и Кейти. – Привет, Кейти. Обними же меня. Я знаю, ты меня помнишь.
Кейти лишь сильнее прижалась к матери. Кажется, она даже не дышала, и Ли Анна понимала, что дело не только в застенчивости дочери. Кейти боялась своего дядю.
– Вы так близко общались с девочками? – Ли Анна поспешила отвлечь внимание мужчины от перепуганной Кейти.
– Я всегда хорошо ладил с сестрой, их матерью. Не очень-то я ценил семью, данную мне Богом, пока не потерял сестру и жену. – Он покачал головой, сокрушенно вспоминая прошлую жизнь.
– Простите, я не знала, что вы потеряли и жену, – сказала Ли Анна, думая лишь о том, почему Петер так задерживается с напитками.
– Смерть она ведь все меняет, – продолжал Майк. – Я скучаю по ним, но пути Господни неисповедимы, надо это принять.
И теперь он скучает по племянницам?
– Да, у Бога на все есть ответы, но ведомы они лишь ему одному.
– Вера изменила меня, мэм. Я бросил пить, играть в карты и, да простит меня мэм, другие греховные увлечения тоже бросил. Я молился, мэм. Молился каждый день по два-три раза, просил Бога о защите и помощи.
– Так вы стали религиозным человеком, – с трудом произнесла Ли Анна.
О’Доннел слабо улыбнулся, за него ответила Бет:
– Мой племянник просто не сразу нашел свой путь в жизни, после смерти Мэри он обратился к Богу.
Ли Анна едва заметно кивнула.
– Мне так хотелось увидеть племянниц. – Майк опустился на колени перед Кейти и улыбнулся. Выражение лица девочки осталось хмурым. – Они моя семья, единственные, кто у меня остался. Я скучаю по ним, очень скучаю.
Ли Анна прижала к себе Кейти и заметила, что та дрожит.
– Не сомневаюсь, что все так и есть. Что ж, вы можете в любое время видеться с ними. – Последнюю фразу она с трудом процедила сквозь зубы. Сейчас она мечтала лишь о том, чтобы Майка О’Доннела и Бет О’Брайен никогда не было в их жизни.
– Было бы здорово. – Глаза Майка засветились. – Правда, Кейти? – Он погладил ее по щеке.
Девочка заморгала, и из глаз покатились слезы.
У Франчески появилось ощущение, что кто-то смотрит ей в спину. Переполняемая чувствами после неожиданного признания Энни, она медленно повернулась. На лестнице стояла Роуз. Лицо ее казалось серым, несмотря на оливковый цвет кожи. Взгляд был напряженным, волосы туго стянуты в узел на затылке, но несколько завитков все же вырвались на свободу. Франческа обратила внимание, что глаза Роуз возбужденно сверкают.
Франческа повернулась к прислуге. Харт и Дейзи ссорились всего несколько дней назад, но сейчас она не могла позволить себе подробно разбирать, что же произошло.
– Гомер, благодарю вас. И вас, Энни.
Слуги поклонились и бесшумно удалились.
Франческа посмотрела на Роуз, миновавшую две последние ступени и теперь приближавшуюся к ней.
– Я очень сочувствую тебе, Роуз.
– Сомневаюсь, – холодно произнесла та.
Франческа напряглась. Роуз враждебно относилась к Харту с того самого дня, как Дейзи стала его любовницей. Теперь она направила свою ненависть на Франческу. Роуз кипела от злости.
– Мне действительно очень жаль. Дейзи не заслужила смерти…
– Дейзи убили, – отрезала Роуз, перебивая Франческу. – И я уверена, что это сделал Харт.
Франческа похолодела.
– Я найду настоящего убийцу, – примирительно сказала она. – Ты слишком спешишь с выводами. Это никому не принесет облегчения – и уж точно не поможет добиться правосудия.
– Какие красивые слова! – воскликнула Роуз. – Ты же слышала, что сказала Энни! Харт был в бешенстве после разговора с Дейзи в прошлый четверг – всего за четыре дня до убийства. Мы обе знаем, что Дейзи изрядно портила тебе жизнь, разве не так?
Франческа помрачнела:
– Роуз, я не пытаюсь скрыть тот факт, что Дейзи мечтала вернуть Колдера. Она отвратительно вела себя по отношению ко мне. Ты прекрасно знаешь, что Харт не собирался возобновлять их отношения. Если у кого-то и был мотив для убийства, так это у меня.
– Ты не способна убить человека с холодной расчетливостью. Это известно всему свету. Да и твой дружок, комиссар полиции, никогда бы не привлек тебя к ответу. Я знаю, это сделал Харт. Вспомни слова прислуги!
– Люди часто ругаются, но после этого обычно никто не умирает. Роуз, я понимаю, ты стараешься скорее разобраться в этом ужасном преступлении, но, поверь, Колдер никогда бы не смог убить человека, как бы зол он ни был.
– Нет, ты не понимаешь и совсем не знаешь своего будущего мужа, – резко бросила Роуз.
Франческа посчитала нужным перейти к более безопасной теме.
– Ты уже высказала свои предположения в полиции?
– Я все им сказала прошлым вечером.
Франческа задумалась. Значит, полиция идет на шаг впереди нее.
– Я сказала то, что думаю, – заговорила Франческа после небольшой паузы. – Я сделаю все, чтобы найти убийцу Дейзи. Если ты предпочитаешь думать – кстати, очень удобная позиция, – что в содеянном повинен Харт, так тому и быть. Но я должна представить суду настоящего преступника. В связи с этим у меня к тебе вопросы.
Роуз поколебалась, потом согласно кивнула.
– Мне надо присесть, – сказала она и побледнела.
Франческа придержала ее за руку.
– Ты, видимо, не спала ночью. Ты что-нибудь ела?
Роуз грозно взглянула на Франческу:
– Как я могу заснуть? Ты же знаешь, как я любила Дейзи! Как я буду жить без нее? Как? – Из глаз полились крупные слезы.
– Это будет непросто, но ты справишься. Пройдет время, и ты сможешь смириться с утратой.
Франческа подвела женщину к дверям небольшого салона. Роуз села на диван и взяла из рук Франчески стакан воды.
– Мне не нужна твоя жалость, – с жаром произнесла она, сделав глоток.
– Я и не испытываю к тебе жалости. Лишь симпатию и сочувствие.
Роуз отвела взгляд.
– Ты знала о том, что между Хартом и Дейзи в прошлый четверг произошла ссора?
Роуз покачала головой:
– Впервые слышу. – Лицо приняло плаксивое выражение, отчего стало почти уродливым. – Может, они ругались из-за тебя, обсуждали свои личные отношения.
– Почему ты не рассказала мне все, что случилось прошлым вечером? – Франческа смогла сдержаться и проигнорировала колкое замечание Роуз.
Женщина помолчала.
– Ладно. Я была с джентльменом – клиентом. Проводила время с ним в его номере в отеле, имя мне бы не хотелось называть. Я вышла от него ровно в половине десятого – он заснул, и я посмотрела на часы.
– Вынуждена просить тебя назвать имя.
– Нет, я не могу.
– По какой причине?
– Франческа, он джентльмен, а джентльмены не любят признаваться в связях с такими женщинами, как я.
– В полиции ты назвала имя?
– Я ответила им так же, как тебе.
Франческа решила не давить на Роуз. На данный момент у нее нет твердого алиби, а это позволяет внести ее в список подозреваемых. Франческа понимала, что ей не стоит быть мягкой с Роуз, но не могла действовать по-другому.
– Продолжай.
Роуз затрясло.
– Я взяла кеб и приехала сюда. Мы с Дейзи договорились встретиться. В доме не горел свет, и я заволновалась, Франческа. Я сразу поняла, что у Дейзи проблемы – поняла: что-то случилось!
– И ты обнаружила Дейзи?
Роуз кивнула и закрыла лицо руками.
– Я была в панике. Вбежала в дом и стала звать ее, бегала из комнаты в комнату, пока не нашли в кабинете. Мертвой!
Франческа подошла и погладила ее по плечу. Роуз громко всхлипывала.
– Почему ты не включила свет?
– Я попыталась включить лампу, – сдавленно произнесла Роуз, – но она не работала. Мне стало страшно – тогда я думала только о Дейзи.
– Ты видела Харта? Слышала какой-либо шум?
– Нет! Я увидела Дейзи, и в душе что-то надломилось. Я не могла шевельнуться, потом сообразила, что нужно звать на помощь. Я отошла от нее и села за стол. Написала записку и побежала на улицу искать кеб. Заплатила парню, чтобы он передал записку, вернулась к Дейзи и стала ждать тебя. Я увидела Харта, только когда вы вместе вошли в кабинет.
Если Роуз уехала от клиента в половине десятого, значит, она обнаружила тело приблизительно в десять. Записку от нее Франческа получила два часа спустя, получается, Роуз все же провела какое-то время рядом с Дейзи, прежде чем пришла в себя и обрела способность мыслить – при условии, конечно, что женщина говорит правду. Ее рассказ подтверждает слова Харта, что он вошел в дом тогда, когда Роуз искала кеб.
– Почему ты сразу не вызвала полицию?
Роуз была ошарашена ее вопросом.
– Этим свиньям ни до чего нет дела! Они нас ненавидят –
– Роуз, это очень важно. Ты знаешь, с кем встречалась Дейзи прошлым вечером?
– Она никогда не говорила о таких вещах, но, полагаю, это был кто-то из старых друзей.
– Ты имеешь в виду человека из прошлой жизни?
Роуз фыркнула:
– Понятия не имею, о чем ты.
По выражению ее карих глаз Франческа поняла, что Роуз отлично знает, о чем идет речь.
– Я имею в виду старого друга, с которым она общалась до того, как стала Дейзи Джонс.
– Я ничего не знаю!
Франческе не понравилась такая реакция.
– Дейзи обслуживала клиентов, Роуз?
– Нет. Она перестала этим заниматься, когда переехала сюда.
Да, в этом, разумеется, есть определенный смысл. Зачем Дейзи развлекать мужчин, когда у нее не было никаких финансовых проблем?
– Подумай, был ли у нее мужчина, который испытывал к ней такие сильные чувства, что мог пойти на убийство?
Роуз была поражена.
– Думаешь, ее клиент прирезал?
– Полагаю, это был бы не первый случай, когда клиент убивает проститутку.
– Не знаю. Надо подумать. – Выражение лица Роуз стало напряженным. – Впрочем, есть один человек, знакомый нам обеим, у которого был повод совершить такое.
Франческа не испытывала желания возвращаться к разговору о Харте.
– Каково было настоящее имя Дейзи?
Роуз отвернулась.
– Этого я не знаю.
Франческа ей не верила.
– Вы были лучшими подругами, и она не открыла тебе настоящего имени?
– Нет, – пробормотала Роуз.
Пожалуй, лучше на время оставить и эту тему.
– Мне всегда казалось очевидным, что Дейзи воспитывалась в приличной семье. У нее были хорошие манеры, правильная речь, она была образована и ничем не отличалась от леди с Пятой авеню.
Роуз не произнесла ни слова в ответ.
– Почему ты не хочешь мне помочь? – в сердцах воскликнула Франческа. – Кто-то желал смерти Дейзи – кто-то, знавший ее очень хорошо. Я обязана выяснить все о ее прошлом.
– Мы обе знаем, кто желал смерти Дейзи, – бросила Роуз.
– А если ты ошибаешься и Харт ее не убивал?
В глазах Роуз мелькнуло сомнение.
– Она никогда не говорила мне, как ее зовут на самом деле! – повысила голос Роуз. – Клянусь! Она хотела забыть прошлое, Франческа. Она никогда не говорила о прожитой жизни – никогда.
Франческа подумала, что это очень и очень плохо.
– Как вы познакомились?
Роуз подняла глаза. В них стояли слезы.
– Боже, это было так давно!
– Как давно?
На заплаканном лице появилась улыбка.
– Восемь лет назад. Дейзи была такой красавицей. Ей исполнилось пятнадцать, но она была еще ребенком. Такая наивная и доверчивая. Я лгала много лет, Франческа, – я ведь была не намного старше ее. Мне было шестнадцать, когда мы встретились с Дейзи и сразу подружились.
– Где вы познакомились?
Роуз фыркнула:
– На улице. – Она посмотрела на Франческу. – Можешь представить? Дейзи стояла на углу улицы здесь, в этом городе. Она была так прекрасна, Франческа, даже описать тебе не могу. – Она облизнула губы. – Я никогда не влюблялась, но тогда была поражена ее красотой – Роуз была смущена и казалась очень печальной. – Мы с девчонками ходили по магазинам, я тогда исчезла под каким-то предлогом, не хотела, чтобы они видели Дейзи. Потом я пыталась ей помочь. – Роуз обхватила себя руками и наклонилась вперед.
– Что произошло?
– Она едва не плакала. Пыталась продать себя проходившим мимо мужчинам, хотя не имела понятия, как это сделать. Дейзи была сама невинность. Было ясно, что ей очень нужны деньги. Я ничего не могла понять. Одета она была прекрасно.
– Может, она сбежала?
– Да. Она уже позже мне рассказала. Я не могла смотреть на ее попытки снять клиента и купила ей сэндвич. Мы поболтали, я поняла, что она напугана и голодна, но не настолько, чтобы есть на улице на глазах у всех прохожих. Я предложила пойти ко мне. Потом пыталась скрывать ее от мадам. И у меня получалось почти неделю. Когда у меня был клиент, Дейзи пряталась в шкафу или под кроватью.
За ту неделю мы стали лучшими подругами, пока ее не нашли. Потом я уже не могла ее защищать.
Франческа была тронута рассказом Роуз. Неужели это было на самом деле?
– И мадам заставила ее работать?
Роуз кивнула:
– Но это не самое страшное. Ведь мы были вместе. Я влюбилась в нее, Франческа. Влюбилась с первого взгляда.
Франческа молчала, размышляя над судьбами Роуз и Дейзи. Что могло заставить молодую девушку убежать из дома и предпочесть жизнь проститутки существованию в благородном доме? Невозможно представить. Очевидно, что-то очень серьезное.
– Она никогда не говорила, где жила и почему убежала из дома?
– Нет же! Она отказывалась говорить об этом, и знаешь, я была рада. Мне было жутко представить, что однажды она одумается и захочет вернуться домой.
– И она никогда не хотела?
– Нет, никогда. – Роуз смахнула слезу. – Ты очень нравилась Дейзи. Еще до того, как она познакомилась с Хартом. – Слезы хлынули вновь.
Франческа смутилась. Ей начинало казаться, что Дейзи испытывала настоящее чувство к Харту. Она протянула Роуз носовой платок.
– Дейзи увлеклась Хартом, верно? Поэтому ты его так ненавидела?
– Я ненавидела его, потому что он отобрал у меня Дейзи!
Франческа наблюдала за Роуз, утиравшей платком слезы.
– Ты ревновала? – осторожно спросила она.
Роуз многозначительно посмотрела на нее:
– А ты как думаешь? Дейзи и тебя заставила ревновать, так ведь?
Франческа выдохнула, стараясь не обращать внимания на очередную колкость.
– Ты пыталась соперничать с Хартом?
Роуз вскинула голову.
– Дейзи никогда не переставала меня любить. Но признаю – да, я ревновала. Меня раздражало, что Дейзи живет в этом доме, а Харт ее содержит. Но ты и сама все понимаешь. Чего ты добиваешься, Франческа?
– Значит, вы с Дейзи ругались, когда она стала его любовницей?
Роуз тяжело дышала.
– Да. Ругались.
Наконец-то хоть какой результат.
– Вы продолжали общаться, когда Дейзи встречалась с Хартом?
– Какая разница? – вспылила Роуз.
Франческа решила надавить:
– Почему ты не хочешь признаться? Дейзи бросила тебя. Бросила ради Харта.
– Она меня не бросала! – Роуз зарыдала с новой силой. – Он запрещал ей встречаться со мной – он сам ее ревновал, хотел сам контролировать ее жизнь. Как только ты его терпишь?
Франческа поджала губы, стараясь не выдать своих чувств. Разумеется, Харт ревнив и может испытывать желание все контролировать, но он никогда не пытался контролировать ее.
– Роуз, вы с Дейзи помирились?
– Она любила меня! – закричала в ответ Роуз.
Франческе стало не по себе, но она настойчиво продолжала:
– Я знаю, она любила тебя. Ты любила ее. Но ваши отношения разрушились, когда она стала любовницей Харта? С того момента Дейзи очень изменилась и никогда уже не была прежней. Гомер сказал, что ты приезжала не реже раза-двух в неделю. Вы помирились с Дейзи?
Роуз закрыла лицо руками.
Франческа обняла ее за плечи, ощущая боль за страдания этой женщины. То, что она задумала, казалось сейчас немыслимым. Франческа хотела внести Роуз в список подозреваемых для того, чтобы отвезти подозрение от Харта. Теперь же она задумалась над тем, что услышала. Роуз была любовницей Дейзи и по-прежнему любила ее всем сердцем. Она ненавидит Харта, поскольку тот хотел украсть у нее Дейзи, и обвиняет его во всем, хотя первой оказалась на месте преступления – по крайней мере, об этом говорят факты.
Роуз стала брошенной любовницей, разозленной и переполняемой ревностью. Могла ли она убить Дейзи? Убила ли? Она станет не первой женщиной, решившейся на преступление.
Роуз повернула к Франческе заплаканное лицо.
– Мы помирились, Франческа. Но все было уже не так, как прежде. Ты, как всегда, права.
Франческа бессильно опустила руки. Она обязана выяснить все до конца.
– Дейзи была влюблена в Колдера?
Роуз смотрела на нее, не моргая.
– Дейзи мечтала о той жизни, что мог дать ей Харт. Она не хотела опять становиться шлюхой, поэтому была готова ждать его столько, сколько потребуется, чтобы вернуть ту жизнь.
Франческа вздрогнула. Приходилось признать, что она испытывала невероятное облегчение от того, что Дейзи больше нет в их жизни. Ей было стыдно за такие чувства, даже мысль об этом казалась ей позорной.
– Как ты можешь спокойно ко всему относиться? – Выражение лица Роуз изменилось. – Ведь мы говорим о женщине, которую я любила, и мужчине, которого любишь ты. Неужели тебе не больно быть там, куда приходил он? Оставаться равнодушной к тому, что Харт купил Дейзи и пользовался ею как хотел?
– Да, мне больно. Признаться, очень больно. – Голос Франчески звучал отрывисто и глухо, выдавая ее внутренние переживания. – Но я не была знакома с Колдером, когда он встречался с Дейзи, и постоянно себе об этом напоминаю. Никто не заставлял Дейзи становиться его любовницей. Она сама хотела жить здесь.
– Да, это верно – в то время ты была влюблена в его брата Рика Брэга!
– Это было очень давно. – Франческе удалось произнести эту фразу спокойнее, чем она могла представить. – Иногда я просыпаюсь среди ночи и со страхом вспоминаю о поворотах судьбы, о некоторых событиях, но назад пути нет. Я люблю Колдера, Роуз. И понимаю, какие чувства ты испытывала к Дейзи. Знаю, как ты подавлена и зла на всех. Но пойми, чем подробнее ты ответишь на все мои вопросы, тем быстрее я найду настоящего преступника.
– Как ты можешь быть настолько слепой? – выкрикнула Роуз. – Дейзи убили не из-за прошлого. Ты же слышала рассказ горничной! Харт был в бешенстве после их ссоры, он едва не выломал дверь! Он злился, потому что Дейзи пыталась вернуть его. Злился из-за того, что Дейзи старается навредить тебе, хочет разрушить ваш брак, отказывается уезжать из этого дома. Никто не мог желать ей смерти больше, чем Харт.
Все сказанное Роуз было правдой. Очевидно, что она всей душой ненавидела Харта. Интересно, а насколько она была обижена на
– Ты все это рассказала полиции?
Роуз криво усмехнулась:
– Я была на похоронах Кейт Салливан, Франческа, и слышала все, что говорил Харт. Я стояла за вами.
– Понятия не имею, о чем ты, – солгала Франческа.
Роуз встала.
– Он сказал тебе, что уладит все с Дейзи. Понятно, что он имел в виду. Харт был готов сделать все,Рурк топтался в нерешительности в огромном холле дома Чаннингов и косился на смотревшую на него сверху голову белого волка. Лакей удалился сообщить Саре и ее матери о посетителе, и Рурк чувствовал себя крайне неловко, словно пришел сюда в качестве жениха. Рурк еще раз напомнил себе, что они с Сарой просто друзья, несмотря на то что знакомы совсем недавно. Их сближению способствовала Франческа. Когда-то Сара была помолвлена с Эваном Кэхилом – крайне неудачный выбор родителей, огорчавший их обоих. Рурк до сих пор не мог понять, как могла возникнуть идея соединить беспечного повесу с таким чистым сердцем и целеустремленным человеком, как Сара Чаннинг. В свете ее считали несколько экстравагантной личностью, каким был признан и ее отец, называли затворницей, но Рурк сразу понял, как ошибочно мнение общества – Сара была талантливой художницей. Искусство стало ее страстью, и Рурку было близко ее мироощущение. Он сам мечтал вылечить всех до последнего больного на земле, если представится такая возможность.
Так сложилось, что они оба имели отношение к некоторым преступлениям, расследуемым Франческой, что окончательно сформировало и укрепило их дружбу. На Сару было совершено нападение, о чем Рурк очень не любил вспоминать, поскольку был свидетелем случившегося. Несчастье случилось в феврале, и прошло более двух месяцев, прежде чем он решился нанести визит Чаннингам. Однако такое поведение было простительно – молодой человек учился в Филадельфии, и, как у большинства студентов-медиков, у него был весьма напряженный график, предполагавший минимум свободного времени.
Тем не менее, учитывая прошедшее с прошлого визита время, Рурк совсем не был уверен, что будет принят с радостью. Решив, что все дело лишь в его застенчивости, он несколько приободрился и перестал обращать внимание на чучела, смотревшие на него со всех сторон. Отец Сары, Ричард Уайет Чаннинг, был заядлым охотником, предпочитавшим крупных животных, и провел большую часть жизни в диких местах планеты. Рурк задавался вопросом: неужели вдова так ни разу и не ремонтировала дом в Вест-Сайде? Он не любил критиковать людей, но весь свет потешался над безвкусием миссис Чаннинг – разумеется, за ее спиной.
Послышался легкий шорох, и душа затрепетала в предвкушении. Рурк медленно повернулся.
На другом конце холла появилась Сара. Она смотрела на него огромными карими глазами, выделявшимися на ее бледном лице. Она была в простой юбке и блузке, волнистые темные волосы неаккуратно убраны. Рурк заметил следы краски на одежде и, широко улыбнувшись, поспешил ей навстречу:
– Добрый день, Сара. Надеюсь, я не очень вас отвлекаю, хотя, полагаю, так оно и есть.
Девушка не улыбнулась в ответ.
– Удивительно видеть вас, Рурк, – произнесла она напряженно.
Молодой человек окончательно смутился.
– Я
Сара вздохнула:
– Я была в студии, кажется, потеряла счет времени. Как вы можете мне помешать? Вы спасли мне жизнь.
Рурк замялся, пытаясь понять по выражению лица ее внутреннее состояние, но понял лишь, что девушка взволнована – похоже, она не рада его видеть. Рурк ощутил болезненный укол.
– Это было так давно, и вы ничем мне не обязаны.
Губы Сары растянулись в легкой улыбке.
– Разумеется, обязана, Рурк. Пройдемте в салон, присядем. – Она шла впереди. – Боюсь, мама уже уехала по делам. Как вы поживаете?
Рурк подождал, пока они войдут в комнату.
– Был очень занят. Добивался перевода в «Бельвью» и, надеюсь, получу его. Ожидаю разрешения со дня на день.
Сара отвернулась, прежде чем он смог прочитать ее мысли.
– Да, я слышала, – наконец, произнесла она, вновь повернувшись в его сторону.
– Я думал, смогу сообщить вам об этом первой, – неожиданно для самого себя признался Рурк.
Ему показалось, или в ее глазах мелькнула досада. Но ведь это невозможно, верно?
– Сара, я чувствую, что-то произошло. Я чем-то вас обидел?
Она удивилась:
– Рурк, чем же вы могли меня обидеть?
Не раздумывая, он взял ее за руку. Она потянула ее на себя, но Рурк лишь сильнее сжал ее.
– Надеюсь, этого никогда не случится! – воскликнул он. – Я очень дорожу вашей дружбой, Сара.
Девушка покраснела и отвела взгляд.
– Когда вы получите известие о принятии в «Бельвью»?
– В ближайшие дни.
Он внимательно вглядывался в ее профиль. Она была миниатюрной хрупкой женщиной, и прежде чем он понял, что внешность ее несколько простовата, уже самым непостижимым образом находился под впечатлением от ее очарования. Рурк знал, что многие молодые девушки называют ее серой мышкой, каковой она определенно не была. У Сары был маленький вздернутый носик, пухлые губы и огромные карие глаза, способные свести с ума любого мужчину. И однажды он видел ее с распущенными волосами – волосами греческой богини – непослушными кудрями, достававшими ей до талии.
Наконец, Сара широко улыбнулась:
– А я узнаю об этом первой или последней?
Рурк просиял:
– Смогу ли я искупить свою вину, если скажу вам первой?
– Рурк, я уже объяснила. Вы спасли мне жизнь – я навеки ваша должница. Не стоит упоминать об искуплении.
Он слышал стук собственного сердца. Каждый удар глухо отдавался в висках, доставляя почти болезненные ощущения.
– Вы не хотите рассказать мне, что произошло? Буду рад помочь, если смогу.
Она посмотрела прямо ему в глаза:
– Вы еще ни от кого не слышали?
– Не слышал о чем?
Сара нервно облизала губы.
– Вы ведь помните, что Харт заказывал у меня портрет Франчески?
Рурк не понимал, к чему она ведет.
– Разумеется, помню. Вы были в таком предвкушении новой работы.
Сара закусила губу.
– Я закончила его в апреле, Рурк. Харту понравилась моя работа.
Рурк совершенно ничего не понимал. Что так расстроило Сару, если Харту – известному коллекционеру и ценителю живописи – понравился написанный ею портрет?
– Рад за вас. Вы хотите показать его мне?
Сара заломила руки.
– Его нет.
– Нет? – растерянно повторил Рурк.
– Он исчез вскоре после того, как я показала портрет Харту. Его украли, Рурк, прямо из моей студии, из этого дома.
Рурк был удивлен ее волнением.
– Мне очень жаль, – сказал он, осмелившись взять Сару за руку. – Мне жаль, что портрет украли, надеюсь, полиция сумеет его найти. Но если им не удастся, вы ведь можете нарисовать еще один, верно, Сара?
Девушка побледнела.
– Вы не понимаете. Франческа была изображена без одежды. Где-то в городе находится портрет обнаженной Франчески, и, если он будет выставлен, она никогда больше не сможет показаться в приличном обществе.
Рурк был настолько шокирован, что не смог произнести ни слова.Глава 6
Франческа ехала в карете в сторону Малберри-стрит. Она сидела, склонившись вперед, и растирала ломившие от боли виски. Вскоре она подъехала к квадратному каменному зданию полицейского управления. Мысли ее крутились вокруг разговора с Роуз. Франческу охватил страх от того, что придется поделиться всем с Брэгом, а утверждения подруги Дейзи могут еще больше обличить Харта. Она продолжала верить в его невиновность, но решимости защитить Харта несколько поубавилось. Как планирует поступить Брэг? У Франчески было ощущение, что прямо у нее под ухом громко тикают часы. Если она не найдет другого подозреваемого, его место займет Харт. Сейчас это ее первоочередная задача. Впрочем, таким подозреваемым может стать Роуз.
Джоэл остался в доме Дейзи, чтобы продолжить поиск свидетелей событий прошлого вечера. В любом случае мальчик терпеть не мог полицейские участки, поэтому они договорились встретиться через пару часов за углом здания.
Рауль остановил экипаж у входа. В окно кареты Франческа увидела новенький автомобиль Брэга, стоящий у обочины между двумя полицейскими фургонами. Как обычно, неподалеку прогуливались двое патрульных, внимательно следивших за прохожими.
Франческа неожиданно мысленно обратилась к прошлому. Сердце заныло от того, как много горьких радостей было связано с «даймлером» Рика. Сейчас обитатели Малберри-стрит не обращали внимания на автомобиль, но несколько месяцев назад, когда Брэг впервые подъехал к зданию, все жулики и бандиты обступили его и разглядывали с благоговением в круглых от удивления глазах. В прошлом январе, до знакомства Франчески с Хартом, Рик был ее лучшим другом. Это была необыкновенная пора ее жизни, когда она обнаружила способности и влечение к работе сыщика, казалось, пробудилась наконец от долгого сна. Брэг был первым мужчиной, которого она поцеловала.
Позже их дороги разошлись, хотя они сохранили, пожалуй, самое главное – взаимоуважение, восхищение, глубокую душевную привязанность и доверие. До событий прошлого вечера они всегда были честны друг с другом. Франческа понимала, что ей предстоит солгать Рику еще раз. Но так ли это необходимо? Ее искреннее желание найти убийцу Дейзи замутилось необходимостью защитить Колдера Харта. Сейчас Брэг ждет от нее показаний, а она в свою очередь надеется выяснить, какова точка зрения официального следствия.
Жизнь ее в одночасье стала сложной и запутанной. Особенно если вспомнить об обмане Колдера по поводу последней деловой поездки.
Отбросив печалившие ее рассуждения, Франческа решительно вышла из кареты и направилась к главному входу. В фойе было многолюдно, несколько человек громко и настойчиво высказывали свои претензии офицерам у стойки, среди которых она узнала усталого и раздраженного сержанта Шиа. Он надевал наручники на грязного потрепанного типа, намереваясь, очевидно, отправить его за решетку. В самом дальнем конце помещения виднелись камеры, переполненные нарушителями закона, половина из которых забылась пьяным сном на полу и лавках. Полураздетые проститутки, вцепившись в прутья, делали вид, что пытаются поцеловать каждого проходившего мимо. Беспрерывно звонили телефоны, трещал телеграф, без умолку стучали пишущие машинки. Франческа направилась к лестнице, и в следующую минуту сердце ее упало – прямо ей навстречу спускался Артур Курланд собственной персоной.
Франческа сжалась от страха, решив, что он смог выяснить все подробности дела. Если так, ей уже не удастся сбить его с толку. Франческа кинулась назад к стойке и принялась проталкиваться вперед, невзирая на протесты и недовольные возгласы, доносившиеся ей в спину. Она пристроилась между двумя джентльменами и вжала голову в плечи. Мечтая остаться незамеченной, она затаила дыхание, ожидая каждую минуту, что Курланд положит руку ей на плечо, самодовольно празднуя победу. Минуты шли, но ничего подобного не происходило. Франческа осмелилась поднять голову и обернуться. Курланда нигде не было. Она вздохнула с облегчением и извинилась перед джентльменами.
Франческа помахала рукой сержанту, но он был настолько занят, что не заметил ее жеста, и поспешила к лифтам. Возможно, ей удалось избежать встречи с репортером, но он, скорее всего, уже в деталях осведомлен о произошедшем вчера вечером. Невозможно представить, какими будут заголовки завтрашних газет, остается только надеяться, что не слишком дерзкими и оскорбительными.
Поделиться книгой: