Помоги проекту - поделись книгой:
- А они были святыми, и все безмолвно сносили, бедняжки, - язвительно заметил Ворон.
- Нет, они не сносили..., - ответил ястрег, - злобно глянув на мага. - И тогда начался великий исход, Ястреги бежали на восток в империю Ростера. Каждый из них нес частичку магической силы. Они создали армию, которая покорила рассвет и готовилась поставить на колени закат. Но Сила не прощает излишеств, огромная армия колдунов и колдуний в один день вдруг перестала говорить на одном языке. Люди стали превращаться в различных существ, и похожих на людей и не имеющих ничего, что могло бы роднить их с людьми. Какое то время они еще оставались силой, но скоро армия стала делиться по родам и кланам и разбегаться в разные стороны. Так появились лешие, обитающие в лесах гарпии, тролькары, и горанлины - темные воины и еще много разных существ, за свое знание магии причисленных к нечистым.
После падения Таргола многие из ястрегов, приняв человеческий облик и пытались укрыться от безжалостного истребления, но люди нашли способ их опознавать, сначала только в храмах Ярлата, а затем и в других. Тем, кого нашли, стали силой ставить настоящий светлый знак. Причем он передавался по наследству, и если знак ставили ястрегу, то тот навсегда принимал человеческий облик и становился рабом, приобретающим свою прежнюю силу только вблизи острова Роэл...
- Постой, и что все рабы - бывшие ястреги?
- Не все. Последнее время в рабство подобным образом стали оборачивать молодых людей и девушек с магическими способностями, как вашу подругу, - кивнул навь на Нею. -Они не ястреги, они люди, но им хуже: мы живем своими семьями и кланами, а у них нет никого; нам разрешают иметь детей, которые рождаются уже помеченные знаком, а им нет...
- Так, стало быть, вставай проклятьем заклейменный? Это нам знакомо, - сделал вывод Федор, гордо задрав голову. - Война, стало быть, до последней капли крови, за освобождение магического пролетариата? Только вот, не перебить бы по пути этих самых пролетариев начисто.... - Помолчал и вздохнул: - Ладно, други, что теперь-то делать будем? То есть, что делать конкретно?
- Конкретно, - тикать отсюда, пока есть силы, - буркнул Секач. Раз все нас ловят, то лучше двигаться подольше, иначе спеленают как младенцев и дело с концом... А с этим в первом же храме разберемся.
- Не, погоди... - протянул Федор, и кивнул Нее: - покаж и ты свою меточку.
Нея побледнела и медленно стащила рубаху, заменявшую ей последнее время платье. Глядя на обнаженную по пояс девушку, Федор невольно залюбовался ее маленькой округлой грудью с темными точками сосков. Он судорожно сглотнул но, встретившись с нею глазами, содрогнулся; в этих глазах был страх, надежда и еще черт знает что, но самое главное, в них была вера. Такой взгляд женщины дает мужчине полную власть над ней, но случай был явно не тот. Федор выдохнул, сосредоточился и, задержав на секунду дыхание, представил чистое, без шрамов и знаков плечо девушки.
Нея вскрикнула и ничком упала в траву. Прапорщик уставился на ее смуглое плечо: оно было чистым, кожа была гладкая и блестящая. Однако, девушка была без сознания.
- Ты что творишь витязь! - взревел один из близнецов, и в его руке появился ножичек наподобие мексиканского мачете. Второй же близнец и Секач, явно собирались взять Федора в клещи, начав обход с двух сторон.
- Эй там, поосторожней, я ведь и пальнуть могу! - крикнул Антошка, выхватывая из за пояса пистолет.
Федор же развернулся и вытянул руки вперед, принимая боевую стойку. Раздался легкий звон, и что-то плотное и тяжелое впечаталось ему в ладонь. Прапорщик инстинктивно сомкнул пальцы и обнаружил у себя в руке... черный клинок. Но Федор же не прилагал никаких магических усилий для того, чтобы это произошло... Господи понял он, клинок принял решение сам...
Всякое движение на поляне прекратилось, замерли все.
- Так - значит, ты темный витязь? - нарушил молчание Ворон. - Но где и с кем вершил обряд а?
- Какой еще обряд, - процедил Федор.
- Обряд одушевления меча! - рявкнул Секач. Чью бессмертную душу ты вселил в эту железяку?
- Я не умею пользоваться чужими душами, и никого никуда не вселял - отмахнулся Федор. Я не вынимал меч таким способом, и сам не знаю, что случилось. А ну отстаньте от меня. Лучше помогите девушке.... Иначе порублю вас в капусту к той самой маме.
Вообще-то Федор последние полтора года относил себя к женоненавистникам, и даже теперь в очередной раз получил подтверждение эмпирически выведенному, железному постулату: не связывайся с бабой - хлопот не оберешься. Но вот ведь дрогнуло внутри что-то, и явно не только жалость к девчонке.
- Не волнуйся повелитель, я сам их убью! - Раздался вдруг громкий, глухой голос за спинами трех противников Федора. Прапорщик поднял глаза, и похолодел.... Он слишком сосредоточился на своих противниках и видимо пропустил, что-то важное. Он забыл про ястрега.
За спиной Ворона стояло жуткое существо. Явно гуманоидное, метра два с половиной в высоту, с плоской змеиной головой, закрытой похожим на хитиновый шлемом. С гипертрофированно развитой мускулатурой рук и груди, также покрытых защитной коркой хитина: изогнутая пластина прикрывающая пах, и острыми шипами на внешних пластинах суставов.
Антон закричал и выстрелил, - пуля отскочила от панциря и с визгом ушла в сторону.
- Не стрелять! - гаркнул Федор, и над поляной нависла могильная тишина.
- Тролькар... - глухо выдохнул Ворон, развернувшись навстречу монстру, и протянув вперед руку.
- И не думай! - спокойным голосом сказал монстр. Разве не знаешь, что против тролькаров твоя магия бессильна, только навредишь себе, маг.
- Ну, вот и все... - пробормотал Секач, опуская руку с мечом. - Доигрались...
- Что с ними делать повелитель? - Усмехнулся тролькар, и вопрошающе посмотрел на Федора.
- А ты кто? - выдал Федор достаточно дебильный в данной случае вопрос.
- Я - Рантер, освобожденный тобой ястрег, слуга света и мрака, твой раб.
Федор отправил меч в заплечные ножны и медленно сел на траву.
- Понятно...- вздохнул он - Ладно, разберемся. - А теперь, ребята, объясните, что вы имеете против девушки?
И заговорил маг:
- Ты пришел в этот мир, обладая гигантской силой, но ты сам не ведаешь что творишь. Ты одушевляешь меч, который и так является сильнейшим колдовским артефактом только потому, что он твой. Ты освобождаешь ястрега, не зная, кто он, ты сводишь на нет защитные чары одной из самых могучих рабынь северной Стеоны. Что еще ты задумал? Мы все в твоей власти, ты убьешь нас и попытаешься восстановить равновесие, воссоздав Торгол, но это уже было, правда, не было сумасшедших освобождающих тролькаров и ведьм...
- Для начала положите-ка девушку на подстилку и подбросьте дров в костер, - перебил мага Федор. - Теперь садитесь у огня поговорим. Да, Рантер, прими-ка нормальный вид, смотреть жутко. Нея очнется - на ее визг, сбежится пол границы. - И Федор присел у огня, рядом с Неей.
- Итак, дорогие друзья, - продолжил он, - я не собираюсь никого убивать, это во-первых Мы с Антохой в вашем мире новички, зачем же вы сразу за железки хватаетесь? Мы как малые, но уже сильные дети. Не собираюсь я и ничего "воссоздавать", я еще не знаю вообще, что мне делать. Вы меня так лихо озадачили, что я не знаю, с чего начать. Но давайте-ка начнем с того, что спрячемся где нибудь и пересидим облаву, которая на нас ведется, вы же со всем усердием будете помогать мне. Как я понимаю, в случае моей смерти и все здесь присутствующие долго не заживутся, так?
- Так, - буркнул Ворон. - Только я считай уже не маг, и мои умения вам мало помогут.
- Это почему же?
Старик молча вытянул вперед культю правой руки, замотанную в окровавленную тряпку.
- Белые магические обряды предполагают проведение определенных жестов, указующих, защитных или отрицающих, да и руны нужно рисовать конкретной рукой, а я вот...
Федор подошел к нему сел на корточки и задумался. Рассуждал он так: в родном мире его чему-то учили: миры, наверное, схожи, раз он видит, понимает местных, чувствует запахи, вкусы и вообще может здесь жить. Стало быть, основные физические законы, действующие в том мире в принципе, действуют и в этом. Магическая сила у него есть, и говорят, огромная. Сколько великих открытий было сделано по ошибке, и сколько великих подвигов совершено по незнанию! А ну, чем черт не шутит, начнем с законов сохранения энергии и материи...
Он встал, вернулся к костру и порывшись вещмешке достал подарок старого сослуживца,- мастерски выточенный из слоновой кости, брелок в форме скелета.
Отломив у брелка крошечную костяную руку, Федор нашел кусок речной глины. И кому я подражаю в своем мире - подумал он и усмехнулся, но лучшего материала не найти. После этого он вылепил из глины подобие человеческой кисти в натуральную величину, воткнул туда кусок кости и подошел к Ворну.
- Протяни больную руку, - сказал он. Старик повиновался. Федор размотал тряпку и выругался про себя. Ковырнул пальцем глину и выкинул кусок брелока, а затем с силой насадил глиняную кисть на торчащий из раны кусок кости. Маг дико закричал и потерял сознание. Приказав остальным подержать безвольное тело, Федор накрыл ладонями кусок глины, расслабился и зажмурил глаза.
Происходившее дальше в его голове чем-то напоминало научно-популярный фильм про человеческий организм, снятый с помощью компьютерной графики. Такое же стремительное мельтешение органов, сосудов и клеток, суета каких-то образов и форм, затем - резкий толчок, и он открыл глаза.
Убрав руки, Федор увидел, что старик, похоже, теперь может называть себя магом, только вот непонятно, будет действовать его творение или нет. Он снова закрыл глаза, ярко представил пузырек с аммиаком, ощутил его в руке и сунул под нос старику...
Федор вскочил и выругался, уже вслух. Резко пришедший в себя Ворон так ухватил его за ляжку новым приобретением, что теперь, там небось отпечаталась вся пятерня. Сомнений в работоспособности новой конечности, больше не было.
А Ворон, придя в себя, рухнул перед ним на колени, с ужасом глядя на свою вновь приобретенную руку, и быстро сжимая и разжимая пальцы.
- Вы можете творить живое из неживого, повелитель..., - дрожащим голосом проговорил он. - Вы, как минимум, равны Эскадам, и мы пойдем за вами, мы не можем не пойти...
Затем Ворон встал, приложил руку к левой стороне груди и глухо произнес: - Я, Ворон из Фессии, батор Амний сын Варка, клянусь тебе, Федор Готлинг Витязь мрака, что не оставлю тебя никогда, ибо живот мой, душа и сила отныне принадлежат тебе...
С этими словами старик встал на одно колено, а Федор вдруг совершенно неожиданно для самого себя, вытянул вперед руку, в которой вновь оказался меч, и леденеющими, словно чужими губами проскрежетал:
- Я принимаю твою клятву, Амний сын Варка, и пусть отныне сила Ворона из Фессии и моя всегда идут рядом...
Неугода, Войко и Сенко положили на траву свои ножи и тоже встали на колени, молча протягивая Федору, перекрещенные на уровне кистей руки, и принося древнюю вассальную клятву. Вспомнив прочитанные когда-то исторические романы, Федор осторожно спросил у Ворона:
- А я не сделаю их рабами?
- Как хочешь, - лаконично ответил тот. Если поступишь как с рабом, будет рабом, поступишь, как с вольным будет вольным.
Федор подошел к стоящим на коленях мужчинам. Первым перед ним оказался Неугода или Секач, и повинуясь скорее инстинкту, нежели разуму, Федор рассек резким взмахом руки символические путы и рывком поднял его с колен. Глаза Неугоды, полыхнувшие неясным зеленым огонем, подсказали, что перед ним совсем не раб. с Войко и Сенко он проделал ту же операцию.
- Рантер, ну прими ты нормальный облик, - снова попросил Федор, заметив настороженного тролькара, внимательно наблюдающего за происходящим. - Теперь я думаю, они не опасны. - Наблюдать же за этим перевоплощением он бросил почти сразу же, - какой там фильм ужасов? живой анатомический театр в действии! И вскоре на поляне опять стоял улыбающийся ястрег.
- Ворон, а что у нас с Неей? Долго еще не придет в себя?
- Долго, повелитель, силы из нее ты взял много, но она счастлива, как счастлив твой ястрег...
При этих словах Рантер наградил Ворона ослепительной белозубой улыбкой, словно сошедшей с рекламного ролика "Блендамеда", и сказал:
- Она сейчас совсем обессилила, ее лучше не трогать. Дня два проспит, да еще неделю сил набираться будет. Но идти сможет.
- Значит, остаемся здесь на пару дней,- решил Федор- Как считаешь Неугода, примчатся сюда погранцы или нет?
- Да нет, наверное - пожал плечами тот. - Мы тут сейчас столько силы потревожили, что они алтарь искать будут, но для этого крепкая дружина нужна, а им зараз некогда, - нас ищут.
В течение следующего дня вся компания оставалась на скрытой от реки густыми кустами поляне. Федора, изначально, пугала перспектива, что его будут называть повелителем и дальше, но все оказалось несколько проще. Казалось, в общении наступил некий слом, который наблюдается у людей, через какое-то время после первого боя, или совершенного совместно преступления. Но все оказалось гораздо проще, в их языке не было уважительного обращения к одному человеку во множественном числе.
Кроме того, Федор попросил Ворона, относится к нему и Антону как к подросткам. Ворон сначала не понял, но подходящее слово нашлось, как к отрокам. Такая просьба объяснялась тем, что они новички в этом мире, опасные но новички. В глазах всех остальных, эта просьба невероятно добавила уважения, с которым окружающие стали к ним относится, хотя с другой стороны...
Теперь Ворон часто давал уроки Федору и Антону, собственно, что можно узнать за пару дней, оказалось многое.
Самым интересным был урок общественного устройства, и первые пояснения по знакам Ярлата. Оказывается, исходных было не так много, около двадцати рисунков, очень редко появлялся самостоятельный рисунок, но чаще всего, это случалось, когда человек был долго оторван от окружающего его общества, например все знаки отдельных горных кланов, даже небыли описаны. Знаки же основной массы людей, складывались из тех двух десятков рисунков, которые были общими, этакая азбука. Например, признаком принадлежности к роду Готлингов была восьмиконечная звезда. Но особая, четыре боковых луча звезды, были короче, чем четыре прямых. Федор и Антон не имели знаков, поэтому на них еще поглядывали с опаской. Кроме того, очень кстати пришелся урок географии:
До войны богов на Асиоре было три континента Роолинк, Ко и Сарджу. На всех жили люди и боги, на всех был прекрасный климат, но последняя война богов и буря повергли этот мир в хаос. Сарджу теперь северный континент, о нем мы знаем очень мало. Вся его южная оконечность представляет собой скальную гряду, к которой невозможно пристать на корабле. Некоторые отважные моряки приставали на маленьких шлюпах, и даже поднимались наверх. Они рассказывают, что все до горизонта это равнина, покрытая зеленым мхом и камнем, изредка вдалеке видны строения, явно возведенные человеческими руками, официально считается, что это развалины. Те, кто вернулся оттуда не заходили далеко от берега, а те, кто ушел в глубь континента попросту не вернулись. Сарджу находится не очень далеко от материка Роолинк и его берега иногда просматриваются в солнечные дни с его северо-западного побережья, но желающих там жить нет. Магии там либо нет совсем, либо она подчиняется другим, неизвестным людям законам.
Второй материк Ко, расположен далеко на западе и во время и после войн богов очень многие бежали оттуда на больших деревянных ладьях, которые сейчас строят, но так далеко на них не ходят. Пришедшие рассказывали о великих волнах, уничтожающих жизнь на Ко, песчаных бурях заносящих целые города и фонтанах огня бьющих прямо из земли, магия там просто взбесилась и стала опасной. Последние спасшиеся прибыли оттуда почти пятьсот лет назад, и они были последними. Ныне все уверенны, что жизни на Ко просто не осталось.
Последним прибежищем человеческой расы стал материк Роолинк, принадлежавший дочерям богов. После их ухода, люди выжили в страшной борьбе за существование и создали на материке свою цивилизацию, которая является единственной в этом мире.
Хотя Роолинк почти не пострадал от войн богов, его сильно изменили магические войны времен всеобщего хаоса.
На сегодняшний день материк разделен на две не равные части. Меньшую часть материка, примерно одну треть называют Соромеей или "Страной света", а вторую часть зовут Урасой или "Дикой землей". Хотя и там и там живут люди, но между ними находится великая река Донница, с истоком в диких горах Нерт с одной стороны, и сами горы с другой. В дельте реки живут остатки магических войн, страшные дикие существа, с которыми Федор и Антон уже встречались. Многие из них переродились в невероятных хищников, не имеющих разума, а кое-кто еще остается людьми, как те которые проскочили щит на берегу. Эта граница мимо, которой можно пройти вдоль морского берега на ладье, но нельзя перейти пешком. Место, где Федор и Антон появились в этом мире, зовется "Воротами Моргоза" и является одним из древних строений, смысл которых более или менее понятен.
На Роолинке в его светлой части люди создали пять королевств Аргон, Сталур, Ирмон, Тион, Будкар, по самой границе вдоль Донницы расположены вольные майораты, каждый из которых призван защищать свою часть берега. Майораты именуются по имени своего владельца, и только три самых крупных по названию замка и расположенного вокруг него города. Дальше идут равнины двенадцатиградия и Стеонское плато на котором стоит город Дест или Южная Стеона. В майоратах очень расплывчатые границы и их хозяева занимаются скорее грызней, между собой за обладание большей территорией, чем охраной берега пограничной реки, через которую уже пятьсот лет никто не нападает, ее берега с той, дикой стороны поросли, так называемым Крепенем, лесом через который нечестии пройти почти невозможно, люди же проложили там тайные тропы, по одной мы выходили. Охранные посты, нужда в которых давно отпала, расположены в нескольких верстах от реки, поэтому вдоль ее побережья можно передвигаться относительно безопасно.
Поскольку палатки не было, а все вещи Ворона и Неи остались в разрушенной башне, костер, чтобы не светится на все пограничье, развели в небольшой низине, которая хранила множество следов ночевок. Федор осмотрел оружие всей компании. И нашел состояние его очень печальным. Помимо его меча, и ножа из холодного оружия остался тяжелый морской кортик подобранный Секачем и широкие боевые ножи, взятый в качестве трофея близнецами, кольчуга, шелом и кистень ястрега.
Федор долго и внимательно рассматривал местное оружие. Железо, был его окончательный вердикт, хорошо не бронза, неплохо закаленное, но железо. С этим надо было что-то решать. Деньги конечно есть, но Федор плохо представлял их стоимость, хотя в любом случае, груда серебра, доставшаяся им от рыцаря Арея это не плохо. Решив пересчитать богатство, он расстелил просохший в после купания китель и высыпал на него содержимое изрядно похудевшего вещмешка. Носки и запасную тельняшку и прочую одежду он сразу отложил в сторону, и разложил сушиться. Сиротливо смотревшиеся в данной ситуации две пачки армейских галет отдал Ворону. Оставшееся богатство решил рассмотреть повнимательней.
Итак: пластмассовый компас, вроде в рабочем состоянии, две обоймы от ПМ, кстати, пистолет еще у Антошки. Раскладной стакан и моток ниток с иголкой, моток медной проволоки, три размокшие пачки сигарет, ненужная теперь, записная книжка и баночка с оружейным маслом, металлическая банка с бензином для зажигалки, сама Zipo в кармане, и перочинный нож, и, видимо нерабочий, мокрый цифровой плеер с наушниками не густо.
Из недавних трофеев: кинжал с серебряной окантовкой, красивый, но железо какое-то мягкое и не наточен как надо. Из серебра, два браслета с рунической надписью, пусть Ворон посмотрит, шейная цепь, на полкила, обруч, кожаный пояс на котором наклепана куча блях с рунами, тоже видать серебро и кошель с монетами, килограмма на полтора.
Неплохо.
Поскольку вся операция проходила на самом светлом месте у костра, то прятать богатство от других Федор не думал по определению, тем не менее, реакция окружающих была странной. Лица их были напряженны и в который раз за день люди смотрели на него как смотрят терпеливые родители, на подростка, притащившего в дом ржавую мину
- Ты где это взял - процедил сквозь зубы Ворон.
- А там, на болоте где мы рыбку глушили - честно ответил Федор, это среди костей лежало, наша рыбка его скушала, ну мы рыбку прибили, правда, есть не стали, а вот добро я подобрал.
Ворон выдохнул так, словно с него сняли приличного веса штангу, и улыбнулся.
- Если хозяина убил враг, а ты убил врага, то это твое по праву - сказал он.
- Это наше по праву поправил его Федор.
Люди вокруг заулыбались, наличие такого количества денег решало практически все будущие вопросы, и жизнь с грудой серебра в кармане становилась приятной.
Нея пришла в себя под вечер, и долго, молча, смотрела на Федора. Потом, не говоря ни слова, натянула рубаху, которой раньше была просто укрыта и с трудом встав пошла в кусты. Вернувшись через несколько минут, также молча села у костра и стала смотреть в огонь, думая о чем-то своем.
- А поколдовать можно - наивно спросил Федор, держа в руках флягу с остатками самогона, решив изменить несколько натянутое настроение компании.
Ворон улыбнулся и понимающе подмигнул - валяй мол. Федор долил во флягу воды из бьющего рядом родника, взял ее в руки, обхватив пальцами как это на его памяти, делал по телевизору некий экстрасенс, и представил во рту вкус великолепного молдавского коньяка, который пил по случаю, будучи в командировке в Кишиневе.
Результат превзошел все ожидания, темная янтарная жидкость потекла из фляги в подставленный пластмассовый стакан, издавая великолепный винный аромат. Вкус именно тот, который он искал. Федор медленно, смакуя напиток, выпил сто грамм и налив, следующую порцию протянул ее Ворону. Тот понюхал жидкость, пригубил, хмыкнул и медленно, явно понимая, выпил содержимое.
- А хороша чарка витязь - сказал он, но крепка как все, что ты делаешь.
Остальные мужчины выпили коньяк одним глотком, и только ястрег вежливо отказался. Нея, тоже выпила содержимое стакана залпом, и бросилась к ручью запить обжигающий напиток, ее горло явно не было приучено к подобному, Антон же медленно выцедил содержимое и просто закусил галетой, что не мало позабавило Федора, и больше не удивило ни кого, четырнадцатилетний подросток здесь считался уже взрослым мужчиной. Оставшуюся часть решили оставить Секачу, ушедшему на охоту, когда только определилось место для привала.
Вернувшаяся от ручья Нея села на траву, и стала смотреть в огонь. Затем она подняла глаза на Федора, и задала вопрос, от которого у того по спине побежали мурашки:
- Ну и что ты теперь будешь делать, чем я должна заплатить за свободу, темный?
- Шла бы ты спать, - резко ответил Федор.
Нея захохотала, и придав своему симпатичному лицу лукавое выражение, спросила:
- Что, освобожденную одинокую ведьму, отправишь спать одну?
- Нет, с преобразованным новоосвобожденным ястрегом! - рявкнул Федор. Ответом ему было дружное ржание близнецов.
Но, увидев ужас на лицах ястрега и ведьмы, понял, что где-то переборщил.
- Ладно, ребята я пошутил, Нея, иди правда спать, а то дошутимся. Рантер прости, я действительно пошутил. И видно неудачно.
Поделиться книгой: