Поцелуй смерти

Официантка и парень за прилавком казались явно замороженными на месте, но затем они были блокированы кем-то ступающим в линию обзора перед Клэр — болше чем один. Было три мужчины, все большие и опухшие, и с действительно неприятными выражениями.

Шейн, который лениво сидел рядом сней, выпрямился.

„Разве вас не учили манерам, откуда вы?“ спросил первый. „Вы должны дождаться сначала своей очереди. Хересу не нравится когда здесь кричат.“

Ева моргнула, потом сказала: „Я не…“

„Куда направляетесь?“ прерывал он ее. Мужчины перекрыли доступ между столом и остальной частью комнаты, прижав их четверых на месте. Шейн и Майкл обменяли взгляд, и Майкл убрал свою руку с плеча Евы.

„Мы едим в Даллас,“ сказала Ева, так по-доброму, как будто ситуация не пошла от неприветливого до зловещего. „Майкл музыкант. Он собирается записать компакт-диска.“

Все трое засмеялись. Это не было приятным звуком, и этот звук Клэр показался слишком хорошо знакомым — это сидело у нее глубоко внутри, и это был тот же самый смех, который Монике Моррелл и ее друзьям нравилось использовать, преследуя их добычу. Это не было развлечением. Это был странный вид агрессии — смеющийся над Вами, а не с Вами; как обмен какой-то тайны.

„Музыкант, ха? Вы в одной из тех групп мальчиков?“ Второй человек — сидящий на корточках, носил грязную оранжевую кепку в виде шара и запятнанную университетскую трикотажную рубашку штата Техас по армейски обрезанную, сказал. „Мы здесь любим группы из мальчиков.“

„Если я когда-нибудь встречу проклятый Джонас Бротерс лично, я им покажу,“ сказал третий. Он казался более сердитым, чем другие, глаза подобно черным небольшим отверстиям в жестком, напряженном лице. „Мой ребенок никогда не перестает трещать про них.“

„Я знаю, что Вы имеете в виду,“ сказала Ева со своего рода поддельной сладостью, которая заставила Клэр вздрогнуть, снова. „Ничего действительно стоящего нет в песнях, которые слушают дети, я права?“

„Что?“ Он утавился своим мертвым взглыдом на нее.

„Ничего себе, ты не их фанат, также. Я потрясен. Хорошо, я думаю не Мэрилин Мансона, затем…. Джессика Симпсон? Или…“ голос Евы постепенно исчез, поскольку рука Майкла накрыла ее руку. Она просмотрела на него, и он покачал головой. „Право. Закроем тему. Извините.“

„Чего вы хотите?“ спросил Майкл мужчин.

„Вашу маленькую чудную подружку вампира необходимо научить держать язык за зубами“.

„Кого ты назвал маленькой?“ спросила Ева.

Шейн вздохнул. „Неуместно так много откровенно высказываться. Ева. Заткнись“.

Она впивалась взглядом в него, но сделала немного движения ключа-и-замка в ее губах, сложила руки, и расслабилась.

Майкл встретился с пристальным взглядом третьего человека, сердитого, и он приводил его в замешательство. Это продолжалось некоторое время, и затем Майкл сказал, „Почему бы тебе не просто дать мне и моих друзей нашего мороженого, а затем мы вернемся в нашу машину и уедем? Мы не хотим проблем“

„Ах, вы этого не сделаете, вы плаксивые маленькие суки?“ Сердитый человек отпихнул других двух в сторону и хлопнул своей ладонью по столу, чтобы произвести впечатление на Клэр и ее друзьям. „Почему Вы пришли сюда, тогда?“

Ева сказала: очень тихим голосом, — „Мороженое“?

„Я же сказал, чтобы вы закрыли свой рот“ И он попытался смачно ударить ее тыльной стороной руки.

Только лишь попытался, поскольку Майкл наклонялся вперед и поймал его за запястье так быстро, что даже Клер со своей быстрой реакцией не смогла это увидить. Никакой делали сердитого человека, который выглядел только любезным перепутанного неспособностью, чтобы перемещать его руку, затем поместил на все это вместе и посмотрел на Майкла.

„Не стоит“, сказал Майкл. Это было мягко, и это было предупреждение, от начала и до конца. „Вы пытаетесь причинить ей боль снова, и я сломаю Вашу руку.“

Он не шутил, но проблема была, ни один из них не шутил. В следующим момент парень в оранжевой кепке вынул нож из своего кармана, и схватил Еву за волосы. Она пищала, подняла подбородок, и попыталась пнуть его. Он с легкостью избегал этого. Выглядело, как будто у него была практика. „Позвольте Berle идти,“ сказал он. „Или я сделаю адскую вещь, хуже чем поломанная рука моего друга. Я могу подойти к этому довольно творчески.“

Шэйн проклинал мягким шепотом, и Клэр знала почему; он застрял в углу, она была перед ним, и не было никакого способа, которым он мог быть эффективным в помощи Майклу из того угла. Он должен был только сидеть там — что-то, что он не очень умел делать. Клэр осталась очень тихой, также, но она посмотрела Оранжевой Кепке прямо в глаза и сказала, „Сэр?“ Она сказала это с уважением, как ее мама учила ее. „Сэр, пожалуйста, не причиняйте моему другу боль. Она ничего не имела в виду.“

„Мы здесь не любим ботанов,“ сказал он. „Мы получили наши пути.“

„Да сэр. Теперь мы все поняли. Мы только пытались немного развлечься. Мы не будем создавать никаких проблем, я обещаю. Пожалуйста, позвольте моему другу идти.“ Она сохраняла свой тон спокойным, сладким, разумным — всему этому она научилась когда избегала черных моментов Мирнина.

Оранжевая Кепка моргнула, и она думала, что он видел ее впервые. „Вы нуждаетесь в лучших друзьях, маленькая девочка,“ сказал он. „Не должена разъезжать с кучкой фриков. Если бы вы были моей дочерью — " Но он недоговорил, отпустил волосы Евы и вытер свою руку о сальные джинсы, в то время как сладывал нож. „Вы прямо сейчас уезжаете от сюда. Прямо сейчас. Вы позволите Berle идти, а мы позволим вам. Таким образом никто не получает травму.“

„Мы идем,“ сказала Клер немедленно, и схватила Шэйна за руку. Майкл отпустил сердитого парня, Берла, который взял свою руку и протер запястье, как будто это причиняло боль. Это, вероятно, так и было. Клэр могла видеть белые отметина там, где Майкл держал его. Это было сдержанностью для Майкла; он, вероятно, возможно, мог сломать кость без большого усилия. „Сэр?“ Она говорила снова с Оранжевой Кепкой, рассматривая его как человека ответственного, и он кивнул и хлопнул своим друзьям на плечах.

Все они отступили.

Клэр выскальзнула из кабинки и сжимая руку Шейна, фактически таща за собой. Ева и Майкл следовали за ними. Они отошли от столика в магазин, и Клэр толкнула дверь и повела их всех улицу, в резкий белый свет около газовых насосов и автомобилей.

Она оглянулась на магазин. Трое мужчин, людей, работающих в ресторане, и практически все остальные смотрели из окон на них.

Клер повернулась сначала на Еву. „Ты что с ума сошла?“ спросила она. „просто не могла помолчать, не могла? и ты!“ Она указала на Майкла. „Ты больше не в Морганвилле, Майкл. Там ты был большой собакой. Здесь, ты уязвим. Таким образом, ты должен прекратить думать, что люди должны тебя уважать только за то, что ты — вампир.

Он ошеломленно посмотрел. „Это не то, что я-“

„Это было,“ сказала она, прерывая его. „Ты действовал как вамп, Майкл. Как любой вамп, дерзко разговаривающий с человеком. И из-за этого возможно могли пострадать все мы. Даже возможно это привело бы к гибели Евы!“

Майкл посмотрел на Шэйна, который поднял свои плечи в крошечном, примирительном пожатии. „Она не неправа, брат.“

„Это не, то что было,“ Майкл стоял на своем. „Я только попробовал избежать это — и вообще, Ева начала это.“

„Эй! Тот удар, который ты предотвратил, мог бы отправить меня в накаут там!“

Шэйн пожал плечами снова. „А теперь Майкл не неправ. Эй, мне нравится эта игра. Теперь я не должен быть неправильным на этот раз в моей жизни.“

„Закрой рот, Шэйн,“ сказала Ева раздражительно. „Что относительно Вас, мисс Ох, сэр, пожалуйста, позвольте моим друзьям идти; я — такой тонкий небольшой цветок? Что за кувшин дерьма, Клэр!“

„О, так теперь ты растроена, потому что я вытащила вас из этого?“ Клэр чувствовала, что ее щеки пылали, и она буквально дрожала теперь от гнева и усталости. „Ты начала это, Ева! Я только пыталась препятствовать тому, чтобы тебя не убили! Жаль что тебе не нравилось то, каким способом я это сделала!“

„Вы только — разве вы не можете просто поддержать меня?“

„Эй“, сказал Шейн мягко, и коснулся руки Ева. Она повернулась к нему, сжав кулаки, но Шейн поднял обе руки в жесте сдаться. „Она поддерживала тебя. Можешь проявить немного уважения прежде, чем ты назавешь Клэр трусом. Она никогда не была таковой.“

„О, конечно, ты встал на ее сторону!“

„Это не сторона,“ сказал Шейн. „А если это так, ты должна быть на ней, тоже.“

Майкл наблюдал, успокоившись (или по крайней мере молча), и теперь он протянул руку и положил ее на плечи Евы. Она напряглась, затем расслабленно, закрыв глаза, нетерпеливо выдохнула. „Право“, сказала она. „Вы хотите сказать мне, что я не могу быть расстроенной из-за того что мне только что чуть не въехали по лицу.“

„Нет“, сказал Майкл. „Но не срывайся на Клэр. Это не ее вина.“

„Это моя.“

„Ну…“ Он вздохнул. „Отчасти моя тоже. Разделим?“

Ева повернулся к нему лицом. „Мне нравится моя вина. Я укрываюсь ей как теплым, пушистым одеялом.“

„Замяли,“ сказал он, и поцеловал ее слегка. „Ты говорищь о моей стороне и моей стороне одеяла вины.“

„Прекрасно. У тебя может быть половина.“ Ева была более спокойной теперь, и расслабилась в объятиях Майкла. „Черт. Это было глупо, не так ли? Нас почти чуть не убили из-за мороженого.“

„Я бы хотел другую надпись на своей надгробной плите,“ сказал Шэйн.

„У тебя есть другие?“ спросила Клер.

Он поддержал один палец. „Я думал, что это не было загружено,“ сказал Шэйн. Второй палец. „Вручите мне матч, таким образом, я могу проверить бензобак.“ Третий палец. „Убитый из-за мороженого. В основном, любая смерть, которая требует, чтобы я выглядел глупо.“

Майкл покачал головой. „А что находится в твоем хорошем списке?“

„Ой, ну ты знаешь. Материал героя, который повторяют на Си-Эн-Эн. Как, я умер, спасая полный автобус супермоделей.“ Клэр ударила его по руке. „Ой! Спасая их! Что ты подумала, что я имел в виду?“

„Итак“, сказала Клер, подведя итог, „Что теперь? Я имею в виду, я предполагаю, что мороженое теперь мы не поедим, если Вы не хотите сталкнуться со случайным насилием как положение во главе.“

„Возможно здесь в этом городе есть еще места,“ сказал Майкл. „Если Вы конечно не хотите просто просидеть здесь в машине пока Оливер не делает свое дело.“

„Он сказал нам подождать здесь.“

„Да, ну, в общем, я с Майклом,“ сказал Шэйн. „Я действительно не за то, что хочет Оливер, Вы знаете? И это, как предполагается, наша поездка, не его. Он только сопровождает нас в поездке. Лично, мне нравится ездить в автомобиле. Даже если мы не хотим его здесь оставить.“

„Ты действительно желаеш смерти.“

„Ты меня спасеш.“ Он поцеловал Клер в нос. „Майки, ты за рулем“.

5

Дюрем, штат Техас, был небольшим городком. Похоже, действительно маленьким. Меньше, чем Морганвилль. Приблизительно здесь было шесть кварталов, но не в форме квадрата, скорее похоже на размытый овал. В Молочной Короле было закрыто и темно; то же самое с Sonic. Там еще был какой-то бар, но Майкл быстро наложил вето на это предложение (с Шейном, конечно); если они попали в беду, прося мороженое, прося пиво, были бы точно мертвы.

Клэр не могла отказать ему в логике, и кроме того, ни один из них не был совершеннолетним для бара. Хотя она сомневалась, что люди в Durram действительно заботились об этом. Они не походили на чрезмерно законопослушных типов. Прогулка по улице походила на пустую трату времени, не было никаких автомобилей и даже огней во многих зданиях. Это походило на действительно скучный, закрытый город.

Оттенки Морганвилля, хотя в Морганвилле, по крайней мере, была уважительная причина чтобы не быть на улице после темноты.

„Эй! Там! „Ева подпрыгнула на переднем сиденье, указывая, и Клэр прищурилась. Существовал крошечный, ближней знак в окне, немногие фары были включены, и знак, возможно, что-то сказал о мороженом. „Я знала ни один уважающий себя маленький город Техаса не будет закрывать сервис мороженого в ночное время.“

„Это не имеет никакого смысла“.

„Заткнись, Шейн. Как ты можеш не хотеть мороженого? Что с тобой?“

„Я предполагаю, что я родился без гена мороженого. Слава Богу“.

Майкл повернул автомобиль к остановке перед одиноким небольшим кафе мороженого. Когда он выключил двигатель, наступила угнетающая тишина; за исключением уличных знаков, скрипящих на ветру, едва ли был звук вообще в центре Дюрема, штат Техас.

Казалось, Ева не заботится. Она практически бросилась из машины, направляясь к двери. Майкл последывал за ней, оставляя Клэр и Шейна позади на заднем сиденье.

„Это вообще не идет, как я думала,“ сказала Клэр со вздохом. Он соединил их пальцы вместе и поднес их к губам.

„Как ты думаешь идти туда?“

„Я не знаю. Разумно?“

„Ты обратила внимание на это в прошлом году, не так ли? Потому что разумное точно не в нашем плане. „Он кивнул в сторону кафе-мороженое. „И так? Ты что-нибудь хочешь?“

„Да.“ Но она не сделала никаких попыток, чтобы выйти из автомобиля.

„А что-о.“ Его голос не звучал растроенно. Он говорил правду, думала Клэр. Он действительно не имеет мороженого гена.

Но он имел целующийся ген и не нужно было намекать что бы использовать его как свои преимущества. Он наклонился вперед, и сначала это был свет, дразня кисть губами, затем мягкое, влажное давление, затем больше. У него такие чудесные губы. Они заставили ее загореться внутри, и она почувствовала, как сила тяжести увеличилась, он откинулся обратно на большое сидение и потянул её за собой.

Дело, возможно, действительно зашло бы куда-нибудь дальше, но внезапно прозвучал громкий металлический удар по окну, и свет засиял, сосредотачиваясь на затылке Шейна и в глазах Клэр. Она завизжала и закрутилась, отталкивая Шейна от себя, и он отстранился, чтобы также собраться самому.

Стоящий возле автомобиля был мужчиной в коричневой рубашке, коричневых штанах, большой техасской шляпе… Потребовалась секунда для испуганного мозга Клэр, чтобы осознать происходящее, поскольку ее глаза были устремлены на сияющую звезду, прикрепленную к переду его рубашки.

Ох. О, дерьмо.

Местный шериф.

Он постучал в окно снова концом большого, пугающего фонаря, затем опять ослепил их с деловым видом. Клэр смотрела искоса и проворачивала вниз окно. Она облизала губы нервно, и оглядела Шейна. Несоответствующий!

„Предоставьте ваши удостоверение личности“, сказал человек. Он не походил на Приветствующий Фургон. Клэр поискала вокруг свой рюкзак и вытащила из него бумажник и передала его дрожащими руками. Шейн предоставил собственные водительские права. „Вам семнадцать лет?“ Шериф сосредоточил луч на Клэр. Она кивнула. Он переместил свет Шейну. „Восемнадцать?“

„Да, сэр. Что-то не так?“

„Не знаю, сынок. Ты думаеш, есть что-то неправильное в том что б воспользоваться девушкой, которая моложе восемнадцати в общественном месте?“

„Он не-“

„Конечно, вийдете ко мне, мисс. Из машины, вы оба. Это ваш автомобиль?“

„Нет, сэр“, сказал Шейн. Он казался подавленным теперь. Действительность начиналась. Клэр поняла, что они только что сделали ту же самую ошибку, что и Майкл — они действовали, так как будто они были дома в Морганвилле, где люди знали их. Здесь, они были несколькими подростками скандального поведения — одним несовершеннолетним — совершающих некие действия в задней части автомобиля.

„У тебя есть какой-либо наркотики?“

„Нет, сэр“, повторил Шейн, и Клэр вторила ему. Ее губы, которые чувствовали себя такими теплыми и прекрасными только минуту назад, теперь стали холодные и неподвижные. Этого не может быть. Как мы могли быть такими глупыми? Она вспомнила, список Шейна способы не умереть. Может быть, это должен быть номер четыре.

„Вы не возражаете, если я обищу машину?“

„Я…“ Клэр посмотрела на Шейна, а он смотрел на нее, его глаза вдруг очень широко раскрылись. Клер продолжала. „Это не наша машина, сэр. Она нашего друга.“

„Ну, где ваш друг?“

„Там.“ Горло Клэр сжало и пересохло, и она держала руку Шейна сейчас мертвой хваткой. Если он обыщит автомобиль, он откроет холодильники. Если он откроет холодильник и обнаружит кровь Майкла…

Она указала на дверь магазина мороженого. Шериф посмотрел на него, затем на нее, потом на Шейна. Он кивнул, выключил свой фонарик, и сказал: „Никуда не уходите.“

На протяжении всего этого, Клер имела только размытое впечатление о нем, как человек не слишком молодой, не слишком старый, не слишком толстый или тонкий или высокий или короткий просто среднее. Но, когда он уходил, его пояс звенел с наручниками и ключами и ружьем привязанным внизу возле ремня, она почувствовала холод и одышку, она была в таком состоянии, когда сталкивалась лицом к лицу с г-ном Бишопом, самым страшным из всех вампиров.

У них были неприятности, большие неприятности.