Помоги проекту - поделись книгой:
Толик Погадаев («Бунт Зерен»): «Физика. Ну не лежала у меня душа к физике, и все! Падают там какие-то предметы, ну и пусть себе падают. Летают — ну и пусть себе летают…»
Олег Усманов («Мистер Твистер»): «Как ни странно, русский и литература…»
Игорь Белов (вокалист «ДК» и «Веселых Картинок»): «Математика. Конкретно — алгебра и начало анализа».
Олег Чилап («Оптимальный Вариант»): «Я ненавидел математику и сейчас ее ненавижу!!!»
Зато Борис Гребенщиков окончил одну из самых престижных ленинградских математических школ, однако математикой, по его собственному утверждению, занимался вполсилы. В основном он изумлял классную руководительницу тем, что писал рассказы и зачитывал их вслух во время уроков.
Константин Никольский: «А я хорошо учился!»
Александр Монин («Круиз»): «Я тоже хорошо учился».
Маргарита Пушкина рассказывала, что после жизни в Венгрии ей было безумно трудно адаптироваться к советской школе, и папа при любой возможности забирал ее к себе: «На военном самолете с капитаном Смирновым мы улетали к папе, и в результате мои каникулы очень сильно затягивались. Папа писал в школу записки, что, мол, стоит нелетная погода, а я в это время шуровала по Будапешту в поисках всякой атрибутики и пластинок, а потом все это доброе и светлое несла своим соученикам».
Григорий Безуглый («Круиз»): «У меня была «двойка» по пению. Я постоянно прикалывал учителя, поэтому у меня всегда были «двойки». Мой старший брат Юра закончил школу очень плохо. Я пошел в ту же школу и сначала учился на «пятерки», а потом, когда меня взяли на заметку как младшего брата, тут же стал самым хулиганистым мальчиком в школе. Тоже портил настроение учителям, пока не взял гитару в руки».
Ольга Безуглая, дочь гитариста «Круиза», рассказывала, что когда она подросла, то пошла в ту же школу, где учился ее папа. «Учителя, конечно, вспоминали, что у папы «отрыв» был очень сильный, но они меня все равно любили. Училась я средне, но по музыке и физкультуре у меня всегда были «пятерки». За плохое поведение меня постоянно ругали в «Молниях», но если надо было участвовать в каких-либо конкурсах или мероприятиях, то Оля Безуглая — всегда первая. И только однажды за все годы, что я проучилась в школе, учительница за какую-то мою провинность вызвала папу на родительское собрание. Григорий Григорьич приехал в школу прямо с гастролей, с длинным хаером, в косухе, весь проклепанный. Когда он зашел в класс, то его вид у всех родителей вызвал шок! А там родители были вместе с детьми, и когда на этом собрании один из моих одноклассников сказал что-то грубое про меня, то он прямо при родителях взял этого парня за шкирку как котенка…»
Туг в воспоминания дочери вмешался сам Григорий Безуглый: «Ну, это приблизительный рассказ! Там ребята, одноклассники, так обнаглели, что директор школы, моя первая учительница Тамара Алексеевна, никак не могла их утихомирить, когда я им сделал замечание, мол, ребята, чего ж вы так себя ведете! — то они и на меня фыркнули…»
Ольга: «Тогда папа вынес одного парня в туалет и вытряс там из него душу!»
Гриня: «Ну, не вытряс! А просто чуть-чуть потряс пацана, поскольку за учителей и за державу обидно! Вот таким оказался мой единственный приход в школу в качестве отца».
Но, как вы понимаете, плохая учеба в школе отнюдь не говорит о предрасположенности к рок-музыке. Тройки обычно ставят за посредственные знания, а вот двойки — за нарушение привычных правил. И если школьник хотя бы раз получил двойку, вот тогда он, возможно, действительно готов к рок-н-роллу. Троечников в школе не любят, зато к двоечникам учителя часто испытывают какое-то безграничное доверие, переходящее в пиетет. Может быть, в них они видят самих себя, нереализовавшихся? Заметил ли ты, дорогой читатель, что двоечникам часто поручают какие-то важные дела, которые никогда не поручат отличникам? Например, купить звуковую аппаратуру для школьного ансамбля?
Евгений Ушеров (Джими), гитарист групп «ЭВМ», «Круиз» и «Примадонна», рассказывал: «Я не могу сказать, что был двоечником, нет, я учился вполне нормально. А что касается гуманитарных наук, то они мне и вовсе легко давались, там я одни «пятерки» получал. А английский язык, который я в школе не учил, давался мне легко благодаря увлечению рок-музыкой. Другое дело, что я никогда не готовил домашних заданий. И в школьной форме не ходил. Я ходил в школу в ультрамодных коричневых вельветовых штанишках и в стильных ботиночках на каблучках. Предоставлен я был сам себе и в школу ходил лишь потому, что учителя объявили мне: «Если ты, Ушеров, не будешь ходить в школу, то репетиции мы прикроем!» Вот я и ходил. Но деньги на аппаратуру мне дали! Чтобы я купил ее для школы, чтобы ансамбль был…»
Зато Александру Минаеву, будущему музыканту группы «Тайм-Аут» и основателю мотологической традиции, классный руководитель запретил играть в группе. Саша как-то вспоминал: «У нас в пятом классе уже была своя группа, впервые мы выступили на классном вечере. Я знал два аккорда, естественно, ля-минор и ми-мажор. И честно спел все песни под эти два аккорда. Пел, как сейчас помню, песню «Край небоскребов, роскошных вилл…», а также песни из кинофильма «Смок и Малыш», которые тогда были очень популярны. Но потом меня из коллектива выперли. Я плохо учился, у меня по русскому языку и английскому постоянно были «двойки», и тогда классный руководитель «наехал» на остальных ребят, что, мол, пока я не исправлю оценки, мне играть в группе нельзя. Потом, правда, меня опять пригласили. Но тогда уже я пришел к ним играть на барабанах. Репертуар нашей группы состоял из песен «The Beatles», «Smokie» и «Машины Времени». В старших классах мы уже играли на школьных вечерах и даже выезжали на гастроли в соседние школы».
Гитарист легендарной группы «Смещение» Андрей Крустер рассказывал, что после восьмого класса он ушел из школы и пошел в техникум. Сдал экзамены, но учиться ему не хотелось. Но оказалось, что его дед служил в армии вместе с одним товарищем, который, как выяснилось, был директором ПТУ, и он сказал деду: «Ладно, коли не хочет учиться — сделаю ему диплом, будто он учился. Пусть занимается своей музыкой». Интересно, что в этом ПТУ даже был один концерт его группы, в которой Сергей Жариков играл на барабанах.
…И все-таки надо сказать, что школа не определяет рокерского сознания, ведь тысячи школьников играют в школе на гитарах, но лишь единицы становятся рок-музыкантами. А бывает даже и наоборот. Дмитрий Логвиновский, лидер группы «Каспар Хаузер», считающейся основоположницей альтернативного рока в столице, вспоминал, что в школе он рок не очень-то жаловал: «Сам я тогда относился к рок-музыке плохо. Я ее не понимал и хотел играть песни лирического плана. Тем более что в школе учили: рок — это плохо». И все же Логвиновский в 80-х смастерил панк-группу, а в 90-х возглавил альтернативное движение в музыке…
Глава 6
Первый шаг
Ладно, вирус нас поразил, наше здоровое тело заболело рок-н-роллом, играть хочется так, что мочи нет, но теперь важно сделать первый шаг Это самое трудное в жизни — сделать первый шаг И не столько потому, что необходима определенная смелость, важно еще знать, куда этот шаг сделать. Часто для этого нужен какой-то толчок, какое-то событие, которое придало бы нужное направление юношеским усилиям. Бывает, что провидение или ангел-хранитель принимают образ каких-то совершенно конкретных людей, близких и родных. Так, например, отцу русского блюза Алексею Белову по прозвищу «Вайт» первую гитару подарила бабушка…
Алексей Белов (Вайт): «Когда мне исполнилось 15 лет, мне бабушка на день рождения подарила гитару — ленинградскую, семиструнную, со звукоснимателем. Но товарищ мне сказал, что «The Beatles» на семиструнной гитаре не играют. Он снял седьмую струну, переточил порожек и показал несколько аккордов: «большую звездочку», «малую звездочку», «колечко» (баре то есть), «крокодильчик»…»
Решающую роль в жизни танцора из Большого театра Кирилла Немоляева, а ныне лидера группы «Бони неМ», тоже сыграла… бабушка. В 1981 году 12-летний мальчик Кирилл пошел с ней на концертную программу «Крутятся диски», в финале которой пять песен исполнила группа «Круиз»: «Не позволяй душе лениться», «Крутится волчок» и другие. Бабушке больше всего понравилась композиция «Стремления наши известны», особенно, по ее мнению, удался инструментальный проигрыш с фуззом и дисторшн на коде. Кириллу же и вовсе «башню сорвало напрочь», он даже сочинение в школе написал о том, как ходил на «Круиз». Теперь он все свободное время сидел и слушал рок, и прервать это занятие можно было только отобрав магнитофон. В детстве Кирилл создал две группы: «Парк», продержавшийся две репетиции, а затем — «Дамоклов Меч». Он сам играл на бас-гитаре и пианино. «Когда я начинал играть, — вспоминал Кирилл, — папа уходил из дома со словами: «Мальчик, конечно, талантлив, но это, извините, напоминает запор у медведя»».
Тем не менее посещение первого в жизни рок-концерта оставило в душе Кирилла настолько глубокий след, что он покинул Большой театр и занялся переделкой хитов своего детства, и в конце концов Кириллу Немоляеву удалось дать вторую жизнь песням Джо Дассена и Демиса Руссоса, групп «АВВА» и «Вопеу М», которые он аранжировал в лучших традициях трэш- и спид-метал.
Для Андрея Макаревича событием, которое перевернуло всю его жизнь, стал приезд к ним в школу в 1969 году группы «Атланты», в которой играли два легендарных наших рокера Константин Никольский и Алик Сикорский. Они уже тогда находились на гребне популярности, гордо неся по жизни ореол полубогов. Тем не менее, набравшись смелости, Макаревич и его музыканты в антракте подошли к «Атлантам» и попросили разрешения сыграть. Сначала «Атланты» подняли их на смех, но Сикорский вдруг спросил, кто на чем играет. Когда же он узнал, что в группе Андрея нет бас-гитариста, сказал, что подыграет. Внимание со стороны известного музыканта самым серьезным образом повлияло на дальнейшую судьбу Макаревича. «Сейчас я часто думаю, насколько наша судьба зависит от каких-то мелочей, — говорит Андрей. — Алик ведь мог и не дать нам сыграть…»
Поэтесса Маргарита Пушкина рассказывала, что у нее рок-н-ролл начался со знакомства с Александром Кутиковым: «Я не помню уже, как мы с ним познакомились. То ли нас Градский познакомил, то ли еще как-то это произошло, но, короче, Кутиков стал бывать у меня и все пытался написать какие-то песенки. Свой первый блюз я написала для него по мотивам книги Франсуазы Саган, и Саша пел его под гитару: «Каждому из нас когда-то надо выловить по солнцу из воды», — очень милая песенка была. Так что все началось с Кутикова, хотя сейчас он, конечно, в этом не признается…» Случилось это в 1974 году. Кутиков в то время был на распутье: поругавшись с Макаревичем, он и ушел в «Високосное Лето», но потом снова вернулся в «Машину Времени». Спустя некоторое время Кутиков снова ушел от Макаревича к «високосникам». И вот тогда он привел к ним Маргариту.
Лидер групп «Жар-птица» и «Алиби» Сергей Попов рассказывал, как летом 1966 года он поехал в пионерский лагерь. И там у вожатого-москвича была настоящая электрогитара, гэдээровская «Элгита». «Мы толпой ходили за ним, — вспоминал Сергей, — и просили: «Володь, сыграй нам что-нибудь из «Битлз»!» Он не играл какие-то конкретные вещи, а воспроизводил характерные для «The Beatles» гармонические сочетания, но мы просто балдели!
В следующую смену меня, как главного музыкального фаната, стали приобщать к гитаре. Это была семиструнка со звукоснимателем, а первая партия, которую я выучил, была басовая. Кажется, это был «Мэдисон» — модный тогда танец. Некоторое время спустя у нас образовался небольшой коллектив: вожатый Володя на гитаре, мой отец — на аккордеоне, я — якобы на бас-гитаре, кто-то играл на пионерском барабане. Мы даже ухитрились устроить танцы. А так как я знал только одну вещь, то мы начали с нее. Отыграли. Я спрашиваю: «А что делать мне?» — «А ты играй то, что выучил!» И тогда все вещи, вплоть до «Цыганочки», я играл эту партию. Но никто не обращал на это внимания, пионеры самозабвенно танцевали, им было не до музыкальных тонкостей.
Как-то в начале 1967 года на музыкальном вечере в школе я познакомился с братьями Ланг, венграми, которые неплохо играли на гитарах, и я прямиком им заявил, что хочу научиться играть на гитаре и хочу выступать в их группе. Когда они спросили меня, что я умею делать, то я смело заявил, что могу играть на бас-гитаре. Меня попросили показать, что я могу, и я им показал, но выглядело это не лучшим образом. Однако я производил впечатление парня, с которым лучше не ссориться, и они решили обучить меня играть на гитаре. Мы принялись за дело. Поскольку я якобы играл на бас-гитаре, то они начали учить меня басовым партиям. Выглядело это так: они говорили: «Поставь палец сюда и дерни за эту струну». Я дергал…»
Григорий Безуглый («Круиз»): «Однажды у меня дома появилась электрогитара! О! Ее история удивительна. Эту гитару подарили футбольной команде «Торпедо», но ее у них украли. Прямо из бильярдной на их базе в Мячиково (это рядом с Лыткарино, где живет Григорий. —
Вдруг заходит брат:
— Брал гитару?!
— Нет, не брал!
— Нет, брал! — и меня по губе. И в нокдаун.
Потом пришли друзья брата. Они играли в три гитары, а мой Юра — на губной гармошке. В Лыткарино тогда в каждом доме было по несколько групп. Когда они пели, то в каждом дворе собирались толпы народу. У нас в городе тогда была повальная битломания, переходящая в массовый психоз, и каждый уважающий себя парень должен был уметь играть на гитаре. Мало того: даже девчонки брали уроки игры на гитаре! И все были «повернуты» на «Роллингах», на «Битлах», на всем этом.
Однажды брата посадили на пятнадцать суток: он кого-то сильно ударил. Воспользовавшись моментом, я две недели истязал гитару. Он вернулся 31 декабря утром. В честь праздника его отпустили на день раньше, и он застал меня, когда я сидел с гитарой. И руки у меня были в мозолях: за две недели я выучил все, что подсмотрел у старших, и даже что-то развил. Юра, когда меня услышал, вместо того, чтобы ударить, сказал: «Ну-ка, сыграй еще!» И я сыграл. Тогда Юра снял со стены еще одну гитару, натянул на нее четыре струны (я тогда еще не знал, почему именно четыре) и мы поехали на танцы в Люберцы…»
Егор Никонов («Ва-банкъ»): «Я учился в школе в поселке Высокий Мурманской области. В седьмом классе я уже играл на гитаре, но русский рок впервые услышал, учась в Московском университете. В общежитии МГУ на проспекте Вернадского играла группа «Проспект», и я был просто поражен их выступлением: я не знал, что такая музыка бывает. После концерта я подошел к музыкантам и спросил, не нужен ли им гитарист. «Да не особенно», — ответили мне. Тогда я начал делать свою группу».
Известно, что «крестным отцом» группы «Кино» был Борис Гребенщиков, с которым Виктор Цой и Алексей Рыбин познакомились в электричке. Они возвращались в Ленинград из Петергофа, где был сольный концерт БГ, набрались храбрости и подсели к своему кумиру. Цой и Рыбин спели для него пару песен, одна из которых была «Мои друзья идут вперед по жизни маршем». Гребенщиков рассказывал, что эта песня «абсолютно сбила его с нарезки». С тех пор БГ стал главным поклонником и покровителем группы Цоя, он не раз говорил, что ни у кого больше в песнях нет столько чистоты и нежности. Именно Гребенщиков помог группе «Кино» записать свой первый альбом и устроить первый концерт.
Мама Виктора Цоя Валентина Васильевна вспоминала, что она как-то спросила сына, откуда взялись его песни. «Ты помнишь, мама, — ответил ей Виктор, — как ты меня с завода забрала? Тогда все и началось. Я тебе очень благодарен за это…»
А Константину Кинчеву толчок на Большую сцену дал Майк Науменко. Однажды гитарист группы «Секрет» Андрей Заблудовский привез Костю домой к Майку. Кинчев спел там несколько песен, после чего Майк сказал: «Это имеет право на существование!» На это немедленно отреагировал известный питерский продюсер Игорь «Монозуб» Панкер: «Завтра ночью мы пишем у меня!» На запись были приглашены Андрей Заблудовский и басист из группы «Алиса» Станислав Задерий, который привел своего барабанщика Михаила Нефедова (они и скрывались под псевдонимом «Группа Стиль»). И в ночь на 22 июля 1984 года был записан альбом «Нервная Ночь», с которого и началось удивительное явление, названное позднее «алисоманией».
Рассказывают, будто после успешного выступления Кинчева на Ленинградском фестивале Майк бежал по Невскому и кричал: «У нас родился Мик Джеггер! У нас теперь свой Мик Джеггер!»
Глава 7
Бывает ли у рокеров высшее образование?
Перечитывая как-то воспоминания о Викторе Цое, я обратил внимание на то, что лидер «Кино» не признавал высшего образования. Марианна Цой рассказывала, что когда Виктор узнал, что она подала документы в Высшее промышленное училище им. Мухиной — «Муху», как его сокращенно-ласково называли студенты, то его возмущению не было предела:
«Ты что, хочешь стать художницей?» — строго спросил он.
Марианна, конечно, сказала, что не хочет. Более того, в «Мухе» больше не появилась… и все принципы, которые всегда казались ей правильными, улетучились как дым.
Максим Пашков, соратник Цоя по его первой группе «Палата № 6», вспоминал один странный разговор, случившийся в тот год, когда Максим попытался вернуться в рок. «Ты все не то сделал, — сказал ему тогда Цой. — Видишь, я знаменитый какой! Надо было тебе не ходить в театральный институт, не служить в армии, а заниматься только музыкой, когда на нее еще был голод».
Действительно, в Питере царит ясно высказываемое вслух пренебрежение к высшему образованию, а о том, что «тусовка — высшая форма жизни», даже в песнях поется (так называется главный хит группы «Телевизор»).
Зато в Москве все не так, и многие столичные музыканты окончили вузы, иные даже с отличием, и имеют дипломы о высшем образовании. Попробуем привести некоторые сведения о том, у кого какая альма-матер.
Итак…
Александр Маликов, Егор Никонов (оба — «Ва-банкъ»), Павел Арапенков («Кабинет», «Пого»), Сергей Дюжиков («Скифы»), Стас Намин, а также братья Виктор и Дмитрий Линник, участники «Трио Линник» — филологический факультет.
Алексей Борисов («Ночной Проспект») — исторический факультет.
Тимур Мардалейшвили («Виктория», «Аракс»), Александр Ситковецкий («Високосное Лето», «Автограф»), Валерий Ефремов («Машина Времени») — химический факультет.
Юрий Валов («Скифы») — юридический факультет.
Виктор Дегтярев («Скифы») — факультет биологии.
Максим Капитановский, Игорь Дегтярюк (оба — «Второе Дыхание» и «Машина Времени»), Валерий Шаповалов, Полковник («Четыре Витязя») — факультет журналистики.
Андрей Горин («Оловянные Солдатики»), Макс Покровский («Ногу Свело»), Борис Булкин («Вольный Стиль»), Армен Григорян («Крематорий») и Виктор Троегубов («Дым»).
Ян Яненков («Парк Горького»).
Алексей Козлов, Алексей Романов и Андрей Макаревич.
Маргарита Пушкина.
Юрий Лашкарев и Сергей Харитонов (оба — «Оловянные Солдатики»), Юрий Шахназаров («Аракс»), Павел Хотин («Звуки Му»), Леонид Истомин («Э.С.Т.»).
Роман Суслов, Дмитрий Шумилов, Михаил Верещагин, Аркадий Семенов, Гор Оганесян (все — «Вежливый Отказ»), Виктор Гусев («Оловянные Солдатики»), Владимир Холстинин и Виталий Дубинин (оба — «Ария»).
Три курса (1972–1974 годы) в институте проучился Сергей Рудницкий («Аракс»).
Константин Никольский, Сергей Жариков («ДК»), Дмитрий Яншин («Веселые Картинки»), Александр Белоносов («ДК», «Примус») — факультет ФПМ.
Дмитрий Логвиновский («Каспар Хаузер») — факультет АВТ.
Здесь учился Карабас (Владимир Кобцов, «ХЗ»).
Александр Ф. Скляр («Ва-банкъ») и Михаил Шевяков (барабанщик группы «Воскресенье»).
Вадим Степанцов («Бахыт Компот»), Роман Шебалин («Навь»), Умка (Аня Герасимова).
Сергей Попов («Мастер»), Михаил Митин (барабанщик группы «Вежливый Отказ») и Василий Шумов («Центр»).
Андрей Сазонов (барабанщик группы «Шах»).
Поделиться книгой: