Ортотрофия: основы правильного питания и лечебного голодания

Вспомним урок немецкого лайнера «Кронпринц Вильгельм», команда которого питалась разнообразной калорийной пищей: на завтрак — овсянка со сгущенным молоком, жареный картофель, белый хлеб, маргарин, кофе, белый сахар и пирожки; на обед — суп с говядиной, чечевичный суп, гороховый суп, картофельный суп, тушеное мясо в горшочке, жареное мясо, ростбиф, соленая рыба, овощные консервы, картофель, белый хлеб, пирожки, содовые крекеры, белый сахар, маргарин, кофе, сгущенное молоко; на ужин — жареное мясо, холодный ростбиф, тушеное мясо, белый хлеб, картофель, белый сахар, пирожки, маргарин, кофе и сгущенное молоко.

Почти каждое блюдо имело высокую калорийность, но в каждом из них отсутствовали органические минеральные вещества и способствующие развитию пищевые факторы.

После 255 суток пребывания в море на такой диете корабль пришвартовался в Норфолке, имея на борту большое число умерших матросов. 110 человек находились на грани смерти, другие были близки к этому. Но их болезни, напоминавшие бери-бери, или пеллагру, исчезли после перехода оставшихся в живых на диету, в которой почти не было «никакой питательной ценности», но которая зато была богата органическими солями и витаминами.

Злаки

Злаки, или «серил» (называемые так по имени богини урожая Серис), — это зерна. Овес, пшеница, рожь, рис, ячмень, просо и прочие семена травянистых растений входят в категорию злаков. Они растут и созревают за короткий период, могут выращиваться в районах с недолгим вегетативным сезоном, растут там повсеместно, могут храниться практически неопределенно длительное время. По этим причинам зерновые, несмотря на многие возражения, которые может вызвать их потребление, стали основой существования целых народов. До недавнего прошлого они употреблялись почти всегда в цельном, а не очищенном, как сейчас, виде.

Не надо напоминать читателю, что единственный зерновой продукт, допустимый для рациона разумного и знающего человека, — это цельные зерна в сухом виде. Но, сказав это, необходимо все же предостеречь против употребления зерновых при естественном питании. В лучшем случае злаки — это низший продукт, который, конечно, не составляет части естественной диеты человека. И мужчине, и женщине, и ребенку лучше исключить их из своего питания.

Д-р Э. Денсмор первым выступил против потребления злаков. Он указал на то, что человек — это плодоядное, фрутарианское существо, не приспособленное к потреблению злаковых, даже цельных зерен. Он назвал хлеб «смертельным продуктом», а не «продуктом жизни», как его обычно называют. Считая человека фрутарианцем и находя, что зрелые фрукты содержат много сахара, но мало или почти не содержат крахмала, в то время как зерновая и овощная диета цивилизации в основном крахмалистая, он стал исследовать этот вопрос глубже. Вскоре он выяснил, что крахмал требует для усвоения значительно больше времени и энергии, чем фрукты, и что злаковые усваиваются труднее всего. «Лучшее — это фрукты, худшее — это злаки», — объявил он. «Злаковые и мучнистые продукты составляют основу питания так называемых „вегетарианцев“, которые не руководствуются никаким ясным принципом, кроме того, что нельзя есть мясную пищу. По этой причине у них здоровье не лучше, и живут они не дольше, чем все остальные».

Объявляя человека незлакопотребляющим существом, Денсмор говорил: «Единственными действительно злакопотребляющими живыми существами можно назвать птиц. Многие породы птиц съедают массу зерен, травянистых растений, для них крахмалистые зерна — единственная пища. Но птицы имеют пищеварительную систему, совершенно отличную от других живых существ. Но даже птицы кормят своих птенцов не зернами, а, как правило, насекомыми, фруктами и семенами».

Белки часто вынуждены из-за «нехватки пищи питаться злаками. Но они откусывают у них кончик, содержащий росток, не трогая остальную часть. По словам д-ра Берга, „белки большинства зерен, прежде всего злаковых, особенно отличаются некачественностью из-за отсутствия там цистина и лизина. Равным образом общая характерная черта зерен не только в том, что там избыток кислотности, но и в нехватке кальция. Поскольку в почве почти всегда присутствует известь, зернам нет необходимости иметь кальция больше, чем того требуется для обеспечения роста побега. С другой стороны, потребность живых существ в кальции очень велика. Следовательно, зерновые, не говоря уже о том, что они содержат избыток кислотности, являются едва ли не самым неподходящим продуктом, который мы можем навязать растущему живому организму. Лучшим доказательством этого является тот факт, что даже травоядные птицы собирают для кормления своих птенцов насекомых. Только что вылупившиеся птенцы у самых строгих вегетарианцев среди птиц являются плотоядными“. Все исследователи-экспериментаторы, кажется, сходятся во мнении, что столь расхваливаемая злаковая диета является неподходящей. С Бергом, а, следовательно, и с Денсмором согласны Функ, Симмонс, Ниц, Тесс, Унгер, Харт, Хольнин, Стинбок, Дэвис, Коган, Мендель, Уайкмэн, Парсон и другие столь же видные авторитеты.

У овса дефицит базовых солей. Пшенице не хватает натрия и кальция (ростку пшеницы не хватает фактора роста). У риса дефицит солей, особенно кальция. Так, из-за нехватки в рисе кальция нельзя обеспечить существование, например, такого животного, как взрослая свинья. В рисе же недостаточно натрия и хлора. Всем этим злакам недостает йода.

Дефицит минералов — общий недостаток питания молодых животных, получающих в основном злаковые. Уже издавна фермерам было известно, что животные должны иметь в своем питании также траву и другую зеленую растительную пищу, ибо только на злаковом рационе они не выживают. В лабораторных экспериментах с хлебом из цельной пшеницы д-р М. Хастингс обнаружил, что подопытные животные быстрее и лучше росли по мере того, как им увеличивали долю зеленой растительной пищи и снижали долю хлеба из цельной пшеницы. „А если бы зеленая растительная пища составила у них вообще больше половины рациона, то росли бы они еще лучше“.

„Мы нашли, — заявил Берг, — что все злаки имеют определенные недостатки, которые можно рассматривать как характерные для их питательных свойств. Что касается неорганических солей, то злакам не хватает натрия и кальция. Но в них также мало органических соединений серы и вообще щелочей. Вместе с тем в них изобилие неорганических кислотообразующих элементов и калия. В злаковых также мало витаминов А, В и С, причем доля последних уменьшается по мере рафинирования муки. И наконец, белков в злаках всегда недостаточно. (В определенной мере это относится к некоторым аминокислотам, особенно к лизину и цистину.)“.

Столь часто повторяемые высказывания, будто цельная пшеница является прекрасным питанием, являются неумными заявлениями торговцев — „сверхэнтузиастов“.

Несколько лет назад один из знакомых автора данной книги предпринял попытку пройти от Нью-Йорка до Сан-Франциско, питаясь лишь цельной пшеницей. Перед стартом он проконсультировался со мной, и я посоветовал ему не делать этого, а взять с собой также побольше зеленого салата, сельдерея и фруктов. Но он и слышать не хотел об этом: „Цельная пшеница — прекрасная пища, и я готов доказать, что можно совершить переход на таком рационе“. Но с этой пшеницей он прошел не больше, чем Д. X. Джонстон на водной диете (т. е. будучи на голодании), прежде чем убедился, что цельное зерно не та „прекрасная пища“, которую так рекомендуют пропагандисты „здоровой пищи“ и любители-дилетанты.

„Давно известно, — говорил Берг, — что у травоядных, особенно у грызунов, питающихся исключительно злаковыми, быстро развивается ацидоз. Например, у кроликов, питающихся только кукурузой, кислая моча содержит больше фосфора, чем его содержалось в пище“ (свидетельство того, что фосфор был взят из тканей этих животных).

Крысы могут выдержать исключительно зерновую диету, но короткое время. Не помогает при этом и обильная добавка белков в рацион. „Лишь добавка щелочей, — пишет Коган, — сохраняет им жизнь и оказывает прекрасное влияние на ускорение их роста“. Д-р Макколум кормил крыс только злаками, причем одним видом в один прием пищи, и нашел, что они становились беспокойными, раздражительными и настороженными. Они были „на грани“, а отнюдь не „полны энергии“. Ученый склонен был считать, что беспокойный характер лошади, питающейся овсом, объясняется тем, что она страдает от „нервного приступа“ и проявляет „патологическую раздражительность“, а отнюдь не „здоровую энергию“.

Есть вегетарианцы, которых правильнее было бы назвать „зерноедами“. Они исключили из своего питания мясо и заменили его большим количеством злаков. Делают они это, как правило, потому, что им говорят, будто цельная пшеница, например, почти „самая прекрасная пища“, содержащая все элементы, в которых нуждается организм, да еще в правильных пропорциях. Эти люди потребляют не только слишком много злаков, от которых сами же страдают, но съедают их к тому же в таком виде, который вызывает брожение. Взять, к примеру, столь распространенную тертую вареную овсянку, куда добавляют молоко и сахар. Это одна из самых худших комбинаций, которая когда-либо попадала в рот человека. Практически она неусвояема. Никакая слюна, никакой птиалин не выделится на такое блюдо, которое может оставаться часами в желудке, прежде чем подвергнется слабому (если вообще подвергнется) усвоению до того, как попасть в кишечник. Брожение неизбежно. В равной мере неусвояемы пшеничные крекеры, смоченные и сваренные, а затем поданные с молоком и сахаром, или с молоком и медом, или с молоком и сладкими фруктами.

Овсяные и пшеничные крекеры или другие смоченные и сваренные злаковые не подвергаются действию слюны, даже если съедаются без молока и сахара. А в принятых сочетаниях их усвоение вдвойне невозможно.

Хлопья из злаковых (кукурузные и другие) у нас широко употребляются. Химический анализ показывает, что в них вроде бы большая питательная ценность. На самом же деле это обожженный злак наподобие обожженного древесного угля. Считается, что хлопья эти легко усваиваются, по скольку прошли обработку. Но это обман, который должен быть разоблачен общественностью. Хлопья подвергаются давлению под прессом и при высокой температуре, что лишает их практической ценности как питательный продукт.

Одна лишь цельная пшеница не обеспечит жизнь, здоровье и рост в идеальном виде. Рано или поздно при такой диете темпы роста замедляются, пока к рациону не будет добавлена какая-нибудь зеленая естественная пища. Более того, чтобы обеспечить идеальное развитие организма, количество зеленой пищи должно превышать количество злаковой. Эксперименты Хастингса лишь подтверждают правильность длительных наблюдений фермеров, считающих, что лошадям, ослам и другим животным надо давать также траву или другой зеленый корм, что без ущерба для их здоровья. Этих животных нельзя кормить только злаками или другой сухой пищей.

Пшеница — самый кислотообразующий из злаковых. Овес, видимо, очень плохо сказывается на зубах. Рис, вероятно, лучший из злаков: это основной продукт питания более половины человечества. Тем не менее сообщалось о случаях бери-бери у людей, основу питания которых составлял даже цельный, а не полированный рис.

Я неоднократно говорил об опасности попыток кормить человека, исходя из результатов экспериментов на животных, ибо, по словам Берга, „один и тот же питательный элемент имеет совершенно разное влияние на различные виды живых существ. Кукуруза оказывается безвредной для птиц и голубей. Крысы также питаются ею без вреда для себя. Но кукуруза вызывает выраженный полиневрит у кроликов и цингу у гвинейских („морских“) свинок. Обычные свиньи, питающиеся только кукурузой, умирают от общего недоедания. На диете из полностью очищенных злаков почти все животные и люди заболевают полиневритом. Объясняются ли эти разные реакции разными потребностями в витаминах или полиневрические недомогания — это следствие отсутствия различных витаминов, которые действуют по-разному у разных животных или у разных видов животных в разной степени?“

Вопрос Берга полностью игнорирует факт минеральной недостаточности в злаковых и различных потребностей разных животных в этих минералах. Он полностью игнорирует индивидуальность организаций и функций у разных видов животных.

Но для нас уже достаточно и того, что мы замечаем вред преимущественно злаковой диеты и имеем подтверждение приведенных выше заявлений д-ра Денсмора.

Хотя птицы и сохраняют здоровье на злаковой диете (и то только взрослые), мы не должны упускать из виду, что в природном состоянии травоядные птицы едят много зеленой травы, а большую часть зерен или злаков съедают зелеными или молочно-восковой спелости, когда те имеют щелочное, а не кислотное содержание.

Кукуруза зеленая и в стадии роста почти не содержит крахмала, но содержит много сахара. В последние две-три недели периода созревания этот сахар превращается в крахмал, который в отличие от сахара нерастворим в воде и потому медленно подвергается брожению. Что верно для кукурузы, верно и для других злаков.

Зеленая кукуруза не классифицируется как крахмалистый продукт. Она стоит довольно высоко в ряду щелочеобразующих продуктов. Если зеленую кукурузу отделить от стебля, она сразу начинает созревать и завершает процесс созревания за двадцать четыре часа по сравнению с несколькими неделями, если бы оставалась на стебле. Так быстро происходит превращение сахара в крахмал, что за сутки кукуруза превращается из щелочного продукта в кислотный.

Пророщенная пшеница составляет лучшую еду, нежели сухие зерна. Зерна молочно — восковой спелости, т. е. пока еще не созрели, являются щелочным продуктом, а созревшие — кислотным. Созревший початок кукурузы на стебле в течение двадцати четырех часов остается щелочным.

Никогда раньше в истории США и Европы не потреблялось столько злаковых и рафинированной муки, как после усовершенствования процесса перемола в 1879 году. Хлеб потребляется в огромном количестве. Завтраки (денатурированные злаки) потребляются в большом количестве почти в каждом доме. Магазины „здоровых продуктов“ и фабрики по изготовлению „здоровых продуктов“ продают и производят больше злаковых продуктов, чем всех остальных, вместе взятых. Проповедники цельных злаков, выступая против денатурированных злаков, слишком хорошо выполнили свою миссию. Вегетарианцы обычно едят много злаковых. Они получили бы меньше вреда от умеренного потребления мяса.

В большинстве семей злаки (денатурированные) со сливками (пастеризованными) и сахаром (белым) — это главная часть завтрака. Этот преимущественно кислотообразующий завтрак — ужасная смесь, в результате чего и возникает масса болезней, а врачи продолжают уверять, что болезни вызываются микробами!

Потребление хлеба — это одно из великих проклятий современной жизни. Приготовленный из злаков, в основном денатурированных, содержащий соль, соду, дрожжи, лярд и другие добавки, подвергнутый высокой температурной обработке, а затем потребляемый ежедневно 3–4 раза в день, да еще в большом количестве, к тому же в неразборчивом сочетании с другими крахмалами, — хлеб стал одним из главных источников несчастий.

Так называемое „обогащение“ белой муки создало у людей ложное представление о безопасности. Разные штаты приняли законы, требующие „обогащения“ всей производимой и продаваемой там муки. Людей заставляют таким образом поверить, что „обогащенная“ мука — хорошая пища. Никогда не изобреталось большего обмана!

Эти законы протаскивались через законодательные органы с помощью лобби из представителей мукомольных компаний в попытке отвести растущие требования о муке из цельной пшеницы.

В результате процесса „обогащения“ добавляется небольшое количество синтетических „витаминов“. Но не возвращаются те 75 % минералов, которые были удалены из муки. Из нее же удаляются все (а не один какой-нибудь) настоящие витамины. Нынешний процесс „обогащения“ подобен аналогичному процессу 60–70 лет назад, когда в муку добавляли вместо удаленного в процессе „обогащения“ настоящего фосфора фосфор искусственный.

При обмолоте и превращении зерна в муку удаляются органические соли. Их не вернуть процессом „обогащения“. Пропадают и настоящие витамины. Часть их заменяют искусственными. Какая глупость что-то удалять, и прежде всего витамины! Почему бы не оставлять их в муке? Зачем вообще их удалять?

Известный физиолог д-р А. Карлсон (Чикаго) недавно сделал предостережение по этому вопросу, заявив, что термин „обогащенный“, применяемый в отношении муки, куда добавлено немного витамина В, вводит в заблуждение, „такая мука все равно обеднена“. Говоря о том, что эта идея протащена с целью доказать, будто „обогащенная“ мука лучше, нежели мука из цельного зерна, он указал, что при рафинировании муки из нее фактически удаляются соли, витамины и белки, лишь незначительная часть которых заменяется в процессе „обогащения“.

Он добавил, что теория, будто некоторые народности физиологически не могут выносить цельные зерна, необоснованна. Дело не в невыносимости, а в привычке, ибо принятие той или иной пищи — это вопрос о том, к чему человек привык с детства. „Нельзя сразу изменить диету здорового человека“, — заявил Карлсон.

Поскольку он ни разу не мог видеть по-настоящему здорового человека, было бы интересно узнать, как он пришел к такому выводу. Как показали эксперименты защитительной диеты, одни лишь злаковые — значительно более безопасная пища, нежели злаковые с мясом. Сочетание обоих в одном приеме пищи — главная причина многих бед.

Мы знаем, что потребление слишком большого количества хлеба, даже без других продуктов, разрушает здоровье. Но сочетание его с мясом причиняет еще больше неприятностей. Такая диета, даваемая подопытным молодым животным, вызывала высокое кровяное давление, болезнь Брайта и осложнения, обычно сопровождающие такие болезни и у человека. На такой диете и животные не растут так быстро, как они должны были бы расти. Злаки, среди всех привычных источников крахмала (кроме бобов и гороха), наиболее трудно поддаются усвоению. Они тяжелы и для грудных, и для подростков, легко бродят и вызывают много газов и интоксикацию.

Для переработки зернового крахмала организму требуется в 8—12 раз больше времени по сравнению, например, с крахмалом картофеля. Д-р Гирзон показал, что для усвоения крахмала пшеницы, кукурузы и риса (одного и того же количества) требуется два полных часа, овса — восемьдесят минут, а картофеля — десять минут.

Врачи часто рекомендуют злаки для грудных и маленьких детей. Но, как говорил Денсмор, «злаки, зерна и все крахмалистые продукты не полезны вообще человеку, детям особенно и уж тем более грудным. До года у ребенка не выделяются кишечные ферменты, необходимые для обработки крахмала, и в течение нескольких последующих лет эти ферменты не такие сильные, как у взрослых. Усвоение всех крахмалистых продуктов зависит от этих ферментов в кишечнике. В то же время финики, инжир, чернослив и другие фрукты, столь же питательные, как и хлеб и другие злаковые, усваиваются легко, причем большая часть питательных веществ этих фруктов готова к усвоению и ассимиляции сразу после приема». До двухлетнего возраста ребенку нельзя давать никакого крахмала и тем более злаковых.

По словам Хью (Гарвардский университет), «д-ра Мелланби и Паттисон в Англии завершили очень интересный эксперимент с группой из 71 ребенка в костнотуберкулезном госпитале, продолжавшийся 28 недель, который помог установить факт декальцинирующего влияния злаков, особенно овсянки». Кальцинирование есть отложение извести в тканях организма. Если этот факт подтвердится, то злаки окажутся явным злом при лечении рахита и туберкулеза.

Конечно, эти два врача не имели права экспериментировать на детях. Но поскольку в каждом госпитале и санатории во всем мире делают прививки, они, видимо, считали, что имеют право и на эксперимент с человеческим здоровьем и жизнью, и на то, чтобы вызвать страдания, как это делают другие врачи, хирурги и «научные» работники.

Из изложенных фактов можно сделать несколько выводов:

1. Злаки не составляют какой-либо части естественного питания человека и не являются необходимыми для здоровья и жизни (думаю, что геологи и антропологи согласятся, что человек до недавнего исторического прошлого не потреблял злаков).

2. Лучше всего злаковые исключить полностью из питания и, особенно, из питания грудных и малолетних детей.

3. Если злаковые потреблять, то только в цельном, неденатурированном и необработанном виде.

4. Но и в этом случае они должны составлять лишь небольшую часть питания, причем в соединении с большим количеством свежих фруктов и зеленых овощей и в нужном сочетании.

5. Для того чтобы гарантировать превращение крахмалов в сахар, злаковые следует потреблять в сухом виде, а не в виде жидких или густых каш.

Молоко

Молоко является питанием для новорожденных млекопитающих. Оно очень хорошо разведено и хорошо приспособлено к нежному и неразвитому желудку новорожденного, ради которого оно и вырабатывается. Молоко коровы готово удовлетворить питательные потребности теленка, козье — козленка, молоко суки — потребности щенка и т. д. У всех млекопитающих молодняк определенное время поддерживается естественным путем исключительно на молоке — молоке своей матери, специально для него приготовленном. Но приходит время, когда молодые животные инстинктивно начинают добавлять в свою пищу и другие продукты, и, наконец, полностью отказываются от материнского молока и этот источник питания «пересыхает». У всех млекопитающих лактационный период короткий. То же самое происходит в человеческом роде. Из этого видно, что природа не сотворила нас для молочного питания. Она не предусматривает снабжения нас молоком, кроме как на определенной стадии нашего развития. У разных млекопитающих период кормления молодняка разный и зависит от скорости его созревания: при наименьшей скорости — наибольший период кормления материнским мо локом, т. е. продолжительность этого периода пропорциональна времени достижения молодняком созревания. И естественно, что у человека, чей рост сравнительно медленный и требуется наибольшее время для его созревания, период такого кормления должен бы быть самым длительным.

Пищеварительные органы младенцев в их состоянии, требующем жидкой пищи и молока, в частности материнского, особенно приспособлены к их физиологическим потребностям и способностям. По мере роста у них развиваются новые органы и новые способности, поэтому соответственно появляются и новые функции, которые приспосабливают организм младенцев к новым видам пищи. Одновременно с развитием зубов у них происходит развитие физиологических способностей пищеварительной системы, что позволяет им потреблять твердую пищу и отказаться от молока. У низших животных существует переходный период, во время которого молодняк потребляет и молоко, и другие виды пищи. Однако наступает время, когда у молодняка нет больше нужды в молоке и его не надо больше потреблять. Человека тоже надо отучать от питания молоком. Однако молоко превратили в основу одного из главных видов пищевого бизнеса. В одном только Нью-Йорке ежедневно на покупку молока тратится свыше полумиллиона долларов. Доходы от продажи молока очень большие, следовательно, этот бизнес привлек самых богатых и влиятельных граждан нации. В результате образовался объединенный молочный трест, который все больше расширяется и все больше монополизирует молочную промышленность. А законы, требующие пастеризации всего молока, которое продается на коммерческом рынке, стали одними из орудий против мелких продавцов молока и индивидуальных фермеров, стремящихся продавать натуральное молоко. Этот молочный трест, которому помогают и определенные представители медицины, медицинские организации и даже департаменты здравоохранения, распространяют представление, будто человек всю жизнь должен оставаться «сосунком» молока и что его нельзя отучать от его потребления. Под этим не подразумевается, что человек должен продолжать питаться материнским молоком (это не принесло бы тресту прибылей), но он должен всю жизнь сосать коровье вымя, даже если ему девяносто или сто лет. И эту глупость распространяют в чисто коммерческих целях.

В Японии новорожденных мальчиков кормят грудью в течение всего детского возраста, иногда до девяти лет. С учетом физического склада и менталитета японцев нельзя увидеть достоинства столь длительного потребления материнского молока. Несомненно, что нынешняя практика принуждения детей к потреблению до кварты (1,14 л) и даже больше молока в день является порочной. Такие дети явно получают его слишком много. Для них существует лучшая пища и от программы принудительного питания молоком следует отказаться.

Что касается взрослых, то для них молоко и неэффективная, и неэкономичная пища и определенно не является важным компонентом их рациона питания. Ни одно млекопитающее животное, достигшее зрелости, никогда не получает молоко, будучи отученным от материнского молока. Это столь же верно и для народов, у которых нет стад молочных животных. До того, как человек приручил корову, козу, верблюда, осла, лошадь, оленя и других, он не получал никакого молока после грудного материнского. А сегодня он в самых разных частях земли потребляет молоко самых разных животных. Однако еще существуют большие сообщества людей, которые не пьют молока. Важно отметить, что молоко полностью отсутствует в питании взрослых многих развитых народов и потому его явно нельзя рассматривать в качестве необходимого элемента питания взрослых. Действительно, имеются важные основания считать, что молоко не служит хорошим продуктом питания для детей после завершения ими периода нормального грудного вскармливания. Ни одно млекопитающее не применяет его после периода грудного вскармливания, и в человеческом сообществе до сравнительно недавнего времени оно, за редкими исключениями, не использовалось после этого периода. Молочная индустрия — новое явление. Во времена открытия обеих Америк их населяли миллионы краснокожих, у которых не было молочных животных. У индейцев после отлучения новорожденного от материнской груди, обычно в возрасте четырех лет, он уже никогда не пил молока. «В 1624 году в Новую Англию впервые был завезен молочный скот и уже к 1632 году ни один фермер не обходился без коровы. Коровы разводились ими как для внутренних, так и экспортных целей. Но скоро этот рынок был перенасыщен и цены на скот снизились с пятнадцати — двадцати фунтов за корову до пяти фунтов и до пенни за кварту молока. Однако последнее заявление о цене на молоко мало что значило, ибо в то время коров редко доили и их разводили в основном ради шкур, во-вторых, мяса и лишь иногда молока» (Симоне А. «Социальные силы в истории Америки»). В первых изданиях своей работы «Новейшие знания о питании», до того как стать высокооплачиваемым консультантом по вопросам питания компании «Нэшнл даери продактс лимитед», профессор Е. Макколум подчеркивал, что молоко не является важным для питания человека продуктом и что жители Южной Азии не имеют стада молочных животных и не пьют молока. Их рацион состоит из риса, соебобов, сладкого картофеля, бамбуковых ростков и других овощей. По его словам, эти народы исключительно развитые физически, выносливы, а их трудолюбие поразительно. У них отсутствуют дефекты позвоночника, самые прекрасные среди народов мира зубы. И это находится в разительном и выигрышном контрасте со многими потребляющими молоко народами мира. Но после того, как упомянутый автор стал консультантом названной компании по производству молочных продуктов, в последующих изданиях своей книги профессор счел более удобным исключить эти факты. Истину, оказывается, надо подавлять, когда и если она угрожает прибылям и должностным окладам.

Одно время доктор Сильвестр Грэхем одобрял потребление молока взрослыми. Но он писал: «Восемь лет очень интенсивных опытов и тщательных наблюдений изменили многие мои прежние представления относительно молока в качестве продукта питания человека». Сотни последователей Грэхема, проводивших эксперименты с потреблением молока и потом отказом от него, заявляли, что они чувствовали себя лучше с молоком и овощами по сравнению с диетой из мяса и овощей, однако чувствовали лучше себя, когда ограничивались вообще лишь растительной пищей и приемом простой воды. Занятые физическим трудом — фермеры, механики и другие — находили, что они стали более энергичны, активны и выносливы после того, как исключили из своего рациона молоко. Они также заявляли, что стали ощущать меньшее изнеможение и усталость после того, как начали есть растительную пищу без молока. «Я установил, — писал Грэхем, — что диспептики (люди, страдающие дурным пищеварением) и другие разного рода больные чувствуют себя лучше, воздерживаясь от молока, по сравнению со временем, когда они его потребляли»; а во многих случаях «абсолютно необходимо запрещать его потребление», добавляя: «Диспептики постоянно находили, что молоко подавляет деятельность их желудка, вызывая в нем ощущения расширения и тяжести». Грэхем допускал, что в жизни и после младенчества могут быть условия, когда молоко можно с пользой использовать. Но общим правилом для взрослых он считал полное воздержание от потребления молока.

Ныне уже признается, что молоко не является таким «защитным» продуктом, каким его изображали еще несколько лет назад. На каждом шагу можно видеть, что мнение, будто свободное потребление молока предупреждает разрушение зубов, является чушью. Нет свидетельств и о его приоритете для развития костей.

Доктор В. Линдляр считал: «Почти половину ежедневного защитного рациона питания должна составлять свежая сырая пища. Сюда входит и молоко». Но во всей нашей стране почти все молоко, которое получают люди, пастеризовано и уже больше не является «защитной» пищей. Слишком большое число диетологов и врачей предписывают и кормят людей пастеризованным молоком, предаваясь иллюзии, что оно обладает всеми достоинствами сырого молока. Молоко уже считается «носителем» ряда серьезных заболеваний: туберкулеза, простуд, септической язвы горла, ревматической лихорадки, скарлатины, дизентерии, кори, брюшного тифа и других инфекций, которые, как заявляют, «коренятся в загрязненном молоке». Эпидемии язв желудочно-кишечного тракта связывают с потреблением молока от коров с воспаленным выменем.

Но натургигиенисты считают все это просто вздором, который со временем исчезнет. Роберт Кох первым «открыл», что туберкулез может передаваться от коровы человеку из-за потребления им молока от туберкулезной коровы. И так называемый научный мир признал это якобы открытие. Кох продолжал свои исследования и пришел к выводу, что был не прав. Он отказался от своего «открытия», заявив, что туберкулез не переносится подобным образом. Но «научный мир» отказался признать его опровержение. Ибо этот «мир» счел «открытие» Коха прибыльным и полезным для себя и потому решил не отказываться от него. Была развернута интенсивная и хорошо оплачиваемая пропаганда, чтобы заставить людей поверить, будто пастеризация делает молоко «безопасным» и что никакое другое молоко, кроме пастеризованного, не является безопасным. Миллионы людей буквально страшатся непастеризованного молока. Они убеждены, что посягают на свою жизнь, выпивая стакан непастеризованного молока. Крупные молочные предприятия, медицинские учреждения в некоторых штатах при содействии департаментов здравоохранения распространяли в коммерческих целях этот преднамеренный обман среди народа. Первая и, как видим, единственная причина существования законов и постановлений с требованиями пастеризации молока заключается в защите интересов крупных компаний по продаже молока и молочных продуктов. Молочный трест также распространял веру в то, что бутылочное молоко «безопаснее» разливного. Но в этой пропаганде нет ни грана истины, однако принятие общественностью этой пропаганды привело к запрету продажи разливного молока, чем помогло этому тресту обеспечить свое господство над всей молочной промышленностью.

Несмотря на законы и постановления молоко постоянно разбавляют, фальсифицируют, но эта фальсификация на этикетках не отмечается. И хотя это является нарушением Акта о чистоте пищи и лекарств, компании молочной промышленности никогда не подвергаются судебному преследованию за фальсификацию своих продуктов. Одной из таких фальсификаций является применение так называемых «ощелачивателей», которые используются, как правило, в летние месяцы для маскировки вкуса молока, нарушаемого размножением в нем микробов, что и позволяет компаниям продавать старое молоко как «свежее». Современные методы производства молока — перекорм скота комбикормами, принудительное продление периода доения коров с неизбежным из-за этого износом их организма, вакцинация коров, их постоянные обследования на туберкулез — все это отнюдь не обеспечивает производство молока высокого качества. И сертифицированное молоко от коров, которые содержатся в лишенных солнечного света помещениях, на сухом корме, является особенно негодной пищей.

Пастеризация молока

При пастеризации молоко нагревают до 145° по Фаренгейту (63 °C) и выдерживают при этой температуре в течение получаса или более. Это вызывает некоторые очень важные изменения в самом молоке, ни одно из которых не является благоприятным.

Пастеризация предназначена убить бактерии, которые, как полагают, приносят болезни. Действительно, она убивает некоторые из бактерий, в том числе кисломолочные, являющиеся естественными защитниками молока. Уничтожение этих бактерий и способствует скисанию молока.

В пастеризованном молоке остаются бациллы Уэлча и различные гнилостные микробы, вызывающие из-за отсутствия там лактобактерий гниение молока, которое и становится ядовитым. Диарея, вероятно, лишь наименьшее из расстройств, происходящих вследствие подобного отравления.

Бесполезность пастеризации. Многие бактерии и их споры ничто не убивает, даже кипячение. Я не верю в теорию о микробах, но именно с нее началась бесполезная работа по пастеризации, и я хотел бы показать ее ложность хотя бы с этой точки зрения.

Пастеризация не делает молоко стерильным, т. е. свободным от микробов. Этого не делает даже кипячение в течение нескольких минут. Нас убеждают, что 99 % бактерий в молоке уничтожаются в результате пастеризации.

Это верно лишь при идеальных условиях, которые в коммерческой практике часто отсутствуют. Заверение это вводит людей в большое заблуждение и по той причине, что предпочитают не упоминать, что большинство бактерий — безвредные кисломолочные бактерии, а оставшиеся в живых — как раз те, которых считают вредными бактериями. Скрывают даже тот факт, что микробы, выжившие даже при идеальной пастеризации, после нее быстро размножаются, так что уже через несколько часов количество бактерий в молоке может оказаться значительно больше прежнего. В доказательство я сошлюсь на высказывания лишь некоторых специалистов.

В своей официальной публикации «Изучение бактерий, выживающих при пастеризации» д-ра Айерс и Джонсон (министерство сельского хозяйства США) пишут: «При пастеризации выживают четыре четко выраженные группы микробов: кислотообразующие, щелочеобразующие, инертные и пищевые… Стрептококки из молока и сметаны значительно более стойкие к пастеризации по сравнению со стрептококками из других источников…». Работы трех видных ученых-медиков — Роджерса, Фрейзера и Прача — показали, что определенные типы микробов из числа тех, которые медицина называет стрептококками и прочими, фактически процветают при температуре пастеризации.

Д-р Ч. Портер, считающийся специалистом в области молока, заявляет, что «пастеризация уничтожает кисломолочные бактерии и что эти бактерии не опасны для здоровья. В то же время методы по их нейтрализации или уничтожению не оказывают воздействия на бактерии, вызывающие воспаление легких, тиф и другие воспалительные процессы, т. е. бактерии, которые в определенных местах могут вызвать отравление молока».

По словам д-ра Келлога, «нынешние методы по контролю за молоком ни в коей мере не являются полностью удовлетворительными. Это особенно относится к бактериологическому обследованию молока. В настоящее время это обследование обычно идет не дальше определения общего количества содержащихся в нем микробов, за исключением случаев, когда производится какое-то специальное обследование. Но количество содержащихся в молоке микробов не служит каким-либо критерием для' молока, если говорить о безопасности его для жизни и здоровья человека. Как правило, большую часть находящихся там микробов составляют обычные кисломолочные бактерии, которые абсолютно безвредны». Слова д-ра Келлога означают, что не принято разделять микробы по типам. Но большинство содержащихся в молоке микробов — это молочнокислые микробы, а не так называемые тифозные, туберкулезные и прочие. Пастеризация убивает не те микробы.

Пастеризация ускоряет размножение микробов. Кисломолочные микробы часто называют защитными. Многие выдающиеся медики считают, что, уничтожая кисломолочные бактерии, которые, в свою очередь, уничтожают другие типы бактерий, пастеризация может фактически увеличить «опасности молока».

В статье «Антисептики в молоке» д-ра Визаман и Кнейнер указывали, что в свежем коровьем и женском молоке не поддерживается рост многих бактерий вроде дифтерийных стрептококков и других, а если и поддерживается их рост, то очень небольшой. Фактор в человеческом молоке, подавляющий рост бактерий, получил название «инхибин». И эти ученые показали, что данный фактор прекращает свое действие при нагревании до температуры даже более низкой, чем температура пастеризации. При более высокой температуре, как было установлено, уничтожение «инхибина» в коровьем молоке происходило всего за семь минут.

Разрушительное действие пастеризации. Большой интерес к тому, что происходит с бактериями в молоке при его пастеризации, проявляют лишь жертвы бактерофобии, порожденной медиками и бактериологами. Гораздо большее значение имеет то, что происходит с самим молоком и какое влияние это оказывает на потребителя молока. А действие пастеризации в этом отношении серьезное. Если бы пастеризация убила всего лишь несколько безвредных микробов, никто и не выдвигал бы серьезных возражений против пастеризации. В дальнейшем я буду ссылаться на самых видных специалистов, чтобы показать, что в процессе пастеризации химическая и физическая структура молока подвергается большим изменениям, витамины разрушаются, кальций и фосфор становятся бесполезными, усвоение молока нарушается, белки его становятся менее ценными и значение молока как продукта питания сильно снижается. Молочные сахара разрушаются и кристаллизуются, коллоиды агглютинируются. Первоначальная структура молока нарушается, немного уменьшается жировая пленка (сливки).

Разрушение молочного белка. Д-ра Парсонс и Макколум установили, что при стерилизации молочный белок частично свертывается и что свернутая его часть насыщается солями и пристает к стенкам молочного контейнера. Они также выявили, что при кипячении молока его энергетическая ценность (антинервный фактор) разрушается быстрее, нежели «фактор роста». При кормлении коровьим молоком крыс было установлено, что для поддержания их нормального роста сухого молочного порошка (в виде раствора) требуется на 50 % больше, чем свежего молока. Частичное свертывание молочного белка и его отвердение, выпадение минеральных солей, практическое разрушение молочного белка как пищевого продукта, нарушение минерального баланса в молоке — все это делает пастеризованное молоко в качестве продукта питания неудовлетворительным. Многие расстройства происходят именно в результате снижения питательной ценности такого молока.

Разрушение солей кальция. При пастеризации происходит большое и с физиологической точки зрения важное сокращение в молоке количества солей, питающих костную ткань. Комплекс «кальций-магний-углерод-фосфор» распадается на составные части, по крайней мере, три соединения из которых — фосфат кальция, фосфат магния и углерод кальция — практически нерастворимы, и их полезность почти полностью пропадает.

Пастеризация делает минеральные соли молока нерастворимыми и неусваиваемыми. В статье «Сравнение сырого, пастеризованного, выпаренного и сухого молока в качестве источника кальция и фосфора для человеческого организма» М. Крамер, Е. Латуке и М. Шоу указали не только на поразительную нехватку кальция в пастеризованном молоке для грудных детей, но и на менее благоприятный кальциевый баланс для взрослых по сравнению со свежим сырым молоком. Далее они показали, что молоко от коров, содержащихся в хлеве в течение пяти месяцев, имеет менее благоприятное содержание кальция, чем свежее молоко от коров в стаде. Это всего лишь еще одно свидетельство того, что молоко от коров, содержащихся в затемненных хлевах и питающихся сухой пищей, является неподходящим.

В журнале «Лансет» (Лондон, 8 мая 1937 г.) показано, что отмороженные места у детей практически исчезают, когда в их диету включают не пастеризованное, а свежее сырое молоко. Это объясняют высоким содержанием кальция в свежем молоке и улучшенной усвояемостью кальция при потреблении такого молока.

Потребление молока оправдывают тем, что оно — средство обретения хороших зубов. В США потребление молока в большом количестве грудными детьми, подростками и взрослыми людьми не приводит к улучшению у них состояния зубов. Примеров тому тысячи вокруг нас. Одна из причин состоит в том, что большая часть потребляемого молока — пастеризованное молоко. В указанном выше журнале «Лансет» говорится, что у детей зубы менее подвержены порче при диете, дополненной сырым, а не пастеризованным молоком. В работе «Теория и практика применения витаминов» Л. Харрис писал: «Д-р И. Спросон из Лондонского госпиталя установил, что в ряде институтов у детей, которых кормили сырым молоком (в отличие от пастеризованного), были прекрасные зубы, без каких-либо следов порчи. Действительно ли это было следствием приема некипяченого молока или других пока невыясненных факторов, сказать еще нельзя. Но можно быть уверенным в одном — результат настолько поразителен и необычен, что он, несомненно, будет объектом дальнейшего изучения».

Пастеризация разрушает витамин А. Д-ра Краусс, Эрб и Уошберн пишут: «По данным Шмидта Нейлсена, кормление взрослых крыс молоком, пастеризованным при температуре 63 °C, приводило к ранней смерти и снижению жизненной энергии у их потомства. Согласно данным д-ра Датчера и его коллег пастеризация молока разрушает 38 % комплекса витаминов В». Там же: «По словам Маттина и Голдинга (статья „Сравнительная ценность сырого и нагретого молока в питании“), предварительные эксперименты показали, что пастеризация разрушает определенную диетическую ценность молока, в том числе разрушая частично витамин Bj). Эти ученые считают, что питательная ценность сырого молока значительно выше, чем у стерилизованного». Далее они добавляют:

«В одном из экспериментов у двух крыс, питавшихся сырым молоком, к концу эксперимента развился полиневрит, а у трех крыс, питавшихся пастеризованным молоком, он наступил рано и к концу эксперимента принял серьезную форму. В другом эксперименте ни одна из крыс, питавшихся сырым молоком, не заболела полиневритом, в то время как три крысы, которых поили пастеризованным молоком, серьезно заболели этой болезнью… При применении стандартных методов определения содержания витаминов А, В, С, D было установлено, что пастеризация разрушает по меньшей мере 25 % витаминов в сыром молоке».

Пастеризация разрушает витамин С. В «Учебнике по общей бактериологии» его автор Е. Джорда пишет: «В настоящее время против пастеризации возражают главным образом по причине разрушения витаминов. Витамины А (жирорастворимый) и В (водорастворимый) вполне устойчивы по отношению к нагреванию, но противоцинготный витамин С ослабляется или разрушается при температуре пастеризации. У грудных детей, получающих питание исключительно из пастеризованного молока, развивается цинга».

Пастеризованное молоко снижает сопротивляемость организма. В упомянутом журнале «Лансет» д-р Гесс пишет, что дети, которым давали пастеризованное молоко, имеют меньшую сопротивляемость по отношению к «инфекциям», чем дети, питавшиеся сырым молоком. Там же говорилось, что сопротивляемость туберкулезу возрастала у группы детей, получавших сырое молоко вместо пастеризованного в такой мере, что за пять лет у них произошел лишь один случай легочного туберкулеза, в то время как за предыдущие пять лет, когда детям давали пастеризованное молоко, произошло четырнадцать случаев такого туберкулеза. Таким образом, становится очевидным, что пастеризация не предохраняет от туберкулеза.

В статье «Клинические и экспериментальные данные о факторах роста в сыром и пастеризованном молоке» Ф. Поттендер писал: «Необходимо, насколько возможно, экспериментально определить, снижает ли пастеризация сопротивляемость и уровень здоровья. Если да, то в наших усилиях по защите ребенка от инфекций, порождаемых молоком, мы, возможно, угрожаем его хорошему наследственному здоровью, устраняя из его молока витамины, гормоны и энзимы, контролирующие ассимиляцию минералов и способствующие развитию организма и общей сопротивляемости болезням. Эти элементы, вероятно, так же важны для взрослого больного, как и для грудного ребенка… Мы не можем позволить себе пастеризацию молока, если установлено, что она снижает потенцию факторов, способствующих росту организма, предопределяющих развитие скелетной части организма наших детей, и сопротивляемость респираторным заболеваниям, астме, бронхиту и общей простуде при наличии противодействующих факторов в должным образом произведенном, чистом и сыром молоке».

Таковы соображения, которые должны были бы привлечь внимание, прежде чем началась кампания по пастеризации всего того молока, которое продается. Пастеризация родилась из страха перед болезнью, дополненного стремлением производителей молока к прибыли. Некоторые перестали задавать вопрос: «Какое воздействие будет иметь пастеризация на здоровье и развитие тех, кто пьет это молоко?»

Многие эксперименты, произведенные, в частности, докторами Каттел, Датчер, Вильсон и другими, показали, что животные, вскормленные пастеризованным молоком, имеют дефекты. Д-р Поттендер приводит пример с тремя грудными детьми, один из которых получал грудное молоко, второй — коровье, а третий — порошковое, пастеризованное, кипяченое и консервированное. Первые два оставались здоровыми и развивались нормально, третий был всегда болен, медленно рос и в возрасте восьми месяцев заболел астмой.

Всего этого достаточно для того, чтобы осудить пастеризацию.

Пастеризация и рост. Поттендер считает, что «необходимо выдерживать самые строгие бактериологические стандарты молока» и что должна быть «более тесная кооперация между фирмами по производству сырого молока и руководителями здравоохранения» с тем, чтобы можно было изучать «факторы роста» сырого молока. Д-ра Краусс, Эрб и Уошберн писали:

«На основании статистических данных Фишер и Бартлетт установили, что развитию организма сырое молоко способствует значительно активнее, чем пастеризованное. В отношении веса тела у мальчиков эффективность от пастеризованного молока составляла лишь 66 % эффективности сырого, у девочек — 91,1 %, а в отношении роста соответственно 50 % и 70 %. То же самое было обнаружено у крыс, получавших выпаренное молоко, а также пастеризованное и длительное время нагретое молоко. Эти крысы не могли нормально развиваться. Д-ра Холмс и Пигот описывают эти эксперименты в своей работе „Факторы, влияющие на противорахитную ценность молока в детском питании“, где показано, что нагревание молока приводит к выпадению в осадок солей кальция, делая кальций неусваиваемым.

Пастеризация и анемия. В работе „Питательная ценность молока и действие пастеризации на некоторые питательные свойства молока“ Краусс, Эрб и Уошберн пишут, что пастеризация влияет на гематогенные (кроветворные) и ростовые свойства особого молока. Этим „особым“ было сырое молоко от специально откормленных коров, у которых поэтому не развилась элементарная анемия.

Пастеризация и рахит. В лекции в Питтсбурге д-р Макколум заявил, что со времени принятия городом Балтимором указа с требованием продажи там только пастеризованного молока число заболеваний рахитом у детей выросло на 100 %. Этот рост является естественным следствием разрушения витаминов в пастеризованном молоке и выпадения там солей кальция. Добавление рыбьего жира и синтетических витаминов в диету грудных детей, вскармливаемых пастеризованным молоком, не может восполнить потери от пастеризации.

Пастеризация и цинга. В статье „Изучение патогенеза цинги у малолетних детей“ д-р А. Гесс (Колумбийский университет) писал:

„Некоторые задают вопрос — действительно ли пастеризованное молоко связано с возникновением цинги? Это факт, что при кормлении группы малолетних детей этим продуктом в течение шести месяцев возникают случаи цинги, и излечение наступает при замене его сырым молоком. И если мы кормим детей сырым молоком, цинга не возникает. Эти результаты кажутся достаточными для вывода, что пастеризованное молоко является причинным фактором. Самым убедительным и блистательным в этом отношении был опыт в Берлине в 1904 году. В 1901 году в этом городе крупная молочная ферма создала завод по пастеризации молока, где все молоко нагревалось до 60 °C. Через несколько месяцев в различных районах города были зарегистрированы случаи цинги“.

Д-р Неосман об этом так пишет: „В то время как с 1896 по 1900 год число случаев цинги в городе составляло лишь 32, после 1901 года их число вдруг возросло до 83 в 1902 году. Было проведено изучение причин, и пастеризацию прекратили. В результате число случаев цинги сократилось так же неожиданно, как возросло до этого“. Но в 1912 году Медицинская комиссия объявила, что для кормления малолетних детей нагретое молоко является полным эквивалентом сырого молока. В Доме для еврейских сирот в Нью-Йорке через некоторое время стали кормить детей коровьим молоком, нагретым до 60 °C. И через несколько месяцев кормления этим молоком возникла вспышка цинги у этих детей. Д-р Гесс порекомендовал добавить в их рацион апельсиновый сок, и вслед за этим цинга вроде быстро исчезла. Гесс считал, что у детей цинга возникла благодаря питанию их пастеризованным молоком, и добавлял: „Для своего развития этой форме цинги, которую можно назвать подострой, требуются многие месяцы. Надо учитывать не только наиболее распространенную форму этой болезни, но и ту, что протекает в большинстве случаев нераспознанной“. Он писал также, что одним из наиболее поразительных клинических проявлений детской цинги является выраженная подверженность инфекции, которую она за собой влечет. Эпизодические приступы гриппа, носовой дифтерии, фурункулеза кожи, воспаления легких в продвинутой стадии являются примерами такой подверженности. Изучение эпидемий в середине прошлого века показывает, что эти болезни возникли вслед за цингой — болезнью, очень распространенной в те дни. Гесс полагал, что хотя пастеризованное молоко и может быть рекомендовано ввиду защиты, которую оно представляет против инфекции, но мы должны осознавать, что оно „неполноценное питание“.

Не странно ли, что один и тот же человек показывает, что питание пастеризованным молоком вызывает цингу и сильно увеличивает восприимчивость к инфекциям, и в то же время утверждает, что пастеризованное молоко дает защиту от инфекции? Он рекомендует добавление антицинготного питания вроде апельсинового сока… или картофельной воды в рацион из пастеризованного молока и добавляет: „Для того чтобы уберечься от цинги, малолетним детям, питающимся пастеризованным молоком, нужно давать гораздо раньше, чем сейчас принято, противоцинготное питание — к концу первых шести месяцев жизни“. Но к чему ждать месяцы для того, чтобы защитить детей от питательной недостаточности в пастеризованном молоке? Грудные дети могут принимать апельсиновый и другие соки уже с третьего дня рождения. Моя практика — начать давать соки столь рано, если есть основания считать, что материнского молока недостаточно или если ребенок посажен на коровье молоко, даже сырое.

Берг так говорит о противоцинготной диете: „Добавление молока в питание предотвратит возникновение цинги. Но эта профилактическая способность более или менее полностью утрачивается, если молоко будет кипяченым, консервированным или сухим“.

Противоцинготные свойства молока связывают с витамином С, который разрушается при пастеризации. Касаясь вопроса о влиянии нагрева на этот витамин, Берг заявляет: „Становится очевидным, что пастеризация сильно снижает содержание витамина С, и дети, питающиеся молоком, столь склонны страдать от цинги. Естественно, в процессе конденсации антицинготные свойства молока сильно снижаются. У молодых обезьян и гвинейских свинок оно вызывает типичную цингу“. Добавление натрия лимонной кислоты и других щелочей еще больше вредит молоку, не говоря уже о том, что нарушает его усвоение. Берг пишет:

„Поскольку витамин С чувствителен к щелочам, можно легко понять, что он полностью разрушается при стерилизации молока после добавления туда натрия лимонной кислоты, который имеет щелочную реакцию. Вообще говоря, стерилизация питательных веществ снижает их противоцинготные свойства прямо пропорционально температуре нагревания. Поэтому консервированные мясо и молоко неизбежно стимулируют цингу. Д-ра Барнс и Хью показали, что противоцинготные свойства сухого молока составляют две пятых этих свойств в сыром молоке. По словам Гесса и Унгара, этого не происходит при сушке молока за несколько секунд. Берг приводит пример четырехлетнего ребенка, у которого развилась цинга при диете, состоявшей исключительно из бульонов, кофе и кипяченого молока. Такие случаи, пишет он, далеко не так „исключительны“, как может показаться. Д-р Р. Оуверстрит полагает, что „если в 300 см3 грудного молока содержится профилактическое количество витамина С (15 мг ежедневно), цинга редко встречается у вскормленных таким молоком грудных детей“.

Пастеризованное молоко убивает. Несколько лет назад журнал „Лансет“ писал о некоторых экспериментах английского врача, который кормил котят и щенят пастеризованным молоком. Те и другие умерли. А котята и щенята, получавшие сырое молоко, прекрасно жили.

Усвояемость молока при пастеризации заметно снижается. Оно вызывает запор, и при питании исключительно таким молоком появляются цинга, рахит, золотуха и сходные с ними болезни. У собак, получавших пастеризованное молоко, развивались чесотка и другие болезни. Но те же животные, питавшиеся сырым молоком, прекрасно жили. Пастеризованное молоко просто не в состоянии поддерживать жизнь, здоровье и развитие длительное время. Смертность грудных детей в Торонто (Канада) на 20 % выше, чем в Лондоне, и вдвое выше, чем в сельском Онтарио. В Торонто пьют пастеризованное молоко, а в Лондоне и в Онтарио — естественное молоко. Когда в Торонто сырое молоко сменили на пастеризованное, смертность там в трех крупнейших детских домах и госпиталях для детей увеличилась.

Во многих случаях с грудными детьми ничего не происходит, если не считать того, что они голодают, когда им дают пастеризованное молоко. Эти дети не развиваются хорошо, перестают развиваться, когда их кормят нагретым молоком. Но те же дети хорошо развиваются, когда молоко меняют на сырое.

Пастеризованное молоко — грязное. Санитарные стандарты, предъявляемые к производителям сырого молока класса А, значительно выше, чем к тем, кто производит пастеризованное молоко. Пастеризация почти гарантирует грязное молоко. Ложное представление о безопасности, создаваемое верой в защитную способность пастеризации, позволяет забыть о строгой чистоте и способствует небрежности в обращении с молоком со стороны его производителей и тех, кто с ними связан. Высокого стандарта чистоты не требуют „друзья“ пастеризации. Молоко, находящееся в самых разных условиях, даже если потом и пастеризуется, не так желательно, как сырое молоко в санитарных условиях.