Прощание колдуна

– Это почему?

– Он обязывает нас существовать на этой земле, а не влачить жизнь по воле обстоятельств.

– Но не всегда можно управлять обстоятельствами, тем более предвидеть, – заметил я.

– Обстоятельства зависят от многих людей. Они не сами по себе существуют. Обстоятельства формируют люди. И вот надо уметь влиять на людей, чтобы формировать обстоятельства для себя.

– Даже в ущерб другим?

– Если в ущерб другим, то это не обстоятельства, это жестокость.

– А стихийные бедствия? Это же тоже может быть обстоятельством.

– Верно, может, но это говорит лишь о том, что такой вариант не посчитали нужным рассмотреть. Надо учиться управлять.

– Думаю это дано не многим.

– Не соглашусь. Это дано многим, но эти многие не хотят видеть явного, не хотят потрудиться, заставляя работать ум, здравый смысл.

– А вы обладаете такими способностями?

– В какой-то мере. Тебе уже, наверное, рассказали обо мне. Но это скользкий путь. За все надо платить.

– Да, за все надо платить, – вздохнул я, – порой даже изменить другим, не в плане супружеской измены, – пояснил я на всякий случай.

– Я понял, что ты имеешь ввиду. Но главное не изменить себе. Вот за это приходится расплачиваться по счетам.

– У вас богатый жизненный опыт, который вы накопили, вам есть с чем сравнивать.

– Все относительно. У вас есть главное – молодость. Ваши приобретения еще впереди.

– Это вы о чем?

– То, чего тебе так не хватает сегодня, то от чего уехал. Все еще будет.

– Хотелось бы верить.

– А и не надо верить. Ты просто сделай вид, что веришь и будет легче.

– Хорошо, попробую, последовать вашему совету.

– А ты приходи. Я всегда дома. Посидим чаю выпьем.

– Спасибо.

– Кажется, Ксюша идет, – произнес Степан Никодимович, услышав шум на веранде.

На пороге возникла Ксения.

– Доброе утро, – приветствовала она меня, – вот твой хлеб, – и она, показав пакет, прошла на кухню. Затем вернулась и спросила: – Тебе еще что нужно? А то я обещала Юре в центр съездить.

– Езжайте, я сам управлюсь.

– Пошли, – сказала она мне, и я попрощался с хозяином.

Когда мы вышли на улицу, Ксения мне поведала: – Утром дед отправил меня в магазин за хлебом, а когда я сказала, что он еще свежий и на обед хватит, то он сообщил, что вчерашний испортился. Я ему ничего не говорила про то, что придешь. Но меня сначала возмутило его заявление. Вчера купила. Пошла посмотрела, а хлеб действительно пахнет плесенью. За один день испортился. Никогда такого не было. Пришлось идти, а в магазине очередь. Думала, успею до твоего прихода.

– Все нормально, – не счел я нужным делиться своими мыслями, почему вдруг испортился хлеб и что ее отправка в магазин, не показалась мне случайной. Как он сказал – обстоятельства формируют люди.

– А мы с ним поговорили. Интересный у тебя дед. Фотографию твоей бабушки посмотрел.

– Правда красивая была?

– Правда. Твой дед пригласил меня в гости, – счел нужным я ее известить.

Весь разговор мы вели на ходу и уже свернули в переулок, как Ксения резко остановилась и повернулась ко мне:

– Не может быть!

– Почему?

– Он мало общается. Обычно к нему просятся прийти, а чтобы сам пригласил. Чем ты его покорил?

– Не знаю. Явных причин не было.

Она пошла дальше, и я последовал за ней, чтобы не отстать. Она шла, и было видно, что думает о чем-то серьезном…

– Видимо, он что-то знает или чувствует. Если пригласил – приходи. Интересно меня он отправит куда-либо?

– С чего бы? – удивился я.

– Посмотрим. Потом все увидишь. Я сама в раздумьях. Ладно, не будем о том, чего не знаем. У нас поход в центр, вот и пойдем его покорять.

8

Мы дошли до остановки и сели в автобус. Сидя рядом с Ксенией, я чувствовал ее тело, но не это занимало меня. Конечно, находится рядом с милой женщиной было приятно, но я так давно не ездил на общественном транспорте, что обстановка вокруг, меня привлекала больше. Подошел кондуктор, дородная женщина, и я, заплатив за обоих, стал рассматривать, полученные билеты.

– Счастье по номеру ищешь? – язвительно спросила Ксения.

– А счастье имеет номер?

– Кто знает, а вдруг каждому из нас уготовано счастье под своим номером, и мы пытаемся его вытащить.

– Ну, не у кондуктора же вытаскивать? Или она добрая фея?

– Откуда мне знать. Может днем она кондуктор, а вечером творит чудеса.

– С ее формами я даже не представляю, что за чудеса может творить. Хотя кому что нравится.

Ксения фыркнула: – Грубиян, взял и охаял женщину. Так что там с номером.

– Я не выбираю счастье по номерам, – и переключил внимание на пассажиров. Видимо мой неподдельный интерес к окружающим не ускользнул от ее внимания.

– А ты вообще, когда последний раз ездил на автобусе?

– Даже не помню. Все больше на машине.

– Хорошая?

Я пожал плечами: – Нормальная. Мне нравится.

– А я все больше на общественном транспорте. На свою еще не накопила.

– Все впереди.

– Думаешь?

– Уверен.

– Мне бы твою уверенность.

– Мою не надо, лучше иметь свою.

Автобус по мере продвижения к центру заполнялся пассажирами. Вот пожилой мужчина, в тряпичной кепке, зашел и сел не далеко от нас. Доброе, старческое лицо. «Интересно, каким буду я» – занимал я себя мыслями, замечая, что Ксения изредка посматривает на меня и улыбается.

– На следующей остановке нам выходить, – сообщила она, и мы направились к выходу. Когда автобус отъехал, она спросила:

– Какие планы? Что надо приобрести?

– Слушай, а областной центр далеко?

– Если ты на поезде ехал, то не доехал километров тридцать. А тебе зачем?

– Может быть, туда махнем? Что-то здесь не впечатляет, – осматривал я магазины вокруг, – погуляем.

– Ты что-то разгулялся, – заметила она мне, – надо на вокзал, на электричку. На автобусе долго.

– Не, хватит экспериментов с общественным транспортом, – заявил я и поднял руку, чтобы остановить проезжающее мимо такси. Оставив Ксению, подошел и поинтересовался, отвезет ли он в областной центр. Со стороны водителя возражений не было, когда я согласился на озвученную им цену, которая явно была завышена, но я все равно не знал истиной цены, а торговаться не обирался.

Мы сели на заднее сиденье и минут через сорок были доставлены в центр областного города. Отпустив такси, осмотрелись.

– Ты здесь что-то знаешь? – поинтересовался я.

– Знаю.

– Тогда веди.

– Куда тебя вести? Ты определись.

– Сначала пойдем, поедим.

– Уровень.

– Наивысший.

– Такого я не знаю, но пойдем, – и направилась вдоль улицы. Вскоре мы увидели вход в ресторан, в который и зашли, где были встречены администратором, и проведены к столику.

– Выбирай, – предложил я, когда принесли меню, – на цену не смотри.

– Сдается мне, что ты не простой сотрудник.

– А я и не говорил, что простой, – согласился с ней, – но я же трачу только на себя, а много мне не надо, вот и появляются запасы. Могу я себе позволить угостить молодую женщину.

– Меня точно можешь.

Она сделал выбор, я тоже. Обед прошел тихо в поглощении пищи. Когда мы вышли из ресторана, то удовольствие было написано на наших лицах.

– Пошли дальше, – предложил я, и мы двинулись дальше.

Мы шли, не особо утруждая себя разговорами, а просто рассматривали людей, здания. Вдруг я увидел магазин бытовой техники и увлек туда Ксению. В магазине сразу направился в отдел холодильников. Выбрав подходящий, поинтересовался, могут ли они доставить его в районный центр и, получив положительный ответ, что покупка будет завтра, пошел платить. Рассчитывался я банковской карточкой. Ксения стояла все это время в стороне и наблюдала за процессом. Уже когда мы вышли, спросила:

– Холодильник тете Кате?

– Ну не мне же!

– Видимо для тебя это не очень существенные траты.

– Почему так решила?

Она усмехнулась: – Я видела твою карточку, когда ты рассчитывался. Она платиновая, так кажется. Там должно быть немало средств, ее всем не выдают.

– Я не знаю, что такое много, но достаточно.

– Ты не тот, за кого себя выдаешь.

– Да, я шпион, и мне выделены средства на соблазнение молодых женщин врачей, чтобы узнать у них государственную тайну.

– Их главная государственная тайна, не большая зарплата. Уж не меня ли ты собираешься соблазнить?

– Не исключено, но пока об этом не думал.

– И не думай. Я в раздумьях по поводу выходить замуж или нет.

– Не понял.

– Что тут не понятного. Мне сделали предложение и я думаю.

– Надеюсь достойное, не хотелось, чтобы в плохие руки.